Work Text:
Правительственная программа «Соулмейт»
Будущее зависит от нас!
Люк непроизвольно сжал пальцами уголки буклета, сминая податливый глянец. Сердце бешено колотилось, а на висках выступили капельки пота.
Заметив свою оплошность, он попытался быстро разгладить заломы — агитка все же была именной, вдобавок билетом на процедуру легамации, и за порчу государственного имущества ему здорово влетит. Вспоминать даже не хочется тех несчастных, что имели неосторожность свой буклет потерять — им конечно выдали новый, но на исправительные работы в Центре никто желанием не горел.
Легамационный Центр Королевской Гавани, или коротко ЛЦКГ, был хоть и самым крупным, но все еще одним из многих учреждений в стране, занимающихся подбором идеальных пар для совершеннолетних дееспособных граждан Республики.
Найти свою идеальную пару, что может быть романтичнее? Все девчонки и мальчишки из его школы дождаться не могли совершеннолетия и мечтали поскорее найти своего истинного.
Кому-то везло, их парой оказывался один из столичных богачей, кому-то, наоборот, не очень, и из уютных апартаментов в центре Королевской Гавани они были вынуждены переселиться в затхлые трущобы Блошиного дна или холодный снежный Север.
К удивлению Люка, это почему-то никого особо не пугало; сам же он надежд напрасных не питал, историю родителей вспоминая.
Его мать тогда, юная и пылкая, тоже ждала большой любви — искренней, чистой и, несомненно, страстной. Но мечты ее разбились вдребезги о до боли знакомое имя — Лейнор Веларион.
Нет, друзья детства, они хорошо ладили, однако и увлечение альфами у Рейниры с Лейнором было общим. Оттого и семьи в привычном понимании у них не вышло — рядом с Харвином Стронгом они лишь втайне нашли покой.
Его мысли прервал механический голос, раздавшийся из громкоговорителя в углу комнаты:
— Веларион, Люцерис.
Отерев потные от волнения ладони о джинсы, Люк поднялся с места и направился к белым раздвижным дверям в конце зала.
Процедурная оказалась совсем не такой, как он себе ее представлял — ноги утопали в пушистом желтом ковре, а его самого окутал ворох мягких цветочных ароматов.
Улыбчивая девушка, чуть старшего его самого, заполнявшая за столом карточки кандидатов, кивнула ему и рукой указала на стул перед собой, жестом приглашая присесть.
— Добрый день, Люцерис. Меня зовут Джоанна, сегодня я проведу у тебя процедуру легамации.
Мысли путались, сердце гулко билось в груди, отдаваясь где-то в горле, и Люк тупо кивнул.
— Билет.
Он молча протянул девушке свой буклет, и та стала что-то записывать в пока что пустую карточку. Затем Джоанна прихлопнула в ладоши и отчеканила:
— Отлично, начнем. Запиши вооот здесь… — она указала на строчки в самом верху обложки его карточки кандидата. — …свои данные. Как закончишь, пройди на кушетку и положи руку на подушку.
Что ж, выдохнул Люк, стандартная процедура забора крови. Он закатал рукав и протянул руку. Джоанна сделала все быстро, Люк не почувствовал укола даже.
— Молодец, а теперь сюда. Не волнуйся, уколов больше не будет, мне просто нужно будет прикрепить пару датчиков к твоей голове, это не больно.
— Не будет?
— Не будет. Наше оборудование позволяет получить почти все необходимое данные из биохимического анализа крови. Остальную информацию нам даст электроэнцефалография.
Она втерла ему какую-то вязкую жидкость в кожу головы, и надела на него смешную белую шапочка с датчиками на проводках. Как он должно быть потешно выглядел сейчас, подумал вдруг Люк и невольно усмехнулся.
— Да, я знаю, как это может выглядеть, — согласилась Джоанна. — Но это правда важная процедура.
Затем она дала ему проходить кучу разных тестов, и на десятом — по ощущениям, сотом, — листе Люк уже перестал понимать, проверяет она работу его мозга или же усидчивость вкупе со стрессоустойчивостью.
Когда с этим было было покончено, Джоанна забрала у него бумаги и села напротив.
— А теперь мы просто поговорим, не возражаешь?
— Нет.
— Отлично. Расскажи мне, каким ты представляешь своего идеального партнера.
Люк засмущался. Он почувствовал, как лицо залилось румянцем, и выпалил:
— Это как-то влияет на результат?
Джоанна улыбнулась еще шире и принялась объяснять:
— Конечно, система первоначально настроена на вычисление максимально возможного показателя физической совместимости кандидатов, не менее 95%. Однако мы признаем, как, даже при идеальной физической совместимости, важны психологический фактор и личные предпочтения. И готовы пожертвовать парой процентов, чтобы обоим кандидатам было комфортно в подобранном для них союзе, — продекламировала она и озорно подмигнула. — Так что, поделишься со мной?
Люк сглотнул и постучал пальцем по колену.
— Если так нужно.
— Да, это нужно в первую очередь тебе самому, Люцерис. Начнем с простого, договорились? Что насчет волос?
— Волос? Даже не знаю… Может, светлые? Или русые.
— Хорошо. Короткие, длинные?..
— Да в целом без разницы.
— А в идеале?
— Думаю, длинные.
— Поняла. Рост?
— Ммм, около 180. Или типа того. Главное, выше меня.
— Телосложение?
— Я… Я не знаю. Не худощавое и не перекаченное. Среднее.
— А характер?
— Наверное, кто-то умный, смелый, решительный. В общем, все как у всех. И чтобы уважал меня и мои желания. Как-то так.
— Спасибо за ответы, Люцерис. Пожалуй, на этом все.
Джоанна отклеила электроды и сняла с него шапочку. Люк помыл голову в раковине, вытер полотенцем и присел обратно на стул.
— Вот, — она вернулась на свое место и, записав пару строчек в карточку, протянула Люку обратно его буклет. — Сохраняй свой билет, он понадобится тебе при дальнейших визитах в Центр, если система определит твою идеальную пару.
— А если нет, то?…
— Не переживай, не в этот раз, так в следующий. Никто еще не оставался без пары, — она подмигнула ему, а затем наклонилась и заговорщицким тоном прошептала. — Между нами, мало кому удается найти своего соулмейта в первый же год. Так что… Иди домой, отдохни, расслабься, я знаю, насколько волнительна первая легамация. А если же у нас будут для тебя хорошие новости, ты непременно получишь уведомление на свой почтовый ящик.
— А… Как долго будут изучать мои анализы? — он не знал, зачем задал этот вопрос, раз единственный результат, который он получит — это письмо от Центра или же его отсутствие, но Люк волновался, а когда он волновался, то язык его работал быстрее головы.
— О, всего пару минут, — ни секунды не поколебавшись ответила Джоанна. — Наши технологии рассчитаны на то, чтобы как можно быстрее получать результат. Если тебе повезет и анализы твоего истинного уже в нашей базе — узнаешь об этом, не успеешь покинуть Центр.
Люк кивнул, немного успокоенный. Он встал, собрал вещи, попрощался и, как только двери кабинета закрылись за ним, облегченно выдохнул. Отписался матери и Джейсу, что все прошло хорошо, созвонился с Рейной.
Договорившись встретиться с ней у общежития, Люк спустился по лестнице в вестибюль центра, забрал в гардеробе ветровку и вышел из здания, направляясь на парковку.
Он достал из рюкзака ключи, и уже было сел в машину, как в кармане его джинсов завибрировал телефон. Всего пару минут , раздалось набатом в голове. Не может же быть, что…
Вдох, выдох, Люк достал телефон и взглянул на уведомление.
Отправитель: Легамационный Центр Королевской Гавани
Тема письма: Результаты легамационного теста
Уже?!
Дрожащими пальцами Люк открыл письмо. Дорогой Люцерис… Поздравляем… Ваш соулмейт…
Люк моргнул, прочитал имя еще раз и еще, не в силах поверить своим глазам.
Его идеальной парой был…
***
— Эймонд, ты понимаешь, это Эймонд!
— Может... Может, это какой-то другой Эймонд? — попыталась подбодрить его Рейна.
Люк вскинул брови, а затем протянул ей телефон с открытой почтой.
— Ага, как же. На, читай.
Дорогой Люцерис,
Поздравляем с успешным прохождением процедуры легамации!
Ваш соулмейт: Эймонд Таргариен
ID кандидата: 7834490
Контакты: + 04007091, [email protected]
В ближайшее время свяжитесь с подобранной для вас парой для установления контакта.
Дата свадебной церемонии: 11.11.2125
Направление на церемонию находится во вложении к письму. Распечатайте его и в назначенный день предъявите при входе во Дворец бракосочетания.
Пусть этот союз станет счастливым для вас и плодотворным для нашей Республики!
Удачи!
Искренне ваш,
Легамационный Центр Королевской Гавани
— Это он, Рейна, ты понимаешь?! Он! И через месяц у меня свадьба с человеком, которым меня ненавидит. Это… Это… свинство какое-то! «Не переживай, Люцерис», «Нам важно, чтобы вам обоим было комфортно в вашем союзе, Люцерис»… Да чтоб их, — проворчал он и со злости пнул футбольный мячик в стену.
Тот отрикошетил от стены, и Рейна с писком отскочила в сторону. Лишние синяки ей ни к чему.
Она еще раз прочитала письмо и протянула телефон обратно Люку. Лицо ее выражало не свойственную ей обычно решимость.
— А знаешь, что я думаю? Надо написать ему сейчас. Чем дольше будешь тянуть, тем больше будешь переживать. Так что не загоняй себя в угол, Люк.
Люк недоуменно моргнул, пытаясь понять, не ослышался ли он.
— Ты… сейчас серьезно?
— Конечно, серьезно!
— И что я ему напишу? «Привет, Эймонд, так уже получилось, что мы связаны друг с другом до конца наших дней, пожалуйста, не убивай меня и не вырезай мне глаз», так?
Ну губах Рейны расцвела теплая, сочувственная улыбка, и она сжала руку Люка в своей.
— Я понимаю, что принять это тяжело, Люк. Но раз ничего изменить нельзя, то дай вам шанс. Может, что-то и получится.
Люк посмотрел на нее скептически, но ничего не сказал.
Ладно, наверное Рейна права. Конечно, сомнительно, что Эймонд вообще захочет иметь с ним дело, но совсем не попробовать еще хуже. Им все-таки жить вместе.
Пока он не передумал, Люк открыл почту, нажал «написать письмо» и в адресную строку скопировал почту Эймонда.
Здравствуй, дядя… нет, плохо. Добрый день, Эймонд… еще хуже, слишком официально. Привет, Эймонд… х м, неидеально, но пойдет, они все же не чужие друг другу люди.
Ты тоже получил письмо от Центра? Да, вопрос — это отлично. Вдруг Эймонд ни о чем знать не знает и это все ужасная ошибка.
Не уверен, что ты об этом думаешь — но догадываюсь, хотелось написать ему, — но в любом случае нам надо все обсудить. Ты согласен?
Пожалуй, достаточно.
Твой Люк… слишком мило? Да, простого Люцерис достаточно.
И нажал «отправить».
Люк поднял взгляд на Рейну. И ведь после письма действительно стало легче — всегда-то она права.
— Все, все, отправил.
— Да? — Рейна недоверчиво вскинула брови.
— Да.
— Точно?
— Точно, клянусь. Теперь осталось только дождаться ответа.
— Ты молодец, Люк! — Рейна сжала его в объятьях. — Первый шаг сделан, дальше будет проще.
— Ага, проще, сильно сомневаюсь, что он вообще отве…
Его перебила вибрация телефона. Люк округлил глаза и со страхом разблокировал экран.
Отправитель: [email protected]
Тема письма: <Пусто>
Через два часа в ресторане «Королевская Жемчужина». Столик на двоих на мое имя. Не опаздывай.
— Что там, Люк?
— Это… Эймонд, — только и смог вымолвить он.
— И что он?.. — выпалила Рейна с явным нетерпением.
Люк поднял на нее глаза и пробормотал:
— Хочет встретиться. Забронировал нам столик. Я не знаю. Поезжай со мной, прошу.
В горле пересохло, отчего и говорил он отрывочными фразами, но Рейна — да благословят Боги ее душу — все, конечно же, поняла.
— Я считаю, это прекрасная новость! Если Эймонд идет на контакт, все не так уж и плохо.
— Угу. Так ты проводишь меня?
— Да, я провожу тебя, — вздохнула Рейна. — Правда, с Эймондом лучше тебе поговорить все же наедине, это ведь… личное, — и тут же поспешила успокоить. — Но я буду неподалеку! Если вдруг что — пиши, звони, кричи, и Эймонду не избежать моего гнева!
Люк прыснул, но через мгновение снова посерьезнел.
— На самом деле, не очень-то и обнадеживает, Рейна.
— Поверь, все будет хорошо. Думаю, он так же напуган, как и ты.
Он кивнул, и впервые за день искренне улыбнулся. Может, и правда рано ставить на них крест?
***
«Королевская Жемчужина» встретила Люка во всем своем великолепии. Впрочем, она показалась ему даже прекраснее, чем раньше, — он был здесь в последний раз на семейном ужине года четыре назад, когда дедушка Визерис еще был жив и полон надежд об их воссоединении.
Появилась уютная веранда с зонтиками для летнего отдыха, по наружным стенам теперь вились виноградные лозы, а красно-золотая мебель сменилась бирюзовыми и алыми оттенками. Ресторан принадлежал его другому дедушке — Корлису, но внушительную часть акций когда-то давно заполучили себе и братья Ланнистеры. Это было странное сотрудничество, они не всегда сходились во мнениях по поводу ведения бизнеса, но в последние годы пришли к некоему подобию перемирия. Прибыль росла, и «Жемчужина», к всеобщему довольству, процветала.
Рейна осталась в своем новеньком розовом Audi на углу квартала, а Люк, одетый в свой лучший костюм — нет, он не наряжался специально для Эймонда, не подумайте, — прошел сквозь золоченые двери вглубь ресторана.
У стойки он прокашлялся и заговорил:
— Добрый день. У нас забронирован столик на 16:00 на имя Эймонд Таргариен.
Молодой омега с русыми волосами, чье имя на бейджике гласило «Эйрон», дежурно улыбнулся и застучал пальцами по экрану планшета.
— Добрый день, мистер Веларион. Меня зовут Эйрон, я ваш официант на сегодня. Я провожу вас, мистер Таргариен уже ожидает.
Люк почувствовал, как вся покинувшая его тревога вновь наваливается на плечи, не давая спокойно вздохнуть. Он зашагал за Эйроном к столику на втором этаже, попутно пытаясь восстановить дыхание.
— Прошу, — Эйрон показал ему на столик в центре зала, за которым виднелась чужая широкая спина в дорогом черном пиджаке.
Кивнув парню, Люк присел напротив Эймонда и сразу уткнулся в меню, делая вид, что никого, кроме него, тут нет. Он невидящим взглядом пробегался по списку блюд, зависнув в своих мыслях.
— Я заказал лимонные пирожные, ты любил их в детстве.
Воздух со свистом вылетел из груди, и Люк резко опустил меню, уставившись на Эймонда.
— Да, — выпалил он. — И сейчас люблю.
Эймонд хмыкнул себе под нос и покачал головой.
— Хорошо. Что-то еще?
— Ммм… — под пристальным взглядом Эймонда было неуютно, и Люк, опустив глаза на открытую страницу меню, выдавил. — Фузилли с креветками.
Не помедлив ни секунды, Эймонд позвал официанта и сделал заказ. А затем они оба замолчали, смотря куда угодно, только не на друг друга.
Время шло, и страхи начали одолевать Люка все больше. А так как в волнении его язык развязывался и действовал быстрее головы, Люк выпалил:
— По поводу письма из Центра… Там сказано, что…
— Я знаю, что сказано в письме, Люцерис, — перебил его Эймонд.
Люка словно волной окатило от такой резкости, и он сжался на своем месте. А потом, не дав себе времени передумать, продолжил:
— И что мы будем делать?
Эймонд посмотрел на него странно, как родитель, отчитывающий несмышленого ребенка.
— Ничего? Уж ты прекрасно знаешь, что решение Центра окончательное.
— И ты с этим согласен?
На это Эймонд только криво усмехнулся.
— Есть судьбы и похуже этой.
Сказано это было обычным тоном Эймонда — насмешливым, отстраненным. Но то ли смех то был не злой, то ли сама суть слов его повлияла, но Люку стало чуть легче дышать.
Он опять кивнул, как делал наверное уже тысячу раз за сегодня, и замолчал. Тогда бразды правления на себя снова взял Эймонд:
— Ты боишься меня?
Люк не знал, что тогда побудило его сказать правду, но он поднял голову и пробормотал:
— Если честно… Вообще-то немного да.
Какой-то набор слов, и мать наверняка пожурила бы его, но сейчас чудом было, что он вообще смог хоть что-то сказать.
Эймонд лишь шире улыбнулся и наклонился к Люку чуть ближе.
— Так и думал, — и придвинулся еще ближе. — Почему?
Люк и мог только рот раскрывать и закрывать, как рыба на суше.
— Почему? Я причинил тебе боль. Ты ненавидишь меня.
— Ненавижу? Ты уверен?
На это Люк не нашелся, что ответить.
— Послушай, Люк, — Эймонд уже целую вечность не называл его так. — Не обольщайся, я не простил тебя. Но и не ненавижу. Я хочу быть счастливым, уверен, ты тоже. И если шанс на наше счастье — друг в друге, то я готов попробовать.
У Люка с души отлегло. Он подался вперед и воскликнул — возможно чуть более эмоционально, чем хотел:
— Да! Я думаю так же!
— Ваш заказ.
Боги, Эйрон наверняка все слышал. Как же неловко.
Люк потянулся за приборами и заметил, что Эймонд взял себе только кофе и малиновый чизкейк. Похоже, как минимум любовь к сладкому у них была общая.
Накалывая креветки на вилку, Люк почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд.
Он поднял голову и заметил, что Эймонд с него глаза не сводит.
— Ты пялишься.
Эймонд на это заявление и бровью не повел.
— На своего жениха. Какие-то проблемы?
Люк вдруг зарделся, опустил голову, уставившись в тарелку и, лениво помешивая пасту вилкой, и пробурчал:
— Нет.
И поймал себя на мысли, что сам иногда поглядывает на Эймонда. Знать, что между ними нет ненависти, сделало все… проще.
Он резко вспомнил и все свои подростковые фантазии, и ответы на тесте… Эймонд ведь и вправду был его «тип», так и в чем же тогда проблема?
Когда Люк закончил с пастой и дожевал последний кусочек лимонного пирожного, глубокий голос Эймонд поинтересовался:
— Готов?
Люк отряхнул руки от крошек, промокнут салфеткой краешек губ и согласно промычал:
— Угу.
Эймонд встал, в левую руку взяв портфель.
— Отлично. А теперь поехали.
— Куда? — подорвался Люк.
Он взглянул на Эймонд — и во взгляде его ему почудилась странная нежность. Не теплая и размеренная, с какой Эймонд обычно смотрел на мать и сестру, а яркая, обжигающая, от которой то ли спрятаться хочется, то ли сгореть.
С красными щеками Люк признался себе, что ему по душе больше второй вариант.
— В свадебный салон, конечно, — ответил Эймонд, галантно протягивая ему свободную руку. — Тебе нужно платье для церемонии. А затем заедем в агентство, договоримся о деталях празднования, времени осталось совсем немного.
Люк не стал говорить, что сегодня только первый день, как они узнали о своей судьбе, и у них еще все время мира впереди. Он лишь улыбнулся и вложил в большую ладонь Эймонда свою миниатюрную.
Возможно, таких друг друга они знали всего ничего, но ему это изменение уже нравилось.
— У моей жены должно быть только самое лучшее, — добавил Эймонд.
И поцеловал его руку.
Так старомодно. Так по-эймондовски.
Так, как нравится Люку.