Work Text:
В маленьком особняке на берегу океана было тепло; пронизывающий бриз разбивался о надежные стены, а шорох волн и острый запах йодоброма только помогали хозяину сосредоточиться. Магос биологикус Орантий заканчивал монографию — очередную маленькую брошюрку об очередном водном хищнике на океаническом мире Мускари, и был весьма доволен жизнью, когда ему пришел вызов.
Именно вызов. Или, если угодно, предписание срочно явиться в контору представителя планетарного губернатора.
Недоумевая, Орантий выключил когитатор, завел авто и поехал, по пути размышляя, что могло случиться. Его исследования носили по большей части академический характер. Мускари был тихим захолустным миром, на 83% покрытым океанами. На океанических платформах местные жители выращивали хлореллу, в открытом океане — пасли косяки креветок и китов, а единственный улей на другой стороне планеты производил детали для «Химер» и перерабатывал улов, что и составляло основной доход мира. Крупных хищников на Мускари не водилось, опасности для человека здешняя фауна не представляла.
Может быть, эпизоотия?
Когда Орантий вошел в контору, там его поджидали двое: представитель губернатора, немолодая женщина с волевым лицом, по имени Файлер, и незнакомка в роскошной темно-красной броне. Она показалась магосу совсем молодой, но, присмотревшись, он понял, что дело в качественном омоложении. Взгляд у незнакомки был бесстрастный и тусклый, как у старого человека, но очень цепкий.
— Знакомьтесь, — сказала Файлер, — это мамзель Аида, вольный торговец. У нее возник интерес к…
— Простите, — перебила Аида, — у нас мало времени. Доминус Орантий, мне известно, что вы не только специалист по фауне Мускари, но и знаток местных преданий и культов.
— Ну что вы, — Орантий даже немного смешался. — Фольклористика — это мое маленькое хобби, и я ни в коей мере…
— Я ознакомилась с вашим трудом «Рыбацкие легенды жителей Мускари», — снова прервала Аида. — Вы что-нибудь слышали об аватаре Императора?
Смущение Орантия достигло точки кипения.
— Вы имеете в виду… Живых Святых?
— Нет, — раздельно сказала Аида. — Я имею в виду культ аватары Императора. Новый культ.
Орантий надолго задумался.
— С жертвоприношениями, — добавила Аида.
— Ах, это! — Орантий улыбнулся. — Нет, я не слышал, что это аватара Императора… Это изначально какой-то крупный морской обитатель. Местные называют его «ктулху». Я слышал эти россказни — якобы он миллионы лет спит на дне океана, ну, или сотни, или десятилетия, у кого на сколько хватает фантазии, а время от времени просыпается и всплывает на поверхность. Чтобы он не нападал на китов, местные задабривают его рыбой. Ну, конечно, устраивают песнопения, сочиняют в его честь целые поэмы ужасного уровня, знаете, у нас мало кто владеет стихосложением…
— Песнопения в честь крупной рыбы? — Аида скептически приподняла бровь.
— Ну, у нас мир тихий, и тут, скажем прямо, скучновато. Мне-то скучать некогда, а вот тем, кто не занят, как я, наукой…
— Понятно, — сквозь зубы процедила Аида. Файлер встревоженно произнесла:
— Господин магос занят только наукой. Биология, зоология, ихтиология, все такое. Он бы не стал покрывать нездоровые культы…
— А я и не говорю, что он покрывает. Но если ктулху — это рыба, может, вы расскажете, доминус Орантий, о ее повадках?
— Я… — Орантий беспомощно оглянулся, подобрал полы мантии, но садиться не стал. Ему вдруг стало не по себе. — Вы знаете, я никогда не принимал эту легенду всерьез. Я полагал, что это только рыбацкие сказки. Ведь никто этого ктулху и не видел никогда. Рыбу просто бросают в воду.
— Тогда кто, по-вашему, мог истреблять китов? — нервно спросила Файлер.
Аида и Орантий воззрились на нее, потом друг на друга. У Орантия вырвался смешок — выражение лица Аиды было и впрямь немного комичным, но и у него самого, видимо, не лучше.
— Невозможно! — выкрикнул Орантий, собравшись с мыслями. — Я, лично я, описал уже двадцать два вида океанических хищных животных! Самое крупное из них — это ихтиозаврус мускари, рептилия длиной чуть больше метра! Атаковать кита весом в пятьдесят тонн она не решится!
— А стаями?
— Ну что вы, мамзель вольный торговец… Ихтиозавр — одиночный хищник, его добыча — мелкая рыба. Он, бывает, вредит косякам, тогда меня призывают для консультации, я рекомендую ультразвуковые отпугиватели, и дело в шляпе. У китов нет естественных врагов.
— Кроме человека, — уточнила Файлер. — Так, значит, это дело рук рабочих с фермы. Ну, я им…
— Но я не слышал ни о каких нападениях на китов.
— Потому что их держат в секрете, иначе мы растеряем всех работников и мелких самозанятых рыбаков. Сами знаете, моряки — народ суеверный…
Аида казалась разочарованной, но все же решила вернуть разговор к началу.
— Так я о суевериях, — сказала она. — Ихтиозвери не могут вырасти больше?
— Ихтиозавры, — поправил магос. — Нет. Они и до метра-то редко дорастают, только самые старые особи.
— Давайте выедем на место, — напористо сказала Аида.
Она была слишком целеустремленной для вольного торговца. Хотя Орантий никогда не встречался с вольными торговцами, но полагал, что их занятие — межпланетная торговля, а не изучение океанической фауны и связанных с ней суеверий, да еще в таком форсированном режиме.
— Я дам вам автомобиль, — поспешно вызвалась Файлер.
Орантий немного знал Файлер — она была весьма жесткой особой и редко проявляла услужливость. Ситуация становилась все более запутанной.
Скрывать от общественности гибель китов — пожалуй, верный ход, но его-то почему не привлекли? Ведь он всегда готов проконсультировать, а если надо, то и провести полевые исследования. Получается, что они проворонили гигантского высшего хищника, по-видимому, крайне малочисленного, но реального. Он, Орантий, крупнейший специалист по океаническим хищникам, и проворонил. Получается, он напрасно решил, что в рыбацких сказаниях нет ничего, кроме вымысла, а значит, россказни о «ктулху» — не просто побасенки, а поэтические описания реального животного.
Но аватара Императора?
— Не нужно, — сказала Аида. — У нас есть «Аквила».
Неплохо, подумал Орантий. Как-то мало я знаю о вольных торговцах. Хотя чему я удивляюсь, они же зачастую и пираты…
И он действительно мало о них знал, как и вообще о мире за пределами океанической фауны и связанных с ней фольклорных источников.
В «Аквиле» сидело несколько человек: средних лет женщина, которая представилась как инфосавант Рея, тихая женщина постарше, трое молчаливых мужчин в броне и с оружием и девушка-пилот.
— Летим вдоль берега, — твердо сказала Аида.
— Если высший хищник такого размера существует, — заикнулся Орантий, — то он живет в открытом океане…
— Меня мало интересуют хищники сами по себе. Меня интересуют еретические культы.
Они медленно шли, повторяя изгибы прихотливой береговой линии.
— Здесь есть несколько централизованных рыболовецких предприятий, — просветила Рея, — а также множество деревень, где расположены небольшие артели и самозанятые рыбаки…
— Они-то мне и нужны. Улей, если ты помнишь, мы проверили.
Они немного снизились, и среди утесов на берегу небольшой речки, впадающей в океан, появилась группка домов.
— Ракушки, — сказала Рея.
— Снижаемся.
Ракушки оказались маленькой деревенькой с опрятными двухэтажными коттеджами, обсаженными деревьями с жесткой листвой. Орантий не замечал ничего подозрительного. Большинство жителей, видимо, вышло в море, но в нескольких дворах можно было заметить хозяев, занятых починкой сетей и домашней работой.
Наперед вышла неразговорчивая женщина, закутанная в синее широкое пончо. Странное дело: в «Аквиле» Орантий ее даже не заметил, а тут она вдруг улыбнулась — и он пропал. Дама будто излучала обаяние. С той же очаровательной улыбкой она обратилась к какой-то старухе, затем — к подростку, уставившемуся на нее открыв рот… Резкий акцент делал ее слова особенно милыми, а легкая неправильность в построении предложений придавала ее речи оттенок юмора. Она сказала, что их группа — богатые жители улья, которые желают прикоснуться к истинной вере и поклониться аватаре Императора.
Но обитатели Ракушек слыхом не слыхивали ни о какой аватаре Императора.
— Морской ангел, — напирала женщина. — Тот, кому поклоняются на алтарях.
Все умолкли. Наконец, один пожилой человек сказал:
— Это вам надо в Рыбий Дом.
— Двадцать семь километров отсюда, — вполголоса произнесла Рея.
— Мы туда не ездим, — сказал подросток. — Далеко, и чего мы там не видели. У нас вон часовня есть, — он кивнул подбородком на часовенку стандартной архитектуры, с имперской аквилой и грубо выполненными статуями Императора и примархов на фасаде, — мы там молимся.
В Рыбьем Доме их ждал далеко не такой дружелюбный прием. Милую даму в синем пончо первый же встреченный житель послал к чертям, да так грубо, что молчаливые мужчины демонстративно сжали в руках свои «Гекатеры». Орантий впервые видел настолько серьезное оружие, местные, видимо, тоже, потому что убрались с дороги, недовольно ворча и озираясь. Тогда встрял Орантий.
— Я магос биологикус, — заговорил он. — Не скажете ли, где в последний раз видели ктулху?
— Дурак, что ли? — оборвала его молодая девушка, испуганно оглянувшись по сторонам. — Нельзя произносить его имя всуе!
— Оно такое священное?
— Точно дурак, — вздохнула рыбачка. — Не призывай того, кто тебе не слуга! Не обращайся к нему без подношения! И вообще, проваливай…
— Но я ученый! Мне это нужно для исследований!
К какой бы кладе ни принадлежал таинственный хищник, видимо, он был невероятно опасен — рыбаки привыкли и к штормам, и к жутким чудовищам, самые смертоносные из которых были не больше ладони, но капли их яда хватило бы, чтобы погубить целую деревню. Нужно было постараться, чтобы внушить им такой страх.
— Шуруйте в Ловецкое, — шепнула рыбачка. — Но тс-с! Не вздумайте ляпнуть, что это вам тут посоветовали!
Рей быстро проложила путь до Ловецкого. Казалось, она досконально знала географию Мускари.
— Попахивает тем, что мы и ищем, — заявила Аида, размещаясь в «Аквиле».
— Простите, мамзель Аида, — осторожно начал Орантий, — эти хищники, они так критично опасны для вашего бизнеса? Ну, вы, наверное, собираетесь наладить торговлю морепродуктами, да?
Один из молчаливых мужчин с «Гекатерами» едва заметно усмехнулся.
— Разумеется, я должна учесть все факторы, — Аида фыркнула, и все умолкли.
«Аквила» приземлилась, выбрав площадку поровнее на самой окраине. Ловецкое когда-то было большим поселением. Однако сейчас большая часть домов пустовала. Над безжизненными улицами витал тяжелый запах — застарелого гнилья и протухшей рыбы, и еще чего-то, что крайне не понравилось Орантию. Разило падалью. Уже начало смеркаться, в небе повисли над горизонтом две луны Мускари, одна из них — ярко освещенная искусственным электрическим светом, потому что на ней размещались ремонтные доки для грузовых судов, и между покосившимися домами с выбитыми стеклами витали неприятные тени.
В глубине поселения виднелся свет и какое-то движение. Мужчины, держа оружие наготове, зашагали первыми. Орантий, волнуясь, спешил за ними, отчаянно сожалея, что они приехали сюда на ночь глядя и он не рассмотрит новое, неизвестное науке животное как следует. Как всегда вечером, океан успокоился, прибой ритмично шелестел о камни, и уже видно было, что свет исходит от большого костра на берегу. Вокруг костра толпились люди.
Аида прибавила шагу.
Инфосавант и женщина в синем явно не выдерживали ее темпа, однако обе вытащили собственное оружие — вычурно украшенные пистолеты. Безоружным остался один Орантий.
— Ну что вы, — промямлил он и вздрогнул, когда один из мужчин обернулся на его голос. — Если это морское животное, то оно до нас на суше не доберется…
— Это может быть амфибия, — возразила Рея, — или что-то вроде крокодила, который прекрасно передвигается по суше.
— Но от хищника, который может съесть кита, вас никакой пистолет не спасет!
— Это верно, — хмыкнула Аида. — От такого разве что циклонной торпедой отбиваться… Хотя, возможно, речь не об одиночном звере, а о стайных хищниках?
Орантий подумал. Первым его движением было ответить «исключено».
— Не знаю. — Наконец сказал он.
Тени выходили из зловонного сумрака. Орантий присмотрелся к некоторым, и по спине его прошел холодок: это были люди, но странно искаженные, сгорбленные, с непропорциональными головами.
— Мутанты, — шепотом сказала дама в синем.
Они подошли поближе. Мутанты смешивались с обычными людьми, толпа становилась все больше и больше, но она была неплотной, и Орантий, приподнявшись на цыпочки, разглядел большой каменный куб, на котором что-то лежало.
Кто-то лежал.
Человек. Небольшой — видимо, подросток, совершенно обнаженный.
Волосы у Орантия встали дыбом: здесь творился какой-то богопротивный ритуал. Его спутникам тоже было явно не по себе. Рея сотворила аквилу. Но сразу же расцепила руки: здесь бы ее не поняли.
Люди собрались полукругом, обернувшись лицом к океану. Старческий голос из толпы выкрикнул непонятные слова — короткую строку, будто из стихотворения, и последние слова из нее подхватил хор собравшихся. Он повторял и повторял один и тот же стих, а крики толпы становились все стройнее и исступленнее, и Орантий поймал себя на том, что тоже повторяет шепотом: «Ктулху фхтагн!»
— Молитесь Императору, — едва слышно посоветовала Аида.
Тогда Орантий в такт странному стихотворению начал повторять одними губами: «Аве Император!», ему стало немного легче, руки перестали трястись, но никакого ктулху — ни рыбы, ни крокодила — пока не было.
— Ктулху фхтагн! — ревела толпа.
Подросток на камне лежал, неслышно плача, но не пытался вскочить и убежать — может быть, боялся толпы больше, чем хищника.
Внезапно вода вскипела.
Огромная бесформенная туша всплыла неподалеку от берега и устремилась к людям. Послышался визг и вопли, толпа культистов дрогнула и с воем отпрянула назад; кто-то упал и орал без слов, видимо, понимая, что ему не помогут, кто-то панически улепетывал, кто-то действовал собранно, но все старались отойти подальше от берега.
Из воды вынырнули длинные щупальца. Покрутились в воздухе. Подросток визжал, но не мог пошевельнуться, парализованный ужасом.
Три «Гекатера» и два пистолета выстрелили почти одновременно, слаженно и точно, перебив щупальца, уже нависшие над ребенком. Аида вмиг очутилась рядом с алтарем, в руке у нее засветился силовой клинок, и этим клинком она снесла еще одно щупальце. А потом схватила подростка за руку, стащила с алтаря и поволокла к «Аквиле».
Один из мужчин ее свиты рванул за плечо Орантия, застывшего от страха, и он тоже побежал.
— Не надо, — всхлипывал подросток, задыхаясь. — Если не я… другой… он сожрет всех… это же Ктулху…
Аида буквально зашвырнула его в «Аквилу» и вскочила сама.
— Взлетай, — бросила пилоту. Та не мешкая подняла самолет.
Орантий упал, немного промахнувшись мимо сиденья и больно ударившись ляжкой.
— Это… не Ктулху… — промямлил он; губы у него тряслись, и получилось невнятно, так что Аида дважды переспросила.
— А кто же?
Орантий заколебался, пробормотал что-то насчет ответственности за свои слова и паники на побережье, и тогда перед его носом замаячил какой-то значок в ладони Аиды. Он тупо уставился на стилизованную букву «I». Наконец до него дошло.
— Вы… из Ордосов?
— Ордо Еретикус, инквизитор Аида Вармаан. Так что с этой аватарой? Чья она?
— Это не Императора, — проговорил Орантий. — И вообще не аватара. Это тиранид.
— Четыреста лет назад, — сообщила Рея, — в этом секторе проходило щупальце флота-улья Бегемот. Этот мир был атакован, благополучно отбит орденом Ультрамаринов, заново заселен…
— Точно, — поддержал Орантий, — тут и соборы в честь этого построены.
— Значит, тиранид, — повторила Аида. — Что ж…
***
Магос биологикус Орантий сидел на крыльце маленького поместья на берегу океана. Монография застопорилась, часть китовых ферм и хлорелловых заводов на океанических платформах закрылась, и призрак близкого безденежья упорно маячил в отдалении: консультации на этих предприятиях для магоса были важной статьей дохода.
Рота Сестер Битвы, посланная Ордо Еретикус, зачистила Ловецкое и полностью стерла поселение с лица Мускари; еще с месяц после этого в деревнях работали инквизиторы, вылавливая последователей культа Ктулху. А тем временем отделение Караула Смерти — Аида уведомила и Ордо Ксенос — прочесывало океан в поисках выживших тиранидов. Мирной жизни на Мускари, казалось, пришел конец, но Орантий разок представил себе, что было бы, если бы Аида Вармаан прибыла сюда позже… и дальше думать об этом ему не захотелось.
Мальчик Уно — после спасения от культистов он жил у Орантия, выполняя мелкие поручения по дому, а заодно изучая океаническую фауну и мало-помалу осваивая обязанности лаборанта, — принес ему кружку рекафа.
— Скоро у нас и на рекаф денег не будет, — озабоченно произнес магос.
Внезапно над горизонтом появился знакомый силуэт «Аквилы». Гудя, он пронесся над крышей поместья Орантия и вдруг зашел на посадку прямо на заднем дворе.
Женщина, которая в тот злополучный день была в синем пончо, улыбнулась магосу своей обаятельной улыбкой, и он снова почувствовал, что пропадает.
— Магос биологикус, — проворковала она, — нам необходим консультант по ксенофауне. Вы готовы сотрудничать с Ордосами? Вы, — она одарила Уно нежным взглядом, — и юноша?
Магос поднялся, облизнул губы — и понял, что готов сотрудничать с кем угодно, лишь бы она улыбнулась еще раз.
— Похоже, — подытожил Уно, — на рекаф нам хватит.