Work Text:
Ван Ибо — это какое-то проклятье, думал Сяо Чжань, удирая от смешливых девчонок, которые увязались за ним на улице. Завернул за угол и прислонился к стене, пытаясь перевести дух. Серьезно, у него была такая хорошая приятная спокойная жизнь, а потом появился Ван Ибо и все испортил!
Сяо Чжань добежал до кафе, зашел с черного входа, вымыл руки, разглядывая в зеркале свое несчастное лицо, а потом этим же лицом упал в спящих клубочком Его Рыжейшество и Мурмурчика, чем вызвал их возмущенное фырчание.
— Вы были слишком добры с Ван Ибо, — сообщил котам Сяо Чжань, — поэтому теперь должны мне эмоциональное утешение.
Его Рыжейшество тыкнул ему хвостом в глаз, и на этом разговор был исчерпан. Проклятые коты, даже они против него!
Катастрофа случилась две недели назад. В их котокафе незадолго до этого случайно зашла какая-то знаменитость, наделала там селфи с котами и превратила милое душевное пристанище в место паломничества своих фанатов. Сяо Чжань, Чжочэн и Сюань Лу чуть не поехали кукухой, пытаясь уследить за девятью котами и кучей молодежи с фотоаппаратами, которая теперь вечно тут тусовались и делала котам стресс, но потом все стало еще хуже — к ним приехало телевидение. Ваше кафе стало очень популярным в интернете, сказали они. Мы хотим о вас рассказать, сказали они.
Сяо Чжань пришел в ужас от этого заявления, но посовещавшись, они решили, что это пойдет им на пользу. А потом он позорно проиграл в камень-ножницы-бумагу и именно он теперь должен был участвовать в записи шоу как представитель кафе. Он на минуту всерьез подумал обрезать волосы как-нибудь очень уродливо, чтобы стать непригодным для видеосъемки, но Лулу отвесила ему подзатыльник и заявила, что а) он идиот, это же бесплатная реклама и б) он же познакомится с Ван Ибо!
Вот тут-то и случился Ван Ибо — через три дня, когда Сяо Чжань умирал от волнения и пытался запретить своим порам исторгать из себя пот. Прошлой ночью он вытребовал у Лулу блиц-рассказ о самом шоу и его ведущих, одним из которых, собственно, и был Ван Ибо, и они до половины третьего смотрели несколько самых свежих эпизодов. Это было совершенно очаровательное шоу с тремя прелестными ведущими. И Ван Ибо. Как он хорош, только посмотри на него!! — вопили Лулу и Цзыи, роняя попкорн на ковер, пока Сяо Чжань вглядывался в лицо Ван Ибо. Было кое-что притягательное в его широких плечах в сочетании с покерфейсом, но повальное увлечение им, которое внезапно обнаружилось у почти всех его знакомых, Сяо Чжань осуждал со всей силы. Ван Ибо выглядел абсолютно равнодушным к происходящему, сказал ровно 6 слов за последний эпизод (Сяо Чжань посчитал) и вообще произвел на него впечатление незаинтересованного, закрытого и не очень-то приятного человека.
Поэтому когда все его коты, которых планировали показать в эпизоде, мгновенно влюбились в ужасного Ван Ибо, как только он протянул им свою огромную дурацкую лапищу, начали об него тереться и подставлять шею для чесания, Сяо Чжань был оскорблен до глубины души. Предательские мохнатые жопы! Ладно Его Рыжейшество, этот козлина, каких поискать, но Мурмурчик! Хмурый малыш, которого Сяо Чжань сам подобрал и принес в кафе, и вырастил, и приучил к доброте и ласке!
(Правда потом Ван Ибо попытался погладить Баоцзы, и она от души кусанула его за палец — хорошая девочка, — но даже этого было недостаточно, чтобы погасить возмущение Сяо Чжаня).
Ужасно. Его сердце было разбито, но он блистал в своем волнении и скорби, искрометно шутил со вторым веселым ведущим и покорил сердца всей съемочной группы. С Ван Ибо он разговаривал очень вежливо и даже улыбался, когда между ними случился запланированный в сценарии диалог. Ван Ибо отвечал односложными фразами, пялился на него исподлобья и странно, будто недовольно, поджимал губы. Ширина его плеч оскорбляла Сяо Чжаня, поэтому он старался не смотреть в его сторону лишний раз.
При этом Ван Ибо был чрезвычайно мил со своим коллегой-соведущим Цян Фэном-лаоши, а из этого воспаленный мозг Сяо Чжаня сделал только один вывод — Ван Ибо он не понравился. Это было оскорбительно вдвойне, а еще почему-то грустно. Сяо Чжань всем нравился, ясно? Он душка! А этот ваш Ван Ибо переоценен.
Они успешно досняли эпизод, и Сяо Чжань относительно спокойно прожил еще недели полторы, разве что пришлось отбиваться от назойливых расспросов друзей типа «а чем пахнет Ван Ибо?» , «а у Ван Ибо правда такое маленькое лицо, как говорят?» , «он же красавчик вживую, а, ну скажи, что красавчик!». А потом эпизод вышел в эфир.
Сяо Чжань проснулся на следующее утро и одурел от разрывающих телефон уведомлений. Случилась одновременно целая куча событий: на его страничку в вэйбо подписалось несколько тысяч человек, ему даже пришлось скрыть посты за последние месяцы и закрыть комментарии, потому что ему постоянно написывали; у него появился фан-аккаунт; его имя висело в самых трендовых трендах рядом с именем Ван Ибо, а какие-то особо одаренные личности вообще решили, что Ван Ибо в него влюблен. Сяо Чжань проглотил весь этот хаос информации, и в отупении уставился на фотографии, где он о чем-то увлеченно рассказывает (о том, как нашел Мурмурчика), а Ван Ибо пялится на него с нежной улыбкой. Откуда это? Почему он не видел такой улыбки во время съемок?? Как, что вообще, почему его жизнь превратилась вот в это??
Он заперся у себя в комнате, сообщил Чжочэну и Лулу, что не выйдет на работу в зал, и и позвонил маме, чтобы долго в подробностях жаловаться. А потом отключил телефон и занялся накопившимися рабочими задачами, которые можно было делать и у себя в комнате в наушниках, чтобы не слышать доносившийся снизу гомон. Они втроем снимали комнаты над кафе и жили там же, и опасность в виде внезапной известности была совсем рядом. Но Сяо Чжань все равно чувствовал себя в безопасности. Никто ведь не знает, что он здесь еще и живет, верно? Значит, все в порядке.
Он вернулся вниз через три дня и столкнулся с народной любовью. Его постоянно исподтишка фотографировали, а особо смелые девчонки (и даже один стеснительный юноша) подходили знакомиться, и он тратил все свои эмоциональные ресурсы на то, чтобы вежливо со всеми разговаривать, но иногда просто выталкивал Чжочэна перед собой как щит, чтобы тот отвлек девчонок своим обаянием, и уходил в тоске тискать Мурмурчика. Фотки того, как он тискает Мурмурчика, сделанные из окна на тапок, на следующий день разлетелись по интернету, а еще проклятый Ван Ибо где-то там на каком-то интервью «с воодушевлением» рассказал, как ему понравилось сниматься в последнем эпизоде шоу. Сяо Чжань даже сходил посмотреть на это «воодушевление».
— Коты замечательные, — говорил Ван Ибо на видео с лицом, которое выражало как минимум скуку, как максимум презрение ко всему человечеству, — а в кафе очень отзывчивый персонал.
Отзывчивый! Персонал! Вообще-то я владелец этого кафе, а не персонал, Ван Ибо, чтоб тебя! Нетизены пришли в восторг и настроили новых теорий о том, как Ван Ибо влюбился в милого котолюбителя, а Сяо Чжаню потребовалось какое-то время, чтобы полежать головой на столе, может, быть, даже немного побиться об него.
Через две недели он немного привык, научился удирать от погони, купил много незаметной мешковатой одежды и придумал острые ответы на шуточки друзей о том, что он теперь знаменитость. Но потом особо отбитые фанатки Ван Ибо начали на весь интернет желать ему смерти, его крошечный, но яростный фандом бесстрашно напал на них в ответ, и все это превратилось в настолько отвратительный и громкий срач, что даже папа позвонил ему из Чунцина и спросил, все ли в порядке.
— Лао Чжао говорит, что ты встречаешься с мальчиком из рекламы зубной пасты, сын, это так?
Сяо Чжань всеми правдами и неправдами убедил его, что это ложь, обман, провокация и вообще, папа, перестань читать обо мне в интернете!
— Еще вчера про тебя там ничего не было, кроме твоих рисунков, — проворчал отец. — Но если они будут продолжать тебя обижать, я там зарегистрируюсь и пойду с ними ругаться! Только маме не говори.
Смешные скетчи котов из кафе, которые он рисовал на обеде и выкладывал в отдельном аккаунте, уже стали достоянием общественности, были всеми в равной мере залюблены и засраны и даже бессовестно украдены на мерч. Сяо Чжань вздохнул и скомкано попрощался с папой, пообещав, что не будет встречаться с мальчиком из рекламы зубной пасты ни за что на свете. Сам факт того, что папа не хотел, чтобы он встречался с мальчиком из рекламы зубной пасты, потому что из-за него Сяо Чжаня обижают в интернете, а не потому что он, ну, мальчик, удивил. Но это была головная боль, которую Сяо Чжань решил отложить на потом.
Утром он проснулся от уведомления — Лулу прислала очень много восклицательных знаков и просила срочно проверить вэйбо.
Вэйбо встретило его рекламой йогурта, с которой убийственно улыбался Ван Ибо, а потом его же именем на первом месте хот сёрч.
Ван Ибо обновил свою страничку очень коротким постом, в котором было буквально написано:
Прекратите это дерьмо.
Ровно вот так. И за те пять с половиной часов, которые прошли с момента публикации, и которые Сяо Чжань успешно (тревожно) проспал, этот пост все еще был на месте, собрал 163 миллиона лайков, породил бесконечную лавину обсуждений и новых теорий и уже успел превратиться в мем. Туда прифотошопливали особенно сердитые мордашки Ван Ибо и использовали в любой непонятной ситуации, и Сяо Чжань с удовольствием потратил некоторое время, читая остроумные комментарии на этот счет.
Он открыл вичат, чтобы написать Лулу, которая уже была где-то в городе с утра пораньше, что ему срочно нужен кофе, миндальный круассан из французской кондитерской через дорогу и ее благодарные уши, в которые можно излить свою печаль. Но не дошел до диалога с ней, потому что завис на новом уведомлении.
tracer85 хочет добавить вас в друзья
Ха. Ха-ха! Очень смешно, подумал Сяо Чжань, яростно соглашаясь. Трейсер 85! Он уже в курсе, что это значит. Похоже, кое-чей бешеный фанат раздобыл его номер, чтобы измываться над ним на абсолютно всех доступных платформах, ну супер, спасибо большое, Ван-чтоб-тебя-Ибо.
Сяо Чжань напряженно ждал, что tracer85 что-нибудь напишет наконец, но тот был не онлайн. Ну и ладно. И пошел ты!
Он спустился в кафе и, выпнув на амбразуру общения с клиентами Чжочэна, провел чудесный день в окружении котов, вычесал их всех, подстриг им коготки, искупал вечно собирающего на себя всю возможную грязь белоснежного Снежка и, кажется, успокоился. Ровно до того момента, как снова взял в руки телефон и увидел уведомление из вичата.
tracer85: привет
tracer85: это Ибо
tracer85: в смысле Ван Ибо
Сяо Чжань тупо смотрел в телефон с полминуты, а потом расхохотался почти до истерики. Tracer85 был онлайн. Посреди дня. А Ван Ибо был на съемках, как сообщал фансайт, на который Сяо Чжань, разумеется, не был подписан, черт, да это просто смешно, он действительно должен был на это купиться?
xzdaytoy: Ну да
xzdaytoy: В жизни не поверю
tracer85: почему?
xzdaytoy: Фотку, или блефуешь
«Ван Ибо» ничего не ответил, и Сяо Чжань, посмеиваясь, решил, что на этом все и закончится. Даже грустно, этот глупый фанат мог хотя бы попытаться выдать одну из фоток Ван Ибо за сиюминутное селфи, вот только редкие селфи настоящего Ван Ибо совершенно не поспевали за сменой его прически, а Сяо Чжань знал, как он сейчас выглядит. Давай, малыш, облажайся, ну.
Когда телефон наконец мигнул уведомлением, он уже приготовил несколько уморительных мемов, которыми отреагирует на этот провал, но…
tracer85:
tracer85: Фэн-гэ передает привет
Сяо Чжань с внезапно забившимся сильнее сердцем рассмотрел присланное следом селфи со смеющимся Цянь Фэном, с которым они так славно поладили во время съемок программы. Вздохнул. Быстро посерфил байду на предмет свежих селфи Ван Ибо, не обнаружил среди них присланные, вздохнул снова. Рассмотрел первую фотку еще раз. Ван Ибо выглядел милым.
xzdaytoy: Ладно, допустим. И чего тебе надо, Ван Ибо?
tracer85: я хотел извиниться
tracer85: видел, что мои фанаты пишут тебе всякое дерьмо и в общем
tracer85: прости
xzdaytoy: Откуда у тебя мой вичат?
tracer85: попросил у менеджера
xzdaytoy: И как ты ей это объяснил?
Ван Ибо "набирал сообщение", потом перестал, потом набирал снова, снова перестал, в итоге прислал сконфуженный смайлик.
tracer85: ладно, украл у менеджера
xzdaytoy: Ван Ибо, ты катастрофа. Я ухожу.
tracer85: Сяо-лаоши, прости, пожалуйста
tracer85: я уже предпринял меры, но если они будут продолжать тебя доставать, скажи мне, я их засужу
tracer85: не хочу доставлять тебе проблем
Сяо Чжань отправил в ответ 👍 и выключил телефон. Достаточно с него на сегодня. Впрочем, это было мило. И неожиданно. И мило. Но он все равно на это не купится, и вообще.
Еще несколько недель прошли в каком-то хаосе. Студия Ван Ибо выпустила несколько суровых заявлений, о том что будет карать всех поголовно, если прикрываясь именем Ван Ибо, они будут причинять вред другим людям (читай: Сяо Чжаню и некогда тихому котокафе), и со временем все немного поутихло. Кафе все еще было очень популярным, но они смогли немного выдохнуть. Денег из-за всех этих приключений прибавилось, они смогли нанять помощников и даже немного пожить для себя: сидели за отдельным столиком втроем посреди рабочего дня, пили чай с булочками, наблюдали за тем, как радостная маленькая девочка играет удочкой с Яичным Рулетиком.
Идиллия была восстановлена, и каким-то образом все стало даже лучше, чем было. Фанатки теперь хотя бы делали вид, что прячутся, когда глазели на него, зато его котокомиксы становились все популярнее, и ему даже написало вполне крупное издательство с предложением выпустить их в печать.
Но потом он вернулся на землю, когда Мэн Цзыи забежала к ним на обеде и восторженным шепотом сообщила, что неподалеку стоит тачка, в которой сидят два амбала и по очереди ненавязчиво обходят кафе по периметру.
— Я уверена, что это Ван Ибо! — Сяо Чжань тут же зашикал на нее, чтобы никто из гостей не услышал, но Цзыи была слишком воодушевлена. — Ван Ибо послал людей охранять тебя, Чжань-Чжань, как будто ты его сокровище! Да, я подписана на ваш топик, кое-кто там уже вовсю это обсуждает.
Лулу бессовестно расхохоталась, Чжочэн старался держать лицо, а Сяо Чжань застонал и уронил голову на стол, выуживая из кармана телефон.
xzdaytoy: Ван Ибо, объяснись
xzdaytoy: Ван Ибо
xzdaytoy: Ван Ибо
xzdaytoy: Ван Ибо
xzdaytoy: Что за мордовороты дежурят у моего кафе??
xzdaytoy: Что ты делаешь??
xzdaytoy: Это ты делаешь?
xzdaytoy: Они твои??
xzdaytoy: Убери их, если они твои
Он был готов к тому, что Ван Ибо будет злодейски мучить его непрочитанными сообщениями еще несколько часов, но тот внезапно был онлайн.
tracer85: привет
tracer85: да, это мои люди
tracer85: они там для твоей же безопасности
tracer85: не думаю, что ты действительно понимаешь, что могут сделать фанаты
tracer85: нет, не уберу
xzdaytoy: Я на тебя нажалуюсь
tracer85: зачем? я тебя защищаю, с чего тебе жаловаться?
xzdaytoy: Это все странно и дико
xzdaytoy: Я более-менее смирился с постоянным преследованием остальных людей, но ТЫ не будешь меня пасти
tracer85: ты на меня злишься, Сяо-лаоши?
Сяо Чжань вздохнул, отбился от Цзыи, пытавшейся заглянуть через его плечо в экран, и ушел к себе. Наверное, он не злился. Может быть стоило, но какой смысл? Кафе это все пошло на пользу, и ему самому, если подумать, тоже, пусть и скорее в перспективе, чем прямо сейчас.
Он посмотрел на стену, увешанную набросками для комиксов. Там был и самый первый, нарисованный на салфетке на обеденном перерыве. На нем Его Рыжейшество царственно вылизывал лапу, а рядом кверху пузом лежал наевшийся довольный Мурмурчик. Он рисовал эти картинки просто, чтобы развлечься, и никогда не думал, что из них что-то выйдет. А теперь вот — его истории хотят напечатать, и может быть, его старая детская мечта стать иллюстратором, которую он когда-то отложил в ящик, имеет все шансы сбыться. Лулу и Чжочэн уже решили, что на волне известности пора разработать линейку собственного мерча и продавать, так что и бизнесу это поможет.
И скорее всего, этого не случилось бы, во всяком случае, не так скоро, если бы не Ван Ибо, который случайно обронил на них шлейф своей популярности.
Сяо Чжань вздохнул. Дурацкое лицо Ван Ибо встало у него перед глазами, точнее, его милая версия, которую он видел в интернете — на тех фото, где Ван Ибо смотрел на него с нежной улыбкой. Сяо Чжань вздохнул еще раз и включил свежий выпуск Day Day Up. Там Ван Ибо выглядел напряженным и грустным, или Сяо Чжань это придумал, потому что ему самому было грустно. Телефон тренькнул уведомлением, и он потянулся за ним, чтобы прочитать.
tracer85: мне надо идти, но ответь, пожалуйста
Что ответить? Сяо Чжань не имел понятия. Досмотрел выпуск до конца и преисполнился дурным тревожным чувством вины.
xzdaytoy: Я не злюсь.
xzdaytoy: Ты выглядишь грустным в последнем выпуске DDU.
Ван Ибо не отвечал несколько часов, за которые Сяо Чжань успел приуныть, поесть, собраться с силами и сесть за отрисовку новой главы комикса.
tracer85: ты смотрел?
xzdaytoy: Ну да. Шоу славное
tracer85: рад, что тебе нравится
tracer85: я не грустный, у меня всегда такое лицо
tracer85: просто устал
tracer85: много снимался, мало спал
tracer85: хочешь посмотреть?
xzdaytoy: На что?
tracer85:
tracer85: новые фотки для GQ
tracer85: только не сливай никому, журнал выйдет в следующем месяце
xzdaytoy: Воу
xzdaytoy: Что это, киберпанк?
tracer85: типа того
xzdaytoy: Выглядит круто
tracer85: правда?
xzdaytoy: Да, Ван-лаоши прямо супермодель
xzdaytoy: Я впечатлен
tracer85: Сяо-лаоши преувеличивает
Сяо Чжань приблизил фотку насколько было возможно и всю хорошенько рассмотрел, разумеется, с чисто профессиональным интересом, все же он был и фотографом тоже. Ван Ибо был хорош. Не выглядящая наигранной поза, выражение лица, от которого хотелось одновременно и отвернуться и приблизить еще сильнее. Изумительный контраст мягких округлых черт лица и пронзительности взгляда. Уф. Этот Ван Ибо.
xzdaytoy: Никому не покажу такое сокровище, не волнуйся
tracer85: Сяо-лаоши специально меня смущает?
xzdaytoy: Может быть.
Что он делал? Черт знает. Сюань Лу прибежала к нему и утащила ужинать, и Ван Ибо преследовал его на каждом углу, нападая с билбордов, плакатов, напоминая о себе мальчишкой на скейте. Ночью, уже лежа в кровати, он зачем-то открыл топик в вейбо, который создали внезапные фанаты их пары, полистал удивительно талантливые арты, почитал милые, но совершенно смехотворные теории, обошел стороной фанфики во имя душевного здоровья, и все внутри как-то противно заныло. Он заснул под один из старых выпусков Day Day Up, где Ван Ибо кошмарно выпендривался со своими танцами перед гостями. Он и в этом был хорош, даже слишком. Все еще мало говорил, но… Но.
Сяо Чжань и сам не понял, когда вдруг Ван Ибо успел ему понравиться.
Две недели от него не было ни слова, и Сяо Чжань даже как-то глупо заскучал по нему. Он снимался в танцевальном шоу, которое выходило каждую неделю, и которое Сяо Чжань с Лулу, Цзыи и еще парой друзей начали смотреть на проекторе после закрытия, развалившись в креслах-мешках. Шоу было бомбическое, и Ван Ибо был бомбический, совсем другой, открытый и веселый, говорил все еще мало, но по делу, и было видно, что этим делом он горел.
— Ты по-другому на него смотришь, — заметила как-то Лулу.
— Разве?
— Ага. Проникся?
— Не знаю. Все так по-дурацки. Куча народу на полном серьезе думает, что мы встречаемся.
— А ты что думаешь?
— Что со мной происходит что-то, чего я не понимаю.
— Становишься фанатом? — хихикнула Лулу.
Сяо Чжань посмотрел на нее, думая, рассказать или нет, и потом решил, что хоть с кем-то ему надо поделиться.
— Мы переписываемся. Иногда. Он кинул мне фотку с новой фотосессии, которую еще никто не видел. И тех ребят, которые нас тут охраняют, и правда он прислал. И ему как будто бы важно, чтобы я не злился на него за все, что произошло.
— А ты злишься? — ровно спросила Лулу, помолчав, но он заметил, как она сжала уголок пледа в ладони, и был благодарен за то, что она сдерживает свой восторг.
— Я не понимаю, — вздохнул Сяо Чжань, откидываясь на подушки. Эпизод танцев с Ван Ибо закончился, было уже поздно, и Чжочэн мягко выпроваживал всех по домам. — То есть, не злюсь, конечно, он же ничего не сделал и даже пытается минимизировать для меня ущерб, хотя вовсе не обязан. Просто я думаю… Когда мы снимали эпизод, мне показалось, что я ему не понравился, а потом весь интернет решил, что он в меня влюблен, и все это продолжает происходить, и чем больше я про него узнаю, тем больше мне кажется, что… ну знаешь. Что мы бы и правда поладили? И тут я обычно вспоминаю, что я уже давно ни с кем не встречался, и что он парень, и что он суперзвезда, и что все это какая-то чушь, которая зачем-то взбрела мне в голову.
— Он тебе нравится, — резюмировала Лулу. — Ты влюбился в Ван Ибо!
— Ты же мой друг, — простонал Сяо Чжань, зарываясь лицом в подушку. — Ты должна была поддержать меня, а не говорить мне правду!
Лулу со смехом обняла его и обещала утром испечь его любимые булочки, но легче ему не стало, так что, проводив всех, проверив котов и вместе с Лулу и Чжочэном прибрав все к завтрашнему дню, он вернулся в свою комнату, почти всерьез размышляя над тем, чтобы ввести в комиксы любовную линию, чтобы там изливать свои страдания.
На следующей неделе кто-то узнал, что вечером в кафе показывают «Уличные танцы Китая», и отбоя от посетителей снова не было. Пришлось перенести время показа на рабочее и смотреть вместе со всеми и вести себя прилично, потому что иначе любое его слово или восторженный взгляд на экран приносился в топик их пары и обливался слезами любви в комментариях.
Хотя Сяо Чжань и без этого часто пересматривал эпизоды в одиночестве, останавливая видео каждый раз, когда можно было полюбоваться на красивого Ван Ибо, делающего что-нибудь потрясающее. Он просто жалок.
Некоторые злые языки говорили, что кафе снова наживается на Ван Ибо, но большинству было все равно, и за несколько недель просмотров вокруг них образовалась целая тусовка. Они даже поставили столики на улице и установили симпатичный навес, чтобы можно было укрываться от дождя. Под ним стали иногда тусоваться скейтеры, покупая чай на вынос. Кажется, все, чем увлекался Ван Ибо, стало сосредотачиваться вокруг котокафе.
И кажется, Ван Ибо это заметил. Сердце Сяо Чжаня подскочило к самому горлу, когда он увидел обновившийся чат.
tracer85: смотришь на меня на большом экране, Сяо-лаоши?
xzdaytoy: Наживаюсь на твоей популярности. Привет!
tracer85: все правильно делаешь
tracer85: привет!
xzdaytoy: Я это не планировал
xzdaytoy: Мы просто смотрели сами, а потом об этом узнал кто-то из гостей, и они попросили посмотреть вместе
tracer85: то есть, ты просто так смотрел мое шоу?
tracer85: хаха, Сяо-лаоши, да ты мой фанат!
Интересно, что бы сказал Ван Ибо, если бы узнал, что он уже два месяца засыпает, преисполнившись благодати от серии Day Day Up. Наверное рассмеялся бы своим нелепым смехом.
xzdaytoy: Нет.
tracer85: да!
xzdaytoy: Ты несносный
tracer85: знаю😈
tracer85: но я рад, что тебе нравится то, что я делаю
tracer85: надо бежать на самолет, спасибо, что поболтал со мной!
Проклятье, почему он такой милый.
Сяо Чжань решил с упоением погрузиться в работу, спустился вниз и примостился в стоящем поодаль кресле с ноутбуком. Мурмурчик тут же пронюхал, что он здесь и, бросив девушку, которая с ним играла, прибежал сидеть на коленках. Сяо Чжань послал девушке извинительную улыбку, засмущав ее, а потом старательно делал вид, что не замечает ее робких попыток его сфотографировать. Контент-план для аккаунта делался отлично, он согласовал с подрядчиками изготовление новой вывески, ответил на все письма и комментарии в вейбо, обновил аккаунт с комиксами новым эпизодом, просмотрел анкеты присланных Чжочэном соискателей на должность постоянного менеджера, которого они наконец могли себе позволить, и провел отличный плодотворный день, совсем — совсем — не думая о Ван Ибо.
Вечером, закрыв кафе, он решил, что заслужил немного радости и свежих круассанов. Выпечка — его вторая настоящая любовь, после котов. А может быть, и первая, подумал он, глядя, как Яичный Рулетик прикапывает в горшке с фикусом что-то, чего там точно быть не должно.
Он провел пять минут, устраняя последствия и нежно ругая Рулетика всеми известными ему бранными словами, пока тот взволнованно мялся рядом.
— Да, — сурово сказал Сяо Чжань, потрясая перед ним мешочком. — Да, я ворую твои какашки из твоего секретного места, смирись с этим.
На кухню котов не пускали, но Рулетик, все еще возмущенный воровством своего честно спрятанного добра, сел у двери и принялся самозабвенно орать. Но Сяо Чжань заткнул уши наушниками, хорошенько вымыл руки, надел фартук с булочками и котами, который подарила ему Цзыи, и принялся за тесто для круассанов.
Когда он вышел с кухни, весь пропитанный благодатью и запахом выпечки, предвкушая приятное чаепитие на балконе своей комнаты, на закате, в компании приятной книги, Рулетик все еще скорбно лежал под дверью.
— Эй, — Сяо Чжань поморщился от укола в сердце при виде грустной усатой мордашки. — Ну чего ты?
Он взял Рулетика на руки, и тот тут же замурчал.
— Я буду считать, что ты так долго тут сидел, чтобы извиниться, — он почесал кота за ушком. — Ну ладно, ладно. Какой ты все-таки славный котенок. Да? — Рулетик умильно смотрел на него своими зелеными глазищами, и ластился, и Сяо Чжань растаял окончательно. — Да. Кто самый ласковый котик, м? У кого самые сладкие щечки на свете?
— У меня, — сказал взявшийся из ниоткуда Ван Ибо, заставив Сяо Чжаня подпрыгнуть от ужаса. Щечки Ван Ибо тут же заалели нежнее, чем закат за окном. — Так, кхм, говорят. В интернете.
Сяо Чжань выдохнул и расхохотался. Немного нервно, немного неверяще, все внутри него будто заработало с ускоренной силой, запуская дрожь по телу.
— У меня в голове это звучало не так тупо, — сконфуженно пробурчал Ван Ибо. Он был растрепанный, раскрасневшийся, в кожаной куртке и мотоциклетных перчатках без пальцев, и прижимал к себе шлем обеими руками.
— Я сделаю вид, что это было мило, если хочешь, — Сяо Чжань с улыбкой кивнул ему, поудобнее перехватив вдруг зашипевшего Рулетика.
— Да, пожалуйста.
Ван Ибо улыбнулся уголком губ. Сяо Чжань задержал дыхание, а Рулетик вцепился коготками ему в руку.
— Ай. Подожди.
Отнеся Рулетика в комнату, где коты обычно оставались на ночь, и убедившись, что он успешно взят под крыло Баоцзы, Сяо Чжань пошел обратно в зал, лихорадочно думая, как же так вышло. Фансайт его подвел! Там не было написано, что Ван Ибо прилетит в Пекин, но вот он прилетел и приехал сюда, хотя еще светло, приехал с открытым лицом, без макияжа, с растрепанными волосами, весь такой живой и настоящий. С ума сойти.
Сяо Чжань вышел и неловко остановился, не зная, куда деть руки и как заставить себя не дрожать.
— Я забыл закрыть дверь, да?
— Эм, да, — Ван Ибо, все еще донельзя смущенный, топтался на месте, оглядывая стену с рисунками котов, красиво подсвеченную заходящим солнцем. — Прости, что я вошел просто так, я написал тебе, но ты не отвечал, я не был уверен, что ты еще здесь, но...
— Да, я был… я… был занят, в общем. Что-то случилось?
Ван Ибо кивнул и несмело подошел поближе.
— Сяо-лаоши, тут… — он протянул Сяо Чжаню шлем. — Мне нужна твоя помощь.
В шлеме сидел маленький, очень пыльный котенок. Сяо Чжань втянул воздух, но не смог выдохнуть от этого зрелища.
— Я н-нашел его на обочине, — сбивчиво начал Ван Ибо. — Не знаю, может, его машина сбила или что, но он сидел совсем рядом с дорогой, и он такой маленький, я сначала проехал мимо, а потом вернулся, мне показалось, что у него нет лап, но они есть, они просто…
— Это манчкин, ух ты, — улыбнулся Сяо Чжань, осторожно вынимая котенка из шлема и внимательно разглядывая на предмет повреждений. — Вроде ничего не сломано, и крови нет. Но надо свозить к ветеринару обязательно. Удивительно, что она оказалась на улице, такие редко бывают бродяжками.
— Она? — переспросил Ван Ибо, подойдя ближе. — Это девочка?
— Да, совсем молоденькая девочка, ей месяца два.
Ван Ибо поднял руку, чтобы погладить ее, но на полпути передумал. Его пальцы были исцарапаны в кровь, а перчатки исполосованы когтями.
— Она… она испугалась, когда я ее взял, — смущенно пояснил Ван Ибо. — И еще, кажется, боялась звука мотоцикла, пока мы ехали сюда.
— Ты приехал на мотоцикле? — ахнул Сяо Чжань и тут же захотел мысленно ударить себя — шлем, перчатки, весь вид Ван Ибо говорил о том, что он крут как Эверест и разумеется, приехал на мотоцикле. — Ну да, точно. Эм, ладно. Надо обработать тебе царапины, а эту принцессу срочно искупать, пока она не начала вылизываться и не наелась всей этой грязи. Я тут живу наверху, зайдешь?
Ван Ибо кивнул, и вот, Сяо Чжань привел суперзвезду Китая к себе домой, попутно сумбурно рассказав, что вон там, через коридор, живет Чжочэн, с которым они делят второй этаж и одну ванную на двоих, а в мансарде живет Лулу, у которой там свое отдельное царство, а еще, извини за бардак, я много рисовал в последние дни, и теперь все вокруг завалено набросками и пачками из-под чипсов.
Сяо Чжань сразу пошел в ванную, хорошо, что Чжочэн уехал навестить родителей, и весь этаж был в его распоряжении. Ван Ибо шел за ним по пятам, и это было странно, глупо и волнительно, но он старался держать себя в руках и не ляпнуть чего-нибудь этакого.
— Сначала вымоем ее или подлатаем тебя? — спросил он, одной рукой удерживая котенка, а другой выуживая из-под ванны тазик.
— Ее, — тут же кивнул Ван Ибо и снял перчатки. — Чем помочь?
— Ох, — при ярком свете в ванной царапины на его руках выглядели еще хуже. — Новый план: я помою ее, а ты возьми с полки вон ту банку и спасай свои руки. Срочно.
Ван Ибо надулся, но послушно взял все необходимое, уселся на закрытый крышкой унитаз, и принялся не очень старательно дезинфицировать царапины, постоянно пытаясь посмотреть, как там его усатая находка. Страшно подумать, что бы предложили Сяо Чжаню фанаты за такую вот фотографию своего кумира, и еще страшнее думать, что он бы ни за что никому ее не отдал.
Кошечка жалобно замяукала, оказавшись в воде, и Ван Ибо нервно задышал у Сяо Чжаня за спиной.
— Все хорошо, — мягко сказал Сяо Чжань им обоим, — просто смоем с тебя всю эту грязищу, и ты будешь красавица. В третьем ящике слева оранжевая банка с кошачьим шампунем, передай, пожалуйста.
Ван Ибо зашуршал чем-то сзади и принес ему нужное. Потом сел рядом на колени, уложив подбородок на бортик ванной, и наблюдал, как Сяо Чжань осторожно смывает с притихшей кошечки груз бродячей жизни.
— Она белая! Вся снизу белая! — воскликнул Ван Ибо изумленно, когда после двух смен воды в тазике, кошка наконец начала принимать изначальный вид, и под серой головой, спиной и хвостом внезапно обнаружилась светлая шерстка на пузике и лапах. — Я думал, она вся такого цвета!
Сяо Чжань улыбнулся его детскому восторгу. Катастрофа, вблизи вживую он выглядел еще красивее, ярче, милее, чем на фото и видео, и руки Сяо Чжаня снова задрожали.
— Увы, это была грязь. Зато теперь она будет красавица.
— И щечки! У нее белые щечки, смотри!
— Самые сладкие на свете, а? — рассмеялся Сяо Чжань, легонько пихнув его коленом. Ван Ибо очаровательно раскраснелся и пихнул его в ответ.
— Ты так и будешь теперь это припоминать, да?
— Обязательно.
Наконец кошка была вымыта, напоена и усажена на полотенце вылизываться, а Сяо Чжань вернулся к порезам Ван Ибо, потому что тому было, похоже все равно.
— Тебе надо сходить к врачу и провериться на инфекции.
— Ага, — сказал Ван Ибо, с дурацким выражением лица глядя, как кошка старательно вылизывает коротенькую лапку. — Она такая милая. Знаешь, я уже однажды подбирал котенка с улицы, когда был сильно младше. Но не смог оставить его себе. Очень жалею об этом иногда.
— Его отдали в хорошие руки? — спросил Сяо Чжань, промывая царапины. Руки у Ван Ибо были большие, смешно загорелые по запястье. Всегда ходит одетый, наверное. Красивые руки. Маленький котенок наверняка помещался в его ладони целиком. Сяо Чжань вздохнул, принимаясь за другую руку.
— Не знаю. Он жил у меня в комнате некоторое время, потом менеджер его куда-то пристроила. Я не узнавал, чтобы не расстраиваться.
— Уверен, она постаралась.
— Мм, — Ван Ибо наконец оторвался от созерцания кошки и перевел взгляд на Сяо Чжаня, от чего у него на секунду все замерло в груди. — А ты… ты как?
— А? — он вдруг заметил следы от когтей еще и на футболке Ван Ибо. — Это что? Ты вез ее в застегнутой куртке?
— Что? А, ну да. Мне нужны были руки, чтобы вести мотоцикл, знаешь.
— Снимай футболку.
— С-сяо-лаоши! — Ван Ибо вспыхнул всем лицом и ушами и даже шеей, это было немного чересчур, учитывая, что Сяо Чжань стоял буквально у него между ног, но он, вдруг развеселившись (или скорее впав в отчаяние), решил, что справится, поэтому добавил еще и грозный взгляд.
— Снимай! И не обязательно так официально обращаться.
— Чжань… гэ? — неуверенно спросил Ван Ибо.
— Сойдет. Футболку долой.
— Да там ничего такого… просто царапина, ничег…
— Ван Ибо, у тебя будет столбняк и бешенство, если ты будешь вредничать, сними чертову футболку! — прошипел Сяо Чжань так, что даже кошка перестала вылизываться, замерев в смешной позе с высунутым язычком, и они оба фыркнули от смеха.
Ван Ибо стащил футболку, закусив губу и неловко глядя в сторону. Он был очень худой, но такой ладный, широкоплечий, что — черт возьми. Сяо Чжань вздохнул, разглядывая его испещренную мелкими царапинами грудь.
— Ничего такого, — передразнил он, принимаясь за обработку. — Ну ты и дурак. Обязательно сходи к врачу завтра, хорошо?
Он поднял голову и встретился со взглядом Ван Ибо, который смотрел прямо на него как-то очень мягко.
— Хорошо.
Низкий теплый голос Ван Ибо сделал с ним что-то странное. Дышать стало в два раза тяжелее, а уши обожгло огнем, и захотелось зажмуриться, чтобы не видеть этого внимательного взгляда.
— Что? — не выдержал Сяо Чжань. — Чего так смотришь?
— Чжань-гэ красивый, — немедленно ответил Ван Ибо, будто только этого и ждал.
Сяо Чжань прерывисто вздохнул и выпрямился.
— Ну вот, готово. Завтра же утром к врачу, понял? А то расскажу всему интернету про то, какие у тебя маленькие бледные соски.
— Чжань-гэ!
Ван Ибо ахнул и в притворном ужасе шлепнул его по бедру, и у Сяо Чжаня аж зазвенело в голове.
— Нормальные у меня соски!
Надо срочно выбираться из замкнутого пространства. Сяо Чжань отпихнул Ван Ибо, завернул кошку с новое сухое полотенце и унес к себе в комнату, устроив ей гнездышко на кровати. Ван Ибо пришел вслед за ним, аккуратно прикрыв за собой дверь. Ужасно не хотелось, чтобы он уходил, но он и не выглядел так, будто собирается уходить. Дурная горячая надежда разлилась по груди.
— Хочешь чаю? — спросил Сяо Чжань. — Я испек круассаны, правда, они уже остыли, но все равно должны быть…
— Вау, Сяо Чжань еще и печет!
— Ну да. Всю выпечку, которая здесь продается, делаем мы с Лулу.
— Вау! — Ван Ибо весь засиял. — Хочу попробовать булочки Сяо-лаоши!
Голос Чжочэна в голове тут же выдал Сяо Чжаню целый арсенал непристойных шуточек, так что он поскорее вышел, чтобы перевести дух. Ван Ибо остался в комнате, получив от него задание приглядеть за кошкой.
Как-то все по-дурацки, думал Сяо Чжань, собирая поднос для чаепития. Он ведь даже не… Он всегда встречался с девушками, и спал с девушками, и любовался девушками, хотя в университете с ним всякое случалось в обе стороны, но все равно, такого откровенного, смущающего влечения к парню он еще ни разу не испытывал. К тому же, это Ван Ибо. Любимец половины страны, всегда занятой, всегда под прицелами камер, никуда не ходящий без охраны. Прелестный, добрый, трудолюбивый, прямолинейный и уморительный.
А еще он мальчик из рекламы зубной пасты. А Сяо Чжань обещал папе, что не будет встречаться с мальчиком из рекламы зубной пасты. Встречаться, господи боже, о чем он думает вообще. И как объяснить папе, что мальчик из рекламы зубной пасты, похоже, самый замечательный на свете?
Когда он вернулся, Ван Ибо сидел на его кровати с телефоном в исцарапанной руке и смотрел на закончившую вылизываться кошечку. Мягкое закатное солнце освещало его лицо, высвечивало золотом кончики волос, и дурацкое сердце Сяо Чжаня зачем-то забилось быстрее, хотя его никто не просил. Он оставил на столике у окна поднос с чаем и круассанами и подошел к кошке с маленькой миской еды.
— Так мало? — Ван Ибо обеспокоенно придвинулся ближе. Его телефон пиликнул сообщением, кошка навострила ушко.
— Мы не знаем, как долго она не ела, — ответил Сяо Чжань, на пробу подвинув миску к ее мордочке. — Она съест все, что дадут, но ей может быть плохо потом.
Кошка и правда съела все в мгновение ока и коротко мяукнула, выпрашивая еще.
— Попозже, милая, хорошо? — ласково сказал Сяо Чжань. — Посмотрим, как ты справишься с этим.
Она попыталась разжалобить его печальным мурлыканьем и потерлась о его руку, но он только погладил ее и еще раз прошептал, что они попробуют поесть попозже. Ван Ибо смотрел на них с улыбкой, от которой было горячо в груди, и Сяо Чжань подозревал, что даже круассан не справится с этой проблемой.
— О господи, — простонал Ван Ибо, прожевав кусочек. На его губах остались крошки, которые он слизнул кончиком языка. Жизнь Сяо Чжаня сразу стала в разы тяжелее. — Мм, Чжань-гэ, это очень вкусно. Тысячу лет такого не ел.
— Я зна-а-аю, — печально протянул Сяо Чжань, отведя взгляд от греха подальше. — Нет ничего вкуснее выпечки на этом свете, ничего.
Только, может быть, сладкие щечки Ван Ибо. Но вряд ли Сяо Чжаню удастся это узнать.
— Хочу есть это каждый день, — сообщил Ван Ибо ртом, полным круассанов. Рот оказался весьма вместительным, а еще он совершенно ничего не стеснялся, не боялся показаться некрасивым, ел не слишком аккуратно, но с выражением блаженства на лице, а потом собрал со стола все крошки.
Сяо Чжань улыбнулся.
— Я тоже, но слишком быстро поправлюсь. А ты вообще выглядишь так, как будто ешь в лучшем случае один раз в день.
— Так и есть, — кивнул Ван Ибо. — Обычно мне некогда.
— Посадишь себе желудок.
— Да я уже.
Сяо Чжань осуждающе покачал головой и налил ему чай. Он любил зеленый и сегодня добавил к нему мяту, и довольно улыбнулся снова, глядя, как Ван Ибо зажмуривается от удовольствия, вдыхая аромат. Мята — нравится, надо запомнить.
— Так и не ответил, — тихо, низко, мягко сказал Ван Ибо, опять сделав с Сяо Чжанем ужасное. — Как ты?.. Тебя не слишком достают? Мои фанаты в смысле. Если достают, сразу скажи мне, ладно? Я попросил свою команду отслеживать их выпады в твою сторону по возможности, но им не уследить за всем. Они же и в личку тебе пишут наверняка?
— Бывает, да, — кивнул Сяо Чжань, отпивая чай. Он приятным теплом прокатился по горлу, оставив свежесть на языке. — Но не знаю даже. С ними правда надо судиться, чтобы они отвязались?
— Некоторые по-другому не понимают. И я их найду и засужу, если они будут тебе вредить.
— Это немного жутко. И странно. Когда моя жизнь успела превратиться в это…
Ван Ибо поставил чашку на стол и поворачивал ее из стороны в сторону, не поднимая взгляд.
— Я понимаю, — сказал он наконец. — Прости, что так вышло, я не хотел, чтобы… В общем. Может, я могу что-то сделать для тебя, чтобы компенсировать все это?
— Что, в смысле… заплатить мне или..?
— Да, если нужно.
— Чушь. Не нужно мне ничего. Не особо представляю, что ты можешь сделать, кроме как урезонить их своими обычными методами. Но если тебе так уж хочется потратить деньги, можешь сделать пожертвование в фонд защиты животных, с которым мы сотрудничаем. Им всегда нужна помощь.
— Сяо-лаоши такой добрый, — улыбнулся Ибо.
— Сяо-лаоши только что развел тебя на деньги.
— На благое дело.
— Верно, — Сяо Чжань смешливо поднял чашку с чаем. — За благое дело!
— За благое дело!
Звяканьем чашек они разбудили кошку, и стушевались под ее взглядом, притихнув, допивая чай в тишине. Потом Сяо Чжань унес все обратно вниз, мимоходом поймал свое отражение в зеркале и поразился тому, как все в нем выдает его чувства. Глаза слишком сияли, уши алели смущением, а улыбка никак не хотела прятаться. Он не чувствовал себя так уже очень давно.
Вернувшись, он обнаружил Ван Ибо у стены с пробковой доской, на которую были прикноплена целая куча набросков для его кошачьих историй.
— Ты здорово рисуешь, — тепло сказал он. — И часто рисуешь этот дом. Как вообще появилось кафе?
— О, — хмыкнул Сяо Чжань, присев на пол у кровати рядом с задремавшей кошкой. — Это долгая история, в которой полностью и целиком виноват Ван Чжочэн.
Который был совершенно не в состоянии устоять перед бездомными котами. Они втроем познакомились и подружились в университете, а потом стали снимать квартиру вместе. Там это все и началось. Сначала у них появился Яичный Рулетик — Чжочэн нашел его где-то под лавкой, в дождь, грязного и продрогшего и, завернув в куртку, принес домой. Они оба смотрели огромными жалобными глазами, и Сяо Чжань с Лулу просто не смогли им отказать. После того, как Рулетика отмыли, высушили и накормили, он стал самым благодарным и послушным котиком на свете и честно отрабатывал еду и кров умиротворяющим мурчанием, теплым бочком и ласковыми боданиями в плечо. А потом все вышло из-под контроля.
Бродячие кошки прилипали к Чжочэну как монетки на магнитик, он обливался слезами, клялся, что больше никогда, но все равно раз в пару месяцев притаскивал с улицы какую-нибудь хвостатую бедолагу. Трех или четырех они, отмыв, подкормив и подлечив, раздали в добрые руки, попутно посягнув на сердце Сюань Лу, когда познакомили ее с Цао Юйчэнем, который забирал у них одного кота. Но потом с ними случилась вертлявая малявка Баоцзы.
— О-о, это та черная красотка, которая чуть не откусила мне палец, когда я ее погладил? — фыркнул Ибо.
— Да, она. Жаль, это не вошло в эфир.
— Она мне понравилась. Не далась чужакам, сидела только на руках у твоей подруги. У девочки есть принципы.
— Хах, да. Мы ее побаивались сначала, но потом она провела один день на попечении Сюань Лу и решила, что это ее человек. Теперь любого за нее загрызет. Это мило, кошки редко так привязываются к человеку.
— Она Баоцзы как пантера?
— Нет, Баоцзы как булочка, вообще-то, но ей бы понравилась твоя трактовка.
Ван Ибо улыбнулся, присел рядом боком, чтобы кошка была в поле зрения.
— Что было дальше?
А дальше Баоцзы взяла шефство над Яичным Рулетиком, который бегал за ней хвостом, примерно вела себя с домочадцами и в итоге стала членом семьи. Следом благодаря все той же удаче Чжочэна у них поселились Снежок и Вишня, затем найденный в кои-то веки не Чжочэном, а самим Сяо Чжанем Мурмурчик, а завершило этот балаган триумфальное явление Его Рыжейшества. Он буквально поселился под машиной Чжочэна, и тот, устав на протяжении недели каждое утро быть на грани истерики, выгоняя из-под колес наглого пушистого ярко-рыжего кота, сдался и забрал его домой. Его Рыжейшество тут же улегся на диван, да там и остался.
— Здесь раньше был старенький ресторан, который держал дядя Лулу. Он почти прогорел и собирался продать его к чертям, но мы уговорили его дать нам полгода. Мы были тогда смелые и амбициозные, потратили все свои сбережения на самостоятельную оплату аренды, — Сяо Чжань усмехнулся. — Сюань Лу и Чжочэн изучали бизнес, а я учился на факультете дизайна, и мы решили, что будет круто поднять на ноги маленькое кафе в качестве выпускного проекта. Мы хотели сделать из того унылого места что-то крутое и популярное и начали экспериментировать. Старых работников дядя пристроил в другие места, и мы остались тут одни. Полностью изменили меню, побелили стены, перекрасили столы, добавили побольше растений, оборудовали комнату для котов, а потом запустили их сюда. Я спроектировал новую вывеску и логотип, создал для кафе аккаунт на вейбо. Даже не помню, какой точно был тогда план, мы собирались просто попробовать, звали к себе университетских друзей, чтобы пить чай, есть выпечку и обнимать котов, купили проектор и начали показывать фильмы на стене по пятницам и воскресеньям. Мы продавали только чай и выпечку поначалу, но у нас была копилка, в которой гости могли оставлять деньги на содержание котов, и она всегда была полной.
— Потому что коты классные.
— Да, скорее всего дело в них. Я как раз тогда начал их рисовать понемногу, выкладывал в аккаунте, придумывал им диалоги, людям это понравилось, так что я стал рисовать маленькие комиксы на постоянной основе.
И потихоньку они как-то смогли из маленькой забавы на лето превратить это место в любимое дело. Съехали из старой квартиры и сняли здесь верхние этажи и остались жить. Через год обзавелись еще тремя котами и задружили с обществом защиты животных, чтобы помогать бездомным кошкам, которых к ним часто приносили, найти дом.
— Теперь из-за тебя мы жутко популярные, — Сяо Чжань легонько тронул руку Ван Ибо, надеясь, что тот почувствует вдруг переполнившую его благодарность. — Наверное к концу года даже сможем обновить фасад.
— Можно я дам вам денег прямо сейчас?
— Нет, — улыбнулся Сяо Чжань.
— Жаль. Твои рисунки классные, — Ван Ибо уложил голову на кровать, и теперь смотрел на него из-под ресниц. — Я просмотрел все, которые выложены. Ты продолжишь историю?
— Да, я как раз работаю над ней. Забавно, мои комиксы стали внезапно популярными вместе со мной, мне даже предложили их напечатать.
— Уо, круто! Согласишься? Соглашайся! Я уверен, они станут еще популярнее, а потом по ним сделают дунхуа! И я буду драться с кем угодно за возможность озвучить Его Рыжейшество.
— Ха-ха, твой голос и правды бы ему подошел. Но ты наверняка слишком дорогой.
— Ради такого я готов поработать бесплатно.
Сяо Чжань улыбнулся и отвел глаза. Сердце расшалилось еще сильнее, и трепещущее тепло внутри снова заставило его дрожать.
— Кажется, она уснула, — тихо сказал Ван Ибо, кивнув на кошку. Та спрятала мордочку в лапках, свернулась в уютный клубочек и мирно спала.
— У нее был тяжелый день.
— Она славная, — Ван Ибо погладил одеяло рядом с ней, боясь разбудить. — Ты… можно… можно она останется с вами? Я буду ее обеспечивать! Только скажи, что ей нужно, я буду все покупать! Я не смогу взять ее себе, но… мне не хочется, чтобы она жила у кого-то чужого.
— Хочешь ее навещать?
— А можно?..
— Скорее всего она забудет тебя, если не будет видеть слишком долго.
— Ну и что. Я все равно буду ее любить.
Сяо Чжань ничего не мог поделать с улыбкой, от которой уже болели щеки. Этот Ван Ибо.
— Ладно, — фыркнул он, ткнув Ван Ибо в плечо. — Давай придумаем ей имя.
— Имя? — Ван Ибо сел на колени, рассматривая кошку. — Даже не знаю. Она такая крошечная. И так смешно уложилась, похожа на орешек.
— Орешек? Хорошее имя для кошки.
Ибо повернулся к нему, расцветая улыбкой.
— Да?.. Правда? Тогда пусть и будет Орешек.
— Хорошо. Она поживет здесь со мной, пока не получит все прививки, а потом я пущу ее играть с другими.
— Спасибо, Чжань-гэ.
Ван Ибо снова поймал его взгляд, открытый и взволнованный, он снова поджал губы как в тот раз, на записи шоу, но теперь Сяо Чжань понял, что это было просто смущение, а не неприязнь.
— Тебе спасибо, — мягко ответил он. — Многие проехали бы мимо.
Орешек проснулась, уставившись на них желтыми глазищами, и Ван Ибо тут же протянул ей руку. Она понюхала ее и легонько ткнулась носиком, разрешая себя погладить.
— Тебе будет здесь хорошо, — прошептал ей Ибо. — А я куплю тебе все вкусняшки, которые найду, и самые веселые игрушки, ладно?
Кошка заурчала, ластясь, а потом задремала снова. Сяо Чжань старался держать лицо, но все внутри обмирало от нахлынувших чувств. Но это было хорошо. Он не привык сдерживаться, обычно позволяя себе прожить любую эмоцию, и сейчас то новое и немного пугающее, что зарождалось в нем все это время, затопило его с головой. Но это было в любом случае прекрасно. Ван Ибо ведь не исчезнет из его жизни. В конце концов, у них теперь общая кошка. А там, кто знает.
— Орешек станет новой героиней твоих комиксов? — Ибо повернулся к нему со шкодливой улыбкой. — Она будет классной! Супергероиня с крошечными лапками, которая отлупит кого угодно! Бум-бум!
Сяо Чжань рассмеялся.
— Придется взять тебя в соавторы! Но я подумаю, конечно. Мне нужно сначала узнать ее получше, чтобы полнее отразить ее характер.
— Это так здорово, — Ибо снова уложил голову на кровать. — Все, что ты — вы — делаете. Ты живешь здесь, и работаешь здесь, и так привязан к этому месту.
— И я его люблю. Это мой дом.
Ибо улыбнулся, чуть горьковато, и вздохнул, опуская взгляд.
— А ты всегда в разъездах, да? — мягко спросил Сяо Чжань.
— Мгм.
— Зато можешь повидать Китай. Да и мир, наверное?
— Да, это здорово, но… Иногда очень хочется приехать, ну знаешь. Домой. А у меня нигде уже нет ощущения дома. У родителей давно своя жизнь, а моя квартира в Пекине слишком необжитая, и мне там грустно. У тебя здесь хорошо. Спокойно и уютно. Жаль, вы стали слишком популярными, и я не смогу приходить сюда незаметно.
Сяо Чжань молча смотрел на него, не зная, как правильно сказать то, что ему так хотелось сказать.
— Я… слишком много болтаю, да? — Ибо смутился, сел прямее, кашлянул, обняв себя одной рукой. — Извини, просто… Извини. Это все не слишком интересно.
— Нет, наоборот. Я раньше думал, что ты засранец, но…
— Но?..
— Но больше так не думаю.
Ибо повернулся к нему, встретив его взгляд, выискивая что-то в его лице.
— Я так часто теперь хочу тебе написать, — прошептал он, будто секрет. — Но не знаю, вдруг это странно для тебя? Я каждый раз думаю, что ты... что тебе все это не надо, и останавливаю себя.
— Эй, нет, — горячо прошептал Сяо Чжань, быстро сжав его предплечье и тут же отпустив. — Все в порядке. Я очень рад быть тебе… быть твоим… другом. И пиши мне, когда захочешь. И приезжай тоже. Если захочешь. После закрытия, или… Можно не вниз, а сюда, ко мне. Приезжай ко мне.
Улыбка Ибо как рассвет — появилась робким лучиком и разлилась светом по его лицу, мгновенно преображая, и Сяо Чжань не смог не улыбнуться в ответ.
— Спасибо, Чжань-гэ. Это много для меня значит. Очень.
Тихий шелест колес в открытое окно нарушил всю прелесть момента, Ибо вздохнул, поджав губы. Вот теперь недовольно. Его телефон тихо завибрировал.
— Это за мной. У меня съемки через четыре часа.
— Не забудь про врача.
— Постараюсь.
Они смотрели друг на друга еще минуту, пока телефон не завибрировал снова.
— Иди, — улыбнулся Сяо Чжань. — Еще увидимся, да?
— Обязательно.
— Я даже куплю журнал с тобой.
— Чтобы что?
— Чтобы показывать Орешеньке ее гулящего отца.
— Чжань-гэ, не разбивай мне сердце.
Он ушел, смеясь, напоследок легонько погладив Орешек, чтобы не разбудить. Сяо Чжань смотрел из окна, как он садился в машину, подняв напоследок голову, но не заметив Сяо Чжаня в окне, и как его байк увозят вслед за ним. Уже светало понемногу, каким-то образом они провели вместе почти всю ночь, голова гудела от усталости, но внутри было так хорошо, так тепло. Сяо Чжань не спеша умылся, переоделся в пижаму и, обняв подобравшуюся к нему поближе Орешек, заснул на несколько часов.
Утром его ждал чат с Ван Ибо, забитый фотографиями кошачьих игрушек.
tracer85: Чжань-гэ смотри, смотри, как думаешь, ей понравится??
tracer85: а вот это??
tracer85: с вот этим я бы даже сам играл
tracer85: менеджер чуть не убила меня, но свозила в больницу, завтра узнаю, бешеный я или нет, напишу тебе.
tracer85: Чжань-гэ, пришли мне счет из клиники и расскажи, как все пройдет, хорошо?
tracer85: Чжань-гэ, а пришлешь мне фотку Орешка?
Сяо Чжань, перестав наконец смеяться, сфотографировал кошечку, пристроившуюся у него под боком, захватывая в кадр свою руку, плечо и ключицу. У него дурные намерения, но это весело. Может быть, из этого что-нибудь и выйдет.
xzdaytoy: Держи
xzdaytoy: Буду присылать каждый день😸
tracer85: набирает сообщение…
tracer85: набирает сообщение…
tracer85: набирает сообщение…
tracer85: 💗.