Work Text:
— Не двигайся! — шутливо поругал Рон, в третий раз поправляя положение руки Тото.
— Я и не двигаюсь! — возразил Тото — и сразу доказал, что врёт, вновь дёрнувшись.
Рон поднял бровь, ухмыльнувшись.
— О, Тото. Мы ещё даже не начали, а ты уже так сильно нервничаешь.
— Что значит «мы»?! Это была твоя идея — я никогда не хотел красить ногти!
— Это, — возразил Рон, — неважно.
Рон склонился ближе, снова придерживая запястье Тото. Не вставая с футона, он достал стеклянный флакон с лаком для ногтей и открутил крышку. Медленно показалась блестящая кисточка с каплей бледно-розового лака на кончике.
Тото замолчал.
Он неподвижно сидел, ожидая, что Рон снова начнёт дурачиться: преувеличенно жестикулировать, излишне драматизировать и говорить глупости.
Однако, к его удивлению, Рон опускал кисточку с поразительной осторожностью. С очевидно методичным мастерством он делал плавный мазок по центру, затем два аккуратных по бокам.
Вскоре заблестел первый ноготь — лак лёг ровно, не слишком толстым и не слишко тонким слоем. Идеально.
Рон вновь обмакнул кисточку, проводя ей по краю флакона, чтобы убрать излишки. Наклонив кисть, он обвёл ей контур кутикулы и распределил лак.
Тото наблюдал за его действиями со странным восхищением.
Этому тоже учили в Блю? На лице Рона застыло сосредоточенное выражение, пока его руки творили чудеса — за пять лет изоляции, судя по всему, он научился красить ногти как настоящий мастер.
— К сожалению, — спокойно сказал Рон, не поднимая головы, — Блю не предоставляет таких полезных курсов. Действительно жаль. Они бы никогда не смогли научить, как правильно красить ногти своему напарнику.
Тото поперхнулся.
Тут же вспыхнув, он захлопнул рот. Разумеется детективная академия не учит нанесению лака! Ох, какая же глупая мысль.
Тото внимательно смотрел на свои пальцы — и, похоже, не замечал лёгкой понимающей улыбки на губах Рона, работавшего с притворной сосредоточенностью.
Закончив с очередным ногтем, Рон заговорил:
— Тото, тебе нравится этот цвет?
— Ты уже начал красить. Какой смысл спрашивать об этом сейчас? — невозмутимо ответил Тото. Тем не менее он стал изучать оттенок — мягкий, бледный, почти прозрачный. Нравилось ли ему? Сложно сказать.
Рон склонил голову набок.
— Тото, разве ты не знаешь о чудесах косметики? — Он заговорщически понизил голос. — Она смывается. Одно движение — и всё.
Рон немного сильнее сжал запястье Тото, а его глаза сверкнули.
— А это значит, я могу попробовать что угодно.
— Что значит попробовать что уго…
Хватка Рона усилилась.
— Тото, не двигайся! Иначе размажется.
Тото сразу замер.
Рон продолжил работу, тихо напевая себе под нос. Один палец, второй. Где-то между третьим и пятым Тото потерял счёт времени и стал просто рассматривать детали интерьера. Вокруг них всё затихло, над головой гудел свет, а мир сузился до осторожных мазков и слабого запаха лака.
Неожиданно кончиков пальцев Тото коснулось прохладное дыхание.
— Э..? — Тото опустил взгляд, ища источник прохлады — и обнаружил, что Рон, наклонившсиь, аккуратно дул на свеженанесённый слой лака.
— Р-Рон, ты что делаешь? — дрогнувшим голосом спросил Тото.
Рон посмотрел на него из-под растрёпанной чёлки, полностью открыв свои ярко-голубые глаза.
— Просто сушу твои ногти. Так быстрее.
«Быстрее», — подумал Тото, будто не чувствовал, как его собственный пульс отдаётся в руке, которую сжимал Рон.
Тото поспешно отвернулся, второпях находя на футоне случайную точку, достаточно интересную для изучения. Рон продолжил напевать, явно крайне довольный собой.
Закончив с одной рукой, Рон выпрямился.
— А теперь, — объявил он, потянувшись к другому флакону, аккуратно обклеенному чёрным скотчем. — Не будем тратить времени и попробуем кое-что другое!
Он торжественно поднял его, демонстрируя Тотомару.
— Но сперва, сможешь угадать, что внутри?
Тото уставился на полностью закрытый предмет.
— Нет, Рон. Я не могу угадать цвет лака, флакон с которым в чёрном скотче.
— Но в этом и смысл: ты не должен видеть его! — пожаловался Рон, настаивая на том, чтобы Тото попытался угадать. Тяжело вздохнув, Тото прищурившись снова посмотрел на флакон, как будто одна только сосредоточенность могла наделить его рентгеновским зрением.
— Оранжевый?
— Так и думал, что ты это скажешь. Но нет, не оранжевый.
— Красный?
— Неа.
— Синий? Зелёный?
Каждая догадка встречалась всё более радостным отрицанием.
— Да не знаю я! Просто скажи мне, Рон! — простонал Тото, в отчаянии запуская руки в волосы и с силой сжимая их у корней.
Ухмыльнувшись, Рон отклеил скотч и открутил крышку.
Тото моргнул.
— Это… даже не цвет.
— Верно, — самодовольно сказал Рон. — Это глиттер.
— Тогда зачем ты заставил меня га… — С губ Тото сорвался стон, а Рон лишь посмеивался над его страданиями, радуясь уж слишком сильно для того, кто является причиной по меньшей мере 46.3% мучений Тото.
— Но послушай. — Рон вновь аккуратно приподнял руки Тото. — Тебе пойдёт. Просто доверься моей теории цвета.
— Что значит «мне пойдёт»? Я не собираюсь ходить на работу с блёстками! — возмутился Тото, вырывая руку. Рон поник, но Тото решил не позволять ему делать всё, что тот хочет. — Ни за что.
— Но это будет красиво!
— Нет.
— Обещаю, тебе понравится.
— Нет.
— Тотооооо…
— Нет! — фыркнул Тото, решительно скрестив руки на груди. Рон вздохнул с преувеличенным разочарованием и отложил флакон.
— Ты меня ранишь, Тото. Такая скромная просьба и такой жестокий отказ.
Тото наконец взглянул на Рона.
Рон тут же просиял и потянулся за глиттером…
— Раз ты так сильно хочешь использовать его, — спокойно сказал Тото, — позволь мне исполнить твою просьбу.
— Что…
Тото перехватил руку Рона и притянул его ближе.
Не успел Рон прийти в себя, как Тото открыл флакон. Поднятая кисть оставила после себя след капающих блёсток. Он чувствовал под своими пальцами тепло кожи Рона. Тото неуклюже опустил кисть, нанося глиттер на ноготь, хотя может и не так аккуратно, как Рон.
— Хватит, Тото, — возразил Рон, пытаясь вырвать руку, — блёстки для тебя, а не меня!
Тото ничего не сказал.
Вместо этого он улыбнулся.
— Не волнуйся, — пробормотал он, повторяя его собственные слова. — Мы можем их стереть.
Он поднял голову и встретился взглядом с Роном.
— А значит, я могу попробовать что угодно.
У Рона перехватило дыхание.
— Вот и всё! — весело сказал Тото, и к тому времени, как Рон осознал произошедшее, Тото уже закончил красить пять его пальцев — неаккуратно, неровно, но определённо привлекательно.
В свете флуоресцентных ламп блёстки превратились в калейдоскоп цветов, рассыпавшись различными оттенками по ногтям Рона. В этом блеске плясали крошечные отражения — и на миг Рону даже показалось, что он видит в нём их двоих.
— Ты пялишься, Рон, — проворковал Тото с самодовольной улыбкой на лице.
Рон моргнул, а потом резко отвернулся.
— Неправда.
Но его выдавали покрасневшие уши под тёмными волосами.
Довольный Тото слегка отстранился.
— Осторожнее, Рон, — прошептал он, — он может размазаться.
Бонусная сцена 1:
Ровно две минуты Амамия пялилась на руки Тото, прежде чем заговорить.
— Почему твой маникюр лучше моего?
Тото вздрогнул, едва не выронив ручку. Подняв взгляд от стопки отчётов, он обнаружил, что Амамия склонилась над его столом, сузив глаза в глубоком и пытливом подозрении.
— Э… простите, — медленно начал Тото. — Не могли бы вы повторить, Амамия-семпай? — спросил он, наблюдая, как на её лице появляется раздражённое выражение.
— Отвечать старшим нужно немедленно, Ишшики. — Амамия выпрямилась и отвернулась, строго прищёлкнув языком. — Забудь. Сосредоточься на документах.
Тото смотрел, как Амамия отходит, и немного запаниковал, не желая с самого утра портить Амамии настроение. Поэтому он рассеянно выпалил:
— Н-ну, на самом деле маникюр мне сделал Рон!
Тишина.
Амамия замерла на полпути.
Медленно — очень медленно — она обернулась.
— …его сделал Камоо-сама? — спросила Амамия. Пока Тото не опомнился, она без предупреждения схватила его за запястье и подняла его руку к свету потолочных ламп, словно улику в громком деле.
Тото пролепетал:
— Д-да! Он просто заставил меня попробовать, вот и всё…
Но Амамия не слушала.
Её выражение лица полностью изменилось: щёки слегка порозовели, а глаза заблестели от благоговейного восхищения.
— Он сам накрасил их… — пробормотала она.
Тото в лёгком ужасе смотрел, как она погружается глубоко в свои мысли, очень глубоко — представляя, как Камоо-сама с искусной бережностью держит её за руку, подпиливая и крася ногти с аристократическим изяществом.
Ох. Он немного расслабился. Возможно, всё не так плохо.
— Так ровно, — прошептала Амамия в благоговейном трепете.
— Ага… — слабо согласился Тото.
Она наконец отпустила его, придавая лицу непроницаемое выражение, как будто ничего не произошло.
— Ясно. — Пауза. — Очень хорошо. Возвращайся к работе.
Она ушла с невозмутимым видом, хотя в её походке была заметна лёгкость.
Тото посмотрел ей вслед — а потом на свои ногти.
В офисном освещении на бледно-розовом лаке у самых краёв виднелся едва заметный глиттер — местами неровный, но изящный.
Он вспомнил тёплые руки, аккуратные мазки и дыхание, охлаждающее лак.
Его губы тронула лёгкая улыбка.
— …может размазаться, — пробормотал он и снова взял ручку.
Бонусная сцена 2:
— Почему мы делаем это на футоне? Давай сядем за стол.
— В этом всё веселье! — беззаботно сказал Рон, и Тото тут жеьподумал, что спорить бесполезно.
— Не думаю, что стирать футон — особенно этот — будет так весело.
— По крайней мере мне будет чем заняться, когда ты не приносишь новых дел, — возразил Рон, и Тото понял, что этот спор он проиграл.
— Я просто предупреждаю. Лак трудно вывести.
— Правда? Тогда самым оптимальным решением будет вовсе не пытаться его вывести. Оставим пятно на память!
— Это так не работает! И если продолжишь в том же духе, он точно испачкается, — предупредил Тото.
Рон не поднял головы.
— Будь это так, он бы уже испачкался.
— Оценка рисков не так работает.
— Как раз наоборот…
Краем глаза Тото заметил, что флакон пошатнулся. Он потянулся к нему, не подозревая, что чужие руки делали то же самое.
Их руки соприкоснулись у стекла, пальцы неуклюже переплелись, а лбы глухо столкнулись. Флакон выскользнул из рук и упал на футон — розовая жидкость растеклась по белой ткани.
Повисло молчание.
— …Ты двинулся, — начал Тото.
— Ты запаниковал, — возразил Рон.
— Я не паниковал.
— Ты повысил голос.
— Я предупреждал! — вспыхнул Тото, будто в обвинении указывая на кисточку Рона.
Рон наклонился, с неподдельным интересом наблюдая за растекающимся пятном.
— Занятно. Скорость распространения впечатляет.
Тото уставился на него.
— Оно растекается.
— Ага, это нормально.
— Ты говорил, он не испачкается.
— Я сказал, он не испачкается, если мы будем аккуратны, — добавил Рон, словно это могло хоть как-то помочь их ситуации.
Тото тяжело и устало вздохнул, потянувшись за салфетками, хотя знал, что они бесполезны.
— Стирать будем вместе.
Рон взглянул на него.
— Я и не утверждал обратного.
— А казалось, что утверждал.
Рон задумчиво хмыкнул.
— Считай это… совместным исправлением ошибок.
Пятно продолжало растекаться.
— Давай навсегда забудем о ситуации с белым футоном, — неожиданно предложил Рон.
И почему-то Тото согласился.