Archive of Our Own ^beta

Chapter Text

Приветствую, дорогие читатели и случайные пользователи сайта, набредшие на мой рассказ. Прямо сейчас, я собираюсь расставить несколько критически важных точек и фактов, о которых вам, по моему мнению, стоит знать. Делаю это лишь для ответа на возможно возникающие в будущем вопросы и сохранение вашего драгоценного времени. Таким образом, мне не придется в дальнейшем слышать о негативном мнение других людей, больше чем возможно, и вы сможете заранее решить, стоит ли читать все те страницы написанного мною текста, или же будет предпочтительнее найти работу, более соответствующую вашему вкусу. Итак, начнем.

1. Мое мнение об инцесте. 

За годы жизни, мне приходилось сталкиваться с множеством разнообразных людей. Некоторые были токсичными, другие более спокойные, а третьи могли и вовсе плюнуть на кого угодно за что угодно. Однако за время существования, мне довелось столкнуться с личностями, которые многие за предрасположенность к некоторым группам, посчитают дегенератами. Одними из таких личностей, стали граждане с настоящими инцест отношениями. С некоторыми из них я до сих пор общаюсь, а о вторых предпочитаю никогда не вспоминать. Почему к этим двум видам у меня кардинально важный подход? Потому что первые день ото дня подтверждают свой статус адекватных, готовых к развитию и ответственности жителей многостороннего социума, а вторые либо в тюрьме за сексуальные преступления, или же мертвы. Я обговариваю это всё к тому, чтобы обозначить конкретную линию. В девяносто девяти процентах случаев, инцест - это ужасная вещь, которая оставляет людей ранеными до конца их жизни, с множеством психологических проблем, разрушенного доверия к тому или иному полу, или и вовсе печального исхода. Столь большие случаи инцеста совершаются по направлению к обычным детям, у которых должно быть светлое будущее, множество друзей, поддержка со стороны близких и возможность в будущем жить с улыбкой на лице, но из-за грязных желаний и неадекватного поведения старших представителей кровной линии, жертвы обречены нести на себе жестокую судьбу. В этих случаях, инцест мне отвратителен и к жертвам испытываю сочувствие, а к совершившим акт - отвращение.

Тогда, спросите вы, почему я решил написать целый рассказ, с главным шипом про Мари и Санни, двух представителей одной и той же семьи, с учетом моего мнения о таком феномене? А всему причиной тот опыт, полученный от пар с здоровыми отношениями, которые несмотря на табуированность, ведут себя куда цивилизованнее, чем люди не связанные кровью. Это, как раз таки тот единственный процент, которых я готов поддерживать, стоять на их стороне и принимать их не самые стандартную связь. Если вам всё еще не понятно, то вот точное обозначение. 

Если два или более членов семьи, с возрастным промежутком меньше трех лет, достигшие возраста согласия, существующие как состоявшиеся, или становящиеся таковыми, личности, с точным желанием иметь серьезные, здоровые отношения, где во главе стола возвышается принятие принципов друг друга, желание становится лучше день ото дня, и любить друг друга, без упора на сексуальное взаимодействие, и перво наперво, по личному желанию - то я готов воспринимать ваши детали отношений, просто как условности и уважать вас как других личностей. А если в моей жизни появятся люди, о которых будет известно, что они состоят в отношениях, построенных на абьюзе, сексуальном насилии и груминге, то здесь мое мнение и действие, будут строго негативными. Это я поставил. Дальше.

2. Считаю ли я что инцест, как общественное явление, должно быть легализировано, декриминализировано или же рассматриваться более позитивно, нынешним прогрессивным обществом?

Нет, и здесь даже не нужно трех тысяч слов, чтобы объяснить всю суть. Пока инцест остается табуированной темой и движением, те персоны, что развращают умы малолетних и разрушают будущее своих родственников,  могут получить по заслугам, оставшись жить за решеткой как можно дольше. И в тоже время, это оставит основную вещь, выделяющую здоровые отношения в сей категории. Те трудности, которые нужно пройти, ради счастливого финала. Боль, страх от шанса быть подвергнутым публичному унижению, необходимость скрывать об этом, и проходить через немалое количество сложностей - залог ценности такой любви. Еще одна точка.

3. Для чего я решил начать всю эту историю?

За последние годы, я узнал для себя очень много нового, усвоив десяток другой важных жизненных уроков. И поскольку уже поставил себе цель стать в будущем полноценным писателем, мне необходимо набивать руку, создавая как можно больше работ, в которых усвоенные знания будут передаваться читателям, позволяя им устроить внутренний конфликт и возможно получить нечто новое на выходе. Фандом Омори и сама игра занимают крайне важное место у меня в сердца, благодаря тому невообразимой важности, занимаемой визуалом, историей и посылом. В честь этого, я считаю что потратить не один месяц за написанием нынешнего проекта, связанного с уникальной историей - достойная цена ради будущего как моего, так и чужого. 

4. Какие темы я собираюсь поднять в этой истории. 

Цену саморазвития. Необходимость восприятия пагубного вокруг, как опыта, создающего из нас людей. Проблему проецирования неудавшихся собственных желаний на новое поколения. Оплакивания потери живого человека. Создание субъективного понятия нормальности, через боль, трудности и испытание. Важность сохранения баланса между "Животной" стороной и "Человеческой". Принятия факта необходимости жить в соответствии с рамками чужими, и одновременно создавать комфортные себе же  рамки. Нужду в принятие случившегося и жить с пережитой травмой. Человеческие поступки, всегда имеют под собой последствия. Невозможность спасти кого бы то ни было, ибо можно только помочь, если страдающий готов спасти себя сам. Понимание, что даже если люди в прошлом пережили ужасные события, и по итогу стали совершенно разными людьми, пока у них обоих остается желание помогать друг другу и уважать друг друга, несмотря на разногласия, то всегда есть возможность достичь желаемого. 

Все эти темы, будут непосредственно связаны с шипами , представленными в проекте, но они будут присутствовать как инструменты, для доведения той или иной мысли до вас, читателей. Это история будет написана не исключительно ради создания сцен с инцест братом и сестрой, или сугубо внушительного количества бессмысленных истязаний персонажей. Эта история о развитии, преодолении собственных барьеров, травм, восстановления былых связей, личностном росте и готовности стать кем то новым, принявшим самого себя. Здесь я всё. В случае если появятся новые темы, вы спокойно найдете их в главах.

Таким образом, я банально установил необходимое. Это моё субъективное мнение, и со всеми кто не согласен, в комментариях дискуссировать не собираюсь. Вы можете либо потратить время с пользой, прочитав что-то другое, или же оставить негативный комментарий, высказав своё недовольство и выпустив фрустрацию. Так или иначе, спасибо что прочли сие сообщение и приятного вам времяпровождения. Доброе день, добрый вечер и доброй ночи.

Chapter Text

"Санни..." - спросил мальчик в своем излюбленном зеленом комбинезоне, топая по направлению к автобусной остановке. Начался очередной учебный год, холода в Дальний еще даже и не думали приходить, а компания из двух мальчиков, по одиннадцать лет каждый, спокойно, неспеша делала шаг за шагом, сопровождая это все безмятежной светской беседой.  

Прошел целый год, с того момента как первая, и единственная, подруга Обри познакомила его, стеснительного, робкого, заикающегося юношу, с компанией самых интересных и необычных людей на всем белом свете. По началу он даже отказывался идти с ней, потому как не был уверен что из этого выйдет что-нибудь дельное. Бэйзил ведь, по сути, и с черноволосой девочкой познакомился абсолютно случайно, когда та шастала по городу в поисках чем себя занять. 

Навряд ли он бы смог стать частью этой дружеской компании, если бы не та случайная встреча с своим первым другом, после долгого и тяжелого переезда в захолустный городок. Но когда бойкая барышня прибежала к нему домой, чуть не выбила дверь своей маленькой, но сильной ножкой и прокричала: "БЕЙЗИЛ БЕЙЗИЛ БЕЙЗИЛ! ТЫ НЕ ПОВЕРИШЬ КОГО Я НАШЛА! СКОРЕЕ, ПОЙДЕМ Я ТЕБЯ ПОЗНАКОМЛЮ С НИМИ!"  

Это было ни коим образом не предложения, а самое прямое утверждение. Право голоса ему в тот день не давали, а потому юношу утащили на сверх звуковой скорости, прямиком к местному парку, чтобы наконец свидиться с теми, кого впоследствии он, тайно разумеется, будет называть своей семьей. 

Первым что он увидел, по прибытию в парк, была трава. Зеленая, тоненькая, но живая травушка муравушка, от которой он не мог оторвать взгляд. Возможно, при других обстоятельствах, он это бы делал в поисках здешних дикорастущих растений, чтобы убить время, ибо увлечение ботаникой он унаследовал от своей любимой бабули. Но не сейчас. В данный момент, его глаза просто были вынуждены смотреть куда угодно, чем на стоящих перед ним четверку незнакомцев.  

Смущение, страх быть отвергнутым из-за своего через чур детского внешнего вида, неприязнь к собственной неспособности нормально выражать чувства стали его вторым самым потребляемым элементом, после кислорода. Мальчик, неистово потея и сжимая одной рукой кисть Обри, а второй рукой штанину кожаного комбинезона, только и делал что проворачивал в своей крохотной головушке мысли о скором отвращении, которые испытают эти люди при ближайшем его рассмотрении.  

"О нет нет нет нет! Что я здесь делаю? Почему она меня сюда привела? Так ведь станет в разы хуже! Они сразу же увидят, насколько я не интересный и начнут издеваться, как и многие другие! Может, они и вовсе какие нибудь хулиганы? И сказали Обри привести меня сюда им на развлечение, чтобы позволить стать частью их банды! Да, именно так! Блиииин! Говорила же мне бабушка не доверять кому попало, и вот теперь карма настала!" 

"Мари! Санни! Хиро! Кел! Смотрите кого я привела!" - прозвучал справа от него звонкий, и такой жизнерадостный голос Обри. Это только больше заставило его паниковать, начав натурально бурить землю под его кедами, в страхе перед грядущими унижениями.  

Послышалось четыре пары шагов, каждый с разной свойственной им амплитуды. Краем глаз, он даже заметил имеющиеся у, названных им же, задир, обувь. Фиолетовые аккуратные туфельки с высокими белыми гольфами, принадлежащие, судя по размеру, девочке подростку. 

"Хм, видимо в этой группы есть и девушка. Боже, надеюсь что она не поступит со мной, как та жуткая старшеклассница, когда я перешел ей дорогу!".  

Серые кроссовки с такими же серыми носками, одетые на чьи то тоненькие ножки.  

"Ой, я даже не могу определить, кто их носит! Девочка или мальчик? Да это и не важно, все равно будут также смеяться, как и другие...".  

Оранжево белые бутсы на подтянутых мальчишеских играх.  

"Спортсмен!? О нет, вот это уже совсем не хорошо! Каждый раз они всегда находят новые способы насмехаться надо мной! Почему все спортсмены просто обязаны унижать слабых?".  

И последняя пара, обутая в лакированных коричневые ботинки, так и кричащие о самой лучшем используемым материале, по крайней мере для обуви подростка.  

"Всё. Это конец. Богатенький сынок какого то влиятельного полицейского. Прямо как в той книге, что мне дала почитать бабушка! Меня изобьют, завернут в мешок и бросят с моста. Вот и прожили счастливые годы...".  

Да, возможность преувеличивать опасность той или иной ситуации, в купе с его развившимися воображением, от прочтения многочисленных серий, не подходящих ему по возрасту, детективных романов иногда играли с застенчивым цветочником очень злую шутку. И, как оказалось, это была одна из таких. 

"Ого! Ну здравствуй! Как тебя зовут?" - послышалось впереди него несколько пропетых чуть ли не ангельским голосом слов. Девушка в туфельках сделала к нему несколько шагов вперед, а потом, судя по появившимся в поле зрения Бейзила длинным локонам волос, согнула голову, чтобы оказаться с ним на одном уровне глаз. В какой то степени, её речь немного успокоила перепуганного до мозга костей юношу, позволив начавшемуся учащенному сердцебиению немного сбавить повысившиеся обороты. Сбросив с себя пару слоев жутких мыслей, но оставив некоторые ради самозащиты и готовности к худшему результату, он поднял свои глаза от так захватившей его внимание травы. 

Перед ботаником стояла группа детей, из трех человек. Красивая девушка с прямой, длинной и черной прической была как можно ближе к нему, оставив позади себя пару загорелых незнакомцев. Её челка покоилась на лбу, прямо посередине, а безупречная здоровая кожа практически светилась на заходящем вечернем солнце. Наряд его по большей части не интересовал, хотя он и заметил что белая рубашка поло на ней, сидит без малейшего видимого изьяна, ведь все внимание было переведено на ангельское, юноша не побоялся использовать именно это слово, личико. Ровное, гладкое, без прыщей, свойственных детям её лет, и невероятно доброе. Редкость, которую можно увидеть разве что в одном из миллионов лиц в наше время. Её черные, но такие живые глаза не выказывали и капли враждебности, искренние и с любопытством рассматривая её нового знакомого.  

"Ну здравствуй, Бейзил!" - вновь заговорила святая особа, улыбнувшись и слегка прикрыв глаза - "Тебя ведь именно так зовут, верно? Обри очень много о тебе рассказывала. В особенности, какой ты хороший друг. Меня зовут Мари Сузуки. Не против, если я познакомлю тебя с остальными?" 

Паренек не мог устоять перед таким щедрым предложением. В особенности от той, кто одним своим присутствием источает необъяснимо сильную ауру доброты, спокойствия и заботы.  

"Д-да, спасибо б-большое..." - пропищал мальчик, еще сильнее покраснев от своей испуганной манеры говорить. Стоящая перед ним девушка вернула себе прямую спину, и зайдя за спину парню на голову выше её, начала растягивать тому уголки рта.  

"Вот этого мистера идеальные бутерброды зовут Генри! Но мы его зовем просто Хиро. Как сэндвич! Давай, улыбнись пошире~" - промурлыкала та своим дразнящим тоном, пока на её лице появлялась самая игривая ухмылка из всех что видел белый свет. 

Парень, чьи губы уже начали уставать от такого частого растягивания, издал пару нервных смешком, пытаясь освободиться от хватки его подруги. Волосы на голове представляли сплошное неухоженное гнездо, того глядишь и ворона сядет в свой новый дом, кожа отчетливо напоминала собой миндаль, а стандартные джинсы с его слегка мешковатой красной толстовкой полностью развеивали недавний образ избалованного сынка местного криминального авторитета. Он выглядел как... самый обычный подросток. Ну, разве что его нрав, судя по тому как живо он смеялся от прикосновений Мари, был очень добрым и хорошим.  

Наконец убрав её пальцы с своего лица, молодой мужчина пару раз встряхнул себе волосы, в тщетной попытке придать им хоть какой то опрятный вид, и оказавшись перед Бейзилом, встал на одно колено.  

"Привет малыш! Рад наконец то с тобой познакомится. Обри о тебе очень высокого мнения. Спасибо что присматриваешь за ней. Вот" - убрав руку за спину, юноша достал квадратный сверток, завернутый в добротный слой фольги и протянул его мальчику в зеленом одежке - "Считай это приветственным подарком. Я конечно не особо в это верю, но эти трое считают мои бутеры лучшими в городе. Надеюсь тебе понравится." 

В его руку положили увесистый сэндвич. Натуральный гигант, которого он вряд ли мог осилить. Вообще, он был стандартного размера, но из-за того, насколько же крошечным был цветочный ребенок, тому он оказался не по силам. Оторвав пару слоев фольги, он увидел , наверное, самое идеальное произведение кулинарного искусства в своей жизни. Будто бы выполненный масляными красками на древнем полотне, этот сэндвич показывал своё совершенство в мельчайших деталях. Поджаренные снаружи и мягкие внутри кусочки тостового хлеба, ломтики свежего, холодного латука, нарезанные без единого изъяна кусочки сочащегося соком крупного помидора, и в завершение, целых шесть полосок горячего, соленого бекона. Идеальнее БСП бутерброда Бейзил больше никогда не сможет найти.  

Заработав от такого зрелища яркие звездочки в глазах, мальчики дрожащими руками поднес это творение рук взволнованного подростка к губам, и откусив один кусок, начал неспеша пережёвывать, наслаждаясь этой яркой палитрой вкусовых ощущений. Ооооо, как же это было прекрасно. Его рот натурально взорвался бесконечным сочетанием каждого из находящихся между тостов ингредиентов, позволяя тому в полной мере переживать это пищевое удовлетворение. Но одного куска ему уже было гораздо больше, чем его желудок мог в себя уместить. Громко проглотив остатки и выдохнув с улыбкой на лице, мальчик радостно дал свой ответ насчет этого идеального блюда.  

"Мм! Он просто замечателен! Такой сочный, свежий и хрустящий! Но... Хе хе, я вряд ли смогу съесть его полностью. Мой живот вряд ли выдержит." - выговорил смущенно Бейзил, немного отпустив такую невероятную закуску. 

Внезапно, мимо него пробежала оранжевая молния. Мальчик даже не успел толком среагировать на появление быстро несущегося объекта, как ранее упоминаемая вспышка вырвала из его рук бутерброд, пронесясь в никуда. Застыв с удивленной миной, юноша начал оглядываться по сторонам в поисках похитителя другой еды, но всего через несколько секунд, раздавшийся писклявый голосок оторвал его от своих исканий.  

"ХА! Ну и ладно! Мне больше останется! АРХМ!" - чуть ли не крича заявил третий незнакомец, спрятавшийся за старшим братом, с зубастой ухмылкой, проглотив все совершенство за один присест. 

Судя по ботинкам цвета неба во время захода солнца, это был как раз таки тот спортсмен. Коротышка непоседа в своих синих шортах и яркой футболке, создавал впечатление настоящего бесконечного энерджайзера, не способный и минуты удержаться на ногах, прыгая, бегая на месте и говоря на скорости стремительного несущегося гоночного автомобиля. Настоящий ребенок, коих обычно и представляют когда говорят о детях в их десятилетнем возрасте.  

"Кел! Каждый раз ты делаешь какую то глупость, и каждый раз умудряешься меня удивлять! Никто не ест уже откушенные сэндвичи! Это же отвратительно!" - возмутилась Обри, подбежав к спортивному озорнику и ударив его головой в лоб, от чего тот зашатался на месте. 

За ней последовал Хиро, хлопнув того по макушке сжатым кулаком и принявшись отчитывать малолетнего грубияна - "И это еще не говоря о том что ты украл его бутер. Я специально приготовил еще один рано утром чтобы поприветствовать нашего нового друга, а не ради забивание твоего бездонного живота." 

И наконец, слегка хмурая и даже немного обидевшаяся, но все еще добродушная Мари, села на корточки по левую сторону от мальчика, и ущипнула щеку. "Кел, это было очень нехорошо с твоей стороны. Думаешь Бейзилу понравилось, как ты его встретил таким грубым поступком?". 

Мальчик о котором и шла речь был готов оправдать своего обидчика, заявить что и вовсе не хотел продолжать есть этот подарок из за гаргантюанских размеров, но вырвавшийся у Келси крик прервал его побуждения. Живое воплощение гиперактивности сбежало из заточения, начав махать руками по воздуху и неугомонно кричать во все маленькие, но очень сильные легкие.  

"ААРГХ!!! Блин, дайте мне хоть раз повеселиться! Я только один раз буду ребенком, нужно же отжить это время по полной! Как я говорю - Детство время золотое" 

Последовавший за уверением хор из четырех голосов мгновенно обрушил всю уверенность юного атлета, поставив того в скрюченное от неумолимости информации положение.  

"Ты никогда так не говоришь" - В один ряд сказали Обри, Мари и Хиро, все с плоским как картон лицом. Высунув на скучную троицу язык, подпрыгивающий на месте от переполняющей его энергии юнец оказался всего за одно моргание прямо перед ним, схватив бедного цветочника за руку, и дав ему почувствовать на себе всю мощь безграничного детского дружелюбия.  

"Я Кел, рад быть новым другом! Тебе кто больше нравится, Душечка или Космо Парень? Апельсиновый или яблочный сок? Мне вот апельсиновый! Обожаю апельсины и все с ними связанное! У меня большая часть одежды в оранжевый цвет перекрашена, настолько я без ума от апельсинов! В день могу хоть двенадцать бутылок Апельсинового Джо выпить за один раз! Ты когда нибудь пробовал его? Нет? Не важно, я обязательно сбегаю, принесу одну бутылку и дам тебе попробовать! А играешь в какой нибудь спорт? Хоккей? Футбол? Бег трусцой? Метание шара? Бобслей? Мини гольф? Может устраиваешь сражения Питомцев Камней? Все равно, мы с тобой столько всего перепробуем! О, а ты знаешь что Обри втюрилась?! Его зовут СаМФФМФМФ!!!" - весь этот поток словесного водопада был сиюсекундно заглушен легший ему на рот сзади рукой очень покрасневший девочки, в чьих глазах так и читалась чистейшая жажда крови. На кисти вздулась вена, а хватка стала в пару раз сильнее, но подоспевшие на помощь старшие ребята из группы спасли Кела от его незавидной участи. 

В это же время, зеленый малый трясся как испуганный кролик. Только в отличии от зубастого создания, причинной этой тряски стало черезмерное тягание из стороны в сторону во время рукопожатия, которое, между прочем, оставило некоторый побочный эффект на теле бедняги, в виде сильных заиканий.  

"Я-я-я-я т-т-тоже р-р-рад п-п-позн-н-накомиться с т-т-тобой..." - промямлил чуть ли не падающий в обморок цветочник, после чего у Хиро и Мари ушло десять минут на нагоняй Келу с Обри, и привидения в порядок их нового друга. В конце концов, все трое маленьких комочка невинности вернулись к своему более спокойному состоянию, закончив столь эмоциональное приветствие. И все же, Бейзил чувствовал что он что-то упустил. Или скорее кого то.  

"Простите пожалуйста, но разве вас не было четверо?" - спросил удивленный отсутствию последней пары ног, которая как будто бы испарилась без следа. 
 

"Ну да? Все как ты и говоришь? Он ведь прямо..." - начала Мари повернувшись направо, увидела только пустеющий участок травы, заместо важнейшего для неё человека - "Тут. Санни? Санни! Ты куда подевался?! Ой!"  

Её писк вырвался ненамеренно, и, что самое главное, вызвавший его источник находился прямо у неё за спиной. Стоя перед группой разновозрастных детей, Бейзил слегка наклонил голову влево, стараясь разглядеть спрятавшегося от него последнего члена компании. С места где он стоял, ботаник мог разве что разглядеть серую футболку, на мокнувшую от стоящей жары, и пару заурядной обуви. 

"Вот ты где! Не бойся, Бейзил не кусается, он наш новый друг. Давай Солнышко, поздоровайся." - Рука Мари ушла ей же за спину, погладив незнакомого мальчика по его макушке. За телом подростка послышалось несколько недовольных мычаний, но спустя какое то время, полное шарканий, держание за поло барышни, и мягких слов старшей сестры, мальчик наконец показал себя своему новому знакомому. И он был... 

"Бейзил? Ты что-то спрашивал?" - послышался легкий шепот рядом с ним, вытянув юношу из его сладкого тумана ностальгии. Немного вздрогнув от такого тоненького голоса, ассоциирующий себя с подсолнухом ребенок наконец повернулся к тому, кого он спустя год после встречи, начал называть лучшим другом. 

Санни Судзуки был необычным парнем. Очень, очень необычным. В хорошем смысле разумеется, ибо ни одна из его особенностей еще ни разу не привела к чему то плохому. Несмотря на одиннадцать лет с момента рождения, все разы когда он говорил можно было с легкостью пересчитать по пальцам. Это конечно преувеличение, но основную суть можно понять. Слова редко выходили из его рта, зачастую позволяя своеобразной игре в шарады выполнять роль звуков, называемых стандартной речью. Большую часть людей такая черта скорее всего бы смутила, но старая добрая компания никогда не была из тех, кто осуждал бы других за такой нюанс. Да и к тому же, среди них он позволял себе говорить намного чаще чем обычно, разумеется из за важного фактора доверия.  

Санни так же был до смешного добрым человеком. Сложно перечислить, как же часто он шныряет по всему городу, в тайне от других, несмотря на свою боязнь контакта с другими лицами, стремясь помочь максимальному количеству людей, иногда даже заходя слишком далеко. Однажды, ему пришлось выслушать целую часовую лекцию от всей своей семьи, когда он решил отдать все накопленные за месяцы сбережения, а это между прочем целых пятьдесят долларов, за которые Кел был готов весь год быть слугой, случайному бездомному, попросившему немного мелочи. Но все равно это ни на грамм не сделало его альтруистические стремления менее пламенными.  

Санни имел превосходное воображение. Даже дети еще более младших классов, которые целыми днями могут рассказывать о ста своих воображаемых друзьях, близко не сравняться с масштабами творческого разума. Если вам удалось каким то неведомым образом убедить его поведать о своем сне, то будьте готовы к невероятной эпопее о сражениях добра со злом, чудесных мирах, наполненных большим количеством приключений и всевозможных занятий для вашего детского ума. Иногда вся компания собиралась в резиденции Судзуки по выходным, только чтобы попытать шанс на очередную историю из начитанных мозгов Санни.  

Но что самое главное - Санни был просто идеальным слушателем, благодаря своей, ну, очевидной половинчатой немоте. Бейзил позабыл о всех тех посиделках, когда он ложился рядом с мальчиком на мокрую от недавнего дождя траву, рассказывая ему то о новом виде растений, о коих он вычитал в купленной бабушкой книжке, или же своих планах на будущее. И ладно если бы он просто хорошо слушал. Он и еще запоминал практически каждое сказанное им слово, вспоминая ту или иную фразу, когда она повторялась в одном из многочисленных будущих разговорах. Даже не удивительно... 

Что Бейзил в конце концов влюбился в него. 

 
Сей факт ему было трудно принять, но всего через несколько дней вопросов о том, нормально ли любить других мальчиков и разговоров с бабушкой, которая к его удивлению, все таки его поддержала, он принял свою нестандартную привязанность к своему самому лучшему другу на свете. И именно сейчас, он решил начать что-то с этим делать. Поблизости нету никаких прохожих, до остановки еще топать и топать, и ничто не помешает Бейзилу сделать один из грядущих шагов на пути к своей цели. 

"Да, прости. Немного заплутал в облаках. В общем...." - сделав глубокий вдох и создав серьезное выражение на своем лице, которое обычно доводило всех кого он знал до умиления, хотя он очень старался казаться сурьёзным, мальчик все же осмелился спросить волнующую его вещь - "Санни, есть ли кто нибудь, кого ты любишь?" 

В ответ на сей вопрос, теска парящей над ними звёзды сконфуженно повернул голову по часовой стрелке, спросив своего друга, а затем и слова - "Люблю? Я.... всех вас люблю ребят...." 

Такой ответ только больше влюбил в него покрасневшего цветочника. Да, он понимал что это не совсем правильные слова, которые стоило бы сказать при таком то вопросе, но боже ты мой, какой же он милый! Встряхнув головой и попытавшись скрыть накативший румянец на щеках, заикающийся Бейзил решил немного переформулировать.  

"Н-нет Санни, ты меня неправильно понял. Типа, любишь любишь. Ну знаешь, как твои мама с папой любят друг друга."  

Несмотря на всем известный факт, что отношения между Шерил и Хитоми Судзуки в последнее время довольно таки холодны, ибо некоторые, в тщетных попытках скрыть, нелестные слова все таки доходили до любопытных ушей детей, каждый из компании в тоже время были уверены, что все таки эти двое очень сильно любили друг друга, и если не сейчас, то давным давно. Оу, Бейзил никогда не сможет вывести из своей памяти тот момент, когда после одной из их ссор, муж и жена все таки решил помириться, прямо на открытой из гостиной кухне. Довольно таки... энергично помириться, так сказать.  

'Почему Мари с Хиро вывели нас на внезапный ужин у Джино? Мисс и Мистер Судзуки ведь просто начали целоваться. Ну да, немного сильнее чем обычно, но это обычные поцелуи. Как странно.' 

 
Уйдя от своего вопроса по поводу действий взрослых, непонятных для невинного детского ума, Бейзил все таки вновь обратил на свой любовный интерес полностью необходимое ему внимание. Реакция была уж точно не той, которую он ожидал. По крайней мере наполовину. Стандартная для Санни отвертка при смущении, красные как плоды граната, дала о себе знать, засияв наверное сильнее чем он видел раньше. Но вот глаза.... Они были напуганы, расширены и сильно дрожали. Как будто бы он скрывал факт, который он должен унести с собой прямо в могилу, под шесть футов сырой земли. Бейзил это сразу же заметил, и потому поспешил успокоить своего верного слушателя.  

"Хей, Санни! Не бойся! Все хорошо. Ты можешь мне рассказать, я не Кел и уж точно умею хранить секреты." - заверил зеленый мальчик, одарив бледного юношу одной из своих нервных, но зачастую помогающих улыбок. 

Немного поколебавшись, и наверно тысячу раз проверив во всех направлениях дороги отсутствие подслушивающих незваных гостей, творческих ребенок все таки начал ломаться под вопросом своего лучшего друга. Однако, ему необходима абсолютная уверенность.  

"Ты... Правда никому не расскажешь?" - зашептал сплошной комочек страхов и комплексов, продолжая зыркать по сторонам как коп под прикрытием, в логово наркобарона 

"Да. Клянусь!" - торжественно заявил Бейзил, слегка сжав свой крохотный кулачок. 'Боже боже боже! Кто же это может быть?! Пожалуйста, скажи что я. Пожалуйста скажи что я! Пожалуйста скажи что я!! Пожалуйста скажи что я!!!' 

"На... Мизинчиках клянешься?" - внезапно для любителя неподходящих детям его лет детективных романов, выпалил Санни, выставив вперед свой правый мизинец. Это вызвало логичный шок для нашего крохотного мальца. Ведь нет ничего более святого в суровом, прогнившем мире, чем клятва на мизинчиках. Даже слюнявое рукопожатие, которое заставил их обоих принять Кел, тем самым сделав их троих самопровозглашенными братьями, стояло далеко далеко внизу, с самим пальчиковым рукопожатием. Выставив и свой маленький палец, он поставил его рядом с похожим, сцепив в крючки, и наконец дав эту важнейшую клятву. 

"Клянусь" - с максимальной серьезностью заявил Бейзил, внутрене попискивая от важного такого момента. Когда клятва была принесена, Санни все еще был нервной, боящейся грядущего раскрытия своего увлечения массой, и потому, боясь что он обычными словами навлечет на себя гнев всех находящихся в Фаравея жителей, таящий тайну показал на ухо блондина. "М? Ты хочешь прошептать мне ответ? Ну хорошо, если тебе так удобнее" - как ни в чем не бывало сказал носящий заколку с цветком парень, и подойдя поближе, позволил лучшему другу рассказать столь тщательно охраняемую им информацию.... 

Что 

"C-Санни, ты наверное снова меня неправильно понял" - в состоянии шока промямлил названный в честь растения ребенок - "Ты ведь не можешь лю..." 

"Я... Знаю это..." - тише чем когда либо отрезал Санни, смотря на Бейзила своим стандартным, но немного видоизмененным лицом. Его излюбленный покерфейс был частой маской, сидящей на нем как влитой, но сейчас, среди этих тоненьких бровей, темных глаз и бледной кожи, юноша мог проглядеть отчетливое ощущение глубочайшего стыда - "Я знаю... что не имею права её любить... так сильно. Это ведь... неправильно. Но ничего не могу с собой поделать... П-пожалуйста... Не н-ненавидь меня за это..."  

Санни был на грани слез. Он уже ощущал неприятную, покалывающую жидкость в уголках своих глаз, готовых прыгнуть с обрыва и покатиться вниз, как сплошная неуправляемая лавина. Но он не может плакать. "Мальчикам нельзя плакать ни при каких обстоятельствах" - говорил его отец каждый раз, когда тот получал ссадину или же пугался очередного паука. 

"Нет нет нет!" - тут же вскрикнул Бейзил, заставив напуганного юношу вздрогнуть от повышенного тона. Поняв свою ошибку, он моментально вернулся к своему прежнему голосу, стараясь не повышать его, даже с учетом назревающего внутреннего конфликта. "Я не буду тебя ненавидеть Санни. И я не стану никому об этом рассказывать. Я просто... Немного удивлен, понимаешь? О таком просто редко можно услышать, хе хе." 

Разделивший с ним тайну ребенок немного приукрасил сказанное им удивление. Он был в полном и беспросветном шоке. Он перебрал множество вариантов того, кем может оказаться его любовный интерес, изо всех сил скрещивая пальцы у себя за спиной, но чтобы именно эта хромая лошадка выиграла гонку? "Санни? Ты не против если я немного уточню? А когда... ты это понял? Ну то что... ты знаешь". 

Тезка солнца ответил не сразу. Не подавал ли он ответов из-за страха, или же в попытке как можно точнее вспомнить ту злополучную дату, до конца сказать сложно. Но через какое то время, отведя взгляд как можно дальше от Бейзила, он произнес свои последние за сегодня слова. " 

Три года назад...." - промямлил мальчик, когда его нога ступила на территорию дорожной остановки. Все дальнейшие минуты ожидания автобуса были проведены в тишине. Машины проезжали мимо них, к станции подходили группы других учеников, в частности и остальные лица их компании, но два ощущающих неприятное волнение ребенка не обмолвились ни единым словом. Они сидели на одном месте, слушали о чем говорили важных для них люди, но ни один из них не упомянул о шокирующей правде, начавшийся с казалось бы самого обычного вопроса. 

Выходя из автобуса, помахав рукой на прощание своим друзьям, из мыслей Бейзила не выходила одна единственная, неозвучиваемая надежда. 'Надеюсь, это просто его временное увлечение. Из этого определенно, никогда ничего не получится' -подумал школьник, направляясь в свою комнату. 

Chapter Text

Запах сдобы не покидал носа черноволосой красавицы. Её руки кружили с подносом свежеиспеченного печенья, обеспечившего местной хлебобулочной зоне мала небывалую прибыль, когда она клала очередную порцию своей фирменной выпечке, на пробу хозяином этого заведения, Отцу и матери семейства Корфигас. Взявший в руку мужчина несколько раз подул на одну хрустяшку, а уже затем, откусил добротный кусок, показал знакомую для барышни реакцию. Чистое, ни с чем несравнимое блаженство.  

"МмммМмм! Молодец Мари, так держать. Ты работаешь у нас с самого начала учебного года, но твои печенья ощущается прямо как первый поцелуй! Нежные и желанные." - в восторге от работы своей молодой сотрудницы заявил Даниэль, пока его глубоко любимая возлюбленная покачивала бедрами от радости, распробывая вторую печенюшку с горячей формы. 

На дворе шел конец ноября. За окном центра купли продажи всего города Фаравей шел легкий снежок, оповещающий о приближающемся празднике, и одновременно важнейшей дате в жизни недавно относительно недавно образовавшейся группы. Всего полгода назад, в жаркий июньский месяц, Мари заметила своего любимого, несравненного, милейшего брата на свете за одним очень интересным делом, которое дало начало череде событий, поставившей её на нынешнее место. Кошкоподобный мальчик, девочка часто путала его с котиками, он даже мурчал когда гладился об руку пианистки, шебуршал по всей музыкальной комнате в многочисленных энергичных попытках что-то отыскать. В любой другой ситуации, верная старшая сестренка Мари, ставшая таковой так же для Обри с Бэйзилом и Келом, сразу б кинулась ему на помощь и достала необходимый младшему братику предмет. Но сегодня, ей захотелось немного отклониться от своего стандартного поведения и понаблюдать за тихим ребенком, выглядывая из-за угла дверного косяка. Возможно здесь сыграло свойственная для них обоих манера наблюдать за происходящими вокруг событиями незаметно издалека, а может и не желание прекращать наблюдать за такими милыми, очаровательными движениями этого ониксового парнишки. Однако главной причиной стала редкая экспрессия на лице у Санни.  

Всяк и каждый знал в жилом поселке, от Родриго до Уильямс, что “Санни” Хито Судзуки является самым мало энергичным и не то чтобы эмоциональным ребенком. Возможно даже немой чаще делал какие либо звуки чем он. И потому сейчас, незаметно выглядывая из коридора, у Мари случился небольшой шок, видя что на личике её Солнышка появились самые всамделешные эмоции. Необычная, и давно знакомая для неё легкая мимика, еле достигающая поднятых бровей или же скромного смешка, а истинная гримаса недовольства. Надутые щечки, бровки в форме V, сжатая челюсть и бегущая по помещению пара невинных глазок, в которых Мари иногда теряла себя. Если бы не вынужденная позиция скрытого наблюдателя, девушка издала б такой пронзительный визг умиления, что каждая стеклянная поверхность в доме лопнула от такого высокого звука. Но к сожалению, ей пришлось держать себя в руках продолжая подглядывать за дальнейшими действиями одиннадцати летнего мальчика. 
 

Через десять минут, после того как он несколько раз перевернул с ног на голову, и обратно на ноги, всю музыкальную, не забыв пару десятков раз проверить внутри рояля, он нашел то что так энергично искал. Свою старую, заросшую пылью игрушечную скрипку. Маленький, не подходящий для его возраста инструмент, который почти идеально лег ему на плечо, хранил в себе очень много приятных воспоминаний. Его первые, хоть и кривовато сыгранные, ноты. Её чистейшая радость от увлечения важного человека музыкой, той же степени что и у неё. И конечно попытка сыграть дуэтом в далекие детские годы, еще до того как они всей семьей переехали в Америку. Мари тогда очень расстроилась что по причине малого опыта и недостаточного количества знаний, у них получились только режущая уши пародия, на то что люди обычно называют красивой музыкой. Юная леди в тот день чуть не заплакала от разочарования собой, прямо на глазах успокаивающих родителей, но обнявшие её семи летние ручки закрыли гештальт для слез, начав мягко поглаживать спину, осыпая добрейшими словами, в рамках имеющихся возможностей.  

"Это было идеально... Для меня..." - слова, сказанные смотрящим на неё с любовью Солнышком надолго засели у неё под коркой, став одним из ключевых воспоминаний в её памяти, в большинстве из которых он всегда играл ключевую роль. 

Санни осторожно, обращаясь с музыкальным инструментом как с самой хрупкой вещью на планете, встал в рабочую позу, положив смычок на струны, и закрыв глаза, сделал глубокий вдох. После этого, мальчик провел рукой с ним прямо по железным сплетениям, в результате чего раздался неприятный звук, который Мари не смогла выдержать не поморщившись. Годы без практики, старость скрипки и скорее всего не настроенные смычковые струны, дали о себе отчетливо знать, одарив обоих пронзительной какофонией. Санни попытался даже продолжить свою игру, начав незамысловатую мелодию, но это было настолько ужасно, что не сумев вытерпеть ужасно выходящую у него игру, он удрученно опустил руки по бокам, на несколько секунд застыв на месте. Но через какое то время, поместив скрипку обратно в кейс, и прошептав на последок пару не услышанных для Мари слов, начал идти прямо к выходу. У девушки было всего несколько секунд для выхода из её положения, ибо как любой другой подросток, она не хотела быть пойманной на подглядываниях за другим человеком, особенно по видимому в столь важный для него момент. Увидев в кладовой идеальное место для скрытия своего присутствия, она, на цыпочках, забежала туда на максимальной скорости, и стараясь не издавать ни единого звука, подождала в темном подсобочном помещении до того момента, пока юноша не поднялся в спальню. Вот уже тогда, она смогла себе позволить дышать и обдумать недавно увиденную картину. 

Смотреть на эту слегка сгорбившуюся спину, с безжизненными руками и крайне грустной мордочкой ей было больно практически физически. Она не могла терпеть видеть своего брата, о котором заботилась день и ночь с момента рождения в таком пасмурном состоянии. Именно поэтому она и старалась каждый день, изо всех сил вселять в него немного своего чарующего позитива, даже если иногда это не приносило ожидаемых результатов, по разным причинам. Но в тот день ситуация была не похожа на предыдущие. В его глазах не было такого большого количества тоски, пустоты и печали, обычно видимой в человеке гораздо старших лет. Вся его пессимистичная энергия кружилась вокруг одного конкретного предмета. Старой скрипки, на которой он судя по исполнению, разучился играть. Тут, до активно работающих мозгов вундеркиндши наконец дошел один из вариантов решения зародившегося кризиса её любимого братика. 

На следующем пикнике, пока Санни отходил по делам, а точнее снова помочь детям из песочницы, Бейзил, Хиро, Кел и Обри выслушала душещипательный рассказ исполнения Мари. Каждый из них немного расстроился от факта печали, нависшей над юношей после игры на музыкальном приспособлении. Но последовавшее после этого предложение, моментально весь появившийся на ровном месте негатив, зародил в сердцах юной пятерки решимость, по выполнению их теперешней задачи номер один. За отведенные полгода, к Рождеству, накопить достаточно денег, чтобы купить их обожаемому другу, который несмотря на присутствующий словесный барьер и собственные комплексы, все равно находит один и тысячу способов помочь с их проблемами, новую работающую скрипку. 

Дальнейшие месяцы прошли как вода сквозь решето. Быстро и практически незаметно. Цветочник с бойкой девочкой продавали в наспех построенном ларьке свежий лимонад, благодаря выращенным на заднем дворе бабушки Бейзила лимонным деревьям, Кел бегал торпедой каждое утро, раздавая почту в каждый дом, а единственные тинейджеры в компашке, как вы уже поняли, устроились работать в местную пекарню в начале нового учебного года. 

Разумеется на неполный рабочий день, ибо у этих двоих, как у старших детей в обоих семьях и так график забит выше самих небес. Походы по репетиторам, городские соревнования в тех или иных науках, олимпиады, частые посиделки с группой и всякое прочее. Да, если б они на какое то время забыли про малышню и полностью сконцентрировались на работе для заработка подарка, они смогли бы накопить намного раньше, но что Мари что Хиро согласились в одной общей мысли. Ни один из них не может провести и дня в разлуке с своими лучшими друзьями. 
 

"Ой, да что вы. Не льстите мне лишний раз. Печенье у Хиро всяко в разы лучше!" - защебетала юная работница, кладя посуду обратно в духовку. Упоминаемый испанец между прочим появился прямо в разгар этого разговора, незаметно подкравшись с увесистым мешком муки у себя на плече. 

"Мари, ты же знаешь что это неправда. Твои печенья всегда были, есть и будут лучше, чем я когда либо приготовлю" - сказал юнец с гнездом вместо прически, забирая себе одну штуку из еще теплой партии. Надкусив, его губы вновь расплылись в ослепительной улыбке, которая была адресована прямо к его ровеснице. "Они прямо переполнены заботой и любовью" 

Фыркнув себе под нос, девушка решила подшутить за этим флиртующим дурачком, и взяв из его руки печенье, откусила с той же стороны, где остался отпечаток от зубов Хиро, заработав красную как помидор рожицу и воркования семейства Корфигас. Несмотря на такой ясный как божий день способ показать свою симпатию к тому, кого дети назвали в честь сэндвича, её сердце не могло не произвольно сжаться от появившийся в ней трещины. Не подумайте лишнего, Мари безусловно была рада познакомиться с этим высоким парнем, разделяющим её непреодолимую страсть к готовке и самосовершенствованию ради важных для них людей. Но воспринимать его в качестве любовника она до недавнего момента не осмеливалась. 

Ибо в самых смелых мечтах, на его месте находился абсолютно другой человек. 
 

"Мари, давай не при людях... " - смущенно забубнил мексиканец, стараясь отвести свой взгляд от этой красивой, но подаренной самим дьяволом ухмылки. Решив не заходить слишком далеко в сегодняшних поддразниваниях, дама лишь озорно захихикала, начав пережевывать остатки своей готовки, когда внезапно для двоицы владелец заведения не сделал важное заявление. 

"Хей голубки, мы вообще то кое что вам сказать хотели" - зашевелил бровями Даниэль, пока жена смеялась себе в кулак, вспоминая точно такие же моменты, проведенные с любимым мужем. Когда оба подростка встали по стойке смирно прямо перед загорелым мужчиной, он усмехнулся и продолжил говорить - "Вы оказали нам большую услугу, начав работать в этой булочной. У нас еще никогда не было таких талантливых помощников. Я уверен, что в будущем, если вы пойдете по пути поваров, то определенно прославитесь на весь мир!" 

Разумеется, подростки были слегка смущены такой неожиданной похвалой, начав яростно краснеть, почесывая руки и поглядывая в разные стороны от неловкости. Хиро готовился возразить менеджеру, а по совместительству и наставнику, что в этом нет ничего такого, и что они просто выполняли свою работу, но он был незамедлительно отрезан продолжавшийся речью опытного пекаря.  

"И нет молодой человек, я говорю все как есть. У вас у обоих талант, и Господь мне свидетель, вас ждет великое будущее! В любом случае..." - отец булочной промышленности Фарадея вытянул у себя из кармана белый, закупоренный конверт ,и слегка потерев его большим пальцем, протянул его кистью к Мари- "раз уж месяц почти закончился, и вы так неустанно на нас трудились, мы с mi corazon решили выдать вам вашу оплату раньше положеного срока. Примите это как знак нашей вам благодарности, голубки".  

Та спокойно приняла его с благодарностями, начав идти к своей куртке, чтобы вскрыть уже по возвращению домой, но поспешившие её остановить муж с женой слегка её удивили.  

"Ох, нет нет нет. Так не пойдет" - сразу же сказал Даниэль, увидев непонимающие лица у дуо - "Откройте его здесь. Я уверен, вам понравится то что вы там увидите" 

Переглянувшись, Хиро с Мари ухватились за закрывающую их зарплату бумагу, оторвали один из концов, вытянув несколько ярко зеленых банкнот. Цифры на полученной в сей раз сумма, достигли трехзначного значения, приведя к тому, что глаза у двоих перфекционистов раздулись до размеров праздничных фарфоровых тарелок. Еще какое то время, они переглядывались то на друг друга, то на конверт, то на ухмыляющуюся пробу. Раз за разом, не в силах поверить представшей перед ними картине. И это происходило до тех пор, пока Мари не наполнила свои легкие до отказа теплым, полным запаха свежей сдобы, воздухом... 

И не завизжала что есть мочи, заставив каждого присутствующего посетителя и работника супермаркета посмотреть в их сторону. Даже надменная Мисс Кендис вышла из своего сахарного отдела, посмотреть на источник столь пронзительного крика. Мари кричала, благодарила всех существующих богов и чуть не убила Хиро, Даниэля с Беатрис в своих благодарственных обьятиях, делая это все с самой яркой, полной радости улыбкой которую она когда либо носила. 'Как я черт возьми могу быть НЕсчастлива, когда у меня появится возможность проводить больше времени с моим драгоценным Солнышком!?' 

Chapter Text

О, Рождественская пора. Время которое с таким нетерпением ждет и млад, выбегая из школы чтобы поскорее отправиться домой готовиться отпраздновать столь чудесный праздник с своими друзьями, так и стар, радуясь что в кои то веки у них будет пару дней выходного и шанс на спокойное времяпровождение. Наряженные ёлки, закупка подарков, пожелания на грядущий новый год и помощь близкому своему. Всем этим зачастую и занимаются члены семьи Судзуки каждый сочельник. Считая свою фамилию одной из самой правильных и успешных в сие городишке, хозяин очага каждый прошлый праздник брал всех до единого жильца их двух этажного дома, и под радостные вскрики женской половин семьи, отправлялся вершить благочестивые дела, разумеется просто ради хорошего поступка, а не возвышения своего и без того огромного эго.  

Мероприятия выдавались различные, начиная от смен в ночлежках, во время которых Хитоши с Мари раздавали похлебку прямо в главном зале, а Шерил и Санни занимались уборкой в спальнях местной ночлежки. Стандартные занятия, прекрасно подходящие для такой нормальной семьи как они. Потом же они обычно возвращались домой, ждали рокового удара старых дедушкиных, по линии жены, часов, и наслаждались такими счастливыми возгласами детей, когда их ручки перебирали полученные за хорошее поведение от Санты подарки. 

Но сегодняшний сочельник пошел немного не по намеченному плану. С учетом разросшийся за последний год, на целых двух человек, компании друзей их отпрысков, Мари решила отпраздновать столь удивительную дату с своими лучшими знакомыми. Родители со всех сторон были предупреждены заранее, и хоть по началу что Мисс Родригез, что Мистер Судзуки были непреклонны в своих желаниях провести Рождество в полном составе, однако после некоторых убеждений со стороны Шерил для Отца Мари с Санни, и чарующей ухмылки Генри для его матери, конфликт был улажен и все четыре ребенка отправились под опеку двоих подростков. Тогда то и началось основное и, на этот раз, настоящее веселье в сочельник. 

Вся компания собралась у дома к полдню. Группа детей как раз обсуждала недавно вышедший рождественский эпизод "Приключений Капитана Космонавта", когда парадная дверь резиденции наконец раскрылась, показав брата с сестрой в красных шапках с помпонами, которые весело поздравляли своих друзей с наступившим важным днем. Санни даже постарался и надел свою лучшую короткую улыбку. 

"С Рождеством вас всех!" - проговорила тщательно отрепетированным мелодичным голосом старшая сестра, приветствуя зашедших гостей с тарелкой свежего пряничного печенья в руке. 

"И вас тоже с Рождеством!" - в ответ прокричали Кэл, Хирол, Бейзил и Обри, начав разуваться и готовиться к скорому событию. Цветочник тут же сел с тезкой зашедшего за облака солнца на диван, обсуждая недавно прочитанный роман о мужчине, поехавшем в Лондон на поиски пропавшей жены, подросток испанец в который раз восхвалял бого подобную готовку краснеющей нынешней хозяйки очага, а будущая баскетбольная звезда получала нагоняй за устроенный на пороге бардак от девочки с бантом в волосах. Дом начал наполняться звуками, болтовней и спокойным время провождением. Кел с Хиро рассказали о начинающийся вечеринке в их доме, на которую сьехались даже троюродные родственники по бабушкиной линии, так что сегодняшняя тусовка у Судзуки определенно продолжится и после наступления полуночи, ибо возвращаться в такой шумный и переполненный дом братья отказались на совсем, заверив что смогут переждать у своих соседей. 

"Ого, я конечно и в прошлом году видела чтобы к вам приезжало несколько машин, но чтобы так много? Там поди три пикапа остановилось!" - ответила на такую новость Мари, когда все шестеро собрались в гостиной у горящего камина. 

"Наверно это весело иметь такую большую семью." - подумал Бейзил вслух, вызвав незамедлительную отрицательную реакцию у самого низкого мальчика в доме. 

"НЕА! Бейзил, ты даже не представляешь как это раздражает!" - кричал громко и тоненько как всегда Кел, склонившись на флористом чуть ли не прижимаясь к нему - "Меня раз сто успели ущипнуть за щечки все эти тетки да дядьки! Теперь все лицо из за них болит!" 

"Кел, не говори так." - отчитал его Хиро, беря принесенный Мари лимонад с столешницы - "Каждый из них приехал к нам из другого штата, а некоторые и с другого конца страны, только для того чтобы провести время с семьей, частью которой являешься и ты. Прояви немного уважения" 

"Хватит говорить как старик Хиро! Я же видел какое лицо ты состроил, стоило старшим сыновьям Дяди Хулио начать рассказывать об их заслугах в футболе" - с ехидной насмешкой выпалил мальчишка, даже не подозревая какой оголенный нерв он потянул. 

"Вообще то это исключение из правил. Эти придурки наши троюродные братья и в них от Родригез только фамилия. Дурацкие спортсмены с их дурацким кубками..." - скрежет зубов мальчугана с менее физически приспособленным телом чем у каждого его ровесника в семье пропиталось чистой завистью, свойственной для всех гормонально зависимых от конкуренции подростков. 

Через какое то время таких светских разговоров, в которых был выпит не один и не два бокала хорошего лимонного напитка, хотя Кел хотел подлить туда немного Апельсинового джо, но день сумела спасти резкая на глаз Обои с готовым к экстренным ситуациям одной из мягких игрушек Санни, на часах пробило шесть часов вечера. Ровно через шесть часов, наступит рождество и к этому времени обязательно нужно хорошенько подготовится, а потому, воодушевленная надвигающиися духом двадцать пятого декабря, Мари поднялась на свои ноги, слегка отряхнув крошки с синих джинс, и пару раз хлопнув в ладоши, заработала внимание всех сидящих в гостинице детей, в том числе и задремавшего младшего брата. 

"Так народ, совсем скоро уже будет рождество, а значит нужно как можно лучше к этому подготовиться! Я сумела уговорить наших с Санни родителей заполнить холодильник нужными ингредиентами, так что давайте подготовим праздничный стол!" - предложение было встречено громкими овациями Кела с Обри, оба пытались перекричать другого, скромными хлопками Бейзила с Санни, и верным плечом Хиро рядом с ней. Плечом её парня. 

Пройдя на кухню, команда выгрузила на стол весь запас провизии из холодильника, разложив его от А до Я. В планах на сегодняшний праздник не было ничего особо сложного, однако пара заминок все же могла возникнуть, в виду наличия на рабочем месте группы детей на три года младше ответственных за дом. Сладкие яблоки в карамели и запеченная в духовке праздничная курица, одно главное блюдо и развивающая их общий недуг, кариес, закуска. О, и конечно не стоит забывать о Мари свежих фруктов, коими она каждого имеющегося тут приучила к частому потреблению. Но в любом случае, работа обещает быть трудоемкой, потому пора было наконец начать. 
 

Шестерка разделилась на две группы. Хиро, Мари и Бейзил, как самые спокойные, взялись за приготовление на удивление крупного цыпленка, в то время как коротышкам в виде Кела с Обри было поручено сделать добрую кучу хрустящих приторных яблок. Санни хоть и помогал всему делу, тоже подготавливая фрукты и обмакивая в карамельную смесь, однако каждый здесь знал что к второй подгруппе его подставили ради слегка успокаивающего элемента. Все таки, одно только присутствие маленького без эмоционального комочка по своему сводило на нет хаотическую энергию этого страшного дуэта. 

И вот, готовка шла полным ходом. Мари руководила всем процессом, стараясь следить чтобы каждый выполнял свою работу в нужной манере, хотя и не добровольно, ибо её поставили на такую должность именно что остальные гости, сославшись на то что она и так слишком много сегодня трудилась с подготовкой к их приходу, не забывая поглядывать за двумя частыми возмутителями спокойствия, Хиро напичкивал курицу фаршировочной смесью из овощей и трав, попутно выполняя все другие шаги по приготовлению, Бейзил помогал ему в этом тернистом пути, подавая ингредиенты и делая разнообразные заготовки, по типу соуса для духовочной панировки. За этой, основной частью стола, царил порядок, ровный процесс и умиротворяющее спокойствие. Ну а за другой... 

Настоящий ад и Израиль. Кто же знал что давать полу немому ребенку задачу по усмирению двух бомб замедленного действия было не самым верным решением? Правильно, все. Но это не помешало предотвратить получившийся ужас, что видели все но по большей части ничего с этим не делали и до окончания своих частей с основным блюдом. Никто этого не ожидал, и вот в тысячный раз Обри с Келом устроили новую ссору, которая стремительно перешла к последующей конфронтации. Ни одного из их излюбленного оружия, мягких игрушек, ни один из них с собой на кухню не принес, а соответственно за альтернативой обратились к столовым приборам. Вся столешница после нескольких раундов агрессивного сражения на ложках, покрытых жидким сахарным покрытием, теперь походила на выставку нестандартного современного исскусства, полного клякс, блестящих цветов, ставших таковыми благодаря посыпке с сьедобными стразами, и многочисленными рассыпанными ингредиентами. 
 

Санни в это же время, зная что его тихий голосок не сможет унять праведный гнев своей одноклассницы, чьи крики стали в разы сильнее после того как спортсмен измазал тщательно вымытые волосы в коричневатой гуще, сосредоточил все свои силы на хотя бы малейшей исправлении ухудшившийся ситуации, делая то что по идее должно быть карамельными яблоками, а на деле представляло то незаконченные основы, то покрытые тремя слоями всего сахарными булыжниками, то вовсе иногда надкусанные вечно голодным ходячим ужасом в кроссовках. Отлепляя ненужное и долипляя необходимое, Санни таким образом провозился долгие неустанные часы, выполняя яблоко за яблоком, радуясь что иногда бесконечная энергия его друзей истощалась, приводя их обратно в рабочее состояние. Такие моменты были его самыми любимыми в изматывающей работе юным поваренком, потому как именно тогда, он мог себе позволить отвести взгляд от этих и без того сладких красных плодов, и перевести его на ту, что в последнее время захватила все его внимание. 

Её. 

Девушку небывалой красоты, чьему существованию он обязан каждому счастливому моменту в своей заурядной жизни. Её волосы колыхались при каждом легком движении, ниспадая каскадом черного водопада на эти закрытые парным свитером плечи. Улыбка никогда не покидала тоненького, совершенного в своей простоте личика, всегда озаряя его и вселяя позитив с заботой в души окружающих людей. Каждый кто обычно разговаривал с этой вечно ободряющий все и вся собой, сразу же становились счастливее и здоровее, в частности благодаря, казалось бы, безграничным знаниям, хранящимся внутри её умной головы. Ох, сколько же было заботы в объятиях, поцелуях в лоб и словах, которые она его одаривала каждый божий день, наверно даже не представляя, какой же эффект это произвело на его сердце. Больное, гниющее изнутри и пропитанное смрадом сердце, полюбившее совершенно не того человека.  

"Лучше б её назвали в честь солнца" - подумал Санни, отворачиваясь обратно к яблокам, когда та повернула в сторону парня свои прекрасные, глубокие глаза - "Так хотя бы, было намного справедливее." 

Часы пробили пол одиннадцатого. Хрустящая кожа готовой упитанной курицы шипела и стреляла соками, говоря одним своим видом о идеальной готовности. Вынутые из морозильника яблоки отдавали удивительным сочетанием кислого фрукта и ароматного конфетного послевкусия, когда каждый из шестерки делал свой громкий укус, сидя то на диване, то на полу теплой и безопасной гостиной. Именно это слово лучше подходило под описание самого важного аспекта их группы. Безопасность. Ощутимое чувство защищенности, следуемое за этим необычным ансамблем. С кем бы они не сидели, в каком бы наборе или местах не прибывали, все до единого могли заверить, что какую б мысль кто не озвучит, его или её безусловно поддержат на выбранном пути. Ну, если это конечно не связано с распитием Апельсинового Джо, ибо эта термоядерная смесь вызывает самые ужасные следы на любой поверхности. Благо Кел еще не успел ею наследить в доме, но на всякий случай ему было запрещено приносить жидкую смерть ближе чем на пять метров к территории Судзуки. 

Болтая, играя в настолки, пересматривая самые лучшие мультфильмы через неделю уходящего года, компания даже не заметила, как наступил тот самый момент. До двенадцати часов оставалось несколько минут. Кел вскочил с своего места и объявил об этой нежданной, но одновременно и предсказуемой новости, начав обратный отсчет. Вся четверка карапузов уселась прямо у больших и маленьких ящиков, готовясь рвануться вперед, раздирая упаковочную обертку в щепки, не в силах терпеть чтобы узнать что же они получат в этом году. Удар в старых часах известил всех о наступившем празднике Христовом, и когда шестеро прокричали лаконичное: "С Рождеством!!!" - кусочки разноцветной бумаги полетели в разные стороны, под радостные крики малышни. 
 

Новый баскетбольный мяч Кела сразу начал издавать характерные звуки, отскакивая от пола и долетая чуть ли не до потолка, бита Обри чуть не сбила с елки несколько особо ярких игрушек, совершенно случайно, а фотоаппарат Бейзила уже был полон свежей пленки, готовый запечятлеть самый важный момент, в истории этой шестерки. 
 

Перед Санни столпилось пятеро людей и одна столешница, с лежащей на ней его единственным в этом году подарком, о котором он так долго мечтал, молился и даже начал секретно подрабатывать в школе, делая разные рисунки одноклассникам на заказ. Сверток в форме кейса для скрипки, инструмента при помощи он достигнет своих мечты. Стать тем, кем его друзья смогут гордиться, и... 

"В этом году, ты получишь только один подарок. От всех нас" - начала самая лучшая сестра на свете, о которой он мог только мечтать и мысли о которой он так бережно хранил в подкорке головного мозга. 

"Может он и выглядит как сущий пустяк... Но мы очень долго на него копили!" - выпалил нервный лучший друг, которому он мог посвятить свои самые дражайшие секреты. 

"Да! Нам с Бейзилом даже пришлось продавать печеньки с лимонадом летом!" - с её фирменной блестящей улыбкой заявила девочка, чьи проблемы он рад был выслушать на тех ржавых парковских качелях. 

"И мы с Мари устроились работать в ту пекарню именно ради накопления на подарок." - высказал человек, которого он мог с полной уверенностью назвать своим старшим братом, мудрого наставника и обьекта для подражания. 

"Ну а я? Мне пришлось разносить письма примерно три месяца к ряду... А ты знаешь как я не люблю рано вставать!" - может слегка грубо, но полной эмоциями грудью проговорил настоящий источник безграничного веселья и смеха, чьи уморительные выходки не раз и не два вызволяли его из оков пасмурной хандры. 

"Возможно мы слишком на тебя давим..." - вновь начал Хиро, немного потерев руку от смущения - "но ты уже очень давно не играл на скрипке. " 

"Мы все заметили как ты в последнее время сидел в музыкальной комнате, пока Мари играла на пианино!" - не заботясь о лишних деталях, сказал Келси 

"Это кстати была полностью её идея!" - все с тем же блеском в глазах пропищала Обри, еще больше восхитившись небывалой добротой той, кого она считала самоназванной сестрой. 

"В-в любом случае!" - смутившись закончила список объяснений компании Мари, стараясь не утонуть в расширившихся от удивления глазах своего младшего брата - "Мы надеемся тебе понравится твой подарок. Он подарен нами всеми. Только для тебя" 
 

Еще несколько секунд, Санни пытался обработать нахлынувший на него поток такой сладкой информации, поражаясь тому, с какими же замечательными людьми он успел познакомиться за такие быстро прошедшие годы. Каждый из них был дороже ему чем любая имеющаяся в коробке игрушка, чем все существующие драгоценности мира и возможные шансы на становление знаменитостью. Если бы ему сказали, что он может спокойно обменять свою группу на целую сотню самых богатых, популярных и смешных людей, то он без промедления послал сказавшего ему человека на край света. Пальцы Санни легли на хрустящую под подушечками бумагу, ощущая под нею неровности обитого кожей кейса. Руки спокойно, в размеренном темпе, сохраняя драматичность момента развернули упаковку с минимум порванных краев, обнажив то, о чем он так неустанно думал все эти месяцы, с момента зарождения казалось небывалого желания. 

"ТА ДА!" - закричали все пятеро детей, коих он будет любить до скончания времен - "Это твоя новая скрипка! Давай, попробуй сыграть на ней!" 

Повинуясь желанию своих друзей, мальчик в красном свитере с елкой посередине взял в одну руку смычок, а в другую уже саму скрипку. Кончики пальцев покалывали, пока опутывали гриф и сжимались на железных струнах, как будто бы готовясь к поворотному моменту всей жизни. Тело проводило диагностику каждого нервного окончания, сверяясь с показателями и желая достигнуть лучшего из возможных результатов для важных Санни людей. Волосы смычка легли на металлические спиральные сплетения, остановившись на месте. Юноша сделал глубокий вдох, и несмотря на появившийся страх перед плохой первой игре, он отчетливо понимал, что предпримет все возможное, лишь бы не разочаровать их. С такими мыслями в его голове, раздалось два звука, с последующими овациями. Ровная, мелодичная нота, и щелчок затвора фотоаппарата с готовой печатью. 

"Мари..." - пронеслось в мыслях Санни, когда он открыл свои глаза и направил их стрелой на свою обожаемую сестру - "Я дам тебе повод любить меня..." 

Chapter Text

C того дня прошло почти что два месяца. На дворе восемнадцатое февраля, а значит настал, нежданно негаданно, еще один чудесный праздник. День рождения единственного и ненаглядного блондина в этом ансамбле. Бейзилу исполняется наконец то двенадцать лет, и теперь его практически можно считать полноценным подростком. Ну, если добавить еще один годик, то это уже будет полностью верно.

Так или иначе, крупная дата требует крупного праздника. Так по крайней мере сказал бы любой другой ребенок в его возрасте, например тот же Кел, в чьих планах на его следующий день варения уже имеется пункт: * пригласить все население Фарадея. Стал ли кто рушить мечту экстравертного начинания? Нет, все просто решили забыть о таком необычном пожелании. Чтобы там ни было, Бейзил не такой же ребенок звезда как наш ранее всплывший загорелый мальчишка. Любитель проводить время в саду относится к тому типу людей, кому намного приятнее устроить что-то наподобие несложного домашнего праздника в кругу верных знакомых, с наспех приготовленным тортом, нежели стать первым человеком в завтрашнем выпуске свежей газеты. И потому как сегодняшний день, по праву принадлежит цветочнику, все было устроено как раз из его всем известных предпочтений. Клубничный торт, вечеринка сюрприз у него дома и компания облегчающих его тусклые деньки друзей.

“Ты точно уверен что хочешь стоять за камерой?" - спросил именинник, сразу же получив безмолвный кивок в ответ, улыбаясь и переполнясь благодарностью за то, что его лучший друг решил сделать фото его, рядом со всеми остальными людьми. Прямо перед блондинчиком стоял розовый, покрытый сладкой глазурью того же оттенка торт, чья верхушка была подобна драгоценной короне, за исключением того что эта была сьедобна и совмещала в себе красную клубнику и разноцветные горящие свечи. Слева от него наклонилась празднично разодетая Мари, одна из тех по чьей вине и был организован весь праздник, справа улыбающаяся прекраcно волосая Обри, судя по рассказам здесь присутствующих настоявшей на всей вечеринке, а сзади ухмыляющийся дуэт загорелых братьев.

"Почему Кел надел сразу две шляпы себе на глаза?" - не озвучил вопрос Бейзил, чувствуя как скатывается пот по одной из его щек, то ли изза волнения за будущее качество готовящегося фото, то ли переживая за возможные трудности, которые может устроить этот двурогий мальчик.

Поздравления, праздничная песня, и ожидаемое задувание свечей с загадыванием желания прошло как по маслу, хоть на последнем наш маленький цветочек умудрился немного замяться. Ведь повзрослевшему юноше было совсем нечего загадывать. Все о чем он когда либо мечтал, верные друзья, здоровая родня, лучшая еда и веселые времена в конце концов оказались у него прямо перед глазами, стояло году пролететь незаметно, с прошлого дня рождения. Но загадать что нибудь да стоило, как никак это священное вареньевское желание, а потому, закрыв на пару секунд глаза, мальчик набрал полные легкие воздуха и сдув обжигающее пламя с кусочков воска, глубоко внутри, он пожелал двух вещей: Чтобы все у них было хорошее, и что человек которому он доверяет нашел в себе силы двигаться дальше.

Раздался щелчок, камера на минуту осветила пятерку своей яркой вспышкой, и с механическим звуком выкатилась белая пленка с черным квадратом прямо по середине. Взяв его обеими руками, друг сегодняшнего виновника торжества начав мотать горячим куском пластика вверх и вниз, постепенно приближаясь к поздравляющей мальчика компании. Получив от юноши полароид, он тут же убрал его в свой новенький, только что полученный зеленый альбом, с высеченным на золоте его собственным именем, будучи уверенным что вскоре он полностью заполнит эту книжку драгоценными воспоминаниями.

Спустя еще одно фото, во время коего Санyи к удивлению Бейзила снова отказался сниматься, поглядывая с еле заметным огоньком в глазах на всемизвестную в группе пару. Бейзил очень, очень надеялся что его второе желание и впрямь станет явью как можно скорее.

По правде говоря, мысли о том что сказал его друг не покидали белобрысую головушку паренька уже долгие месяцы, даже сейчас, в разгар казалось бы его заслуженного праздника. Эти греховные, порочные слова, намеренная влюбленность в человека, отношения с которым возможны разве что только в иллюзорных снах такого витающего человека как Санни. Иногда Бейзилу очень хотелось, чтобы все что он услышал было просто глупой, странной шуткой ибо тогда ему не пришлось тратить беcсонные ночи, дрожа в постели и беспокоясь, что однажды его упекут за решетку, услышав о необычных предпочтениях юного вундеркинда. Он бы даже с легкостью поверил в возможность данного сценария, ибо зная Санни уже почти год, он самостоятельно узрел не существующие границы далекого за гранью логики чувства юмора тихого мальчика. Иногда, он не мог поверить что тот и впрямь сумел вызвать у Хиро экзистенциальный кризис, на протяжения полу часа стоя на месте, держа в руке лимон, и называя его ему в лицо алебсином.

Но данный случай был далеко не шуткой. Самой настоящей запретной мыслью, о коей им всегда рассказывали как удел последних дегенератов. Однако его друг, надежный товарищ, даже первая влюбленность, не был каким то глупым, отстающим в развитии человеком. Умным? Лучший среди младших в группе. Добрым? Даже Ганди позавидовал его добродетели! Сочувствующим? Упоминать о его регулярных, безвозмездных походах на качели с Обри, будь то в жару или дикие морозы думаю даже и не стоит. Но все перечисленные факторы к сожалению не помогали Бейзилу принять тот факт, что его друг может думать о таких вещах с ней! Надежда на скорое выздоровление мальчика все еще были действительными, а мысли угрожают становится все более грубыми и страшными, если юноша продолжит кидаться теми же взглядами на них двоих. Сейчас же тот, о ком идет речь, сидел на диване с включенным цветным Gameguy, играя в недавно приобретенный 'Carlo land'.

"Эх..." - незаметно для остальных прошептал мальчик, наблюдая за лежавшим, насупившимся парнишкой с волосами цвета оникса - "Лишь бы это было просто временное увлечение. Прямо как у меня с Обри, когда я только её встретил..."

Через какое то время, начало откровенно темнеть. Было выдвинуто смелое предложение - устроить давно уже не проходимую ночевку. Форт из подушек, множество спальных мешков, расслабляющий ромашковый чай, взятый специально из выращенных кустов мадам Купорос, то бишь бабушкой Бейзила, и просмотр недавно вышедшего на кассете всего сезона "Капитан Космонавт и рыцари Затерянного леса светлячков". Все эти прекрасные блага были обеспечены юным домоседам, стоило сделать пару звонков и спросить разрешения конечно же у хозяйки дома. Судя по тому, что Обри с Келом уже давно спорят кто кого победит, Капитан Космонавт или же рыцарь ростокрот Максимус Третий, а Хиро с Мари укутались вместе под оделом на диване, все разговоры с старшими прошли успешно. Это был почти что идеальным вечером...

Если б конечно не поглотившие его ум мысли о увлечении Санни, и странное поведение Мари, которое он в последнее время имел честь наблюдать. Её улыбки кажутся слегка натянутыми, манера речи рассеянная, как будто бы у неё всегда мысли в каком то неправильном месте, а самая недавняя, попавшая ему на глаза деталь, и вовсе немного заставила нашего флориста переживать. Сидя у подножия дивана, и оглядываясь на лежащих в обнимку парочку, Бейзил заметил одну неприятную мелочь. Каждый раз, стоило ухмыляющемуся, пребывающему в блаженстве поваренку немного уткнуться в изгиб шеи черноволосой пианистки, как её яркая улыбка теряла свой расслабляющий свет, становясь в какой то степени наигранной, а умиротворенное выражение совсем чуть чуть, почти незаметно, напрягалось. Очень похожее нарушение обычно стойкого лица парень видел только у её брата, когда он переживал особо неприятные вещи.

"Хм... Ей вроде бы всегда нравились ласки Хиро... " - подумал названный в честь растения ребенок, нахмурившись, но в конце концов повернувшись на другой бок - "Скорее всего он просто слишком её предавил своим весом. Ничего особенно важного. Хм... Санни с Мари неважно себя чувствуют уже очень долго. У одного неприятные мысли, а у другой тысяча и одно занятие. Им определенно стоит как то отвлечься от навалившихся проблем. Может... Какое нибудь простенькое выступление дуэтом скрасит их невзгоды? ДА! Это может сработать! Нужно будет обязательно рассказать Мари, как найдется свободное время. Ух, они проведут немного времени друг с другом, и тогда оба станут чуточку счастливее!"

Бейзил, в будущем, еще ни одну сотню раз успеет пожалеть, что в тот день только подумал о предложении концерта.

Chapter Text

Девятое марта выдалось для юной пианистки через чур загружено. Утром родители срочно уехали на внезапную встречу в крупной компании, где оба имели возможность проводить время не только как муж и жена, но и закоренелые коллеги. Оставшаяся на столе у кухни записка, оповещающая о неотложном вызове, на какой то момент вернула её в далекие, детские годы, примерно когда ей было лет семь восемь, ибо что сейчас что тогда, присутствовала одна очень важная для неё деталь. Ей поручили снова позаботиться о её младшем братике. 

Если бы любой другой пятнадцатилетней девочке подростку, с уймой кружков, более раннем школьным расписанием, огромным багажом ответственности и отсутствием почти что какой либо возможности спокойно провести время для самой себя выдали с небес на землю такую невиданную задачу, то можно с сто процентной точностью сказать, что по приезду родителей, мебель в доме будет перевернута с ног на голову, младший ребенок в ужасе прятаться в углу, а сама же гормональная язва определенно устроит громкую, высокомерную сценку своим родителям, сказав напоследок перед громким хлопком двери что-то в духе: "Я вам не Золушка!" или "Если хотели себе прислугу, могли просто нанять кого то, а не меня рожать!".  

В конце концов, на то они и переполненные бушующими гормонами подростки, чтобы совершать глупые, необдуманные поступки. 
 

Но Мари не была похожа на других своих сверстниц, оказавшихся в подобном нежелательном положении. Она более стабильная, уравновешенная, ответственная и знающая себе цену девушка, уже в своем возрасте, когда обычно тинейджеры любят эксперементировать и заявлять о своих возможностях посредством нарушения всех существующих правил, понимающая как стоит себя вести, а потому незамедлительно отправилась вверх на лестнице, будить еще сопящего родственника. Кто то мог бы сказать что её завалили работой и всевозможными обязательствами с раннего детства, и именно поэтому она столь прилежная, верная каждому слову своих родителей доченька. И если такое и впрямь б произошло, то она не стала бы отрицать большую часть сказанных гипотетическим незнакомцев слов. Верно, еще когда она была совсем маленькая, от неё требовали очень много и ожидали что она это самое многое разумеется покажет с широко распростертыми руками. Но не только этот горький нюанс частого пренебрежения старшего поколения в вопросе воспитания сделал её таковой, какой она является на данный момент. 

Важную часть в сие процессе сыграл и тот, над кем она сейчас повисла, присев на корточки и наблюдая за его размеренным дыханием. Этот крошечный носик пуговка, дергающийся каждый раз когда она несет в комнату к нему и пришедшим погостить друзьям целую тарелку своего фирменного печения, с добавлением секретного ингредиента - любви. Подрагивающие от падающего света его тезки веки, скрывающие черные, еще темнее её пары, глаза, но с проблеском того что и делает их братом и сестрой. Огоньком жизни, стремящийся сделать пребывание других в этом мире менее энергозатратным.  

Её методы физические, в то время как у спящего мальчика они действуют на в разы глубоком уровне. Эти зачастую зализанные волосы, цвета вороньего крыла. Кел, Обри, Бейзил и даже Хиро вечно удивляются, что юноша его возраста всегда следит и старается показывать свою голову только в чистом, уложенном состоянии. Иногда он на ночевках просыпался раньше всех, чтобы уложить свое получившиеся за пролетевшие часы гнездо. И только ей было позволено наблюдать каждое утро за этими небрежными, торчащими в разные стороны волосами, придающими его мягкому лицу очков очаровательности. 

Младший ребенок семьи Судзуки - “Санни”, названный в честь горящего на небе светила, воспринимался окружающими людьми как антипод своего же имени. Тихий, боязливый, скромный и крайне часто не появляющийся на всеобщее обозрение, в отличии от того сгустка газа что уже в марте не дает всему городу покоя. Но весь Фаравей упускает многочисленные, уникальные черты, за которые её брату стоит с гордостью носить свое имя.  

Мари еще не сумела найти никого такого же искреннего как её Солнышко. Может он и думает что об этом никто не подозревает, но после всех сделанных ему замечаний и предупреждений насчет опасности такого сильного случае самоотверженного альтруизма как у него, он все равно шастает по домам других людей и помогает им с их простецкими неурядицами. Хотя, Мари все таки взяла в себе привычку иногда незаметно наблюдать за действиями Санни издалека, так, на всякий экстренный случай. Лишняя предосторожность в таком деле никогда не повредит.  

Младший братишка так же невероятно внимательный к мелочам! Где то треть всего расписания девушки стала такой идеальной только благодаря его частым напоминаниям о надвигающихся важных датах или упоминаемых событиях из прошлого, или возможного грядущего будущего. Да, поскольку она старшая в их дуо, соответственно ей пришлось перенять эту его привычку и перевести её в абсолют, сделав так чтобы ни одна деталь не избежала внимание старшей сестренки. Ониксовый мальчик настолько творческий, что голова Мари иногда болит от такого большого количества деталей, с которыми он рассказывает о таких незабываемых, красочных снах. Хамфри, Абби и Большой желтый кот определенно внесли внушительный вклад в разнообразие приключений её юного сокровища. И самое главное.... 

Он был слишком... СЛИШКОМ МИЛЫМ. 

Только отчаянное желание сохранить свой образ "Смелой ответственной сестры" удерживало её от такого пожирающего желания обнять этого малыша и больше никогда не выпускать карапуза из железной хватки. Тискать как плюшевого мишку, гладить по голове как домашнего котенка, щекотать как смеющуюся обезьянку и спать с ним в обнимку как с большой теплой подушкой. Хотя, она все таки позволяла себе некоторые из перечисленных действий, а иногда и он сам просил то обнять его, то поддержать за руку, пока они идут в какое то место по поручению родителей, но вот от остального пришлось частенько отказываться, в угоду личным принципам. Да... 

Он, и именно он является самой главной причиной её столь тернистого, но такого важного личностного роста.  

"Санни..." - тихонько тихонько сказала Мари, продолжая разглядывать мельчайшие детали на личике ребенка, которого практически самостоятельно воспитала. Он никак не отреагировал. Только продолжил очаровательно похрапывать, с минимальной заботой о происходящих вокруг событиях. Значит, возможность предоставлена. Главное её не упустить. - "Я наверное сгорела бы от смущения, услышав ты это вживую. Так что скажу это прямо сейчас. Ты лучший младший брат о котором только можно мечтать. Ты значишь для меня целый мир, и я словами передать не могу, как многое ты делаешь каждый день, что заставляет улыбку расцветать на моем лице. Твои поступки, поведение, смех... Все это, только это, побуждает меня становится лучше. Я ценю похвалу родителей, когда они радуются за полученное первое место на какой нибудь глупой олимпиаде. Я так же очень глубоко рада, когда наши друзья благодарят за приготовленные мною, казалось бы, простые закуски. Но ни один из них и близко не стоит рядом с тобой, Санни. Когда ты подбегаешь ко мне, заключаешь в объятия после даже простейшей выполненной задачи, и смотришь на меня своими фирменными, полными любви глазами.... Это очень многое для меня значит" 

Мари встал с корточек, присела на край матраса, от чего простыни слегка натянулись на крошечное тело паренька, сделав его спокойное дыхание совсем немного тяжелее, и наклонившись к Санни, зависла прямо у него перед лицом. " Я люблю тебя Солнышко. Больше, чем ты можешь себе представить" - сказала девушка, поцеловав мальчика в его бледный лобик. 

Немного поерзав на месте и нахмурив эти тонкие бровки, сморщившийся, просыпающийся красавец открыл свои размытые от полу дрема глаза, которые в тот же миг широко распахнулись, стоило ему увидеть Мари.  

"Доброе утро соня! Родители уехали чутка пораньше, так что сегодня завтрак на мне. Давай, вставай, переодевайся в форму и спускайся вниз. И не забудь почистить зубы!" - прочирикала барышня, одарив юношу одну из своих ярких улыбок, уплыв радостной походкой за дверь. Когда Санни ворочился в постели и пытался изо всех сил не поддасться желанию отправиться обратно в страну снов, Мари в это же время, на лестнице переводила дыхание и старалась справиться с приступом навалившийся паники.  

"Фух. Повезло. Еще бы чуть чуть и ...." - прошептала она, не закончив фразу и ужаснувшись от отвратительных мыслей что засели у неё в голове. Помотав ею из стороны в сторону, она спустилась вниз и решила отвлечь себя от таких дум готовкой. Работа, как ей уже известно, отличный метод решения столь тяжелых проблем. 

Проверочные работы, контрольные работы, домашние работы, тысяча и одно сочинение, доклады, эссе и прочие прочие уже в который раз ломают плечи нашей уставшей от всей этой галиматьи девушки. Даже когда у неё два часа назад закончились уроки, о дополнительных курсах никто никогда не забывал, а потому требовалось вновь на них идти, скрывая под этой масочной улыбкой яростный крик недовольства своим положением. Все эти обязанности, занятия, ответственность и постоянные выслуживания то перед преподавателями, то перед родителями высасывали силы из Мари с той же скоростью, что и времяпровождение на юпитере без скафандра высасывает из ваш жизнь. То бишь за считанные секунды. Да, она гордилась что каким то чудесным образом, не без поддержки дорогих ей людей, сумела удержать статус "Идеальная" на своем уже родном месте, то бишь над своей головой. Но то как с каждым днем все эти мероприятия становятся только утомительнее, а еще и прибавьте пробуждающиеся в полную силу подростковые гормоны, перестраивающие её тело и не дающие иногда нормально функционировать, без желания сломать кому то хребет или на пару тройку минут уединиться в ванне по КХМ делу, это один сплошной ужас. Возможно, с таким забитым графиком, где ей нужно уделить время для разговора с первым, обсудить свою успеваемость с вторым, и начать диалог с третьим она уже давным б давно сошла с ума. Если конечно в её жизни не присутствовала группа поддержки, в виде всегда готовых подставить свое твердое плечо друзей. 
 

Прямо как сейчас. Из окон главного школьного холла она может наблюдать за уходящим вдаль солнцем. Небо окрашивается в смесь фиолетового, её любимого цвета, оранжевого и красных оттенков, превращая все это бескрайнее пространство в одну прекрасную картину. Во всем учебном заведении толком и не осталось учеников. Одни сторожи, педагоги да морщинистый уборщик Ренди составляют ей временную компанию, пока она пересекает метр за метром, двигаясь навстречу к своей свободе. Однако до сей поры оставшиеся на подходе к школе ребята, застало девочку врасплох, стоило ей ступить своей туфлей за порог всего заведения, снизив количество прибывающих учеников до одинокого нуля. 

Кел и Обри, бесенок и ангелочек, сразу же подбежали к своей недавно провозглашенной сестре, начав без устали перекрикивать друг друга в попытке рассказать, как у них прошел день. Подошедший нервный комочек соломенного пуха Бейзил попытался вставить пару тихих слов во всю эту обоюдоострую дискуссию, но как и ожидалось, спокойному лесному бризу никогда не успокоить гром и молнию. Появившийся практически из воздуха Хиро, успокоил двойню парой серьезных слов, вызвав у малышей предсказуемые освистывания и улюлюкания на старшего мальчика. 

"Хей, а что тут вообще происходит?" - с скромной улыбкой повернула голову Мари, прервав четверку речей и переведя все внимание на недавно появившуюся барышню. 

"О, так мы тебя ведь ждали! Блин, никогда не понимал, почему ты вообще ходишь на допы? Я вот даже одного урока не могу спокойно просидеть, а у тебя еще сотня дополнительных после основных. Как у тебя это получается?" - пискнул Кел, чтобы после своих слов сразу же получить кулаком по своей лохматой макушке. 

"Кел, ты совсем дурак что ли? Мари умная и прилежная девочка, у неё всего через несколько лет поступление в колледж, конечно же она заранее готовится!" - возмутилась Обри, как всегда надув при этом свои очаровательные пухлые щечки. 

"Обри, Кел конечно глупость сказал, но это не причина его сразу же бить." - включив свой режим 'папы группы', Хиро успокоив пламенный пыл девочки с бантиком, пропустив мимо ушей её недовольные бормотания, и подарив девушке одну из многочисленных, геройский улыбок - "Ну а если честно, рад тебя видеть Мари. Как всегда показала им там лучший результат?" 

"Фе... Хиро каблук!" - в унисон показали пальцем щенок с крольчёнком, заставив ослепительную улыбку юноши совсем чуть чуть надломится. 

"Правильно дети! Фе. Ты мне совсем не за это нравишься Хиро." - - сказала пианистка, ущипнув флиртующего ловеласа за щеку, и окончательно уничтожив его еще недавно работающий шарм, вытащив из шелухи харизматичного паренька, сморщенный смущенный орешек. 

"Х-хей! А з-за что же тогда?" - краснея от прикосновения своей девушки, нервно пробормотал Генри. 

"А это уже секрет, хе хе. Ну а если честно, я тоже рада вас всех видеть." - наклонившись, Мари обняла одновременно всех четверых друзей, заключив их в теплые, полные искренней благодарности обьятия. Когда же они закончились, она все равно немного нахмурилась - "Но вам же правда не стоило этого делать. Я вроде бы рассказывала о своем обновленном расписании. Или вы забыли?" 

"А. Нет, мы как раз таки помним про то что ты рассказывала." - пропищал мальчик цветок, указав на сидящего поодаль ото всех бледного парнишку - "Санни предложил нам немного погулять и подождать тебя. Сказал что так мы можем поднять тебе немного настроения, если начнем тебя встречать даже в поздний час." 

Ох, как же это мило. Такая добрая, невинная и светлая мотивация, предложенная одиннадцатилетним братом согрела замерзшие от холодных слов скупых на эмпатию и сочувствие учителей сердце, наполнив его искренней, драгоценной заботой. Высвободившись из хватки окруживших её друзей, девушка осторожно подошла к младшему братику, остановившись рядом и сев на корточки, от чего ей пришлось положить руки на колени, одна из кистей была выше другой из за медицинского наколенника. 

Санни очень устал. Не заметить его состояние было просто невозможно. Поникшей, с почти что слипшимися глазками мальчик еле еле держался в сознание, качаясь взад вперед на деревянной скамье, витая где то в облаках и стараясь занять свои скучающие мысли хотя бы таким эскапическим образом. Серая футболка прилипла к его груди, очевидный результат недавно поднявшейся пред летней жары, крохотные шортики позволяли коже с множеством ссадин от игр дышать, показывая степень своей бледности. Когда же девушка оказалась прямо перед ним, мальчонка еще какое то время пытался прийти в себя и осознать, кто же этот незнакомец, что специально опустился на уровень его глаз. Для этого он использовал крохотные кулачки, потирая им заспанные глазенки, издавая милейший зевок из всех, что она слышала за всю свою жизнь. Даже Обри, с её шармом маленькой принцессы стояла на втором месте, пока на первом месте восседало тихое Солнышко. Мари понадобились все оставшиеся силы, чтобы не начать хихикать от такой безбожной милоты. Через несколько намотанных по векам кругов, черноволосый ребенок наконец то увидел перед собой ту, кого так долго и ответственно ожидал.  

Для других, даже выучившие язык мимики Санни благодаря таким частым пикникам и ночевкам с ним, его лицо не изменило свое фирменного без эмоционального выражения. И только Мари, родная сестра, идол крохотного творца, увидела в очаровательных глазках разбушевавшуюся радость долгожданного свидания. Тихонько спрыгнув с скамейки, он за пару шагов подошел к примеру для подражания, и обернув вокруг её шеи малюсенькие ручки, обнял свою кровь. 

Разумеется, старший 'родитель' детской группы не стал томить юношу ответом, и сию секунду чуть не раздавила малыша компании своей ответкой.  

'Ух... Это то что мне было нужно..." - подумала про себя вундеркинд, наслаждаясь каждой прошедшей секундой этих родственных объятий, подмечая то факт что Санни они тоже нравятся, ибо хватка на её спине была хоть мягко, но отчетливо нуждающейся.  

Он всегда давал самые лучшие из существующих в мире обнимашек. Это в принципе и являлось его самым известным способом выразить благодарность за ту или иную услугу, ввиду предпочитаемого невербального способа общения А иногда и причина не была нужна. Кел выиграл мелкое соревнование между младшими классами? Поздравительное объятие. Хиро приготовил свою легендарную энчиладу, с передающийся из поколение в поколение в семье Родригез смесью специй? Благодарственные объятия. Бейзил пересказал момент из последнего прочитанного детектива, где старушку процентщицу забивает топором депрессивный бывший студент, почему его бабушка вообще позволяет флористу такое читать, нагоняя ужаса в комнату? Перепуганные объятия. Обри снова подвергается нападкам со стороны школьных задир, за не самые богатые жизненные условия? Успокаивающие объятия, и, видимо присущий только Судзуки, убийственный взгляд в сторону недруга. 

Но ни один из них, не получал таких обнимашек. Никто, никогда, за последующие десятки лет не переживет опыт 'братского' объятия от Санни. Их... невозможно описать словами. Мари, девушка пополнившая свой лексикон и словарный запас десятками тысяч слов из той обширной библиотеки Фаравея - не может описать, что она чувствует каждый раз, стоит пальцам младшего брата лечь на её закрытую тканью кожу. Приблизительное, с чем она может сравнить такой близкий родственный контакт, будет приятный осенний дождик, полная звезд летняя ночь, зимний потрескивающий углями камин, и летний закат у тайного озера в парке. Да, такие казалось бы обыденные, заурядные и имеющиеся на каждом шагу моменты несут в себе небывалый комфорт. Близость в каком то смысле. И именно такое чувство расползается по каждому сантиметру тела нашей скрывающие покраснение на щеках девушки. Невероятно сильную комфортность. 

"Спасибо Солнышко. Это было очень мило с твоей стороны." - прошептала ему на ушко Мари, поглаживая спину брата круговыми движениями - "Но тебе не нужно так через силу себя утруждать. Ты чуть ли с ног не валишься." 

""Ммм...." - промычал таким милым, тихим и заботливым голоском Санни, положив подбородок прямо в ложечку её плеча, идеально подойдя к форме тела восхволяемой им сестренки - "Ни о чем не жалею... Оно того стоило.... Хотел сделать тебе приятно..." 

"Ооооо..." - Ему очень повезло что Мари обладает такой невероятной силой воли, ибо её отсутствие означало бы незамедлительную отправку этого паренька прямиком в кому, после пяти часовой сессии сокрушительных обнимашек - "Ну ладно. Так уж и быть. Но давай договоримся что ты не будешь этого делать слишком часто, хорошо? Я не хочу лишний раз наблюдать за тобой в таком истощенном состоянии. Полным энергии ты выглядишь более милым..." 

От последних слов, поступила ожидаемая ответная реакция. Еле слышимый писк и преображение его здоровых ушей в яркий малиновый цвет. То что она так обожает, когда каждый раз принимается дразнить. "Ладно..." - сумел выпалить из себя смущенный ребенок, постаравшись как можно сильнее провалиться под землю, но как и предполагалось, безуспешно. 

Получив утвердительный ответ от своего Солнышко, личико примерной ученицы расплылось в победоносной улыбке, и она выпустила брата из своего мягкого ручного капкана, хоть и с большой неохотой. Но увидев что после того как он выпрямился, его покачивания не ушли в небытие, равно как и легкие полу падения на месте, ей в голову закралась одна очень интересная идейка. Решение принялось со скоростью падающей звезды. Мари вновь оказалась на уровне глаз важнейшего человека в проживаемой ею жизни, но на сей раз повернувшись к нему спиной. Она положила свои аккуратные, идеальные, с недавно нанесенным аккуратным макияжем кисти на пояс, создав что-то в духе проема для ног. Девушка собиралась нести усталого братишку прямо на своей спине, полностью уверенная что так он по крайней мере не потеряет сознание во время путешествия обратно домой.  

"Санни, а полезай ко мне на спинку. Ты того глядишь сейчас на ходу уснешь. Давай, это не так уж и высоко. Старшая сестренка обязательно донесет тебя!" - радостно пропела пианистка, повернув голову себе за плечо и мысленно отправляясь на целый год назад, когда при первой неудачной попытке проехаться на роликовых коньках, мальчик не справился с предоставленным ему управлением, скатившись с горки и разодрав коленку до кровоточащего мяса. Тогда они были только вдвоем, все остальные к сожалению разъехались по своим делам, и только в присутствии их двоих, на едине, без посторонних лиц, Санни позволил себе громко зареветь. Показать наглядно боль, что электрическим, жгучим импульсом обуяло горемыку, не давая ему возможности встать на неустойчивую обувь. Тогда Мари пришлось нести младшего точно так же, но в этот раз, обстоятельства будут гораздо позитивнее. Она пронесет его несколько километров, без единой остановки, только чтобы позволить тому отдохнуть после долгого, изнурительного ожидания. Старшие всегда должны заботиться о своих младших. 

К тому моменту, мальчик не был в состоянии ответить отказом дражайшему родственнику. Может из-за заманчивости сего предложения, или же от того что его тело с каждой пройденной секундой становилось похожим на мешок картошки, нежели тушку обычного школьника, но Санни не сумел даже подумать о любой другой альтернативе. Положив кисти на её плечи, продев пятки через ручные ремни и позволив пальцам Мари удерживать его на закрепленной позиции , юношу подняли от земли резким рывком, и в результате неожиданности, он обхватил ключицу девушки уже своими руками, ненамеренно подарив её своеобразные объятия. 

Хоть мальчик и никогда не отличался здоровым аппетитом, среди шестерки детей его желудок наверное должен быть самым скукоженым, ибо те маленькие порции, обычно потребляемые младшим братом, какое то время волновали опекающую сестру, весил он не как перышко. Хоть Мари и ожидала тех же ощущений оперившегося на её конечности веса, что и целых триста шестьдесят пять дней тому назад. Но, как оказывается, даже кроха на её спине способен набирать вес. Судя по примерным подсчетам девочки, с выступившим на лице потом, как минимум три кило он уж точно прибавил. Да, скорее всего все эти калории и микроэлементы ушли на те четыре с половиной дюйма, которые он прибавил за прошедший год. И все же, сам факт сию работу легче не делал. 
 

Её облегчали как раз таки ощущения от такой по своему приятной переноски. Юноша чуть ли не стал новой частью её тела, идеально устроившись на ручках и созданном пассажирском сиденье. Как будто бы еще при их зарождении в одной и той же утробе, развитие тел пошло по пути идеального сочетания с друг другом. Как инь и янь, в слегка измененной манере. Обвитые вокруг шеи руки, лежащие на ладонях теплые бедра, прижимающиеся к спине покрытая ребрами грудь паренька. Все эти детали незамедлительно обрабатывались каждой поверхность кожи Мэри, посылая информацию прямо её в мозг. Санни опирался на неё, позволял ей позаботиться о нем, как в те далекие времена, когда они проводили все свободное время только вдвоем. Мусс из ностальгии и умиления отлично выполнил свою работу, успокоив ноющие от нагрузки мышцы. 

"Эй народ!" - позвала стоявший, и наблюдавших за таким милым примером братско-сестринского взаимодействия, ребят - "Пойдемте. Прогуляемся до каждого дома, а заодно и поболтаем. Мне не терпится узнать, как же у вас всех прошел день!"  

Предложение было встречено предсказуемой волной оваций. Пятерка тут же оказалась прямо перед детьми Судзуки, начав без умолку бросаться фактами о произошедших сегодня событиях, ну и иногда отвлекаясь чтобы позавидовать наслаждавшимся своим состоянием Санни. Келу, Обри и Бейзилу уж очень захотелось побыть на его месте, увидев каким же расслабленным выглядел мальчик, терясь щекой об задний изгиб плеча своей старшей сестры. Мари пришлось вежливо отказать, заявив что её переноска работает исключительно для таких хороших братиков как Солнышко. 
 

Заканчивающийся день выдался полным на события для каждого участника "Фаравейской группы друзей", имя данное ни кем иным как лучезарным Келси Родригез.  

Кел смог побить свой недельный рекорд по пробежке на пять кругов вокруг всего стадиона. Демон скорости смог обойти предыдущий результат аж на целый пять секунд, подойдя к отметке, свойственной для учеников средней школы.  

Обри сумела защитить Минси, недавно переведенную ученицу из другого города, от фирменного стиля приветствия в их учебном заведение. Долгой и мучительной травли. Как оказывается, удар непробиваемым каменным лбом озорницы способен уложить даже ученика на два года старше её самой. Мари хоть и похвалила её благородный поступок, однако затем чуть не забыла отругать за такие варварские методы. Она ведь могла пораниться, так что в следующий раз стоит использовать деревянную биту.  

Хиро помог Бейзилу после уроков с его школьным проектом, посвященным популярной ныне теме защиты природы, с предложенным классу возможностью посадить пару десятков бросков клена, в качестве единичной акции. Проект был настолько успешным, что весь класс согласился с просьбой флориста, и всего через неделю, у учеников запланирован выезд всем составом на ближайшую поляну, где они дружной командой помогут окружающей среде.  

Ну а Санни, как всегда в своей манере, провел преимущественную часть урока витая в облаках, фантазируя и представляя что-то себе на уме. Благо это не особо повлияло на его успеваемость, ибо стабильные четверки с пятерками всегда приносились домой, даже с учетом его сонной натуры. Рассказал это кстати не сам человечек солнца, а его лучший друг с камерой, решивший сделать одну из своих излюбленных живых фотографий, запечатлев на полароиде задремавшего братика, так комфортно устроевшегося сзади Мари, мирно посапывающего и незаботяшегося о происходящих вокруг разговорах.  

"Какой же он милый...." - подумала старшая девочка, оглядевшись на заснувшего юнца, чтобы после чего, её мысли ушли в немного другое русло. Русло сомнений и не отвеченного предложения. 

Примерно месяц назад, Бейзил рассказал ей об одной занимательной идее, которая могла бы помочь ей и Санни в решение их общей проблемы, а именно получение столь заслуженного отдыха после долгих дней стрессовых нагрузок. Сыграть вместе, дуэтом на одном из многочисленных школьных концертов в следующем учебном году. И предложение то безумно занимательное. Да, Мари и так взяла себе в привычку обучать маленького скрипача в определенные дни недели, что несомненно веселит её, ведь наблюдать за его бесконечными стараниями и искренним интересом в игре на куске дерева с металлическими деталями - один из немногих источников приятного расслабления в жизни забитой работой тинейджера. Но это просто уроки, максимум до пяти часов в неделю, с учетом присутствующих в её расписании подготовительных занятий в колледже. Они не то чтобы сильно и скрашивают острые углы накаляющегося эмоционального состояния. Ей безусловно нравится видеть эту утонченную, полную решимости сыграть идеально предложенную ему партию стойку, с поставленным на плечо скрипкой и вознесшимся рядом смычком. Вид, который навсегда останется в её воспоминаниях. Но как было раньше сказано, это не то. Совсем не тот уровень, коего ей хочется. И тут появляется мальчик с именем в честь растения, дающей ей казалось бы настолько простую идею, что она потом сама несколько дней без конца задавал себе вопрос: "И почему же мне такое не пришло в голову? Это же так гениально, и одновременно очевидно!" 

Но тут то и всплывают на поверхность подводные камни. Перво наперво, сложность самого концерта. В их школе, в коей есть как младшие так и средние с старшими классами, ежегодно проводится Осенний музыкальный концерт, на котором представители определенного класса могут выступать и попытать удачу в битве за первое место, звание лучшего музыканта школьного года и сияющую медаль. Благодаря старательным просьбам участников, зачастую работающих в команде, ученики добились от руководящего соревнованием состава введение возможности сыграть группой, от двух до двенадцати человек. С дуэта по целый оркестр. Как это и заведено, к такому мероприятию готовятся безумно усердно, не покладая рук, вкладывая свои пот, слезы, а иногда и кровь во все свои тренировки ради гонки за золотым трофеем. И, сказать по правде, Мари не была исключением из правил, когда дело касалось конкуренции в любом конфликте, будь то спортивном или же мелочно бытовом. Её манера стремиться к лучшему результату, безусловно ради улыбки и похвалы одного особо важного человека, пускающего слюнки на тыл рубашки, уже однажды стоила ей безумную цену. Даже по прошествию лет, с носимым на регулярной основе наколенником, полученная на последнем матче по софтболу травма дает о себе знать, внезапными вспышками обжигающей боли. Тогда она рвалась изо всех сил вперед, не жалея себя и любых потраченных сил... Но здесь с ней в команде должен будет выступать Солнышко.  

Её драгоценное Солнышко.  

Маленький, немного ленивый, но, когда дело касается его старшей сестры, решительный мальчуган, готовый перетерпеть любые попадающие на его долю невзгоды. И при всем видимом стремлении, Мари могла точно заявить, что он не готов к такому роду событию. Девушка скорее боялась что может просто слишком зациклиться на сём мероприятии, потеряв себя и в порыве эмоций, как это часто бывает в случаях любой появляющийся на горизонте возможности показать себя как самую идеальную в предоставленном столкновении интересов, сделать что-то непростительное, по отношению к еще начинающему Санни. 

И здесь в силу вступает второй нюанс. Санни. Санни Санни Санни. Лучший, заботливый, любвеобильный, умный и милейший младший брат, о котором только может мечтать старшая сестра. Барышня дорожила им всем кровоточащем от переизбыточной любви сердцем, храня там же каждый значимый момент их совместной жизни. И именно поэтому ей было особо больно признавать что... он еще совсем зеленый. Начинающий. Салага. Дилетант. Называйте его как только душе угодно, кроме особо оскорбительных нарицательных, ибо за это она может в вас и целым пианино швырнуть, но во всех этих словах заключался один единственный смысл. Юноша, пока что, играл на своей скрипке слишком неумело, чтобы сразу нацелиться на такое громкое событие как школьное выступление. Ноты зачастую выходили слишком затянутыми или же пищащими, та стойка, кою Мари обожала и не хотела не при каких обстоятельствах критиковать, обьективна заставляла желать лучшего, а про движение и того молчать стоит, дабы не позволить всем этим негативным мыслям поглотить разум девушки, который ей стоит как можно чаще держать в позитивном русле.  

Если они оба сразу решат взобраться на Эверест, то может они и доберутся на его верхушку, но по спуску обратно от прежнего Санни может уже ничего не остаться, ведь на его замену придет озлобленный на пианистку ребенок и надоевший ему в руках предмет, сломанный появившимися из ниоткуда нагрузками. Ему только только вскоре должно исполниться двенадцать лет. В его возрасте дети не должны часами сидеть в одной комнате, повторяя раз за разом одну и ту же партию, в надежде хотя бы в этот раз сыграть её правильно, лишь б только получить одобрение от более старших членов семьи. Мари прочувствовала этот неприятный опыт четыре года тому назад, во время начал её усиленного обучения, и с того момента она тайно желала, чтобы Санни не пришлось проходить через те же раскаленные адские кольца, заполнены недовольными родителями и разачарованными старыми педагогами. И если она сейчас примет идею Бейзила... один из худших кошмаров перфекционистки может стать душераздирающей явью. 

Ну и третье... Мари даже в своих мыслях не стала озвучивать эту причину. Сама концепция была до ужаса отвратительной, кощунственной и выворачивающей наизнанку. Она взрослая, ответственная старшая сестра. Живой пример для подражания целого квартета замечательных детей, которые не раз и не два заявляли что по прошествию лет, хотят стать похожей на неё. Таким как её не положено иметь в голове столь... Ненормальные мысли. Свойственные исключительно жалким реднекам, не способным даже осознать неправильность одной только промелькнувшей думы об этом. Ей ужасно, до глубины пропитавшейся такими идеями души, тошно от того, что она, предполагая, может сотворить. В голове юной особы уже не одну ночь мелькали самые страшные сценарии того, как это может произойти. Может Санни иногда и залезает ей в кровать посреди ночи, после очередного напугавшего до дрожи в коленях кошмара, но Мари не может позволить себе такие детские поступки. Она уже слишком взрослая, чтобы забираться в чужую кровать с просьбой утешать её после неприятного сна. Потому, она переживает каждый ночной кошмар в полном одиночестве, принимая тысячи навязчивых образов своих ужасающих действий... Может ей и приходится засиживаться допоздна, с такими то горками учебников, всегда обрамляющие углы деревянного рабочего стола, но иногда особа намеренно тянет время, боясь что сегодня будет одна из 'таких' ночей. Во всех трех сценариях, они остаются наедине. После уроков, во время праздников, глубокой ночью, или в разгар репетиции. Они одни, и никто не услышит жалобных мольб и просьб остановиться, издаваемых лично им. Никто не сможет защитить его... Мари не хочет пережить все эти кошмары наяву. 

Может... Все не так безнадежно как кажется? Если так подумать, попытка достичь высокого уровня мастерства благодаря такой серьезной цели, с некоторым шансом может получится удачной. Пианистка уже зарекомендовала себя как фактически хорошего учителя. Её послужной список полнится разве что обучению вязанию, плетению, легкой готовки и некоторым трюкам здорового образа жизнри, но все же. Боже ты мой, ей ведь даже удалось научить Хиро, местного повара группы парочке сложных рецептов, кои он не мог освоить до начала их совместной готовки. Так что, и с обучением Санни более сложным движениям на скрипке у неё в теории должно получится. 

Что же касается времени, потраченного на все эти трудные занятия, то нет ничего плохого в проведении парочки часов летом. Санни то может это себе позволить, а вот чтобы Мари сумела поучаствовать в этой части зарождающегося плана, придется поговорить с родителями по поводу сокращения частоты посещения подготовительных занятий в колледж. Это будет не так легко, как звучит по первой мысли. За те годы осознанного взросления, когда она уже не ведет себя как безмозглый ребенок и способна самостоятельно обрабатывать исходящую отовсюду информацию девушка поняла как сильно для них важно будущее их драгоценной дочери. Ей иногда сложно различить настоящую, искреннюю заботу доброй матушки, и невоплощенные в жизнь амбиции отца, которые в тандеме перетекают в одну сплошную, гнетущую массу потраченного времени. Но ради своей цели, девочка готова пойти на всякие испытания. Пары дней непрекращающейся зубрежки должно впринципе хватить. 
 

А насчет тех мыслей, что заполонили и отказываются покидать череп взволнованной американки... Здесь её сомнения по поводу всей подготовки, уроков, тренировок, и времени проведенным тет а тет с Санни достигают максимального из возможных пиков, крича о необходимости дать прямой отказ от идеи Бейзила, оставив все так как и есть на данный момент. Однако такое решение в корне недопустимо. У неё есть цель, вызвать так много улыбок на лице этого крошечного ангелочка, чтобы они стали его стандартным выражением лица. И если ради такой цели, придется загнать себя по самый небалуй, закупорить все накопившиеся за годы эмоции, желания, страхи и переживания, выкинуть их на другой край земли, и продолжить носить маску идеальной старшей сестры, коей только в радость проводить с Санни больше времени, как обычная заботливая сестренка, то так тому и быть. Ей придется принести все это в жертву, пролить не одну слезу глубокой ночью, от осознания что эти мысли так и останутся никогда не выговоренными, ровно как и режущие глотку признания, и ходить рука об руку в свободное время с тем, кого она на самом деле воспринимает не больше чем самого обычного друга. Впрочем, оно того стоит.  

"Ох, я надеюсь что мне не придется становится холодной с ним..." - подумала Мари, когда её блеклый взгляд погряз в собственном разуме, решая задачу наверно в разы сложнее, чем сегодняшняя контрольная работа - "Черт, такими темпами, эти мысли меня совсем с ума сведут. Если я никак от них не избавлюсь - пиши пропало все что у меня есть. Может, тот метод с заведением дневника поможет? Надо будет еще разобрать этот вопрос..." 

Из транса подобного состояния её вывели малюсенькие ручки блондинистого мальчика, который одной рукой привлек её внимание, потянув за край надетой на ней рубашки, а другой протягивал в верх пару секунд назад сделанное фото их двоих. На нем они выглядели как стандартная сестра, несущего своего милейшего брата на свете. "Прости что отвлекаю, Мари. Ты выглядела как будто бы о чем то сильно задумалась, но я не мог не показать тебе эту картинку. Все уже сказали как же мило вы оба выглядите, так что подумал, ты тоже может захочешь посмотреть!" - ласково прошептал цветочный мальчик, чтобы не разбудить ненароком своего лучшего друга. 

"Ой, спасибо большое Бейзил. Ты всегда делаешь самые лучшие неожиданные фотки!" - прокоментировала барышня, вернувшись к своей классической улыбке, дабы затем, аккуратно наклонившись, ей не особо хочется будить Санни его падением об твердый цемент под ногами, решила сообщить ему уже давно варившуюся новость - "Знаешь... Я все таки тут подумала над твоим предложением и..." 

Chapter Text

Жаркий майский денек подходил к своему логическому концу. Целые сутки тридцатого числа наконец заканчивались, после всех тех утомительных занятий и приключений что они сегодня испытали. В начале дня банда собралась составом из четырёх человек, Бейзилу пришлось уехать на пару дней к своим родителям для какой то важной семейной встречи а Мари была вынуждена засидеться до поздна за дополнительные проектами для одного из сотен нанятых репетиторов, направившись в парк ради уже полюбившегося им занятия. Уборки разбросанного тут и там мусора.  

Когда Санни предложил эту идею чтобы как то убить свободное время, долгие месяцы назад, ребята приняли эту идею без откровенного энузиазма, ну за исключением малышки Обри, ибо с известным только ему положением дома в коем она жила, её любовь к чистоте была довольно таки ожидаемой. Но с течением неумолимой реки времени, и братья Родригез, и имеющийся в наличии Кел, известный на весь мир своим столетним комнатным беспорядком, пристрастились к очистке их парка, в котором у каждого произошло немало важных событий, ставших счастливейшими воспоминаниями, появляющимися посреди ночи, дабы напомнить о светлых временах во время черной полосы жизни. Через какое то время, а именно после разрушительной схватки носящей бантик крохи и сверхзвукового озорника под конец всей зачистки, приведшей к уничтожению их оружия, мешков с накопленным мусором, компашка решила устроить себе короткий перерыв, заглянув в известную на весь городок пиццерию "У Джино", отведав итальянское произведение кулинарного искусства, набив животики и наполнившись силами для грядущих игрищ на ныне чистенькой игровой площадке. Класики, горки, перила, Санни исполняющий солнышко на качелях, недавно проглоченная пища чуть не вышла обратно через парадный вход после сего представления, пара раундов на баскетбольной площадке, соревнование по армрестлингу между загорелыми мальчишками, и вот на часах уже целых семь часов вечера.  

Солнце принимается за рутинную работу, уходя по маршруту "Восток - Запад", уходя дальше чем способен проглядеть юный глаз мальчугана, превращая еще совсем недавно дышащий жизнью, энергией и механизмами социального взаимодействия город, в отдыхающие далекое захолустье. Обыватели покинули свои фирменные места, решив провести остаток дня с любимыми семьями, а возвращающиеся с работы люди мечтательно разьезжали по дороге, мечтая чтобы дома их встретил либо любимый человек, либо баночка холодненького напитка. 

Что же касается наших ребятишек, то их сегодняшние похождения еще далеки от завершения, ибо устремившийся к опушке парковского леса Келси, позвал за собой отстающую троицу, крича себе за спину что хочет им показать кое что невероятное. Санни будучи невероятно любопытным ребенком, с интересом в неизвестном коего мог посоревноваться разве что с крохотными котятами, отправился прямо за ним. Время, потраченное на окончательное прибытие в ранее невиданный уголок, не превысило и пяти минут, но за это время мальчики уже успели по уши погрязнуть в разных кусочках деревьев, листьях, оторвавшейся коре и веточках, что украсили их отличающиеся шевелюры. Возможно теска солнца и стал бы сию секундно убирать их из волос, чтобы потом ему не пришлось выслушивать уже поднадоевшие комментарии отца о его несовершенном внешнем виде, который уж точнобыл у него в годы юношества, если бы не распростершийся пред глазами ослепительный вид, вмиг отбрасывающий любые ранее важные дела с волнующими мыслями. 

Закрытый оазис посреди леса. Тайный участок чистой поляны, не имеющий ни на одном травяном участке даже малейшего проявления присутствия человеческой жизни, или по простому мусора. Травка зеленела, летающие птички щебетали, легкий ветерок шелестел кроной дубов, а занимающий добрую часть всего этого невиданного раньше для детворы природного сокровища, устилало блестящие озеро, с возвышающимся над водой крохотным участком земли, где уже не первый год, кто знает, может и десятилетие, коротал свои скучные деньки монумент города Фаравей. Практически такой же старый, как и тот что пару раз мог увидеть Санни, ходя по редким субботам навещать покойных бабушек с дедушкой. Каменная арка с видным с самого входа в сие место слоганом их уже полюбившегося за годы проживания захолустья.  

"Ворота в лучшую жизнь" - гласила она, насмехаясь над мальчиком за его забытые надежды о желанном уходе от проблемы. О том, что однажды он сумеет отпустить неправильные мысли и пойти дальше, став нормальным ребенком. 

В любом случае, даже несмотря на короткосрочный случай горькой ностальгии, с последующим флешбеками о думах проносящихся в его мозгу считанные годы тому назад, найденное собако подобным ребенком место было так красиво, так волшебно, и так уникально, что он уже мог себе представить, каково было бы жить в таком уютном лестном закутке всю оставшуюся жизнь, наслаждаясь тишиной, спокойствием и сладким одиночеством. Будучи одиннадцатилеткой, он не учел таких факторов как дальнейшее образование, взросление и выживание в меняющихся с временами года условиях, но это были так. Второстепенные малозначительные детали, о которых уж точно не стоит сильно задумываться, не так ли? 

"Ого..." - зашептала Обри, потирая подол своего платья и осматривая здешние красоты, водя глазами от озера к интересному дереву, от него к причалу и от третьего к широко раскрытым глазами Санни - "Как же красиво..." 

"Вау. Кел! Когда ты успел найти это место?! Оно прекрасно!" - Чуть не криком возгласил Хиро, озираясь по сторонам и перебирая в сером веществе варианты того, чем сможет стать дл группы эта внезапная находка. 

"Конечно оно прекрасное! По другому и быть не может! А нашел его буквально вчера, пока играл в баскетбол с друзьями. Не рассчитал сил и запульнул мячик так далеко, что он ушел за линию деревьев! Представляете какой я сильный, хе хе? Ну и так получилось, что после какого то времени обнаружил это озерцо." - потирая ухо мизинцем, Кел как ни в чем не бывало рассказывал свою историю, пока шестеренки Хиро складывали два и два. 

"Так вот почему ты вчера пришел на два часа поздно... По хорошему, мне стоило бы рассказать об этом родителям, но я не могу сердиться на тебя. Не после того, как ты нашел нам такое чудесное, тайное место для тусовок!" - радостно заявил детворе подросток, позволив троице блестящих взглядов чуть не прожечь в нем дыру. Тайное убежище. Место из мечтаний любого переполненного фантазиями о приключениях ребенка, стоявшее всего на пару позиций ниже, чем шалаш в лесу и уютный домик на дереве. Одна из мечт, которая теперь стала явью трех безумно радостных детей, празднующих с разной частотой выкрикиваемых лозунгов счастья. "Так, раз уж это теперь наше тайное местечко, почему бы нам не отметить это старым добрым пикником? Да, без Мари как то не то, но возможно я смогу её уговорить пойти с нами. Оставайтесь тут и никуда не уходите пока я не вернусь. Обри за старшую! Скоро буду!" 

"Эй! А почему не я!? Я ведь твой брат!" - драматично кликнул ему в след коротышка, упав на колени и вытянув вперед руку, чтобы потом, как на дешевом школьном спектакле, показать несколько чрезвычайно трагичных поз, издавая звуки человека, умирающего от переполняющего его горя. 

"Кел. Хватит дурачиться. Вставай и помоги мне найти хорошее место для пледа. Сделай себя немного полезным." - говором уставшей от всей этой фигни девушки заговорила девочка, пару раз пнув юношу с высунутым наружу языком. Санни мог поклясться, что видел как муха села спортсмену прямо на глаз, а тот не шевельнулся и на миллиметр. Последовавшая серия ударов с более мощной силой, привела к закономерному результату. Старая добрая потасовка этого запомнившейся своей разрушительностью дуэта. Этот участок вскоре будет помечен безумным количеством детской крови... ненастоящей конечно же, ибо постоянно имеющиеся у Келси пакетики с кетчупом из "У Джино" отлично заменяли по цвету красную жидкость. 

Решив дать этим двоим немного места для их легендарной битвы всех времен и народов, преимущественно состоящей из шлепков, толканий и криков в уху оппоненнта, или на крайний случай, использования мокрого вилли, мальчик отошел к единственному спокойному, и в данном случае безопасному, ведь даже этим голодным до разрушения чужого тела не хотелось свалиться в воду, объекту во всем пространстве. Старому, деревянному причалу, где теперь его без носочные ноги безмятежно плескали темную воду. 

"Здесь так тихо... Так спокойно..." - прошептал под нос Санни, пока между его пальцев проплывала мелкая рыбешка. Тихий, крайне незаметный, ровно как и цель, летний ветерок спутывал аккуратно уложенные волосы похожего на кота мальчугана, слегка приподнимая их и превращая в похожую на прическу Хиро композицию. Это и впрямь было одним из неспокойных кусочков мира, в коем ему довелось родиться. Не то чтобы он во многих и побывал, пара поездок в Японию к прабабушке не в счет. Но это и не имело особого значения, ведь единственное место где он мог почувствовать себя таким умиротворенным, была крохотная спальная комната, разделенная им и его любимой старшей сестрой. 

К сожалению, в последнее время он сомневается в данном утверждение. И все благодаря той, кого и упомянул пару миллисекунд назад. Мари, старшая сестра, лучший друг, носящая титул второй мамы в доме, хотя он помрет от смущения если когда нибудь назовет её так, с начала их репетиций к школьному концерту, ведет себя крайне... странно. 

Не то чтобы она совсем переменилась в лице, сменила свою модель поведения или же стала совершенно другим человеком. Нет, ни в коем случае. Она все та же веселая сестренка, беспокоющаяся за своих друзей, готовящая самые лучшие печенья на белом свете, проводящая наполненные радостью пикники и излучающая чистейшую энергию добра и позитива. Но некоторые вещи так и претерпели в ней для остальных незначительные, но для её младшего брата очень настораживающие. Объятия стали куда легче и не такими тесными, что с одной стороны хорошо, ведь ему теперь не приходится умолять девушку отпустить его за глотком жизненно необходимого воздуха, а с другой, Санни больше не чувствует той безграничной силы родственной любви, кою она ему показывала каждый раз, когда она находила на то возможность. как будто Мари намеренно подавляет свои эмоции.  

"Это просто мелочь. Нам уже несколько лет твердят что мы слишком взрослые для такого отношения к друг дружке. Может, она решила послушаться родителей и принять это близко к сердцу..." - подумал ребенок, слегка сгорбившись от грустной правды о взрослении их обоих. 

Её взгляд, раньше полный сил и желания отдавать проходящим мимо прохожим до последней капли имеющегося позитива, теперь стал на пару оттенков теплее. Это все те же глаза, в которые брат с радостью бы смотрел часами, если не днями, но ныне не способные вызывать у него той же завлечённости красотой. Только сконфуженное беспокойство. Маяк, освещающий путь уставшим кораблями в этом сером и унылом море, превратился в яркий костер, подпускающий к себе остальных с явной осторожностью.  

"Ну, здесь, думаю, даже и удивляться нечему. Её подготовительные стали сложнее, время проведенное с героем чаще, и пикники устраиваются чуть ли не каждый день. Любой на её месте бы упал духом." - оправдал старшую сестру её же кровь, сжав в руке камушек и сделав им двойку блинчиков на волнистой озерной воде. 
 

Наконец... Репетиции. Санни мог объяснить изменившийся взгляд, язык тела или банальное переутомление, от того несусветного количества работы что она выполняет каждый божий день. Но сил на оправдание того, как его дражайшая сестра ведет себя по отношению к нему на протяжение каждой проходящей репетиции, он не мог найти. Это была не его сестра, а что-то совершенно иное. Мальчику еще никогда не доводилось слышать такой отчужденности в голосе той, кто всего за пару минут до попытки сыграть несколько партий на клавишах, чирикала бесконечным потоком сладкого нектара ему прямиком в уши. Такой тон совершенно выбивался из её обычного поведения. Нечто за гранью стандартной манеры Мари. Другие скажут что он просто преувеличивает, что она скорее всего сильно сосредоточена на попытках обучить его, бесталантного мальчонку, тратящего её дорогое свободное время, за которое можно было бы устроить хоть сотню пышных пикников на такой чудесной природе.  

Но все говорящие не были Санни. Они не жили с ней под одной крышей, технически тремя если припомнить дом в их прошлом городе, и старую квартирку в Японии, одиннадцать лет, а соответственно не способны даже приблизительно понять, как сильно нынешняя девушка с угольно черными волосами отличается от его сестры. Слова источают такой холод, такое безразличие. Все что существует, только они оба, в этой закрытой комнате, где они находятся ради одного единственного предназначения. Не провести как можно больше времени в компании с тем, кто дорог другому до глубины души, а выучить проклятый богом дуэт. 

"Неужели... Она и впрямь меня больше не любит?" - тихо тихо, как мышка пробормотал дрожащий малыш, ужаснувшийся от такой жестокой концепции - "Неужели теперь будет только хуже? Сначала сосредоточенность на обучение скрипкой, затем прекращение объятий... А под конец? Она просто осознает, насколько я её обременяю? П-пожалуйста, пусть это не будет именно так. Пожалуйста..." 

Жалобные мольбы, не услышанные никем кроме него самого, были прерваны в ту же секунду, как только радостные крики Обри и Кела разорвали наступившую тишину, извещая о прибытии ушедшего по необходимости друга. Повернувшись на источник этих высоких голосов, мальчик увидел как двоица побежала прямо к вошедшему на территорию подростку, держащему в руке плед в клетку, запасную синюю корзинку и... несколько полотенец? Почувствовав появление искры детского любопытство, юноша вытер ту маленькую слезу, что скатилась по левой щеке, и встав с деревянного помоста, потопал прямиком к остальным ребятам. 

"Хей! Так, я здесь, принес все что нужно. Мари к нам через какое то время присоединится, пришлось задержаться с репетитором. Надеюсь никто не устроил тут драк, пока меня не было?" - с поднятой бровью спросил юнец, осматривая видоизменившуюся малышню. “Почему вы выглядите так, как будто бы с войны вернулись?” 
 

Пятна красной жидкости, многочисленные вмятины на одежде, царапины от падений и толчков, а также солидарные удары локтями в противоположные бока дали ему ясный как нынешний день ответ, хотя девочка все таки пыталась как то себя оправдать. 

"Н-ничего не знаю!" - дрожащим фальцетом пропищала леди, отводя глаза в сторону и пытаясь избежать осуждающего взгляда старшего в их группе - "Он сам первый начал, а я просто пыталась его утихомирить" 

"Не правда! Это она сразу же после твоего ухода назвала меня дураком! Так и еще пытается на меня всю вину перевести! Стрелочница!" - недовольно закричал парнишка, надув щеки от такого крайне несправедливого поступка. 

"Нет, ты стрелочник!" - ответила она в ответ. 

"Нет ты стрелочница!" -не потрудился возмутиться Кел. 

"Нет ты!" 

"Нет ты!" 

"ТЫ!" 

"ТЫ!" 

"Так, все успокойтесь вы оба!" - угомонил сию секундно уставший от повторяющегося замкнутого круга взаимной неприязни, заставив девочку и мальчика одновременно прекратить чуть не начавшийся балаган, в последний раз ударив друг друга по плечу. "Е мое, и так из разу в раз. Обри, я то надеялся что ты проявишь свою принципиальность и покажешь, насколько ты взрослая для своего возраста. Видимо зря....' 

"Прости Хиро..." - понурив голову, уныло сказала Оберджайн, почувствовав вину за недавно проведенную драку. 

"Угу. Тебя это тоже касается Кэл."- поспешил уведомить своего младшего братца старший, вынудив тем самым сжаться его от ужаса. Уже не первый раз он видит этот взгляд и еще никогда он не приводил к чему то хорошему. Так что будет лучше, если он как можно скорее извиниться. 

"Д-да, мне жаль что я так себя повел..." - от зубов повторил, наверно уже в тысячный раз, сорванец, заработав более угрюмый, пробивающий насквозь взор юноши с птичьим гнездом заместо волос. Не прошло и пары минут, как он выдохнул накопивший для выражения лица воздух, став старым добрым Хиро. 

"Ладно ребятня. На сегодня я поверю. Но возможно, в будущем мне придется поставить Санни на роль старшего, хе хе" - прохихикал тот, переведя глаза на ухмыльнувшегося, в меру возможностей, тихоню. 

"Н-ну уж нет... Так намного смешнее... Наблюдать за ними" - зашептал он, искривив уголок губ в легком подобии ухмылки. Несмотря на свое спокойное, и мирное поведение, младший сын Судзуки оставался ребенком, способным на полный реестр шуток и мелкого, как и он сам, хулиганства. Чего стоят его частая кража Мистера Жаклобана, любимой плюшки Обри, и прятание её где нибудь в доме Кела, чтобы через несколько минут услышать знакомые вскрики и звуки ударов твердого лба об чужую макушку. О, или как пример, полуночный побег из дома вместе с одним коротеньким баскетболистом, проникновение на частную территорию магазина всякой всячины Хоббиз, и чтение новейшего выпуска "Капитан Космопиратов и сокровище Розовой бороды" до самого рассвета. Так. Ничего сверх серьезного. 

"Пфхахаха. Блин, а ты еще тот дьяволенок Санни" - рассмешенный Хиро немного взьерошил уложенные волосы пацаненка, услышав в ответ раздраженные бормотания по поводу его прически и убрав руку, направился к месту под деревом, чтобы положить яркий плед для начинающегося пикника. "Кстати, вы двое. Это кровь у вас на футболках?" 

"М? Ой! Нет, чего ты. Это просто кто-то опять решил таскать у себя в карманах несколько сотен пакетиков с кетчупом, как последний дурак." - с злобными кинжалами вместо глаз, нацеленные на виновника её загубленного наряда, заверила Обри. 

"Ой, да ладно тебе. Никогда не знаешь, когда захочется перекусить!" - с радостью в голосе, хулиганье засунул себе в рот край его перемазанной в томатном соусе футболки, пытаясь с переменным успехом высосать одно крупное засохшее пятно. Рвотный рефлекс брюнетки чуть не заработал в полную силу, но благо её спас нагоняй от лидера молодой группы. 

Через несколько минут, когда Келси прекратил жевать грязную одежду, а плед с едой были разложены, пикник заиграла полными красками. Звучал смех, гул смешных и познавательных историй, хруст при укусе очередного идеального геройского сэндвича, и шпана ощутила всегда желанное чувство комфорта и безопасности. Шли часы, шутки становились все реже и реже, а солнце уже активно заходило за горизонт, создавая приятную вечерне-летнюю атмосферу. Пока в один момент, приятную тишину не закончил уже порядком беспокоющий вопрос. 

"Хиро, а зачем ты принес полотенца? Мы конечно иногда можем устроить беспорядок при еде, но не до такой же степени?" - подметила барышня, указав на стопку аккуратно сложенных кусков ворсистой ткани. 

"Воу. Я даже и не заметил их, пока ты не сказала" - с фирменной улыбкой, как ни в чем не бывало, выпалил Кэл, доедая уже второй бутер. 

"Это потому что ты невнимательный дурак" - она кинула ответку на такие глупые слова. 

"О, спасибо что напомнила. В общем" - с этими словами, начинающий повар, к всеобщему удивлению, снял с себя футболку, обнажив гладкий мальчишеский торс. - "Сейчас лето, жара стоит адская, хоть и наступает вечер, а мы наткнулись на озеро в крайне презентабельном состоянии! Вот я и пришел к идее.... Как насчет искупнуться?" 

"Юху!!! Я то решил что единственный, кто подумал об этом! Бомбочкой!" - сорвавшись с места, и увернувшись от шести попытавшихся его остановить рук, мальчуган не потратив и секунды на обдумывание опасной в каком то смысле идеи, всего за одно закрытие век, уже оторвался от земли, сформировал пушечно ядро из своего крохотного тела, и с оглушительными возгласами, разбил чистую, плскую водицу водоема, создав настоящий взрыв, обливший оставшуюся на суше троицу. Вынырнув на поверхность и широко ухмыльнувшись, он увидел результат своего безумного поступка, а именно ничто иное, как шокированные, мокрые рожи друзей.  

"Ха! Вы бы видели свои лица!" - расхохотавшись, новый обитатель озера направил силу в ноги,и опустившись на спину, спокойно заплескался по кругу всего мини озера, не замечая что к нему уже бежит второй посетитель природного бассейна. 

Раздавались плески, хлопания, удары по воде, очень громкий смех и постоянные вскрики младшего из семьи Родригез. Но несмотря на неподдельное веселье, коей имел честь наблюдать Солнышко, ему не то чтобы очень хотелось присоединяться ко всей творящейся вакханалии, ровно как и его подруге Обри. И если в её случае, причина ясна даже без банального озвучивания, маленькая девочка, без купальника, в компании трех мальчиков разных возрастов, то вот у Санни все было на пару шагов посложнее. Он мало того что не умел плавать, ведь за всю жизнь его единственной водяной средой была еле доходящая до плеч ванная в сидячем положении, так и еще у него выработалась неприязнь к глубине. Это не то чтобы страх, а скорее именно что банальная неприязнь. Потому теперь, на этом пледике сидели только они, слушая песню проходящего мимо воздуха и рассматривая сумасшедшие выходки двух обмокших с головы до ног друзей. 

"Боже ты мой. Им определенно влетит за это от Мари. Не могу поверить что из всех людей, именно Хиро предложил эту затею" - цокая языком, но не без горстки радости сказала малышка -"Типо, это же Хиро! Наш Хиро! Старый, дряхлый папка группы, в теле пятнадцати летнего подростка, который начинает кричать о вызове скорой, стоит маленькому паучку укусить кого то из нас. И именно этот вот дядька прыгнул только что вслед за Келом в только что открытый водоем. Там могут быть коряги, рыбки хищные или вообще мусор затонувший. Понимаешь о чем я говорю?" 

"Да... Это забавно..." - тихонечко ответил Санни, вытянув губы в разные стороны изо всех малых сил. 

"ОЙ! Ты улыбаешься! Блин, давно я не видела твоей улыбки, Санни. Тебе стоит почаще улыбаться." - подметила обаятельная девочка, на удивление для парня покрывшись розовым румянцем и повернувшись в другую сторону. Ему на момент показалось что она что-то пробормотала, бубня неизвестные слова себе под нос, но юноша не обратил внимание на эту догадку, когда его мысли вернулись к воспоминанию полугодовой давности. В один из похожих на сегодняшний день, после нереально смешной шутки в исполнении никого иного, как, казалось бы наиспокойнейшго человека в компании Бейзила, из его рта раздался настолько громкий, протяжный, яркий и жизнерадостный смех, что стоило ему наконец прийти в себя и утихомирить разболевшийся живот, он увидел только ошеломленные лица своих друзей, прежде чем утонуть в сокрушительных объятиях старшей сестренки, чуть ли не кричащую о его очаровательности. В тот день, она сказала что ему очень идет такая улыбка, расплывшаяся на лице после их продолжительных медвежьих объятий. С тех пор, он старается как можно чаще наносить её себе на лицо. 

"Слушай..." - оторвала барышня мальчугана от его привычного состояния, витания в облаках, и когда ей удалось вытянуть из молчаливого котенка услужливое мычание, она продолжила - "Я конечно знаю, что говорю это уже не в первый, а наверно сотый раз, но... Спасибо тебе" 

"М? З-за что это?"- удивившийся Санни приподнялся на локтях, положив взгляд на сильнее красную подругу 

"Ну, знаешь... За все в общем то?" - - Бри пожала плечами, нервно потерев правое не лежащей на ткани рукой - "Хе, да мне даже и говорить то не стоит. Ты и сам прекрасно понимаешь, что я имею ввиду" 

Ответа не последовало из уст ребенка с вороньими волосами, потому как он, заместо вербального языка, решил использовать жесты тела, повернув голову слегка в бок, как недопонимающий котик. Где то в другой вселенной, в тот момент Оберджейн Уильямс померла от переизбытка милоты в крови. Её похоронили в гробу вместе с самим Санни, по египетским традициям. Но в этой, у неё получилось преодолеть такую мощную атаку, несмотря на отчаянные крики и дьяволенка и ангелочка на её плечах, умоляющие задушить парня перед ней в знак умиления его внешностью. "Т-ты взаправду не догоняешь, или просто возишься со мной? Ну все эти штуки которые ты для меня делал! Походы на качели ради выслушивания моего бесполезного нытья, по поводу и без, подарок Мистера Жалоба на, частые передачки карманных, когда у меня их самих нету, и все в этом роде! Блин, вы с Мари стали мне уже как семья! Неужели ты не осознаешь к чему я клоню?" 

"О-оу... Так ты об этом..." - приятно взбудораженный ответил тот, почувствовав как приливает кровь к его щекам, сказал подрастающий малыш группы - "Это мелочи... Меньшее что я могу дать за твою заботу?" 

"Чегоооо? Мелочи? Ты это сейчас серьезно что ли, Санни?" - сказать что юная особа была шокирована, было бы крайней степенью оскорблением, описывая те эмоции которая она переживала в сию секунду - "То есть постоянное отдавание мне твоих порций почти на каждом пикнике это мелочи? И просиживание часами на ржавых, забитых качелях, впитывая все, даже малозначительные мелочи моей домашней жизни это тоже мелочи? О, а какой же мелочью является твой последний поступок, покупка мне целого ЛИМИТИРОВАННОГО постера с Капитаном Космонавтом, выпущенного в тираж количеством ста штук на всю страну! Ешки матрешки, Санни, у вас с Мари видимо больше общего, чем просто одна фамилия. Ваш альтруизм достигает чертовски высоких значений, а вы этого в упор не видите!" 

"...П-прости?..." - попавший в конфуз мальчик был застан в расплох, когда голос собеседницы внезапно поднялся до более высоких нот, несмотря на то, что единственному чему он должен удивляться, это своей непробиваемой узколобости. 
 

"Да за что ты извиняешься?! Аргх..." - раздраженная Обри, все таки решила покончить уже с этим делом побыстрее, ибо у неё не хватит нервов чтобы пережить это сводящее с ума непонимание. Осмелившись на самый смелый поступок в своей жизни, девочка в конце концов поменяла свое сидячее положение, оперевшись на колени и сжав обе кисти в кулачки на коленях - "Санни. Ты очень добрый мальчик. Наверное самый добрый из всех, кого я когда либо встречала за всю свою жизнь. Не то чтобы долгую, двенадцать лет короткий срок и мне еще многое предстоит увидеть, но это неважно. Я очень ценю твою помощь. Еще никогда и никто не относился ко мне с таким безграничным теплом, заботой и лаской как ты. Помимо твоей сестры конечно, но сейчас речь не о ней. Когда ты рядом, я чувствую что-то... Необычное. Очень, очень необычное. Будто бы весь мир просто не существует и все что осталось это только ты да я. Поэтому наши сессии на качелях так для меня важны. Не только потому что я могу высказаться перед, наверное, наикрутейшим мальчиком на белом свете, но и побыть с ним наедине. Да, что-то типа того..." 

Когда же эмоционально подпитываемая речь Обри все таки подошла к логичному завершению, смысл высказанных слов ударил её как рассекающая на полной скорости фура, сбившая застывшего в свете фар оленя. Глаза широко раскрылись, изо рта послышались заикания, по телу прошла дрожь, а лицо стало таким красным, что еще секунду и все остальное тело станет белым как тетрадный листок. "Н-н-ну в о-о-общем я тут подумала и, ну знаешь, типо мы, е-если ты к-конечно хочешь я ни-начём не настаиваю, могли бы с-схо..." 

"ЭЙ БОТАНИКИ!!! ЗАЦЕНИТЕ ЧЕ УМЕЮ!!!" - раздался не такой уж и отдаленный крик со стороны озера, и стоило обернуться смущенной парочке переволноввашихся детишек, они узрели ту картину, которой определенно не ожидали. Кел, юный сорванец, ребенок-торпеда, живое воплощение слова 'гиперактивность', стоя на верхушке мемориала их полюбившемуся городу, раскинул руки в противоположные стороны, с самовлюбленным выражением лица. Через несколько драматичных поз, сопровождающихся музыкальным исполнением самого прыгуна на крохотной, красной дудочке, которая быстро улетела на зеленую сушу, он с невероятной пафосностью, сделал сальто в полете, и спуся какое то время свободного падения, ударился плашмя об бетоно подобную поверхность воды, как раз вызвав ожидаемую реакцию у своего старшего брата. Гогочущий смех, в перемешку с перепуганными вскриками беспокойств за состояние только что всплывшего плашмя испанца. Санни заметил, что это было самое крутое, что когда либо видел. 

Когда же мальчик вышел из своего завороженного состояния, он повернулся обратно к уважаемой им собеседнице, и увидев столь яркий оттенок красного, осмелился немного попятиться назад, в целях обеспечения дополнительной безопасности. Вызвало ли это нереальное смущение, или же появившаяся из воздуха жажда крови одного эгоистичного, громкого, надоедливого недомерка, сказать сложно, потому как это с легкостью может оказаться сразу оба варианта. "О-обри? Прости, я немного отвлекся на Кела.... Так что ты хотела предложить?" 

Будто бы по нажатию кнопки, вся ярость испарилась без следа, передав эстафету заполнения личико крохотной девочки розовым румянцем, когда она обдумывала повторно свое смелое решение. Раз уж её удалось решиться на такое один раз, то соответственно будет легче пойти и на вторую попытку, но через несколько невнятных фраз, движений руками и вертения головой, она её понурила, разочарованно, практически потеряв надежду на взаимность испытываемых ею чувств, опустила.  

"Д-да так, ничего серьезного. Забей...' - отговорилась насупившаяся любительница кроликов, положив голову на колени в излюбленном стиле её объекта вожделения. 
 

"Хорошо..." - Санни окончательно расслабившись отпустил свой готовый разыграться нервный приступ, когда угроза серьезного морального решения ушла в небытие. Несмотря на зачастую детское поведение юноши, не зря ведь его называют малышом группы, он был очень проницательным ребенком, способным заметить не мало деталей в окружающих его вещах, людей или местах. В совокупности с чуть ли не фотографической памятью, это приводило к некоторым пугающим инцидентам, как например, случай с ранним раскрытием не лучшего сочетания его матери и отца как пары. Ребенок его возраста обычно пропускает мимо ушей всяческие ссоры, перепалки, неурядицы между обоими главами семьи. И если бы он был таковым, самым обычным ребенком, то и до сих пор верил всем своим детским сердцем, что происходящие в его доме разговоры на повышенных тонах - банальнейшая вещь, присутствующая в каждой семье. Но сия черта, была одновременно благословением и проклятием, не дававшая через чур быстро растущему в моральном направлении юнцу покоя по ночам. И эта самая проницательность привела Санни к нынешнему, неприятному конфликту. 
 

Обри по уши влюблена. В никого иного как него, младшего брата её около материнской фигуры, убежденного альтруиста и человека, проявившего к ней наивысочайший уровень заботы. Она выражала свой интерес в сыне Судзуки многими и разнообразными видами привязанности. То за руку схватит во время прогулки, то положить спальный мешок в одну из ночевок, а того и вовсе обнимает чуть ли не так же сильно, как уважаемая всеми Мари. Единственный кто не замечал очевидной любви нашей малюсенькой обольстительницы, это Кел. Потому что он Кел, как же еще. 

Здесь вступала в игру очень важная неувязочка, чье наличие полностью и бесповоротно рушила всякие накопленные за два года наивной влюбленности желания близкого для паренька друа. Он её не любил. Точнее по другому, он не мог любить её, хотя попытки пойти по более безопасному пути все таки предпринимались. Вопросы у Бейзила по поводу новых фотографий с Обри, с которыми, как ему хотелось надеяться, он сможет проявить что-то на подобие взаимно симпатии к ней, учащение 'Времени Качелей', и многие други виды времяпроведения с известной на всю школу Защитницей угнетенных школьников не приводили к желанному результату. Даже наоборот, только сильнее убеждали мальчугана в его изначальном вердикте. Оберджайн очень милая, добрая, справедливая, сильная, уверенная в себе, предприимчивая и убежденная в моральных идеалах девушка. В будущем у неё обязательно накопится свора пускающих слюни и грызущих соперникам руки кандидатов на сердце шоколадно волосой девочки. И ему среди них места нету. Ведь его сидение сейчас встало перед той, кто назовет его уродом, мерзавцем и дегенератом за такие богохульные желания, указывая на него пальцем, вместе с всем населением захолустного городка. 

"Санни.." - окликнула его Обри, приблизившись еще чутка ближе и вытянув вперед розовенький в закатном солнце мизинчик - "Это наверное покажется тебе детским и вываленным с пустого места... Но можешь мне пообещать всегда быть на моей стороне? Я очень не хочу тебя терять и снова оставаться одной. Это страшно, одиноко и ужасно. Я бы хотела чего нибудь другого между нами но... Пока что это меня устраивает. Так что... Красивенькое пожаааалуйста?" 

Ему не нужно было предлагать эту сделку дважды, ибо даже без повторного озвучивания, одного только пальчикого рукопожатия хватило дабы описать всю серьезность этого обещания. Обещания для неё, Обри. Храброй, смелой, уверенной в себе но так нуждающейся в его ласке девочки, чьи слова помогали ему в трудную минуту почувствовать себя в гораздо лучшем эмоциональном состоянии. Схватив своим мизинцем её, он несколько раз встряхнул рукой, и попробовав вытянуть губы в улыбке, заявил: "Я всегда буду рядом... Никогда не оставлю тебя одну, против этого мира...". 
 

Ответ последовал скоро. Фыркнутый смешок и благодарность за данное обещание. Санни порадовал факт того, что он в еще один раз смог сделать день одного из своих друзей чуточку лучше, хоть и дав клятву, которую он был не уверен что сможет сдержать. Но так или иначе, это уже будут проблемы будущего Санни, а не нынешнего. Все же, может он и не может быть её парней, но ничто не мешает ему быть её хорошим другом. 

Chapter Text

Наступила неловкая тишина между двоими детьми, разделившими очень красивый и романтичный момент. Несколько раз кашлянув чтобы разбавить атмосферу, мальчик ретировался с полосатого пледа, решив ненадолго подойти к уже покрывшемуся сотым слоем озерной воды помосту, развеять голову и понаблюдать уже за синими братьями Родригез. Шаг первый, второй, третий, десятый и вот, в его туловище уже влетел поток темной водицы, отброшенный после очередного падения Келси с каменной арки. Ощущение не из приятных, но по крайней мере хотя бы немного остудило его нагретое после смущающих слов лицо, одновременно высвободив из пут пессимистичных мыслей об одной не присутствующей барышни. 

"О! Санни! Я как раз тебя упомянул! Давай, попрыгай с нами!" - внезапно выкрикнул вышедший на земляной берег Кел, потряхивая головой в разные стороны как обмокший, счастливый щенок. Несмотря на явную дрожь по всему телу от изменения температуры вокруг него, его улыбка не спадала ни на йоту, оставаясь все такой же яркой, зубастой и белоснежной. Хотя... Если приглядеться, тезка почти ушедшего солнца мог увидеть между его верхних зубов что-то отдаленно напоминающее блестящую чешую. Он решил посмотреть заместо рта своего энергичного собеседника ему в глаза, и попытаться забыть тот факт, что спортсмен однажды чуть не проглотил целого таракана, даже не заметив. 

"Нет, я пожалуй откажусь..." - спокойно ответил мальчуган, немного попятившись назад от взбудораженного ребенка, насытившись той влагой что покрыла его тоненькую футболку. Становилось поздно, вода приобретал угрожающие темные оттенки, а её примерная температура безусловно стала куда ниже той, которую он предпочитал в белоснежной ванной.  

Но не успел юноша сделать и еще нескольких шагов, как на пристань выпрыгнул загорелый парень его сестры, с блестками от воды во все стороны, сделав короткий перерыв. Хиро всегда был тем еще харизматичным угодником, используя свой выдающийся внешний вид для достижения личных целей. С такими то физическими данными, умом, силой и набором лица он мог бы получить все что захочет, но будучи человеком крайне спокойного, миролюбивого и честного нрава, максимум его использованных сил, это выторговать скидку в Хобби у тамошнего продавца, чтобы тот продал младшим из группы новенький журнал с фигуркой. 

"Санни, если ты боишься высоты, глубины или чего то другого, то уверяю тебя, не стоит. Мы с Келом обязательно вытащим тебя из воды, стоит тебе в неё упасть со статуи. Не успеешь оглянуться как обеими ногами встанешь на сушу. Давай, прыгни всего один разок. Поверь, в будущем, когда станешь таким как я..." - начал было Генри, но указательный палец, тыкнувший в его щеку моментально прервал сию браваду 

"Каким таким? Старым, ворчащим дедом?" - высмеял старшего брата младший, после чего фаланга была убрана с лица нынешнего присматривающего за детьми 

"Помолчи Келси. О чем бишь я? А, точно. О будущем. Короче, когда подрастешь, точно пожалеешь что не создал такое прекрасное воспоминание. Ну же. Один раз спрыгнешь, мы тебя поймаем, а там уже посмотрим. Может тебе и вовсе понравится!" - убеждения Хиро не то чтобы работали на крохотного маменькиного сынка. Ему стоило похвалить за это превосходное воспитание мамы и старшей сестренки. Их часто напоминаемый урок в духе: "Не поддавайся чужим провокациям Солнышко! Даже близкие люди могут манипулировать тобой, так что как только заподозришь что-то подобное, сразу говори нет!" - работал более чем в полную силу. Санни уважал Кела и Хиро. Они уже, после сотен пережитых приключений, ночевок, рассказанных историй и разделенных обедов стали самопровозглашенными братьями, по словам низко рослого баскетболиста, но идти на такие прыжки веры с высоким шансом поранится без веской на то причины он был не готов. 

Здесь, его воспитание упало другой стороной монеты, и то что было преимуществом, моментально стало уязвимостью. Помимо наставление о защите собственного достоинства, юному джентльмену так же привили высочайшую степень доброты, иногда выходящую ему везло. И сейчас это будет один из подобных случаев. Посмотрев на Кела, он увидел стереотипные щенячие глаза, идеально подходящие его собачьей версии, время от времени возникающей в голове у пацана с гипер активным воображением при взгляде на загорелого хулигана. В них читались мольбы, просьбы о казалось бы таком пустяковом деле, как простой прыжок с каменного изваяния. Пара движений ногами и ПУФ! Ты уже в полете, размахиваешь руками во все стороны и делаешь и без того счастливого ребенка еще счастливее. Потом пошел Хиро, тот кем он хотел бы быть. Отважный, красивый, уверенный в себе молодой взрослый, ныне смотрящий на него взглядом, интерпретация которого могла быть только одна. "Не тормози и дерзай. Я знаю что у тебя все получится!".  

То, что хотел Санни хотел услышать бесчисленное количество раз от своего отца, когда сын рассказывал о неуверенности в желание попробовать себя на каком нибудь мелком соревновании, чтобы получить одну награду, по сравнению с сотнями медалей Мари. Он определенно обрадуется, увидев как один из тех, кого он обязался опекать, преодолевая свои страхи, становится лучше, чем прошлая версия самого себя.  

И последняя была Обри, чей взгляд он не мог должным образом прочетать, ибо в этх ярких, жизнерадостных, услужливых глазах проглядывалось то, что он имел честь наблюдать в самом себе каждое утро после сводящих с ума кошмаров. Отчаяние. Девочка находилась в отчаяние от неразделенной любви, заключенной договоренности, разве что поверхностно удовлетворяющие её несбыточные желания. Судзуки это очень не нравилось. Возможно, маленький трюк сможет развеселить грустную барышню, подняв настроение и рассеяв туман унылого состояния. 

Решение было принято, и под давлением от своего желания сделать важных для него людей счастливыми, он вновь заговорил с двумя испаноговорящими Родригез.  

"Х-хотя знаете... Наверно я все таки могу попробовать один раз... Все же, Мари часто советует мне преодолевать свои страхи...." - ответ был встречен громким, восхваливающим криком Кала, с дальнейшим мокрым объятьем, а так же улыбчивым кивком от пятнадцатилетнего подростка. 

"Отлично Санни. Итак, план очень простой." - юноша встал с помоста, подошел к ребенку с азиатскими корнями, присел на уровень его глаз, и положив на смоченное плечо кисть, указал другой рукой прямиком на символ города, в коем им довелось жить - "Тебе всего то нужно сейчас добраться до островка, взобраться на статую и прыгнуть любым из желаемых способов. Хочешь чтобы я тебя до туда довел через воду, или сам попытаешься?" 

Предложение звучит весьма заманчиво. Возможность переждать переправку к месту назначению, немного привыкнуть к воде, которая в конце опасного телодвижения должна в теории покрыть каждый сантиметр бледного тельца паренька и насладится короткими покатушками на широкоплечей спине Хиро. Но мальчик решил отказаться. Если ему нужно проявить впечатление на них, сделать шоу гораздо эффектнее, то необходимо действовать исключительно собственными руками. Только так и никак иначе он вызовет улыбки на их лицах. 

Посему решение было принято незамедлительно. Отойдя до самого начал усеянной зеленеющей травой земли, мальчишка сделал серию глубоких, успокаивающих вдохов, пробормотав себе фразу, которую Мари часто повторяла ему на ушко, стоило очередному тревожному сну прервать сладкий отдых её братика.  

"Это не так страшно как кажется на первый взгляд" - вышло из губ вспотевшего перед возможной опасностью мальца. Затем, он рванул на полной скорости обратно, прямо к краю пирса, оббегая завороженный картиной Кела и Генри, подбежал к последней дощечке и собрав все сравнителььно невпечатляющие, если ставить как планку испано говорящих братьев, прыгнул с вытянутыми вперед ногами.  

На мгновение, Санни почувствовал опьяняющий прилив адреналина. Он парил в добром метре над любой физической поверхностью, ничто его не удерживало и никто не мог остановить его движение в летнем воздухе. Время будто замедлило свое движение, двигаясь со скоростью переевшего барбекю Гектора, запечатляя малейшую деталь на окружающих обьектах. Новое, ранее невиданное ощущение будоражило, вспенивало спокойную кровь вампирёныша, ускоряя её поток до неестественного давления. Мальчику хотелось еще какое то время повисеть в таком состоянии, понаслаждаться замедленным моментом, но скорое падение прямо к основанию каменного возвояние закончило трип, поставив Снни в другое, не такое приятное положение. Положение врезавшегося с разбега в камень свернувшегося калачиком ребенка, тяжело задыхающегося после неожиданного финта его перепуганного, или скорее возбужденного сердца. Стоила ли потенциально смертельная катавасия пары миллиграмм чистейшего гормона возбудителя? Сказать трудно, ведь юноша уже дал свой ответ, ни капли не жалею о содеянном, когда услышал взорвавшиеся крики троицы друзей. 

"ЮХУУУУ!!! ВОТ ЭТО ТЫ ВЫДАЛ САННИ!!! ТАК ДЕРЖАТЬ!!!" - прокричал сильнее прочих спортсмен, подпрыгивая на месте и махая переводящему дыхание другую 
 

"Санни, не пугай ты так! Я конечно не против что ты становишься таким смелым, но не до такой же степени! Мари мне голову оторвет если с тобой что-то случиться, ты же и сам знаешь!" - схватившись за волосы посетовал подросток. С таким то уровнем переживаний, подросток уже к шестнадцати годам успеет поседеть, но Санни не мог ему в этом сопереживать, потому как состроенная рожа, в коей прослеживалась щепотка гордости с радостью, была очень уморительной. 

"Санни! Ты чего блин творишь!?" - втиснулась в дуэт криков поднявшаяся с пледа Обри, подойдя как можно ближе к кончику пирса и смотря на него глазами, полными переживаний и крохотной долькой восторженности. По крайней мере, она больше не сидит в позе эмбриона, жалея о неудавшейся попытки признания. 

Не дав ответа, для пущего пафоса, пацаненок поднялся на дрожащие ножки, и найдя опору в виде одного из отколовшихся кусков колонны, принялся за восход к вершине сей статуи. Хоть его молчаливое действие и встречалось гулом оваций, предупреждений и счастливых подбадриваний, Санни все равно чувствовал себя отвратительнее некуда. Только после падения, его икры болели и умоляли о пощаде, взирая на то что им еще предстоит пройти. Сейчас же, чуть ли не доходя до заветного финиша, каждая мышца в теле малыша компании кричала о желании померять, умоляя прекратить эти страдания. Может, если бы он почаще выходил с Калом на прогулки, бегал по баскетбольному корту или банально выполнял перечень базовых утренних упражнений для зарядки, как это любит делать его энергичная старшая сестра, чтобы держать себя в форме, то сейчас этой проблемы бы и не было. Ох уж эти последствия от ленивого образа жизни. 
 

Босая стопа юного скалолаза приземлилась горизонтальной стороной пятки, и послужив в качестве опоры, помогла поднять оставшийся вес мальчонки нав твердую, плоскую верхушку арки. Он рухнул без сил, жадно глотая такой сладкий, приятный, охлаждающий горящие легкие воздух, и со словами: "Я сделал это..." - поднял вверх большой палец, вызвав у мини толпы задорный гомон рукоплесканий. Похвала, тихие беспокойства и развеселые крики наполнили гудящую местность вокруг паренька, стоило тому встать с холодного булыжника и выпрямится во весь рост, увидев улыбающиеся мины Обри, Хиро и Кела, наполняющие его чем то, что он мог назвать гордостью за достигнутый результат выбранной им задачи. Остался только последние рывок и он вызовет у них такую широкую улыбку, что они больше никогда не смогут улыбнуться так же сильно как сегодня. 

Но у чрезмерно активного воображения Санни были слегка другие планы. Когда голова мальчика, наполненная исключительно позитивными мотивами, целями, желаниями и идеями опустилась посмотреть вниз на озеро, куда ему предстоит совершить прыжок, в теории, круче чем у его друга, она без секунды ожидания опустела, дав шанс на вторжение тому, что он так сильно ненавидел. Страху. Чистому, густому, сиропу подобному ужасу, что ложился слой за слоем в его бесконечном сознании, поглощая всякий яркий образ и превращая белый свет в черный смог. С перспективы прыгуна, он не стоял на вершине чуть не забытого всеми символа Фаравея. Нет, смотря через его глаза, он был готов упасть в любой хромой момент с высоты птичьего полета, разбившись в лепешку от особых свойсв бесцветной жидкости. Ужасающая картина заморозила пребывающие в усталости мышцы мальца, обратив их в лед и не дав сдвинуться ни на йоту, дав только один единственный вариант действий. Дрожать. Дрожать как последний трус, вставший прямо перед лицом нависшей угрозы, не способный из-за личных предрассудков даже увидеть настоящей картины вещей. Так он простоял несколько минут, взирая на колыхающуюся гладь, рассматривая выглядывающие лианы, кои в его представлении только и ждали, чтобы схватить непутевого его и задушить в глубочайшей точке водоема. Ситуация, мягко говоря, неловкая. После громких слов, смелых действий и повышенного гормонального всплеска, он теперь застыл как высеченная статуя с потерянным центром тяжести, готовая упасть навстречу погибели в любую возможную секунду. 

Тут появилось ОНО. Создание из глубин кошмаров любого ребенка, адекватного подростка и чувствительного взрослого. Тварь, преследующая своих жертв во всех уголках мира, будь то сухая пустыня, влажные тропики или плечо ни в чем неповинного мальчишки. несколько пар волосатых, толстых, твердых лапок прошлись сначал по левой ноге, затем по бедру, потом между лопаток, и под конец достигли почти что высохшего плеча Санни, остановившись на правом плече новой жертвы. Он мог практически видеть очертания его маленькой, клыкастой, пускающей желудочный сок для скорого наружного переваривания добычи головки, смотрящая. Ожидающая. Солнышко застыл. Если раньше он хотя бы немного да двигался, те же дыхательные рывки грудью от гипервентиляции, то сейчас даже кислород не смел потревожить голодные до химического элемента легкие. Подсознательно смирившись с своей участью, юноша поворачивал голову в сторону нежеланного гостя на его теле, представляя, какие же слова будут выбиты на его надгробном камне. Эти мысли закончились тогда, когда одна пара глаз, встретилась с четырьмя крошечными парами чужих, пустых, преисполненный животными желаниями глазенок. 

Санни.ЕХЕ прекратил отвечать на команды мозгового процессора. До перезагрузки Санни.ЕХЕ все функции тела будут отключены. Спасибо за пользование нашими услугами. 

Обмякнув на месте и потеряв последние крупицы контроля над своей тушей, пацан качнулся вперед, на мгновение потеряв сознание. Лишь когда напуганный, как и его новый знакомый, тарантул свалился с падающей физической оболочки, Санни вернул контроль над возможностью анализировать происходящее. Единственное что ему оставалось, это слышать, чувствовать и видеть, не имея возможности помешать грядущему столкновению двух метрально противоположных по плотности материей.  

Его уши уловили три разных голоса.  

Тоненький, девичий, перепуганный.  

Обри резко вдохнула количество воздуха, способное обеспечить запасы профессионального пловца на продолжительные дистанции.  

Громкий, писклявый, радостный.  

Кел выдал протяжный смех, разносящийся на всю округу и пробивающийся даже через преграду в ушах пострадавшего, состоящую из белого шума.  

Еле слышимый, низкий, гордый.  

Хиро издал тоненький смешок, когда на его лице расплылась удовлетворенная улыбка.  

У Санни получилось.  

Он поднял настроение своим друзьям и сделал их счастливыми, даже несмотря на такую глупую оплошность, как незамеченный паук.  

Мальчик увидел три образа, и один очень отдаленный, практически незаметный.  

Один был одет в легкие, стягивающие подтянутые плавки, выставляя напоказ загорелую кожу и отсутствующие мышцы. Волосы прилипли к лицу, а на самой физиономии застыла поощряемая всеми и вся белоснежная улыбка.  

Второй спокойно уселся крытым плавательными шортами на деревянный помост, рассматривая то, что ему показалось прыжком в исполнении самого юного участника дружеской группы. Его ухмылка граничила с харизматичной гримасой, которую он любил строить.  

Третья так и осталась в черных спортивных шортах, надетой поверх розовой юбке и развевающейся футболки цвета магните. Лица девушки граничило с удивлением и искренним страхом.  

Четвертый смутный образ выбежал из входа в новое, тайное место компании, с колыхающимся в потоках ветра белом платье, пока за ней следовали черные, приятные на ощупь волосы. 

Санни почувствовал как его голова, туловище пояс, щиколотки и пальцы ушли под ледяные воду, опустившись на добрый метр под гладь вещества, заточив мальца в холодную клетку, высасывающую из него все силы. Мальчик хотел двигаться, подняться вверх и попытаться удержаться на месте, но мышцы рук и ног истощили последние запасы сил, одновременно окоченев от окружающего ледяного заточения. Мальчик нуждался в свежем, только что созданном окружающими деревьями кислороде, но единственное что поступало ему в рот при открытие рта, это литры топящей воды, обжигающие своим холодом как пасть, так и сужающиеся легкие.  

Мальчик хотел быть спасенным хоть кем то, кем угодно, Келом, Обри, Хиро, да даже любого случайного прохожего он бы поблагодарил за спасение, обязавшись вернуть огромную услугу.  

Но никто не собирался его спасать.  

Он был один, медленно падая на озерное дно, касаясь пятками ила и понимая, что так настанет его конец. Он не вырастет, не найдет работу мечты, не купит дом в Фаравее, чтобы никогда не расставаться с любимыми друзьями, не создаст тонну новых воспоминаний, и не расскажет ей о своих чувствах.  

Санни Судзуки умрет сегодня вечером, тридцатого мая 199Х года, в попытках сделать благое дело. 

 Ему должно быть страшно, он должен пинаться, бороться за жизнь, пускать солевой раствор из глаз и как можно сильнее сопротивляться желанию заснуть непробудным сном. Но... 
 

Что если это и к лучшему? Что если так он окажет услугу всем, кого когда либо знал умерев таким образом?  

Папе и маме больше не придется смотреть на него как на неудачный результат их экспериментов по созданию идеального ребенка. Он не будет их расстраивать из разу в раз, принося ухудшающиеся оценки и вторые места на олимпиадах, падающие по пришествию в спальню в отдаленный ящик с игрушками.  

Юноша не станет надоедать своим скучным существованием энергичному, веселому и интересному любителя игры с мячиком, портя его иммидж как всем известную будущую звезду баскетбола.  

Парнишка больше не надоест поваренкe своими глупыми, необдуманными, бессмысленными вопросами, дав тому в двое больше шансов на времяпровождение с Мари.  

Для Обри он перестанет быть бельмом на глазу, мальчиком что никогда не ответит на её искренние чувства.  

Неудачник, не справившийся с ролью послушного младшего брата прекратит свое существование, оборвав ухудшающуюся ситуацию между ним и дражайшей, лучшей сестрой, о которой все другие младшие братья могут только мечтать.  

Наконец, никому из вышеперечисленных никогда не придется сожалеть, что они относились к нему как к важному человеку, как к семье, ибо тайна, ежедневно мучащая сознание ребенка, чье рождение не должно было произойти, канет в лету вместе с его бездыханным трупом.  

Именно с такими мыслями, Санни постепенно терял сознание, напоследок увидав вспенившуюся в десятках сантиметров над ним воду, а так же нечто, напоминавшее расплывчатого гласаря небес, прямиком из библейских страниц святой книги.  

"Странно..." - подумал он, в последние секунды трезвого сознания, постепенно закрывая отяжелевшие глаза - "почему за мной решили послать ангела? Ведь, после всех моих мыслей, единственной выбранной для меня дорогой, должна быть отправка в Ад...".  

Последние крупицы кислорода истощили себя в кровяных потоках самобичюющего дитя, заставив Санни отпустить из хватки свое я. Его сердце остановилось... 

Chapter Text

Водяной поток хлынул сквозь закрытые зубы, выпуская хлюпающий и скрежущий звук, пока к мальчику, оказавшемуся на остывающей вечерней земле возвращалось дыхание жизни. С громким вздохом, он вынул хрустящую спину, широко раскрыв глаза и получив первый электрический импульс в вернувшийся с того света мозг, гласивший простую истину. Он еще живой. Несмотря на собственный отказ от борьбы и настигшую его костлявую руку старухи с косой, он все еще жив. Это было по странному удручающе. Будто бы в который раз, его выбор ничего не значит и ни к чему не приводит, пока суровая судьба по какой то неведомой причине, удерживает его на этой планете, будто намеренно глумясь над погрязшем в противоречивых мыслях ребенке.  

Губы пострадавшего были едва теплыми. 

"О боже!" - раздался отчаянный женский крик, разрезавший повисшую в воздухе тишину - "Солнышко! Боже ты мой, Санни, никогда больше так меня не пугай! Слышишь меня?! Я не могу тебя потерять!" 

К шоку пацана, его тело почувствовало обволакивающее тепло, когда некий незнакомец, Санни еще не мог видеть во всю силу, из-за размытой картинки в глазу, заключил его в успокаивающие обьятия. Они были знакомыми. Те что он получал практически ежедневно, но на сей раз значительно отличались. Подобно тому, как человек, до последнего момента носящий маску ответственности, стойкости, идеальности и почёта, ломается на миллионы крошащихся кусочков, хватаясь за единственное что могло бы скрепить его снова воедино. Нежные, тонкие, нажимавшие годами клавиши из слоновой кости пальцы одной из рук вцепились смертельной хваткой в промокшую спину потерпевшего, словно мальчик исчезнет, если его отпустить, а вторая водила успокаивающие круги по лопаткам, ребрам и позвоночнику, когда Санни отхаркивал остатки воды наружу, приходя к похожему на нормальное состояние. 

Тогда, он услышал плачь.  

Тихие, еле заметные всхлипы, скрываемые поднимаемыми в рывках кистями, чтобы как можно скорее закрыть плотину, чье пробитие остановить невозможно. Сей звук, Санни никогда еще не слышал от человека, обнимающего его. В капающих с лица слезах были заточены все подавляемые, репрессированные, скрываемые эмоции, накапливаемые долгими годами.  

Когда колено выбилось из колеи и ушло в обратном направлении, эти слезы не появились.  

Когда крики, преисполненные недовольством за получение оценок ниже А+, грохотали по всему дому, глазные яблоки не стали влажнее чем обычно.  

Но стоило ему, человеку незслуживаещему жить, думающему о таких отвратительных вещах, двадцать четыре на семь терзающие прогнивший в черепной коробке мозг, пережить касание бабушки Смерти и уйти в горящие дали Ада, где ему самое место... Она не могла себя больше сдерживать. 
 

Мари Судзуки, девушка непоколебимого характера, примерная дочь, идеальная ученица, лучший друг всех до единого участника компании, старшая сестра о которой можно только мечтать, сейчас обнимала своего младшего, чуть не умершего брата, ревя. Зрелище, которое оставило мальчика в безмолвии, полностью сосредоточив внимание на ней и только ней. Все белое платье промокло до последней нитки, потеряв былую, величественную красоту. Мягкие волосы, идеально плавающие по ветру в любую погоду, будь то град, шторм или буря, слепились меж собой в уродливые, черные тентакли, упав под новым весом то ей на лицо, то на любую другую поверхность тела барышни. Это было ужасно. Мари никогда не должна была выглядеть так... уничтожено. Подавлено. Разрушено. И во всем этом виноват только один человек. 

"Мари..." - прошептал юноша, опустив руки по бокам и выпустив такую же линию слез, что и его сестра - "Мне так жаль... Так, так, так жаль..." 

Девушка, отказываясь принимать извинения с его стороны, только сильнее прижалась к своему маленькому братишке, стараясь согреть его изо всех сил.  

"В-все хорошо Санни. Все будет хорошо. Это уже позади. С тобой все будет хорошо." - - Заверяюще ответила светлой души человек, обрамля руки вокруг малыша и уменьшат давление хватки. В конце концов, теперь он вернулся с того света и ничто ему не угрожает. 

"П-почему ты не злишься, Мари?... В-ведь из-за меня теперь твое платье все..." - не успел мальчик закончить фразу, как его прервало резкое отстранение сестренки назад, где она посмотрела на него с серьезнейшим лицом, которое он когда либо видел, с глазами, полными печали и сожаления. 

"О чём ради всего святого ты говоришь?! Да плевать мне на это гребанное платье! Я бы прыгнула в это озеро еще сотню раз, если это значило что ты останешься в живых, Санни. Главное что с тобой все будет в порядке. " - без зазрений совести, сожалений или лжи, слова Мари поставили пострадавшего в полное отсутствие принятия, остановив на секунду его бедное сердце, и выпустив легкий румянец на поверхность обмороженных щек. Один ответ тут был доступен, и ими стали ответные объятия, на кои подросток с удовольствием ответила. Райское тепло их тел, согревающие двух промокших с ног до головы детей, окутало брата с сестрой как одеяло, успокаивая и даря знакомое чувство защищенности от всего мира. Это было прекрасно, даже если он это ни разу не заслуживал. 

"Санни..." - сказала Мари после нескольких минут слезливых объятий, от чего чуть не заснувший малыш отодвинулся назад, дабы выслушать начавшиеся литься слова девушки - "Можешь пожалуйста немного полежать тут? Всего пару секунд, не больше не меньше, хорошо? После этого мы обязательно пойдем домой,  обещаю. Просто осталось кое что, о чем необходимо позаботиться..." 

С промямленным ответом, ребенок уселся на пятую точку, дав девице возможность встать с травы и отряхнуть прилипшую грязь. Возвращенное к жизни дитя хотело было сказать пару слов, или задать вопрос насчет задачи, упомянутой старшей сестрой, но ему это было не суждено сделать, ибо две пары более коротких рученок выдавили из легких чуть не утонувшего весь впущенный воздух, оставив того с раскрасневшимся от удушения лицом. Сначала вода, а теперь и чьи руки. Санни всегда хотел почувствовать прикосновение Танатоса дважды за один день, и судя по тому, как границы зрения с каждой проведенной в двойном ручном захвате становились темнее, чем перспективы его будущего, скоро он зачеркнет один из пунктов в своем списке. 

"САННИ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, МНЕ ТАК СИЛЬНО ЖАЛЬ!" - взорвался рядом с бедным, и теперь уж оглохшим от громкости, ухом голосок одного турбо активного мальчишки, чьи коричневые, скрюченные, напоминавшие молочный шоколад волосы прилипали к лицу задушенной жертвы. Кел всегда вел себя эмоционально, но такого сожаления парнишка еще не видал, хотя это и не то чтобы удивительно. Не каждый день видишь, как твой друг утопает в найденном тобою месте. ""БЛИН, МНЕ НЕ СТОИЛО ТЕБЯ УПРАШИВАТЬ ПРЫГАТЬ С ЭТОЙ ГЛУПОЙ СТАТУИ, ПРОСТИ МЕНЯ ПОЖАЛУЙСТА! Я ДАЖЕ ОТДАМ ТЕБЕ ВСЕ БУТЫЛКИ АПЕЛЬСИНОВОГО ДЖО ВСЮ ОСТАВШУЮСЯ ЖИЗНЬ, НО ПРОШУ ПРОСТИ МЕНЯ!" 

Раздался хлопок, и испаноговорящий эмигрант ухватился за мохнатую голову, выстрелив в сидящую рядом с ним красавицу заплаканными глазами.  

"Кел, ты совсем из ума выжил!? Он чуть не помер, а ты его хочешь раньше времени к Богу отправить этой ядовитой дрянью!?" - возмутилась девочка с припухшими от пролитых слез глазами. Она не стала ждать ответа от своего заклятого врага, который уже собрался назвать Апельсиновый Джо настоящим сокровищем из мира брендированных газированных напитков, и вместо этого обратилась с извинениями к восстанавливающему дыхание жертве - "Извини меня Санни... Мне очень жаль что я ничего не сделала, что не сразу заметила то, что ты так долго не всплывал и то, что не бросилась к тебе на выручку. Когда Мари всплыла с тобой из Озера и начала делать искусственное дыхание... В какой то момент я... Я..." 

На грани очередных слез, она замолкла, не в силах вымолвить последнее предложение. Судя по отведенному взгляду Кела, готовой снова зарыдать Обри, и поникшей голову Мари, их беспокойство над Санни достигло максимального апогея, за то он все еще чувствовал своеобразну вину.  

"Прости... Я не хотел тебя так пугать... Просто п-паук залез ко мне на плечо и я не совладал с страхом... Прости..." - прошептал смущенный всем произошедшим младший брат девушки, которая обняла троицу заплаканных малышей, ставшей её самостоятельной семьей. 

"Санни, тебе не нужно извиняться за такое. Ты ведь еще ребенок, и нет ничего плохого в том чтобы пробовать что-то новое, даже если оно довольно опасное. То что произошло - это несчастный случай, и главное что все осталось позади" - сказала старшая сестра для всех троице малышни, бросая на младшего братика большое, сухое полотенце, укутывая того как можно туже, и отодвинувшись немного от расплакавшихся юнцов, с смущенной улыбкой зашептала - "А теперь дети, можете пожалуйста закрыть уши на пару минуток? Я хочу поговорить с Хиро с глазу на глаз, и боюсь что придется сказать пару словечек категории Z. Не хочу чтобы вы слышали от меня что-то подобное, хе" 
 

Ой ой. Категория Z. Вещи, обычно подпадающие под конкретно эту категорию, если судить по написанному, якобы, справочнику хороших компанейских отношений, включают в себя самые громкие, ужасные, жестокие и не подходящие для детей младше шестнадцати лет поступки, слова или же материалы стороннего производства, а сейчас, должны были произнестись ругательства, за которые все родители в городе с сто процентным шансом отправили их на пожизненное заключение под домашний арест. 
 

Незамедлительно, клочёк землицы вместе с зеленью был запихнут в уши Кела, им самим, спровоцировав рвотный позыв у черноволосой малолетки, которая, не захотев прибегать к настолько крайним методам, просто заткнула уши мизинцами, показав ни в чем не сомневающемуся мальчику язык. Санни, хоть и очень уважал, а теперь еще сильнее чем прежде, сестренку, не смог перебороть позывы своей кошачьей, любопытной стороны, и прикрыв раковины ладошками, но намеренно под растопырив средний и безымянный палец с обеих сторон. 

К счастью, девушка несущая за собой на и кровавую взбучку для своего нынешнего бойфренда, не заметила столь очевидной детали, и встав с коленей, немного себя прихорошила, выжав воду из волос и убрав зацепившиеся за края камушки с травинками. Потом, она пошла в разнос. Спокойно, с каменно непробиваемым лицом, где о эмоциях не могло идти и речи, барышня зашагала босыми ногами к подростку, готовя наверное самую гневную речь за последние пять лет. Реакция перепуганного парня не заставила себя слишком долго ждать, потому как неловкие смешки и заявившие о себе как уникальная фишка, почесывание вечно неуложенного затылка, жест, проявили себя после пары тройки шагов. 

"М-мари, послушай, я понимаю что совершил глупость, убеждая его на что-то такое, но...." - раздавшийся в воздухе хлопок разрушил всякие попытки испанца на оправдание перед воплощением родственнеческой ярости, сразу после чего, упав на землю спиной, схватившись рукой за обожженную пощечиной щеку. Его глаза метались от кисти девушки и к её стремительно меняющемуся лицу, но не успев повторить слова заново, его тело приподнялось с своего места, когда рука Мари потянула его воротник надетой за время без сознания футболки к себе. На её лице не читалось ничего, кроме ненависти и злости, за такой кощунственный поступок, как прямое отношение к угрозе жизни её братцу. 

"Энрике Генри Родригез ты КОНЧЕНЫЙ ИМБЕЦИЛ! Ради всего святого, чем ты только думал, уговаривая моего младшего брата, таласофоба и акрофоба с рождения, прыгнуть с мать её трехметровой статуи в грязное, возможно зараженное паразитами, озеро , которое вы нашли дай бог пару часов назад!? Когда тебе успела твоя мать все мозги выбить скалкой, дебил последний?! Ты хотя бы можешь примерно понять, как ты облажался?! Ладно, хрен с ним с прыжком. Допустим ты хотел сделать что-то хорошее, развеселить его наверное, насрать." - прокричала преисполненная ненавистью к тому, кому доверяла так долго присмотр за всеми невинными малышами из их группы - "Но твою то мать, какого хуя ты, видя что он сначала, дрожит как увидавший призрака, а затем падает камнем в ледяную воду, сделал ровным счетом НИ ХРЕ НА!? Ой, посмотрите на меня, заговорил младшего брата своей подружки на прыжок веры, а потом, вместо того чтобы спасать его, сижу ржу над тем, кто уже возможно превратился в хладный труп. Тебе дали одну, одну единственную бога ради задачу, присмотреть за детьми, сводить их куда нибудь и занять пока меня нету, а ты её просрал с торжественным всплеском, чуть не став причиной смерти Санни!" 

"Н-но ведь сейчас то все хорошо? Никто не пострадал и все живы здоровы?" - нервно прокудахтал Хиро, не узнавая человека, кидавшего ему угроз в лицо с силой заряженого дробовика, стреляя из разу в раз в труп сгнившей гордости мальчонки. 

"Никто не пострадал говоришь?" - прошипела сквозь зубы Мари, ухватив охапку его взмокших волос, чтобы затем переместить тушу повара в таком положении, дабы он смотрел прямо на раскрывшего глаза тарелки братика, накапливая в голове все жуткие метаморфозы, выступившие после пережитого опыта - "Посмотри на него, придурок, и скажи что с ним все хорошо. Давай, чего же ждешь, скажи! Не можешь? А знаешь почему? Потому что он ни разу не в порядке! Ты манипулировал моим младшим братом, сыграл на его душе, ржал пока тот падал насмерть, и по итогу наградил его не похвалой или спасением за преодоление своих страхов, а сраной травмой, которая останется с ним на всю оставшуюся жизнь! Ты меня хотя бы слушаешь? Что-то судя по тому, как ты выглядишь, я не уверена. Санни - мое самое важное сокровище, тот с кем я росла всю жизнь, и тот кого я люблю сильнее чем любого из людей, которых ты знаешь, включая тебя, так что если ты еще раз подвергнешь его опасности, я сыграю Ночного Гаспара на твоих рёбрах, в оригинальной скорости, моими кулаками! Усёк?!"  

Под конец разъяренного монолога, Мари не была похожа на себя даже отдаленно. Волосы закрывали большую часть обзора, оставляя один правый глаз открытым, пока тонны ниток клеились то там то сям. В оскалившемся рту выступали белые, безупречные зубы, с выходящим наружу тяжелом дыханием. Если бы кто-то сказал, что эта девушка может спокойно выбить дурь из целой банды отъявленных негодяев, Санни поверил бы им на слово, потому как этот внешний вид, явное тому докозательство. 

Разомкнув кулак на куске ткани, Мари отпустила Генри в свободное падение, услышав глухой стук тела об твердый грунт. Он сразу начал в ужасе пятиться назад, в шоке от молниеносной перемен в поведении, однако удар с силой грузовика, прилетевший по одному очень чувствительному месту, мигом поменял его планы, поставив в приоритете скорчиться от боли и ухватиться за раненое место, скрючившись в позу эмбриона. Девушка, чувствуя что на этом её работа закончена, устало вздохнув, пробормотала пару слов о "проклятом угробленном платье", подходя к шокированной троице познавшей бесконечный мир ругательств. 

"Будущие разговоры с задирами обещают быть ооооочень насыщенными, верно?" - одновременно к пришли заключению Обри, Кел и Санни, когда дамочка, достигнув удивленной троицы, ни с того ни с сего, подняла мальчика в переноску, не оставив ему и шанса на сдерживание вырвавшегося писка. 

"М-мари, я ведь и сам могу дойти..." - вытянул из себя ребенок, покраснев и одновременно почувствовав нахлынувшую на него слабость. 

"Санни, о чем ты говоришь? Ты весь дрожишь как котенок после ванны! Не беспокойся, дойдем до дома и я сразу положу тебя в кровать." - мигом остановила истощенного брата, зашагав с тряской к выходу из места. 

"Ах... Но как же твое колено?" - запережевал юноша, вспомнив очень старое пожелание от доктора, принявшего и помогшего пострадавшей во время игры в софтбол Мари, дав её наказ в запрет поднятие любых возможных тяжестей. Разумеется, после увиденного чуда ролевого изменения, послужившего отличным пониманием того, как же ему повезло что она хочет о нём заботится, он верил в её экстраординарные способности, однако волнения за здоровье родимой унять отказывался. 

"Солнышко..." - дама остановилась на месте, и посмотрев на устроившегося у неё на ручках пострадавшего, улыбнулась ему своей классической, умиротворяющей ухмылкой, заверила - "Я понимаю твое беспокойство, но честно, не стоит так переживать. Прошли уж годы с моей травмы, и мне не будет трудно донести тебя обратно домой. Позволь старшей сестренке позаботиться о тебе." 

"Обри." - повернувшись к удивленной парочке из мальчика с растительностью в ушах, которая не была убрана до последнего момента, и отходящей от последствий вербальной оплеухи её другу дураку, она своим классическим тоном произнесла - "Прости пожалуйста что так рано заканчиваю вашу прогулку. Обещаю, в следующий раз когда у нас будет пикник, я обязательно испеку ради него печенья с шоколадной крошкой! Поэтому будь хорошей девочкой, и иди домой пока не поздно, хорошо?" 

"Д-да... Конечно." - понурив глазки, возможно от осознания что её придется вновь вернуться в то второе, самое загрязненное место во всем городе, девочка встала с насиженной травы, подойдя к нагревающемуся от последствий падения парню и его сильной около материнской фигуре, сказала ему на прощание пару слов выздоровления, прежде чем испариться в зеленой, кустарной листве. 

"Что же касается тебя Кел..." - в определенно более сухой манере, чем при обращении к Обри, Мари повернулась к выкинувшему пучки земли с растениями из ушей, вставшему на ноги и выпрямившись по стойке смирно спортсмену, обратилась девушка его брата - "Тебе ведь не будет трудно позаботиться об это идиоте? Всего то нужно отвести к родителям, рассказать что он натворил и засунуть пару раскаленных углей ему в штаны. Это не составит проблем?" 

"Так точно мэм..." - поспешил ответить Келси, поглядывая на стонущего от боли родственничка из общей матки. В его случае, он может воспринять указание старшей девочки как в буквальном ключе, будучи как раз таки Колом, так и смиловиться над горе манипулятором. Время решит. 

"Чудесно! Ок, до завтра!" - прощебетала барышня, повернувшись обратно к выходу и зашагав на повышенной скорости, чтобы как можно скорее позаботиться о жертве несчастного случая. Когда брат и сестра пробились через тернии увесистых кустов, закрывающих обзор ветвей и бьющего по глазам лучей солнца, Санни, не отрывая взгляд от сосредоточенного на помощи ему лица сестренки, постепенно, с каждым шатким шагом, проваливался в обитель Песочного человека, уже в который раз удивляясь, почему она вообще заботиться о ком то, как он... 

Chapter Text

Картинка вокруг выходила через чур мутной. Цвета смешивались в отвратительный беспорядок из пятен, всплесков, не сочетающихся лучей и красок, чье взаимодействие друг с другом приводило только к беспросветному замешательству. Новое видение мира Санни, было до ужаса неприятным и неудобным, потому как его разум, попавший в ловушку начавшейся лихорадки, не мог проанализировать происходящие вокруг событий. Эффект повышающейся температуры также повлиял и на остальные части, теперь похожего на кукольное, тело. Озноб, показавший себя в постоянном содрогании на руках ускоряющийся, если судить по ударяющему его в лицо потоку воздуха и молебных непонятных слов, исходящих из уст черноволосой девушки подростка, не давал заболевшему юноше вернуться обратно в в чудесное царство снов, оставляя на растерзание выступившему против своего хозяина сосуду. Ни одна из четырех конечностей и двадцати пальцев на кисти или стопе парня не считывала посылаемые импульсы, иногда дергаясь, а иногда и вовсе свисая как обмякшая кукла. Может это и было бы еще терпимо, если бы не мысли, ставшие сплошной перемолотой кашей, без намека на слаженность, анализ положение или прочих факторов. Если сравнивать состояние мозга обмякшего в свадебной носилки ребенка, то это походило бы на забастовку рабочих на рыбозаготавливающем предприятие. Продукт поступает, требует тщательной обработки и консервирование, на любой работоспособный человек встал перед главным офисом владельца здания, отказываясь работать пока им не обеспечат стабильное окружение. Мудрено, сложно и без надобности детально, но именно такая зарисовка появилась в расплавленном котелке Санни, когда он предпринял почти что успешную попытку сравнить свое ощущение. 

Где то в уголках глазных яблок, промелькнул образ их любимого семейного дома. Двухэтажная постройка с белыми стенами и черной крышей, почти напоминая символ Инь и Янь, что с учетом размытого фильтра, было очень похоже. Траектория движений Мари поменялась, когда она рванула к входной двери, и недолго думая, постучала в неё одним плечей. Шагая из стороны в сторону, она по сути дожидалась открытия с их родителями на пороге, но после пары нелестных слов, кои мальчик нарек таковыми судя по еле видимой экспрессии сестры, ей пришлось делать все самостоятельно. Выкрутившись и скрючившись, она кое как отперла эту несчастную дверь, и чтобы не ухудшать и без того патовую ситуацию, мелькнула из гостиной в общий зал, с кладовкой, музыкальной комнатой и лестницей, ведущей к спальням с ванной. Крехтя, иногда ругаясь себе под нос, пацану показалось что она сказала какой то коментарий про его новые килограммы, она все таки добралась до точки назначения, наспех раскрыв дверь и аккуратно усадив на кровать половины комнаты Санни. 

Как только тело малыша коснулось и намочила тщательно прибранную постель, девочка зашуршала по комодам своего рабочего стола, выбрасывая оттуда предметы, определенно не предназначенные для помощи другим людям. Канцелярия, макулатура, бутылки с водой, тонны учебников для доп занятий, какие то спрятанные цветастые журналы и, наконец то, большая аптечная коробка. Вместе с ней, Мари уселась рядом с потерпевшим на кровать, положив тыльную сторону кисти ему на лоб и сразу надев классическое, встревоженное выражение. 

"Ох. Это очень не хорошо." - сказала барышня, шарясь по красному пластмассовому кейсу. С течением проходящих минут, зрение и слух возвращались к своему владельцу, по еле заметным кускам. Теперь, любой звук проводили через толстый слой воды, а взгляд ещё секунд но сопровождался легкой размытостью. - "Солнышко да ты весь горишь. Так, сможешь сам принять жаропонижающее, или нужна помощь?".  

В выставленной кисти ярко контрастировала с цветом кожи белая таблетка. Не больше пуговки, но уже в значительной степени бьющая любые рекорды по размерам среди всех до неё принятых медикаментов. Санни попытался дотянуться до неё, достичь бьющимися из стороны в сторону пальцами предмета, но как только Мари заметила те трудности, через которые он проходит во время такого простой задачи, она спокойно приподняла одной рукой голову перепуганного мальчонки, а второй сначала положила пилюлю ему в рот, а потом и горлышко бутылки с водой комнатной температуры. Чувство при стекании живительной влаги вниз по его глотки, сразу переместило младшего братика на пол часа назад, напомнив ему о событий прошедшего времени. Тогда жидкость пыталась его убить, забрать из этого мира, вытянув жизнь из тела школьника естественным давлением, толкая его за грань привычной реальности в абсолютном одиночестве. Но сейчас это закончилось. Он был дома, в безопасности, а хлещущая смесь H2O теперь помогала ему встать на ноги, спасенный самой красивой и важной девушкой за все одиннадцать лет. Жадно глотая стремящийся поток, Санни мигом осушил половину бутылки, после чего был положен обратно в лежачее положение. 

"Так. Молодец. Ты отлично справляешься. Теперь... Прости, но мне придется тебя раздеть и одеть в новую, сухую одежду. Это необходимо чтобы ты пришел в себя. Я постараюсь сделать это быстро..." - сказала Мари с тоном, в коем читалось ничто иное, как скованность и смущение. Санни не удосужился подумать над её реакцией на выговоренные слова, просто спустив это на обеспокоенность из-за необходимости увидеть её младшего брата голым. В любом случае, юноша дал её полный карт бланш, приподняв руки чтобы хоть как то, с его слабостью, помочь снять элементы одежды. 

Руки девушки приблизились к краям футболки, и ухватившись за влажные кончики, принялись двигать их вверх с настораживающей медлительностью. Каждый сантиметр обмоченной благодаря инциденту накидки, отлипал от худощавого, вздымающегося туловища заболевшего теперь открывая впуклый пупок и розовые соски. Гладкость, идущий пот, дрожащие дыхание и терзающее поведение, создавало своеобразную ауру вокруг этого черноволосого мальчика. Ауру уязвимости и хрупкости. Как хрустальная ваза, его требовалось содержать в закрытом от всего жесткого, беспощадного мира стеллаже, протирая тряпочкой и удостоверясь, что на этой бесподобной красоте не появилось ни единой царапинки. Он был юн, слаб, мал, беззащитен и до глупого добрым, что привело его и к нынешней ситуации. Но даже если он был настолько твердолобым в своем крестовом походе по поднятию настроения жителей ставшего родным города, его это полностью устраивало. 

После того, как полотно ткани закрыло ему обзор и сошло с узеньких плеч покрасневшего, разумеется от жара а не чего то другого, он приподнял правую, а затем и левую ножку, чтобы поспособствовать скорейшему снятию прилипших носок. С скользким, хлюпающим звуком сопровождением, полоски оторвались от фаланг на стопах мальчонки, оставив того в одних шортах и нижнем белье, с сопутствующим чувством дохленькости. Поняв что сестренка в какой то момент остановилась на месте, держа в кистях капающую на пол футболку с парой носок, приземлив взгляд на колыхающиеся, мягкое пузико разлегшегося мальчонки, Санни наклонил свою голову в привычной ему вопросительной манере, тяжело дыша от начавшей падать лихорадки.  

"Мари... Что-то не так?..." - спросил шепотом ребенок, далее увидев как родственник подпрыгнул от внезапно изреченных слов малыша. 

"А? Ой, прости. Немного задумалась. Не обращай внимание..." - мямля ответила девушка, встав с места и подойдя к их общим корзинам для грязного белья. Это немного смутило парня, ибо вид того, как смотрящая в пустоту, с красным лицом сестренка, с такой небрежностью кидает одежку в корзинки, когда она даже в самых торопливых временах находила пару секунд на скоростную, правильную укладку, насторожил бедное, малолетнее создание. НЕ дождавшись падения наряда для носков, она подошла к шкафу младшего брата, и какое то время покопавшись в нем, достала чистый, пахнуший лавандой комплект нового одеяния, уложив его рядом с бортиком кровати. Потом, она остановилась на месте, покраснев еще сильнее и сделав несколько глубоких вздохов, прежде чем приступить к заключительной стадии неловкой задачи. 
 

Постаравшись сделать это как можно быстрее, Мари, дрожащими руками, спустила с Санни его вымокшие серые многокарманные шорты, кинув их через всю комнату в ту же самую корзину. Теперь, парень был уязвимее чем когда либо в своей непродолжительной жизни. Пот выступал по всему бледно телесному торсу стекали капельки пота, вперемешку с речной водой. Мышцы вялых рук, ножек и прочих кусочков маленького мальчика подрагивали и безмолвно умоляли и тепле в компании с комфортом, которую сейчас могла предоставить только Мари, чьи глаза старались как можно реже концентрироваться на изгибающихся линия, а вместо этого на поясе мальчонки. Не успела родная кровь 'медсестры' обработать происходящее, как его обе ножки приподнялись от мягкой постели, и белая текстильная полоска съехала с низа больного, как в прямом так и переносном смысле. Еще пару морганий с шоком от обдувания ветром его приватной части, как его отросток был вновь закрыт, теперь сухим и мягким нижним бельем. То же самое произошло и с остальными обувками, нашедшие законное место на всем туловище и бедрах мальца. Теперь он был чист, сух, одет и тепло, пока действие ранее принятого лекарства продолжало чудодейственное путешествие по организму. 

"В-вот и все!" - гордая собой заявила она, отбросив одеяла и положив их поверх мальчика с глазками пуговками, погладив ощутившего прилив тепла, комфорта и защищенности плюшевого котенка. Тот принял вечно желанную ласку от добро обходившей его барышни, потеряв счет тому, как часто она это делала раньше.  

Раньше... Это слово всплыло в голове Санни, напомнив ему о наступившем относительно недавно новом порядке вещей. Во всем этом кавардаке из случившегося происшествия на озере, его спасения, злостной тирады на Хиро, неловкого акта заботы, мальчик позабыл о своих недавних переживаниях, отдавшись потоку нахлынувшей из неоткуда заботы. Возможно, всей той ласки, приятных слов, заверений и убеждений и вовсе не было бы произнесено, если не его пережитый около посмертный опыт. Грустная мысль, впитавшая в себя все прожитые за последние недели с начал их репетиций тревоги, настигла его как голодный лев свою добычу. 

Глаза Санни прослезились, и он, не в силах сдержать подходящий поток слез, тихонечко скулил, молясь чтобы повернувшаяся к нему спиной Мари не услышала жалобных звуков такого чудовища, как он. И как во многие прошлые разы, его мольбы остались не услышанными.  

"Солнышко?" - повернувшись к нему, спросила та, кого он никогда не сможет заслужить - "Санни, что случилось? Тебе плохо? Повысилась температура? Пожалуйста, скажи мне что не так." 

"Н-нет... Хнык... В-все нормально... Мне и в-вправду становится лучше... Т-тебе не нужно беспокоиться, правда..." - протянул тоненьким голоском заплаканный ребенок, стараясь сильнее напрячь свои мышцы, чтобы попытаться повернуться на бок и скрыть текущие по красным щекам линейки соленой жидкости. Неуспешно, ведь севшая рядом с ним девушка мигом распознала протечку 

"Санни, ты плачешь. Я не слепая. Тебе не нужно это от меня скрывать. Моя основная задача - заботиться о тебе и помогать всякий раз когда тебя что-то беспокоит! Нет ничего плохого в том чтобы поделиться своими невзгодами. Для этого и нужны старшие сестры. Поэтому прошу тебя, расскажи что стряслось..." - экспрессия радости на её лице быстро сменилась печальной скорбью, с искренним беспокойством за лежащего на пастели братишку. Она не должна чувствовать к нему такого уровня привязанности, заботы и грусти, бросая такие безмолвно печальные взгляды. Он никогда не стоил и не будет стоить её стараний и упорства, но что он мог сделать такого, чтобы поменять мнение человека, более полноценного и драгоценного чем такой глупый выскочка как он сам? Сказать правду и свести к нулю все, над чем она так долго и усердно работала, растоптав старания в пух и прах? 

Нет. Это непозволительно. Разрушение блаженного неведения Мари, юной девы невиданной красоты и той, что потратила долгие годы на его фактическое воспитание, приравнивалось им к самому жестокому преступлению. Потому, он решил прибегнуть к не менее обсуждаемому поступку. Лжи. Но как всем известно, в каждой неправде есть крохотная доля правды.  

"П-прости..." - начал Санни, выпустив еще пару тройку небрежных слезинок - "Я просто так счастлив... Что ты обо мне все еще заботишься... даже после всего что я сделал...". 

Барышня осторожно пододвинулась поближе, опустив одну из рук ему на грудь, вызвав табун мурашек по всей ощутимой поверхности. Её глаза дрожали от непонимания и досады, стараясь обработать сказанные печальные мысли.  

"О чем ты говоришь? Разумеется я о тебе забочусь, а как же иначе? Ты же мой милый младший братик. Я не имею права не беспокоиться о тебе, после всего через что мы оба прошли." - выгнув неуверенную ухмылку сказал она, что, к её сожалению, не остановила реку слез. 

"Но ты могла этого спокойно не делать!..." - повышенным тоном, но все еще шепотом, пробубнил Санни, удивив рвением сконфуженную до предела девочка подростка - "Ты ведь... Ты ведь Мари. Идеальная, правильная, блестящая, умная... любимая всеми Мари. А я просто Санни... Сломанный, неправильный, зашуганный и глупый Санни, не умеющий ничего кроме постоянного цепляния за тебя. Ты могла спокойно позволить нашим родителям... воспитывать меня в их классической манере и заниматься своими делами!... Но ты этого не сделала... Ласка, забота, терпение и понимание было всем, что ты показывала мне на протяжении лет... И я буду благодарен тебе.... До самого скончания времен, хотя и не буду понимать, почему ты это делала..." 

Всем было известно, что Санни очень тихий ребенок. Незнакомцы, такие как учителя в школе или продавцы в магазинах редко могли вытянуть из парнишки более чем пару слов. С друзьями, в особенности дражайшая сестрица, он был более раскрепощен. Короткие диалоги, в которых лидирующую роль брали его собеседники, стали обыденным делом для маленького, витающего в облаках проказника. Но даже в таких разговорах, одно лишнее предложение было крайней редкостью. Что-то, что лелеяли и затем хвалили мальчугана следующие несколько часов, пока нить слов не перейдет на новую тему. Потому, оба дитя Судзуки были крайне удивлены, что из его рта вырвалось такое большое количество соединений букв английского алфавита. Для воображалы это было не так сильно, все таки он был тем кто это все сказал, да и преимуществом в обработке была полная и безоговорочная уверенность в озвученом монологе.  

Но вот Мари, обращая внимание на выросшие до размеров тарелок для фризби глаза, заметил Санни, в разы сильнее отреагировала на сие заявление. Шок, молчание, непонимание и реализация смешались на её лице, превратившись в густую неразборчивую кашу из эмоций, перебивающих друг друга в её мимике, с желанием занять лидирующее место. Она смотрела тот на него, то куда то в стены, а иногда и вовсе на закрытую позади неё в отдалении дверь, как бы проверяя. Ногти на указательном пальце приобрели несколько бугорков, после того как их надкусили белоснежные зубы дамы, а на паре участков кожи выступил легки й пот, который малыш решил скинуть на обычную жару. Молчание повисло на добрые минуты, и все это время юноша задавался вопросом, нервничал, боясь что перегнул своим рвением донести до неё такую простую правду. Хотя, в его понимании, это не было уж таким большим делом. Он просто сказал истину. Печальную, ущербную, но непоколебимую истину, чье отрицание могли себе позволить либо глупцы, либо сумасшедшие. Или же, гении, способные вдоль и поперек доказать неправильность данного выражения. 

Мари, немного посидев сложенными руками у рта и смотря куда то в даль глазами, которые зачастую появлялись у каждого в их семье, стоит сложному вопросу замаячить на горизонте, нахмуренные и сосредоточенные, с вздохом, посмотрела на Санни со всей возможной добротой и теплотой, положив одну из кистей туда, где под одеялом находился его тонюсенький живот.  

"Солнышко..." - тихонечко начала она, будто боясь что повысив голос, может спугнуть крохотного ребенка - "Я не такая идеальная как ты говоришь. По правде, у меня  вагон и полная тележка несовершенств. Я тот еще трудоголик. Вечно могу переусердствовать и забыть во время поесть, если ты или родители мне не напомнят. У меня проблемы с перфекционизмом, от чего я не могу не переживать, когда мне ставят что-то ниже пятерок. Я бываю что слишком заигрываюсь в поддразниваниях с тобой или любым другим ребенком из нашей компании! " 

"Мари, но это же практически незаметно!..." - попытался возразить её мальчонка, но упавший на крохотные губы палец мигом его прервал. Очень мягкий, тоненький и нежный палец, с малых лет нажимающий клавиши черно белого рояля. 

"Цыц. Не перебивай меня пожалуйста, это очень важно." - успокоила чуть не начавшуюся тираду братца сестра, вытащив из него убежденный кивок - "Да, это незаметно. Но только потому что я это тщательно скрываю. Думаешь почему я начала следовать строгому графику и вечно напоминать вам всем доходягам о правильном питании? Ну, конечно, чтобы вы выросли у меня большими и здоровыми молодцами..." - в этот момент, девица с расплывшийся на уголках рта улыбкой без болезненно ущипнула родственника за щеку, услышав неодобрительные, очаровательные ворчания - "... но потому как мне и самой это необходимо. Иначе я бы уже несколько лет ела одни разморозки, со всеми в доме, хе. Я к чему веду... У всех нас есть недостатки Санни. У всех, в том числе и у меня. Я буду стараться ежедневно двигаться к максимально возможному идеалу ради тебя и вас всех, но скорее всего, я никогда не смогу его достигнуть. Это печально, несправедливо и до боли в костях раздражает. Однако это факт, от которого невозможно убежать. Его просто нужно принять." 

Слова правды были горькими, как гадкие антигистамины. Они обволакивали ушные раковины лежащего в кровати, покрывая сантиметр за сантиметром протоков, пробиваясь через барабанные перепонки и достигая серого вещества, вонзаясь в него и углублясь до самого центра, зарекаясь больше никогда его не покидать. Ужаснее самой мысли что кто - то такая сокровенная как Мари, девушка всю жизнь старающиеся ради близких и перешагивающая ступеньку за ступенькой по лестницам человеческого развития, могла быть далека от совершенства - заставляла мальчика чувствовать себя близким к рвоте. Мари, видимо, заметила поникшую мину своего брата, и как это бывает в её характере, поспешила понизить негатив и выкрутить на максимум ослепляющий позитив, прибегнув к одному из запрещенных приемов в их доме.  

Убрав с части его тела, та что выше пояса, одеяло, она ринулась в атаку. Ногти и кончики пальцев затанцевали на поверхности бочков мальчика, не дав тому и момента на передышку и попытку вдохнуть сладкий воздух. Тихие, сдержанные смешки С паникой он еле сдерживал чтобы не заржать во всю силу слабых, усталых легких, наполнили спальню брата с сестрой, вперемешку с язвительными словами от организирующей сеанс щекотушек ведьмы.  

"Но посмотри на это с другой стороны дружок!" - смеясь громко сказала девушка, пожирая глазами появляющиеся милые реакции на личике пацана - "У нас у всех есть и хорошая сторона! И особенно у тебя! У моего маленького, миленького, творческого младшего братишки!" 

"C-c-c-cтопехехехе! Стихи, н-не надо, хехехе-хватит!" - через смех и наворачивающиеся счастливые слезинки просипел мальчуган, безуспешно пытаясь вырваться или уклониться от атак старшего ребенка семьи. 

"Ооо, нет нет нет! Я не закончу пока ты не услышишь все наилучшее о себе и не признаешь что ты - очень хороший мальчик!" - готовясь к сбросу эмоционально наполненной своими чувствами бомбы , Мари щекотала и щекотала бедняжку Санни, проходясь то по пузику то по подмышкам - "Твои истории интересные и до умиления проработанные. Никогда другой в городе, нет, во всей стране не смог придумать, что-то настолько умопомрачительно забавное! Ты столько лет помогаешь людям то там то сям, что того глядишь подрастешь и станешь мэром города! Только представь себе - Мэр города Фаравей, Санни Судзуки, по котику в каждый дом! Ой, а стоит ли мне напоминать о том, как многое ты сделал для Кела, Бейзила и Обри, с того дня как мы с ними встретились! Вы два проказника и правда думали что можете уйти незамеченными с своей ночной походки в Хоббиз? Или что ты допоздна слушал страшные рассказы о преступлениях с цветочником? И не стоит забывать о твоих с Оберджайн посиделках на качелях, да да да, я все видела~" 

Еще через несколько секунд неугомонных щекотаний, в один момент которых юнец думал что может попросту задохнуться, она остановилась, дав ему минуту передышки. Наконец настроив дыхание до удобоваримой оценки, а именно тяжелого дыхания, он осмелился оторвать взгляд от белого потолка их комнаты, и приподняв голову, увидел то лицо, которое встречало его множество раз с момента рождения. Лицо, не способное сдержать свою неописуемую любовь, доброту и признательство. То, что видел только он, как её младший брат.  

"Все что я сказала правда. Я не могу солгать тебе о чем то настолько важным. Солнышко - ты чудесный младший брат, о котором можно только мечтать, и может ты это не можешь понять, но я всегда буду благодарна вселенной, что стала твоей сестрой. Постарайся почаще себя ценить, по крайней мере, ради меня..." - ласковым тоном прошептала Мари, и, обескуражив зарьдевшего от похвалы братика, наклонилась чтобы поцеловать юношу в лобик. 

Теплые, добрые губы коснулись пространства кожи между бровями и линиями роста волос. То место где кожа соприкоснулась, моментально обдало особым видом тепла. Чем то намного сильнее обычных объятий или сонных, успокаивающих ночных ласк в разгар кошмара. Что-то сильнее, желаннее и успокоительное. Это было как расслабляющий заряд тока, проходящего по всему организму во время лазерного массажа. Так... прекрасно. Оторвавшись от лба юноши и улыбнувшись ему на прощание, девочка спокойно подошла к окну, опустила занавески, зашла за дверь, и отправив ему последние слова перед уходом: "Давай, отдыхай а я пока пойду в душ. Не скучай. Я люблю тебя Санни..." - закрыла деревянную доску, оставив пострадавшего, красным и слегка умиротворенным. Но, как бы ему не хотелось навсегда остаться в таком подвешенном, блаженном состоянии, все имеет свойство заканчиваться, и каждая белая полоска, непременно переходит в черную толстую линию. 

Мальчик снова остался один. Для него это не впервые, ибо случалось много ситуаций, когда ему приходилось коротать время в одиночестве к его огромному страху. Будучи чрезвычайно зависимым от присутствия Мари, ведь она растила его с первых пеленок, ему было крайне сложно провести без неё хотя бы пару минут. С возрастом эта проблема уменьшила свой градус, ведь появление всем известной четверки ребят смазало острые углы, но к сожалению осталось, по итогу перейдя в зудящую меланхолию. И, что самое неприятное, бесконтрольный поток темнейших мыслей, непозволительных для появления в столь юной головушке. По этой причине, в данный момент, имея из компании никого другого, кроме горки мягких игрушек, эксклюзивных фигурок сестренки и самого себя, его голова была занята ровно противоположным тому, о чем его попросили. 

"Она лжет, ради того чтобы я перестал её беспокоить..." - подумал Сани, улегшись обратно на подушки, и накрывшись пледом, свернулся в маленький комочек меланхолии и самобичевания - "Это очевидно, ведь зачем ей постоянно выслушивать моё нытье... У неё работы больше, чем поди у папы с мамой, а тут прихожу я, с своими бессмысленными проблемами.... И зачем я вообще сказал ей об этом.... Теперь она наверное будет чаще меня убедить в своих слова, чтобы я поскорее отстал от неё и мы могли вернуться к этим идиотским репетициям... Что же я наделал, только снова все испортил..."  

В очередной раз, поезд 'Ненависть к самому себе' шел полным ходом, развивая столь знакомую, аномально высокую скорость, выбивая мальчонку из колеи и уже в который раз вызывая у него соленые, горькие слезы, кои казалось никогда не смогут кончиться. Плач этого мальчика никогда не был палачом как таковым. Когда взрослому человеку, ну или познавшему горечь воспитания подростку, говорят о детском плаче, им в головы первым делом приходит стереотипнейший пример. Громкие завывания, сопли, непонятные слова и все вот это вот. Солнышко же, будучи взращенным в семье Судзуки, где, благодаря отцу коренного азиатского происхождения, ценился порядок, тишина и спокойствие, зачастую нарушаемые вызванными им же самим конфликтами, не мог себе такого позволить. Его плач это нечто почти непонятное для заурядного ребенка. Тихий, кроткий, еле заметный, ввиду усердных попыток самого проливающего их заглушить и покончить с сломанной дамбой, и сдержанный. Парнишка ни разу в сознательном возрасте не переходил на откровенные истерики или рыдания. После суровых негодований его отца по поводу оценок, или внезапно упавшего ему на лицо внушительного паука, максимум что он делал, так это находил укромный уголок, в котором его никто не сможет найти, клал лицо в пространство между грудью с подогнутыми коленями, и беззвучно пускал жидкость из своих желез, пока его ней приходила успокаивать милейшая Мари. Но на сей раз, она не придет. Его всхлипывания продержатся дай бог больше чем десять минут, и когда последняя капелька высохнет на алой щеке худощавого мальчика, в душе останется только поглощающая изнутри бездна, высвобождающая из глубоких недр уродливых тварей, называемых мыслями. Ох, как же ему осточертело думать, размышлять, предаваться думам, витать в облаках и парить среди далеких звезд, где никто не может составить ему компанию. У Санни было всего несколько целей в жизни, одну из которых он не поведает даже Богу лично. Сделать друзей счастливыми, дать им повод гордиться им и стать в кои то веки нормальным ребенком, без странных мыслей, постоянного негативного взгляда на мир и страхов перед малейшими заурядицами. Он бы сделал все что угодно, лишь бы избавиться от этого проклятия. 

Стоило желанию появиться в хрупкой головушке юного дарования, как оно было воплощено в жизнь самым нестандартным для него способом. Вспоминая прекрасную Мари, сестру коей он будет никогда не достоин, мысли парня перешли на тот краткий но любовный поцелуй, оставленный на хмуром лбу. Коснувшись теперь святого места, он смутился, осознав как эмоционально она это преподнесла, хотя и напомнил что все это было ради пустого убеждения. Санни уже был готов вернуться обратно в купе поезда и отправиться в путь далекий по мрачному направлению, как вдруг... Что-то запульсировало. Что-то, чему не дозволено было пульсировать до последней прошедшей секунды. Оно выполняло нижайшую функцию во всем организме, а теперь обзавелась эффектом, ранее невиданным для неподготовленного ума ребенка. Он удивился, почувствовав там крайне странное чувство, когда что-то протиралось об обшитую нитками ткань, только наливаясь кровью и увеличивая темп пульсаций.  

"Что это такое?" - прошептал младший отпрыск Судзуки, опустив голову на закрытую простынями часть тела, и откинув их своими не самыми устойчивыми и изнеможденными руками. Через одежду выбирал объект, еще никогда не показывающийся на свет все эти одиннадцать лет. Он ныл, просился наружу, посылал неожиданные волны отдаленного, завораживающего своей новизной удовольствия по нервным путям мальчонки, переполняя голову только большим количеством оставляющих его в смятение вопросов. Как это произошло, почему это продолжается, как мне это вылечить, и , ключевое, почему это настолько приятно? Руководствуясь последней мыслью, юноша, перейдя на учащенную отдышку, засунул свои пальцы за перед шорт, и осторожно спустив их вместе с другим элементом, выпустил наружу нежданного гостя. Прошедший по нему поток холодного кондиционерного воздуха вынудил Санни испустил томный вздох, остановив того на месте на пару тройку секунд непрекращающихся пульсаций. Это заходило слишком далеко. Где то на задворках разума, его юный но смышленый разум, а точнее часть отвечающая за рациональное мышление, кричала о неправильности всего, о чем предполагал нашедший новую территорию для экспериментов ум.  

"Ты что, совсем из ума вышел?" - рокотал он безуспешно, стараясь отговорить юношу от этически неправильной авантюры - " Ради чего ты к нему лезешь? Мы используем его только в туалете, не уж то ты собираешься окрасить всю кровать в желтый? После всего того времени, что Мари потратила на её укладку? А ну сейчас же лег обратно и забыл об этом как о дурном сне! Ты так только хуже сделаешь, как и всегда!". Но Сани был глух к голосу разума, потому как рука уже коснулась кончиками пальцами и обхватила разросшуюся венами кожу, дав мальчику повод для выгибания спины и первого стона. Это так.... 

Теперь, он лежал на боку, запыхавшийся, потный, больной и грязный. Вся рука окрашена белыми, солоновато пахнущими нитями неизвестной жидкости. Все бренные мысли пропущены через мясорубку непристойного акта, перемолоты и запущены обратно в облике червей пустой статики. Теплое одеяло закрыло его покрасневшее тело, почти что со всем лицом, дав ему шанс на спокойный, бездумный отдых. Больше не было мыслей, переживаний или страхов за будущее событий. Только спокойствие, без тени сомнений. Санни нашел для себя идеально подходящий способ справляться со всеми надоедающими рассуждениями, и хоть голос вдали умолял его обдуматься и убить пагубную привычку в зачатке, он без зазрений совести убрал его так далеко, как только это было возможно. Ему это определенно по душе. 

Chapter Text

Стрекотание кузнечиков, чириканье ночных пташек и жужжание пытающихся пролезть через сетку окна насекомых наполнили комнату брата и сестры. На дворе стояла ночь, температура воздуха понизилась с двадцати четырех градусов до прохладных тринадцати, а весь дом уже давно спал. Ну, почти что. Санни комендантский час пропустил еще час назад. Его голова отказывалась отходить ко сну, занимая себя всевозможной беспросветной дребеденью, начиная от размышлений по поводу грядущего мультфильма по любимому каналу, и заканчивая сегодняшним эпизодом на озере. Последнее, вызвало у него наиболее неприятную реакцию, стоило ему ощутить на плечах мягкое толкование сна, ведь в скором времени, эти руки сменились обволакивающими щупальцами и бездонной глубиной черной как смоль воды.  

Очередной кошмар, которым не было конца с самого начала его жизни. С течением времени, когда к возрасту мальчика прибавлялось по единице каждый день рождение , эти ужасающие картины становились изощреннее и детализирование, доводя юношу до состояния бубнящей паники во время экстренного появление в мире живых. И сегодняшняя ночь не стала исключением. Чувство одиночества, холода и безнадежности что он испытывал при утоплении на озере, возросло во сто крат, сдавливая легкие ребенка, превращая их в жидкую кашу и не давая и шанса на вдох под ледяными толщами водяной смерти. Длинные тентакли неизвестного глубоководного создания тянулись оттуда, куда не мог достичь взор страдающего от работы своего проклятого даром воображения сознания, обтягивая и ломая обе ноги, тяня его к себе в эту пучину неизвестности. Санни пытался успокоиться, сконцентрироваться, настоять, сделать хоть что нибудь, лишь бы вырваться из пут продолговатых конечностей чудовища, но все это было тщетно. Смотря вверх, через мутную преграду из воды и видя расплывчатые образы счастливых, улыбающихся друзей и его семьи, парень не мог не ощутить облегчение. Да, его попытки спастись не приносят никаких плодов, ведь давление становится критическим и скоро все его тело сломается под напором толщи голубой субстанции, с подмогой неизвестной твари, а друзья во всю празднуют кончину неудачника, не предпринимая малейших попыток его спасти, но это к лучшему. Ведь все теперь будет хорошо... 

Холодный пот струился по телу мальчугана, когда его хрупкое, почти оправившиеся благодаря уходу сестры резко поднялось отошла сна, хватая ртом холодный, напоминавшей о новой фобии, воздух. Снова сон, снова кошмар и снова тот же самый исход. Это очень раздражало, как тем что он уже не в первый раз переживает там, где по идее он должен расслабляться от тяжелого дня ясной жизни, свою близкую смерть, так и тем что это не может дойти до конца. Только только он начинает закрывать глаза, ожидая луча света в конце тоннеля, как его тут же встречает посреди темных суток осточертевший, блеклый потолок их комнатушки. Раздражение могло бы вылиться и на его лице, нахмуренными бровями и сжатыми зубами, но тишина дома и спящая в паре метров от него, удерживающая на ногах звезда всего мира не давало ему этого сделать. 

"Ммм. В этот раз сон был гораздо реалистичнее" - заключил младший сын хозяина семейства стирая пот со лба простынями и потянувшись к заготовленному на ночь, никем иным как вызвавшейся помочь девушкой, стакану с водой - "Возможно это результат температуры. Хотя, она уже почти спала. Выпью и попробую вернуться ко сну. Сомневаюсь что кому то будет интересно выслушивать мои небылица..." 

"Санни? Все в порядке?" - тихий, заспанный голосок нарушил слоенную тишину, от чего ребенок повернул голову к источнику. На своей кровати, с разбросанными во все стороны, струящимися на ткани волосами, на одном локте, щуря глаз, Мари включила стоящую рядом лампу. Несмотря на сморщенное от яркого света лицо, очень похожее на реакцию вампира, из старых черно белых фильмов, при виде чеснока, она была все такой же неописуемой красавицей, из-за которой Хиро завидовали все парни в его классе. Она смотрела на младшего братика с определенным беспокойством, любопытством и удивлением, перебирая варианты того, что могло вызвать у ребенка резкое поднятие по стойке смирно. - "Опять страшный сон приснился? Ты уже давно их не видел. Последний был где то... Два месяца назад." 

Ложь во благо. Мальчик за такой короткий промежуток времени успел пережить по крайней мере целых шесть детальных, пробирающих до мурашек ужасов в своем мозгу, скрытых исключительно благодаря непомерным усилиям. Отказ от него родителей, смерть всех кого он когда либо любил, падение с бесконечной больницы, драка с каким то черным, похожим на Бейзила силуэтом в искореженной версии церкви, пожирание пауками и раскрытие пугающей правды. Все шесть он сумел удержать в тайне от Мари, которую он не хотел тревожить по таким пустяковым мелочам. У неё практики, доп занятия, готовка и репетиции, так зачем прибавлять к и без того полному списку дел лишний пункт? Правильно незачем, ведь для Санни, главное быть правильным человеком, а как говорил отец: "Правильный человек - это тот, кто умеет противиться своим желаниям.".  

Так или иначе, парень ответы обеспокоенной сестренки утвердительным мычанием, получив в ответ уже знакомую реакцию, кою он так сильно лелеял изо дня в день. 

"Хочешь сегодня поспать вдвоем? Я знаю что мы уже давно так не делаем, как никак мы уже не те невинные детишки, но если это поможет тебе нормально поспать, то прошу." - откинув в бок половину одеяла, Мари дала лунному свету полностью покрыть её закрытую, до последней секунды, изголовье кровати, с надписью "Юва" от производителя данной мебели, и свою белую пижамную ночнушку. Она сидела на ней как на вырезанной греческой статуи, очерчивая каждый развивающийся с прохождением созревания изгиб. Возможно раньше первым делом увидев возможность, укутался бы вместе с ней под одеялом, дав её рукам обвиться вокруг него и притянуть к себе как можно ближе, как она всегда это делала в их совместном разделении кровати. Но в этот раз, Санни колебался. Он немного ерзал по своей перине, чертил пальцем круги на пододеяльнике и неловко отводил глаза в сторону, стараясь выдавить из себя отказ от по жестокому дорогого предложения. Ведь это будет правильно. Он не займет свободное для неё место, не будет ей надоедать ночными дрыганиями во сне и не поспособствует ухудшению самочувствия барышни. Он примет решение, достойное нормального ребенка. Решение не надоедать своей сестре, и без того тихо его терпящей. 

"Ты уверена что не против этого?" - своим типичным шепотом, юноша подтвердил бушующую в своем сердце неуверенность и разделение в желаниях, глядя то на приказывающие ему лечь обратно подушки, то н милостиво выглядящую сестру. 

"Солнышко, тебе не нужно беспокоиться по этому поводу. Если хочешь, можешь в будущем всегда ложится ко мне когда у тебя бывают кошмары даже меня не спрашивая!" - спохватившись о своих словах, после секунды другой задумчивости, она покачала головой, хихикая одновременно - " Хехе, не не не. Конечно тебе стоит сначала разбудить и спросить меня прежде чем сделать что-то подобное, но я это просто к тому чтобы ты не забывал о правилах приличия. Ну если короче... Я всегда тебе помогу Санни, если у тебя будут какие то проблемы, как например нынешняя. Расслабься... А теперь тащи сюда свою мелкую задницу. Пока я не замерзла тут." 

Здесь, юноша получил полный карт бланш на действия. И даже с ним, он продолжал сомневаться, напоминая самому себе о её устоявшейся привычке намеренно скрывать от остальных истинные чувства, лишь бы оказать услугу для дорогих ей людей. Сдерживающий фактор пригвоздил мальчика ненадолго, ведь его сила воли пока что не настолько могущественная чтобы противостоять безлимитному обоянию старшей сестренки. Осторожно спустившись с кровати, устояв на ногах, он делал шаг за шагом к терпеливо ожидающей даме, стараясь лишний раз не испытывать судьбу и издавать минимальное возможное количество звуков. Со стороны, это походило на испуганную лесную зверушку в беде, увидавшую человека и попытавшуюся выпросить чего нибудь сьесного. Похожая энергетика шла от осторожных шагов парнишки. 

Вот, после десятка таких телодвижений, маленькое тело легло напротив большего, моментально укрывшись под тяжелым одеялом. Знакомое, лелеющее чувство безопасности и уюта образовалось вокруг и внутри корпуса Санни, наложив на него незамедлительный эффект дремы. Где где, но на кровати Мари не могло появиться плохих снов. Возможно дело лично в ней, или же самой смеси металлических труб и идеально упругого матраса, а может быть в обоих факторах одновременно, но личное место для сна лучшей подруги и родственника юноши будто отталкивала весь пропитавший воздух негатив. Настоящий оберег от злых духов, такие как продававшиеся на земле его прабабушки, но из железа и с живым элементом на нем. Кто знает, Санни даже может понадобится когда нибудь проверить каркас на наличие магических символов. 

"Уютно?"- спросила девушка, погладив младшего по волосатой макушке от начала роста волос и дальше по затылку. В ответ, юнец придвинулся к неё поближе, углубившись в ложбинку под её подбородком. Тихенький смешок второй женщины в доме окрасил уши в красный, одновременно смазав их как медом. "Я приму это за да. У нас завтра долгая репетиция, так что спи хорошо Солнышко. Спокойной ночи.".  

К сожалению, ответного пожелания не последовало. Не было ни мычания, нестандартного угу. Только внезапный, напуганный вздох, от чего тел мальчонки содрогнулась в объятиях его сестры. Напоминание о скором новом дне, полном игре на скрипке, скрипучих ошибок и холодных просьб повторить неправильно исполненную часть, разрушило дымку приятного оазиса, вернув его с небес на землю. Это заметила к ужасу мальчика и обнимавшая его сестрица, мигом поменявшая лицо и опустив его вниз. "Санни, я сказала что-то не так? Обычно ты всегда желаешь мне в ответ." 

"Все нормально, просто..." - начал было ребенок и быстро остановился, думая о том, как бы сбросить с хвоста взволновавшуюся упертую сестрицу. Из всего своего прошлого опыта, он знал на сто процентов, что она не перестанет его допытывать до тех пор, пока его воля не откажет и не выпустит на волю все присутствуюшие эмоции. В этом они похожи, потому как стоит Обри о чем то умалчивать в их регулярных разговорах на качелях, как пацан тут же закрепляет свои молчаливые глаза на её отказывающийся говорить мордашке, пока она наконец не сломается. Здесь же, имея в одной комнате дуэт пробивающих безмолвную тюрьму брата и сестры, ситуация получилась далекой от успеха. Но на сей раз, находясь в крайнем положении, ему пришлось рассказать хотя бы толику пугающих его вещей. Хотя одна из них, как он молится на это, никогда не покинет его уста. "Меня кое что беспокоит..." 

"У? Ты сейчас имеешь ввиду тот разговор что у нас был по приходу домой? Как я и сказала, ты..." - девушка вздохнула, стоило её почувствовать намек на знакомую неуверенность очаровательного братишки, и она уже была готова повторить свои слова о безоговорочной любви к нему, как её прервали телодвижения пацаненка в её хватке. Выкрутившись из объятий и усевшись на пятую точку, готовясь скорее всего к не наилучшему обсуждению заботящих мелочей, он посмотрел на неё своим всем известным покерфейсом, с тонкой щепоткой нервозности. Заметив изменение в поведении, Мари решила сыграть по его правилам, и опираясь одной рукой в матрас, приподнимая туловище, чтобы не садиться на больное колено, посмотрела ему в ответ. 

"Нет... Это не связано с нашим разговором..." - отразил Санни, отведя взгляд и неуверенно потерев локти, через какое то время собрался с силами - "Это... Насчет репетиций... " 

"Репетиций? А что с ними не так? Мы двигаемся в спокойном темпе, никуда не торопимся, изучаем партию за партией. Есть конечно пару заминок в твоей игре, но ты ведь новичок и это вполне нормально." - заговорила излюбленная фанатка детальности, дотошности и идеального подхода, перебирая известными им обоим факты, от чего на моменте с ошибками брата он невольно дернулся - "Тебя что-то в этом беспокоит?" 

"Да... Не это не касается самих тренировок... Это скорее связано...." - Тут выговорить необходимые слова было сложнее всего. Может он и боялся страшных, несуществующих чудовищ в шкафу или под кроватью, но ничто не стояло близко с страхом причинить боль любимому человеку, неважно моральная или, особенно, физическая. Ему было страшно предугадывать возможный шок, что отобразится на её лице, когда слова вылетают как стрелы из его рта, пронзив чистейшее сердце, из созданных на планете земля. Но назад дороги нет. Он уже начал выговариваться, а взгляд девушки не оставлял ему ни шанса на побег, потому, он позволил губам двигаться в удобном им ритме. "С тобой... Твоими... Изменениями." 

"Что? О чем ты говоришь?" - та самая реакция заняла пост на лице дамы, отобразив неверие и растущее семечко страха. Ему оставалось только надеяться, что дальше не станет хуже. ""В смысле изменения? Я вроде бы все та же старая Мари. Разве не так?" 

"Нет... Ты изменилась... Очень сильно... Остальные этого не замечают, но я это вижу... " - С каждым сказанным словом, поза девочки менялась прямо у него на глазах. Яблоки становились больше и выпуклее, нарастая от поглощающего их изнутри загадочного неверия, та рука, что свободно лежала рядом с её животом, теперь нервно перебирала край ткани, растирая и оставляя видимые вмятины. Санни был готов сблевать от одного только факта, что его слова вызвали у неё такую реакцию. Но уже ничего не поделаешь, кроме того чтобы закончить начатый монолог. "С того момента как ты предложила нам сыграть вместе.... и на каждый последующий практике... Ты начал вести себя по другому..." 

"Как именно по другому?' - слова сестры дрожали, паря и шатко долетая до осветленных лампой ушей. Былая звучность, ритмичность и живость в голосе испарилась, заменившись холодом нарастающей паники. Все становилось только хуже и хуже. 

"Твои объятия.... Они холодные и не такие долгие как обычно... Твой голос во время занятий... Пустой и полный... А указания которые ты даешь... Они кажутся неправильными... Будто бы ты с чем то борешься... Что происходит с тобой, Мари?" - проницательность Санни ударила её со всей имеющейся силой, ибо она, не в силах встретить напрямую любознательный взгляд младшего брата, пораженно опустила голову вниз, доведя сердце юноши до очередной трещины. "Я в этом виноват?.... Я провинился или недостаточно быстро учусь?... Пожалуйста... Скажи хоть что нибудь... Я постараюсь сделать все что в моих силах...." 

После этого, настала напряженная тишина. Мальчик, как это было заведено во всех односторонних разговорах, терпеливо ожидал, хоть и чуть ли не разрывался от желания побыстрее получит облегчающий, или наоборот удручающий ответ. Сестрица в свою очередь, только по одному взору это было очевидно, не понимала что ей сказать. Она открывала рот пару раз, пытаясь что-то сказать, хоть как то разрушить обрушившуюся на них обоих безмолвие, но все было тщетно. Пока в один момент, он не услышал самый усталое бурчание за всю осознанную жизнь.  

"Это просто..." - начал была Марина недолго думая, она разразилась недовольными бессвязными звуками, являющимися чем то средним между сдавленным зубами криком и бурлением. Странная смесь, но определенно помогающая ей, потому как затем её осанка изогнулась, расслабилась а рот выпустил на волю все сдавленные, на первый взгляд, эмоции. За одни сутки, мальчику довелось увидеть целых два раза, как идеальная маска порядочной безупречной сестры сползает с милейшего личика, обнажая ворчливого, стереотипного подростка. И если честно... От этого ему даже стало немного лучше на душе, осознавая что Мари, из всех людей, позволила ослабить свою позицию перед ним, обычным заурядным ребенком. "Аррргх! Блять, ну что же это такое творится... В этом нет ни капли твоей вины. Будь в этом уверен. Я просто подросток, Санни. В этом вся проблема. Я подросток с обязанностями таких масштабов, что даже большинство взрослых в нашем городе живут более спокойно и небрежно. Приготовь всем завтраки, подготовся к десяти часам учебы, позанимайся дополнительно с вами шалапаями, будь прилежной девушкой испанского кавалера идиота, ежедневно тренируйся на этом старом дребезжащем пианино и еще куча других дел лежат только на плечах обычно пятнадцати летней девочке подростку. Прибавь к этому еще переходный возраст, гормоны бьющие по тем местам куда не стоило бы, переживания насчет дальнейшей жизни и получишь результат в виде всего этого..." - долгий, полный эмоций выговор Мари в конце концов окончил свою яростную энергетику, от чего та смогла сфокусироваться и увидеть все такой же выжидающий взор черноволосого мальчугана, которого она не замедлилась погладить по макушке - "Да, так что прости. Ты просто попал под перекрестный огонь моих воспаленных работой нервов. Обещаю что не буду больше так с тобой обращаться, прости." 

"Неужели взросление - так сильно выматывает?" - вопрошал малыш, не двигаясь ни на миллиметр во время поглаживаний великовозрастной сестренки. Все таки, хоть он и не заслужил такой дорогой почести, но принять её был обязан. 

"Уууу. Ты себе даже не представляешь." - с её ненавидимой всеми ухмылкой, она искренне жалела милого и невинного Санни, которому только предстоит пройтись через ужасы наступающего пубертата - "У тебя появляется больше занятий, вещества в твоей крови буквально создают из тебя помешанного, неконтролируемого психа а каждое слово родителей становится как по злому заклятию в разы острее чем раньше. И это я еще не говорю об одной другой теме но... Ты еще слишком маленький чтобы знать о таком. Думаю, мне нужно будет через годик другой устроить тебе Разговор, вместо родителей. Не хочу чтобы тебе пришлось слушать о таком от них." 

"Вот оно как..." - промычал Солнышко, решив на время отложить вопросы о некоторых конкретных вещах, сосредоточившись на молчании и позволении морально истощенному подростку высвобождению. 

"Самое ужасное в этом то..." - голос девушки на мгновение потускнел, когда к ней на ум пришла печальная мысль, часто преследующая её день ото дня - "Что с возрастом ты меняешься. Этого невозможно избежать. Ты получаешь новые знания, черты характера и лучших друзей... Но так же теряешь то что раньше заставляло тебя радоваться, уникальные особенности и людей, коих ты мог назвать любимыми. Из-за их или твоих изменениях, они начинают выглядеть ненормальными. Чужими и юродивыми. Потому то я и перестала общаться с прошлой группой друзей моего возраста, с коими общалась до встречи с нашей нынешней компании. Мы просто пошли по разным путям." 

"Но..." - зародившаяся идея испугала мальчика до глубины порочной души, от чего тот, не сумев придерживаться изначальной идее, все таки открыл рот с намерением высказать переживания - "Не значит ли это что в будущем... Мы тоже пойдем по разным путям?... Что... Я стану ненормальным в твоих глазах и ты... Захочешь больше никогда меня не видеть?" 

Ответ последовал через короткую паузу. Посмотрев на младшего брата, того чьим первым словом было коряво сказанное ей имя, она осторожно, с максимальной нежностью обвила руками это крохотное тельце, даря холодному ребенку свое сердечное тепло. Он, как и ожидалось, дрожащими ручонками ответил на объятия, положив кисти на лопатки красивой девушки, чтобы потом услышать слова, которые он будет холить и лелеять до конца смертной жизни. "Я не позволю этому случиться. Как бы не повернулась наша жизнь и где бы мы не оказались... Я всегда буду на твоей стороне, даже если ты ненормальный. В конце концов, ненормальные должны держаться вместе" 

С этой фразой, полностью заверяя правду в своих сказанных словах, она выключила лампу на прикроватном столике, и не разрывая обнимашки, уложила их обратно на перину, укрывая под одним одеялом.  

"Спокойных снов Санни. Я обещаю что больше тебе не нужно будет волноваться." - сказала она практически материнским тоном, проводя пальцами по затылку своего родственника.. 

"Спокойной ночи..." - этот разговор получился намного лучше чем он ожидал. Ему удалось сдержать слезы, он не сорвался на неразборчивые заикания и смог получить долю правдоподобных ответов, несмотря на то что его параноя твердила красными буквами о нераскрытой тайне. Сегодня он проигнорировал голос, насладившись результатом и уж почти отправился ко сну, пока не вспомнил о последней, важнейшей части завершения дня. "Мари?" 

"Мм?" - издала девица, приоткрыв один заинтересованный взгляд. 
 

"Я люблю тебя..." - Это утверждение не было шатким или же не до конца уверенным. Это был прямой, неопровержимый факт, заходящий за грань дозволенного. И то что ему разрешалось, он решил донести в простой трехсловной фразы. 

"Хе. Я тоже тебя люблю мое Солнышко. Ты себе даже и представить не можешь, как сильно..." - Эти слова стали последним для сонного, заболевшего ребенка, прежде чем тонкие, элегантные руки девушки притянули его поближе к ней, отправляя мальчика в страну незабываемых ночных чудес. Санни переживет еще немало таких ночей, но именно эту он запомнит навсегда. 

Chapter Text

"Да сэр. Я обещаю, с ней и вашим сыном ничего не случится. Нет, Мистер Судзуки, мы доехали до пляжа в целости сохранности и никто не пострадал. Даю вам слово, все будет в порядке и я пальцем не трону вашу дочь. Угу. Понимаю. Еще раз прошу прощения за то что так поздно вам отзвонился. Разумеется. Вас понял и всего наилучшего!"  

Намасленный голос испанца в плавках раздавался почти что на весь участок выбранного группой берега. Телефон, серая кнопочная раскладушка, издавала электрочастотные, высокозвучные наставления главы азиатско - американского семейства, пугая до чертиков дрожащего от страха поваренка. Бейзилу было очень весело смотреть, как обычно стойкий, вежливый и сладкоголосый юноша, превращается ни во что иное как кучку нервозного сожаления, не способный справится с жуткой энергетикой грозного мужчины. Хотя он и не мог отрицать, что в какой то степени сочувствовал потеющему, и не от палящего над головой солнца, мальчику. У Хитоши была зловещая аура, ощущаемая всеми кто стоял близ него в паре метров. Потому, мальчик был крайне впечатлен, узнав что план Хиро сработал и ему удалось уболтать не только вороно волосых брата и сестру, но и предводителя их семейного древа, что обычно требовало даже от самой Мари, родной и любимой дочери стоического отца долгих ночей бурных обсуждений. Видимо, знаменитый шарм испано говорящего подростка умеет сгладить неровности даже такого человека как он. 

Прошло уже более трех недель с того момента, как случился несчастный случай на раскрытом Келом озере. Сказать что это был один из худших дней за полугодие, было бы оскорбительным преуменьшением. Сначала допытывания до его успеваемости, затем скучные лекции о необходимости их сыну общаться с более, как они выразились, высоко интеллектульными учениками чем его лучшие друзья, постный обед в какой то вычурной забегаловке, чья еда проигрывала по всем фронтам в пункте "цена - качество", а под конец и вовсе попытка убедить его переехать жить с ними в большой город, подальше от бабушки и семьи, задабривая его большой дорогой комнатой.  

Ох, Бейзил был по натуре тем еще божьим одуванчиком, часто заикающимся и нервничающим в самых безобидных человеческих взаимодействиях. Но когда снобы папа и мама в который раз, "любя" посмеялись над его увлечение ботаникой и выращиванием свежих овощей в саду, идея использовать полученные из криминальных драм навыки показалась ему очень даже заманчивой. В тот день, подсолнух вернулся к себе в домик уставшим, злым и угрюмым, от чего он даже пнул ногой один из своих нерастущих цветков, конечно же потом слезно извинившись перед ним, и уже собравшись провести весь оставшийся вечер за беседами с бабулей, одновременно готовя их любимый яблочный пирог, получил неожиданное известие. 

Всего за два часа до его прибытия, лучший друг, человек способный выслушать любую глупость, встать стеной перед обидчиками и влюбить его в себя, чуть не погиб, пережив несчастный случай в некоем месте за пределами границы Фаравейского парка. Спасением послужила бравая Мари, решившая проверить группа негодяев в свой свободный час после сольного репетиторства, появившись в нужном месте и в нужный момент. Бабушка узнала об этом из телефонного разговора, полученного от позвонивших им матери и отца Санни, сразу передав новость напуганному мальчишке. В тот момент, он позабыл о всякой усталости, истощение или лени, выбежав из-за порога дома и оставив за собой пыльный след, бегая как гепард к дому пострадавшего юнца, не боясь гневного наказания от единственного попечителя за выход после комендантского часа.  

По приходу домой, его там встретили Обри с Келом, захотевшие точно так же как и он проведать несчастного утопленника, и благодаря раскрывшийся двери от рук усталой, вымовшейся, но определенной опечаленно случившимся Мари, им это удалось. Тогда, троица пролила немало слез перед сопящим бледным ребенком, благодаря от всей души смелую, альтруистичную девочку вундеркинда, поражаясь её самоотверженности. 
 

Как потом выяснилось, всему виной послужили два немало значимых фактора. Заходящая за рамки адекватных понятий доброта Санни, и манипуляции им со стороны Генри Родригеса. Кел пытался взять часть вины на себя, поступая по удивлению взросло для своего малого возроста, Обри пришлось признать такой неприятный лично для неё факт, но скорые заявления о том, что он просто ребенок, остудили виноватого спортсмена. Что же касается пятнадцатилетнего подростка, то ему прилетело ото всех и в дюжинам размере. Он был готов принять любую необходимую ответственность за свой бездумный проступок, будь то наказания от родной семьи, угрозы со стороны отца его девушки, их кстати не последовало, или рассерженные крики эмоциональной Обри. Но вот то, что он не был готов принять, так это наказание от второй половинки, чье похожее, но гораздо более жестокое и негативно настроенное положение, стало тому настоящим адом. Бейзил еще помнит к своему шоку те безумные, граничащие с конспирологии теории по поводу одного из прочитанных им романов. Видимо, светлая часть воображения перешла к, иронично, названному соответствующе ребенку. От истории про пощечину, крики и болезненный удар по причинному месту, ботаник не мог не сжаться в кресле, в котором все слушал. Но последовавшие за тем днем, превратили улыбающегося, позитивного человека в тяжелом раскаявшегося, серого подростка. 

Мари наотрез отказывалась проводить время с Хиро, буквально терпя его присутствия на всех прошедших за двадцать один день пикниках. Это были очень... специфические прогулки, если быть точным. Улыбка девушки еще никогда не воспринималась детьми так жутко и злостно, крича о том что барышня просто держит фасад доброй и спокойной барышни, пока в её голове уже варятся тысячи способов как сделать так чтобы он пожалел о своем рождении. Это не остановило целеустремленного в налаживании отношений обольстителя от намеченной цели, пока он пер напролом, принимая лицом каждый отказ в свидании и приготовленных сладостях.  

В какой то момент, чтобы использовать ультимативное оружие, старший сын из двух братьев чуть ли не умолял Бейзила дать ему его лучшие цветы, в качестве извиняющегося подарка. Ландыши, выращенные лично ботаником в течении долгого количества времени, с дорогущими удобрениями и ценной любовью молодого человека, как только были предложены девочке с сияющей улыбкой испанца, в скором времени обратились в пепел, после того как Мари забрала, вылила на них из канистры бензин на подьездной дорожке и подожгла. Невинно улыбаясь, как будто сейчас она не выглядела как военный преступник психопат. Кем она впрочем и стала в глазах блондина.  

Их игры с любовью и ненавистью встали поперек горла всем избегающим конфликта детям, даже Санни, от чего те, как только появился шанс, сели за стол переговоров, чтобы положить конец этой раздражающей идиотии. В течении долгих дебатов, слов и даже признания невиновным главной жертвой его поступка, Энрихе Генри Родригез был обьявлен прощенным, и после череды извинений от пианистки, компашка наконец то вздохнула, понимая что им не придется и дальше выслушивать их бесящие терки. Да и к тому же, готовка получается гораздо лучше, когда они работают в команде. Бейзил очень скучал по приготовленной вместе курице, от чего тот даже решил отбросить на время свое решение стараться не есть мясные продукты. Ради их блюд, даже начинающий вегетарианец откажется от своих условий. 

Однако, по прошествию пары дней уже после сердечного воссоединение как пары, Хиро все еще чувствовал вину за весь нанесенный вред, как брату с сестрой, так и остальным малышам. Вся его фрустрация, вина и сожаление вылилось в гениальную, трудновыполнимую задачу, чье появление в мыслительном потоке провинившегося, привела их как раз на этот заполненный прекрасным материалом для постройки величественных замков пляж, над законченной версией которого и нависал покрытый солнцезащитным кремом парень. Его предложение приняли все, хотя одна пара азиатов разного возраста изо всех сил пыталась убедить полного в себе паренька не идти на такие риски, и, судя по радости на обоих загорающих лицах, счастливо оказались не правы в предположениях. Бейзила полностью устраивал такой расклад вещей. Бойфренд и его девушка помирились, теперь будучи решительно настроенными на спокойные, любовные взаимоотношения, друзья веселились, занимаясь кто чем, а он мог позволить себе пару минут спокойных размышлений, наслаждаясь палящим солнцем над бледной головой. 

Пока что, за все то время что он провел в группе, все шло более менее хорошо. Разумеется, не без пары громких конфликтов, но этого нельзя избежать нигде, а уж в особенности в компании из гипер активных, ищущих приключения на свои попы, детей. Некоторые смешные, некоторые серьезные, но каждый из них преподал молодому гербаристу важные уроки, такие как о необходимости всегда решать конфликт словами, открывать другим свои чувства и быть готовым прийти на выручку одному из окружающих его людей. Казалось бы, банальные заметки, обычно закрепившиеся еще в ранние детские года, после тех долгих наставлений от бабушки. Но полученные уроки чем то похожи на семена. Пока ты их не польешь, не удобришь и не проверишь их состоянии, они не вырастут в прекрасные, завораживающие растения. Любому такому уроку нужен опыт, практика и напоминание о важности, ни то, время будет потрачено впустую. И Бейзил был безумно благодарен, что он усвоил для себя в очередной раз что-то новое. 

К сожалению, с появлением в его руке особенно напоминающей о ком то формочки для песка, его позитивные мысли были прерваны, связавшись разошедшейся нитью с новой, более сложной и укомплектованной. И нить это вела только к одному человеку на этом пляже. Санни Судзуки. Его лучший друг, верный слушатель и человек, в коего он влюблен. До сих пор, несмотря на то что с момента косвенного отказа в чувствах прошло уже более полугода. Долгие, бесонные ночи были потрачены на принятие того факта, что сердце обожаемого им человека лежит в другом направлении, и еще больше, тратится и по сей день на смирение с необычным интересом солнечного мальчика. И пока что, получалось у него это с трудом. Не потому что юноша боялся самих чувств, судя по тому, как их разговор на той автобусной остановке чуть не привел к горьким, редкостным слезам, а скорее, здесь работал фактор знания об этих чувствах.  

Причастности к сокрытию столь серьезной, строжайше секретной правды.  

Бейзил умел хранить секреты, зачастую себе во вред. Он мог спокойно скрыть на долгие месяцы, годы информацию о том или ином происшествии, если это касалось друга, родственника или же хорошего знакомого. Как пример, Обри и до сей поры не знает, что подаренный ей на день рождение плакат, на самом деле был куплен нашим блондинисто головым, а истина была утаяна от влюбленных ушей барышни ради попытки привить к юноше подобие романтических чувств. Называемый растением ребенок до сих пор, между прочим, не знает, успешно ли или нет. Единственное что было ему известно, так это то что после инцидента на озере, между ею и младшим азиатом из группы что-то да произошло, от чего малышка начала вести себя гораздо спокойнее и уравновешеннее, не бросаясь на любовный интерес при любой возможности. Возможно, он мог бы пойти и спросить его. Да, поездка на пляж была организована чтобы расслабить команду непосед, позволив им веселиться и не думать ни о чем серьезном, но любопытство уже взяло верх над здравым смыслом, послав нужный электрический поток в ноги и перемещая им по пещанной поверхности. 

Под его ногами, лежала голова. Не отрубленная а закопанная, благодаря усилиям целой троицы озорников, его, Келси и Оберджайн. Щечки покрылись румянцем, глаза мирно закрыты, ловя на себя лучи своего тезки, губы выгнуты в еле заметной, но умиротворенной улыбке. а почти что белая кожа покрылась там и тут разноцветными песчинками. Бейзилу это показалось очень, очень милым, и он не жалел и секунды о выкапывании той большой ямы, даже если после этого ему пришлось долго отдыхать от усталости.  

“Хей Санни!" - поприветствовал мальчонка, присев на корточки перед малышом и настраивая фотокамеру для запечатления такого красивого личика. После щелчка и звук высовывающийся фотографии, стремительно убранный в сумку для его фотоаппарата, он увидел поднимающиеся, хлопающие при пробуждении веки, а затем и как всегда пустой взгляд друга. 

"Я песочный хранитель, защитник песка" - c, к дичайшему шок у блондина, глубоким, монотонным и зловещим, по стандарту школьника его возраста, голосом, младший брат сестренки группы высказал свою первую реплику проснувшись ото сна, призвав к глазам Бейзила огромные чайные блюдца. 

"ПФХ! С-Санни!? Какого черта!? Хехехе, блин, нам нужно начать запрещать тебе быть Хозяином подземелья в наших партиях Подземелий и Драконов!" - через смех и навернувшиеся слезы, еле выдавил цветочник. У группы относительно недавно завязалась занимательная привычка, собираться по воскресениям и проводить долгие часы в спальне Хиро и Кела, путешествуя по сказачным фентезийным мирам, по очереди вступая на пост ведущего всей партии. Последние несколько игр, было принято всем составом передать под обязанности бедного мальчонки, что по итогу привело к одним из самых странных сюжетных приключений за все сыгранные сессии. Кто же знал, что космо фентези это вещь? 

"Нет... Мне нравится вести ваши истории... Позволяет мне почувствовать себя... крутым..." - с румянцем на щеках и уверенной ухмылочкой прошептал малыш группы, вновь погрузившись в свои сновидения наяву. Заявление было полностью справедливым, потому как он, единолично, всего за пару пещер, полных бесами и скелетов наездников, побил до последнего лидирующую компанию Генри. Бейзил еще никогда не видел настолько удрученного своим поражением испанца. И как бы ему не было противно это признавать, но он выглядел крайне уморительно с своим стоическим, серым, безжизненным лицом. Эх, молодость... 

"Эхе хе. Ну как скажешь Санни. Не против если я присяду рядом?" - ответ поступил в ту же секунду, когда последний слог вышел изо рта стесняющегося, близкого к подростковому возрасту человека, в виде любимого всеми за милоту кивка - "Спасибо!".  

Поблагодарив собеседника, держащий в руках камеру уселся справа от солнечного пацана, вытряхнув из плавательных шорт завалившийся туда песок. нагретая твердая поверхность тут же высушила последние оставшиеся напоминания о его окунание в воду, оставив юнца сухим, теплым и довольным. Неудивительно, что его другу так сильно нравится сидеть в его рукотворной яме. 

"Как сидится?" - из чистого любознания спросил цветочник, заранее зная ответа по этому умиротворенному лицу. 

"Очень хорошо... Хочу остаться здесь жить..." - мечтательным тоном выпалил лучший друг, не открывая глаз и практически светясь от комфорта. 

"Хех. Ну, не думаю что Мари или другие будут этому рады. Хотя, Кел скорее всего будет каждую неделю бежать к тебе от одного города в другой, чтобы повидаться и поваляться в песке" - смеясь от абсурдности некоторых решений непоседы заключил Бейзил. 

"Хмф... Да, в этом весь он..." - тихонько хмыкнул юнец. 

"Мда... Кхм! Лааааадно..." - протянул живое воплощение природы среди людей, глядя в разные стороны и проверяя что вокруг нету подслушивающий ушей, в частности две женственные пары - "Санни, ты не против если я задам тебе несколько вопросов? Просто некоторые из них очень серьезные, и я не хочу чтобы тебе было некомфортно, потому можешь спокойно оказаться на них отвечать! Честно, я не буду злиться!" 

"М?... Я отвечу... Это меньшее, чем я могу отплатить за твою дружбу со мной..." - промямлил ребенок, теперь полностью проснувшись и поерзав в клетке из песка, чтобы повернуться красным от солнца лицо к нему. Светловолосый юноша нашел немного в какой то степени нервирующим утверждение рассказавшего ему строжайший секрет, но сейчас он предпочел сосредоточиться на получение волнующих его детский ум ответов, оставив на потом странные фразы юноши. 

"С чего бы начать... Эм, последнее время вы с Обри как то странно ведете себя, если сравнивать то что было раньше и сейчас" - решив не мелочиться, мальчонка выразил прямейший из возможных фактов, застолбив Санни на месте с его непонимающим, очаровательным личиком. 

"Что ты имеешь ввиду?... Вроде бы все как всегда... Мы все еще друзья, как были так и остаемся." - неосознавая окружающих его красных флажков, лучик солнца в человечьем теле погрузился в вопрос с головой, пытаясь найти среди его фотографической памяти воспоминания о прошедших днях. 

"Ну как сказать... Как бы да, но как бы и нет..." - потирая затылок и нервно улыбаясь флорист подготовил заранее случаи, с разительно отличающимся поведением юной особы - "Обри все еще считает тебя своим другом, безусловно, но... Её попытки показать тебе свою, кхм, привязанность сошли на нет. Внезапно и ни с чего! Она ведь всегда была чуть ли не по уши в тебя влюблена, но тут изменилась до неузнавания! Это как то странно не находишь? Между вами двоими что-то произошло?" 

Санни оставался беззвучным. Он не подавал признаков вишнево алого смущения, или же дрожащего беспокойства, как обычно происходило при обсуждении волнующей или пугающей темы. Он скорее... Выглядел очень виноватым. Побежденным. Не как это у других детей выражается похожая эмоциональная реакция, опущенные глаза, мокрые веки и скорые слова извинений. Нет, ведь как и всегда, выросший отличающийся от остальных своим стремительным моральным взрослением, его ответное выражение показывало  гораздо больше эмоций, чем должен ребенка его возраста. Нечто подобное, ботаник видел осенью прошлого года. 

"Эм... Это... Сложно... Очень сложно..." - сплюнул Санни через силу, стараясь подавить нарастающие нервы и сохранять хладнокровие, глядя то на меняющегося в лице на серьезное Бейзила, то на плавающих вдали друзей. 

"Ничего... Я подожду..." - потаёонная, убранная в далекий уголок догадка, к великому сожалению юноши пробивалась вперед через другие варианты ответа, медленно занимая лидирующую позицию в неумолимой гонке печальных мыслей. 

"У меня и Обри... Был разговор... В тот день когда я упал.." - не имея возможности заглянуть в мысли закопанного друга, подсолнух мог ясно видеть иллюзорные облачка воспоминаний, всплывающие над головой задумчивого мальчугана - "Она хотела мне о чем то признаться... Знаю, я не настолько глупый... Это было признание, но оно было прервано благодаря Келу... Я отвлекся, оборвал нить разговора и по итогу... Скорее всего, Обри пытается сейчас разлюбить меня... Наши часы на качелях сократились наверное вдвое... Надеюсь что она сможет это пережить... Мне ведь вправду не хотелось чтобы она вот так себя чувствовала" 

"Оу... Вот оно как..." - в какой то степени, малюсенькой, незаметной, Бэзил почувствовал тяжелую долю упавшего с него волнения, осознавая что среди этих двоих не повисло никакого серьезного конфликта. Это не отменяло того, что ребенку было жаль девушку с разбитым сердцем. Она получила косвенный отказ и после всех тяжелых усилий чтобы показать свою любовь к одному странному человеку, ныне переживает серьезные моральные дилемы, чуть ли не разбиваясь на тысячи осколков на глазах у остальных. Возможно, ему следовало бы помочь ей справиться с трудностями. Подставить дружеское плечо, раз уж у Санни сейчас такой возможности нету. Его все таки волновали некоторые детали по поводу мотивации и отрекания от влюбленности близкого человека. Маленькая искорка надежды все еще горела в груди бледного, сидящего пацана, хоть темная правда и становилось только гуще. "Но... Зачем не принял её предложение? Ты вроде бы уже несколько месяцев просил у меня фотографии с ней, хвалил её выбор одежды, говорил комплименты и много много раз поддерживал. Какой в этом смысл давать ей все это внимание, и по сути влюблять её еще сильнее в себя, если чувства без ответные? Только если.... Ты все еще..." 

Простого кивка хватило, чтобы затушить и без того слабый огонек, растоптать тлеющие угли и изгнать из этого мира любые признаки нормальности в голове под его ногами. Только данное давным давно слово сдерживало юнца от потока более злых вопросов в его сторону. Снаружи он слова сдержал, но внутри все было гораздо комплекснее.  

"Я... Пытался уйти от неё... Влюбиться в кого то другого... Думал что это довольно таки легко, ведь вы все казалось бы быстро влюблялись и потом теряли... Интерес к своим половинкам... " - на этом моменте, Бейзил подметил свой рассказ Судзуки о влюбленности в Обри, что не очень его обрадовало, вызвав вопросительную палитру эмоций под этой травянистой кожей - "Я слушал её... Помогал ей... Поддерживал и восхвалял... Но ничего из этого не сработало!... Я все еще не могу разлюбить её..." 

"Мне... Мне все еще трудно принять тот факт что ты влюблен в кого то настолько близкого. Это сложно... Но это не значит что я злюсь на тебя или испытываю отвращение! Я держу обещание и хочу тебя поддержать." - как бы ему не хотелось чтобы это было чистейшей правдой, где то в его душе он осознавал, что в бочке этой очищенной, блестящей, питательной воды, еще осталась добрая кучка назойливых, размножающихся паразитов, желающих поглотить всю бочку и выйти наружу. Показать себя во всем своем ужасающем обличии. Но он не позволит этому случится, пока у него есть желание быть хорошим другом. "Но тогда еще один вопрос. Почему... Ты вообще её полюбил?' 

Этот вопрос был принят целыми тремя стадиями анализа от мальчика с чернющими глазами. Безэмоциональность. Состояние ребенка часто выступало на лице как своеобразный защитный механизм в стрессовых и не очень ситуациях, пытаясь огородить мальчугана его от переизбыточного стресса и волнений, заблокировав шанс на эмоциональную уязвимость, пока под поверхностью этой кожанной маски происходил самый настоящий фейрверк из чувств. Неопределенность. Постоянные изменения направления взгляда смешивались с потными ерзаниями в песке, будто тот пытался вытянуть руки из тяжелой бледно желтой кучи, чтобы сделать пару слов на языке жестов или составить формы для игры в шарады. Но в одиночку, ему это не удавалось, а значит оставалось только тереться боками от наждачкой подобные стены намеренно выбранного заточения. А затем настала последняя, и наиболее тревожащая реакция. Меланхоличное ностальгия. Соединив опечаленный, пустой рыбий взгляд и крохотную улыбку, мальчик вывел на свет такую силу, что разорвала сердце бисексуала на тысячи кусочков, не жалея ни минуты орган юного флориста. Бейзил увидел в этом лице сумасшедшее количество эмоций. Такие сильные, ненамеренные и исходящие прямиком из глубин души учащегося скрипача, кои невозможно скопировать даже проффесиональным кино актерам. Сожаление, вина, раскаяние, позор, мечтательство, счастье за прошедшие времена и горькое осознание невозможности того будущего, в коем ему так хочется жить. 

"Я..." - начал Санни, не снимая с губ улыбки и смотря мертвыми глазами в сторону моря, окрашенным в слегка заметный оттенок фиолетового, благодаря заходящему солнцу и голубым водам - "Не могу обьяснить это... Как нормальный человек... Здесь столько всего можно сказать, что я путаюсь перед вариантами... С чего вообще приступить... Но одно могу сказать точно... Я благодарен что она любит меня так... даже несмотря на то что она не была обязана этого делать..." 

"Ч-что?" - - Бейзил ожидал многих видов чистосердечного признания. Описания её внеземной красоты, навыков, или же важных воспоминаний. Но то с чего начал собеседник, было определенно чем то в разы глубже, чем стандартная влюбленность. 

"Я ведь.... Просто я.... Когда я появился в её жизни, она могла повести себя совершенно по другому... Как любой другой бы человек поступил... Заняться чем то более интересным, важным и полезным... Но она этого не сделала... Она приняла меня как самого важного для него человека... И спустя долгие годы лелеет меня просто за то что я существую... Я никогда не смогу понять почему она это делает, несмотря на сотни моих недостатков... Но именно за это я её и люблю... Она пообещала что мы будем держаться вместе, даже если я стану ненормальным... Я... Буду вечно хранить эти слова..." 

На этом, он умолк. По выражению лица Санни было ясно, что под первичным слоем эмоций скрывается еще по крайней мере миллионы разнообразных причин. Некоторые важнее, другие не очень, но уж точно заявить можно, что малыш группы в который раз доказал что среди них шестерых, он - самый эмоционально развитый ребенок, переживший то, о чем другие даже не догадывались. Так по крайней мере, вывел для себя Базилик. Больше ни единого слова не было вымолвлено после заключительного слога, и двойня мальчишек сидела в кромешном молчании, слушая звуки бьющихся об берег волн и наблюдая за веселящимися между собой знакомыми. Это было спокойно, расслабленно и приятно. Ради чего и приехала компания на сие побережье. Обри уже в который раз препиралась с Келом по поводу малейшего пустяка. Её взятый плюш, фиолетовый баклажан с усталым лицом промок насквозь соленой, уничтоживший до неузнавания игрушку, водой, и все благодаря ухмыляющемуся, без ответсвтенному Келси. Смотря на прерванную попытку утопить испанца оба засмеялись, один тихо другой погромче. Хиро и Мари лежали в обнимку на одном шезлонге. Поваренок устроился уставшим прямо на груди носящей фиолетовый наряд барышни. Фотография была сделана заранее, но даже сейчас, после целого часа отдыха от водных процедур, они все еще наслаждались присутсивем друг друга. Ну, или так по крайней мере казалось со стороны, ибо пока Санни старался не смотреть в их сторону, Бейзил подметил для себя занимательный факт. Уже, наверное в тысячный раз, пианистка выглядит обеспокоенной и неудобной, когда физический контакт с её возлюбленным происходил намеренно. Мальчик думал, что с началом их репетиций для концерта их общий стресс понизился, и девушка смогла наконец то насладиться проведенным временем с бойфрендом, но если учитывать те неровные губы и сжатые глаза, с потеющей кожей... Все становилось страннее и страннее. В особенности ему показалась странной эта теория, абсолютно глупая и идиотская, зародившаяся у него в голове. Такого ведь не может быть, не так ли? Чтобы она думала именно так? В такое, он поверить уже отказывался наотрез. 

"Так, все собираемся! Последний раз окунайтесь и идем к машине!" - прокричал главный отвечающий за отряд ребят подросток, первым приступив к сборке всего что было на песке. 

"Хорошо!" - хором ответили остальные, последовав команде юнца с гнездом вместо волос, кто как понял. Обри и Келси бросились в волну чтобы на как можно дольше запомнить ощущение биения потоков об свои тела, несмотря на то что их губы уже стали синющими, ведь следующая поездка состоится не менее чем следующим летом. Мари и Генри стояли на деревянном помосте, готовясь отправиться к автомобилю, где между ними завязался необычный диалог, которого мальчику услышать не довелось, помимо отдаленных слов. 'Спасибо', 'Прости', 'тебе не стоит так переживать', 'Это многое для меня значит', и тому подобное. Видимо, шарманка юноши про невозможность простить себя за событие месячной давности заиграла с прежней силой, часто пытающейся умокнуть из - за сил прощения понимающей барышни. В то же время, цветочники уже откопанный Сани, его удалось вытянуть из норы только благодаря готовке Хиро, заканчивали с упаковкой принесенных предметов первой необходимости, благодаря чему, через несколько минут, под акомпонимент кричащих чаек и бьющихся вод, компания тихонько потопала к парковочному месту, обсуждая интересные вещи что они смогли увидить и пережить на их двух дневном отпуске. 

"Ой! Санни" - спросила Мари, идя рука об руку дева с ним и своим бойфрендом - "Ты ведь не забыл покормить Мево перед уходом? Родители уехали в командировку, так что у них не было возможности положить ему корм в наше отсутствие, ты помнишь про это?".  

За время их отсутствия в Фаравее, даже Бейзил, добрейший человек, мужская версия Белоснежки, как его обычно называли в шутку в школе, тот кто мог назвать по именам каждого садового паука, забыл о существование черного котенка. Он был подарен девочке вундеркинду на её недавний день рождения, после чего окружен любовью и заботой всей группы. Хиро выучил несколько зарубежных, приготовленных специально для домашних питомцев семейства кошачьих рецептов, ненавидящий друг друга тандем из любительницы кроликов и любителя собак обеспечивали животинку физическими нагрузками, а брат с сестрой больше всех тискали его и холили. Больше всего в этом отличился тезка солнца, и флорист не имел ввиду тот раз, когда ни с того ни с сего, посреди трудной игры в Smash SpaceBros Melee он взял кота и с дикой уверенность обтерся об него лицом, вынюхивая и покрываясь черной шерстью. Здесь шла речь о том, как часто он проводил время с самым спокойным и ленивым кошаком на свете. Не проходило и дня, чтобы фотограф не замечал этих двоих сидящих вместе на диване, спящими в обнимку в общей комнате детей Судзуки, а иногда и гулящими без поводка или переноски по улице. Того гляди он станет негласным котенком Санни, а не Мари, если он будет проводить с ним столько же часов в сутки. Хотя, по сути своей, это уже произошло. Подарили питомца ей, но теперь заботится о нем он, играясь и живя с ним в обнимку, пока она старается жить с неумолимо несправедливым графиком. 

"Угу.." - промычал мальчонка, несмотря на сестру и тыкая пальцами по своей консоли - "Я насыпал ему миску с горкой... Должно хватить к нашему приезду". 

"С горкой? Санни, ему же нельзя так много. Он конечно растущий мальчик, но так он может и располнеть." - обеспокоенно посмотрела на него старшая сестра. 

""Небольшая проблема... Если он станет толстеньким, значит станет милее.... И обнимательнее" - как ни в чем не бывало ответил юноша, после чего вокруг раздалось несколько сдавленных смешков. В том числе и от Бейзила. 

После этих слов, компания еще какое то время шлепала шлепанцами по доскам пристани, натыкаясь на неожиданных знакомых, таких как семья Корфагос, и удивляясь местными артистами, по типу пожирателей мечей и огнедышащих развлекателей. Но любое путешествие подходит к своему логическому концу, и потому, сойдя с дерева на остывающий асфальт, они добрались до предоставленной отцом семейств Родригез Хонды Стрим.  

Уже поезженная, повидавшая далекая дали и рассказывающая своими царапинами невиданные истории из самых далеких краев Нью Мексико машина долго и без происшествий привела их на этот пляж, и, как надеялась шестерка, привезти их обратно. 

Ребята расселись каждый по своим местам. В заднем ряду от окна сели Обри, очень хотела посмотреть на закат, Келси, тоже хотел посмотреть на закат но его опередила девочка с бантом, Санни, последовал за остальной ребятней, и Мари. По её словам, ей было сейчас удобнее сидеть сзади из-за усталости и не желанию ловить на себя лучи падающего солнца через не затанированное стекло, а так же необходимость в случае чего успокить её разбойников, но что-то подсказывало Бейзилу, что она просто предпочла компании Хиро своего брата. Ну а на передних, как вы уже наверное догадались, расположились всеми известные горе повар и вытирающий волосы от водяного нападения спортсмена цветочник.  

Движок загудел, колеса закрутились, и вот, пересчитывая проносящиеся мимо них столбы, их поездка заканчивалась. Постепенно, вместе с солнцем, четверо участников группы отходило ко сну. Это был трудный день, им еще предстоит провести немало часов в дороге, и нет лучше способа, чтобы скоротать их во сне.  

Первый отрубился Кел, ровно как и всегда на любой из ночевок. За ним последовала Оберджайн, чье задумчивое даже во сне лицо он подчеркнул как невероятно очаровательное и великолепное. А под конец, в царство снов отправились два Судзуки, начиная с младшего и закончив старшей. Один положил голову ей на плечо, а вторая расположилась спящую щеку на черной макушке с двумя забавными листиками. Картина вырисовалась сама собой перед глазами зевающего Бейзила, и тот, в последний раз на сегодня достав свой фотоаппарат, щелкнул по красной кнопке на устройстве, осветив белым маленького мальчика и старшую девицу. Их близость теперь заключена на долгие годы, и не будет забыта даже когда они оба проснуться по возвращению в город. 

"Хе. Знаю, это наверное прозвучит странно... Но я в какой то степени завидую Санни" - внезапно для флориста заговорил Хиро вырвав его из полу счастливого транса. 

"Ч-чего? В смысле?" - растерянно спросил убравший в сумку камеру мальчик, повернувшись к ведущему машину пареньку. 

"Не подумай ничего лишнего. Просто смотря на то насколько они близки друг с другом, со всеми этими ласками, физическим контактом и прочем, я чувствую своеобразное чувство. Не то чтобы ревность, в конце концов он ведь её брат..." - сердце блондина пропустило удар - "а скорее своеобразную зависть. Да, мы тоже с ней довольно таки... МХМ! Близки. Но каждый раз когда я её обнимаю или стараюсь внести инициативу, она будто бы... Терпит это. Задавать тебе этот вопрос будет глупо, но возможно я что-то делаю не так?" 

"Д-да навряд ли." - выпалил заикающийся мальчик, не обежаясь на заявление старшего, потому как в скрытом смысле он был прав - " Ты ведь пытаешься изо всех сил помочь ей и стать ближе, так что просто хочешь сделать то что считаешь правильным. Но возможно... Ей просто нужно время для такого рода близости.' 

"Да возможно ты и прав... Спасибо за слова Бейзил. Правда, спасибо" - сказал благодарный водитель автомобиля, переключаясь на дорогу и оставляя юного ботаника наедине с своими мыслями, где он старался изо всех сил отбросить зародившуюся теорию. 

Chapter Text

"Хей! А ну успокоились немедленно!" 

"Но Кел продолжает говорить что его подарок больше понравится Санни!" 

"Так это же правда! Кто в здравом уме будет дарить мальчишке на день рождение диск с девичьим аниме про девушек слаймов? Это же глупо!" 

"Сам ты глупый! Притащил ему замотанную скотчем старую фигурку Космо парня. Ей блин больше лет чем тебе!" 

"Нгх! Это, между прочим, коллекционная фигурка, которую я достал в старой коробке хлопьев от Апельсинового джо! Чтобы ты знала, мне пришлось съесть все гранулы, дабы достать его." 

"Во первых - не легче просто достать игрушку со дна упаковки? А во вторых - Иу! Они же наверное просрочены!" 

"Так, слушайте сюда вы оба. Если вы сейчас же не заткнетесь, я клянусь Мево что ни одному из вас не будет позволено смотреть у нас по утру 'Космических пиратов', вы меня поняли!?" 

"Так точно мэм..." 

"Эм... Ребят? Мне кажется что он проснулся и спускается по лестнице." 

"Все по местам! Прячьтесь и не высовывайтесь! Выпрыгиваем только по моей команде!" 

"Всем сидеть ТИХО!!!" 

Вот, тишина погрязла в доме именинника и его старшей сестры. Все пятеро членов операции "Лучший день рождение" спрятались кто куда, чтобы не дать себя заметить медленно топающему по лестнице юноше дня.  

Идея была озвучена внезапно, за неделю до важного дня, Келом, любителем вечеринок и шумных мероприятий, так что тому факту озвучивание задумки именно им никто в общем то и не удивился. На бумаге все было просто, а вот на практике многократно сложнее. С приготовлением вкусностей и праздничного торта трудностей не возникло, как никак за это были ответственны Мари и Хиро, парочка с лучшими оценками по хозяйствоведению в школе. Но вот когда дело дошло до поиска и покупка подарков, в очередной раз, все пошло наперекор.  

История длинная, и если её начать рассказывать, то словарного запаса не хватит ни у одного писателя мира, когда дойдет момент до описания масштабов катастрофы. Потому, остается сказать что под конец дня закупок, полиция благополучно отпустила двух негодников, а Мари и Хиро принесли глубочайшие извинения перед стражами правопорядка за их поведение а также родителями загорелых детей, когда те устраивали им долгую взбучку. Но какие бы проблемы с законом им не упали на спины и какие трудности не встали у них на пути, оно того стоило. В конце концов, это день рождения Санни, малыша всей группы и хорошего мальчика, которого все любили почитали, несмотря на молчаливость и частое отсутствие самоуважения. 

В дверном проеме появился он. Крохотный, сутулый, потирающий глазенки именинник, с одной из своих многочисленных мягких игрушек на руках. Рот широко, что у обычных людей скорее называлось бы кратко, раскрывался от милейшего зевка, пока его глаза привыкали к утреннему свету. Серая футболка обрамляла контуры туловища, пока черные шорты сидели на талии, выглядят на нем как на деревянной кукле, или же плюшке для обьятий. Одна из милейших версий Санни, которых довелось видеть длинноволосой старшей сестре. Если судить по её заслуженному титулу "Судьи умилительности", то она бы поставила такому типу крепкую семерочку. Три балла вычтены из-за задом наперед одетого верха, через чур неряшливого внешнего вида, заходящего за рамки милой неуклюжести и пошатывающейся походки. В любом случае, оценить младшего брата она еще успеет, а пока нужно хорошенько напрячь ноги, голосовые связки и... 

"С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, САННИ!!!" - закричали все участники подготовки к празднику хором, выпрыгнув из своих мест и тем самым начав настоящую вечеринку сюрприз, о коем мечтал любой ребенок на свете. Кто-то выстрелил из хлопушки, другие напросто раскинули руки в разные стороны, а некоторые, Кел, вновь нацепили на себя дюжину разноцветных праздничных шапочек, задудив в любимую казу.  

Здесь, сработал один из немаловажных факторов, о коих знали поголовно в группе, но иногда имели неприятную привычку забывать. Как и Мари, её брат был необычным ребенком. И если о своих позитивных чертах он давал знать ежедневно, слушая чужие проблемы, помогая в мелких делах и поддерживая в трудную минуту, то вот свои плохие черты он привык тщательно скрывать от посторонних глаз, даже если этими посторонними были его ближайшие друзья. Он часто нарушал установленные правила, любил ехидничать, устраивать шутки нестандартного характера и всячески вел себя как настоящий гремлин. Но пара минусов была не настолько невинной, и чаще всего шла во вред только самому Санни. 

Мальчика часто ассоциировали с котом, и чем дольше ассоциирующие проводили с ним время, тем крепче убеждались в своем заявлении. Особенные индивиды даже пытались утверждать что в прошлой жизни азиат был котом, но эти додумки не вышли за рамки безабидных теорий. Юношу часто ловили на выпученном зрительном контакте, от которого людям становилось не по себе, в коротких снах, в неожиданных позах и местах, очень сильной физической привязанности к определенным персонам, угадайте с трех раз к кому это чаще всего относилось, и любви к быстрым перекусам. Добавьте сюда очаровательный внешний вид, симпатию к черному цвету и вуаля! У вас кошка мальчик собственной персоной. 

И ровно как и все коты в суровом, записывающим их на камеру, мире, Сонни отреагировал на внезапный пугающий фактора как настоящий кот. Паникой, непониманием и метанием по гостиной в тщетных попытках успокоиться. Реакция которую все заранее предугадали но искренне надеялись что она не станет явью. Увы, увы. Юнец подпрыгнул на месте, выпрямив все тело от неожиданного поздравления, и недолго думая, держа в руке подушку-игрушку, забежал за угол, пытаясь обработать полученные выкрики в его сторону. Заспанное сознание мальца только только начала приходить в норму от продолжительного сна, потому не удивительно, что он среагировал исключительно на инстинктах. 

Мари, Келл и Бейзил не могли сдержать прыск, вырвавшийся из их ртов и между зубов, когда им довелось увидеть такую потешную картину. Как всегда, Санни не переставал их удивлять своим поведением, веселят до коликов в животике, хоть и непреднамеренно.  

"Ахахаха!" - смеялась Мари, убрав руки за бока и без возможности остановить приступ умиления и смеха - "Боже мой, Солнышко, мы что, так сильно тебя напугали? Давай, эхехе, не бойся дурачок. С днем рождения!" 

В этот раз, когда голоса стали тише а улыбка на лице его сестры излучала умиротворяющую ауру, судя по изменению с шока вскриков на истинную заинтересованность этими словами, до него дошел настоящий смысл выкрикнутых слов. Девушка могла только наслаждаться тем, как с каждым прошедшим мгновением, глаза её младшего брата становятся только шире и шире, а на этих покрасневших щеках появляется та самая, скромная улыбка.  

Сестрица просто не могла сдержать неумолимый поток радости и счастья, ровно как и остальные, а потому, собравшись вокруг него, они заключили виновного в дне варенья мальчика в теплые, дружеские объятия. Обычно, такой спокойный и интровертный ребенок как он, не то чтобы сильно радовался физическому контакту, если он не производился по его инициативе. Но объятия всегда были, есть и останутся до последней секунды его существования наиприятнейшим видом близости, что он мог пережить. Все таки, а как иначе объяснить то, почему он по десять раз на дню любит обнимать её? 

Закончив с эмоциональными обнимашками, группа, хваля и подбадривая расчувствовавшегося Санни, перешла из укрытой декорациями гостиной в точно также красочную кухню, где его ждал настоящий шедевр кулинарного мастерства сегодняшних поваров. Работая непокладая рук, в точном и вычурном как механизм старых часов викторианской эпохи тандеме, Мари и Генри потратили не один час на создание двух этажного клубничного торта. 

Взбитые коровьи сливки, недавно собранные ягоды, выращенные специально для сегодняшнего дня бабушкой Бейзила, по меньшей мере пять сочных коржей, а на верхукше сего мастерства двенадцать сухих свечек, так и ждущих когда же их зажгут и потушат. Для юной девицы и известной последовательницы здорового образа жизни, потраченные часы на выпечку полностью себя окупили. И не только проведенным с друзьями временем, но и реакцией младшего брата, чей взор с каждой подожженной свечой становился радостнее и радостнее. Сестра даже начала немного волноваться, что такими темпами его бесконечно черные, но полные жизни глаза, вываляться из орбит и их придется втискивать обратно. Но благо этого не произошло, потому как теперь, маленький мальчик, которого она будет благодарить за существования до самой смерти, окруженный верными друзьями, на зашторенной кухне, склонился над верхушкой торта, сделанного исключительно в его честь, пока один светловолосый юноша устроился у него под носом, щелкая затвором камеры для запечатления одного из многочисленных событий группы.  

"Надо будет попросить цветочника дать мне копию этой фотографии..." - пронеслось в разуме у старшего ребенка семьи, пока её губы расцветали в скромной улыбке от наблюдения выражения юноши. Маленький ротик едва приоткрыт, глаза смотрят в незаканчивающиеся пламя, возвышающиеся над восковыми цилиндрами, а эта непослушная челка улеглась прямо между бровей. Этот день принадлежит ему и никому другому, а соответственно, никто не осмеливался прервать завороженного созерцания красоты одного из многочисленных подарков на сегодня. Ну, кроме одного мальчика... 

"Давай Санни, загадывай желание! Уже не терпится слопать этот торт!" - c текущей полоской слюны выплюнул Кел, тут же получив подзатыльник от брата и удар головой в плечо от подруги. Он хотел было вскрикнуть, недовольствующе опешить, но взгляды друзей его заткнули, даже не отвлекая виновника торжества от сгорающего вещества с нитками внутри. Возможно, Мари бы присоединилась к такому способу успокоения назойливого дурачка, но у неё были строгие моральные принципы и взгляды на подобные вещи. Ни один ребенок не должен подвергаться любому насильственному воздействию, даже в такой легкой и играючей форме. Она точно знала по своему опыту, к чему это может привести, и потому точно убедилась что ни с одним из её друзей, в особенности младшим братиком, ничего подобного не произойдет. Ей не будет прощения, если она когда либо допустит это. 

Через пару минут приятной тишины, иногда прерываемой чиханиями и кашлем, именинник набрал в легкие необходимое количество воздуха, и с громким выдохам, задул свои свечи, начав тем самым долгожданную вечеринку по случаю его даты. Все кричали, радовались, разливали газировку и готовили стол к особому завтраку, постоянно переговариваясь и закидывали Санни приятными словами, от которых ему было не увернуться, а в это время, мысли девушки закрутились вокруг одной необычной детали, что она подметила уже после тушения последнего огонька.  

Лицо её родственника всего на пару коротких мгновений изменилось, приобретя неприятно выглядящие черты. И здесь скорее шла не речь о буквальном смысле, а скорее о метафоричном. Он все еще улыбался, глаза горели а движения оставались мило польщенными. Но вот только радости в этом было чуть меньше. Эти действия и мимика принадлежали человеку, что скрывал под счастьем с добротой гложущую мысль. Мельком пробежавшую и исчезнувшую, как будто бы её и вовсе не существовало, но вызвавшую отчетливые последствия. Это обеспокоило подростка, но она решила не придавать этому особенного значения, спустив все на праздничную меланхолию, которая так часто настигает празднующих в самых разгар торжества. Она четко помнит свой юбилей в честь десяти прожитых лет. Малыша нарядили против воли в красочный галстук бабочку, от чего его недовольную рожицу она все празднование дразнила и подкалывала. Бесспорно любя, а не из злого умысла. Она также помнит загаданное ею желание, которое оставило горький привкус на её языке, не способное исчезнуть после тонны сьеденных пирожных. Её желание так и не претворилось в жизнь. 

Прошли часы, полные развлечений и всяческих взаимодействий. Компания достала старые настольные игры, посмотрела несколько сезонов "Сказы о приключениях в фиолетовой галактике", устроила громкий несколько этапный турнир по гонкам на принесенной братьями Родригез консоли, и вот в конце, когда вся еда была сьедена, напитки выпиты а развлечения использованы, настал ключевой этап любого дня рождения.  

Подарки.  

Спортсмен и его соперницы без перебоя пытались протянуть юноше свои подарки первыми, но были опережены миролюбивым блондином, что протянул мальчишке толстую книжку с бутоном из блестящей ленты поверх неё. То была детектив, о котором ей довелось недавно услышать во время очередного пикника. Санни тогда упомянул что был бы не против приобрести себе одну такую, а не постоянно просить своего друга одолжить ему экземпляр. Мари осчастливилась от осознания, что Бейзил, заботливый доходяга стал таким близким другом для её братишки, ведь он определенно поддержит его в трудной ситуации.  

Следующим, после утомительной игры в десять попыток 'Камень, ножницы, бумага", последовал Кел, сунувший другу в руки обмотанную скотчем и в нескольких местах поблекшую фигурку главного протагониста "Космических пиратов". Миниатюра больше походила на поделку первоклассника во время их первой выставочной работы, но Санни, как это и было в его репертуаре доброго малыша, принял подарок с благодарностью на лице, дав подарившему повод для широчайшей улыбки.  

Далее, недовольно рыча на показывающего ей язык мальчонку, подошла к имениннику девочка, протянув вперед завернутый в розовую бумагу прямоугольник.  

"П-прости, я пыталась найти что-то более интересное, но... Ты сам знаешь. С днем рождения!"- смущенным тоном выпалила краснощекая девица, положив в раскрытые руки своей влюбленности подарок.  

Мари мгновенно поняла о чем шла речь, немного нахмурившись от напоминания о плачевном положении семейной жизни в её родном доме. Для всех остальных это был строгий секрет, который она хранила за семью тщательно оберегаемыми печатями, но для брата и сестры Судзуки было сделано особенное исключение. Для мальца намеренно, а вот для девушки случайно.  

Пианистке довелось однажды услышать тайком разговор между её братцем и вышеупомянутой жертвой жилищных условий, когда она решила проведать дуо поздним вечером, во время типичного времени качелей. Многолюдность площадки, по предположению музыкантши, не дала им обоим провести время наедине, а потому они перенесли свой разговор к тайному озеру. Услышанное в тот день потрясло до глубины души заботливую сестру всей компании. Сам факт что все то время, что они провели вместе, Обри жила в таком ужасном положении и была не способна заставить себя рассказать кому либо о серьезной проблеме от страха быть забранной в детский дом, разбило сердце барышне. Она долго думала об этом, и даже хотела обратиться напрямую к взрослым, чтобы они вызволили бедняжку из лап столь отвратительных родителей, как Мистер и Миссис Уильямс.  

Однако логика восторжествовала над позывами сердца, успокоив разгоряченные нервы черновласки и вынудив её держаться подальше от всей этой ситуации. Она априори не могла ничего поделать с этой информацией, ибо само её знание ставило под угрозу относительно спокойную жизнь Оберджайн. Если все пойдет по хорошему сценарию, то в лучшем случае, девочку просто заберут в приют, где они не смогут с ней видеться. А в худшем, заявление о домашнем насилии будет быстро замято а малышка получит больше проблем. Но стоять в стороне Мари не собиралась, и раз уж другие пути ей закрыты, остается делать то что еще в её силах. Как можно чаще оказывать ей поддержку, скрывая то, что могло перевернуть многие жизни с ног на голову. В этом она уже мастер. 

Обертка упаковки упала на длинный кухонный стол, обнажив прозрачный кейс от DVD Диска. Нанесенная на хранитель данных картинка была.... Эм... Необычной, скажем так. Троица великовозрастных разноцветных девушек в купальниках, с странными тентакли подобными конечностями, бросали на нового обладателя провокационные взгляды, которые тот неосознанно принимал, застыв от увиденного. Ей было трудно представить, в какой такой барахолке она откапала этот затейливый реликт, возможно покупка совершилась исходя из цветастого изображения, похожего по рисовке на "Душечка: В поисках сердец", но одно было точно. Чтобы не было записано на сей носитель, оно определенно не создано для детей его возраста. Ей скорее всего придется забрать этот диск у Санни, прежде чем тот сунет его в проигрыватель, чтобы предотвратить травму для недоросшего ума. Ровно как и в прошлом году, после ссоры их родителей, это нужно будет завуалировать, но пока что эту проблему можно отложить, ведь именинник, после крепких обьятий девочки, с упавшей челюстью поднял от пола последний на сегодня подарок. 

И вот, остался последний подарок.

Chapter Text

Большая синяя коробка в белый горошек с торчащей в обе стороны красной ленты зависла в руках двенадцатилетнего школьника, пока тот не мог оторвать от неё восхищенный взгляд. Трое его друзей, уже подарившие свои подарки, подходили к приятелю и всячески подбадривали обладателя большого обьекта, настойчиво призывая его равзернуть последнюю вещицу. Мари и Хиро не могли сдержать своего возбуждения при виде заинтересованного личика их общего, после признания Генри его около родственной связи, младшего брата, гадая то, как же сильно он обрадуется после того что увидит внутри.  

Ой ей, как же много сил и средств они потратили на получение этой игрушки. Перерыли многочисленные сайты, обзвонили дюжину другую владельцев, использовали полу магические, по заявлению всех причастных, навыки обворожения Генри и это только половина всех затрат, ибо главной проблемой оказалась цена, которую им пришлось отвалить ради того чтобы получить в свои шаловливые ручки эту безделушку. Мари даже пошла против правил и сумела взять у родителей ту Н-ную сумму, что они откладывали с раннего её детства на колледж. В принципе, ей эти деньги вряд ли понадобятся, потому как с нынешней успеваемостью и будущем что ей пророчат, поступить на бюджет будет проще пареной репы. Генри тоже сделал свой финансовый вклад во всю поставленную задачу, но не осмелившись пойти против воли родителей, взял чутка из своей собственной заначки на большие траты, где большинство чаще всего уходило для просьб мелкого проглота Кела. Она не могла судить его за желание избежать конфликта с людьми, породившими его на свет. Мисс Родригез могла быть очень пугающе настойчивой, когда дело касалось действий одного из её детей.  

"Этот подарок мы дарим с Хиро тебе. Ты как то упомянул что с удовольствием бы собрал его, если бы тираж не раскупили раньше времени. Ну а теперь, у тебя появилась такая возможность!" - выкрикнула девушка, вскинув руки к верху и ожидая догадавшийся реакции маленького проныры, но то что она получила после этого, определенно отличалась от заранее приготовленных ожиданий. Лико именника потускнело, рот закрылся и щечки стали менее красными, что безусловно напрягло взволнованную Мэри. Она не понимала что сделала не так, где сказала неверное слово. Сейчас почти все в Санни было до ужаса странным. 

В любом случае, то на что они пошли всего пару дней назад уже не имеет никакого значения, ведь мальчик, поставив коробку на ковер и скорее скорее размотав ленту, ухватился за край крышки, подняв её с обмотанного оберткой картона. 

Коробка с конструктором лежала прямо посередине, но из-за падающей тени, никто не мог увидеть что на неё нанесено, практически возвышаясь всей толпою. Потому, нахмурив бровки в любопытном позыве, юноша запрыгнул внутрь и поднял со дна заветный приз за получение двенадцатого уровня в игре "Жизнь". Незамедлительно, он вознес его над своей головой, на манер одного остроухого мечника, и в ту же секунду округлил глаза, опустив коробку на уровень груди.  

Это был целый, нетронутый никем и ничем набор конструктора по его любимому мультсериал, созданный в коллаборации с авторами самой истории и одной детской игрушечной компании. Корабль Космо мальчика и его команды, три тысячи кусочков, две разные инструкции и целые часы увлекательного собирания комплекта, чтобы потом воздвинуть его гордо и надменно на полку, поставив прямо посередине, выделяя среди остальных мелких наборчиков. Мари честно призналась себе, что безумно завидовала своему младшему брату в этой ситуации, от чего она немного смутилась, ведь ни одной старшей сестре нельзя завидовать младшим родственникам, тем более если ты в ответе за них. Она, как самый истинный фанат "Космомальчика и его друзей", с показа первой серии в Японии, во всем Фаравее, чуть ли не грызла ногти на руках от мысли что этот экзмепляр продукта её любимой серии, будет лежать у него на полке, а не у неё. Дошло до того, что она даже пыталась забрать его себе, спрятав посреди ночевки подальше от всех остальных подарков, но после напоминания от Хиро, и спасибо ему за это большое, конструктор вернулся на свое законное место, в покрытую принтом горошка коробку. 

 Барышня ждала этого момента с самого мгновения произношения всей идеи. Каждый из остальных четырех приглашенных на празднование людей постарались на славу, подарив юноше то, что он скорее всего будет долго хранить в закромах своего ящика для игрушек. Но её подарок на порядок опережает остальные, как по размерам, так и по значимости. Ведь это подарок от его родной сестры. Той кого он определенно любил, так ведь? Он ведь не может повезти себя как неблагодарная мелочь и... 

Он так и поступил. Под чужие аплодисменты, щелчки камеры и вскрики, он положил упаковку рядом с поздравительной коробкой, дабы затем посмотреть ей прямо в глаза. Этот взгляд был далек от нормального. Пронизывающий, обвиняющий, опечаленный и разочарованный. Мари чувствовала себя подобно бегущей лани, чье брюхо пронзили смоченной в яде стрелой. Это единичный выстрел и дальше больше не последует, потому как ребенок, взяв котенка в объятия, скрылся на дне коробки, но попавшая в кровь отрава определенно доведет дело до конца. Он не бросился ей в объятия, подарив то без чего она жила уже долгое время. Он не благодарил её своим кротким, милейшим голоском которой так завораживал каждый разв. Нет, вместо этого он не одарил её даже презрением, кое возможно могло бы стать просто намеком на не тот выбранный подарок, как обычно ведут себя избалованные дети. Пианистка была на грани крика, и посему, не обращая внимания на делающего очередной снимок Бейзила или же шепчущую себе что-то под нос Обри, она, никого не предупредив, ушла из главной комнаты, решив успокоиться в их общей с Санни комнате. Она вошла в переходную, взошла на лестницу, избегая желания посмотреть вправо, и войдя в спальню, плашмя бросилась на кровать, простонав в подушку. 

Это была одна сплошная нелепица. Бред сивой кобылы, идиотизм которого мир не видовал. С чего бы ему вообще себя так вести, её обоятельному младшему брату? Всё ведь было так хорошо в последнее время! За эти месяцы, им удавалось проходить через многочисленные преграды, встающие у них на пути. Будь то постоянные слова родителей или же забивающийся график сестрицы, лишающий той малейшей возможности хотя бы немножко провести время для друзей, включая него разумеется. А они всё равно выходили победителями, находя успокоение в коротких минутах счастье на едине, будь то обьятия, или же важные репетиции. Мари думала, что дела идут очень даже прилично. Им один раз даже удалось провести пикник только вдвоём, спокойно наблюдая за облаками, угадывая в них разные формы, персонажей или же всякую глупость. Разумеется это далеко не уровень далёких лет, когда они проводили целые дни напролёт занимаясь ровным счетом ничем, но счастливые как победители лотереи. Но всё же! Тоже что-то! 

Но тогда, почему же Санни превратился в какого то... не Санни? Где его улыбка, что за перепады настроений, почему он больше не ведет себя мило как раньше,  и ради всего святого, что это был за взгляд?! У него что, начался ранний переходный возраст?! Это  должно быть худший из гипотетических вариантов... 

Когда она проснулась первее всех эти утром, ей уж точно не хотелось чтобы день заканчивался на такой черной ноте. Потраченное время оказалось было истрачено впустую, чтобы в конце концов окончится этим ненавистным взглядом со стороны её братца.  

"Когда он успел стать таким мелким го..." - начала было Мари, но стук в дверь не дал ей закончить неприятную для чужих ушей фразу. То был Генри. Он, как хороший друг и верный бойфренд, поступил как соответствует своему статусу, решив проверить состояние глубоко уважаемой возлюбленной. Немного приведя в порядок волосы, что не дало ощутимых результатов из-за натуральной непослушаемости его гривы, он закрыл за собой дверь, посмотрев на барышню с определенным беспокойством. 

"Все хорошо? Я видел как ты ушла и решил удостовериться что ты в порядке. Что-то стряслось?" - спросил он, протягивая любимой стакан с виноградной газировкой, её любимой. Она спокойно взяла стеклянную утварь из его кисти, посмотрев на шипящую фиолетовую гущу сверху вниз, немного её взболтав. Ей не особо хотелось пить, но из соображений признательности, она сделала маленький глоток, издав впоследствии утомленный вздох. 

"Это... Это просто Санни." - устало принялась выговариваться Мари, позволив Хиро выслушать её переживания, как он часто ей предлагал - "Мы столько всего сделали ради одного чертового набора, а что он сделал в ответ? Посмотрел на меня как на врага народа и лег в коробку как котяра. Что он вообще там делает?" 

"Ну, из того что я услышал поднимаясь по лестнице, он моментально уснул. Невероятно, не так ли?" - задался вопросом повар, потирая волосатый затылок. 

"Уснул? Бред какой то. Он конечно любитель вздремнуть тут да там, но чтобы моментально провалился в сон... Он ведь не Кел чтобы таким заниматься." - пробормотала себе под нос девушка, делая второй глоток. 

"Да, я тоже могу в это с трудом поверить. У него всегда было мало энергии по сравнению с остальными, но сегодня он выглядел как то совсем уставшим. Нету никаких догадок почему?" 

"Хм. Дай ка подумать..." - Мари положила большой и указательный палец себе под подбородок, устремив глаза куда то в никуда - "Ну, это первый раз когда у него такая масштабная вечеринка. Даже в прошлом году мы просто скушали торт вместе и посмотрели пару фильмов напрокат. Возможно он не привык к такому большому количества внимания к себе на протяжении долгого времени, что и повлекло усталость. Но это звучит как то слишком странно. А может... О нет.." 

"Чего? С ним что-то произошло?" - тут же встрепенулся Хиро, готовившись к шокирующей информации. 

"Я с ним произошла..." - ответила девица, увидев непонимающие глаза парня и решив сделать короткое уточнение - "Я вчера пришла домой позднее чем обычно, а потому как тогда у нас была запланирована очередная репитицая, нам пришлось играть до самой чертовой ночи! Ох емое..." 

"Оу... Вот оно как... Но зачем было так себя изнурять, и уж тем более его? До соревнования еще долгие месяцы, так что не стоит перетруждаться" - выпалил мальчик подросток, даже не подозревая как сильно раздражают его пасию подобные слова. 

""Ааргх! Ты не понимаешь Хиро. Нам необходимо заниматься чаще" - она употребила именно такую формулировку, боясь напрямую заявить что это необходимо исключительно ей - "Все остальные участники выступления уже давно окончили свои партии и шлифуют полученную работу, а Санни не освоил даже половины своих нот. Если мы продолжим в таком же темпе, то мы никогда не успеем к выступлению".  

В последнее время, все стало в разы хуже. По началу, а именно после инцидента на озере, барышня спихивало ухудшение результатов юноши на последствия от серьезной травмы. Она поняла что ребенок после такого немаловажного события определенно не сможет сосредоточиться на чем угодно, кроем травмирующих воспоминаний о черной водной глади. Но ко второй недели без видимого продвижения по плану, её пришлось вернуться к прежнему графику. И в каждом их следующем часу репетиций, мальчонка всегда выглядел слишком сонным. Слишком забывчивым и витающим в облаках, чем обычно у него бывает. 

"Это звучит как то тревожно, не думаешь? Ему ведь только двенадцать стукнуло, сделай ему поблажку. Я уверен что он это оценит и вам обоим станет легче." - с наивной простотой ответил парень старшей сестры группы, не догадываясь о скрытом под кожей грязном секрете. 

Ей очень хотелось последовать совету своего друга. Уменьшение количества потраченных часов и увеличение частоты проведенного времени вдвоем, без скрипящих звуков или повторения одного и того же лейт мотива уже звучала как прекрасная идея. Никакого стресса, мыслей и лишних эмоциональных затрат. Только она и Санни. Но сейчас было уже поздно мечтать о чем то настолько далеком. Она давно переступила черту, когда репетиции нужны были для получения хотя бы малейшего удовольствия в трате времени наедине, как в старые времена. Теперь это обязанность, которую им нужно выполнить как можно скорее, чтобы перейти к следующей, возможно большей, или меньшей обязанности. Прямо как во взрослой жизни, о которой они так часто мечтали, будучи неверующими о настоящем распорядке вещей в мире. То что должно было стать приятным времяпрепровождением, с радостью, улыбками и смехом, стало монотонными, похожими на те же самые действия, исследующиеся под микроскопом всеми кто мог присутствовать в музыкальной комнате. Родители нескольких семей, пара гостей, горстка репетиторов, представители из школы и, наиважнейшие, те четыре человека которых они за годы нарекли семьей. Они не могут ударить в грязь лицом из-за её нервов или же сонного поведения неблагодарного кота. Все должно быть идеально, иначе это просто не имеет никакого смысла. 

"Я очень ценю твою заботу о нас Хиро. Правда. Но это необходимо сделать. Такова цена развития в музыке. Так всегда было и всегда будет. Не беспокойся. Как только закончится вся эта мишура с выступлением, мы вернемся к тому что было прежде" - немного в сломленном тоне зашептала девушка, отчетливо понимая что нагло лжет себе же в лицо. Скорее всего, по окончанию концерта, они оба никогда не смогут вернуться к своему прежнему состоянию. Мари будет молиться, чтобы это касалось только их положительных отношений друг с другом. 

Долгие месяцы ожиданий, труда, часов что они вбухали давили на плечи той, что когда то считала себя непобедимой. Она справлялась с поставленными чужими людьми планками легче чем вставала с кровати по будильнику, но сейчас, когда глаза десятков людей искали малейший изьян в её существовании, и тем более наличие добавочного веса в виде младшего брата, ноша становится просто невыносимой. Родители часто талдычат о том, что они гордятся своей идеальной дочерью, и несмотря на то что её ну уж очень хочется закричать о том что они просто пара старых мешков с песком, позабывших о лишении её драгоценного, безмятежного детства, она туго натягивала эту надоевшую улыбку, оставляя папеньку с маменькой в неведении. Порой, шрамы на кистях напоминали её о той злосчастной линейке, что они позволяли использовать одному из репетиторов, прямо у них на виду. Что уж говорить о друзьях, одноклассниках, знакомых и прочих, которым не понять и близко, что значит быть музыканткой. 

"Черт, эти мысли и воспоминания сводят меня с ума! Кажется что я сиюсекундно взорвусь, если не расслаблюсь хотя бы на минутку!" - изнутри прокричала в пустоту черноволосая девица, сидя в тихой компании с раздумывающим парнем.  

Стресс пробирал тело Мари до сплошных костей, раскаляя и переводя все позитивные мысли в одно единственное желание получить хотя бы толику спокойствия. Конечно, у неё были свои способы как раз получить это самое внутреннее спокойствие, как хорошие так и не очень. Но в последние месяцы каждый из этих методов либо стал непригодным для использования, или наоборот, приносил только больше неудобств. 

Раньше она обожала готовить! Запах сдобы, муки и жарящихся на сковороде блинчиков кружил голову барышни, уводя подростка в счастливый танец у плиты. Ныне это стало рутиной. Встала утром, приготовила блеклую яичницу с беконом, не забыв о порции для маленького скрипача, в середине дня испекла жуткие, мерзкие печенья с этим ужасно калорийным шоколадом, и отнесла их к похожему на предыдущий пикник, чтобы малышня не приставала с вопросами и дала её хотя бы секунду отдыха.  

Однако, пикники тоже не стали мероприятием тихого умиротворения, потому как находясь в компании с особо приставучим бойфрендом, разделяющей одну мозговую клетку парой, всезнающим до чертиков цветочником, и недосягаемым родственником, особого счастья не получишь, а скорее разозлишься пуще прежнего.  

Был еще один... альтернативный так сказать метод. Грязный, мокрый и до кончиков пальцев смущающий. По началу, он помогал лучше чем все известные ей до этого! Два - три раза посреди ночи, сверившись парочкой тычков в бок брату, чтобы проверить что он точно спит а не притворяется, чтобы залезть под одеяло и прочитать новый выпуск комиксов, или в ванной когда никого нету дома - и вуаля! Целый день можно ходить расслабленной, довольной и счастливой, болтая с друзьями и радуясь незатейливому существованию.  

И как и с прошлыми подходами, этот быстро пришел к логической негодности, стоило непредвиденным обстоятельствам замаячить на горизонте. У неё не было ни единой минуты на саму себя, ведь установленный в начале мая график забрал все свободные часы, перемолов и выплюнув на волю в новом виде постоянной занятости. Практика, тренировки, походы к докторам, готовка, пикники, 'важные' лекции родителей о морально значимых принципах жизни и опять практика. Не стоит забывать о стыде, который прибавился к всему процессу, после нескольких произошедших событий.  

О первом лучше стараться не вспоминать, забыть как страшный сон, ровно как и все надежды на связь с этим человеком. От дум на эту тему, её желудок был готов вывернуться наизнанку от появившейся вины. А вот вторая, погрузила подростка не только в срам, но и постоянную паранойю за шанс быть пойманной. Снова. Да, один раз, когда она уже почти прыгнула с этого треклятого обрыва, после долгой недели без освобождения своей животной стороны, мама, пришедшая домой чтобы забрать пару забытых документов, в их поиске зашла проверить дочурку, обнаружив её в неподобающие юной леди состоянии. То был наверно самый худший день в жизни молодой пианистки, потому как всю следующую неделю после Разговора, она не могла смотреть на мать без краски на щеках. 

В любом случае, ни один из ранее показанных вариантов не может помочь ей в нынешнем положении, ведь все сделает только хуже. Тогда что же ей остается делать... Она бы придумала что-то более правильное, по типу рефлексии для установки довольствия тем что уже имеется, однако одна испано говорящая фигура порушила все планы, с следующими словами запустив в голову Мари менее адекватную мысль.  

"Знаешь, ты сейчас определенно переживаешь немалый стресс. Серьезно, посмотря на тебя со стороны, кажется еще немного и ты начнешь кричать! Может... Я могу чем то помочь? Чем угодно, честно. Все таки, каждый парень должен заботиться о своей девушке" - в этих словах не было той приторности, что часто оставляла дрянное послевкусие его дешевого флирта. Нет, здесь лежала только искренняя нервозность и беспокойство, потому как мальчик, смотрящий на неё вожделеющими глазами, взаправду хотел скрасить сложившуюся ситуацию той, кто ему не безразличен. 

И здесь у неё в голове что-то перемкнуло. Как выключатель, застывший в одном положении послушной, правильной, почитаемой всеми девушки, смещается вниз на положение, в котором ей всегда хотелось побывать. Стадия, период, этап подростковой жизни, когда все существующие и имеющие значения правила лишается своей былой цены, разрушаясь в уходящий по ветру прах, чтобы на ранее занятом месте могло вырасти что-то другое. Кардинально отличающиеся от своего предшественника. Революция сознания, с приобретением более непослушного нрава. Нарушение одного из самых ярких табу любой консервативной семьи. Физическая связь с мальчиком в столь юном возрасте. Пока что, за почти что два года своих отношений, ни один из них не продвинулся в этом куда то дальше держаний за ручки или засыпания в обнимку на чужом дне рождения. Но определенно, каждый из них хотел чего то большего, ввиду возраста, и пока юноша перед ней хотел этого с ней, девушка желала другого. Того, о ком ей было противно даже на секунду воспринимать в таком смысле. 

Так почему бы не послушать этот решительно настроенный на перемены голосок и позволить ему встать за руль на пару секунд? Она давно отчаялась даже мечтать о будущем, которое они могли бы вместе построить, и именно поэтому выбрала из всех известных людей Хиро. И раз уж у неё есть он, мальчик влюбленный в неё до чертиков, готовый исполнить любое её желание... Как она могла не принять такое предложение? Она слишком долго вела себя как Мать Тереза, а потому, пора стать Мерлин Монро сегодняшнего пролива. 
 

"Генри..." - начала барышня, придвинувшись поближе к вздрогнувшей от неслыханному раньше то ну - " Ты правда сделаешь все что угодно для меня?". 

"Это не то что я сказал, но да! Х-хе хе, но зачем ты спрашиваешь?" - смущенно начал он, оперевшись за кисти сзади себя, отводя взгляд и краснея с каждым разом, когда лицо Мари приобретало более неожиданные черты притязательности. 

"Да так... Ничего особенно важного..." - прошептала девушка, сделав атмосферу в комнате на пару градусов выше своим шармом, положив одну из рук около бедра юноши, а второй проведя по его угловатому подбородку. Позиция, что получилось у них после всех перемещений, была крайне нестандартной. Обычно именно парни во всех классических парах проявляют инициативу, показывая знаки внимания и заинтересованности в партнерах разными методами, иногда физически. Здесь же, они поменялись ролями, устроив латиноса у изголовья кровати, уперевшись спиной в её железную спинку, а азиатку, практически нависающей над ним.  

"Если ты правда так сильно хочешь мне помочь... То почему бы тебе не подарить мне свой поцелуй?". Парой предложений, барышня выпустила на волю свою непоказанную никому кроме неё самой сторону. То, что она могла позволить проявить разве что наедине сама с собой, заперевшись в теплой пузырчатой ванне, темной разделенной комнате, или любом уголке дома, когда никого в нем нету. Стоная устами имя одного молодого человека, что по окончанию доводило её до слез. 

"Ч-что? Мари не думаю что это с-стоит делать именно сейчас..." - в ответ на слова подружки пробормотал мальчик, пытаясь изо всех сил подобрать образу "Взрослого подростка." Но, если обратить внимание на пылающие в вечернем свете луны щеки , он определенно проигрывал это сражение. 

"А почему нет?" - спросила в ответ обольстительница, становясь все ближе и ближе к человеку, что полюбил её безвозвратно - "Вечер, тишина, и только мы наедине с тобой. Я не слышу чтобы в гостиной кто-то играл, смотрел телевизор или просто бесился. А значит все уже устроили ночевку. Никто не прервет нас, пока ты это делаешь. Ну так что? Можешь сделать это так как сам пожелаешь. Я не против." 

До основного момент, время шло преступно медленно. Долгие терзания, постоянные оглядывания на томный образ обрамленный ночью Мари, сидящей у него на коленях и терпеливо ожидающей ответа - сводили пубертатного юношу с ума. А она все это время сохранял непоколебимое терпение. Ей некуда торопиться. Она уже заполучила его ответ и это только вопрос времени, когда же он ринется вперед. Что-то на уровне подсознания указывало ей, что он уже на ёё крючке. 

И вот, в тот самый поворотный момент, когда он набрался смелости, и посмотрев ей прямо в глаза пошел вперед, соприкоснувшись губами с ней, внутри её головы возник иной, мечтательный образ настоящего любовного интереса девушки. В желудок пианистки снова упала свинцовая гиря, но она быстро растворилась в небытие, когда она ответила на поцелуй своего нынешнего ухожера. 

"Тцк. Думаю, мне нужно перестать так с ним цацкаться. Нам обоим будет от этого лучше..." - выписала себе на заметку старшая сестра спящего внизу именинника, когда положив одну руку на затылок казановы, взяла инициативу в поцелуе.

Chapter Text

Тринадцатое августа этого лета запомнилась захудалому городку Фаравею по многочисленным причинам. Семья Карфагос ввела в продажу что-то помимо выпечки, а именно охлаждающие чаи со льдом, Родители Кела и Генри заявили всем своим друзьям что подумывают о заведение третьего ребенка, что немного странно, учитывая дикие расходы уходящие на еду только одному из двоицы братьев, а вновь помирившаяся супружеская пара Судзуки отпраздновала свой двадцатую годовищину со дня свадьбы, отметив юбилей громко и заборно, на краю города. Но для компании из шести детей, сей день вошел в их маленькую историю одним локальным, но невероятно важным событием. После долгих усилий, разбитых молотком пальцев и окровавленных следов от случайного попадания гвоздя в ботинок, все эти травмы, как и всегда, принял на себя один юркий сорванец, домик на дереве, проект о коем они мечтали на ночевках еще далекой зимой, готов увидеть свой конец, в красивом завершении. 

Осталось только закрепить деревянную /\ - образную крышу, и они в кои то веки получат в своё распоряжение место, в котором смогут проводить долгие часы напролет, не боясь ни грозы, ни холода, ни голода, благодаря быстрым ногам, и ловким рукам любвеобильной парочки. Но появляется логичный вопрос. А зачем им и вовсе понадобился целый домик для дерева? Ради чего нужно было вливать свои пот, кровь, и возможно другие жидкости, в это странное дело, если шанс что он окупит себя так мал?  

Две трети компашки еще маленькие дети, не умеющие держать себя в руках и сосредоточить внимание на чем то большем, чем поспевание за оценками и вечерний марафон любимого мульт сериала, а остальная треть состоит из двух перфекционистов, коим определенно будет не до смеха и свиданий в этом месте.  

Ответ очень прост, и в тоже время неоднозначен. У каждого уважающего себя ребенка была такая мечта. Крохотный уголок умиротворения и тишины, где им никто не помешает делать то что только они с друзьями захотят, будь то незнакомые люди или ненастная погода. Они уже давно не ходили на озеро. Времени ни у кого почти что нету, по причине желания успеть все дела к окончанию летних каникул, а до парка идти слишком далеко. Оставался только один вариант, дом одного из участников группировки, но и тут проблема! Бабушка Бейзила в последние недели чувствует себя не так уж и хорошо, от чего она даже предпологает будущее оформление сиделки для себя и её 'маленького подсолнуха', как она любит называть внучка. К Обри ходить запрещено, ибо по её словам тамошняя обстановка благодаря родителям навсегда останется неблагоприятной, а семейка Родригез заранее заработала себе звание 'Худшего места для проведения ночевок по версии их сыновей', потому как теперь, четверка ребят знала в деталях, на каком месте есть родинка у Кела, и каким милым выглядел пяти летний Хиро в костюме лучадора.  

Остается только брата и сестры, однако постоянное напоминание о необходимости заниматься до посинения на этом прогнившем музыкальном инструменте, не давало юноше спокойно отдыхать со своими друзьями, что привело к озвучиванию цветочником заманчивой детали, после долгого разговора с его другом. И вот они тут, тридцати пяти градусную жару, все уставшие, высушенные палящим светилом, таскающие доски и забивающие гвозди в кроне гигантского дуба. 

Если бы Санни сейчас предложили несколько часов водить луком по железным струнам, стирая пальцы в кровь от смехотворно быстрой игры, как иногда происходило на его репетициях, он бы незамедлительно согласился. По крайней мере, он бы находился в холодном помещении, у него была бы вода со льдом и включенные вентиляторы, освежающие кожу, а не доводя её до хруста как сейчас. Мальчик очень любил лето. Ведь это было время, когда никому из них не нужно в школу, можно спокойно сидеть целыми днями на свежем воздухе, дремать под теплой звездой и проводить столько времени с своими друзьями, сколько того пожелает его душа. Но так было до сегодняшнего года, когда все претерпело изменение. Пикники сменялись репетициями, десятичасовой сон - шести часовым, и то не всегда, в угоду перфекционистким желанием его помешавшейся на каком то глупом концерте сестры, а ни в чем себе не отказывание исчезло, как будто бы его и не было, оставив только загруженный график бесполезных дел. Его это очень бесило. Очень, очень, очень черт подери бесило. Настолько, что ему даже иногда хотелось взять одну из своих больших мягких игрушек и кричать в неё что есть мочи, лишь бы вся бурлящая ярость наконец то испарилась. Да он хоть сейчас это сделает! На раз, два... 

Санни остановил себя. Напоминание отца предотвратило громкий крик недовольства, что он хотел издать своим наполненным холодным лимонадом ртом. Во время многочисленных лекций своего дорогого папеньки, он часто ссылался на единственную простую мысль.  

"Правильный человек - этот тот кто не докучает другим своими глупыми проблемами. Если хочешь быть правильным, всегда решай их сам и не впутывай в это дело других, сын." - говорил он, усаживая юного скрипача рядом с собой на кухне, поучая и передавая те знания, кои, по его словам, сэкономили бы ему в прошлом и силы и средства, прислушавшись бы он к ним в те дни. Ребенок принял каждое вымолвленное слово близко к сердцу, приняв его как необходимые для следования уроки, что теперь помогают ему в жизни, ровно как и сейчас. Да, иногда ему бывает очень больно, что он не может обратиться к кому нибудь, чтобы высказаться об той или другой беспокоющей теме, в особенности одна конкретная. Но такова цена правильного человека, и если это означает что будучи правильным, он сможет такой большой ценой, облегчить им ношу существования, то так к лучшему. И к тому, это не так уж и трудно как кажется на первый взгляд! Он всегда был молчаливым юнцом, а слушатель из него неплохой, так что провести следующие лет сорок, пока по его предположениям не случиться какой нибудь несчастный летальный случай, он сможет. А с недавно открытым способом, это и вовсе обещает быть сущим пустяком. 

Кстати о способе. После его неожиданного для мальчика открытия, он заметил что некоторые детали его жизни приняли значительные изменения. Перво наперво - он начал чувствовать себя... По другому. Да, эта формулировка подойдет как нельзя кстати, потому как эмоциональный и физический спектр ощущений юноши не претерпел разительных перемен, а скорее открыл для себя ранее закрытый путь. У него разительно повысился аппетит, стало меньше энергии по утру, хотя он и до этого прославился поведением 'жидкого кота' когда вставал с кровати, или его вытаскивала за подмышки Мари, в странных местах детский пушок стал куда гуще и немного даже темнее, а о его росте и вовсе можно не говорить. Он вырос на целых полдюйма за последние месяцы! Эти изменения несли в себе преимущественно негативные черты, но последнее немного смазывало острые углы. 

Все таки, самым главным переменам подверглось его мировосприятие и реакции на появляющиеся случайные мелочи. Как к примеру, до случая ЧП на озере, он бы никогда не потерял над собой самоконтроль мыслей, позволив им уйти так далеко и высоко, что в какой то момент даже попытаться совершить столь глупый поступок. Он замечал за собой такие желания не раз и не два, когда что-то маячило на горизонте. Кел мог в тысячный раз сказать что-то глупое, Обри без конца краснеть от его присутствия, Хиро трепать его с усилием уложенные волосы и Мари просить переиграть нормально получившуюся партию, а желанная реакция всегда была одна. Злая, агрессивная и ранящая чужие чувства. Противоположная предпочтительному подходу для маленького музыканта, а именно замалчивания и слепое принятие любых просьб или же условностей. Решение для таких эпизодов стало ясно вскоре после раскрытия его ощущений, а именно ровно такой же способ, коим он пользовался в моменты серьезной эмоциональной подавленности. Всего то уединиться в туалете на пару минут и дело сделано. Ваш мозг счастлив, походка расслабленная и ты готов помогать тем и всем в любом начинании. (Пока чаша снова не переполняется, дабы вновь её слить) 

"Мнгх... Опять думаю ни о том..." - подумал юноша, попивая желтую жидкость из своего покрытого прохладными капельками стакана, стараясь хлебать чудесный напиток как можно медленее, растягивая дорогое удовольствие - "Возможно мне стоит сходить наверх, пока идет перерыв и ..' 

"Ок народ, отдых закончен! Встаем и принимаемся обратно за работу! Чем быстрее закончим тем быстрее сможем в нем укрыться!" - позвал всех Хиро, услышав вялое ура от шести других лиц. Его планы оборвались и теперь он вынужден снова вернуться к своей незатейливой работе. 

Каждому присутствующему была выдана своя важная и весьма сложная задача. Бейзил с Обри красили бумажные цветы. Их установка будет быстрой и легкой в самом конце, а пока что, им требовалось их аккуратно сложить, намалевать и поставить сушиться на воздухе. На лице у обоих уже появились несколько забавных рисунков, таких как зеленые вычурные цветы на лбу девочки, и маленькие, кругленькие розовые крольчата на щеках мальчонки. Им было весело и юноша не посмел прекращать их счастье, в особенности видя что впервые за долгое время, девушка не обращает на него внимание, громко проводя время с улыбкой на лице.  

Хиро и его папа без устали ходили со подъезда их дома до выделенного участка для домика на дереве, таская за собой тяжелые деревянные доски, потея чуть ли не сильнее остальных. Санни был более чем рад наблюдать за их непосильной работой, тихо благодаря их про себя, и немного завидуя подростку, потому как его отец, редко когда смеется так громко и искренне. Мари в свою очередь, пребывала уже в самом закрытом листвой помещении, и судя по тому что он слышал с земли, занималась перестановкой мебели и планировкой. Юноша не особо грустил из-за того, что не мог видеть яркого лика своей сестры. Пока что, он не очень хотел смотреть даже близко в её сторону. 

И вот осталось их двое. Озорной пес и умиротворенный кот. Две противоположные друг другу личности, теперь работающие в одной команде. Келси неугомонный и трудный к сосредоточенности на одной задаче ребенок, а потому за ним всегда был нужен глаз да глаз. Обычно, роль его няньки всегда исполнял Хиро, титулованный старший братец, коему иногда подкидывали карманных денег, чтобы он продолжал смотреть за ним. Хотя он, как всем известно, с удовольствием продолжил бы делать это за бесплатно, но лишние деньги для свиданий никогда не помешают. Но потому как сегодня он был занят на своей части проекта, функции усмирителя вечного двигателя, теперь бьющего молотком по гвоздям на досках, выполнял именно что Санни. И его это полностью устраивало. Он не был сильным, ловким или же чрезвычайно умным. Эти навыки поделили меж собой остальные пять человек. Но он мог отлично наблюдать, изучать и выслушивать людей, что определенно сработало бы в ситуации с его сейчашней задачей. Если бы не одно маленькое но. 

Кел был необычно спокоен. Очень усидчив, спокоен и малоподвижен. Конечно, как и любой гиперактивный ребенок, Келси умел сидеть спокойно на одном месте в течении нескольких минут, хотя для этого нужно было либо заиграться с ним до потери сознания, либо заинтересовать очень интересным занятием. А Санни сомневался, что вбивание одинаково серых и скучных гвоздей в похожие друг на друга доски на протяжении следующего часа будет для него чем тот занимательным. Получается что он совсем остался без работы! А так дела не делаются. С иллюзорным вопросительным знаком над головой, он уселся на корточки к загоревшему юноше, обхватив ноги руками и рассматривая мальчика с зажатыми между зубов железками. Тот, после размеренных ударов молотком, посмотрел на черноволосого ребенка в ответ, слегка подпрыгнув от его нежданного, тихого появления. 

"Ой! Санни! Ты меня немного напугал. Я слишком быстро бил? Скажи прямо если я опять что-то не так сделал, хе" - с своей зубастой улыбкой во рту, спортсмен классически потер мохнатый затылок. 

"Нет... Ты хорошо справляешься..." - зашептал юноша, не отрывая взгляд от карих яблок своей полной противоположности. 

"Ооооокей? Так почему тогда ты на меня так странно смотришь? " - спросил в ответ юный строитель, сделав такое лицо, что его глаза стали похожи на крохотные точки. 

"Кел..." - музыкант подполз на ступнях чуть чуть поближе к мальчишке, делая расстояние между ними слегка некомфортным. Иногда Санни было трудно понимать границы человеческого взаимодействия, от чего тот мог вытворять разные вещи - "С тобой все хорошо?... Ты очень тихо.." 

"Пфх. Я? Тихий? Не выдумывай. Я совершенно нормальный! И почему это говоришь мне ты?" - просмеялся мальчонка, смотря на собеседника и видя только его стоическое, не сломавшиеся под давлением момента лицо. Кел тут же закашлял, отложив инструменты в сторону и повернувшись для дальнейшего, полноценного разговора - "Ладно, может быть я и сейчас тихий. Но что в этом плохого? Даже я иногда могу быть спокойным, к тому же, мои бы крики и оры только всем помешают. А мы тут не хухры мухры чем занимаемся между прочим." 

"Это правда, но... " - скрипач тоже уселся поудобнее, чувствуя себя по особому комфортнее с этой версией своего друга - "Ты ведь Кел... Ты всегда громкий и веселый... Даже в серьезные дни... У тебя все нормально?" 

Защита баскетболиста начала рушиться. После пары сказанных слов от ушей и памяти группы, улыбка ребенка затрещала по швам, пока он тратил каждую секунду изменения внешности на удержания маски, смотря в другие стороны и иногда скрежа зубами тягач волосы. Но все имеет свой конец, а соответственно и бессмысленные попытки Келси удержать мотивы глубоко внутри. Покачав головой и понурив голову, но оставив на губах нервную извилину, он ответил человеку, за которого беспокоился. 

"Знаешь..." - Санни не в первый раз слышал этот тон. Впервые, он раздался в одну их далеких холодных ночей этого города, когда сидящий напротив него человек, рассказал очень важную тайну, посреди запертого на ключ магазина комиксов, в который они бесцеремонно вломились - "Это я должен задавать такой вопрос, а не ты." 

"М?" - промычал сконфуженный творец выдуманного мира, когда испанец поднял голову и передал глазами всю серьезность данного заявление, кое оставалось неясным до следующего оговоренного предложения. 

"У тебя все нормально? В последние дни ты сам не свой. Вечно ходишь понурый и почти ни с кем не общаешься. Меня это беспокоит, а потому как я не такой как Хиро, кто может сказать пару слов и ты уже чувствуешь себя во сто крат лучше от его удачливо полученной харизмы, я просто сделал то что посчитал лучше. Решил немного побыть не таким громким как и всегда. Подумал, что может быть тебе будет станет немного легче, если я не буду действовать тебе на нервы..." - слова, произнесенные в сей момент, показали мальчику ранее невиданную сторону этого ранее виданного странным ребенком. Он всегда любил Кела как друга, брата, коим он стал ему на словах, но часто в их общении прослеживалось четкое неумение тщательно читать атмосферу. То тут скажет глупость, то там вытворит оплошность. Стандартные Келины дела, за которые его любили и кормили одновременно. Но вот увидеть его таким чутким и чувственным было нежданно. 

"Нет... Ты не действуешь мне на нервы... Это просто.." - Санни хотел было объяснить причины своих эмоций. У него появился полноценный шанс на объяснение, раскрытие всех ран и вскрытие гнилостных ран, чтобы после очищения они могли покрыться гладкой поверхностью свежего шрама. Он бы определенно чувствовал себя после этого как на небесах. Больше никаких секретов, рушащих его плечи своим весом, не будут ему докучать и ему не придется становится причиной переживаний дорогого приятеля. Но, вновь, напоминание остановило его порыв, поставив на место. Нормальные люди не беспокоят других с своими проблемами, а разбираются сами. Именно так он и сделает. Не расскажет истины, просто кинув утку голодному до информации псу - "Ничего серьезного... Честно... Просто репетиции трудны.." 

"Трудные репетиции?" - переспросил Келл, не понимая что он имеет ввиду - "В каком смысле они трудные? Типа...Много времени на них тратишь, или упражнения слишком сложные? Прости, я не очень смыслю в музыке, эхехе" 

"Как всегда..." - подумал Санни, слегка улыбнувшись что даже с изменением в поведении, это все тот же малыш Родригез, дабы затем ответить на поток вопросов - " Ничего, я понимаю... Тренировки на скрипке могут быть сложными....Мне иногда бывает нелегко поспевать за Мари... Но я справлюсь... Тебе не стоит так переживать, правда.." 

"Хм..." - Мальчик изучал его. Он смотрел на него так же, как и на найденную после долгих часов усилий бутылку Апельсинового Джо, рассматривая этикетку на наличие даты производства. И если обычно он не терпя пожимал плечами, после выпивая сахарную жижу одним залпом, то здесь он терял терпение. Он выискивал тревожащие факторы, путешествовал глазами по всему телу бедного азиата, пожирал его глазами и не отпускал ни на секунду, чтобы затем, задать вопрос что поверг юношу в шок. "Санни, тебе ведь правда нравится играть на скрипке? Ты постоянно, каждый раз когда мы приходим вас послушать, играешь изумительно, почти без малейших ошибок! Но то как ты описываешь ваши тренировки... Меня настораживает. Можешь мне ответить честно? " 

Вся уверенность мальчика исчезла в мгновение ока, стоило словам дойти до ушей невольного музыканта. Ему потребовалось очень много волевых сил, чтобы оставить каменное лицо и не выдать накативший на него ужас. Дело в том, что все оговоренные беспокойства друга не были беспочвенными. Как он и сам об этом упомянул, поведение Санни серьезно насторожило обычно не замечающего такие детали баскетболиста, а соответственно это означало что юноша не сумел в должной мере скрыть тревожащие переживания. Ему придется еще в следующий раз увериться что он ведет себя как подобает, но сейчас главное как можно скорее успокоиться, свыкнуться с мыслями и дать нормальный, ожидаемый всеми ответ. 

Ведь им нравилось, как он играл на этой скрипке. Они смотрели на него завороженными глазами, полными блестящих звезд с того момента, когда он впервые приложил издавающий звуки предмет себе под подбородок, и по сей день, присутствуя на некоторых репетициях. Ему нравилось водить инструментов по совмещению железных струн и деревянных панелей, выводя из неё что-то наподобие простеньких мелодий. Банальное ребячество, в сравнении с безупречными работами его сестры. Сестры, которая в начале обнимала своего брата после каждой хорошо сыгранной учебной песни, лаская и бормоча успокаивающие нежные слова, а теперь же, забывал лишний раз посмотреть в его сторону после окончания их времени в музыкальной комнате.  

Именно с её изменением, поменялось и его отношение к занятию музыкой в целом.  

Часы, раньше приносящие ему чистое удовольствие от совершенствование перед человеком, которого он возносил выше кого либо существующего, в наше время заставляли мальчика ронять горькие слезы в туалете, пока он с стиснутыми зубами обробатывал порезы на кончиках пальцев. Мари была ненасытна до развития. После их полуночного разговора, ситуация на время улучшилась. Она снова начала радоваться, ярко, искренние улыбаться, творить чудеса своим позитивом и в принципе вернулась к прошлому образу доброй, любимой им сестренки. Однако затем все изменилось, когда они дошли до самого дуэта. Композиции, что они обязаны будут исполнить в октябре этого года. Музыкантша знает её уже наизусть. Она может спокойно пройтись пальцами по клавишам и часть уже сыграна. В отличии от своего братца, который вновь показал свою сторону как неудачника. Руки дрожали, смычок скользил на пару миллиметров вправо и БЗДИНЬ!!! Заново. Спина неровная на пару градусов, скрипка ложится не в том положении и БЗДЫК!!! Заново. Так раз за разом, попытка за попыткой, пока Мари просто не устанет от повторяющейся лажей своей бесполезной лишней ноши, отправляя его спать посреди глубокой ночи. Как бы сильно он не старался, как бы усердно он не тренировался каждый час их занятий, этого нн было достаточно. Всегда нота будет либо слишком высокой, либо слишком низкой, а поза начинающего скрипача не совершенна. Ибо все должно быть безупречно. 

Он возненавидел эти занятия. Он презирал их чистым, яростным, обсуждаемым благодаря непомерным усилиям, гневом. Ему хотелось скинуть скрипку лестницы, разбить её на миллиарды маленьких осколков, накричать на Мари, что она поставила его в такие узкие рамки перфекционизма и обращается с ним не так как раньше. Ему просто хотелось вернуть все на круги своя, когда они были моложе, счастливее и искреннее, тратя все свое свободное время на создание новых, драгоценных воспоминаний. Однако Санни понимал, что в прошлое уже не вернуться. Ему так же было ясно, что он не имеет права даже думать о таких жестоких вещах, как уничтожение потом и временем заработанной скрипки, или прямая конфронтация с такой незаслуживающей порицания сестры как Мари. Все таки, они старались не покладая рук, тратили свои дни чтобы заработать на инструмент.  

Что же касается старшей сестренки... Даже если она прекратила вести себя с ним так как в былые времена, даже если она, судя по иногда вылетающим с горяча словам, откровенно презирает его, он все еще её любит. Любит так сильно, как это мыслимо и немыслимо возможно. А потому, хоть ему более не приносит нормального удовольствия от репетиций с черноволосым родственником, он вожделеет этих часовых, выматывающих испытаний. Ведь это его единственная возможность побыть с той, кого он боготворил наедине. Санни был уверен, что рассказав о проблемах, они решатся. Компания найдет способ умаслить Мари, а возможно и вовсе отговорить её от дальнейших занятий. Но тогда все будет впустую. Он более не вызовет улыбок на лице друзей своей паршивой игрой и потеряет тот крохотный, оставшийся шанс на исполнение своей изначальной задачи. А это значит, что ответ тут может быть только один. 

"Не нужно волноваться.... Мне нравится скрипка..." - с максимально выдавленной уверенностью заявил мальчонка, посмотрев на беспокоящегося друга, и дабы закрепить свою уверенность в этом предложение, изобразил еле заметную улыбку. Легкую, невинную и чистую, хоть и оскорбительно запятнанную сочиненным враньем. Он всегда считал что ложь, в особенности кому то важному, это один из наи неблагодарнейших поступок, который способен совершить человек. Натуральное предательство чужого доверия, в словесной форме. Но с течением времени, попадая в различные ситуация, где либо ты говоришь правду и страдают все, или ты лжешь и остается наказанным только ты, взгляды на такое решение значительно переменились. Что уж тут говорить. Санни был готов сделать все что угодно ради этих людей. Даже если это означает пойти себе во вред. 

Кел какое то время еще смотрел. Глядел, всматривался и изучал при помощи лупы подобных глазенок, пока пожав плечами, с вернувшейся ухмылкой на экспресии, не принялся за незаконченное дело, порученное старшим братом.  

"Ну, как скажешь дружище!" - стуча молотком заговорил юнец, складывая готовые деревянные черепицы в отдельную кучку - "Если ты говоришь , то пусть так он и будет. Но, попрошу заметить, я все еще не хочу лишний раз тебе докучать. А потому, играем в молчанку! Три, два, один! Старт..." 

Повисла спокойная тишина. Умиротворяющая, размеренная и безмятежная. Скрипач находился в компании своего искреннее сочувствующего товарища, банально наблюдая за оперативными действиями этого собакоподобного ребенка, не думая ни о чем и ни о ком конкретном. Это было по сути то, о чем он так долго скорбел. Простецкие посиделки с одним из своих друзей. Ему не нужно более волноваться, ибо буря возможного раскрытия истинной мотивации азиата ушла за горизонт, ему не нужно было куда то торопиться, потому как благодаря очень доброму решению брата не по крови, он остался без работы. Разумеется, его до сих пор волновал сам факт что вложить свой вклад в достраивание домика на дереве не представляется возможным. Однако, возможно, он может себе позволить маленькую, не влияющую минутку безделья.... 

"Кхм. Выбываю из игры,эхе хе..." - нервно просмеялся Кол, откладывая инструмент в сторону вместе с последней доской - "Мда, я не очень хорош в этом. Ну, в том чтобы держать язык за зубами. Просто... Есть кое что, о чем я хотел бы выговориться. Ты можешь меня конечно не слушать, но... Я был бы очень признателен если бы ты дал мне тебе это кое что рассказать" .  

Уже в который раз, сегодняшний день приносит Санни глобальное потрясение. Сначала внезапное безмолвие, затем неожиданное балансирование на краю пропасти, где на дне его поджидало раскрытие суровой правды заботливой семье, а теперь и плюс человек, которому нужно высказаться о волнующих вещах! Другого ответа, помимо согласия, быть не может. 

"Конечно!... Ну... То есть, ты конечно можешь рассказать... Я только за помочь тебе..." - стараясь скрыть свою сильную радость от концепта стать полезным кому то в компании, ответил мальчик. 

"Оу. Хорошо. Прости что звучу не так восторженно, просто не ожидал что ты правда согласишься..."- потирая затылок ухмыльнулся баскетболист, с стекающей каплей пота по лицу, то ли изза жары, то ли от неуверенности в себе. 

"Ничего... У всех такое бывает." - успокоил его слушатель, усаживаясь в позу крест на крест и готовясь к этой тяготящей информации, что сейчас должна на него излиться 

"Нус.... Блин, даже не знаю с чего начать... Ты ведь знаешь как я себя обычно веду? Весь из себя гипер активный, громкий и приставучий?" - спросил Келси, жестикулируя и спрашивая у Санни. 

"Ага..." - коротко и четко ответил тот . В его глазах быстро пронеслось пару примерных образов всего того что он перечислил. Пролитая недавно газировка на их ковер, в очередной раз украденный плюш Обри и целая двух часовая лекция о превосходстве Розовой бороды над его сыном полуспящему Бейзилу. 

"Так вот.... Что если я тебе скажу что я делаю это все специально?" - выпалил он, на секунду зажмурив глаза, но когда раскрыли посмотрел вперед, увидив только не понимающие глаза, решил все таки дополнить выговоренную информацию - " Когда я говорил что делаю это специально, это не значит что я это делаю, потому что мне нравится, а потому что у меня есть причины, поступать именно так." 

"Причины?.. Нечто помимо того, что это весело?" - уточнил музыкант, вызвав крохотный смешок у своего высказывающегося друга. 

""Эхе хе. Нет, ну это тоже причина. Меня всегда убивает это бешеное выражение Обри, когда она бежит надрать мою задницу" - немного в облаках просипел мальчонка, вернувшись с небес на землю и смахнув дымку мечтательности - "Но нет. Есть кое что выше чем это. Ух, это будет долго..." 

C тяжелым вздохами и хрустом своей потной шеи, он сделал несколько дополнительных, и честно говоря бесполезных, растяжек перед подходящим обьяснением, чтобы затем раскрыть всю поднагодную своего поведения.  

"Я очень вас всех люблю. Да, странное начало, не спорю, но послушай дальше. Вы для меня стали второй семьей. Людьми что заботились, радовали и подарили кучу волшебных воспоминаний. В нашей компашке Бейзил прославился пунктиком на эту мелочь, но я тоже знаешь ли их ценю. В общем. И я хотел сделать вас счастливыми. Маленькую отвертку. С самого начала нашего большого знакомства на пороге твоего дома. Но как мне это сделать? Ведь я не умею хорошо готовить, вести себя по взрослому, делиться интересными знаниями, вдохновлять других или просто напросто их выслушивать. Это не мое! Я пытался с парочкой людей которых ты не знаешь, но закончилось это не очень приятно. Я ведь Кел, в конце концов. Хе... Но что я точно умею делать, это вести себя как дурачок и играть с мячиком на корте. И именно так я и делаю уже несколько лет. А это определенно работает, если судить по тому как часто вы смеетесь с моих глупостей. Иногда я захожу слишком далеко, по типу того раза с пролитым Апельсиновым Джо, но оно того стоит! Ты сразу заулыбался и забыл про проигранную партию в карты! Для меня нет ничего важнее, чем видеть улыбки на ваших лицах. Да, думаю можно так сказать." 

Это была новая, ранее неизведанная, колоссально альтруистичная сторона подростка, которую он раньше не видел. Несмотря на нестандартное построение слов, запинания и отхождения от темы, ввиду повышенной нервозности, для Санни все было критически понятно. Его друг, выскочка до мозга костей, юноша что устраивал вдвое больше неприятностей в день, чем он за неделю, все то проведенное время не был тем, кем хотел себя показать. Ровно как и он сам, его беспокойство за благополучие и добросердечные эмоции друзей возвысилось над необходимым беспокойством за самого себя, что определенно на нем сказалось. В какой то степени, в сей момент юноша почувствовал новую нить связи между собой и этим загорелым атлетом, прибавив новую веревку к уже имеющимся, с пометками "младшие братья', 'устраивают проблемы', 'мелкие гремлины'. Понимая через что проходит его товарищ, он не мог не упомянуть нечто, что Келси скорее всего примет очень близко к сердцу. 

"Кел..." - притянул к себе внимание понурого, но все еще улыбающегося баскетболиста - "А тебе нравится быть тихим?" 

"Э? Типа того, эхехе. Это необычное чувство. Успокаивающее и приятное. Но я не думаю что мне стоит быть таковым рядом с нашими друзьями или моими родителями. Все же, если я так сделаю, то Мари больше не будет умиляться над нашими с Обри препираниями, а у неё в свою очередь, будет меньше поводов для улыбок, хотя она и так в последнее время хмурая, хе..." 

""Тогда..." - юноша состроил свое максимально каменное, серьезное лицо, будучи готовым сказать слова, которые определенно оставят след в его памяти, ведь ему самому хотелось услышать похожее заверение - " Ты можешь быть тихим рядом со мной... Столько сколько захочешь..." 

На секунду, Санни пожалел о том что решил сказать что-то настолько сентиментальное. Не из-за чувства пессимизма, а скорее от сожаление перед своими костями, которые были раздавлены медвежьей хваткой услышавшего их Кела. Как всегда, он был очень эмоциональным малом, часто идущего на физический контакт в ситуациях, связанных с подобного рода разговорами. И когда тот начал тихо, чтобы никто не заметил кроме них обоих благодарить мальчика в его плечо, стараясь как можно реже всхлипывать и не пускать слезы чистой благодарности, юноша знал что поступил определенно правильно. Ему еще предстоит многое сделать для людей что его окружают. Но даже если это будет долго, больно и тяжело, такие вот моменты полностью оправдывали его усилия. И так будет всегда. 

Chapter Text

Бейзил был готов поклясться, что сегодня скорее всего, ближайшие дни выдадутся самыми тяжелыми за нынешний год. Как он к этому пришел? Все дело в цветах.  

Когда то давным давно, а именно в первые дни его знакомства с командой хаотичного сообщества всея Фаравея, вся компашка пришла ему в гости. Тогда домик, украшенный всяк и всюду цветами, удивил пятерку детей. Но еще больше их впечатлила главная гордость внука и одной проворной бабушки. Большой дворовый садик, полный разнообразных растений, начиная от покупных ростков из магазина, и заканчивая изысканными образцами представителей дальней фауны других стран, привезенных издалека его родителями, в глупых попытках задобрить его. Он конечно принимал каждое экзотическое семечко, но ситуации с родителями это особо не меняло. Не суть. А суть главная в том, что тогда, посреди жаркого дня, шестеро ребятишек разных возрастов выбрали себе по пакетику, и под тщательным надзором своего новоиспеченного друга, устроили малышам мини клумбу из шести горшочков.  

Себе мальчик выбрал яркий подсолнух. Растение солнечное, плодородное и всегда смотрящие в сторону яркой звезды, олицетворяя направление к чистому позитиву. Как раз таки тот навык, коей хотел в себе видеть цветочник.  

Мари, старшая сестра группы удостоилась самого подходящего ей цветка. Величественного, прекрасного и идеального в своей простой, изящной красоте. Прямо как и она! Бейзил решил не упоминать факт, что при нужном количестве употребляемого цветка можно заработать серьезное отравление, или, еще хуже, смертельный исход. Хотя, судя по пересказу из уст двух людей о дне на озере, возможность причинять вред своим, благо словесным, ядом у неё тоже имеется.  

Что касается излюбленного в группе за не имеющую изъянов готовку мальчика, ему были переданы семена роз. Отличающая своей многогранностью зелень сразу привлекла внимание других членов группы, когда те стали подмечать не однозначное поведение их любимого шев повара самоучки. Доброта, сентиментальность, ответственность, сострадание, игривость, страсть, любопытство, бережность, пугливость и брезгливость. Все эти позитивные, и не очень, черты содержал в себе один человек и ровно как и сами розы, он раскрывал свои самые выдающиеся черты в виде цветущих бутонов.  

За ним следовала Обои, девочка сильная, дружелюбная, морально нравственная и принципиально благородная. Гладиолус, ровный, четкий и запутанный в своих вихрастых узорах идеально подходит к такой милой особе. Ну и к тому же, на упаковке был розовый гладиолус, так что как она могла не согласиться с предложением Бейзила? Те объятия хоть и чуть не сломали ему позвоночник, но все равно были приятными.  

Далее Кел. Мальчик ракета. Спортсмен с бесконечным запасом энергии. Самый простой, выносливый и способный мальчик среди всей четверки. Он выбрал цветок самостоятельно, рассматривая оранжерею в саду и наткнувшись на один большой и могучий кактус. То был Опунций, привезенный аж из другого штата, но неугомонному юноше дали семена скромного эхинопсиса. Кактусы в принципе славятся своей устойчивостью в жарком климате, простой формой и отсутствием какой либо выделяющийся особенности. Но если проявить к ним серьезное уважение, одаривать бесконечной любовью и поливать как можно лучше, то с необходимым терпением, незаметный кактус расцветет ярче чем любая роза.  

На последок пришелся Санни. Тихий спокойный, понимающий и альтруистичный мальчик, который не мог решиться, какой цветок он хочет посадить в свою клумбу. Но спустя пару секунд раздумий, юноша нашел ему подходящего кандидата на такую роль. Белый тюльпан. Цветок простой, незатейливый и практически незаметный. Он не такой яркий как роза, не отличается идеальностью как ландыш, вряд ли его можно назвать определением человеческого несгибаемого духа как гладиолус, если поставить этот цветок в тяжелой среде он определенно засохнет, в отличии от кактуса, и он уж точно не обращается всегда к солнцу, как подсолнух.  

Нет.  

Но ему это и не нужно, чтобы идеально подходить для одного молчаливого мальчонки.  

Ведь именно что его умиротворенность и заурядность, делает его особеннее чем все остальные цветы. Потому то он и стал любимым цветком Бейзила.  

Все шесть цветков пережили многочисленные трудности. Похолодания, заморозки, нападения насекомых, жару и многое многое другое. А сейчас? 

Сейчас все они мертвы.  

Ни один из цветков не пережил прошедшую ночь, завянув, высушившись и потеряв свой былой окрас. От них остались только скукоженные, сухие, соломенного оттенка сорняки. И это произошло за одну единственную ночь. Когда он закрывал оранжерею на замок вчерашним вечером, он даже и не подозревал что утром, после чашки ромашкового чая с своей бабушкой жаворонком, когда откроет дверцу, обнаружит там мертвые плоды многомесячных трудов. И ладно просто смерть любых цветов. Это было нормально практикой у любого садовника. С момента как бабуля представила ему мир трав, растений и всевозможной цветущей фауны, он успел повидать гибель не малого количество гордых жителей их садика. Конечно, было грустно от самого факта что ты больше не увидишь их по приходу на задний двор. Но смерть это незаменимая часть жизни, и главное просто уметь принимать её как есть. Однако это ни коим образом не относилось именно к этим шести индивидуумам.  

У этих цветов была одна маленькая особенность, которая часто ставила под вопрос уверенность цветочника в отсутствие паронормальных или сверхестественных вещей. Каждый раз когда что-то должно было произойти с одним из членов отряда друзей, эти растения то увядали, то заболевали, отражая возможную угрозу или трудности для определенных людей в текущей неделе. Такое случалось от силы раз пять. Когда Обри перестала ходить в школу из-за проблем в семье, когда Мари и Хиро столкнулись с препятствиями на работе в пекарне, когда Бейзилу потребовалось удалить аппендикс, когда Кел сломал себе руку, и когда Санни чуть не утонул. Но тогда это отражалось на них так уж сильно, да и эффект распространялся только на главного пострадавшего. Теперь, же видя что шесть цветов лежат на землице без грамма былой зеленой краски, разум мальчика начал буквально паниковать, перебирая варианты того, что может произойти со всеми участниками группы. 

Первый звоночек поступил очень скоро, когда Кел, чуть не выбив входную дверь, завалился весь тяжело дышащий в дом своего блондинистого друга, чтобы рассказать печальную весть.  

"У Мево какая то неизлечимая болезнь. Какой то комок в желудке, или как то так я расслышал..." - просипел юноша, принимая стакан воды от пожилой женщины с пучком волос на голове - "Мари пришла к нам домой и попросила созвать остальных к ним. Она отправила Хиро искать Обри, а меня за тобой..." 

"Какой ужас.." - прошептал ботаник, опуская взгляд в прискорбном сочувствии. - "Подожди, а как Санни? Он нормально принял эту новость?" 

"В том то и дело. Он еще не знает. Мари попросила нас всех прийти и помочь донести эту новость до него. Ты же знаешь какой он чувствительный..." - закончив свой стакан, спортсмен поставил его в раковину дома старой садовницы, одевая обратно кроссовки на пороге и дожидаясь своего друга - "Чего ты ждешь? Вставай давай! Нам нужно как можно скорее туда добраться и обговорить все с остальными!". 

Несмотря на грубую манеру обращения, Бейзил не взял обиды на Кела. Он понимал что в такой ситуации, когда возможные события могут пойти определенно не так как ты планировал в начале дня и забрать с собой на темную дорожку людей которые для тебя важны, ты будешь волноваться о чем угодно , но не о своем языке. Встав с дивана и обувь кроссы, он напоследок обратился к любимой бабуле, решив предупредить на всякий случай.  

"Бабушка, я не знаю когда приду так что.." - начал было юноша, но поднятая рука и скромная, грустная рука легшая ему на плечо пожилой дамы прервала его. 

"Ничего дорогой. Ступай и помоги своего другу. Когда печальная правда выходит на свет, единственный способ пережить её - это держаться вместе..." - в качестве мудрого наставника проговорила Мисс Гербера, укутываясь в свою вуаль и садясь на освободившееся место. За те годы что он прожил с ней под одной крышей, начиная с неопытного младенца и доходя до нынешний лет, когда он стоит на гордом подростковом пороге, она всегда выступала в качестве его наставника, учителя жизни, но что самое главное, безвозмездно любящего его человека, которой будет навечно благодарен. С признательным кивком, Бейзил исчез за дверью зеленоватого дома, оставив женщину в абсолютном одиночестве. 

"Что-то грядет... Да смилостивится бог над этим бедными детьми..." - прошептала себе под нос дама, чувствуя престарелыми костями нависшую над городом бурю. Бурю не физическую, не ту что сносит дома и целые города. А бурю перемен, которая приведет к последствиям, кои описать положительными или же негативными можно будет только в отдаленном будущем. 

Пятеро детей уселись на кухне резиденции Судзуки. Лампочка омывала их подобием на солнечный свет, который сейчас был закрыт тяжелыми, серыми облаками. Сегодняшним утром, по радио и телевидению, городской канал метеорологических прогнозов сделал заявление о надвигающимся на Фаравей шторме. Обещают большое количество осадков, грозу и возможное отключение электричества в районах без оборудования от подобных погодных явлений. По предварительным оценкам. Он должен пройти мимо поселения за одну ночь, вернув на улице ясное солнце. Но вот сумеет ли воссиять их личное солнце завтрашним днем - остается загадкой. 

Все были на нервах. Первым кто пришел к двери дома перфекционистов стали две противоположности. Невинный блондин и уже не такой озорной каштановолосый мальчик. Оба перепуганы, взволнованы и безмолвны, ибо в такие моменты серьезных переживаний, язык не поднялся ни у одного из них. Следующими были молодой взрослый и маленькая девочка, сжимающая в руках ради хоть какой то поддержки фиолетового малыша баклажана. Кто-то старался держать обнажающую других улыбку на лице, другие описывали свои соболезнования пианистке, что встречала их на подходе к зданию, а одной и вовсе не рассказали, из-за чего весь сыр бор. И все же, было кое что объединяющие их всех. Реакция на лицо их подруги, старшей сестры и обнадеживающей фигуры. Разбитое, сломленное и стертое в пыль выражение окончательно погубленного обстоятельствами человека. Четверо думали что видеть её в ярости - это самое страшное что она могла показать другим. Но от вида этих впавших в глазницы глазных яблок, чуть ли не фиолетовых мешков под глазами, бледной коже и потекшей туши у каждого из них спина покрылась гусиной кожей. 

"Мари.." - решил все таки нарушить повисшую тишину бойфренд, взяв руку барышни в свою кисть, но она вежливо её вытянула, с чем он был спокоен 
, дав пространство своей возлюбленной - "Как ты себя чувствуешь? Ты выглядишь..." 

"Отвратительно? Не затягивай с этим Хиро, это максимально честное описание которым можно меня сейчас назвать..." - усталым голосом ответила та, опустив голову на пару градусов вниз, и дав волосам упасть ей на лицо. Она не торопилась их стряхивать, как всегда делала в такой ситуации, от чего сейчас возможно было увидеть только один выглядывающий глаз, вместе с крохотным кусочком лица. 

"Эм.... Ладно, здесь не поспоришь..." - выплюнул тот, немного поерзав на месте, не зная с чего начать свои вопросы по поводу внешности особы - "и все же... Может тебе стоит немного расслабиться и отвлечься? Кажется что еще немного и ты развалишься на куски!" 

"Как будто бы я не двадцать четыре на семь чувствую себя так..." - прошептала себе под нос девушка, все таки поправив локоны и выдавив жалкое подобие своей до недавно яркой улыбки, после чего высказала то, что вызвало моментальный ответный эффект на её второй семье - "Не переживай ты . Все в порядке. Честно. Я больше беспокоюсь за то, как на это отреагирует Санни. А мне просто надо будет через какое то время, когда приду в себя, нанести обратно макияж и буду как но...." 

Она замолчала. Глаза расширились, когда ужасное осознание высказанного признания все таки дошло нейронными связями до головного мозга. Все остальные делали ровно тоже самое. Кел, человек до которого всегда мысли доходят в последнюю очередь, и тот испугался потенциально пропущенных знаков, которые возможно могли бы предотвратить не только внешний вид девушки, но может быть и состояние его дорогого друга. 

"Как мы этого не заметили..." - подумал про себя начавший дрожать цветочник, отводя взгляд от решившей что-то им сказать Мари, хотя её выпущенные звуки не могли образовать полноценных слов. Он не знал как описать те эмоции, циркулирующие в его голове и становящиеся отправляющийся кровью, сдавливающие по своему приходу маленькое сердце. Это была ужасная смесь из поглощающей, растущей изнутри вязкой субстанции, называемой виной, и горящей праведным пламенем энергии, направленную ни на кого то чужого, невинного, а на самого себя. Бейзил не мог себе простить такой серьезной оплошности. С момента его принятия в компанию и по сей день, они всегда старался стоять на одном месте с двумя старшими ребятами, наблюдая за тем чтобы никто не пострадал и не начал очередную конфронтацию, сохраняя серьезную бдительность и внимательность к людским эмоциям. Иногда у него это получалось, но чаще всего нет.  

Однако благодаря поддержке вышестоящих в их отряде подростков, кои в отличие от него обладали необходимым характером и пробивающей насквозь любые словесные отговорки харизмой, ботаник продолжал дальнейшие попытки, из разу в раз стараясь перейти через свою нервозность и помочь друзьям. На этот раз был решающим. Он наверное пережил бы еще тысячу подобных ситуаций, когда не успокоил Кела с Обри, или повел себя недостаточно зрело для своего возраста. Ведь это и близко не стояло с фактом того, что он пропустил очевидное состояние ключевой фигуры всей группы. Красные флажки буквально кричали им в упор каждый раз, когда она заикалась об репетициях с Санни, или же подготовительных курсах к колледжу. Ни один человек в мире не способен бороться с таким тяжелым графиком и выйти без малейших изменений. Неужто ему и впрямь казалось, что пять часов сна в сутки, занятия от заката до рассвета и яркая, недрогнувшая улыбка на протяжении ВСЕГО года - это определенно логически сочетающиеся детали? 

 "Я ужасный друг..." - зарубил себе на носу ключевую мысль, уже готовый сжаться в клубок на манер своего бывшего любовного интереса, но появление одного нежданного, но несомненно имеющего доступ к ключам дома, гостя прервало его. 

"Да да, я вам перезвоню." - держа раскладушку в одной руке сказала на последок Мисс Судзуки, входя в гостиную и наблюдая за шестеркой печальных, разношерстных взглядов. Как и всегда, волосы женщины представляли из себя сплошной беспорядок. Не имеющие точного патрона локоны, выступающие то вправо то влево, отдаленно напоминающие прическу, популярную лет двадцать назад. Но сейчас это состояние ухудшилось многократно, из за очевидных факторов. Нет, не печаль. Женщины занимающей одну из руководящих должностей в крупной маркетинговой компании, вместе с её мужем, не могут тратить время на такую долгую и затратную вещь как скорбь. Это не означает что Шерон была бездушной дамой. Ни в коем случае. Среди них двоих, то бишь патриарха семьи и её самой, она чаще всего показывал честность, терпение, доброту и понимание к рожденным детям. И все таки, Бейзил знал такой вид взрослых. Работа, карьера, повышения и налоги слышались из уст чаще, чем спасибо, я горжусь тобой и люблю тебя. Она не был как его родная мать, далеко далеко в лучшеую сторону чем та, которую он иногда даже не мог назвать таковой, но иногда, смотря на то как эта мисс уходит под утро и возвращается только поздним вечером, на его душе прибавлялось еще несколько трещин. 

"Так, спасибо вам всем мои дорогие что пришли поддержать наших детей. Мы это правда очень ценим" - в духе офицального мероприятия закрутил пластинку Шерон, решив первым делом рассказать побольше деталей о причинах их пребывания в этом доме - "Как вам наверное уже известно, Мево, ваш пушистый друг и верный питомец наших с мужем детей, очень сильно прихворал. Мы водили его к ветеринару вчера вечером, после того как он... Кхм, подробности будут излишними. Но в любом случае, после осмотра нам показали неприятный факт. У него медленно но верно отказывает желудок, в виду злокачественной опухоли. Именно из-за неё в последнее время он стал таким.... Круглым.."  

Еще один гвоздь вины прибил его к позорному кресту. Очередная деталь, ускользнувшая из его поля зрения. Такая яркая, очевидная и до глупого банальная. Ну не может котенок в его то возрасте так быстро набирать лишний вес, даже со всей той экстремальной кормежкой, что предоставлял ему Санни. 

"Злокачественная опухоль? Что это?" - непонимающе повернул голову загорелый юнец, с очевидно рушащейся улыбкой на лице. Несмотря на незнание медицинской терминологии, только по тону женщины, он видимо подсознательно понимал всю суть рокового положения их пушистого комочка радости. 

"Это образование внутри организма Кел..." - подняв справки из глубин подсознания выпалил Хиро, забурившись лицом в натренированные нарезкой овощей руки. Последние месяцы на подготовку для медицинского курса сказались на знаниях юного одаренного таланта, и пополнили его запас знаний. Информацией ненавидимой, втайне от его родителей - "Если по простому, то клетки начинают сбоить и работать против тела, разрастаясь до тех пор, пока не... Миссис Судзуки, какого размера опухоль?" 

Ответ последовал не сразу. Она закусила губу и немного отвернулась, эта же манера поведения передалась и её дочери, которая на данный момент делала тоже самое, но ибо информация все таки должна быть услышана всеми, язык не долго был сдержан зубами.  

"Она покрыла почти треть её тела...."- таков был ответ, и реакция не заставила себя долго ждать, когда Хиро еще больше погрузил лицо в кисти, бормоча непонятную тарабарщину. 

"Н-но что с ним будет дальше? Доктора ведь ему помогут? Верно?" - сжимая игрушку до выпучивания глаз умоляюще пропищала Обри, с отчетливыми навернувшимися слезами на глазах. Она всегда была известна своей чрезмерной любовью к всяческим животным. Собачки, кошечки, ненавидимые всеми, кроме неё и блондинчика, жуки и конечно же кролики так или иначе всплывали в повседневных беседах с этой длинноволосой особой. В тех редких вылезках в лес с сочком она всегда настаивала чтобы никто из группы не брал с собой пойманных букашек, а с чистой душой отпускал их обратно на волю, после проведенного времени разглядывания живой диковинки. Её 
сердце определенно разобьется, когда она услышит ответ... 

"Как бы не прискорбно мне было это говорить, но..." - голос старейшего человека в этом доме дрогнул. Бейзил, при всей своей нелюбви к взрослым ввиду очевидных причин, мог понять что и для неё это были трудные, ранящие слова. Ему было жалко её - "Но после долгих обсуждений с лечащим врачом и моим мужем, мы решили усыпить Моего. Так мы облегчим ей страдания. По другому ему уже никак не помочь. Это единственный выход" 

И вот, дамбы были сорваны. Чьи то рухнули окончательно и не подлежали восстановлению, а другие дали легкую, но ощутимую течь. Двое старших ребят вовлекли в теплые, утешающие, но такие уязвимые объятия трех маленьких друзей, чьи щеки уже покрылись видимыми дорожками слез. Громче всех плакали конечно же те, кто чаще всего вызывал конфликты на пустом месте. Обри от осознания что её маленький друг вскоре покинет этот мир, отправившись из-за жестокой судьбы в райские сады, а Келси от понимания что уже в который раз, ничто не пошло как запланировано. Никто из них, и он сам, больше не мог улыбаться даже если постарается, Жизнь решила окончательно навалить на них добротную кучу, наплевав на какие либо потаенные желания.  

Что до Бейзила, мальчика успокаивающе кружащего кистью по спине рыдающей подруги, его слезы лились за человека, не пребывающего в сией комнате. Ему было больно за Санни. Хорошего, ласкового юношу, чьей дружбой с ним и им самим они дорожил больше чем любым выращенным цветком. Ему будет труднее всех принять новость о печальном конце жизни его четерыхлапого спутника. В конце концов, несмотря на то что покупка была совершена специально для дня рождения Мари, он стал тем кто чаще всего присматривал за ним, игрался и обнимался на диване, проводя как можно больше времени с мурчащим компаньоном. Он никогда не хотел видеть его сломленным и даже в отдаленных уголках разума, пока мозг сосредотачивал большую часть работы на сохранение комфорта в маленьких кусочках обернутого руками тела, боялся самой концепции его порушенного причинами друга. Ведь это бы означало что он подвел его. Что он не сумел предотвратить произошедшую катастрофу и быть хорошим другом, вместо этого став жалким идиотом, что уже и произошло в его мировозрении. Ох, воображение цветочника уже играло малоприятный образ реакции солнечного ребенка на такую ве... 

"У-усыпить?" - услышали шестеро человек четкий, ясный и достаточно похожей на нормальную, а значит не свойственную единственному до последней минуты не существующему в комнате мальцу голос. Все оторвались друг от друга и посмотрели на дверной косяк между залом и гостиной. Там стоял он, в черных носках, черной футболки и серых шортах. Его глаза, даже с отчетливым признаком нарастающего ужаса, все еще намекали на недосып. Он только только проснулся, но первым что услышал в новом дне стало крушащие все надежды известие. Сердце Бейзила упало на дно дна. Ниже уже некуда. 

"Дорогой, Мево...." - Шерил начала говорить ласковым голосом. Среди двух детей что она породила из своего чрева, маленький кроха стал её самым любимым. Да, Мари была её гордостью. Выросшая из стучащей по игрушечным клавишам малютки в прекрасную подрастающую леди. Гордость и радость за такое развитие переполняли взрослую даму, но это определенно не те эмоции что она хотела ощущать к своему чаду. Ей было желание любить, баловать и поощрять творческую натуру кого то в разы моложе чем её дочь, ведь с ней уже так не поступишь. Она серьезная ответственная девушка, ставящая превыше себя остальных, и ей уж точно не до приторных похвал своей мамы. И Мисс Судзуки не возражала. Ни капли, ведь её муж подарил ей второго ребенка. Маленького черноволосого ангелочка, что стал её фаворитом, пока сам муж, сконцентрировался на дальнейшей развитие своей кровинушки. 

Этот же самый муж, остановил готовую к выходу речь-объяснение жены, когда он, с кошачьей переноской в руке, повис большой тенью, отброшенной грозой, над сыном, ожидая когда он соизволит пододвинуться.  

"Кхм. Пододвинься, сын..." - заговорил Хитоши Судзуки, тот, кого иногда побаивался даже бесстрашный Келси. Любому кто посмотрит на портрет одиннадцатилетней давности, установленный на семейном камине этого дома, может показаться что мужчина сам по себе безобидный. Теплая улыбка, спокойная поза и покоящаяся рука рядом с его сыном. Так ли это на самом деле? Абсолютно нет. Он хоть и выглядит как типичный мужчина средних лет, с женой, хорошим домом, высокооплачиваемой должностью, но стоит немного подкопить на поверхности, как все закопанные кости начинают вылезать из очевидных могил. Санни повиновался. С стекающей капелькой пота и явным непониманием того что было сказано, он посмотрел на спину своего горе отца, увидев в руке пошатывающуюся переноску. Мордашка кошки была слишком усталой и измученной. 

"Ч-что все это значит? Что не так с Мево?" - вновь вопрошая заговорил обычно тихий юноша, теперь же намеренно повышая голос на того, на кого это делать не стоило. Главный добытчик дома повернулся к своему сыну, подарив тому взгляд, который Бейзил никогда не забудет. Это было что-то за гранью понимания детского, но начитанного ума юноши. Он успел прочесть немало сложнопостроенных романов с своей уникальной системой повествования, или переведённой на английский язык речи. Еще никогда мальчик не видел и не читал о таком переливающим через край уровне презрения к кому то, кого ты по идее должен был любить и защищать с рождения. 

"Мево было очень очень плохо." - пробасил баритоном бизнесмен и отец двоих детей, делая дальнейшие шаги по направлению к выходу из родного дома. Он более не оборачивался посмотреть на растущие изображение паники на лице кровного сына, предпочитая тратить время на что-то более полезное. Завязывание шнурков как пример. "Постарайся вести себя с следующим питомцем как нормальный человек. Я жду тебя в машине Шерил. Нам нужно торопиться..."  

После этих слов, мужчина исчез за дверным проемом, с фетровой шляпой на макушке проходя через проливной дождь. Все были в шоке. Никто не знал что делать в такой ситуации, когда родитель говорит такие слова. Однако Санни знал что ему необходимо сделать. 

Сорвавшись с места в порыве панической атаки, задыхаясь и мыча себе что-то под нос, перенесший такую психологическую травму ребенок бросился к лестнице, преодолев её за ранее невиданно потраченное время, ухватившись за дверцу ручки и заперевшись внутри на замок. Друзья, мать и сестра побежали за ним... 

Не успев прервать закрытие двери, им оставалось только одно. Долбиться напролом, в попытке выбить осточертевший замок с концами, дабы помочь своему пострадавшему другу.  

"Санни, пожалуйста, открой дверь! Мы просто хотим поговорить!" - настойчиво уговаривал Хиро, бьюсь плечом об деревянную поверхность, на пару с младшим братом и все еще сжимающей мягкую игрушку девочкой. 

"Санни, я п-понимаю что слова этого старика тебя ранили." - вымолвила пианистка, моментально привлекая к себе внимание как друзей так и одного, ныне единственного родителя. Это был первый раз когда она за все пятнадцать лет своей жизни назвала родного отца таким намеренно оскорбительным прозвищем, всегда ведя себя как папина дочка. Но после всех сказанных этим самодуром слов, по другому она его назвать не осмеливалась. Ярость была гораздо сильнее давным давно укрепившихся поведенческих установок - "Но он просто повел себя как последний придурок! Не слушай что он тебе сказал, ты ни в чем не виноват!" 

"О-оставьте меня одного! П-прошу, просто у-уйдите!" - на всю мощь малюсеньких, слабых легких закричал скрипач, заставив своих друзей подпрыгнуть от удивления, а плачущую девочку зареветь пуще прежнего.  

Все шло к чертям. Каждый нерушимый закон их группы, заведенные негласно правила нарушались один за другим, повергая опустившихся в траур детей в полнейшую неразбериху. Кел не мог улыбаться, обычно стойкая и гордая своими принципами Обри не могла проговорить и слова от наполнивших её рот слез с соплями, Хиро продолжал как умолишенный попытки выбить злосчастную дверь, даже с пониманием что это у него не выйдет, позабыв обо всех остальных. Мари же, и без того находясь в подавленном состоянии, как будто бы состарилась на пару добрых лет. Не было той былой ободряющей радости и волн позитива, что она несла в себе в любом удобном случае, помогая другим в самых сложных обстоятельствах. Теперь она не была собой. Не была идеальной. А Санни, яркое но тихое солнышко их группы скрылось за несношаемой баррикадой из страха, отчаяния и тоски.  

И во всей этой суматохе стоял Бейзил. Мальчик, чье утро началось с тихих разговоров под чашку чая и теории о надвигающейся важной дате, теперь смотрел за тем, как пара неправильных слов, уход казалось бы простой кошки из их жизней и результат общей невнимательности доводит ситуации до точки невозврата. И он все это время бездействовал, находясь будто бы в трансе погрязшего в шоке сознания. Ему нужно что-то предпринять. Необходимо хотя бы каким нибудь способом переменить черную линию на белую. Но что он вообще может сделать, если даже сильнейшие люди которых он когда либо видел ломаются прямо у него на глазах? 

В конце концов, с последним ударом об деревянную поверхность, Генри скатился по ней спиной, усевшись на пятую точку, весь измученный и уставший. Только по дрожащим глазам и стиснутым зубам было ясно, что у него бурлит желание высказаться на этот счет. Прокричать что есть мочи тройку задорных словечек сапожника. Но даже с теперешним эмоциональным упадком, он не мог себе этого позволить. Совесть не позволяла ему этого сделать.  

"Молю..." - зазвучал голос их спрятавшегося друга вновь. Головы пяти детей повернулись к перегородке между ними и ими. Речь мальчика дрожала сильнее, чем в день инцидента, что разбивало их и без того смолотые в труху сердца - "Я сделаю в-все что только захотите... Ч-что угодно.. Я о-обязательно выйду... Но оставьте меня одного.... Пожалуйста!..." 

И снова тишина ломала их плечи весом, несравнимым с тем что держал на себе Атлант. У тишины было много видов себя самой и пятеро детей любили проводить время на пляже, погрузившись в её милосердную версию. Но эта была беспощадной. Покрывающая сантиметр за сантиметром свободного пространства, начиная с головы, где мысль о самой тишине зарождалась, и пробираясь вниз по спине, вызывая отвратительную гусиную кожу. Были слышны только три вещи, делающую и без того ужасную картину хуже. Сердцебиение. Дождь. Плач. Столбы невыносимой печали, протыкающие их насквозь. 

"Мама, я не думаю что смогу поехать с ва..." - начал Мари с хрипотцой в голосовых связках, но когда она все таки подняла глаза от пола, пребывая опирающейся спиной об стену с обоями, родителя в поле зрения не оказалось. Она посмотрела налево, направо.Тоже нету. Посмотрела в комнату свою с младшим братом и родительскую, но и там её не нашлось. - "Мам? Куда ты ушла?! 

Друзья посмотрели на неё с недоумением, одновременно подумав о одной и той же идее.  

"Быть того не может..." - прошептала девушка и мигом ринулась вниз пол лестнице, ненамеренно повлекшая за собой оставшихся людей в доме. По приходу обратно в гостиную комнату, где все пятна от соленой жидкости уже успели высохнуть, их встретил старый друг и тишина. Не было успокаивающих слов Миссис Судзуки и её стараний в поддержке родного чада. Только... расписанная коротким, торопливым почерком записка, с оставленными зелеными купюрами. Барышня взяла её в руки. Она читала ничего не говоря, не издавая ни единого звука, кроме конечно же дыхания. Но когда слова закончились, музыкантша не отпустила клочок бумаги. Вместо этого, она скомкала его несколько раз и швырнула в мусорку у двери, с разъяренной миной на лице. Если учесть её уставшие мешки, бледную кожу и взгляд пронзающий сами небеса, не боясь ни единого бога всех пантеонов, то можно было предположить что она была готова прибить родившую её женщину, будь она здесь. 

"Хааааааах.... Превосходно. Невероятно. Просто... Просто блять замечательно..." - издала усталый стон вундеркинд, прийдя в себя и вернувшись к уже привычному, вымотанному лицу. Мари прошла к дивану, и усевшись, дала остальным незнающим ребята желаемые ответы - "Она уехала с отцом. Забрала Мево к ветеринару. Прямиком на железный стол с иглой... Мы её больше не увидим. Эта... Женщина даже не подумала о том чтобы позвать нас проститься с ней..." 

"Мари, я.." - заговорил поваренок, подходя к мебели и садясь по правую руку от неё. Но стоило ему протянуть кисть к плечу горячо обожаемой девушке, как она поспешила убрать её подальше от себя, пододвинувшись на пару сантиметров от него. 

"Нет. Не надо..." - с горечью и тонкой, едва видимой капелькой яда в голосе отвергла леди, стараясь не смотреть в его сторону , сохраняя максимально спокойный в таком состоянии - "Я понимаю что ты хочешь меня успокоить и заставить почувствовать хорошо, но не нужно. Я сейчас определенно не в том расположении духа чтобы принимать утешения. Мне... Нужно побыть немного одной." 

"Можете идти или оставаться, как сами того пожелаете. Сегодня дом будет полностью свободен. Если понадоблюсь, я буду в музыкальной комнате" - сказала девушка на последнем издыхании сил, вставая с предмета комфорта, теперь доносящей до неё только негативные мысли, при воспоминаниях о ласках с Мево, дабы затем исчезнуть в переходе между комнатами. Никто не последовал за ней. Вместо этого, четверка оставшихся детей уселась на подушки, которые разделили вместе с ними так много заветных воспоминаний, скорбя о потере их пушистого товарища. 

"Ч-что мы будем делать?" - наконец промолвила малышка с игрушкой, потянув своего самозваного старшего брата за край рубашки. 

"Я... Я не имею ни малейшего понятия. Честно, это просто какой то кошмар и я надеюсь что скоро проснусь..." - без капли надежды выпалил часто видимый с лопаткой в руках подросток, понурив голову и стараясь как можно чаще не обращать внимание на раздающиеся звуки из комнаты с пианино. 

"Д-да ладно вам ребят! Мы ведь определенно можем что нибудь придумать! Нам нужно собрать себя в кучу и поднять Мари с Санни настроение!" - с вернувшейся улыбкой на лице, хоть и очевидно натянутой, чирикнул Кел, но быстро опустил маску позитива с своей рожи, когда получил не приободряющие взгляды от 'заклятой' соперницы и выглядещего крайне подавлено брата. 

"Я всегда знала что ты тупой, но это уже какой то перебор. Как нам поднять настроение этим двоим, если мы сами то в порядок привести не можем?" - пробубнила Обри, даже не удостоив спортсмена раздраженным взглядом. Тот в свою очередь, еще немного поерзав и потянув за волосы вскоре все таки сдался, упав и распластавшись на диване рядом со всеми остальными. 

"Ладно. Будь по твоему. Я тоже не знаю что блин делать. Все эти эмоциональные штуки - не моя сфера.." - мямля ответил испано говорящий мальчик. Такой ответ не на шутку впечатлил крошку, в плохом смысле этого слова. Судя по выпученным глазам и на секунду выпрямленной спине, она очевидно ожидала сотых пререканий и попытки переубедить её, но как мы видим, даже у этого юнца есть свои пределы. 

Но не у цветочника. Бейзил знал что нужно сделать. Что он обязан предложить дабы немного помочь упавшим в отчаяние и меланхолию членам его семьи. То, что обычно идеально помогало, когда ему приходилось работать с самым меланхоличным ребенком фамилии Судзуки. Единственное что ему удавалось делать так же хорошо, как и сажать растение. Пробуждать в друзьях лечебную ностальгию. 

Достав из внутреннего кармана жилетки свой фирменный альбом в зеленой обложке, он подошел к компании из трех человек. Встав параллельно им и раскрыв книжку, он пролистнул дальше чем обычно заходила его рука. Почти в самый конец. На скрытую страницу сборника фотографий. НАконец дойдя до неё, он увидел ожидаемую реакцию своих друзей. "Санни просил меня делать как можно чаще фото Мево, когда мы приходили к нему в гости" - зашептал горько сладким голосом садовник, медленно перелистывая лист за листом - "Говорил, что хочет иметь его рядом с собой даже когда его не станет. Эти фотографии - яркий пример всех тех моментов, что мы разделили с нашим обладателем лапок. Теперь они немного грустные, но они все равно позволяют вспомнить приятные минуты. Д-давайте... так и сделаем. Мы устроим еще одну ночевку под их крышей. Чтобы дать им столь необходимую поддержку перед важным событием. Все таки, нам нужно тоже показать как мы сильно их любим перед концертом." 

Chapter Text

Это был тот еще день. 

Утро как всегда, в последние несколько месяцев проходило через одно неприятное место из четырех букв. Прекращение очередного кошмара, зубы, вода, зарядка, приготовление завтрака для себя одной, проверка почты, макияж на нанесение которого для сохранения фактора незаметности ей приходилось тратить не мало времени утра и тому подобное. И ладно бы только это, но напавшая на неё новость о любимом котенке сделала сегодняшние двадцать четыре часа еще хуже, отправив то что казалось просто очередным неприятным днем в календаре, на подиум "Самого худшего из худших", сместив с заслуженного места дату её последней игры в софтболл.  

Мево было уже не спасти. Они слишком долго пропускали мимо глаз очевидный ускоренный рост массы их питомца, списывая это не ожирение от гипер опеки младшим братом пианистки. Но когда котик перестал нормально есть твердую пищу, стал чаще валяться посреди лестницы, не любимым местом для сна, и даже выхаркивать красноватые комки шерсти, её судьба уже решилась за них. Массивное образование растущее как бугорчатый плющ, начиная от живота и заканчивая ближайшими органами не теряло времени в медленном убийстве их животной поддержки. По сказанными экспертами прогнозам, ему бы осталось жить не более нескольких месяцев, прежде чем тот умер от этой проклятого биологического сбоя. 

Мари до последнего хотелось верить что все это очередной кошмар. Шутка переусердствовавшего разума, решившего повозиться с ней во время сна. Однако как бы она не сдавливала свое больное колено, пока её родители рассказывали о выбранным варианте, дымка страны песков никуда не уходила, банально из-за того что девушка пребывала в сознание. Те слезы не были пролиты от горя или потери близкого друга. Это соленое веществе текло по щекам прикрывшей глаза барышни от чрезмерно большого давления на плечах. Долгие дни, усердные старания с каждыми пройденными двадцатью четырьмя часами становились только сложнее и сложнее, вставляя ей палки в колеса одну за другой, как бы проверяя, куда доведет эта безумная твердолобость. Как оказалось, не слишком далеко она ушла, потому как хватило только пары факторов, чтобы она безвозвратно потеряла тягу к чему либо из всего того, чем Мари дорожила. Исчезновение из этого мира одного ни в чем неповинного создания, доказательство до невозможной безответственности её родителей трудоголиков... и его. Того, ради кого начались дополнительные занятия, работа в пекарне, накопления средств, репетиции и бесчисленные пикники. Её младшего брата. 

А точнее жалкое подобие мальчика, коим он когда то являлся. Ей не верилось что всего одно лето назад она была готова свернуть ради него горы, ведь теперь леди могла только внутренне скалится, когда один из друзей подмечал цепливость этого мелкого недомерка. Нет, это был не её маленький братец. Это было что-то другое. Мерзкое, заносчивое, часто насмехающиеся за спиной после каждой неправильно нажатой клавиши в осточертевшем дуэте, вечно ленивое создание, перебирающее пальцами сардельками по такой дорогой скрипке, издавая разрывающие ушные перепонки скрипы, стоило смычку соскользнуть не только на струнах, но и на нервах пианистки.  

При всем драматичном внутреннем описании, она осознавала что это не так. Это все еще её Санни. Солнышко, которое она практически самостоятельно воспитала, пока родители отсутствовали большую часть рабочего, а часто и выходного дня. Ей довелось научить его правильно говорить, от чего он вознаградил учительницу сестру первым словом, ставшим нелепо промямлиным : "Мави!!", бережно ухаживать за внешним видом, благодаря уроком от которой мальчик и по сей день бережно тратит время в ванной комнате на укладку непослушной шевелюры, и без падений кататься на роликовых коньках, хотя это и получилось после значительного количества ссадин и ушибов с обеих сторон. Но ныне, по прошествию времени которое она хотела откатить на добрые года назад, этот ребенок ленится, не старается и кладет большой болт на старание его старшей сестры, часто кидаясь ЭТИМ взглядом, пока она не смотрит. Однако ей все видно. Она часто замечает эту пару глаз, сверлящих её затылок в лаковом отражении концертного рояля. В них барышня видит только презрение. 

Печальная ностальгия и суровая реальность являются не смешивающим коктейлем, подарившей Мари неспокойное, бурлящее послевкусие. Как она чувствовала себя с подобной смесью? Она её ненавидела до глубины перфекционистской души, кидаясь проклятиями на себя как только пролетает стремящаяся мысль. Конфликт двух диаметрально противоположных желаний кипел в ней точно с той же силой, что и дилемма между нуждами тела и сердца. Одновременно хотелось сразу два за раз, но от характера обоих исходов, сразу становилось понятно что оба сделать не получится.  

С одной стороны, ей очень хотелось поскорее покончить с этим, сыграть этот треклятый дуэт, доехать до дома, и поговорив с родителями, прекратить весь этот музыкальный балаган. Больше никакой скрипки в этом доме и постоянно ноющего мелкого негодяя. Так барышне более не придется проводить время наедине с ним и по окончанию репетиций идти прочищать уши от вытекшей крови. К тому же, она сможет находиться с гаденышем как можно реже, пока в один момент, просто не уедет в колледж который ей подобрали. Там то она будет свободна и от контроля и от мыслей, что продолжают терзать музыкантшу по сторонам.  

По другую сторону баррикад выступал более сентиментальный, но от этого не менее желанный подход. Отбросить все конфликты, оставить позади бредовую погоню за первым местом и как можно скорее помириться с своим маленьким братом. Человеком что любил её и, она надеялась, любит её по сей день как свою старшую сестру. Чтобы они могли как в былые времена тратить часы на просмотр сезонов мультсериалов, обнимаясь холодным вечером под пледом, смеятся без накладных масок на вылазках с друзьями в тайном месте и быть счастливыми.  

Оба варианта казались такими странно притягательными, что она разрывалась без возможности выбрать только один. Она оказалась на перепутье, где обе дорожки могут привести её один только бог знает куда. Переживания, сравнения, взвешивание каждого из вариантов, постановка фактов с логикой и отчаянные крики кровоточащего от разбивающихся надежд сердца ломали уставшую, сонную вундеркиндшу. А потому, девушка сделала тоже самое что делала всякий раз, когда мысли становились невыносимыми. Решила сбросить накопившийся стресс и забыть о переживаниях, убрав их на потом. И у неё как раз был для этого подходящий инструмент. 

Инструментом был один очень послушный и покладистый мальчик подросток, чье тело на данный момент располагалось прямо на развалившийся от безудрежных игрищ кровати. В её руках он переливался и извивался как мягкая глина под кистями искусного мастера по лепки. Она может делать с ним все что только пожелает, придать любую из существующих форм, стоит только надавить в нужном месте.  

С того момента как она забрала его первый поцелуй, прошло немного немало несколько месяцев, и за такой промежуток времени он стал очень даже хорош. Знает куда и когда стоит положить руки, как правильно себя вести и управлять языком в нужных пропорциях. Инициативу начала их сеансов ласок всегда брала на себя Мари, с чем он никогда не пререкался. Ловелас снаружи, но тот еще некий юноша внутри, ни капли этому не сопротивлялся, позволяя ей играться как ей заблагорассудится. Ох, то как он часто превращался в сплошную краснеющую, бормочущую себе под нос лужица непонятно чего, заводило её до чертиков, вызывая приятное тепло внизу живота. Хотя, она не могла не подметить что ей всегда было мало. Как бы долго они не целовались и до какого патового состояния она не доводило Хиро, она была голодна до чего то большего. Не нимфоманка, а просто неудовлетворенная. У неё были некоторые теории почему но... Ей сейчас не стоит думать о нем, а лучше вместо этого взять еще побольше. Сегодня она может себе позволить дольше чем обычно. Санни пару часов назад вышел из ванной, дети расстелили спальные мешки, одели принесенные пижамы и заснули под концовку мультфильма. Никто их не побеспокоит. 

"Фуах... М-мари, подожди чуток, дай отдышаться... Хааа...." - выдохнул почти задушенный её губами поваренок, лежа спиной на простынях, пока над ним нависала девушка почти на голову ниже него. Все лицо было покрыто новой бледно красной помадой, которую было едва отличить от цвета лица пострадавшего. "Ты... Сегодня намного энергичнее чем обычно... Я конечно понимаю что хочется расслабиться после всего что произошло, но может немного сбавим темп? А то чувствую... Такими темпами коньки отброшу.." 

"Ммм?" - с той самой дьявольской ухмылкой, которую она зачастую использовала во время поддразниваний, девушка облизнула губы, усевшись на коленях своего изнеможденного бойфренда. Возможна она бы мигом его заткнула, дав ему рту более прихотливую задачу чем обмениваться бесполезными словами, но у неё еще остались те крупицы уважения и этикета, что еще не растопились в горящей похоти - 'Сам вошел ко мне в комнату посреди ночи, решил успокоить, предложить помощь, а теперь передумал? Ай ай ай. Как плохо это с твоей стороны красавчик. Надо бы это исправить..." 

И снова, рот подростка погряз в чужом рту, когда барышня мигом набросилась на свою жертву. Влажные причмокивания, водящие кисти по плечам и талии, и прочие звуки пубертатников в разгаре экспериментов с телами друг друга наполнили комнату двух влюбленных. Ей хотелось еще. Чего то другого. Возможно, пора сделать маленький шажок. Незначительный такой. Например... 

"Хиро, будь душкой, сними футболку." - максимально выкрутив приторность голоса замурчала барышня в ухо своего возлюбленного, поведя толпу мурашек и дрожи по позвоночнику удивленного юноши. Он стремительно выпрямился по стойке смирно, смотря на юную леди с утонченным непонимающим взглядом. За время отношений с этим мальчиком, она сделала для себя определенные открытия. Их было много, все не перечислить, да и сконцентрированный на своем партнере мозг вундеркиндши не то чтобы очень был способен на это. Однако самым главным открытием для барышни стало то, что Генри оказался той еще черепахой, когда дело касалось темпа. С момента достижения "Цветения", как любила называть стандартный переход от ребенка к растущей женщине её мама, она получила долгую, скучную, но в целом познавательную лекцию о взаимоотношениях с противоположным полом, разумеется приправленную правилами осторожного поведения. Когда у тебя есть такая очевидно привлекательная натура, всегда найдется парочка подонков что захотят воспользоваться ей в своих больных целях. В какой то момент, ей даже казалось что все мальчики на свете могут только и думать о таких вещах. Ну, кроме одного конкретного...  

В любом случае, как оказалось, и ей было стыдно за то что она даже подозревала Хиро в подобном нраве, он был уж точно не из того теста, что и люди которых привела в пример маменька. Сей факт сбил с плечей девушки груз страхов при начале романа, но когда дело дошло до клубники, слегка её... разочаровал? Приободрил? Мари еще не определилась до конца, но так или иначе, это вызывало некоторые проблемы в их прогрессе. Но несколько приукрашенных слов всегда решат такие проблемы. Все таки, гормоны не раз и не два показывали заметное превосходство над силой разума. 

"А я за это..." - обольстительница потянулась к плечу, взяв в большой и указательный палец ткань белой ночнушки, оттянув её по направлению тоненькой руки, показывая не только острый изгиб тела, но и лямку своего украшенного линиями лифа. Как и ожидалось, результат был на лицо. Покраснение ярче любого томата, своевременное отведение взгляда и попытки удержать его подальше от манящей перспективы увидеть нечто большее, чем просто углы возле шеи - "Сделаю тоже самое" 

Рыба заглотила наживку вместе с крючком по самый желудок. Расширив глаза пуще прежнего, юноша еще несколько секунд решался на отчаянный поступок, прежде чем помотав головой все же выполнить указание своей второй половинке. Руки на краях одежды быстро подняли её вверх до сосков крест на крест, дабы затем выйти из рукавов и сжать на коленях уже снятый кусок одеяний мальчугана. 

Хиро был... Ну, построен не как тяжелоатлет, , но ясные намеки на кубики, растущие бицепсы и мускулатуру давали о себе знать. Где то больше а где то меньше. Но в общих чертах, это было стройное тело пятнадцатилетнего повара, прогуливающий уроки физкультуры чтобы найти втайне ото всех недавно завезенный список блюд буржуазного слоя французского общества восемнадцатого века в библиотеке, дабы затем отплачивать за это после учебного дня. Хотя она ожидала немного иной вид. Структуру не такую твердую и колкую. Скорее, нечто более мягкое, упругое и нежное. Прямо как у него, в те дни когда они вместе сидели будучи детьми в ванной...  

Вновь, появившаяся из неоткуда мысль потушила до недавнего времени полыхающий огонь так же быстро, как и ведро полу растаевшего льда топит маленькую спичку. И так снова, снова, снова и снова. Как только её времяпровождение с Генри заходило за границы приличных парня с девушкой и уходило в сторону интимной атмосферы, голова Мари не могла избавиться от летающих по углам образов одного конкретного персонажа в её жизни. Очень близкого и невероятно важного. Ей это ой как не нравилось, а соответственно, придется идти дальше. Глубже, глубже в эту яму похоти и отчаянного физического желания, пока в её черепной коробке не останется места для дум о Нем. 

"Мари? Все хорошо? Просто ты как то тщательно меня рассматриваешь.." - пробубнил смущенный испаноговорящий молодой человек, сжав текстиль в обеих руках и приподняв его до солнечного сплетения, прежде чем кисти дамы не остановили его. 

"Нет нет нет. Все хорошо. Я просто заплутала в облаках" - отшутилась брюнетка, упомянув черту характера персонажа не присутствующего в этой комнате. Пальцы не спеша топали по поверхности подтянутого живота, очерчивая круги, квадраты и другие геометрические фигуры, но чаще всего, шагая вверх как вниз подобно тиканию маятника. Каждый шажок отдавался в нервничающемся сгустке гормонов и противоречий, называемый себя Хиро. Миллиметровая гусиная кожа успела покрыть большую часть поверхности туловища мальчонки, не оставив ему и шансов на спокойную реакицю к прикосновению, когда он начал тяжело дышать. Что-то было такое в ощущении контроля. Что-то возбуждающее и завораживающее для девицы, чьи родители до сей поры считали её невиннейшей из существующих дев. Это конечно же привело к разгоранию потухшего костра, которое стремительно вернулось к прежнему величию.  

"Эхе хе. Ты так мило реагируешь только на мои пальцы. Интересно, как ты будешь реагировать и на кое что другое." - томным голосом выпалила Мари, не отводя взгляда от, наоборот, уходящих в другие стороны глазенок. Не дожидаясь ненужных вопросов от Генри, барышня потянулась руками к рукавам, по запястью на один рукав, и оттянув их вниз, сбросила до пояса светящуюся в свете фонарей за окном ночнушку, дав любовника вид на её активы 

Она считала себя довольно таки приемлемой, когда речь шла о подаренных природой формах. Где то она могла справедлив похвастаться, а другие места пока что боялась показывать вот так сгоряча. И последней стала её грудь. Обернутые в нижнее белье два бугорка как раз помещались в чашечки, не вылезая за края и не наполняя только их половину. Стандартные, даже можно сказать, притягательные молочные железы. Так бы она себя и описала, не будь у неё в затылке пара тройка надоедливых комплексов, пищащих о жестоком несовершенстве. Всем понятно, что мы не выбираем с каким телом родиться. Гены подбираются в рандомном порядке, и это может привести как к некоторым мутациям, так и счастливым особенностям. Однако у природы есть свои фавориты, если судить по одноклассницам Мари, чьи... так сказать, подружки росли чуть ли не больше чем у родных матерей.  

Находясь постоянно в окружении девиц, постоянно размахивающими налево и направо своими машинами судного дня, очень трудно не почувствовать долю ревности в их сторону, и пока рациональная часть разума пианистки уверяла ей что от большой одни хлопоты, ибо с уже имеющимся размером много проблем, подсознательная негодовала от подобной конкуренции. Она немного побаивалась показывать их кому либо, кроме себя в зеркало, что она тщательно скрывала улыбающейся миной перед Хиро. Хотя она была уверена, что уже существует человек, который никогда её не осудит, чем бы девушка не обладала....  

Нужно больше флирта. 

"И так, нравится что ты видишь? Может скажешь своей девушке пару комплиментов?"- нарочито играючи пропела красавица, положив руки на талию, выставляя партнеру все на показ, от чего он конечно безмолвным. Она практически могла увидеть закоротившие у него шестеренки над головой 

"А, эм... Ну я мо... Они о.... Д-да, красивые.." - кое как, с горем пополам все таки выпалил несчастный казанова, под конец почесывая затылок в смущенном непонимании, что же ему сказать - "Прости, просто не знаю как их хвалить. В-впервые вижу ведь..." 

"Хи. Если упоминать твою историю браузера, то я как то в этом больно сомневаюсь." - понимая к чему приведет поддразнила Мари, заулыбавшись как настоящий игривый дьяволенок, коим она и была. "Ну правда Хиро. Тебе стоит научиться очищать историю. " 

"ПФХА! Так это была ты?! Я думал это мама, у меня чуть сердце через рот не вышло когда я увидел открытую страницу!" - возмущенно прокричал подросток с гнездом вместо волос, слыша как его подружка заливается ярким смехом. Ох, с ним всегда было легко и весело возиться. Чтобы она не вытворяла, начиная от спрятанного в парте жука и 'сгоревших' печений, реакция заставляла её волочиться по полу, когда она видела это возмущенное выражение лица. Это в принципе и начало их дружбу. Полноценную, после того как они познакомились по приезду в Фаравей. Шутка за шуткой, и вот, они на кровати. 

Поцелуи покрыли теперь не только его раскрасневшееся лицо, но и загорелое тело. Неровная дорожка началась с подрагивающей шее, где лучше всего были слышны эти милые стоны, затем по ключицам, уделяя особое внимание ложбинкам, переключение на туловище, где соски поваренка не остались без внимания, далее живот и .... Внезапно для барышне, её губы наткнулись на мужскую дорожку. Скромную, из пары не особо длинных но явных волосинок. Она уже могла уловить запах. Странный и неприятный запах. Но не волосатость и арома удивили юную авантюристку, а то что она зашла так далеко, что даже не заметила как сделала это! Конечно, девушка планировала зайти сегодня дальше чем обычно, но не настолько же чтобы использовать что-то помимо рук. Так или иначе, впредь нужно следить и не отвлекаться от поставленной задачи, будучи на чеку. 

"Эй Хиро, а что это мы тут прячем? Не честно хранить секреты от своей девушки."- вновь прошептала озорная девушка вундеркинд, ложатся прямо рядом с ним на , опираясь одним локтем об их ложе, а второй проводя по всему туловищу, от шеи до ранее затронутого другой её частью тела полоски. Сердце барышни забилось быстрее , чем при первом сольном выступлении перед своими предками. Она собирается взять его в руке. Свой первый стержень. Ей уже довелось видеть их благодаря всемирно известной сети интернет. То сумасшедшее количество картинок с изображением исключительно него вызвало у неё натуральные семь стадий принятия во всей своей красе! Волнение, страх, заинтересованность соединились в сплошной циркулирующий поток, с полной силой управляющие её мозговым процессом. И вот, не дав мальчику возразить и заставив его замолчать, переключив звуки слов на симфонию стонов, она залезла к нему под лямки и.... 

Оу. Эм... Вау. Типа, ВАУ!  

"Так вот какие они на ощупь..." - на секунду замерев подумала юная леди, не способная убрать руку от дружка своего парня. Это было странное ощущение. Как сжимать в кисти что-то живое, но одновременно неодушевленное. Статичное, но имеющие ощутимый пульс. Она могла почувствовать каждый поток крови в набухающих венах, когда каждое сжатие легкое движение заставляло мини Хиро менять свое положение. Хотя, называть его 'мини' будет крайне оскорбительно, потому как эта штука в самом буквальном понимании слова - массивная. Толстая, жилистая и тяжелая. Она сомневалась что, когда дело дойдет до конечной остановки, вовсе сможет уместить его в себя. Эта вещь может запросто порвать её! Но... Если б это был он... 

Здесь она окончательно сдалась. Держа в руке часть своего бойфренда, потеряв без возможности вернуть пламя, она лежала рядом с возлюбленным, проклиная себя, его и всех существующих богов, что породили её именно такой какой она есть. Девушкой, что даже в самый интимный момент всей жизни продолжает возвращаться к мыслям о том, кого она не имеет права любить по праву рождения. Она перепробовала все возможные и невозможные способы, начиная дистанцированием и заканчивая началом не самых чистых отношений с тем, кого она любит просто как хорошего друга. В конце концов, ничего из этого не помогло, ибо находясь в намеренно созданной разлуке, это привело только к ухудшению и без того распаясавшихся желаний.  

Черт бы побрал её девиантные мозги. Мари может сколько угодно посылать проклятие на выдуманные фантастические фигуры, но это не вернет её потраченного времени и уж точно не решит вопрос. Но что же тогда решит 

Способ в один конец. Единственный и без возможности повернуть назад. Если она скажет пару слов хнычущему от одолевающих его ощущений подростку, он быстро на это согласится и отдаст ей свою вишенку. Скорее всего это не займет много времени. Пять, может быть от силы десять минут, от того что они оба неопытные. Но это и не важно. Главное, что шанс конца всех её переживаний крайне высок. Она сможет вздохнуть полной грудью, перестать оглядываться на него и вновь стать самой собой! Идеальной Мари.  

Старшей сестрой что не испытывает влечения и больную влюбленность к младшему, несовершеннолетнему брату.  

Исчезнут её страхи, исчезнут её безумные мечты.  

Раз и навсегда. 

Но это и к лучшему. 

"Хиро..." - зашептала на грани своих возможностей, цепляясь за бренчащую пряжку ремня, последний замок на пути к очищению. - "Мне это правда нужно. Ты позволишь?" 

"Ч-что?" - Генри привстал на локтях, упираясь лопатками в изголовье кровати. На его лице лыба удовольствия и наслаждения постепенно переходила в настоящий шок от услышанного предложения. Возможно он и завлек себя в дальние края гормональных страстей, но когда встает вопрос, способный кардинально переменить всю твою жизнь, сделав из тебя мужчину, но при этом заплатив за это нарушением установленных обществом и этикой правил, его мозг вспоминал заученные наизусть нравоучения его матери. Оне отодвинулся еще на пару сантиметров назад, пока железная поверхность мебели не тыкала ледяным металлом в затянутые кожей ребра. От этого, рука девушка вышла из брюк парня, поймав на себе его мускус. "Мари, ты не можешь серьезно это иметь ввиду. Л-ладно еще... Все остальное что мы сегодня делали. Но это ведь секс! Половые отношения в нашем то возрасте! Нам только недавно исполнилось по пятнадцать лет, мы не можем так быстро идти." 

"Да, это так Хиро. Я предлагаю тебе свой первый раз." - зашептала барышня рядом с лицом своего возлюбленного, намеренно усаживаясь на коленях подрастающего мужчины и кладя пару рук на хмурящиеся лицо. Ему некуда идти, её медовый голос заполняет ушные раковины мальчика, не оставляя и крошечного пространства для сомнений, пока лесть и уговоры преобладали в разуме подростка. - "И я хочу как можно скорее разделить этот важный момент вместе с тобой, человеком которым дорожу, Которого желаю." 

Ложь.  

Сплошная, грязная, вязкая ложь.  

Не мед преодолевал тонкую пленку барабанных перепонок и заливал собой серое вещество загорелого человека, а смолистый деготь. Он выходил, рвался, плескался из уст барышни, намеренно выводясь из организма музыкантши, пока она старалась заверить себя что это не более чем черный пищевой краситель. То что она требовала не было священным актом близости. Минутами, кои могли разделить только двое максимально доверяющих друг другу человека, связанных вместе клятвами, словами и действиями. Нет, сейчас, в секунду отчаяния и сожалений, она была готова отказаться от всех своих греховных желаний, даже если за это придется заплатить долго установленными принципами. 

"Я... Я все равно не думаю что это хорошая идея. Мы ведь только только перешли этот барьер, а уже ты хочешь вот этого? Я ведь совсем неопытный. Вдруг я сделаю тебе больно своим отсутствием практики?" - судорожно спросил Хиро, положив кисти на кожу любовницы, где то в области локтевого сустава. Пока женщина перед ним старалась как можно быстрее уговорить неврастеника на злосчастные похотливые движения, мальчик только и мог что волноваться за неё. Искренне и невинно, не подозревая об истинных мотивах азиатки 

"Не глупи дорогой. Ты никогда не делал мне больно, и с твоей заботой, уж точно не сделаешь этого в будущем" - размеренно успокоила своего героя Мари, очертив несколько кругов на правой щеке юноши. Он осмелился посмотреть на неё, от чего она одновременно и порадовалась, что шарм начал активнее работать, и пожалела, ибо она увидела не его глаза. Она увидела его глаза. Черные и бесконечно глубокие, наполненные яркими фантазиями двенадцатилетнего мальчика. Или презрением того, что его заменило. - "К тому же, я не думаю что у тебя будет все так плохо. Вспомни себя при первом поцелуе! Неловкие движения, лапания и прочее немного меня бесили. Но стоило немного приложить усилий, и вот я уже целуюсь с самым талантливым молодым человеком во всем городе." 

"Эм... Кхм." - покраснев прокашлялся Генри, будучи застанным врасплох поддразнивающей стороной подружки в такой, казалось бы, серьезеной ситуации - " Но все же, у меня нету ничего с собой из... аксессуаров. Мама даже и не подозревает что мы так далеко с тобой зашли, а в аптеке нам вряд ли продадут презервативы... Да и если бы они у нас были, это еще не дает нам стопроцентную гарантию на защиту от последствий" 

"Ох, Хиро. Мой вечно ответственный Хитро" - промурлыкала роковая дама, поцеловав этого сентиментального пекаря в лоб, что, как нельзя кстати, смутило его сильнее чем даже касание его придатка -"Думаю, у родителей в шкафу найдется парочка резинок. Они всегда прячут там свои игрушки, потому и запрещают Санни туда заглядывать. А если учесть размеры твоего здоровяка, то они уж точно налезут, эхе хе. Что до доп защиты, так нам не нужно об этом волноваться. Мама посадила меня на противозачаточные после первых менструаций." 

Здесь, у ловеласа больше не осталось причин отказываться от столь дорого предложения иконы красоты его разума. У него на коленях сидела она, Мари Судзуки. Девушка первой признавшаяся ему в любви и отвечающая на каждый жест симпатии поддразниванием и шутками. Девочка которая встретила его у порога дома вместе с мелким младшим братом, в надежде завести новые знакомства после переезда. Очаровательная дама, взявшая его первый поцелуй и преподавая ему многочисленные уроки жизни, как в плане навыков, так и мировозрения. Все эти заслуги барышня знала на зубок, понимая какой же силой она обладала. Это могущество над человеком было порочным, негативным и отравленным, потому как являлось ничем иным как манипулированием. Но её это уже давно не волновало, ибо в следущую секунду, когда губы подростка коснулись её, последней промелькнувшей мыслью стало: "Наконец то..." - после чего она в последний раз увидала этот образ... 

""Почему?" - тихо, вымотано спросила у самой себя Мари, сидя с мочалкой в руке под проливным душем. Теплая вода сантехнической системы стекала по её голому тела, делая на несколько секунд глянцевой, прежде чем смыть с кожи засохшейся пот с омертвевшей кожей. Одно движение, тело мыльное. Другое движение, тело чистое. Так шло по кругу добрых десять минут, тянувшихся как проклятые года, полные повторяющихся действий, в надежде на хоть какие то изменения. За окном уже давно ушли грозовые облака, оставив парочку стучащих по крышам домов дождями туч, с ярко бледной луной в отдалении. Не осталось в этом доме людей не спящих, потому как после их с Хиро действий, тот заснул в ту же самую секунду, когда она слезла с него. Ей же, оставалось только смыть признаки недавно совершенного злодеяния, что она натворила. 

""Почему?" - чуть чуть громче, надавив и мочалкой на пространство живота, сказала дева, вставая с керамического покрытия и растирая тело с пущей силой. Этот опыт она никогда не сможет забыть, только если намеренно не сотрет себе память. Начало было тривиальным. Они пробрались в комнату ушедших родителей, забрались в отдаленный уголок деревянного шкафа, отыскали пару тройку резиновых квадратиков, вернулись к себе и принялись к довольно тки торопливым ласкам, воспроизводимых именно активной пианисткой. Постепенно, через уговоры, эксперименты, несколько ошибок и неудачных попыток сделать то что не было возможности воспроизвести из просмотренными ими порнографии, ввиду отсутствия опыта как такого, они подошли к основному блюду. Хиро лежал, а она нависала над ним. Их образующие замок и ключ части находились в миллиметре от своей противоположности, готовые сойтись воедино. Этого хотели оба, пребывая в состоянии инстинктивного желания, но когда они все же вошли... Ключ был слишком большим для крохотного замка. 

"ДА ПОЧЕМУ БЛЯТЬ!!!" - не выдержав фрустрации закричал огорченная отсутствием желаемого результата девочка подросток, кинув мыло прямо в покрытую керамикой стенок. Оно не оставило ощутимых вмятин на положенном материале, заместо этого самостоятельно изменив форму, прибавив еще одну плоскость. Кусок китовьего жира, химикатов, арроматизаторов и сохраняющих форму веществ с грохотом покатилась под её ногами, пока дрожщая от пробирающих в каждый сантиметр оболочки эмоций не знала что ей делать дальше и как справляться с тем что она пережила. Это не было похоже на то что она ожидала. Форумы, эротические истории, опытные одноклассницы из старшей школы - лгали ей годами, пока она накапливала в себе эти несбыточные ожидания, создавая илюзию идеального решения, в потайонной комнате мыслей. 

Это было больно, тяжело и неприятно. Так, как будто бы внутрь неё поместили инородный предмет, вызывая у тела только одну возможную реакцию. Отторжение нежелательного гостя. Но она не имела права уходить с точки как только начала её захват. Через силу и боль, пот и слезы, она скакала на горе любовнике как можно быстрее и энергичнее, в надежде что итоговый результат оправдает все ожидания. Хиро буквально умолял её сбавить темп, не чувствуя ног и понимая что уже не первый раз сбрасывает нагрузку. Но она не слушала его. 

Она стремилась только к заветному призу, долгожданному климаксу и легендарному забытые, где она сможет наконец почувствовать удовольствие, чтобы успокоить кричащее о фантазиях тело. Момент настал. Они дрожали, стонали и находились в объятиях друг друга, переживая свой первый совместный оргазм. Перед глазами дымка из черного и белого. Яркий свет и непроглядная тьма заполонили обзор, пока они наконец не спустились с небес на землю. Это было совсем немного разочаровывающие. Безусловно, этот приход разительно отличался от тех что она переживала наедине с собой, но он не был чем то экстраординарным. Яркая вспышка, длившаяся не дольше минуты с последующим усталостью в мышцах. Этот красный флаг развевался у подножия горы горечи, потому как на вершине стояло лицо, что появилось в её голове как только она посмотрела на уставшего, почти на грани потери сознания,Хиро.  

Лицо использованного его старшей сестрой мальчика. 

Теперь Мари здесь. Под горячим душем, смывая грехи с своей спины, после того как сблевала весь ужин прямиком в унитаз. Словами невозможно описать всю тоску что испытывала эта женщина. покрутив ручку отвечающую за поток воды, она убрала с пути мокрые занавески, ступив босыми ногами на холодную плитку пола. Полотенце, фен, вытирание привели её в более менее нормальный вид, если его вообще можно использовать по отношению к той, что спит по пять часов в день. Натянув на себя новое платье пижаму и оказавшись перед зеркалом, она тщательно разглядывает себя со стороны, опираясь кистью об раковину и растягивая одним пальцем определенные места. Несмотря на то что ей только пятнадцать, от загруженного графика она выглядит на пять лет старее. Так будто бы её еще в мелком возрасте заставили справляться с нагрузкой совершеннолетнего одаренного ума, поступившего раньше времени в престижное учебное заведение. У неё ситуация почти схожа. Мешки покрытие четкими бороздами, бледная кожа намекает на появление в будущем желтых прыщей, она уже давно не успевала приготовить себе что-то полезное, волосы спутаны и требуют чтобы их расчесали, хртя у неё часто нету на это времени, разве что в торопях, чтобы не показывать себя не идеальной перед друзьями. А глаза... Она презирает их, за то как сильно они походят на его пару яблок. 

И снова он. Снова, снова и снова он вынуждает её чувствовать себя так отвратительно, представая в бесконечном числе похабных поз, с фразами, как будто бы выпрашивая у неё морально неправильное решение.  

"Почему я не могу просто избавиться от этих чувств и быть нормальной..." - задала себе вопрос сломавшаяся после всех событий девочка, опустив глаза на дно раковины. Она перепробовала все что только было возможно человеку вроде неё. Меньше контактов, холодное отношение, роман с человеком которого остальные бы назвали идеальным партнером, дошло даже до сексуальной связи! Но все было бестолку. Она старалась, корила себя, презирала любую мысль о нем как в позитивном так и не правильном ключе, пытаясь от всего рокочущего нутра позабыть о нем как о любовном интересе, с того момента как открыла такую сторону своей симпатии к маленькому мальчику. Это ни к чему не привело. Какие бы методы Мари не использовала, её тело, душа и сердце молилось о возможном шансе с этим очаровательным лучиком солнца. Как сильно не было видно что все идет к чертям, будь то её старания или его отношение к ней, крохотная надежда на это остается где то там. Далеко далеко. 

Самое отвратительное во всем её положение, заключалось в одном неприятном заявлении, кое она самой себе сказала тёмной ночью, почти год назад. Пианистка может получить его себе. Может сделать Санни, послушного, вежливого, опрятного, любимого всеми и вся юноши в свое распоряжение. Ей не придется презирать себя, не спать по ночам из-за кошмаров или страхов о том что не получится себя сдержать. Для этого есть очень банальный способ. Она знает о нем, знает о том что даже есть высокая вероятность того, что это сойдет с рук... Но она отказывается. Из разу в раз когда надоедливый голосок шепчет на ухо слова что могут начать обратный отсчет до мечтающей цели, она прикладывает все усилия чтобы подавить его.  

"Ты просто можешь заставить его любить себя. Это очень легко. Пара слов и он уже у тебя в ловушке. Так же как ты поступила с Хиро..." - в очередной раз напомнил о предложении голос разврата и желания, вызвав у девушки рвотный рефлекс. Ударив что есть силы по поверхности раковины, барышня отшатнулась, сжав зубы и посмотрев на свою руку. Голос замолчал, а ударившаяся часть кисти уже приобрела маленькое пятнышко фиолетового цвета. 

"Нужно идти в постель. Завтра рано вставать. Надеюсь, скоро все это закончится.." - заговорила сама с собой страдающая уже не красавица, выключив свет в ванной и закрыв перегородку. Шаги отдавались по всему дому громче чем обычно, приводя за звуками немного жуткую атмосферу. Ей не нравилось как звучали шлепки её голых пяток по ламинированным доскам, чем то напоминая недавно слышимое сопровождение их отвратительной любви с Хиро. Подойдя к двери, она не беспокоясь о том что может быть по ту сторону, раскрыла настежь. 

Он ждал её. Одетый, готовый и решительный. Одышка громко звучала в стенах спальни брата и сестры, пока Генри, обычно милый и послушный юноша глядел на неё как на предателя народа. Рукава еле натянутый, ремень еще не был до конца застегнут, а носок слегка свисал с стоящей на земле пятки. Парень собирался в попыхах, как начинающий пожарный , узнавший о разгорающемся пожаре в доме его семьи. Очень близкое к реальности сравнение, ведь пожар и впрямь был готов разрастись в полную силу, от спички в руках подростка, которую зажгла еще в начале лета Мари. 

Юная леди потеряла дыхание. Каким то неведомым образом, он нашел ЕГО! Её способ выведения переживаний на страницы неодушевленного предмета. Дневник, купленный специально по совету Бейзила, после того как подметил её усталость в прошлом учебном году. Сокровенное сокровище и оружие против неё одной. Она не должна была оставлять его на на столе. 

"Мари. Что это такое?" - задал вопрос прямо и без лишних подготовок, жутко походя на родного отца пианистки. В компании друзей, особенно рядом с возлюбленной, молодой человек позволял себе вести себя как подобает подростку. Беспристрастно, редко лениво и по детски наивно, не повышая голос даже на йоту, когда дело заходило потасовок между Келом и Обри. Но сейчас, когда он держал в руке доказательство каждого совершенного и появившегося в чертогах разума преступления, юноша был холоднее чем верхушка Эвереста. 

"Я..." - начала Мари но поняв что ей по факту поймали с потрохами, решила сдаться и не пытаться скрыть то что ему уже и так известно -"Это мой дневник." 

"Ясно." - все так же холодно, без малейшего намека на готовую взорваться эмоциональную бомбу заявил Хиро, уперевшись тазом об стол и взяв в обе руки кожанную обложку книги - "То что там написано, правда?" 

"Генри, позволь мне объясни..." - она была прервана, когда юноша, ни с того ни с сего вскочил с мебели и преодолев расстояние между ними за пару шагов, схватил девушку за плечо, громко толкнув к стене, придавив кистью. Глаза самого пессимистичного человека в городе горели пламенем тысячи огней и всю эту энергию удерживали только железобетонные принципы юноши. 

"Ответь на мой вопрос. Прямо сейчас" - процедил сквозь зубы Хиро, сжимая руку еще сильнее рядом с головой девушки, которую он считал практически святой. 

"Да. Да, все что там написано это правда"- чувствуя подступающую влагу к глазам выпалила виновная в преступлениях. Генри отошел от неё на несколько шагов, не отрывая глаз полным отвращения. 

"Поверить не могу..." - побежденной выплюнул он, зашагав по комнате с опущенным взглядом в низ - "Столько стараний, усердий, саморазвития, только чтобы дойти до вот этого всего... Ты хотя бы представляешь толику того, через что ты заставила меня пройти?" 

"Хиро, я понимаю что сделала ужасную ошибку, но..." - и вновь она была прервана на полуслове, когда огонь все таки растопил толстые слои льда, начав настоящий парад ненависти. 

"Ты не просто совершила ошибку, ты блять совершила самую ужасную из возможных! Черт подери я... Я любил тебя! Ты понимаешь это? По настоящему, искренне, с первого взгляда когда ты появилась у нашей с Келом двери! Я считал тебя идеальной, умной, способной и мотивирующей девушкой, с которой я хотел пережить самые счастливые моменты моей жизни! Мы с тобой прошли через такое огромное количество преград, что такое даже самым любвиобильным парочкам города не снилось! Я мечтал что однажды проведу тебя к алтарю, ради всего святого!..." - раскаленным до бела огнем скандировал подросток, уже не имея возможности остановить свою бушующую ярость, мотая руками и жестикулируя как никогда раньше - "А что оказалось на самом деле? Ты меня просто использовала для своих больных фантазий! Я был готов идти в любом возможном темпе, ждать годами для нашего первого раза чтобы он был уникальным, создать с тобой сотню запоминающихся воспоминаий. Но тебе просто нужен был кто-то, кто утихомирит твою чесотку между ног. Мари, ему двенадцать лет. Он твой брат в конце концов! Как ты вообще можешь так о нем думать!?" 

"Ты считаешь я совсем тупая?!" - не сдержавшись взорвалась Мари, смахнув слезы с век и подойдя к нему вплотную и начав серьезную конфронтацию на повышенных тонах. - "Я корю себя с самого начала своих мыслей о нем уже долгие годы. Я прекрасно понимаю что не должна задумываться о подобном. По твоему, почему я вообще начала эти блядские занятия и намеренно ухожу в работу? Если бы мне правда нравилась сама концепция притяжения к нему, я бы уже давно что-то да сделала!" 

"Ты ненормальная. Больная на голову. Твою мать, как вообще до этого дошло..." - промычал пальцами у переносицы полувзрослый, смотря на девушку без капли сочувствия и сожаления. "Я не позволю тебе причинить ему боль." 

"Что ты сейчас сказал?" - задала вопрос девушка, порайонно понимая к чему он ведет. 

"Он точно такой же младший брат для меня, что и Кел. Я не могу тебе дать возможности растлить его. Не смогу себе простить такой оплошности" - буря взглядом сделал заявление отец их группы, будучи непреклонными в своем убеждении. 

"Да как ты смеешь подозревать меня в таком отвратительном деянии?!" - прошипела обозлившаяся на бывшего парня девочка подросток, хотя и понимала что так наверное будет лучше. Но гордыня и факт что она сдерживала себя уже долгие годы не остудил жаркий пыл . 

"А как я могу НЕ подозревать тебя? С каждой страницей этой отвратительной книженции, упоминания о способе 'полюбить меня', становятся все чаще и чаще. Однажды ты можешь не сдержаться и сделаешь это. Но не пока я рядом" - он начал подходить к ней. Шаг за шагом. Медленно и без особенных усилий. Каждое движение было автоматическим, выверенным и сопровождалось холодными словами, которые повергали деву в шок и страх. - "Мы расстаемся. Пока что не стану никому говорить о твоих ебанутых наклонностях. В отличии от тебя, я нормальный человек, который все еще испытывает к тебе благодарность за преподанные тобою уроки. Но я забираю твой дневник с собой в качестве улики. Ты больше никогда не приблизишься ни ко мне, ни к одному из детей. Если ты можешь испытывать влечение к нему, то шанс на то что твой интерес перейдет и на них все еще вероятен. Я буду наблюдать за тобой и Санни издалека, и если замечу что его поведение стало более замкнутым или он начнет дрожать при контакте с тобой... Полиция узнает первой." 

На это все было сказано. С громким хлопком, двери позади извращенки захлопнулась. Она была окончательно уничтожена. Хватило пары предложений и случайных событий, чтобы вся жизнь сломалась и развеялась на ветру. Теперь она может в любой момент оказаться в колонии для несовершеннолетних. Действуя на автопилоте, она вышла из помещения к лестнице, заметив как мальчик которого она использовала сбегает вниз по лестнице, крича во все легкие чтобы разбудить спящих друзей. Мари не последовала за ним, а вместо этого стояла как умалишенная на возвышенности лестницы, не в силах спуститься вниз и посмотреть в глаза тем, чье доверие по сути предала... 

"М-мари?" - раздался мягкий, но испуганный голос кого то, кто давал ей полезные советы многие месяцы назад. В ужасе, барышня повернулась на сто восемьдесят градусов, увидев перед собой дрожащего, перепуганного блондина в своей пижаме, с раскрытой дверью ванной. Судя по всему, он последовал туда после неё, чего она не могла заметить, погруженная в свои мысли.  

Тут, её припомнился один важный, и леденящий кровь факт.  

Стены этого дома были весьма тонкие, в особенности на втором этаже. 

"Бейзил! Миленький, родненький, послушай меня хорошо, ладно?" - бросившись на колени перед ребенком, положив обе руки ему на плечи, чтобы тот точно её выслушал, в результате чего он четко вздрогнул ,но она не отпустила. Ей необходимо донести до него важность сих слов - "Не говори ни слова об этом Санни, ты меня понял? Ни в коем случае ему не говори об этом." 

Бейзил выглядел потрясенным. Шокированным и в равной степени удивленный. Но затем лицо переменилось. Страх, сожаления и какое то подобие совести нарисовалось в его чертах. Он был готов открыть рот, сказать несколько слов которые определенно были важны для него, но он не успел, когда Мари намеренно встряхнула его, закрыв ему рот. "Пожалуйста! Он не должен об этом никогда узнать. Сделай это ради меня. Прошу" 

Цветочник замолчал. В его глазах было четкое смятение. Но он все таки кивнул, от чего девушка мигом обняла его в благодарность. Возможно, у неё есть маленькие шансы на спасение. 

Однако в следующую секунду, она уже упала спиной на доски, с горящей от пощечины щекой. Над ней возвышался Хиро, проверяющий дрожащего еще сильнее ботаника и уверяясь что с ним ничего не произошло. Как только все было закончено, не дав ей и последнего взгляда в её сторону, он спустился вниз под возмущенные возгласы маленьких друзей, хлопнув входной дверью. В доме остались только двое человек. Вставшая, отряхнувшая с себя пыль и потирающая обожженную часть лица, и он. Заспанный, не понимающий что произошло мальчик, чьи глазки кота еще не до конца распахнулись ото сна. Она не может находиться рядом с ним. 

"Санни. Сегодня ты спишь один в комнате. Я займу диван. Отоспись хорошо и оденься в форму в шкафу. Завтра у нас последняя репетиция перед концертом." - сказала напоследок Мари, спускаясь вниз и не смотря в его сторону, зная какие глаза она встретит. Третий вариант решения конфликта кричал, чтобы она его выбрала, встав посередине между первыми двумя. И она не знает какой из них выбрать. 

Chapter Text

Скрипка лежала у подножия лестницы. Скрипач теперь больше не был как таковым. Теперь вы снова Санни Судзуки. Двенадцатилетний ребенок, который любит своих дорогих друзей и любит свою сестру больше, чем того заслуживаете. Вы просто скучный, избалованный, чувствительный и мелочный малыш, в то время как она - само воплощение пика любых возможностей. Даже если она сделала вам больно, вынудив готовится к глупому концерту, вы все равно её любите всем сердцем. В ваших красочных снах нету никакой скрипки, уроков, родителей или же необходимости взрослеть. Вы проводите большую часть своего времени либо в обнимку с человеком, которого хотели держать следующую вечность, либо путешествуя вместе с ней и своими друзьями. Там, вы можете быть нормальным и любимым. В отличии от реального мира, где как бы вы не старались, к вам относились только как к полному разочарованию. Ибо почему еще, все остальные решили сбежать посреди ночи, кроме как из-за вас? 
Странно ли чувствовать сожаление, уже после совершенного действия. Все таки, вы пошли на него намеренно. Да, эмоции стали ключевым фактором что побудило на бросок этого музыкального инструмента. Но они пропали как только дерево оказалось у вас над головой. И в ней то, крохотной черепушке, появились мысли. Что будет со всеми усилиями что потратили ваши друзья после того как вы сбросите скрипку вниз по лестнице? Будет ли это означать что они делали все это зря? А как же ваша главная цель, дать Мари, прекрасной старшей сестре что растила тебя с пеленой логичную причину для любви, которую она проявляла объятиями и поцелуями в щеку или лоб до начала игры на ней? Разве она уже ничего не значит для вас? Может стоит вернуться в музыкальную комнату и извиниться перед ней за нервный срыв, приведший сюда вас на верхушку? 

С другой стороны, ничего из этого уже давно не имеет близкого значения. Вы опозорили себя, без конца срывая струны на луке и лажая на этом глупом предмете, тем самым автоматически провалив все задачи. Друзья не будут улыбаться, услышав жалкое исполнение дуэта, если и вовсе придут после того что сбежали. Мари не найдет причины для симпатии к вам, окончательно разочаровавшись в свое бесполезном младшем брате. Так что, будет намного лучше просто сделать это. Да, так будет лучше. Хоть они и разозлятся на вас, но зато, когда крики утихнут и синяки от ударов станут частью вашего тела, они смогут пойти дальше, скинув стресс и позабы о позорище, коим вы и явлетесь Решение было принято, и вскоре результат старания как искуссного мастера так и всех ваших друзей, превратился в груду обломков, лежащую у начальной ступеньке, вместе с выборошенными окровавленными листами, до которых ты дотрагивался с разрезанными струнами пальцами. 

Это было странное ощущение. Чем то напоминающее открытый способ успокоения. Всего пара движений и вот, результат уже пришел, принеся с собой два диаметрально противоположных чувства. Удовлетворения от все таки принятого и принесенного в реальность решения, и сожаление после совершения. Горько сладкое послевкусие, оставшиеся на корне языка , не давало покоя вашему мозгу, но это не страшно. Ровно как и во время метода, скоро это закончится и вы сможете блаженно сосредоточится на становление нормальным человеком. 

Ах, вот и она. Ваша сестра, вторая мать и девушка, в которую вы влюблены по уши. Она в ярости. Вам хватает мозгов чтобы определить этот очевидный факт. Она кричит на вас и ругает, проклиная за разрушение священной, тяжело заработанной вещицы. Вы больше не видите в этом куске лакированной древесины былой важности, потому как после всех шрамов на подушечках, трудно испытывать позитивные эмоции. Но вы отчетливо чувствуете моментальное сожаление при усыхании гневных слов, кои бросает в вас ваша сестра. Вы чувствуете страх. Уже в который раз, вы подмечаете свою трусливость и неумение по настоящему принимать ответственность, разве что только на словах. 

Теперь, Мари стоит прямо перед вами, нависая на несколько голов. Даже со всеми выкрикнутыми оскорблениями в вашу сторону, вы не можете не заметить, как же она прекрасна. Развевающиеся волосы при каждом повороте гневной головы. Рукоплескания в разные стороны этими тонкими, нежными руками, пальцы которые часто водили по вашей спине в неспокойные ночи. Питающие и отходящие от тела легкое платье белого цвета, чьи оборки и углы обнажали некоторые участки тела небесной красоты. Она может гневаться, грустить, радоваться или даже испытывать отвращение к вам, что она скорее всего почувствует если узнает горькую правду, но она все равно будет ангелом в ваших глазах. Слова которые она использует как раскаленный клинок больше не действуют на вас. Вам всего то нужно еще немного подождать, прежде чем она выдохнется и прикажет вам идти в комнату, пока она позвонит родителям чтобы они отменили концерт. Потом - все будет хорошо. 

По крайней мере, так вы думали до той поры, пока острие одного из слов не попало вам прямо в сердце, пустив горячую кровь и сию секундно заразив её горящей эмоцией. Гневом. Затем еще одно слово. Потом следующее и так до тех пор, пока вы не знаете, сможете ли больше терпеть. Она говорит о тебе. О Вас двоих. О том как вы важны для неё, богини в человеческом теле. О главном смысле всех репетиций и занятий, что забирали у вас драгоценные часы на помощь друзьям. О том что вы неблагодарный мальчишка, который банально не может понять чужие эмоции и не способен приложить хотя бы толику усилий. Что вы её не любите. Вы... Не верите ни единому сказанному слову. Ведь ничего из этого не имеет логики. Она намеренно лжет в лицо, пытаясь достигнуть одной только ей известных целей. Она не может быть серьезной во всем что огласила. Нет, она лгунья. 

Все это полнейший пиздеж. 

Кровь мчится по венам с безумной скоростью, учащая сердцебиение и доводя потоки гормонов по всему телу, не обходя стороной жизненно важный мозг. Он то и посылает команду, которой вы сопротивляетесь. Он посылает вам уже не команду, а прямой и непреклонный приказ. Вы обязаны сказать ей правду. Истину в лицо, хоть это и сведет на нет ваши старания. Но вы и должны держать рот на замке. Молчать в тряпочку и быть НОРМАЛЬНЫМ ребенком. Не эгоистом, которым можете стать а обычным и послушным мальчиком. Выбор встает перед вами и вы разрываетесь на части, не понимая что выбрать. Вы хотите бежать от него. Уйти в ванную, запереться в комнате, спрятаться в лесу на заднем дворе где вас никто не найдет и снять стресс, чтобы не думать ни о чем о том, что наводнило вашу голову. Рядом с вами лестница. Нужно просто сбежать вниз по лестнице и ничто уже не будет важно. Вы делаете несколько шагов с стуком клапанного органа в ушах... 

Но она преграждает вам дорогу, только сильнее налегая на вас с оскорблениями. 

Нет нет нет нет нет! Только не она! Она стоит прямо перед вами, кидается словами что даже близко не стояли с теми, что вы слышали пару секунд назад. Вы начинаете терять контроль, а это непозволительно. Пытаетесь обойти справа, слева, но это вызывает только большую боль в вашей сердце от речей что она произносит. Закрывая вы пятитесь назад и закрываете глаза, стараясь просто исчезнуть из этого мира. Но когда любовь всей вашей жизни хватает тебя за кисть и оттягивает в сторону, буквально крича самое болезненное что вы когда либо слышали, вы больше не можете себя сдержать. Вы открываете рот, набираете воздуха, внутреннее умоляя нравоучения отца прийти в нужный момент, но... Он не приходит.  

Добро пожаловать в Белое пространство 
Вы прибываете здесь так долго, сколько помните себя. 

Вас зовут Юва. Вы нормальный мальчик который живет в нормальной комнате. Здесь нет ничего лишнего что отвлекало бы вас от вашего отдыха и набором сил, перед следующим путешествием с друзьями. У вас есть все что нужно ребенку ваших лет. Салфетки, стол, стул, большая кровать с железным каркасом, котенок Нево, компьютер, черная лампочка над головой, ходящие кольцами вокруг вашей комнаты красные руки и одиноко стоящая дверь,отбрасываюшая легкую тень. Ой, и не стоит забывать про любимое, мягенькое одеяло, что ни раз спасало ваших друзей и неприятных личностей от трудностей. Хватает всего одного укрытия и обертывания вокруг, и грустный росток рот уже чувствует себя лучше. Так же, у вас есть парочка соседей. Они находятся очень, очень далеко от вас, и когда они пытались раньше подойти и поговорить с вами, руки всегда хватали и отправляли к их изначальному местоположению. Большая, красивая, длинноволосая монохромная девушка, чья красота даже может встать в один ряд с красотой вашей молодой подруги Обри, и странный, яркий мальчик с короткой стрижкой, вечно цепляющийся за край платья барышни. Он вам не нравится. 

Вставая с кровати, и не забывая укутаться в одеяло, вы немного разминаетесь, пока покрывало лежит на ваших плечах как тяжелый плащ. Ткань вашей пижамы натягивается при каждом потягивании вправо и влево, ровно как и плюшевая набивка вашего тела. Швы уже давно не расходятся, так что можно не бояться о выпадение пуха. Вы очень мягкий. Многим, будь то плохо чувствующие себя люди или ваши друзья, нравится вас обнимать. Все таки, это то для чего вы созданы. Быть хорошим мальчиком и помогать окружающим в любых возможных делах, ведя себя нормально. С этим вы справляетесь на все сто, потому как никакие эмоции или обстоятельства не остановят вас на пути к цели. Вы в принципе не можете чувствовать то, что обычно называют эмоциями. Это можно делать только если у тебя есть лицо и тело, полное странных запутанных и непонятных органических устройств. А когда ты живая мягкая игрушка.... Ну вы поняли. Конечно, иногда, чтобы получше приободрить, передать грустную ностальгию или освежающую злость, даже вам необходимо их использовать. И для этого у вас есть три маркера. Красный, синий и желтый. Очень полезны, хотя вы предпочитаете с ними переусердствовать. Вам не нравится, когда приходится наводить третий слой. 

Закончив с разминкой, вы подходите к малышке Мево и гладите её пухлое пузико. Ей не нужно есть, а значит она никогда не уйдет от вас. Она питается просто от самого существования. Её черный мех расходится пред вашими мягкими пальцами, которые она иногда любит кусать. Что ж, пока она счастлива, вы не против 

Компьютер вы не будете сегодня трогать. Для этого нету времени. Вас ждут в Тайном логове. Место специально для всех хорошо себя чувствующих ребят. Ни одному из тех кто полон печали, отчаяния и неправильных мыслей там быть не позволено. Вы и ваши друзья - правильные люди, которые никогда не бросают друг друга друга в любой, даже самой сложной ситуации. В последний раз обернув вокруг себя одеяло, вы кладете пальцы полные ваты на круглую ручку двери, оглядываясь назад, глядя через бескрайнюю белизну. Вы снова видите их. Тихих и ничем не занимающихся, обнимающиеся вместе на одиноком пляже. Они выглядят точно так же как вы и ваша старшая сестра Мари, каждый раз когда просит остаться еще чуть чуть перед уходом. Вы любите свою сестру, так же сильно, как и любой нормальный ребенок, а потому всегда безмолвно соглашаетесь на пару часов сна, где она позволяет тебе отдыхать так, как сами того пожелаете. Вы соскучились по ней. 

Chapter Text

"Фьюх! Ну наконец то..." - прошептала себе под нос девушка, закончив после долгих , утомительных часов работы, чтобы не разбудить спящую посреди ночи соседку. Она сделала это, выполнила самые сложные задачи, которые стали её после разговоров о приближающемся итоговом проекте, и теперь может спокойно отойти ко сну. На ноутбуке красовалась дата и время: "Двадцатое июня 200X года - 02:36". В этот раз, она провела за клавиатурой намного больше, чем обычно тратит на учебу. Возможно это и было бы проблемой, но появившаяся во время начала первого учебного года бессонница, от того нездорового количества кофе что она выпивала уже который месяц, не делала ситуацию ни чуточку лучше или хуже. Закрыв программы на рабочем столе, барышня занесла кисти за спину, и взяв их в замок, издала позвонками и костями приятные уху растяжки. "Аааах... Спина вся затекла. Думаю в этот раз пойду спать. У меня всегда есть свободное время сделать парочку набросков, так что ничего страшного, если я пропущу его сейчас" - пробубнила себе под нос девятнадцати летняя леди, ухватившись за колеса кресла каталки и медленно толкая их в нужном направлении. Скрип железных шарниров сразу же раздался по всей их комнате, но ей было не о чем волноваться. В дни её знакомства с Виолеттой, соседкой поступившей на тот же курс музыкальной теории, она обнаружила приятную мелочь. Девушка спала как убитая, и чтобы она не делала, та не просыпалась до самого рассвета. Очень удобно, но из соображений этикета, ей все таки было комфортнее вести себя аккуратнее.
Сделав несколько кругов колесами, пианистка оказалась перед коричневатой темной дверью, где висел её легкий силуэт. Луна за спиной переходила через оконную раму, откидывая свои успокаивающие лучи. Объект в небе напоминал ей об одном очень важном маленьком юноше, которого ей так не терпелось снова увидеть. Осталось всего пара минут, и она сможет вновь повеселиться с ним от всей души. Взяв в пальцы бронзовую круглую ручку, девушка толкнула дверь вперед, открыв проход в длинный, настроенный горизонтально с её перспективы коридор. Там было темно. Сей факт вынудил улыбку на лице опустится, всего пару сантиметров ниже, но она была решительно настроена закончить свой стандартный план распорядка дня. Все должно быть идеально, несмотря на мелкие, неважные желания.

Выскользнув из комнаты, барышня катилась вперед в неспешном темпе. Коляска не была предназначена для через чур быстрого передвижения, и как выяснилось после неудачной штуки одного пьяного идиота в университетской куртке, не способна быстро поворачивать на резких переходах. Благо он извинился за свою выходку и оплатил ремонт её замены ног. Катясь дальше, мысли человека начали вертеть вокруг одной необычной думы. Что ей делать после окончания первого года и защиты уже прожужжавшего все уши диплома? Люди с коими она познакомилась рассказали ей пару вариантов того, чем лучше всего себя развлечь в следующие два свободных месяца, но те решения дилеммы что они предлагали ни очень то ей подходили. В виду конкретного отсутствующего фактора. Конечно, можно попробовать как она делала и во все прошлые летние каникулы еще до поступление в высшее учебное заведение. Потратить все девяносто - шестьдесят дней на сочинение музыки, общение с друзьями через интернет, готовку и трату всего времени на чтение комиксов. Все действия запертые в четырех стенах домика её дальних родственников. Но такая концепция ей, честно говоря, уже слишком долго морозила печёнки. Безусловно, они хорошие люди. Вежливые, заботливые, понимающие и терпеливые. Но некоторые черты и особенности их общения с ней, давили юной даме на нервы. Как например, чуть ли не насильные попытки остановить женщину от попыток выполнить хотя бы половину работы по дому, или сказать сотое снисходящее слово. Да, у неё есть ограничения по возможностям в движении, но это ведь не значит что теперь нужно относится как ребенку. Она проживает вместе с ними в этом городе уже четвертый год, ей девятнадцать лет, она взрослая женщина. Дайте хоть немного свободы действий, ради всего святого! Это стало одной из тех немногих причин, по которой уже использованный вариант считается музыкантшей нежелательным. Однако что еще остается делать? Отпросится на пару недель к друзьям, чтобы не было так скучно оставшееся время? Нет, она не очень хочет напрягать людей, коим и без неё нужно решить множество проблем. Найти работу? Это даже на бумаге звучит нелепо, с её то ногами, а если что-то и отыщется, то очевидно заберет у неё большую часть суток, не дав и минуты на помощь знакомым. Был еще один вариант... И у неё по сути не было причин НЕ выбирать его, но он оказался неправильным. Ненормальным.

В любом случае, поезд мыслей остановился в ту же секунду, когда бесчувственная плоть стоп ударилась, легонько, об деревянную дощечку двери общей ванной комнаты. Выйдя из транса и открыв дверцу, она закатила себя внутрь, остановившись рядом с стеной у входа чтобы нащупать пальцами во тьме выделяющийся переключатель. Ей очень не нравилась тьма. Скорее всего эта деталь покажется другим детской, но если бы они увидели, как она реагировала на слишком длительное пребывание в ней, они мигом забрали все свои насмешки обратно. Вот, иллюминация укрыла одеялом всю комнату особого предназначения. Слева большая ванна, несколько стеллажей, с подписанными для каждого использующего помещение человека, раковина, туалет и ванна. Она еще чистая, так что будить кого то для помощи проку нету. Паста выдавлена на желтую зубную щетку, изображение нарисованной звезды стерлось и выцвело от частого использования. На протяжении всего процесса чистки зубов, споласкивания, смывания косметики и подготовки ко сну, барышня не отводила взгляда от зеркала, рассматривая свой внешний вид.

По прошествию четырех лет с момента забытого ею несчастного случая, Мари все еще осталась собой. Не без изменений конечно, но большая часть отличительных черт те же самые. Черные волосы хоть и стали куда длиннее, тверже и путанее, но при должном уходе могут заново засиять. Просто сейчас это не имеет смысла. Ведь ей нужно продолжать работать, а не заниматься показом мод. Лицо все такое же миловидное, хоть и добавило к себе стандартных друзей любого студента. Морщины, на пару с фиолетовыми мешками. Последнее ей даже немного шло, хотя остальные любили уверять что это делает дамочку похожей на восставшего мертвеца. Это их мнение, она не осуждает, хотя считает что это придает себе легкий шарм взрослости. Любовь к моде такая же строгая, точная и официальная, но ввиду ограниченности по времени, ей иногда трудно довести все до идеала. Как сейчас, ведь её белая рубашка покрыта пятнами от кофе,красный галстук обернут кое как, покрывало на ногах уже поросло катышками а на плечи наброшена куртка учебного заведения, прикрывающая её плечи в такие холодные ночи. О. Самым же бросающимся в глаза и весовым изменением стала разумеется нижняя часть тела.

Почти полностью парализованная ниже пояса и посаженная в кресло каталку. Мари не может точно вспомнить, как именно это произошло, но судя по некоторым телефонным разговорам, которые она проводила раз в две недели с родителями, это был несчастный случай. Единственное что она знала, так это то что в один день у неё есть ноги, а уже на следущий, её почему то везут в совершенно в другой штат, а ноги отказываются сдвинуться хотя бы на дюйм. У неё еще остались те приятные воспоминания о том, какого это ходить на своих двоих. Чувствовать мягкую траву под босыми стопами, двигать ими в холодной воде ванны, ощущать легкий бриз бедрами. Ей не очень приятно вспоминать о таких коротких моментах удовлетворения. Эти мысли мало того что отвлекают её от важных обязанностей, так и еще садят семена вопросов в перегруженную датами, числами и персонами голову. Почему во всех таких проблесках былой жизни она абсолютна одна? Нету ни друзей, ни родителей, ни обычных знакомых? Почему между воспоминаниями столь огромные временные промежутки? В один момент она переживает ходьбу по большому торговому центру, чтобы купить продукты для... Кого то? В возрасте тринадцати лет. А в другой ей восемь и она просыпается в доме от легкого сна на диване, вставая пятками на холодный пол. Эти вопросы остаются без ответов каждый раз, стоило ей их хоть немного разобрать по полочкам. И они ведь не единственное, что её беспокоят. Почему она не помнит большую часть своей жизни до потери двигательных функций? Мама и папа постоянно упоминают какого то юношу, чье имя она забывает фактически сразу после звонков, но кем он приходится для неё, и почему они продолжают о нем говорить? Почему она...

"Нет. Стоп. Достаточно" - сиюсекундно огласила барышня, после сплевывания лимонной зубной пасты в слив раковины, поднеся руки к потоку воды и зачерпнув немного для полоскания. Покончив с гигиеной рта, девушка прошлась мягким полотенцем по лицу, чтобы затем, по той же самой части тела, нанести пару звонких хлопков. Несильных, только для того чтобы вывести её из этого странного положения. "Я просто трачу время впустую. Лучше пойти встретиться с ним и немного отвлечься. Это всегда помогает."
Закончив свою мантру, юная леди положила приборы в свое место, и откатившись к стене, выключила свет. Она быстро выехала из комнаты, и закрыла за собой дверцу.

Чтобы оказаться посреди ночной, промерзлой, дождливой дороги. Деревянная панель, чью ручку барышня держала еще мгновение назад, испарилась без единого следа, на глазах у самой студентки. С грозового неба повалил тяжелый, проливной дождь, чья сила капель приносила музыкантше буквальную, натуральную боль. Маленькие сферы ударялись об её кожу, больше походят на камни, летящие с скоростью подачи профессионального софтболиста, нежели на маленькие капельки с небес. "АУ! Какого?! Как черт побери я здесь оказалась?!" - закричала парализованная ученица, оглядываясь по сторонам и терпя обстрел водой. Окружающие её виды больше всего напоминали стереотипный спальный район американского разлива. Коттеджи, возвышающиеся фонари на каждом шагу, зеленые лужайки, разбросанные тут и там игрушки. Все как в стандартных ситкомах середины семидесятых. За исключением того, что здешние дома были мало того что одинаково ужасны, так и еще до не приятного знакомы. Белые стены, два этажа, черная крыша, серая подъездная дорожка. И так на каждом чертовом участке. Они повторялись рядами, дюжинами, сотнями уходя до самого горизонта, но не осмеливаясь заканчивать большую ширину психически нездорового архитектора. Подметив всю абсурдность ситуации, Мари приняла единственное имеющееся у неё сейчас решение. Положила пальцы на резиновую шину и начала заезд вперед.
Асфальт тянулся, казалось бы, на целые километры. Она проходила мимо двух параллельно стоящих домов, а за ними начиналась следующая пара, передающая эстафету в преследовании сконфуженной женщины следующему дуэту. Барышня даже осмелилась повысить скорость на мокрой дороге, желая узнать, когда же появится хоть какое то новое строение, только чтобы с горечью осознать что ничего из окруживших её примеров неудачного дизайнерского решения, не собиралось менять свою планировку. В то же время, дождь делал с девушкой, а именно её транспортом, очень непонятные вещи. В первые десять минут, юная любительница хороших фруктов заметила странный скрип в колесах кресла каталки. Сквозь ливень, скрип резал барабанные перепонки как нож высохшую шкуру убитого животного. Она только недавно попросила одного из студентов смазать её средство передвижения, а значит они не могли так быстро вновь прийти в негодность. На момент тамошнего пребывания в этом чудном местечке, пианистка пропустила эту деталь мимо ушей. Возможно какой-нибудь кусочек гравия или камушек закатился случайно. Со временем пройдет, а пока что лучше сосредоточиться на нахождение выхода отсюда. Или убежище от незатейливой погоды. Она бы могла наверное заехать в один из этих домов и переждать пока дождь не перестанет медленно избивать крыши, но мало того, что ступеньки к дверям были слишком высоко расположены, чтоб она могла позволить себе заехать на них, так и еще что-то подсказывало ей, что дождь никогда не прекратит бомбардировку района Мёбиуса. После этого, ситуация стала только хуже. Скорость каталки снизилась в целую половину, потому как из-за неизвестных ей причин, колеса начали менее охотно потдоваться её толчкам, иногда и вовсе не двигаясь с места. В ту секунду, девушка обратила внимание на сами окружности, умудрившись разглядеть их состояние через почти что непроглядную тьму ночи. Железо стремительно покрывалось толстым слоем ржавчины. Капелька за капелькой, замена ног приходила в негодность, превращаясь в бесполезный кусок металла, синтетики, пластика и искусственной кожи. "Да что это вообще за дождь да такой?" - задалась вопросом девица, остановившись на месте и не понимая, как ей продвигаться дальше. Преодолённое ею количество дороги было сопоставимо разве что с песчинкой на целом пляже, а результат от этого вышел только губительным. Руки затекли, вся одежда промокла насквозь, что по удивлению не заставило её дрожать от холода, а вдали еще виднелись продолжающие бесконечный ряд дома. Она могла бы слезть с кресла и поползти вперед на локтях, но надолго этого не хватит, да и оставлять на месте единственную возможную замену конечностям не хотелось. Посему, решение было одно.

"КТО НИБУДЬ?! ЕСТЬ ЗДЕСЬ ХОТЬ КТО НИБУДЬ?!" - уже очень долго Мари не надрывала свою глотку с такой неимоверной силой. Честно, это была еще одна из тех мелочей что ушли в небытие её памяти, но сейчас это имело мало значения, ибо главной задачей девушки стали молебные крики о помощи любого из возможных незнакомцев. Кто бы не жил в этом нелогичном месте, появившемся из ниоткуда, он или она должны были помочь попавшей в беду незнакомке.

По крайней мере, таковыми были надежды Мари, прежде чем одна из ламп фонарей громок лопнула, разбросав по забрызганному асфальту стеклянные осколки. Голова леди повернулась на девяносто градусов вправо, заметив падающие искры и куски расплавленно-застывшего песка, разбежавшиеся по лужам как таящие льдинки. К ним присоединились еще несколько десятков. И еще и еще и еще и еще и еще, раз за разом делая мир вокруг музыкантши темнее, угрюмее и страшнее.

"О нет. Нет нет нет нет нет. Нет!" - в панике сказала она, схватившись в страхе за уже полностью проржавевшие и разваливающиеся конструкции, в надежде что хотя бы сейчас они сдвинутся с места. Но только одного прикосновения к ним хватило, чтобы весь механизм сломался на железяки, опустив дочь Судузки лицом в лужу. Грязь моментально оставила коричневые пятна на её лице, смывая макияж и показывая несуществующим зрителям истинное лицо студентки. Измождённое, уставшее, полное морщин не свойственных для леди её возраста. В особенности выделялись те, угловатые, находящиеся параллельно уголкам губ.

По крайней мере девушке казалось, что зрителей не существует. Но с каждым лопающимся фонарем, и увеличением областей, объятых темнотой, вдалеке показался странный силуэт. Нечто черное. Нечто приближающееся и преодолевающие считанные километры разъединяющие её расстояние с этим за считанные секунды. НЕЧТО что определенно не было человеком, ибо это неестественно широкая улыбка не могла принадлежать ни одному представителю её вида. Мари хотела кричать, подвинуться с места, уползти в ближайший дом чтобы не видеть, как злорадствующая тьма, опускающая на её беззащитное тело маленькие руки, кольцует вокруг неё и уже готовится поглотить. Но она просто не могла пошевелиться. Вот, остался один фонарь. Единственный источник света, как яркий факел среди заброшенного места, освещающего её темный путь. Он сверкал подобно парящей в космосе звезде, немного успокаивая дрожащую от переизбыточных в крови веществ, страхов и отчаяния леди. Свет напоминал ей кого то, кто успокаивал её уже не первый год. Но как это и случается почти в каждом путешествии их двоих, её свет решили отобрать. Из ничего вырвалось длинное, волосяное щупальца, капающее черной жижей на высохший асфальт, и обхватив парящую сферу, раздавило на куски. Не успев даже вскрикнуть умоляющей просьбы не делать этого, как она тут же начал биться в адской агонии, с падением толстых кусков стекла в глазные яблоки. Мари окончательно погрязла во тьме.

"Вы не можете пошевелиться"

"Что будет делать Мари?"

->Сражаться

Бежать

Утробная пианинная музыка, будто бы записанная и пропущенная через старый, потертый плеер в реверсе залезла в уши профеcсиональной музыкантши, вынудив её сжать зубы и без того трущиеся друг о друга с ужасной силой. Глаза горели как обожженные адским пламенем, струясь горячей кровью по всему лицу. Исчезли звуки дождя, грохотающих от ударов крыш и развевающегося ветра. Только её стоны, вскрики и пыхтение, с прибавленным в качестве аккомпанемента жутким сопровождением, вышедшей из ниоткуда музыки. Её руки, ноги, голова, все чертово тело не поддавалось ни единому отданному указанию головного мозга, оставаясь лежать на земле и ощущать абсолютно ВСЁ. Она не видела, но слышала. Она не двигалась, но чувствовала. Это только сильнее погрузило её в состоянии неудержимой паники, когда она под черепной коробкой умоляла прекратить эти страдания. Нечто кружило вокруг неё, опоясывая круги. Нечто смотрело на неё со всех сторон, иногда касаясь и вызывая крики страха у страдающей девушки. Чьи то длинные волосы падали на её грязное, сломанное тело, иногда обвиваясь вокруг определенных участков. Обхватывая её.

Сжимая.

"Нечто наблюдает за вами"

Оно не торопилось убивать Мари, играясь и растягивая отвратительное, садистское удовольствие от продолжающихся пыток. Ей казалось что это происходило уже не один час. Боль не переставала давить на её позвоночник, руки в грязи и почти вытекшие глаза, доставляя барышне ту же самую агонию, кою она почувствовала в момент получение всех травм. Ей хотелось молить, но на выходе получались только жалобные всхлипы и стоны. Ей хотелось дать отпор, но мышцы в руках теперь получили ту же самую участь что и ноги ученицы, отказываясь пошевелить даже мизинцом на вымазанной кисти. Она попала в ад, где будет проводить все следующие минуты, пока не умрет от потери крови, или это чудовище не решит перестать играться с жертвой и наброситься на неё. Она так скучает по нему.

"Нечто повсюду. Оно нависает над вами"

"Мари..." - раздался шепот некоего мальчика. Мари на секунду остановилась, ровно как и существо, готовое недавно перейти к заключительному этапу. Этот голос был тише чем все звуки что она слышала за последние четыре года. Его даже шепотом можно было назвать с натяжкой, потому как он был настолько тихим, что это натурально чудо, что она вовсе смогла его поймать ухом. В сказанном слове присутствовали очень успокаивающие, приятные, мелодичные тона. Хватило одного произношения её имени, чтобы боль в глазах затихла без возврата, позволив мозгу сосредоточиться не на пронизывающей до костей электричестве, а на выслушивание этого самого голоса. "Я вижу что тебе трудно... Но надо просто потерпеть... Ты сможешь... Я верю в тебя...".

Мари вспомнила эти слова. Она вспомнила что уже когда то, давным давным давно слышала их от кого то, кто так и остался ей неясным. Она отрыла в закромах памяти боль, почти что стоящую на том же уровне что в её глазу, но только в другой части тела, где она уже не сможет этого почувствовать.

"Вы вспомнили, как ТЕРПЕТЬ"

Барышня сделала несколько глубоких вдохов, перед тем как закусить кончик языка и позволить всей той негативной энергии, направленной на неё, опуститься одним сплошным наплывом. Спектр эмоций захлестнул девушку не давая и шанса на подготовку и обработку информации. Боль, страх, стресс, непонимание, сожаление, грусть и многие другие чувства закрутились в разрушительном круговороте, унося за собой не двигающиеся тело пианистки. И несмотря на сложности, отсутствие глаз и муку, она продолжала терпеть. Терпеть до того момента, пока шепот, движение, и страдания не исчезли, оставив девушку в тишине. Мари раскрыла свои глаза.

Первое что она увидела, стало ступеньками лестницы, ведущими на нижний этаж их общежитий. Черное, матовое от ночи покрытие древесины немного светилось, открывая юной леди обзоры на следущий поворот внизу, и не малое количество пыли на каждом подъеме. Пару раз сконфуженно хлопнув ресницами друг об друга, студентка посмотрел вокруг по сторонам и на себя, чтобы убедиться что с ней все в порядке. Она все еще в этом строении, сухая, вымотанная и распластавшаяся по полу грудью вперед, с мирно стоящей позади неё коляской. ""Это что, галлюцинации? И сразу нескольких типов за раз? Во дела... Мне определенно нужно меньше засиживаться допоздна." - сделала выводы лежащая паралитичка, опираясь на локти и начав ползти к своим колесам. Оттуда, проведя несколько минут чтобы нормально на них взобраться, пианистка прокатилась подальше от лестницы, доехав до двери в спальню и беспокойно начав приготовления ко сну. Телефон на зарядку, пижама натянута, блокнот с нотами убран куда подальше, чтобы посреди ночи когда она поймает вдохновение не могла до него дотянуться в полудреме, и в принципе готова ко сну. Намеренно избегая мыслей обо всем том что она пережила в приступе панической атаки, потому как тогда она не будет спать аж до самого утра в поисках ответов, она улеглась в постель, оставив средство передвижения рядом с нижней койкой, в коей она сейчас и находилась. Немного поерзав, приняв нужную позу, а именно на боку, руки параллельно друг другу, как держа кого то в своих кистях, юная особа в последний раз зевнула, и прошептав: "Спокойной ночи" - отправилась на встречу к одному важному человеку.

----------------------------------------------------------------------------------------

Добро пожаловать в Спокойное пространство.

Ваш отдых начинается.

Глаза открыты, вокруг только сплошная белизна. Белое там, белое сям, белое помазано на белом. Нету ни одного выделяющегося цвета, кроме белого и пары оттенков серого на коже вошедшей в мир сновидений девицы. Потянувшись пару раз на спине, Мари радостно вздохнуло полной грудью, встав на ноги. На полностью рабочие, чистые, прикрытые подолом её платья тонкие ножки, которые могли выполнять свою функцию только в таком чудесном месте, как это. Не было другого настолько невероятного, как Спокойное пространство. Она открыла его два года назад, попросту однажды очнувшись здесь и осознав, что вернула себе возможность двигать нижними конечностями. Её радости не было предела в тот день, ведь она бегала по полу этой не кончающейся комнаты целыми часами, хохоча себе под нос и не находя себе места от удовольствия банально чувствовать бросающийся под бедра ветер или тепло материи под подушечками пальцев. Тоже самое она делала и сейчас, но с меньшей интригой и рвением, передвигаясь спокойным шагом, но все еще пребывая вне себя от бьющего через край счастья.

Несмотря на то, что она проводила каждую ночь в этой комнате, эта диковинка до сих пор не ясна ей в полной мере. Стоит смириться с тем, что как бы далеко ты не шла, все равно окажешься на одном и том же месте, как тебе в лицо кидают новую забавную вещицу, чьи особенности еще предстоит раскрыть. Возможно, она неведомым для себя же способом открыла способность к осознанным снам, а каждое её сновидений это не больше чем репрезентация потайонных желаний, выведенные в образ усталым от переработок мозгом. Или же, это буквальная магия за пределами человеческого пребывания, где ей можно делать все что душе угодно, не боясь осуждения от людей за детское поведение. Так или иначе, Мари это сейчас волновало меньше всего, ведь руки вытянуты вперед, ножки перебегают считанные метры между ними, и тот, по кому она так сильно скучала, наконец оказался в её руках.

"Муни! Привет привет! Скучал по мне?" - сказала студентка наирадостнейшим тоном, сжимая обеими руками паренька ярких палитр, чьи очаровательные глазки моментально заблестели ярче звезд, когда тот поспешил обнять старшую сестру в ответ. В её кистях лежал наверное самый милый на белом свете ребенок, который когда либо имел честь запечатлеть себя в памяти юной девы. Тоненькие, мягкие, нежные ручки обвивали её спину, потирая девушку на семь лет старше его самого. Каждый предмет одежды сидел на мальце как влитой, не сдвигаясь ни на дюйм при любом малейшем движении, идеально располагаясь как раз таки на том месте, где ему и нужно быть. Малыш буквально переливался различными цветами, светился подобно маленькому солнышку в её хватке, не пытаясь убежать, а только сильнее зарываясь в такие желанные обьятия. Сквозь ткань платья, барышня могла почувствовать своим монохромным телом крошечные шортики, упирающееся ей в колени и немного отходящую от тела братика футболочку на груди. Милейшего подбора одежды девушка не могла пожелать. Еще немного погладив изголодавшегося по физическому контакту мальчика, старшая сестра все таки решила опустить вниз голову, дабы посмотреть на личико, кое освещало её сны без малейшей хмурости. Оно было идеальным. Гладким, мерцающим, улыбающимся. Глазки подобные бриллиантам с тысячью граней, носик торчит остренький как ножик, щечки плюшевее чем любая игрушка, при этом с милыми алыми пятнышками, а на лобике прекрасно лежащая, блондинистая челка аккуратной шевелюры, сотканная из чистой солнечной энергии.

Этот карапуз был для неё целой солнечной системой, устроившийся на груди казалось бы обычной простушки. В первые дни после попадания в тогда неизвестное ей место, он стал тем кто приветствовал её с широко раскрытыми руками, безмолвно водя по метрам белого ничего, показывая одну диковинку за другой. По началу, он ей казался немного странным. Какой то непонятный ребенок материализовался в голове у барышни, или же другом мире, в те дни она еще пыталась понять природу сего измерения, ходит бродит туда сюда и не говорит ни слова. Да, она прощала ему его поведение навевающее параною. Тем что он миленький. Ему можно побыть немного жутким в таком случае. Но с течением времени, сны становились ежедневными, время проведенное в них дольше, а связь между ними росла как у настоящих, кровных брата и сестры. В конце концов, Мари часто думала о том, какова была бы её жизнь, не родившись она одним ребенком в семье. Таким образом, Муни обучил её нескольким трюкам Спокойного пространства, а она рассказала тому в обмен занимательные факты мелочевки, которые, к удивлению музыкантши, он поглощал как голодный пес кусок упавшей пиццы. Младший братик был очень хорошим слушателем.

Через пару минут, они оторвались от своей половинки с большой неохотой. Может быть им бы ничего и не стоило просто провести оставшиеся часы перед окончанием дремы ученицы института в руках тех, кем они дорожили, смеясь дурачась и ведя себя как и положено брату с сестрой. Но все же, было куда лучше потратить время на что-то гораздо увлекательнее, и одновременно полезнее! "Хочешь снова поздороваться с тем мальчиком?" - задала вопрос смотрящему на неё как на принцессу дурачку, чья голова неуверенно склонилась вниз а затем поднялась вверх - "Замечательно! Ну тогда вставай, попытаемся подойти к нему на этот раз поближе."

Поднявшись с коленок, пара из маленького и большой взялись кистями разного размера, не спеша шагая вперед к их месту назначения. Сейчас, они шли на встречу с одним из немногих жителей этого чудесного места, до которого спустя годы им никак не удавалось дойти. Топая ногами, они добрались до семи кругов из красных, ползущих по земле, извивающихся рук, окруживших кольцами что-то, отдаленно напоминающее комнату без стен. У самого подобие жилого помещения, круги были узкими, а на том месте где стояли она с малышом, широкими. В общем смысле, расстояние между ними и их соседом почти доходило до целой сотни метров. С такими то промежутками, можно и просто перепрыгнуть и добежать до него, но такие попытки всегда оканчивались только неудачами. Она больше никогда не хотела пытаться убежать от ползающих со скоростью света ручёнок. Их хватка была.... неприятной.

Это была не одна из загвоздок, мешающих им в желании завести новую дружбу с тем незнакомцем. Пару раз, когда им все таки удавалось перебежать несколько слов охраны, они заставили соседа за не самыми правильными вещами. Теми, которые определенно не стоит проводить на открытом, как в сейчашнем случае, воздухе. Некоторые вызывали у дуэта отвращение, а другие заставляли родственников краснеть до максимальных значений. Это вынудило Муни поубавить пыл и начать прятаться за спиной оберегающей старшей сестренки, не забывая продолжать пытаться из чистого любопытства. Но хей! У неё тоже есть несколько черт которые другие посчитают неприемлемыми, но при этом, парнишка все равно любит её всем сердцем. Возможно, если им удастся добраться до того юноши в пижаме, они могут стать лучшими друзьями, несмотря на странности?

Так или иначе, сегодня этому было не суждено случиться, ведь на уже заученном до зубов месте его нету. Пустота - единственная соседка с коей двое делили сей дом. Братишка немного загрустил от отсутствия еще одного шанса на встречу, опустив голову и выпустив немножечко вперед маленькую губу. Он не был из тех кто очень выразительно показывает переживаемые эмоции, а потому каждая такая реакция, ценилась больше чем любой существующей алмаз, даже если она предстает в негативном ключе. Присев на корточки, стараясь отодвинуться подальше от одной из любопытных ручек, девушка погладила его по голове, от чего Муни очаровательно замурчал, все еще с грустной рожицей. "Ооо. Ну ничего. Видимо сегодня Мистер Пух немного занят. Мы можем заняться чем нибудь другим. Давай, пойдем" - заверила поднявшегося в настроении ребенка старшая сестра, взяв его кулачок в свой и вернувшись обратно к пледу. Кличка далась страннику год тому назад, когда тот вернулся из необычной белой двери без одной руки. В ней не было кости или крови а только железный каркас и подгоревший черный пух.

Место содержало в себе все, в чем они нуждались. Приятный кусок шерстяной ткани, служащий им точкой для отдыха, веселья и различных развлечений. Чудо корзинка, где Мари могла взять любой возможный предмет, будь то ножницы для стрижки младшего, спрей от случайного укуса, после путешествия их двоих, или же одеяло, чтобы они поспали в обнимку. И, наверное самое главное, её личный дневник. Она исписала все возможные страницы по нескольку раз, но открывая и закрывая его, всегда обнаруживала новые, ранее не тронутые листы бумаги, умоляющие чтобы девушка вывела на них свои мысли. Туда можно было занести любую, даже самую незначительную мелочь. Мысли о прошедшем дне, пожелания о будущих начинаниях, мечты, желания и все тому подобное. Пока что брать его рано, а значит, пора переходить к тому, за что она так обожает Спокойное пространство. "Муни" - пропела юная девица, завладев вниманием молодого дарования - "Ты приготовил для меня сегодня что нибудь интересное?". Реакция паренька была моментальной, счастливо заволновавшись, мальчик засунул одну из ручек себе в карман, и немного пошебуршав, достал оттуда маленький блокнот на пружинках. Со стороны - простейшая канцелярия. Но этому клочку бумаги и пластика не занимать скрытых черт.

Перелистав несколько тонко деревянных панелей, конечно же втайне от сестры, ведь ему нужно выбрать самое лучшее приключение, он все таки оторвал один из листочков, и отойдя на пару десятков шагов от сидящей на копчике Мари, протянул в никуда вырванный предмет. Как только пальцы разжали кулачок, начались интересные метаморфозы. То, что было обычным предметом, взлетело высоко высоко, искрясь, пуская лучики света и падающие звезды на белую землю, чтобы зависнув на огромной высоте, выпустить из себя огромный, светящийся луч, сиюсекундно ослепивший барышню. Такое представление всегда ей было по душе, потому как после него всегда следовало закипающее чувство интереса и волнения. Хотя, чтобы не сделал для неё Муни, оно всегда получалось идеальным. По другому он просто не умел.

На том месте, где еще какое то время висела сплошная белизна, теперь простирался удивительный лес. Деревья постельных тонов возвышались над головами девушки, потрясывая своей листвой цвета мяты. Коричневая кора больших растений выносила на белом свету невероятные завивающиеся узоры, переходящие в спирали и другие геометрические фигуры. Трава же, выросшая под ногами девушки, задорно хрустела, испытывая вес среднестатистической леди. Вокруг повис приятный запах жизни, пробивающие любой насморк, а на парочке крон даже росли сочные, красные яблоки. Это было идеально. "Какая красота. Неужто так по мне скучал, что все время потратил на это место? Другого я от тебя и не ожидала" - с дьявольской, дразнящей ухмылкой сказала Мари, пару раз уколов локтем смущенного юнца. Как это уже понятно, блокнот мальчика полностью не подходил к своему внешнему виду, скрывая под двумя картонками чудеса, не способные явиться в реальной жизни. Чтобы он не нарисовал, чтобы не изобразил - оно всегда обретало свою жизнь, наливаясь невообразимым количеством ярчайших красок, радукя глаз отдыхающей пианистке. Еще ни разу рисунки Муни не подводили своего создателя, становясь лучше и лучше с последующей нарисованной фигурой. И все ради неё.

Взяв её за ручку, а инициативу он редко когда брал на себя, предпочитая отдавать участь лидера человеку намного старше него, юноша повел за собой удивленную музыкантшу, изредка оборачиваясь и махая сжимающей блокнот ручкой вперед, как бы показывая что её что-то ожидает впереди. "Уф! Божечки, Муни. Куда мы торопимся? Нам некуда спешить, еще вся ночь впереди." - спокойным тоном успокаивала женщина своего братика, но тот, не обращая внимания, рвался вперед как можно скорее. Видимо, чтобы он ей не уготовил, это определенно должно было взорвать мозг одаренной вундеркиндши. Сгорая от любопытства, эта черта у них и впрямь была общая, что еще больше придавало реалистичности их статусу 'брата и сестры' , она позволила немому сорванцу утащить себя все дальше вглубь чащи, невербально готовясь к предстоящему сюрпризу.

Бегая по пустующей тропинке, совершая резкие повороты по их похожему на лабиринт пути, иногда делая перерыв на наблюдение за местной, нарисованной карандашами фауной и вкушая плоды разных форм, размеров, Мари не могла не потратить хотя бы пару минут, рассматривая мальчишку. Ох, как же он был мил. Любое движение, совершенное им граничило с тем же уровнем умиления, что исходил от озадаченного, или спящего котенка. Ручки перемещались аккуратно, осторожно, без лишней энергозатраты, исключительно ради исполнения цели, поставленной его мозгом. Бездонные глазенки осматривали все с любопытством ребенка на несколько лет младше чем тот, к которому Муни можно было отнести. Ведь несмотря на факт, что каждый объект окружения создавался лично им, он все еще не знал подробностей, реализовавшихся из воздуха благодаря магической силе, закрытой под его цветастой кожей. Он не просто хороший художник, продукт её воображения, или существо, пришедшее из далеких измерений ради развлечения, а драгоценный младший братик, поддерживающий барышню уже не первый год, будь то в здравии или болезни. Конечно жаль что это просто сон, и она не может остаться здесь навечно, из-за такого адового количества обязанностей, что Мари рада на себя принять, но даже маленькое количество времени, проведенного с ним наедине, ценится ею дороже любой драгоценности.

Каждая дорога имеет свойство заканчиваться, и сны не становятся для этого исключением. Постепенно, дорожка становилась куда шире, чем была секунду назад. Так, сантиметр за сантиметром, бортики лесной тропинки и вовсе исчезли, приведя парочку на красочную поляну, заполненную яркими цветами, и не абы какими, а особенными. Цветами, значимые исключительно для них двоих. Ландыши с тюльпанами постоянно переплетались друг с другом, иногда вырастая по пять цветков на одну кучку почвы. Никаких надоедливых кактусов, бесполезных подсолнухов, прилипчивых роз или завистливых гладиолусов. Только двум видам цветов было позволено цвести, благоухать и разрастаться на куске грунта. Чистым, белым и идеальным. Им не было ни конца ни края, но это мало волновало, ведь все внимание девицы сосредоточилось на титаническом объекте посередине поляны. Большом, тянущимся до облаков, тоже нарисованных Муни, дереву дуба, в чьей ширине можно было построить целый дом. То, что когда то было не больше чем зеленый мизинец, возросло до вышины целого небоскреба

Мальчик потащил через поляну дорогую сердцу сестру, стараясь ступать там где прослеживалась трава, а не стебли или бутоны цветов. Мари же не очень заботилась об этом, и просто следовала за ним, не обращая внимание на то, что крошится под её ногами. Дойдя до могучего дуба, юноша остановился как вкопанный, отказываясь отпускать руку девы и играя с корой в гляделки. Мари терпеливо ждала дальнейших действий от мальца, потому что после трех сотен путешествий, выпавших на две пары плечей, сей знак всегда обозначал ничто иное, как готовящиеся перемены. И они вскоре настали, ведь кора, живая, кишащая милыми жучками и и тыкающая чуть ли не им в лицо увесистыми корнями, принялась менять свой внешний вид, искривляясь и размегчая палитру материала. С щелчком, кусок древесины превратился в аккуратную дверь, с маленькой медной ручкой. Малыш взял поворачивающийся объект в свою свободную, мягкую кисть, и сменив положение объекта на девяносто градусов, отворил проход в ту часть дуба, что заставила барышню уронить челюсть от изумления.
Внутри, он был полным. Стены дерева так и остались коричневыми, намеренно темными, но вот то что закрепилось на всех до единой, и впрямь дало крови пианистки хорошую причину для ускорения. Картины висели на каждом шагу, и изображали они их приключения. От первейших до совсем недавних. Там были как самые важнейшие моменты, послужившие началу разрастающейся привязанности друг к другу, так и незначительные дурачества. Но факт оставался фактом. Они будто бы и не были рисунками, а совершенно другим методом запечатления воспоминаний. Фотографиями. Взяв любую из живописей, если б девушка не была в данный момент связана руками с создавшим сие очарование, она уж точно увидит глубину проработки моментов, нарисованных там и тут. Вот, они бегут от армии Короля пиратов когда украли их главное сокровище, Муни тогда проявил себя как очень хороший мальчик, согласившись тихо прокрасться в сокровещницу, пока она отвлекала капитана корабля. О, или на другой, Мари и он вместе делают песочных ангелов посреди сахарной пустыни. Это хоть и было не лучшим для их зубов, но кому какое дело до гигиены и здоровья, когда ты находишься в чудесном мире снов. В любом случае, здесь прослеживалось одно и тоже настроение, разделяющиеся между ними на протяжении всех пережитых лет. Радость, от возможности провести свое время рядом с тем, кого так сильно любишь. "Муни... Сегодня ведь..." - зашептала она, чувствуя как к глазницам подступает итог переполняющих эмоций - "Уже два года с того момента, как мы впервые познакомились?" Ответ тут мог только один. Смущенный, кроткий кивок, произведенный головой наиочаровательнейшего из мальчиков, который вскоре был снова обнять старшей сестрой. Она не могла передать, какую сильную благодарность испытывала за то, что юноша настолько боготворил прожитые ночи с ней на пару, что потратил так много времени на столь замечательный день и подарок. Ради неё. "Оу. Спасибо тебе большое" - пропела девица, еще крепче сжав художника в объятиях, от которых он, как прилежный мальчик,не отказывался. Какое то время, они стояли на месте. Девушка гладила одной рукой теплые, искристые волосы ребенка космоса, а другой проводила по хрупкой, спине, с выпирающими ребрами. Такой милый и такой беззащитный. Даже со всеми его безграничными силами, он все еще был маленьким негодником, любящим дурачиться и обниматься с старшей сестренкой. Таким он ей всегда и нравился. Спустя секунду, Мари заметила на конце одной из стен еще один проход, к которому шла парящая лестница без перил. Затем, задрав голову, она увидела еще больше лестниц, всегда поднимающиеся из одного прохода пониже, и переходящие в отверстие повыше. Ей хотелось сказать свои предположения по этому поводу, но Муни быстро обрезал её, выйдя из захвата и снова взяв ручку девочки в свою, побежав к ближайшему проходу. Похоже, на этом подарок к годовщине еще не заканчивается.

Пара начала свой подъем по новому пути, переходя от одного прохода к другому, и всегда оказываясь выше, чем они были секунду назад. Как оказалось, каждая такая лестница была связана напрямую с той, что установлена на метры выше, никогда не заканчиваясь, но меняя методы построения. Одни лестниц винтовые, другие вверх ногами, третьи повернуты на девяносто градусов и далее далее далее. Широкий спектр будоражил разум спящей паралитички, давая глазам повод надеть уже запылившиеся блестки. Такие красивые формы, подставленные углы, многочисленность разнообразия уже в который раз доказала ей, что она должно быть самая счастливая старшая сестра на всем белом свете, потому как иметь под рукой столь одаренного младшего брата - можно приравнивать к подарку с небес. Если закрыть глаза на сущность очаровательного комочка солнечной энергии, то её сейчашний мечтой было проводить все имеющиеся во вселенной время с дорогим братом. Позабыть о насущных проблемах, ответственности и отдаться веселью в незабываемой стране снов. Наедине с ним. Но на то она и мечта, чтобы никогда не сбыться до конца.

После прохождения по меньшей мере сотни разных этажей, где ткань реальности разрушалась и восстанавливалась прямо у них на глазах, Муни с практикой стал очень хорош в рисовании абстрактных фигур, дуэт дотопал до главной изюминки подарка старшей барышни. Ступив на последнюю, вертикально, сорокапятиградусную по направлению лестницу, чей внешний вид напоминал девушке о чем то давно позабытом, они встали на верхушке древа. Прямо перед черным концертным роялем. Его гладкая, лакированная поверхность создавала эффект грациозного свечения, пока клавиши слоновой кости смешивались с цветом белого неба над их головами, и её руками. Оно было совершенным в своих деталях. Еловые пластины, натянутые почти до упора струны под крышкой, вычурные ножки с простым, заурядным оформлением, бронзовые педали и в комплекте мягкая сидушка, как будто бы подогнанная под размеры таза спящей красавицы. Листики, иногда падающие с окруживших их веток, и вовсе улетали в другом направлении, как только их полет достигал радиуса столярного произведения искусства. Ни пылинки, ни соринки, ни изъяна. Как ей и нравится.

Отпустив пальцы Мари, ребенок подбежал к четырех опорному стула с подушкой на нем, и усевшись почти на краю, похлопал рядом с собой, там где места осталось больше всего. Ей даже не нужно было ничего говорить, чтобы понять просьбу лучистого сорванца. Все же, музыка, льющаяся по каждому миллиметру свободного пространства, не важно нарисованного, или натурально пустого, всегда делала их обоих счастливыми. А значит, не нужно заставлять лучшего друга ждать. Шаг первый, шаг второй и вот, она уже уселась посередине, почувствовав как теплая прическа малыша опустилась на её плечо, вызвав ожидаемую реакцию, в виде улыбки. Потянувшись вперед и положив пальцы уже на открытые клавиши, музыкантша сделала глубокий вдох. Она уже очень давно не играла на нормально настроенном пианино, и здесь речь идет не только обо снах дочери Судзуки. В их колледже не то чтобы много практики, а преимущественно теория. Учебники, статьи и лекции составляли примерно девяносто процентов учебного материала, в то время как оставшиеся десять позволяли студентам положить конечности на излюбленные инструменты. У Мари на такую роскошь времени оставалось преступно мало, конечно же благодаря помощи другим ученикам, которым она была только в радость помочь подтянуть упавшие оценки. Пианистке не хотелось пасть лицом в грязь перед ним, а значит нужно выдать себя на все сто. Дыхание ровно, осанка прямая, пальцы лежат аккуратно. Заиграла музыка.

Это не было что-то сложное, как целый вальс. Нет, полностью наоборот. Мелодия, которую сможет сыграть даже начинающий изучать ремесло дилетант, но при этом имеющая в себе особый шарм. В ней не было ни одной черной клавиши. Использовались только белые, вызывая мягкую, в незначительной степени через чур легкую композицию. Она могла играть её одной рукой, но делала двумя, просто из привычки. Были варианты, в разы труднее для воспроизведения. Она знала их наизусть, могла играть часами напролет и не шелохнуться, полностью сосредоточившись на объекте её работы. Однако, как бы ей не хотелось похвастаться своими знаниями, мастерством и отточенными за года практики навыками, эти молоточки стучат только для одного человека на верхушке. Него. Очаровательного, усидчивого брата, которому больше по душе спокойные, неторопливые и умиротворяющие звуки, нежели кипятящие кровь симфонии. Ей только в радость угодить принадлежащему комочку счастья.
По правде говоря, отрицать истинную природу играемой мелодии было бы глупо, ведь хоть ноты, промежутки между ними и общая структура кричит о простоте, это был не более чем ложный покров, скрывающий гораздо значительный смысл. Мелодия навевала некое особенное чувство. Некую, смесь из спокойствия, размеренности и постоянства, но при этом имеющую в себе крупицы уверенности, темпа и, конечно же, надежды. Сравнивая музыку с какой либо сценой, Мари могла перевести параллель между человеком, запертым в вечном лимбо. Он не живет, но и не мертв. Он не идет на свет, но и не уходит обратно во тьму. Никто просто застрял по середине, и не думаю о выборе между добром и злом. Такие решения слишком сложны для того, кто просто хочет существовать и не принимать ответственность за выбранный ответ. Запертый в клетке своей неуверенности и отказа, постоянно ожидающий изменений, которые никогда не наступят. Со стороны, такое описание покажется посторонним до ужаса негативным. Но девушка так не считала, ведь такие предпочтения только давали еще одну причину столь сильно обожать Муни. На поверхности он проще чем изображение нарисованного солнца. А стоит заглянуть под кожу, и его безграничным чертам не будет конца. За это она и любит его, маленькую звездочку.

""Муни, спасибо тебе большое за такой чудесный подарок" - продолжая играть, вымолвила девушка, перебирая перстами в одинаковом порядке - "Так много времени прошло с нашей встречи. Но это как будто бы случилось только вчера. Я до сих пор помню, как ты убегал от меня, стоил только появится здесь. Ты так мило перебирал ножками, хе хе. Но со временем начал мне доверять. Наша связь росла и росла, и в конце концов, выросла такой же могучей, что и дерево которое ты нарисовал. Не знаю, чем же я заслужила все эти прекрасные сны, приключения и моменты, пережитые нами. Возможно, все это просто сон, и я пытаюсь таким образом что-то компенсировать, но меня такое не волнует. Пока я могу проводить с тобой время, будь то наши стычки или простые ласкания, я не буду обращать внимание на такой малозначительный факт. Что я хочу этим сказать? Ну... Я люблю тебя Муни, и очень благодарна за то, что ты согласился быть моим младшим братом". На последнем слове, музыкантша повернулась к юнцу с, наверное, самой благодарственной улыбкой на лице, кою она использовала за два года. Только чтобы встретиться лицом к лицу с существом, которого ей еще никогда не доводилось видеть.

Зажав шею мальчика локтем, и стиснув две кисти в одном кулаке, на барышню смотрели два разъяренных глаза. Пара дрожащих, на литых кровью яблок расположилось прямо под завесой толстых, сальных волос, завивающихся и торчащих во все стороны, без грамма намека на аккуратность. Лицо существа же выражало только недоверие, ненависть и презрение. Кем бы не был нежеланный гость, оно уж точно не испытывал положительных чувств по отношению к ней. Именно что ей, ведь смотря со стороны, можно приметить что она старается слишком сильно не давить на чувствительные конечности, удерживая его на месте. Под головой барышни была еще более бледная чем у Мари шея, с закрытыми плечами и рукавами, показывающие те уродливые тряпки, лохмотья и вырванные ткани, используемые, как оказывается, незнакомкой, на подобие одежды. Потертая инвалидная коляска, похожая на как упавшую с лестницы, заменила ей ноги.

Пианистка не успела должным образом задать вопросы, попытаться вырвать дорого сводного родственника из хватки или же сделать хоть что угодно, ведь в одно мгновение, перед лицом промелькнула ужасающая картина. Изображения, похожие на одну из гиперреалистичных работ отобранного у неё Муни. На ней, девушка увидела что то неприятное, охлаждающие кровь до минусовой температуры. Закрытую дверь кладовой комнаты.

Еще один миг, и она на том же самом месте, где и началось её пробуждение. Нету никакого дерева, появившегося из ниоткуда чудовища или же роскошного, навевающего ностальгию рояля. Ей было по правде сейчас плевать что на рояль что на дерево, ибо самого главного человека в комнате тоже не было. Младший братик пропал, оставив после себя только изрядно помятый блокнот. "Муни? МУНИ!? ТЫ ГДЕ МУНИ?!" - сиюсекундно запаниковала барышня, встав с места и подняв поменявший свой внешний вид предмет канцелярии. По взгляду, можно было сказать что его намеренно сжимали изо всей силы, уродуя, деформируя и покрывая многочисленными темными пятнами. Осмотревшись по сторонам и увидев что мальчика до сих пор нигде не видно, Мари начала отчаянно бежать в три разные стороны, молясь всем богам чтобы этот способ помог её найти пропавшего художника. Барышня побежала на север, но вернулась к пледу с юга. Художница ринулась с принтом на юг, однако её приветствовал все тот же кусок клетчатой ткани. Побег на восток, где всего секунду назад разрастался божественно написанный карандашами лес, привел её к одному их девяти ручных кругов, где в центре, как всегда на своем месте, стоял и бездействовал странный, кукольный юноша. Надеясь что может быть у него найдутся ответы на вопрос о исчезновении её малыша, она собиралась надорвать легкие, но все таки узнать хоть какую то информацию.

"ХЕЙ!!! ВЫ НЕ ВИДЕЛИ ТУТ МАЛЬЧИКА В ШОРТАХ И ФУТБОЛКЕ?!? НИЗЕНЬКОГО, С ОГНЕННОЙ ШЕВЕЛЮРОЙ!!!! ПОЖАЛУЙСТА, СКАЖИТЕ ХОТЬ ЧТО НИБУДЬ!!!" - закричала обеспокоенная женщина, тяжело дыша и понимая, что дрожь с сердцебиением пробирает всё тело до последнего миллиметра, доводя студентку до полноценной панической атаки. Состояние редкое, но когда случалось, на помощь сиюсекундно приходил её очаровательный брат. Теперь же, с его отсутствием, все что она могла делать, это стараться подавить нарастающий ужас и сосредоточится на дыхание. Плюшевый человек не ответил. Он смотрел, не сдвигаясь с места, на неё, буря отсутствующими глазами плоть перепуганной ученицы колледжа, пока тому не надоело, от чего тот лег обратно в кровать, не обращая внимания на разрывающую музыку крики. Поняв что из незнакомца ничего не вытянуть, Мари выпустила рассерженный рев, пару раз пнув землю под ногами, ей не оставалось ничего, кроме как вернуться обратно к месту возвращения сознания.

События происходили слишком быстро. В начале они наслаждались своим временем, тратили его как только вздумается, обнимались как в последний раз и даже не задумывались, что сегодня произойдет что-то плохое. Черт, она ведь почти забыла о той странной галлюцинации, чуть не спустивший её вниз по лестнице перед сном! Но худо не долго скрывало свое присутствие и вот, того, кого она поклялась защищать, любить и оберегать, украли прямо у неё под носом, не позволив обмолвится парой слов. "Это чертово пианино.." - сквозь зубы прошептала девушка, сжимая кистями ткань пледа, не находя себе места от появившейся в душе пустоты - "Я так на нем заигралась, что даже не обратила внимание на отсутствие его звуков. Как я вообще это допустила? Я предала его доверие. Я подвела моего маленького брата...". В глазах начала появляться рябь. Густая, жгучая вина давила на слезные протоки, очевидно приводя к тяжелым, падающим с щек капелькам, мочащими плед. Спина тряслась, пока Мари закрывала себе рот, ведь таким девушкам как она не позволено громко рыдать над своими ошибками. Но и не пускать слезы нету возможности, ибо боль от совершенного проступка, от спокойствия которое она позволила себе пережить, ударило слишком глубоко.

Вдруг, раздался звук. Далекий, дикий и возвышающийся над собой с каждой секундой. Утробная сирена, оповещающая о скором окончании сна. Время пришло, и как бы ей не хотелось остаться хоть на пять минут, проверить пару нарисованных миров на наличие Муни, противиться вою было не возможно. Пора просыпаться, если б она это сделала перед братиком, то тому пришлось бы закрыть глаза, чтоб не увидеть следующие действия девицы. Сев на холодную шерсть, дама подняла края белоснежной юбки прямо до пояса, обнажая черное, нижнее белье. Кожа чиста, неприкосновенна и определенно ухожена. Той что ей не хватает в реальности. Следов от прошлых выходов, как и всегда, не осталось. Потянувшись к корзинке, музыкантша достала из него крошечный ножик для бумаги, с выдвижным лезвием. Раздался щелчок, и из пластикового обода появился кусок металла с равными делениями полосками. "Покончим с этим" - мысленно проговорила себе Мари, не теряя времени, начал полосовать свои аккуратные бедра. Линия за линией превращала белое в яжевично красное. Теплые ручейки крови сочились из ран холодного тела, стекая по ногам и образовывая стремительно растущие лужицы под нижними конечностями. Она не издавала ни звука. Перед её глазами, идеальность превращалось в отвратительное месиво из кожи, разрезанных вен и мяса, которая могла спугнуть даже стойкого на желудок персонажа. Но она ничего не чувствовала. Прямо как в те дни. Вот, после по меньшей мере сотни рваных ран и сломанных кусочков ножа, она потеряла сознание.

----------------------------------------------------------------------------------------------

Солнечный свет стал первым, что ударило ей в лицо по пробуждению ото сна. С угрюмой миной, девушка оперлась руками назад, и усадив себя так, чтобы она не падала лицом вперед, провела кистями по лицу, издав вымотанную, непонятную смесь пре мясопотамских звуков. Это была та еще ночка и она понятия не имела, сможет ли удержать свое внимание на доске в течение дня, увидев произошедшие события. Да, пару раз ей приходилось спасать Муни из лап какого нибудь доходяги, не важно был ли он пиратом, вором, бандитом или через чур повернутой на нем до грязных мыслей извращенкой. Но главное отличие от недавнего опыта, заключалось в том что именно он и был причиной его же похищения. Он блин сам писал сюжеты, в которых от неё, ради приключения, требовалось его спасти! Все было предсказуемо и заранее оговорено, чтоб ей не приходилось потом рвать волосы на голове от переживаний, вед такой неприятный опыт уже был. Сейчас же, это произошло внезапно, и уж точно ненамеренно. Та девушка на колесах каким то неведомым образом прорвалась прямиком в Спокойное пространство, навела на неё то непонятное видение, и украла единственный оплот доверия в эти суровые дни. Ей нужно решить эту проблему как можно скорее, иначе последствия могут дойти до ужасных значений. Ныне, пора просыпаться.

Поскольку на часах светилось четыре не ободряющие цифры, а и именно пять часов утра, остальные жители этажа так еще и не проснулись. Вокруг тишина, в помещениях все спят, включая храпящую однокурсницу на второй кровати над ней, а значит что ц мари оставалось не так уж и много вещей, коими она могла заняться, чтобы занять мозги между мыслями о трактовке всего сна, и оттачиванием речи для бегущего за ней проекта. Поерзав на месте, чудом усевшись на кресло, девушка решила что маленькая разминка перед поездкой не помешает. В конце концов, по настояниям докторов ей нужно делать её как минимум три раза в день, дабы не позволить мышцам с отсутствием двигательных функций прибавлять в жире и скапливать кровь в опирающихся на сидение частях. Чего ей определенно не хотелось получить ко всему тому реестру несчастий, так это пролежней. Пара движений, подтягиваний, массажа бедер с стопами и она готова выезжать в ванную. Гигиену лучше соблюдать ежедневно, даже когда голове уж точно не до этого. Барышня уже была готова выехать за порог, но разум поспешил напомнить ей об одной забытой задаче. Проверить телефон на наличие новых сообщений, которыми он всегда полнился до краев.

Да, как и оказалось по достижению руки пианистки пластмассового кейса, смартфон был готов взорваться от сотен разных уведомлений, идущих. На главном экране механизма, с обоями в виде целой оранжереи тюльпанов, красовалась парочка никонов. Преимущественно для работы над собой, саморазвития и всевозможных социальных сетей, чьи кружочки как раз таки, имели под собой красные точки с пометкой '99+' каждая. Будь то Увидер, Брейнбук или же стандартные смс, ни один из них не удостоился участи быть не тронутым теми бесчисленными номерами и заявками в друзья, которые получала Мари после каждой помощи своим знакомым студентам, случайным людям или же прохожим. Помогать всегда было приятно, а видеть то как их зачастую хмурые мины превращаются в милые улыбки - оплата дороже любых миллионов. Листая ленты, меняя приложения и переходя от одной страницы к другой, студентка под конец наткнулась на одно весьма занимательнгое сообщение. А точнее оставленную аудиозапись после неудачного звонка под вечер. Видимо она не заметила бренчание телефона, потому как слишком глубоко забурилась в детство Паганини для проекта. Включив наушники и нажав на кнопку, барышня начала слушать.

"Хей! Эм, привет. Это я. Ну, я. Хиро." - нервный тон парня на пару месяцев старше неё мгновенно разбавил темную тоску в её сердце, ненадолго осветив непроглядную тьму. Генри, или же как он любил себя называть в честь бутерброда, был её очень давним другом. Со всей её потерю памяти и отсутствием некоторых воспоминаний, Мари четко знала о нем парочку ключевых вещей. А - он живет в паре штатов от её нынешнего места проживания. Б - он поступил в престижное поварское училище, решив серьезно удариться в кулинарию. И С - у них был недолговременный роман, окончившийся на печальной ноте. По его словам, а он не очень любил вдаваться в детали произошедшего, они оба сказали несколько неприятных фраз, но после тщательного обдумывания, решили помириться и начать общение сначала. Она честно говоря не помнила, как познакомилась с этим дурачком, но если судить по тем разговорам, что у них происходили чуть ли не ежемесячно, он являлся давним другом детства, часто гуляющей с ней рядом, когда находился свободный денек. Разговоры с Генри всегда выдавались той еще уморительной минуткой. Парень зачастую брал на себя роль говорящего, отдавая мари возможность спокойно слушать занимательные истории о прошедших неделях, во время которых она смеялась до самого упаду. Один раз это произошло буквально, из-за чего её подруге студентке пришлось затащить девушку обратно на коляску, слушая громкий гогот с стороны упавшей. Наверное, он был одним из немногих, кто впрямь позволял её чувствовать себя в своей тарелке. Не было снисходительного взгляда, по причине ограниченных возможностей, или же улыбки только за услуги. Ему нравилось проводить с ней время искренне, что безусловно заработало поваренку отдельное место, в сердце с безграничной любовью альтруистки. Были конечно же мысли, обращая внимания на манеру речи латиноамериканца, что он чувствует горькую вину за уже забытые времена, но она часто отбрасывала такие мысли, не желая подолгу на них сосредотачиваться. Пустая трата времени.

"Надеюсь ты там спишь, и поэтому не можешь ответить на звонок. Потому что если ты опять сидишь за работой допоздна... Э... Ладно, я ничего тебе не сделаю, но уж точно буду огорчен. Тебе нужно больше заботиться о себе. Так, зачем я тебе звонил? Ах да! Точно. Хотел рассказать как дела и кое что предложить" - на некоем предложении, девушка выпрямила спину, заинтересованно воткнув наушник кнопку как можно глубже, ведь любые предложения Генри всегда были чем то интересным и необычным. Что же он решил рассказать ей на сей раз? - "У меня сейчас все более менее хорошо. Мы с моей командой уже заканчиваем наш собственный рецепт для последнего экзамена, и работаем в поте лица. Пабло, Боуэн и Дафни прекрасные помощники, не то слово. Еще никогда не видел, чтобы у кого были такие познания в выпечке. Мне нужно почаще просить их меня потренировать. Наши оценки выше крыши, так что мы часто дурачимся и проводим время группой. Но мне до сих пор приходится приглядывать за ними, чтобы те не совершили какую то глупость. Немного навевает воспоминания, да? Недавно звонил Келу между прочим! Передавал тебе привет и желал всего наилучшего. Хе, он так сильно вырос. Боже ты мой, так и еще тоже хорошо готовит. Весь в своего старшего брата. Т-так горжусь этим сорванцом. Да, родители были не очень рады тому факту что мы с ним разговорились. Сейчас ситуация между мной и ими... Скажем так натянутая. Но я надеюсь что в будем, хоть как нибудь станет лучше... Кхм, ладно, думаю будет глупо как то дальше уходить от этой темы. Сорвем как пластырь. Мари. Когда я закончу первый курс, то собираюсь поехать в Фаравей на каникулы. Есть парочка дел что остались незаконченными, ну и безусловно нужно повидать остальных. И мой путь лежит рядом с твоим институтом. Я знаю что в прошлые разы, когда я предлагал тебе, ты отказывалась. У тебя определенно были на то причины, но пожалуйста, послушай меня... По нам скучают. По нам правда, правда скучают. Я знаю что Кел и Бейзил уж точно это делают. Немного сомневаюсь за Обри, ведь из того что слышал, она совсем чуть чуть поменяла к тебе отношение, после твоего переезда. Но я уверен что она тоже хочет тебя увидеть... Санни очень по тебе соскучился. Если ты не хочешь возвращаться в город ради того, чтобы свидится со мной и остальными, то может попытаешься ради него? В любом случае, выбор только твой, я ни в коем случае не буду тебя принуждать. Как что придумаешь, сразу позвони. Спокойной ночи и удачи на тесте. Бывай".

В трубке раздался писк. Запись закончилась, оборвав одновременно и пару нитей, в разуме девицы. Пальцы взяли оба наушника, и положили их рядом с телефоном. Мари смотрела впереди себя, пытаясь анализировать услышанное, разрываясь между радостью за Генри и конфузом, от предложенной возможности провести время рядом с своей семьей, им и его друзьями. Но один вопрос, накрепко прилип к черепной коробке пианистки, когда имя, часто произносящиеся родителями, не стерлось из памяти по окончанию слов.

Кто такой Санни?

Chapter Text

Вас зовут Юва. Вы очень хороший мальчик. Прилежный, молчаливый, послушный, альтруистичный и нормальный. Лучшие черты, отточенные до максимально возможных значений, стали вашими основными, которые постоянно используются ради помои любому нуждающемуся, начиная от ростокротов, и заканчивая вашими друзьями. Даже сейчас, находясь в Белом пространстве, вы не тратите время на бесполезные вещи, а наоборот, стараетесь выжать как можно больше выгоды из имеющихся минут отдыха. Иголка в одной кисти, получившее несколько дырок одеяло в другой. Кусочек металла продевается через ткань, выходя немного погодя и переходя крест накрест, по заплатке. Последняя конфронтация с кучей возмущенных своею жизнью кроликов, прошла не лучшим образом. Тактика с снятием всех эмоций и следующим за этим разговорами привела только к получению лишних синяков и разрыву драгоценного, тканевого полотна. Тогда вы не почувствовали сожаления, злости или же грусти. Это просто одеяло, а если им стало лучше от наблюдения за рвущимся постельным бельем, то не вам решать, злиться на них или нет. 

Через какое то время, после сотен стежков, работа наконец закончилось. В победоносном жесте, вы высоко подняли над головой уже готовое покрывало, осматривая те многие разноцветные квадратики, обозначающие множество пережитых ранений, травм , схваток и приключений . Тот что красный, в верхнем левом уголке, получился от укуса ледяной акулы, в Клубничной тундре. Парочка разбросанных тут и там синих кусочков ткани - напоминание об обстреле стрелами королевской стражи БиттерХарт, компании тогда пришлось нелегко, а разговор с самого начала задался неудачным, потому вы были вынуждены спрятать всех друзей под толстый слой обволакивающего пледа. Целая гурьба желтых пятен - след от проткнутых шипами мест, во время использования вашего инструмента в качестве защиты от поставленных ловушек. Таких напоминаний еще целая куча, но вы не собираетесь слишком долго заострять внимание на таких мелочах. Вам нельзя тратить время попусту, ведь чем дольше вы пробудите в Белом пространстве, тем больше людей и потенциальных друзей с проблемами вы потеряете. Встав с места, отложив иголку с ниткой на стол, вы вновь повязали свой импровизированный плащ вокруг плюшевой шеи, завязав два уголка крепким узлом. Приятная тяжесть опустилась на плечи, напоминая о долге, необходимом для совершения. Погладив Мево перед уходом, вы кладете кисть на блестящую ручку перехода в другой мир, и уже было потянул её на себя, как вдруг...

"Хей! Подождите минутку! Я не отниму у вас много времени, только пара вопросов как и всегда. Пожалуйста, не уходите!" - разорвал воздух до недавнего момента повисшую, мирную тишину. Как и всегда случается, она снова отвлекает вас от важного занятия. Девушка в белом, одна из ваших соседей, стоит в добрых ста метрах от вашего уголка, где вам позволено переводить время от времени свой дух. Все началось где тот несколько недель тому назад. Вы вновь вернулись к себе в убежище, решили немного передохнуть, набраться сил и заняться полезными вещами, как внезапно, полностью перепуганная и взбалмошная барышня подбегает к одному из ручных колец,  начиная кричать что-то о пропаже своего друга. Ей не нужно было описывать его вам, ведь после тысяч попыток поговорить с вами, вы уже давно запомнили внешний вид юноши. Проблема заключалась в том, что вам банально было известно ровным счетом ничего, насчет местонахождения трагически пропавшего друга девушки. Вам ничего не оставалось, кроме занятья своими делами, потому ведь  как бы сильно не хотелось помочь несчастной незнакомке, девять рядов циркулирующих конечностей не позволят сдвинуться с положенного места. Таков порядок вещей. С того дня, она приходила сюда каждый день, сообщая о неудавшихся путешествиях в другие города, деревни или в страны, зависело от выбора появляющихся из ниоткуда строений посреди белизны. И еще ни  разу она не приносила вам каких либо положительных вестей, вместо этого приходя только в разительно ухудшающемся состоянии. Грязь, пыль, ссадины, ушибы, мешки под глазами, усталость, порванные оборки платья и измука на лице. Все это и больше присутствовало в новом образе соседки, которые заставили бы ваше сердце разбиться а глаза намокнуть, если бы у вас присутствовали эти два органа. Видеть её такой измученной пережитыми трудностями и отсутствием человека что составлял ей компанию, вводило вас в состояние глубокого горя. Оно становилось еще хуже, учитывая неприятный факт что вы чувствовали загадочную привязанность к этой незнакомке. Не знаете почему, но каждый раз смотря на такую красивую леди, вы начинаете чувствовать нечто особенное... То что вы обычно чувствуете только при нахождение рядом с вашей верной подругой Обри, от чего данный факт начинает слегка напрягать. Ведь нормальные мальчики не могут ощущать себя к незнакомцам с пустого места. 

"О. Вы все таки обратили на меня внимание. Спасибо!" - прокричала за метры от него девушка, держа в руке такой же серы как и её тело мегафон. Такое обращение к вам определенно бы ввело других в состояние повышенного раздражения. Но не вас, ибо подаренное создателем терпение, учтивость и сочувствие пребывали на высочайшем уровне из всех возможных. Повернувшись к двери спиной, опустив руки по швам и позволив тяжелому плащу упасть на белый пол, вы ожидали дальнейший комплект одних и тех же вопросов, кои, как это и бывают, останутся прискорбно без ответов. "Кхм. В любом случае. Я так и не нашла следы Муни в Дождливом порту. Расспросила всех тамошних жителей, обошла каждый коридор того городка, но единственное что у меня получилось, это найти один из этих странных кусочков бумаги. У меня уже дюжина таких штук, но я до сих пор не знаю, зачем они вообще нужны. Даже не понимаю, зачем они мне сдались, но когда подбираю их... Они кажутся очень важными." На протянутой кисти в отдалении, лежал крохотный комочек черной материи. Не какой то обрывок листа, окрашенный чернилами или же вырезка черного  картона, а воплощение самого темного цвета во всем спектре. От предмета исходила тяжелая, пульсирующая, смеющаяся на подобие языков солнца, аура, разительно выделяющаяся в Белом пространстве. Объект, которому не суждено даже в теории появиться в таком чистом и нормальном месте, объявился внезапно именно здесь. Смотря на него, вы чувствуете какого то рода связь. Что именно за связь вам не понятно, но что вы можете точно сказать, так это о особенной энергетике вещицы. От неё веет родством. Прямо как и от черной лампочки, освещающей всю комнату. 

"Может, ты можешь подсказать что это такое?" - сказал пропущенный через устройство голос красивой барышни, долетевший до ваших тканевых ушей. Вы молчите.
 
"Опять нечего сказать? Я понимаю что у вас есть свои дела и вы очень занятой человек, но скажите хоть что нибудь! Не может быть чтобы вам было совсем ничего не известно об этой фигне!" - Уже в раздраженной манере проговорила ныне угрюмая незнакомка, затопав босой ногой по бесцветному полу, закусив внутреннюю сторону щеки от раздражения. Вас не очень волновало, какую злость может излить сей человек. Она находится в отчаянии, потеряла важного для себя друга, а вы не можете даже сказать и пары утешительных слов, кои возможно могут поднять настроение безутешной барышне. Вы не можете выполнить свою самую базовую задачу. Вы молчите.

"Да скажите уже наконец пару слов! Я что, так много прошу?! Будьте нормальным человеком!" - на этих словах, она надломила свой голос, сразу же поспешив заткнуть себя обеими руками, принявшись за торопливые извинения, что прошли мимо ваших ушей, с отсутствующими отверстиями. Она признавалась что не хотела ничего из этого говорить, что все слова вышли сами по себе, что стресс, вызванный долгой и трагической разлукой довел её до белого коления, но вас не волновали причин, вызвавшие сие предложения. Чтобы девушка не сказала, в этом скорее всего был здравый смысл, а значит что и значение последней фразой - абсолютно правдивой. Вы вновь, уже в который раз сбились с истинного пути, зацепившись за эгоистичные предпочтения, забыв о нуждах других. Вам было глубоко плевать, и как бы вы не пытались оправдать свои действия, решения и потуги благими намерениями, ваша рука не осмелилась взять маркер только исходя из глубоко личностных причин. Вы мало того что эгоист, но вы еще , ко всему прочему, ненормальный.

Тщетные попытки барышни оправдаться были прерваны в ту же самую секунду, когда ваши пастельного тона пальцы скользнули в карман пижамных штанов, нащупав среди всей той горы разнообразных вещиц, предметов и припасов три разноцветных приспособления для рисования. Вам не нужно было доставать их всех, чтоб понять за какие эмоции какой отвечает. Подсознательная реакция и расцветающее, отвратительное чувство в груди позволяло сделать это без надобности на лишние движения. В белом пространстве, засиял синий цвет. Монохромный маркер, инструмент применяемый сугубо в самых экстренных случаях, разрезал воздух парой десятков легких взмахов, пока ваши пальцы придерживали канцелярский товар, вырисовывая те или иные буквы. На всю картину, барышня смотрела с изумленным видом. Похоже, в её приключениях с тем раздражающим мальцом, коего она кричит своим братом, им еще не попадались люди, способные так непринужденно изменять пространство вокруг самих себя. Защелкнув колпачок, вы сделали пару шагов в сторону, дав собеседнице полный вид на выписанный ответ, стоявший вам учащенного сердцебиения в ушах и повышенной тревоги.

Мне жаль что я причинил вам неудобства, но я правда ничем не могу вам помочь. Прошу простить за мое незнание и грубое поведение. Надеюсь, что вскоре вы отыщите своего друга.

Каждое слово выписывалось вами с трудом. Кому то бывает трудно поднять сто килограмм веса, перейти через свои взгляды или решиться на противозаконный поступок. Вам же, труднее всего далось именно это. Намеренное нарушение ваших слов. Отказ от установленного еще годы назад правила, полное сопротивление к которому приводило только к губительным последствиям. Преимущественно для других. ИХ реакции были пугающими и полностью логичными. Какому разумному существу понравится видеть речь человека, кто априори обязан делать то, для чего он создан? Правильно, никому, а соответственно, вы уже приготовились к шквалу негативных реакций. Взгляд, речь, движения и выражение просто обязаны изменится, чтобы соответствовать нужным последствиям ваших необдуманнх действий. В конце концов, вы сами не смогли себя сдержать.
"Оу. Ну... Хорошо. Простите еще раз что так сорвалась. Правда, мне очень жаль. Я постараюсь больше вам не докучать, но если вы все таки что нибудь найдите, пожалуйста, в следующий раз, подайте любой знак, хорошо? Буду очень вам за это признательна" - последовал в скором времени ответ от женщины, на много голов выше вас. Вы могли только в ступоре склонить свою голову, дав незнакомке понять что не держите на неё зла. Стоило барышне убрать громкоговоритель и скрыться из виду в отдалении, вам не оставалось ничего другого, кроме как в шоке смотреть в её сторону, не понимая, почему она именно так сформулировала ответ. Это было слишком странно. Как такая прекрасная, миловидная, и судя по всему благородно воспитанная барышня, может быть такой ненормальной? Почему она не продолжила на него кричать, проклинать изо всех сил, стараться пробиться через толпы рук, чтобы сломать вам пальцы за такой кощунственный поступок? Из какого мира пришла сия леди, чей внешний вид будоражил ваши фантазии, а голову переполнял логичными вопросами? Так или иначе, получить ответы хотя бы на один из миллиона вопросов вам будет не суждено. Повторное использование маркера доведет вас уже до упадочного состояния, а немного поглядев вдаль, вы могли заметить как путешественница выдирает еще один листочек из потрепанного блокнота, означающее что пора уходить. Присутствие вас во время всей метаморфозы Белого пространства, никогда не оканчивалось чем то хорошим. Вы сами не до конца понимаете, почему вам становится плохо от тех ярких цветов, что виднеются из далека от переливающихся новых миров. Возможно это просто неприязнь к черезмерной эмоциональной натуре, или же что-то потайное, но это уже и не важно. Ваш разговор окончился с переменным успехом, а значит нужно поспешить обратно к своим товарищам.

----------------------------------------------------------------------------------------------

За вашей спиной закрылась белая дверь. Её щелчок был последним четким звуком в пространстве, потому как стоило панель вставить задвижку, как по всему окружающему месту, заиграла монотонная, одинаково проигрываемая мелодия. Звук пианино везде сопровождал путников Парящего Рая, где бы они не находились. Будь то у начал Великой Лестницы, или же здесь, на Озере. Пункт встречи всех участников команды, день ото дня исполняющие священную миссию по очистке людей от насланной из ниоткуда заразы. Тоски. Вот уже не день, не неделю и  не месяц, эта язва порожает всякого кто столкнется с другим носителем. И единственные кто могут остановить разрастание недуга, ваши друзья с вами в качестве лекаря. Участок мятной земли с бело фиолетовыми деревьями, а также пруд, над которым летало ранее использованная дверь, всегда использовалось вами как место для разговоров, планирования и позволения на короткий отдых, но только в течении пары минут, ведь чем дольше вы прохлаждаетесь, тем больше невинных жителей Хед спейс подвергнутся несчастью. Вокруг были разбросаны многие вещи, некоторые важнее а другие не очень. Игрушки, закуски, боб на тарелке прямо посреди травы, чья то знакомая фотография в рамке, мягкие фигурки и тому подобное усеяли поросль вокруг источника воды. Вы решили собрать и положить их на свои места, чтобы они получили более приемлемый, нормальный внешний вид. Все равно друзья еще не пришли, а значит что нужно сделать что нибудь полезное. Игрушки на ближ лежайший плед, инструменты рядом с высоким деревом, не имеющие точной категории вещицы на док озерца. И таким образом, за пару минут вы сделали все что только могли сделать. Место сбора прибрано, нету ничего серьезно выделяющегося, а навострив уши, вы могли услышать три пары бегущих к вам навстречу ног. В кустах у входа послышались шорохи.

"Юва! Ты наконец пришел!" - закричал молодой, девичий голос, когда голова черноволосой барышни двенадцати лет отроду появилась из двух пушистых кустарников. Фиолетовые волосы покрылись множеством веточек, пылинок, кусочков шерстей разных животных и листочков. Вскоре, появилось и туловище, одетое в немного потрепанную розовую футболку, с аквамариновыми шортиками. Тело девушки представляло из себя целое поле разнообразных шрамов, синяков, порезов, ушибов и пятен от грязи, что не мудрено, ведь любой проводящий  все свое свободное время с животными имел бы при себе такой коллаж ранок. И несмотря на подобный урон её телу от верных питомцев, она улыбалась чуть ли не ярче чем все остальные. Звездочки и искры были постоянными спутниками одаренной любительницы дикой природы, что идеально подходило её миловидности. Все же, на свете была только одна дама прекраснее Обри, и она же стала девочке сорванцу заменой матери. Вот, немного поерзав, барышня окончательно поменяла положение в пространстве, благодаря никому иному, как своему огромному кролику Бан-Бану. Целых два метра высотой, это титаническое море пуха возвышалось почти над любым жителем Парящего рая, за исключением конечно же тихой Шарлин, хоть и выглядя угрожающе, но на самом деле будучи самым миролюбивым созданием из ныне живущих. Что же до недовольной мордашки, то она скорее всего вызвана малым количеством еды что ему предоставили, ведь по словам очаровательной принцессы животных, он стал в последнее время набирать лишний вес, и это то со всеми упражнениями, через которые он проходит. А хоть у вас и было стойкое убеждение, что чем откормленнее животинка, тем она счастливее, найти в себе желание перечить воле хозяйке создания не получалось. Вскоре, спрыгнув с кролика, девчушку подбежала голыми пятками по траве, раскинув в разные стороны руки и с улыбкой на устах стремительно приближаясь к вам. Вы уже знали что сейчас произойдет. Это очевидно, а соответственно, так же вытянув руки вправо и влево, вы позвонили заводчице зверей обнять вас как плюшевую игрушку, коей вы по факту и являетесь. Ваша пижама, туловище, даже железный каркас сдавались под могучей силой укротительницы, хотя вы в это время чувствовали ровным счетом ничего. Людям вокруг нравилось вас обнимать, а вам в свою очередь, нравилось быть для кого то полезным, а раз уж таким то образом обе стороны могут вынести из этого маленькую, но приятную выгоду, вы еще с старо давних времен, позволили всяк и каждому использовать ваше тело по их собственному усмотрению, зачастую  без вашего разрешения. Это особенно относилось ко всей группе друзей, что вам была известна. Они трудолюбивые, добрые и хорошие люди, что день и ночь тратят драгоценное время на помощь близким, а так же незнакомцем. Меньшее что вы можете сделать для таких прекрасных членов семьи, так это предоставить доступ к круглосуточным успокаивающим объятиям, прямо как сейчас.

Раздался очень быстрый, резкий звук. Вы видели разве что пару промелькнувших перед глазами молний, прежде чем к одной паре рук, присоединилась вторая, покрытая еле заметным пубертатным пушком. Кел, человек молния и быстрейшее существо в Хедспейсе накинул на вас свои ручонки, улыбаясь сияющей от белизны улыбкой без пары передних зубов, втискиваясь вместе с Обри без лишнего сказанного протеста. Обычно, что бы не произошло между ими двоими будь то маленькая ссора или же намеренное издевательство одной из сторон, этим двоим всегда было трудно ужиться рядом, не важно где и не важно в какое время. Но только в такие моменты, им не составляло труда сделать что-то вместе. Кел был необычным мальчиком. Практически полной вашей противоположностью. Если вы ставили себе цель сделать мир лучше и достичь всеобщего счастья спокойным путем, то вот он, иногда назло всем участвующим в команде, предпочитал это делать громко, шумно и без капли духовности. В словесных баталиях,  сей торопыга любил попинать мячик с зараженными, рассказать из далека о прошедшем дне, похвастаться заслугами или рассмешить несчастного человека. Он чуть ли не буквально олицетворял собой горящее в других регионах солнце, освещая своими лучами, у него электрическими, всякого кто окажется рядом с ним на растоянии целого километра. Благодаря гудящем от электричества ботинкам, скорость юнца достигала катастрофических значений, а соответственно, работа выполнялась куда быстрее, а улыбки на устах расцветали ярче, чем до заражения. Красная бандан повязанная вокруг фиолетово волосой  головы, яркая майка в узором большого кота, легкие спортивные шорты и  ранее указанные шорты отражали весь гардероб парнишки, чуть ли не светясь от позитивной энергии цветов радуги.

Последний человек, вошедший в их место встречи, был никем иным как лидером всей злосчастной команды счастья. Выбранный на сегодня галстук чуть ли не светился фиолетовым, крича всякой проходящей мимо даме, когда команда отправлялась в заполненные жизнью поселения, что этот кавалер уже имеет свою спутницу сердца.  Синий смокинг тукседо закреплен на четыре толстые, узорчатые в виде розы пуговицы, с лежащей под толстым слоем баратеи рубашкой, оранжевого оттенка. Такого же как и перед мужчины были одеты его ноги, в строгих брюках и лакированных туфлях, часто блестящий при каждом сделанном шаге. Что неудивительно, ибо главный переговорщик, лидер группы и один из старших ребят их компании, просто обязан выглядеть ярче чем кто бы то ни было из них. Единственной из тройки присутствующих здесь детей, кто мог соревноваться с ним по ширине улыбок, был родной младший брат, стоявший на втором месте звания "Широчайшая улыбка". Сильная, натренированная рука парня легла на вашу мягкую макушку, принявшись ерошить из стороны в сторону постоянно имеющую одну и ту же форму, предпочитая такой способ приветствия, нежели через чур близкий контакт. Все таки, не очень ему скорее всего хочется портить идеально выглаженный костюм об вас. "Здравствуй Юва. Ты на этот раз не опоздал. Молодец. " - похвалил вас глава. Будь бы у вас полноценная человеческая кожа, вы бы засияли от немого удовольствия, ибо совместная благодарность ваших друзей определенно бы справилась с поставленной задачей, а именно донесения своей признательности. Но кожей вселенная вас решила обделить, ровно как и бесполезными эмоциями, а потому, вы опустили руки по швам, задрав голову на пару сантиметров выше, чтобы Келу с Обри было легче обвивать вас руками, а старшему мальчику без лишних хлопот продолжать трепать ваши волосы. 

Спустя минуту восстановления их под упавшего настроения, компания из трех новоприбывших человек отошла на пару шагов от последнего члена отряда, заведя бытовую речь-приветствие. ""Так команда" - начал джентльмен своим ораторским гласом, не переставая сверкать зубами, держа обе руки за спиной - "Все ведь помнят, какой сегодня день?" Вы могли бы ответить на сей вопрос с громким и радостным криком, но не стали этого делать. Пусть эти двое накричаться от восхищения, ибо повод для этого более чем справедливый.

"Выходной!" - прокричали в унисон два гипер активных ребенка, один начав крутиться на месте с молниями в разные стороны, а другая обняв пузико вставшего на задние лапы кролика, практически утопая в бесконечнго белом пухе красноглазого зверька. В последнее время, благодаря их несравненно усердной работе, количество прокаженных резко упало, почти что достигнув отметок распространения заразы в первые недели появления недуга. Они работали часами, поднимая настроение каждому попавшемуся хмурому человеку, овощу или животному, стараясь не обращать внимание на их крики о помощи. В конце концов, одним из симптомов поражения болезнью является бред, льющийся из их ртов в депрессивной горячке. Выздоровевшие сиюсекундно забывают обо всех тяготящих "проблемах", стоит им получить профессиональную помощь от четверки энергичных альтруистов. Все дошло до того, что группа друзей поставило себе задачу достигнуть уже пережитой отметки, и если у них это получится, они, как в старые добрые времена, могут провести увеселительный пикник, в компании двух особено важных человек с коими они уже давно не проводили по долгу времени. Как уже и видно, всем удалось пересечь прочерченную линию. 

""Хе хе. Рад что вы так взволнованы таким событием. Мы долго к этому стремились, а значит заслужили маленький отдых. Итак ребята, чоп чоп!" - пропел мужчина в строгом костюме, с гордо поднятой головой поведя за собой маленькую стайку озорных детишек, включая вас. Кел, не подождав и пары минут, уже принялся за свое излюбленное дело, а именно намеренное издевательство над Бан баном и его хозяйкой, избегая махающие туда сюда лапки со скоростью света, мчась от одной точки к другой. Хиро не обращал внимание на их мелкую потасовку, ведь как бы она не повернулась, ни одна из ссор не оканчивалась чем то серьезным. Переговорщик впереди, за ним следует основная сила отряда, за ней увеселитель с упором на дальнюю дистанцию, и в качестве замыкающего, топали вы, будучи простым и неприметным лекарем. Говорят что быть замыкающим в любой группе, не важно то дружеская или же любая другая, означает быть тем, кому доверяют свою спину. Вы знаете о настоящих причинах такого построения, но из соображений отказа от конфликтов, решаете уже в который раз не упоминать эту тему. Зачем делать это, если все идет по справедливости? 
Проходя через терни заросшего пути из Тайного места сбора, четверка добралась до перехода на главную землю, а именно большой лиловой лестницу, уходящую вниз, через парящие облака. У первых перекладин, скрутился в спираль старый, одетый в федору змей, тут же проснувшийся от глубокого сна, увидел в конце линии плюшевого юнца, то бишь вас. Казанова было хотел завязать долгий и ободряющий диалог с этим понурым змием, наверное предполагая что тот на первых стадиях заражения, но вам и Обри было виднее. Это создание просто было старым, а также по какой то ползло именно к вам. Вся команда остановилась на месте, застынув как вкопанные чтобы понаблюдать за дряблым хладнокровным творением Создателя. Тот, шепча своим животным языком, протянул вам маленький слизистый мешочек. Глаза девушки засветились при понимание серпентанго, а вскоре за ней последовали и все остальные. "Юва, похоже это наши сегодняшние расходы. Надеюсь, я могу на тебя положиться?" -  с улыбкой на губах залепетал юноша, уже готовясь к спуску. Остальные двое только ответили на произошедшее одобрительными улыбками, зная что вам можно доверить столь важную задачу, как ссохранения финансов группы. Это был уже не первый раз, когда старое позвоночное дает вам улиток на покупку всего и вся в путешествиях. Так что с этим, такой человек как вы уж точно сможете справиться. 

Отражающие лунный свет парящего тела в бескрайнем фиолетовом космосе туфли оперилась на несколько розово-деревянных перекладин, служа точкой для дальнейшего передвижения по лестнице вниз, ровно как и искрящиеся кроссовки с босыми ножками. Вы же, в свою очередь, не имея обуви, уже готовились пойти за ними, используя полученные при создание отростки. с парой нарисованных линий, на подобие пальцев. Смотря вниз, через полупрозрачные облака и наблюдая за пролетающими мимо чайками, вы чувствовали бурлящее ощущение внутри себя. Что-то гнилостное, нарастающее и давящие на ваше сознание. Как будто бы некто старался изо всех сил надавить на вас и умилостивить вас, чтоб не стали двигаться по этой много километровой лестнице. Но попытки остановить вас тщетны. Страх вам чужд, ведь вы нормальный человек, ставящей в приоритете вещи гораздо величее, чем мелкие, жалкие, подсознательные страхи. Ему придется принять этот факт рано или поздно, для его же блага. Вот, последовав за счастливой троицей, вы не успели обратить внимание на протекающее с удивительной скоростью время, как уже оказались на пол пути вниз. Уже виднеется бескрайний лес, или же как вы с друзьями привыкли называть, Благодатная Роща. Прекраснейшее из всех мест Хедспейс, где не позволено находиться ни одному зараженному человеку, даже при осложненных случаях, требующих их вмешательств. Белые березы с розоватой кроной шелестели под напором попутных ветров, разнося листву по всей округе. Даже были слышны радостные вскрики спасенной, и вернувшейся на ноги ребятни, резвящиеся день напролет на старой детской площадке, куда и направлялась команда на заслуженный отдых.
Ступив на твердую поверхность, вы пошли прямо за своими друзьями, что уже довольно резвым шагом поскакали на юг, к месту встрече. Западная, восточная и в особенности северная дорожка были проигнорированы лидером группы, но вам было трудно не взглянуть в эти стороны. Вы оправдывались желанием на всякий случай просто проверить фронты, чтобы чувствовать что ваши друзья в безопасности, но уж кому как не вам знать, что такая паранойя здесь не к чему. Вы повели себя эгоистично, решив насладиться видом вашего труда. Именно что вашего. Кел, Хиро и Обри играют несравненно великую роль в ваших с ними путешествиях. Ремонт сломанных вещей, уговоры через чур сварливых попутчиков, помощь всяк и каждому. Этим они прославились на всю планету. Отрицание столь очевидного факта, сделало бы вас еще глупее, чем вы выглядите на самом деле. Однако, именно вы, в какой то степени стали катализатором всех изменений. Да, позитивная энергия любого из трех типов - отличный способ обеспечить жертв заразы постоянной профилактикой против развития недуга, а также излечением от него. Но когда вирус уже переходит в почти что финальную стадию, одной радости ваших товарищей не хватает. Нужно что-то более серьезное и самопожертвующее, на что можете решиться только вы. Не только одеяло, стало вашим оружием помощи, а все плюшевое тело. Каждая из ныне чистых зон, где люди могут спокойно переходить из одной в другую без надобности проходить тысячу и одну проверку в пунктах ваших союзников, стала таковой только благодаря вашим стараниям. Троица - самые важные люди во всей поставленной задаче по устранению несчастной Тоски. Их позитив способен очаровывать любого человека, преодолевать любые преграды и открывать любые закрытые двери. Но когда угроза слишком велика и ставки высоки, ваши объятия всегда раскрыты страдающему пациенту, с осознанием что это действие, может стать вашим последним. Ваша устойчивость перед негативом уходит за рамки человеческих возможностей, ведь тому кому не позволено носить лицо с эмоциями, нету причин бояться чумы. Но несмотря на это знание, оно не спасало вас от правды. Это все еще была опасная, самоубийственная затея, на которую вышли с высоко поднятой головой и развьючиваемся плащом за спиной. Маленькая искра гордости, понимания своей цены на секунду загорелась внутри вашего набитого тела. Но не прошло и пары секунд, как одна уже не раз проговоренная под поверхность ткани головы фраза поставила вас на место. "Это не более чем ваша обязанность. Меньшее, что вы можете для них сделать" - стала вашей священной мантрой с самого момента появления в этом мире. Все должно быть нормальным, только ради них.

По дорожке, меж деревьев, растений и бурьяна, четверка детей наконец достигла того, чего так долго искала. Обширная, наполненная детьми, животными, чем то средним между тем и тем, абсолютно другими видами разумных существ, чьи название было трудно озвучить, в результате чего именно этим дали отдельные кличик с прозвищами, точка, где всякий мог делать все что только душе угодно. Радоваться, веселится, играть до самого конца времен, общаться с другими детьми и проводить время с таким рвением, что позавидует любой другой человек. Детская площадка, самое счастливое место в Хед спейс. Мало того что счастливое, так и к тому же нормальное. Все лежит на своих вещах, использующие качели ребята раскачиваются в обе стороны с точностью двух идущих в противоположные стороны маятника, очереди на горку не прерываются никакими грубиянами, а гости стоят почти что не двигаясь с места, вежливо разглядывая местные красоты и не желая прерывать чужие развлечения. Счастье, смех, перебегания от одного атракциона к другому, лазания по деревьям и прочие способы сделать ближайшие часы увлекательными, наполняли несколько десятков квадратных метров земли, заявляя о поной противоположности своей желтой ауры благодати, по сравнению с остальными, зачастую хмурыми зонами. Но не перила, качели или же увлекательный тетере мячик на шесте были вашим фаворитом в стиле отдыха. А кое что в разы личное и драгоценное. 

Почти у входа на территорию детской площадки, а именно там где возвышенность переходила в маленький уклон вниз, развалился крохотный прямоугольник из вязанной, красно белой шерсти. Крохотный уголок спокойствия, понимания и умиротворения, принадлежащий никому иному, как милосердной Мари. Вашей родной сестре. Лежа на одном бедре и попирая все тело правой рукой, пока левая покоилась на вышеуказанной части тела, она разговаривала с еще одним другом компании о чем то, не доходящим до ваших зашитых ушей. Даже повернувшись к вам спиной, не обращая внимание на ваше появления в ближайших к ней нескольких метрах личного круга, вы не могли не восстаргаться внешним видом прекрасного родственника. Длинные, развивающие от ветерка волосы, цвета космоса, в коих проглядывали блестящие, белые звездочки. Белоснежная кожа, чьей чистоты не могли достигнут ни одни поверхности дорогих столов. Аккуратные пальцы, с ровными ногтями, что часто пробегали по вашей спине при объятиях. Открытая шея, которая часто становилась таковой ради вашего уюта и момента близости. Краше в мире нельзя найти девушки, чем вашей сестры. Скромное, платье из почти то тонкого шелка, с раскрытыми руками, не имеющие ни одной, неподходящей складки. Это наверное еще одна жестокая шутка несчастной судьбы, или же бессердечное решение Создателя, что такая девушка как она, стала любящей сестрой для такого человека как вы. "Мари! Бейзил!" - прокричал впереди вас голос девочки с ветками в гнезде на макушке. Безмолвно топая за участниками отряда, вам и остальным удалось окружить двоих людей, сидящих на мягком пледе. Вскоре, трое детей присоединились к зеленоволосому мальчику на ткани, в то время как старшая девочка группы, с этой богоподобной улыбкой, встала с места и подошла к вам. Она ничего не говорила, а только улыбалась. Без зубов, а только искривленными, нежными кончиками рта. С той же самой нежностью, барышня сделала то, чего ей определенно не стоило. Взяла вас в мягкие, милосердные, без капли ненависти объятия. Охват руками, которые теперь покоились на ваших лопатках и пояснице, был уже чем то наподобие традиции для вас двоих. Особенное приветствие, кое принадлежало только вам с ней. Да, Мари очень часто обнимала своих друзей. Точно так же как и вам, ей не чуждо желание помочь другим, при помощи физического контакта. Сестренка - вторая по силе в этом направление. Возможно, если бы не её больное колено, она могла и стать хорошим пополнением в отряде по лечению несчастных, страдающих  от недуга жителей Хед Спейс. Но несмотря на такой несчастный нюанс, она все равно помогает вам всем в бесчисленных приключениях, выступая в роли точки сохранения прогресса и восстановление энергии для продолжения пути. Этот факт, снова показывает великолепие той, кого вам удостоилось называть старшей сестрой. И хоть вы понимаете что не имеете никакого права быть её братом, уж точно не желая опорочить образ идеального человека, вы и не могли отказаться от такой великой почести. Это было бы грубо. Это было бы ненормально.

Постояв так примерно минуту, пока вас не отвлекали выкрики двух особенно разговорчивых детей, вы отпустили свои руки с её спины, задрав голову на сорок пять градусов. после того как сделали шаг назад. То как она на вас смотрела, оказывало на ваше тело некое особое влияние. Что-то... Беспокойное читалось в глазах. Улыбка осталась на ровных, легких устах, но она будто бы натянута. Как маска в театре, которую надевают ради представления. Но глаза - это зеркало души, в коем даже идеальному актеру бывает трудно скрыть потайонные желания. Одной из обязанностей хиллера команды является невероятно чуткое отношение к чужим чувствам, переживаниям, и эмоциям. Все таки,  на этом основано вся специальность и необходимость по наблюдению за пациентами. Если упустить хоть один знак что у возможного зараженного есть признак развивающейся первой стадии, то конфликт может быть не избежен. Посему, повернув голову в бок, вы без слов задаёте свой вопрос, на который она сиюсекундно отвечает. "Ох, ничего Солнышко. Все нормально. Я просто очень... Соскучилась по тебе. Давай, другие уже готовы завалить цветочника вопросами, и если мы с тобой не встрянем, то он скорее всего начнет плакать от стресса, хе. Ну же, идем." - вымолвила своим певучим голосом Мари, взяв вас за руку и начав вести по направлению к общающимся друзьям. Вы не понимали, почему она назвала вас таким смешным прозвищем, но не сопротивлялись . Каким плохим нужно быть братом, чтобы пойти против воли дорогого человека. 

Ваш таз стал опорой для всего остального туловища, как только оказались  на мягкой землице, в уголке пледа, от остальных друзей. Обвязав колени замком, вы положили голову на колени, осматривая сидящих в фигуре, чем то похожей на искривленный круг, друзей. Все внимание прикрепилось к главной звездочке шестерки. Юному дарованию, ставшее не только хорошим компаньоном для всех остальных четырех ребят, но и, к сожалению, первым заразившимся Тоской человеком. Нулевой пациент, если так можно назвать. Наверное, самый трудный случай лечения на памяти четырех участников лечащего отряда. Это и не удивительно. Как можно тут же, на месте, вылечить того, чье заболевание вы только только умудрились случайно найти? Было перепробовано множество методик, преимущественно тех что требовали полноценного, медицинского вмешательства. Но это делало ситуацию только в разы хуже. Тогдашний незнакомец, Бейзил, ощущал невероятное давление. Стресс рос в таком темпе, что еще немного и они бы потеряли его навсегда. Но именно что в последний момент, вам удалось найти полноценную методику спасения таких зараженных. Ваше тело, одеяло и контакт, стали отправной точкой в лечение мальчика цветка. С тех пор, и по сей день, продолжается долгие попытки излечить бедного юношу. Одного объятия в тот день не было достаточно. Будучи первым заразившимся, ему потребуется еще не один раз пройти через круг принятия всех лекарств, на основе уже полюбившегося друзьями, но терпимого вами, способа. Концентрированное счастье, золотая субстанция позитива, текла из капельницы в катетер, а оттуда уже в вену бледного паренька. Кел, Обри,Хиро, и конечно же Мари, согласились всегда сдавать свое настроение когда это понадобится, чтобы снабдить юношу необходимым количеством лекарства. Вы бы тоже что нибудь да отдали, но это невозможно. Как можно сдать пух из плюшевой игрушки? К сожалению, никак. Но вы компенсируете это объятиями, кои хоть и не очень приветствуются, но все равно очень даже помогают. Его мятно зеленые волосы стояли маленькими колышками, рассыпаясь в разные стороны наподобие хвороста. На многих участках кожи  виднелись покраснения, синяки от неправильно вставленной раз за разом иглы, и пластыри разных форм и узоров. Одеждой ему служила стандартная больничная роба, повязанная сзади на на несколько узелков. И при всех трудностях, необходимости таскать за собой эту дребезжащую, готовую развалиться на куски капельницу, он продолжает шутить, радоваться и улыбаться, даже когда ему страшно за свою жизнь. Всегда, кроме тех моментов, когда его глаза останавливаются на вас. 

Напряжение между вами начало нарастать с того самого момента, как ваши легкие пальцы коснулись спины зеленоволосого страдальца. Вы делали это из разу в раз, отдавали всю свою энергию этому мальчику и старались лишний раз ему не надоедать, как только заканчивался один из ключевых этапов его лечения. Но это не останавливало Бейзило от чистой неприязни, по отношению к вам. Пациент толкал вас от себя буквально в тот момент, когда таймер переставал считать необходимые секунды. Любое взаимодействие с вами, стирало улыбку с лица горе фотографа, наводя хмурую, настороженную мину. По прошествию многих сеансов терапии, взаимной помощи и попыток наладить диалог с болеющим ребенком, вы не добились особо внушительных результатов. Максимум что он вам позволил, так это сидеть под руку рядом с ним, хотя и так было понятно, что делает цветочник сие действие через силу. Вы, как нормальный мальчик, не сердились на него. Это банально невозможно, для такого человека как вы. Но что-то внутри вас все таки задавалась вопросом. Почему же он так сильно вас недолюбливает? Может это просто дискомфорт при контакте с людьми? Но ему ведь не составляет труда принять дружеский удар по плечу от Кела, или же скромные поглаживания шевелюры от Обри. Тогда где же вы не можете стать таким же близким с ним, как все остальные? Мысли такого направления прервались тут же, как только один из друзей решил задать особо важный вопрос обсуждаемой жертве вируса. Наверное это и к лучшему, ведь нормальным людям не позволительно думать дальше, чем им на то дано создателем. 

"Хей Бейзил!" - издал громкий крик очень энергичный малец, не способный сдержать свое избыточное желание движений, от чего, сидя на пятой точке, махал коленями вверх и вниз, в позе бабочки - "А ты ведь  взял с собой альбом из дома, когда переезжал в палатку? Дай ка посмотреть!"

"О! Точно! Тебе ведь нравилось делать фотографии до всего... произошедшего" - подметила зачаровательница зверей, лежа спиной на мохнатой спинке своего питомца. Бан бан превратился в большую, мирно сопящую буханку, пока на его подергивающийся при дыхании нос, падали угвазданные волосы девочки оборванца - "Мы можем глянуть его все вместе? Может напоминание о хороших временах, ускорит твое выздоровление!"
"Это замечательная идея Обри. Молодец. Мари, любимая, а ты что скажешь?" - прощебетал главный человек во всем сборище ребят, одарив черноволосую старшую сестренку группы одной из фирменных улыбок. Хотя, назвать это конкретным действием будет трудно, потому как ловелас никогда не прекращал улыбаться, заигрывать и играюче общаться с любым имеющимся в радиусе пары метров человеком. Хотя, у него всегда было особенное место для вашего родственника.

"Мх?" - ответила на сей вопрос ваш образ для подражания, убрав с вас тяжелый, пристальный взгляд. Сегодня она ведет себя особенно странно. Вы привыкли что девушка всегда была немного отличающейся от остальных людей, с которыми вам довелось жить в столь прекрасном мире. Хорошим словом разумеется. Её красота, поведение, честность, благосклонность, чистосердечность, очаровательность, миролюбие, альтруизм  и мноие другие черты, отличали леди от живущих в этом мире. Что преимущественно выделяло её на фоне других, так это особенное отношение именно к вам. Прохожие и близкие могли только молчать, видя вашу нестандартную близость. Кел с Генри тоже были довольно таки близки для двойни братьев. Но ваше  с ней сродство, уж точно шло за грань стандартной, кровной связи. Она настаивала чтобы вы лежали на её коленях, часто отдыхали рядом с ней в обнимку, зачастую останавливало вас перед возвращением в Белое пространство, только чтобы провести пару тихих минут на едине, лежа на одной поверхность и наслаждаясь вашим заурядным видом. То как она любила пробегает кистями по плечам, шее. То как она целовала ваши щеки и лоб, убеждая что вы, это заслужили, хотя ясно как день что нет, всегда передавало вам бескрайнюю заботу. Любовь, в каком то смысле, чистую и незапятнанную. Но сейчас, она кажется вам очень отстраненной. Далекой от ведущихся разговоров, предпочитая смотреть на вас загадочным, скрывающим тайну взглядом. В её присутствии на пледе, есть аура, далекая от нормальности. "Да, конечно. Думаю это нам всем поможет" - выговорила девушка, заработав от остальных сконфуженные, неловкие взгляды. Голос Мари и тот тоже отличался от повседневного. Еле слышимый, отстраненный. Она не должна себя так странно вести перед ними, и судя по тому, как регаируют четверо ребят, вам предстоит устроить с  ней маленький разговор. Руками. У вас ведь нету губ.

Приняв единогласное решение, вы вместе с компашкой собрались кругом, поставив в центр альбом с зеленой обложкой. Слегка сдавшая в цвете золотая заплатка описывала два главных суждения, насчет этой книжонки. ""Воспоминания Бейзила" - было выгравировано на куске из сияющего металла, пока в один момент, его обладатель не развернул твердую обложку, открыв содержимое. Десятки чистых листов, с вкраплениями для полароида и маленькими, нервными надписями по бокам от каждой фотографии. Каждый из этих прямоугольничков был сделан еще очень давно. В день первого заражения и начала лечения парнишки, когда они, уже после открытия главного способа лечения, принялись сопровождать побитого жизнью фотогрофа в Благодарную рощу. К его новому, на время выздоровления, дому. На многих запечатлены ключевые моменты, помогавшие компании обрести своего рода доверие перед юношей. Все шестеро плели цветочные венки на одной, предварительно придав им нормальную форму посредством вашего одеяла. А на второй делали маленький перерыв на пледике Мари, улегшись всей гурьбой кто куда.  Ой, или еще одна, где ваша дорогая сестрица вместе с обаятельной Обри, умиляются от внешнего вида их нового друга. По правде говоря, многочисленные фотографии описывали черноволосую даму с разных углов. Примерно четверть всех фотографий, где она сидела, болтала с остальными, флиртовала с Хиро или же занималась своими делами. И не было ни одной, где кадр получился бы неудачным. Физически невозможно заснять неправильную сторону старшей сестры. 

После первого за долгое время сеанса просмотра важной вещицы, компания вздохнула с крайним облегчением. Именно такие моменты ценились шестеркой людей, с вами в том числе. Постоянные путешествия, обязанность присматривать за заболевшими, просиживания уже позабытого количества времени в душных помещениях для обследований и прочие возложенные на плечи обычных детей задачи - могут изрядно помотать. От того, когда бы вы с семьей не решили устроить короткий перерыв, это каждый раз ощущалось как манна небесная. Спокойствие, размеренное времяпровождение в компании людей, коим доверяешь, окруженные плодами собственных рук. Или же по простому, радостными до боли в уголках  губ ребятишками. 
Последняя капля ихора, разослала весть о конце мешка для крови  всем, сидящим в радиусе двух - трех метров. Младшие, средние и старшие путник посмотрел на железный шест с колесиками, тут же приметив немного хмурое личико их друга. "Ой. Неужто нам опять нужно идти в Палатку?" - спросил Бейзил, оглянувшись вокруг, прекрасно зная ответ. Но возможно, ему казалось что его выпученные, мокрые глазки смогут убедить остальных от повторного проведения изрядно надоевшей операции.
"Мне жаль, но ты и сам понимаешь всю важность этого лечения. Без постоянного донорства нами и переливания настроения тебе, ты можешь снова перейти на заключительный этап Тоски! Так что нам правда не остается другого выбора" - заключил Хиро, встав с насеста и разгладив свой немного замаравшийся катышками шерсти костюм. Поправив галстук и натянув повыше улыбку, он, в крайне знакомой манере лидера, объявил дальнейшее указание подчиненным - "Так народ, собираемся. Пора идти на медицинские процедуры к Палатке Бейзила. Давайте поможем нашему другу и сделаем его день чуточку ярче!" Короткая речь ведущего основной четверки, вызвало классическую реакцию. Хлопания в ладоши, одобрительные завывания и заряд энергии, для совершения позитивных дел. В конце концов, им нравилось помогать другим, даже если это происходило в заслуженный часами труда отпуск. Все начали подниматься. Фотограф, шатаясь и задыхаясь от слабости в ногах, покраснел от столь чистой доброты его недавно обретенных товарищей. Обри с Келом принялись в излюбленной манере спорить друг с другом, обсуждая, кто же сдаст больше всего настроения. Их игрища всегда были случайной затеей, чаще всего не в подходящий момент, но видя как они так бахвалятся собой, учавствуя в благой цели, вы чувствовали гордость за двух ровесников. Что же до вас, так уже ваши ноги давным давно оперлись мягкими ступнями об грунт, ожидая оставшихся рядом с ковриком, наблюдая за еще одной необычной деталью.

"Подождите ребят, а могу и я с вами пойти?" - вдруг раздался певучий голосок 'души' группы. Повернувшись к источнику звука, четверка и вы увидели стоящую на обоих ногах Мари. Она приняла немного неуверенную позу, не подходящую для человека, её уровня. Все переглянулись между собой, задаваясь вопросами, которые вы заранее знали. Ей редко когда доводилось вставать с пледа, обычно предпочитая играть роль помогающего в выполнение задач, а не прямого участника поставленной проблемы. Лечение, приободрение, пикники, где они четверо могли ненадолго расслабиться и подумать над тем, что делать дальше. Такова её стезя. Но непосредственное участие в важном событии? Это случалось крайне редко. Да, ей уже доводилось ходить и помогать Бейзилу, сдавая свое настроение. Но в последний раз, когда это произошло, её самочувствие дало серьезную трещину, отчего остальные, включая пострадавшего, попросили девушку поберечь себя и более не заниматься донорством. Сейчас же, слыша все эти слова, компания с вами в качестве лекаря, покрылась коркой сомнений. 
"Мари, дорогая, ты уверена что хочешь этого? В последний раз когда ты пошла с нами на переливание, тебя всю дорогу назад посещали темные мысли" - побеспокоился Хиро, сделав пару шагов по направлению к женщине. Они были парой уже очень, очень долгое время. Вы уже не можете вспомнить, когда именно, но точно подтвердите, что довольно таки открытая, счастливая парочка. Как и должно быть между двумя влюбленными голубками одного возраста. Так что реакция кавалера полностью оправдана чистым беспокойством, в отличии от той ответной, что последовала за этим. Повернув голову к лидеру, она раскрыла глаза на пару миллиметров шире, отойдя от приближающегося парня. Партнерт тут же остановился,  неприятно удивленный столь странным жестом. 

"Нет. Не трогай меня" - выпалила красавица, коих мир не видывал, разумеется, привлекая к себе шокированные взгляды скоростного мальчика, любительницы животных, одетого ловеласа, нулевого пациента и вас. Лица выражали бесспорный шок, от пойманных ушами слов. Чтобы Мари, из всех ныне живущих людей, отказалась от прикосновений своего парня, о которых она чуть ли не умоляла каждый раз, когда четверка останавливалась на маленький перекус? Сегодня с ней происходит что-то через чур ненормальное. Вы уже хотели подойти к сестрице и побеспокоиться насчет всего происходящего, но как только она оценила что сказала, по какой то причине бросая большую часть взглядов в вашу сторону, обьяснения последовали незамедлительно. "П-просто... Я сейчас немного не в настроение. Да, именно так. Ну и колено слегка ноет, так что извини. Может, мы поскорее пойдем и поможем Бейзилу?" - затараторила старшая сестра. Воздвигнулось тяжело молчание. Никто не издавал ни звуков, банально пытаясь понять, что с ней приключилось, пока единственным сопровождением, служили вскрики счастливых деток на заднем плане. Но все таки, стекло тишины было разбито бормочущем себе под нос, и слегка хихикающим, будущим супругом, который судя по всему быстро потерял какие либо вопросы к милейшей барышне.

"Охохохо. Прости любимая. Просто редко когда услышу тебя такой серьезной. Аж слезы на глазах навернулись. Да, первым делом нужно отправиться к Палатке, а уже там во всем разберемся" - с уже вернувшейся на уста улыбкой, грациозно заявил Хиро, встав впереди всех и ожидая стоящих позади друзей. Остальные тоже просто пожали плечами и скинули все изменения на больное колено, не задумываясь о возможных, потайонных причинах. Впрочем, это сделали и вы. Уж кому как не ей иметь перед собой возможность иногда вести себя, отходя от обычной манеры поведения? После пережитого ею, это меньшее из заслуженного. Встав в шеренгу, вы направились прямиком на юг, к тому месту, где благодаря тщательным стараниям растократов, посланных благородной королевой Душечкой, был построен отдельный медицинский пункт высочайшего класса, специально для вашего нового друга. Впереди казанова, за ним укротительница животного мира, потом сеньор быстрые ботинки, далее юноша в больничном халате, а пред последним шли вы, с возвышающейся девой позади. Ребята уговаривали вас пойти прямо позади парня в смокинге, ведь такое место подходит ей как нельзя лучше, но с её слов, ей хотелось побыть как можно дольше с вами. Что, вы не сопротивлялись такой возможности. Нормальные братья обязаны исполнять волю своих старших родственников.

Проходя мимо бегающих жителей детской площадки, иногда разговаривая с катящимися с горки ребятней, или же играющими в классики малышами, вы с собравшейся группой почти дошли до загадочной фигуры в почтовом ящике. Этот необычный незнакомец уже ни одно и не десяток приключение снабжает вас полезными находками, припасами, а  иногда, даже новыми видами приспособлений, по типу красивого галстука для Хиро, энергичной зверушки для Обри или же ярких ботинов для Кела. Однако зайти за линию детской площадки, где уже начиналась новая дорожка к цели назначения, потому как внезапно, чей то девичий крик решил вас дружно остановить. "Эй! Куда уходите!? А кто с нами в прятки будет играть?" - в своей стандартно громкой манере заявила девочка динозаврик в толстовке. Повернувшись, вы увидели её, стоящую у столба для игры в тетере болл, с своим верным подручным - говорящим, трех метровым барсуком Винсом.  Среди всех детей что удостоились почести жить в Благодатной Роще, она зарекомендовала себя как одна из наиболее бурных, игривых и энергичных. После одного из ваших товарищей разумеется, но разговор сейчас не о нем. В какой то степени, это даже можно назвать побочным эффектом после выздоровления от Тоски. Вы с друзьями изо всех сил избавиться от такой раздражающей причуды, но раз уж это не передается другим и не причиняет особых проблем, то ей был дан проход на площадку. Хоть её поведение и ненормальное, но пока оно не вызывает неудобств, в отличии от вашего, его можно и простить.

""Прости Берлинго давай не сейчас. Мы торопимся чтобы доставить Бейзила в Палатку, и если не поторопимся, это ни для кого добром не кончится. Мы обязательно с вами поиграем уже после всей процедуры" - поспешил успокоить её Хитро, сверкнув харизматичной улыбкой, чтоы затем, вернуть глаза к прежнему пути. Вы были полностью с ним согласны, ведь как бы не было важно помогать и всем остальным, вашей первостепенной задачей является ничто иное, как сохранение стабильного состояния нулевого пациента. Если позволить находящейся в спящем состоянии болезни пройти через барьер, выстроенной постоянно поступающими благими эмоциями, вся работа уйдет насмарку, а за ней пойдет и благополучие остальных жителей этого райского уголка. Посему, отвернувшись от девочки в синем, вы уже были готовы пересечь с ними черту. Как вдруг...

"Подождите" - заговорила девушка позади вас. Её говор звучал отчаянно и умоляюще, но когда вы повернулись резче чем остальные, единственной эмоцией, запечатленной, стало легкое беспокойство. Нервная улыбка украсила черты Мари, а вам оставалось только пытаться прочитать знаки. К сожалению, безуспешно. Дать точные определения эмоций было фактически невозможно, ведь с таким набором, вам еще работать не приходилось. Эта странная смесь из полностью противоречащих деталей ломало ваше сознание и принцип логического мышления, построенный на постоянных конфликтах, помощи и разных, вылеченных личностях. Вам казалось что вы уже сталкивались с трудными случаями прочтения людей, но по какой то причине, та, кто была всегда постоянна и без изменений весела, добра , любима и игрива, начала походить на совершенно другого человека. На некоего, ненормального незнакомца. Того, для кого признаки заражения - это постоянное состояние. ""Я понимаю что нам нужно торопиться, но может все таки сыграем с ними разок? Мы так давно не проводили раунд в прядки, что уже прошла того глядишь целая вечность! Да и к тому же, Бейзилу может немного полегчать от одной игры. Что скажите, вспомним старые времена?" - заявила с точной ноткой надежды барышня, пожав плечами и выдавив слабую улыбку. Ничего из того что сказала ваша сестра, не имело ни малейшего смысла. Уста, говорящие часами напролет умнейшие, важнейшие и наиболее приятные слова, теперь же выхаркивали сплошную тарабарщину из согласных и гласных. Не и в помине быть такого, что они согласия...

"А знаете что? Почему бы и нет? Я не так уж плохо себя чувствую. Пара минут пряток никому не повредит, так что, мы точно успеем прийти к Палатке вовремя." - вдруг выпалил цветочник в балахоне, появившись впереди вас и махая рукой, как бы призывая стояших детей идти за ним. Мари улыбнулась на такой ярко настроенный жест, но вам же, и тройке ключевых воротил было не до столь выраженной реакции. Если бы у вас не было строго самозапрета на эмоции, а так же имелось лицо чтобы их выражать, ваша челюсть сейчас бы была у самого ядра земли. Все шло совершенно не так, как по идее должно было идти. Но это просто несчастный случай, скорее всего. Сейчас Хиро убедит их в правильном решении,  друзья посмеются с глупости вашей сестры и того, кого считаете другом, и вот уже тогда, все пойдет так как и должно быть...

"Хм... Ну, раз уж Бейзил так говорит, то думаю в этом нету ничего такого.  Давайте народ, покажем, кто круче всех умеет прятаться!" - сделал финальное решение глава группы, уже успев приблизиться к нервно стоящей Мари, и осадить её предложенной рукой. Она вежливо отказалась.

"ЮХУ! Ура, прятки! Никто из вас не сможет меня найти, это я вам обещаю! Такое офигенное место знаю, что даже подумать о нем не сможете!" - горделиво закричал Кел, пробегая мимо вас и наворачивая светящиеся круги из оранжевых молний, часто указывая пальцем в стороу восседающей на кролике Обри - "Ставлю сто улиток что ты, с своим Бан Баном, даже в лесу не смоежет спрятаться!"

"Помолчи Кел! Бан Бан конечно большой, но не настолько чтобы лезть в лес." - кинула ответку девочка бродяжка, погладив за ушами своего верного питомца. Тот же, затопав задней лапой от ласки, заставил каждого из присутсвущих дрожать на месте от сильной вибрации по земле. 

Вы же, делали то, что являлось разумным в таком положении. Тихо, без лишних телодвижений, последовали за ними. Внутреннее задаваясь сотнями однобоких вопросов. Вы не понимали что происходит, что нужно делать в таком положении, как вернуть важных вам людей на прежнюю дорожку, куда катится весь мир и какой черт напал на вашу дрожайшую сестрицу. Но постоянно перелистывать страницу за страницей вопросов - делу никак не поможет. Нужно как то действовать, предпринять минимальные решения по устранению потенциальных, пагубных последствий. Но как же это сделать, не нарушив установленные табу? Вам в голову пришла не самая лучшая, но неплохая идея. Вы не сможете отказаться от игры в прятки. Это было бы слишком оскорбительно по отношению к детям с площадки и вашим друзьям, а в особенности, к старшей сестре. Вместо этого, вы сыграете с ними, как всегда став водой, и потратив минимальное количество времени на поиск прячущихся, быстро отправитесь вслед за компанием к временному дому Бейзилу. Так вы и другим поможете, и придерживайтесь главной цели, без ощутимых проблем.

Решение было принято, а ноги уже начали действовать по отданной команде, исполняя роль, поставленную разумом. Проходя мимо барышни наездницы, гиперскоростного источника позитива, бледного пациента и обольстителя сердце, ваши стопы остановились во втором ряду решившихся на такое мероприятию игроков. Вы стояли по правую руку от милой, старшей сестры, которая при виде появления своего брата, скромно улыбнулась и погладила вас по вечно собранной шевелюре. Это было очень приятно, и вам даже захотелось немного привстать на цыпочки, чтобы упереться макушкой об теплую ладонь старшей девицы, но внутреннее наставление не дало совершить столь очевидную ошибку. Сейчас, ни в коем случае нельзя отвлекаться на внешние раздражители. Задача важна и если не следовать ей от одного шага к другому в максимально точной поледовательности, катастрофа может быть неминуемой. 
Собравшемуся на увеселительную забаву народу рассказали основные правила, приступив к первой части, а именно раздаче соломинок. Тому кто попадется короткая,  тот и становится ведущим. Ровно как и во все предыдущие 1400 раз, им становитесь вы. Все идет строго по плану, а значит, можно без лишнего беспокойства пойти дальше. Прикрыв лицо ладонями, чтобы закрыть себе зрение, работающие даже с отсутствием глазных яблок, ноги повернули тело на сто восемьдесят градусов, то бишь, лицом к столбу. Можно начинать считать.

"Смотри не подглядывай Юва! Я хочу чтобы ты и впрямь повозился с моим поиском!" - выкрикнул близко к вам Кель, смеясь во все горло , хоть и находясь чуть ли не у вас перед носом. Он всегда был тем еще дурачком. Но зато, отличным товарищем, до бесконечности любящим вселять в других надежду, уверенность и бесспорное счастье. 
"Кел! Хорош дурачиться и перепрячься. Тебя всем вокруг видно, легко же выдадут." - прозвучал голос Обри где то справа от вас. Глухой топот кроличьих лап отдалился на приличное расстояние, теперь же затопав на одном месте. Спортсмен был прав, с таким то напарником, ей ни за что не найти хорошего места для пряток. Но даже если размеры её выдают, постоянно следующий за ней кролик стал незаменимым компаньоном в ваших с ней приключениях, выступая как самое мягкое, доброе и умилительное существо на фиолетовом свете неба.

""Так, не ссориться, друзья мои. Давайте просто выложимся на полную и повеселимся на славу! Разве я не прав?" - сказал вновь своим медовым голосом Хиро, ступая, по вашим подсчетам, куда то на юго запад. От одних только слов главного человека команды, вся площадка разразилась женскими вздохами и мальчишескими аплодисментами. Он всегда был тем еще ловеласом, а в такие моменты, и доказательством прекрасного лидера, чьи предложения давали людям постоянные заряды бодрости и уверенности, в выполнение своих целей. Вам было мерзко даже признавать этот факт но... Иногда, редко-редко, выговоренные им фразы доставляли не самые приятные ощущения.

"..." - Бейзил сказал тоже самое, что всегда говорил, оставшись наедине с вами. Ничего. Определить шаги флориста, именно что как исключительно его, получилось только благодаря особому шуршание мятно белой робы, чьи края издавали бумаго подобный звук, стоило ветру пройти под тем или иным углом. Стоя на месте, не составляло труда ощутить на себе нарастающее беспокойство, стресс, волнение и другие негативные эмоции, медленно идущие от сердца мальчика, и как шипованные лианы, тянущиеся по всей его нервной системе. Вам НЕЛЬЗЯ отвлекаться. 

"Са.. Юва." - неожиданно для вас, у левого уха раздался знакомый, сладкий голос важнейшего человека. Почему она тратила время для одностороннего разговора, понять было трудно. Такого тона, ваши уши еще не разу не слышали. Очень... надёжный, если это слово можно здесь применить. В нем читалась уверенность в ваших силах, полная и безоговорочная поддержка, работающая в тандеме с тихой гордостью. Те чувства, кои вам показывались искреннее только от неё. "Постарайся. Я знаю, что у тебя все получится" -  промолвивла она под конец, еще раз погладив голову, чтобы затем, убежать в неизвестном направлении. Среди всех присутствующих, у неё одной, не исходили звуки при ходьбе. Вы кивнули на такие приятные слова.
Пора начать отсчет до десяти. 

Один

Два

Три

Четыре

Пять

Шесть

Семь

Восемь

Девять

Десять

Кто не спрятался, я не виноват.

Убрав внутреннюю сторону набитых пухом ладоней, вас встретил синий, железный стол. Прямо за ним, стоял наверное самый страшный человек во всем Хедспейсе. Кел, стоя с руками по швам, дыша ровным порядком, не прерывал с вами зрительного контакта. Каждый вдох приподнимал его майку, надувая грудь, дабы потом опустится обратно. То были его единственные двигающиеся части. Грудь и голова, пока все остальное, восковые конечности, закрытый живот, ровно спадающие волосы и не мигающие уже две минуты глаза, оставались неподвижными. Иногда вы задавались вопросом, насколько невдупляющим или же глупым он мог быть, когда вытворял такие очевидно пушающие трюки. "Хей Юва! Ты все таки нашел меня! Давай, пойдем поищем остальных!" - выкрикнул он, от чего тут же с разных сторон, раздалось несколько сдержанных смешков и хихиканий, выдающих участников состязания. Один есть, осталась еще примерно дюжина. 

Пройдя немного налево, вы останавливаетесь под одним из многих деревьев детской площадки. Ножки друга не перестают топать на месте, не способные сдержать своего восхищения вашими, отсутствующими, способностями ведущего и заинтересованностью в том, как быстро вы сумеете отыскать остальных. Он бы за пару секунд оббегал все размеченное линией леса пространство, просмотрев каждый уголок и надя еще не найденных детей с гостями. Но это ваша задача. Его же, идти прямо за вами и наслаждаться зрелищем перед собой. А поскольку он, ровно как и вы, все таки придерживается заданных правил, уста остаются закрытыми. Несмотря на чрезвычайно сильное желание вам подсказать. Итак, куда же мог спрятаться следующий участник группы? Может быть в кустах, но когда вы проверяете пятерку таких зарослей, единственных кого вы находите, так это парочку убегающих малышей. А что если они ушли куда то подальше от вас? Используя такую логику, ваши ноги ведут вас в ту сторону откуда вы пришли. Пока в один момент, уши не засекли чей то дивный шорох. Резкий, случайный и моментально прерванный каким то движением, которое тоже вызвало сопровождение звуковыми волнами. Шуршание шло сверху, то бишь в кроне дерева, под которыми остановились по рефлексу стопы. Подняв голову от стандартного положения прямо, зрение анализировало каждый трепыхающийся листочек, каждую покачивающуюся веточку и любые признаки, возможно спрятанного тела. И такое занятие полностью оправдало себя, потому как спустя пару секунд, чья то туша упала с одного из затаившихся суков, показав на свету луны найденного товарища. То была Мари. Радостная, улыбающаяся, вся покрытая листиками и деревяшками, уничтожающие её идеальный внешний вид с этими галактическими волосами, но при всем при этом, сверкающая зубами от уха до уха. В ту же секунду как она приземлилась  на землю с глухим стуком, вы уже было поспешили поставить её на ноги, волнуясь за возможно ухудшившиеся при падение состояние больного колена, но забота продлилась не слишком долго, ибо ваше тело встало как вкопанное, стоило девушке обнять вас. ""Хе хе, молодец Юва. Я знала что ты меня легко найдешь" - с игривой ухмылкой заявила сестра, используя лицо, которое чаще всего показывала разве что вашему само названному старшему брату, Хиро. Столь дьявольски настроенное выражение было вам чуждо. Оно будто бы... Слишком хорошо, для такого как вы. Её мастерские поддразнивания всегда были на высоте и ценились всяк и каждым за тот юмор, качество ограненного алмаза. Но вам он доставался реже. Конечно, родственница объясняла это тем, что её шутки бывают иногда слишком грубыми или же плохими, чтобы использовать в вашу сторону. Это стало одной из причин столь сильного физического контакта между вами. Однако иногда, у вас проскальзывало желание быть тем, над кем она может себе позволить пошутить. Кем то, не являющимся для неё родственником позорищем. 
Выйдя из охвата руками, вы продолжили свои поиски товарищей. Мари попросила парнишку спортсмена поменяться с ним местами, чтобы быть всегда у вас за спиной. Чувство как над вами постоянно нависает старшая по возрасту, а так же званию, девушка, вызывала в вас противоречивые ощущения. С одной стороны, это немного настораживает. Тень барышни покрывала вашу маленькую тень с головы до пят, не оставляя даже следа былого существования, стирая её  присутствие, поглощая без остатков. Делая единой с собой. А на противоположной стороне, это успокаивало. За вами всегда приглядывают, смотрят, чтобы ваши шаги не окончились падением передней стороной головы в грязь, а успешным достижением поставленной цели. И приглядывание проводится не просто каким то случайным человеком, персоной или мифологическим существом. А ею. Вашей сестрой. 

Выйдя из туманов воображения и отругав за такую халатность, вы вернулись к прежней работе. Поиску друзей. Найдено двое, осталось еще три. И третья по списку не заставила себя долго ждать. Посреди дороги, рядом с качелями и горкой, стояли два клубка шерсти. Ну, как сказать клубка. Скорее правильно будет описать это валунами. Серого и белого цвета. Те, кому они принадлежали были всем известны, а значит, вы по сути уже нашли кого искали. Подойдя к двум громадинам, вытянув указательные пальцы и ткнув в мягкую шерсть, на всю площадку раздались чужие кряхтения, писки и один женский визг, когда объекты превратились в дуэт животных и одной длинноволосой наездницы. "ОЙ! Блин, Юва. Ну нельзя было как то по нежнее? Теперь Бан бан весь напуган! Видишь как он весь дрожит?" - заныла Обри, третья найденная участница, поглаживая макушку своего кролика с налившимися под глазами слезинками, пока рядом с ней кряхтел и что-то говорил Ванс. Она очевидно утрировала, поскольку сам зверек, в тот момент когда измазанные в грязи пальцы барышни проходились между ушами, не пачкая их каким то образом, сидел на своем копчике, буря вас взглядом за столь жестокий проступок. По идее, вы должны чувствовать себя ужасно, что причинили кому то малейший вред своими действиями. Это ненормально, недопустимо и ужасно! Но смотря на эту моську... ВЫ можете разве что умилится гневной реакции комка пуха, больше чем вся команда вместе взятая. Кролики очень милые, им все можно простить.
"Ха! Я же говорил что ты не сможешь найти нормальное место! Что это вообще было? Попытка выдать себя за валун?" - с усмешкой выкрикнул Кел, держась за живот от разрывающего его смеха. Крошечные слезки катились по его щекам, когда он победоносно  насмехался над пораженной соперницей, делая вид что его попытка спрятаться куда лучше. На это, девочка ответила похлопыванием по бокам своего кролика стопами, что тот счел как приказ затопать заносчивого мальчишку и с радостью исполнил... Бы, если не его умопомрачительная скорость, позволившая в мгновение ока избежать падения лапы на крошечное, по сравнению с обладателем конечности, тельце, убежав с того места и продолжив избегать следующих за этой атаки. 

"Захлопнись! Почему мне это говорит тот, кто решил что сможет спрятаться за долбанным шестом для тетербола?!" - недовольно огрызнулась барышня, надув щечки и не останавливаясь, указывала на потенциальное, постоянно меняющиеся положение своего недруга, желая чтобы хоть раз питомец все таки задел самовлюбленного парнишку. 

"У Обри... и впрямь большой кролик. Они часто так ссорятся?" - спросила настороженно ваша сестра, предварительно толкнув локтем, дабы заработать ваше внимание. Вы же, посмотрели на неё с отсутствующим, логично, выражением лица. Но в такое положение, вы вложили всю энергетику предложения 'Что ты имеешь ввиду.'. "О-ох, просто в последнее время у меня память барахлит. Не такая ведь  я ходячая энцеклопедия воспоминаний как ты, хе." Ответ родственника немного насторожил, но спустив такие слова на то, что это просто временный эффект какой нибудь обычной хвори, или её регулярных приступов слабости, вы начали перебирать в голове бесчисленные воспоминания об их мелких стычках, и какие бы вы не подняли, в них всегда участвовали вот такие методы взаимодействия. Сложив два и два, вы банально кинули в качестве ответа, на что сестренка скептически замычала, повернувшись обратно к цирку двух клоунов. Все имеет свой конец, точно так же как и их запас сил. Истощив друг друга нападением  и побегом, двоица вернулась обратно в ряд, пока здоровяк барсук отошел в центр поля, дожидаться окончания игры.

Осталось еще двое. После каких то минут поиска, за время коих вам удалось чуть не оглохнуть от одного кричащего мальца, достать ребенка из коробки. отыскать остальных детей и заняться прочими делами для нахожедния оставшиъся игроков, вы все таки наткнулись на лидера вашей группы. В его природной среде обитания, то бишь - окруженной маленькой толпой восхищающихся ребятишек, что с блестками в глазах и горящим желанием, упивались рассказами мальчика в смокинге, смакую каждую сделанную, артистичную позу и поставленное ударение. Для вас это не было чем то особенным. В конце концов, после многочисленных приключений , вы уже поняли в чем суть и харизма данного индивидуума. Но другие, не были столь осведомлены, а потому легко могли восхищаться им хот часами. За вами, Мари издала пренебрежительное фырканье, видя как её бойфренд устраивает показательное шоу для широкой публики. "Когда это Хиро успел стать таким показушником? " - спросила она, немного хмуря лицо от увиденного ею фарса. 

"Показушником? О чем ты говоришь Мари?! Тебе ведь самой нравится, каким артистичным, громким и харизматичным он себя ведет рядом с тобой!" - с такими же искрами в глазах заявила юная наездница, немного подпрыгивая от восторга, наблюдая как мужчина с смокингом переобувается в новую позу, еще более яркую, чем предыдущую. "До сих пор помню как ты недавно чуть ли слюной не обливалась от того, каким же громким и красивым он тебе достался! И это еще не упоминая наши с тобой девичьи разговоры!"

""Хе хе! Верно! У меня самый лучший старший брат во всем мире"  - с гордостью в голосе заявил мальчонка, улыбаясь от уха до уха. 

"Что-то я не припомню, чтобы он был таким... манерным" - в раздраженном темпераменте.  выговорила девица, поймав на себе застанные врасплох взгляды малышни. Её брови приподнялись почти до начала роста волос, когда она решила ответить на неозвученный вопрос - "Я имею ввиду, он всегда был харизматичным парнем, но чтобы так сильно выставлять себя на показ? Уже какой то перебор" 
"Мари, с тобой все хорошо?" - спросила девочка на спине зверька, ложась ему на спину животом, чтобы её лицо было как можно ближе к своей родительской фигуре - 'Ты в последнее время как то странно себя ведешь"

"Ага. Здесь я пожалуй соглашусь" - заговорил Кел, увидев краем глаза округлившиеся и самодовольное личико своей подруги/заклятого врага, коротко показав ей высунутый язык - "Типа, ты то не сразу говоришь, то реагируешь на наши с Обри пререкания, как будто бы видишь нас в первый раз! У тебя точно все в порядке?"

"Ой. Ээээ..." - здесь, ваша сестра по какой то причине застопорилась. На лице вышли крохотные капельки пота, а её глаза забегали по всем возможным отличительным чертам места, где вы находились все вместе, чаще всего посматривая в вашу сторону, пока все таки, не придумала, как ей казалось, логичный ответ. - "Да ты же знаешь Обри. У  меня просто плохое настроение. Ну, как у нас обычно у девочек бывает, а?"

"Я без понятия о чем ты. Но если говоришь что просто настроение, то окей.." - выпалила укротительница царства животных, отодвинувшись обратно на прежнее место. В тот момент, лицо сестренки переменилось на выражение крайнего потрясения, от чего она уже не могла скрыть своего неверия, и в тупую смотрела исключительно в вашу сторону.

Вы не повернули головы, не посмотрели в ответ или же не задали вопроса на такую реакцию. Заместо этого, вы продолжили наблюдать за выступлением лидера, пока тот не окончил последнюю речь.

"Ах, друзья мои! Прошу прощения, просто публика так хотела немного поговорить со мной, что я совершенно забыл о нашем развлечение" - все тем же ванильно сладким голосом заговорил юноша в тукседо, рассахаживая к вам медленной, размеренной походкой, как будто бы вам совершенно не нужно спешить. К нему тут же подбежали двое ребят, принявшись рукоплескать и радоваться ему присутствию, пока Мари, увидев как он протянул руку к вам с своей харизматичной ухмылкой, только нахмурилась, сделав шаг назад. Его же ответом, стало тоже самое гоготание, ничем не скрытое перед ответом на ласку. Таким образом, оригинальная команда была собрана, если исключить стоящую за вами сестренку. Но теперь, осталось найти последнего участника вашей группы, и можно отправляться к Палатке. А вот уже потом, пятеро друзей с вами в качестве лишнего груза, смогут в волю повеселится на заслуженном отыдхе. 
"ИГРА ОКОНЧИЛАСЬ!" - раздался крик девочки динозавра, которую вы нашли пару минут назад до очаровывающего главаря. По крайней мере, описанные ранее события были в ваших планах, пока вас грубо не прервали. Не понимая, почему игру закончили еще до нахождения последнего участника, вышли за уже найденными ребятами, прямиком к центру площадки. Чтобы пройти перекличку. Когда Берли опрашивала членов команды, остановившись, увидев немного вышедшую из своего разума, и заплутавшую в облаках черно волосую барышню, вы не обращали на это внимание, а вместо этого рассматривали каждый доступный вам с места уголок открытого пространства, оценивая, куда по примерным подсчетом мог спрятаться болеющий мальчик цветочек. Вы обшарили буквально каждый закоулок сего игрового заведения, каждую возможную тропинку, кустик или же деревцо. Ничто не укрылось от ваших любопытных глазенок. Но тогда, где же он мог прятаться, и не вылезать даже после того, как его объявили победителем?

Ответ оказался очень даже близко. Одно из деревьев у главного входа, невыразительное и похожее на любое другое, вдруг загрохотало. Все насторожились, не зная чего ожидать. Это ведь не может быть зараженный, не так ли? Благодаря ауре постоянно производимого здешними жителями счастья, они физически не могли сюда попасть. Это невозможно во всех известных смыслах, так что скорее всего, это был просто выдававший себя Бейзил. "М? Ты можешь выходить, дружище! Ты выиграл в сегодняшнем раунде, пора отмечать и идти на переливание.' - с радостью в голосе сказанул Хиро, уже подойдя слишком близко к возможно опасному, а возможно и нет, объекту. Природа дерева открылась всего через одно мгновение.

Буквально. Как тонкая вырезка, 'дерево' скрутилось в конус, обнажив стоящее там существо. Фиолетовый, круглый аллигатор, стоял с недовольной, вытянутой мордой, держа у себя под мышкой скулящего и пытающегося вывернуться Бейзила. Вы видели воочию, как черная аура негатива покрывает этих двоих, постепенно влияя на одетого в больничную робу ребенка. До существа вам сейчас не было особого дела. Да, это тоже страдающий житель Хедспейса, которому определенно не в радость ходить с вечно угрюмым лицом, наводя на других страхи, отчаяние и грусть, постепенно уходя своими силами в бескрайние дали отчужденности. Но в данный момент, главным приоритетом был втянувший за считанные секунды юноша цветок, чья улыбка постепенно переходила в грустную мину. Если сейчас же ничего не предпринять, то последствия могут быть катастрофическими. Похититель буквально держит в руках бомбу замедленного действия, даже об это не подозревая.

""Хвехвехвехвехвехвехве!" - захохотал трехметровый исполин, покачиваясь от собственного смеха и, судя по всему, намеренно сжимая посильнее малютку с зелеными волосами. Вам бы очень хотелось сейчас же ринутся ему на помощь, применить излюбленное одеяло, но без поддержки своих товарищей, вам никоим образом не удастся выйтии из этой конфронтации победителем. 

"Босс! Я так и знала что это ты!" - завопила барышня в худи, подойдя чутка поближе к вашей пятерке, пока её братец барсук скалил зубы на потенциальную угрозу. "Жалкий ты неудачник... Отпусти Бейзила и никто не пострадает."

""Да!' - поддакнул мальчик в скоростных бутсах, уже разминая свои мышцы для возможного использования, от чего его обувь заискрилась лучиками энергии - "Просто положи его куда взял, и нам не придется драться с тобой. Что он тебе вообще сделал?"
"Бейзил наш друг!" - выкрикнула Обри, недовольно поставив бровки в букву V, поглаживая кролику бок, дабы успокоить готового защищать свою хозяйку с друзьями охранника. "Твоя грусть, не повод для таких действий!"

"Босс, будьте благоразумны." - убрав с лица ту завораживающую ухмылку, обратился к нему с голосом разума вышедший впереди всех Хиро. В такие моменты, несмотря на его иногда излишнюю игру на людях, он предпочитал сводить любые конфликты на нет, дабы его команде не потребовалось тратить на проблему через чур много сил. "Я понимаю что вы чувствуете. Эти ощущения ужасные, и сводят вас с ума, но это не выход. Причиняя другим боль, вы не сделаете свою ситуацию лучше! Пожалуйста, подумайте хорошенько, и выпустите нашего друга. Тогда мы сможем спокойно поговорить, обсудить ваши проблемы, а также помочь вам."

"Что? Какую еще околесицу вы дети несете? Я забрал этого пацана только потому что этот мелкий придурок начал меня оскорблять! Я хотел просто преподать ему урок хороших манер, а вы тут какой то цирк устроили." - зарычал фиолетовый крокодил, раздраженно закатив глаза с вашего с друзьями поведения. Почти каждый ребенок в центре зоны, повернулся к стоящему рядом с ним другу. Никто не поверил ни единому слову, вылетевшему из зубастых уст незваного гостя. Чтобы он, из всех людей, решил кому то сказать плохие слова? Бейзил - буквальное олицетворение добра, позитива и несокрушимой воли, среди жителей Благодатной рощи. Такие речи могут быть разве что наглой ложью. А ложь, уже давным давно известна как...

"Симптом второй стадии. Вместе с грубостью, насилием к невиновным и отрицанием очевидного. Друзья, на изготовку" - приказ капитана был исполнен немедля. Приготовив к использованию свои инструменты, команда была готова к обороне и излечению заблудшей души. Ваш плащ развевался на поступающем ветру, дожидаясь любого момента, чтоб быть схваченным вашими руками и использоваться по назначению. Подойдя к Мари, харизматичный ловелас ударил девушку излюбленной улыбкой, заставив девушку снова отшатнуться от его внешнего вида. "Сделай пару шагов назад, любовь моя. Позволь нам показать, как работают профессионалы!"

"Ну ладно..." - промычала себе под нос ваша сестра, сделав как её попросили, и потом решив дать родственническое наставление к приближающейся схватке. "Са - КХМ! Юва! Будь осторожен и постарайся! Я верю в тебя!" Приятные слова вашей около родительской фигуры согрели ваше плюшевое сердце. Сегодняшнее поведение старшей сестренки безусловно настораживает вас, но ощущения от такой небывалой похвалы и надежды, что она питает за вас, на время отбросило все переживания. Повернув немного голову через плечо, вы кивнули вашему самому дорогому человеку во вселенной. Её милая улыбка добавилась к этому четырехзначному списку улыбок, в вашей вечной памяти. Повернувшись обратно, вы со всей решимостью шагнули вперед, готовясь освободить своего друга. Пора помогать людям.

БУМ!

БАМ!

ТАРАРАМ!

"Конфронтация началась."

"Что Хиро и его друзья будут делать?"

Прямо перед вами и всеми остальными, появились оборки ваших статов. Маленький круг, с более суженными краями по бокам, создавая что-то на подобие глазного отверстия, из которых выглядывали лица вас и всех имеющихся союзников. Прямо под этими рамками, распологались ваши полоски НАСТРОЕНИЯ, желтая,  и УВЕРЕННОСТИ, бордовая. Одна определяет всю судьбу происходящего столкновения, в то время как нижняя, силы, что можно потратить на определенные приемы, по типу Келлиного бегания вокруг заболевшего, Хиройского очарования  и Обриных приказов для Бан бана. Главной задачей команды, становится в каждом конфликте повышения уровня настроения противника, чтобы уже его полоска, наполнилось светящейся радостью от действий вас четверых. Для того чтобы достичь такой цели, у вас как раз таки есть четыре разные функции, предъявленные в виде четырех, парящих под двумя показателями, кнопок. ""Помощь" - банальное действие, ведущие за собой прямое воздействие на жертву вируса, где у каждого оно свое. Вы позволяете зараженному вас обнять, спортсмен и посылает в него/не электрические заряды позитива издалека, Обри отправляет зайку вперед чтобы он умилил стоящего напротив человек. Следующим доступным способом, были как раз таки "Способности". О них рассказывать  особо нечего, кроме того что у каждого есть свои особенные  предрасположенности по назначению. Ваши особенные методы помощи всегда варьировались между многочисленными видами лечения. Поднятия уровня настроения, накладывание временной защиты против негативных эмоций, или же снятие состояние, о которых можно будет упомянуть в дальнейшем. Кел, выступал в качестве 'бойца дальнего боя', оставаясь на добротном расстояние, попутно доставляя немалое количество очков радости, используя как раз таки ботинки. Обри, в свою очередь,благодаря Бан Бану могла пользоваться примочками, доступными только обладательнице такого сильного и пушистого кролика как она, посылая ему в самую гущу битвы и отдавая любые возможные приказы, будь то упасть на противника всем мягким телом, облизать его, дать покататься на себе и тд. Что до Хиро, то тот, будучи главным человеком в отряде, отдающим команды и следящим чтобы каждый выполнял поставленные перед ними задачи, как хороший лидер, первым рвался вперед. Его голос, чей тембер, мощь и харизма контролировалась носимым галстуком,  - буквально магический , доводящий врага не только до малейшего перехода из зараженного в здорового,  но и помогающий на время усиливать ваших союзников, повышая их характеристики, случай. Говоря о характеристиках, не стоит забывать о состояниях, эффектах некоторых способностей, которые могут быть наложены как на болеющего, так и на одного из участников отряда. Желтая аура - ВЕСЕЛЫЙ, ЗАИГРАВШИЙСЯ. Она позволяет повысить скорость и удачу, но взамен понижает меткость каждой помощи. Синяя аура - МЕЛАНХОЛИЧНЫЙ, НОСТАЛЬГИРУЮЩИЙ. Забирает у испытывающего такое состояние персонажа скорость, но взамен награждает повышенной устойчивостью к атакам противника, а так же перехода той или иной части урона на УВЕРЕННОСТЬ. Красная аура - НЕДОВОЛЬНЫЙ, РАЗДРАЖЕННЫЙ.  Серьезное повышение силы действий, взамен на существенное падения уровня защиты. Ежели говорить по простому, то это очень похоже на игру в камень  ножницы бумага. Красный бьет синий, синий бьет желтый, ну а желтый бьет красный. Вы больше всего предпочитали не использовать на себе ни одно из этих состояний. Конечно же, если будет какая нибудь чрезвычайно экстренная ситуация, ваши пальцы сами потянутся в карман за одним из цвветных маркеров. Вы определенно впоследствии не будете жалеть о принятом решение. Ведь ради них, можно пойти на любые жертвы.

Так или иначе, конфронтации избежать не получилось, и встав на свои  позиции, все принялись помогать запутовшемуся в мыслях и эмоциях Боссу, дабы спасти из его чешучайтых лап постепенно увядающий цветок. Хиро знал, что этот крокодил не представлял из себя чего то слишком серьезного. Несмотря на устрашающий внешний вид, его вряд ли можно сравнить по силе даже с обычным ростокротом. Да, Тоска конечно же повышает физические характеристики любого, кто подвергся сему недугу. Но даже с такой поблажкой, никому из трех друзей не понадобится использовать эффекты, и уж тем более вам. Все происходило быстро, ровно и четко, как по удару маятника во время музыкальной репетиции. Кел кидался орнажевыми молниями, Обри просила животинку подойти поближе к созданию и потереться спинкой об него, Хиро всячески старался уговорить его сладкими речами, рассказывая то насколько он хороший человек, а вы, то и дело подбегали к похитителю мальчика, оборачивая вокруг приятное на ощупь одеяло вокруг него. Результат был виден каждому наблюдающему за картиной противостояния двух сторон. Медленно но верно, Босс начинал улыбаться, смеяться и радоваться получаемой доброте с лаской. Такая реакция ему определенно не нравилось, потому как он, рычал на самого себя за стандартное поведение и то, что должно было только сильнее привести его в чувство, старался избавиться от сверкающей улыбки, ударяя себя по лицу и заставляя пасть кровоточить. "РГРААААХ! Вам не заставить меня пасть под вашу глупую магию! Вы просто кучка безумных психов, пытающихся промыть мне мозг!" - взревел фиолетовый зверь, сжав по сильнее Бейзила и двинувшись на вас с командой. Лапы великана махали во все стороны, стараясь сбить попавшуюся жертву с ног и нанести серьезные ранения. Ребенок скорость с легкостью избегал любого рывка, но вот неуклюжему старшему братцу пришлось куда хуже, покуда вы с наездницей лопоухого титана принимали все атаки лицом, будь то укус челюстями или же пинок. Ей просто не было особой заботы до его тщетных попыток заставить её молить о пощаде, но вам было буквально плевать на все движения. Любая рана, хоть и посылала отчетливые значения о нанесенном вреде, не воспринималась как что-то плохое. Это только сделает вас лучше. 

Спустя несколько раундов таких заурядных сражений, Босс уже не мог сдержать почти то рвущую его щеки ухмылку. Лицо покрылось по крайней мере дюжиной кровоточащих ранок и ссадин, от нанесенных самому себе хуков правой или левой. Он смеялся во все легкие, но в этих глазах, были видны только горькие слезы. "Ахахахахаха! Н-нет! Нет нет нет! Т-только не это! Ахахаха!" - через смех заревел исполин, чуть ли не душа когтями бедного нулевого пациента, одной рукой удерживая его перед собой, а другой опираясь на гладко развивающуюся траву. "Я не могу стать одним из вас! Мне еще нужно кормить семью! Как им выжить без меня, пока по миру ходят и бесчинствуют такие психи как вы?! Ахахахах!"

"Хм. Значит его родня тоже заражена. Нам нужно будет потом  распросить про то, откуда он явился" - пробормотал себе под нос юноша в костюме, прежде чем вернуться к прежнему образу харизматичного лидера - "Сэр, я понимаю что вам может быть страшно. Вы уже наверное очень, очень давно не чувствовали настоящего счастья. Но поверьте, вам не стоит. Отпустите нашего друга. Отпустите свой угрюмый образ жизни. Позвольте нам помочь вам."

Но он не послушался совету ребенка с гнездом вместо головы, продолжая хохотать что есть слов. Каждая секунда смеха сопровождалась кровохарканьем. Очередной крупицей красной  

ненормальности, он окроплял поверхность чуть ли не священного места. Того детской площадки, где здоровые, веселые и счастливые дети могут веселиться сколько им захочется, не боясь что на них нападет такой бесчинствующий, пораженной недугом человек. Вы вылечете его, даже если он будет умолять вас  не делать этого, ведь это правильное решение. "Если мне теперь предстоит стать одним из вас, то я отправлю перед этим как можно больше на тот свет!" - вдруг зарычал почти что вылеченный незнакомец, ринувшись вперед не жалея себя. Острые как вилы клыки впились в глотку командующего отрядом участника, не дав ему даже закричать от боли, прежде чем сломать тому шею и бросить под ноги кричащей от шока Мари. Кел не успел вовремя двинуться со всей скоростью, потому как лапа, ухватившая за его лодыжку, тут же взмахнула вверх и вниз, ударяя мальчонку об твердую землю. Его изуродованное тело упало в ту же сторону, что и труп брата. Девочка с палками в волосах пыталась бороться, защищаться и как можно скорее излечить не способного на нормальные решения Босса, но когда когти крокодила впились кролику в живот, а затем пронеслись по её шее, она уже не издавала никаких других звуков, кроме бульканий и захлебываний. В вас же, вся эта неугомонная душа влетела на полном ходу, отбросив в воздух и заставив все НАСТРОЕНИЕ упасть до критической отметки. Приземлившись у ног рыдающей в истерике Мари, вы задавались вопросом. Почему она плачет. Ей прекрасно известно, что даже в таком состоянии, они еще не проиграли и способны спасти этих двоих. Ведь в конце концов...

<center>*Юва не поддаться*</center>

Вернувшись к прежнему положению, то бишь на обеих стопах, вы не обращали внимание на вопросительные крики вашей сестры, пока она держала в руках три кусочка мокрого хлеба. У вас есть дела, и если дать ему продолжить атаковать вас, ничем хорошим это не закончится для синеющего от недостатка кислорода цветочника. Почему, вы решаете использовать одну из ваших способностей. Взявшись за противоположные кончики одеяла, расправив на максимальную ширину, ноги начали самостоятельно вести вас к заливающейся смехом персоне. Шаги медленные, тщательные и расслабленные, ибо волноваться уже не о чем. Улыбка расцветает чище, чем за все минуты прошедшей неурядицы,  и отпустив Бейзила, он падает в ваши обьятия. Вы "Успокаиваете" Босса и вся битва оканчивается.

Не прошло и секунды, как все ваши раны, раны большого и уже не такого злого крокодила, и травмы друзей залечились в мгновение ока, вернувшись последних из их временного образа вялых тостов. Мари не могла поверить своим глазам, открывая, закрывая издавая звуки ртом, пока разминающие недавно сломанные конечности ребята недоуменно поглядывали в её сторону. Вам же, пришлось помочь отплевывающемуся, от недавно пережитого удушения, юнцу помочь подняться на ноги. Он конечно же снова начал стоять ровно, хотя немного криво, но когда же задача была выполнена, он с злостью в глазах вырвал свою кисть из вашей плюшевой руки, бросив напоследок яростный взгляд, чтобы пойти и устроить то, что удивит всех входящих в нормальное состояние. Ребенок, любящий делать фотографии друзей в свободное время, ни с того не сего, пнул того в закрытое чешуйчатой кожей колено, вынудив заскакать как мультипликационный персонаж, что разительно отличалось отт поведенния, используемого им минуту или более того назад. "Даже больше не думай о том, чтобы прикоснуться ко мне, жалкий дегенеративный мудозвон!" - закричал во все крохотные легкие парнишка, дав людям вокруг него повод для удивленного вдоха. Мари даже прикрыла рот двумя кончиками кистей, глянув от чего то на вас.

"ОЙ! Дружище, ты чего так разозлился?" - закряхтел грузный животно подобный человек, говоря голосом на пару тонов тоньше и нежнее, чем тот, что он использовал во время конфликта. - "Ну да, я повел себя как дурак, но мне очень жаль! Честно, не знаю что на меня нашло."

"Тебе жаль?! И это все что ты можешь сказать!? Ты меня чуть не задушил! Мне пришлось висеть у тебя в лапе как мешок картошки, постепенно теряя сознание и наблюдая как ты потрошишь моих друзей! Но что еще хуже... Ты наступил на ту гребанную ромашку, и даже не почувствовал жалости!"

"Ты злишься на меня из-за обычного раздавленного цветочка?" - задал разумный вопрос рептилия больше чем он в два раза. Всем было известно, что иногда увлечения пацана цветами заходило слишком далеко. Он не решался рассказывать о том, откуда у него столь серьезное помешательство , ведь это была через чур личная тема для ребенка с зелеными волосами. Но одно было понятно точно. Возможно он самый ярый фанат дикой природы в Хедспейс, так что такая причина его поведения, была возможно, но ни разу не ожидаема.

"Я ТЕБЯ НАХУЙ УБЬЮ МОИМИ ГОЛЫМИ РУКАМИ!" - начал угрожать коротышка, бросившись на когда то врага, только чтобы его тут же остановили руки Хиро, поднявшие его в воздух, пока он барахтался как бешеный котенок

"Воу воу воу воу! Бейзил, успокойся пожалуйста!" - перешел на повышенный тон человек, чьи позвонки еще недавно хрустели как раздавленные в руках крекеры. Спасенная жертва насильного удержания не послушалась просьбы своего друга, вместо этого продолжив махать руками и ногами, чуть ли не пуская пену изо рта, походя на обезумевшего зверя. Ваши планы пошли совершенно не так, как изначально обязаны были. То, что возможно могло помочь и в какой то степени расслабить наиважнейшего человека в группе, теперь доводило его до ручки, чуть ли не возвращая к тому внешнему виду, когда вы его только только нашли, в первые дни появления заразы. ""Простите его пожалуйста сэр. Честно, он правда не хотел сделать вам больно своими словами. Просто ему сейчас трудно ввиду осложненного случая болезни, от которой мы вас излечили. Такого больше не повторится." -проговорил ведущий команды, слегка поклонившись головой, ведь когда у тебя в руках потенциальный убийца, это сделать не так то просто. 

"Да ничего, это мне стоит глубоко извиниться перед вами. Я слишком зациклился на плохих вещах, и теперь я наконец то нормальный! Спасибо вам большое, новые друзья. Жду не дождусь чтобы привести сюда свою жену и детишек, а то в последнее время они такие угрюмые." - выпалил улыбающийся новый житель Благодатной рощи, весело переминаясь с ноги на ногу, искренне наслаждаясь грядящуими, за его выздоровлением, событиями.

"Да, мы тоже с нетерпением этого ждем. Уверен, им тут понравится. А теперь, прошу нас извинить, нам нужно срочно спешить. Располагайтесь, веселитесь и не грустите. Обязательно потом к вам заскочим и все объясним. Удачного времяпровождения!"- заговорил на прощание юноша в смокинге, побежав на юг и помахав одной из кистей, которую освбодил пока удерживал цветочника правой рукой. Босс наивно помахал ему в ответ, принявшись с любопытством рассматривать новое место жительство, четверка детей и вы с ними на впридачу последовали за несущимся на полной скорости Хиро. К тому моменту, фотограф уже переменился в своем поведении, и потратив все силы на нежданную злость, обмяк в руках друга, дав тому возможность поднять его в невестскую переноску. На лице выступил пот, изо рта доносились бессвязные бормотания и все тело обдало дрожью, пока вокруг  ребенка с мятными волосами, мир превращался в непонятную мазню из хаотично выбранно ярких цветов. Вы уже видели такие симптомы. Он буквально стоит на пороге массивной катастрофы. Им нужно перестать болтать, сбрасывать скорость для его комфорта и уже как можно скорее донести до Палатки. "Поторопимся. Босс изрядно его измотал и он полностью истощен. Если мы не успеем доставить Бейзила до кровати в его месте, то все наши труды пойдут насмарку! Бейзил, ты слышишь меня?" -спросил юноша кавалер, получив от него утомленное мычание, показав что тот слушает и еще способен распазновать чужую речь - "Пожалуйста, как бы тебе не хотелось, но не засыпай, хорошо? Говори с нами, обсуждай что нибудь, да хоть пой, но не засыпай!"

"Давай дружище, держись! Я знаю что ты сдюжишь!" - выкрикнул на низкой скорости, для него, Кел, подпрыгивая на месте и стараясь воодушевить павшего здоровьем одного из участников его семьи. 

"Бейзил, пожалуйста..." - немного заплаканным голосом начала девушка на кролике, чьи лапы ударялись об землю с ровным темпом, в какой то степени служа причиной подпрыгивающих волос на головах у всех шестерых ребят. Между нею и им уже успели сложиться очень близкие, дружеские отношения. Не было отбою тем коротким моментом, когда девочка затаскивала юнца на спину зверька, чтобы устроить маленький перерыв и поспать вместе в обнимку, ну или же просто выслушать его комплименты насчет безвозмездной помощи диким животным. Двое старших из группы даже взяли к себе на вооружение целый комплект милых шуток, про то что они были похожи на крошечную парочку. Те, разумеется, отказывались признавать столь очевидный факт, хотя всем было давным давно известно о чем то растущим, в их маленьких сердцах. "Останься со мной. Я не хочу чтобы все становилось только хуже. "

Мари и вы ничего не сказали. Ваши губы отсутствовали  а её же были накрепко закрыты, пока глаза барышни смотрели себе под ноги, наблюдая за тем как ступни стараются поспевать за не сбавляющими на поворотах друзьями. Вы уже устали пересчитывать и подмечать те короткие моменты, когда она вела себя непонимающе. Да чего уж говорить, ваша сестра видела вещи гораздо более ужасные, чем те, что запомнились ей  несколько минут назад. Все таки, в самые загруженные деньки, заболевшие приходили целыми толпами туда, куда им было запрещено, а именно к точкам с пикниками. В те дни проливалось немало крови, а трем участникам отряда частенько приходилось становиться мокрым хлебом, в разы худшими способами, чем произошли недавно. И тогда она легко к этому привыкла, потому как запомнила что чего бы не случилось, четверка исследователей и помощников для всего живого всегда выйдет из трудностей победителем, несмотря на любые невзгоды, будь то сломанный позвоночник напополам, или вырванная голова. Сейчас же, у вас закрадывались некоторые теории по поводу её решений, которые вы определенно не хотели бы обдумывать. 

"Друг мой, помнишь как ты расказывал нам о том, на какие цветы мы похожи?" - задал вопрос юноша с мальцом в руках, пробегая вперед мимо указательных знаков на перекрестке, на что он коротко кивнул - "Как думаешь, можешь нам рассказать о каждом цветке необычный факт? Возможно, это поднимет тебе настроение и у тебя будет, чем себя занять, чтобы не уснуть!". Честно, было очевидно что он ни разу не верил в сказанные тобою слова. Они звучали фальшиво , натянуто и дешево, как неудачный молодой комедиант, пытающийся рассказать смешной момент из жизни усопшего друга, стоя перед толпой его погрязших в трауре родственников. Просто оттягивание крушащего волю момента, когда его слезы польются от устрашающей перспективы. Но поскольку даже в таком напуганном голосе слышалась былая харизма, человек растение согласился на его предложение. 

"Ох, хорошо... Ну..." - приступил к перечислению Бейзил, уже оканчательно начав растекаться в хватке своего лидера, из последних сил сосредотачивая мысли на собрание имеющихся в словарном запасе слов и состовлению при помощи их логических предложений, чьи мысли точно заставили бегущих напрячься - "Подсолнухи.... Они напоминают мне меня... Они всегда смотрят на солнце, и я тоже хочу быть таким же как они. Искать позитивные вещи и глядеть в более оптимистичную сторону... Но это сложно, когда всё, для чего ты был посажен, чтобы с тебя собрали семена... Никому не интересны поля с подсолнухами, всем нужны только семена..." Напряжение с того момента начало только нарастать. Пробегая вниз, вы начали замечать торчащие из земли железные сооружения. По большей части трубы с вышками и распылителями, чтобы сохранять это место чистым и хорошо сохранившимся. Сделано это было, благодаря команде маленьких созданий с листиками над головой, коим вы помохали, продолжая бежать мимо них. 

"Мари... Она мне напоминает ландыши.... Легкие, элегантные, утонченные... Красивые... Но даже под такой красотой, может скрываться гнилая натура..." - простонал от охвативших его неприятных ощущений цветочник, от чего черная аура вокруг стала только сильнее. Упоминаемая им же девушка только могла безвольно отводить лицо в сторону, хотя вы думали что это из-за неприятного заявления. Он не понимает о чем говорит. Ваша сестра - удивительный человек, и уж кому как не вам, это известно. Бейзил не в себе, и как только снова начнет улыбаться, попросит у неё прощения. Вы об этом позаботитесь. "Они ядовиты... Каждый белоснежный колокольчик... Наполнен отравой, при большом потреблении которой... Можно умереть.."

Проходя еще немного вперед, вы натыкаетесь на еще один расчищенный участок. Количество железных отрезков и деталей в пространстве заметно увеличивается. Трубы, генераторы, поливалки и даже яркая трава под вашими ногами. сменяется белой, стерильной плиткой. "Розы... Их бесчисленное множество видов на все случаи жизни..." - вновь прервал чужие злопыхания и попытки набрать воздуха во время бега - "Одни для деловых встреч, другие подходят в качестве подарка, а третьи отлично украсят ваш торжественный стол... Но у всех у них одна горькая черта... Эти цветы необычайно нежные... И если слишком сильно воспользоваться их небывалой красотой... Кисти истекут кровью.."

C каждым шагом, окружение менялось все больше и больше. То что было деревьями, постепенно переходило ни во что иное как безопасную замену. Муляж, построенный из металла, пластика и электроники. Все, чтобы избежать распространения бактерий. "Сила воли.... Верность... Принципы... Все это я могу сказать об Обри..." - на этих словах, у него расцвела короткая, еле заметная улыбка. Девчушка, благодаря преимуществу высоты положения заметила такую короткую перемену, и несмотря на печальное состояние своей возможной любви, не могла смутиться от таких слов. Пока краснеющие щеки не побелели, от услышанного в дальнейшем. "Это также значение гладиолусов... Шпажниками их называли древние воины... Безжалостные убийцы, идущие на войну по воле своих лидеров... Этими же цветами провожали тех жестоких, готовых на все людей... Верили, что это принесет им удачу в бою... Но мало кто вернулся домой живым...."

Теперь же, почти не осталось даже нормальной живности или воздуха. Все было заменено искусственными аналогами. Очистители, перерабатывали поступающий с периметра воздух, чтобы насытить его полезными биокомпонентами, в то время как жучки, бабочки и мелкая животинка исчезла вовсе, оставив на своем месте чем то похожих, но при ближнем рассмотрении отличающихся выражающимися шестернями, подделок. "Кактусы.... Это очень стойкое растение..." - почти засыпая молвил он, смотря куда то вдаль, своими напуганными глазами - "Оно удерживает влагу... Выживает в самых жарких пустынях... Способно пускать свои корни почти что на сотни метров в глубину... Но в отличие от роз... Никто не посмеет их тронуть... Даже если захочет рассмотреть поближе... Растение удивительное... Но часто обходящиеся стороной..."

В конце концов, исчезли все признаки натуральной жизни, на подходе к месту назначения. Флора, фауна, грунт и даже облака над вашими с друзьями головами, превратились в сделанные руками, или будет лучше сказать антенами, заменяющие декорации, создающее определенную атмосферу. Ту, что прямо в лицо кричала о комфорте, безопасности и нормальности. Все на своих местах и двигается ровно так, как и должно. ""Тюльпаны..." - одни только эти слова, вырвали вас из транса, наступившего при лицезрение такой невероятной красоты. В отличии от прошлых моментов описания фактов, в этом голосе не было слышно даже намеков на старого Бейзила. Только холод, подавленный гнев и отвращение. "Их и цветами сложно назвать... Простые, незаметные и скучные... Такие бесполезные... Если бы не их белые бутоны, то я бы уже давно их выкопал, и кинул к остальным сорнякам в яму для компоста... Их можно очень легко заменить чем то более интересным... Правильным... Нормальным... Прямо как и тебя, Юва."

Вы не ответили ему. Вы продолжили бежать позади, с пятью прикованными глазами на ваше лицо. Четыре нейтральных, и только одно, выражало печальное беспокойство. Незаслуженное. Выбежали.

Вот, цель была наконец то достигнута. Обогнув пригорок и пройдя мимо , вы остановились перед блестящим на свету куполом. Именно в нем, и находилась та самая Палатка - место временного размещения важнейшего пациента, с момента появления роковой болезни. Прямо перед входом, стояло двое растократов и их главный предводитель. Старик Росток рот. Не только глава столицы этого народца, но и по совместительству начальник строительной бригады, приведшая в жизнь проект по содержанию несчастной жертвы вируса. Они трое повернулись к команде и вам, надеясь рассказать о том, что уже почти закончили устанавливать герметичные двери, осталось только их настроить, но как всегда уламывающий всех и вся голос Хиро закончил разговор, даже его не начав. "Это очень хорошая работа, вы отлично постарались, но мы спешим! Спасибо за ваш труд!" - прокричал за себя юноша переговорщик, бросаясь впереди планеты всей и не обращая внимания на сконфуженные выкрики , которые быстро были заглушены еще одним криками, уже из за бегущего на них кролика титана.
Пробежав примерно минут в коридоре, вам открылся вид на поистине удивительное строение, ранее не виданнное чужим глазом.  Над головой - раскрашенные в цвет синего неба потолок, с вкраплениями из выделяющихся светильников, в виде карикатурно нарисованных пушистеньких облачков. Их свет полностью озарял созданное помещение, позволяя рассмотреть в подробностях созданные работниками больничные угодья. Под ногами простирался твердый бетоновый пол, залитой через чур зеленой краской для создания похожести на реальную траву. Строители постарались вставить парочку элементов, дабы придать реалистичности, по типу выглядывающих травинок и приклеенных пластиковых подсолнухов. Вокруг вас, в этом куполе, нависали высокие, постепенно сглаживающиеся в зоне потолка стены, покрытые расписными изображениями дубов, тополей и березок, напоминая новому жильцу сие обители о старом домике, в который его конечно же отпустят, по окончанию лечения. Да, нарисованы кое как, но уже ведь похоже! Посередине искусственной комнаты, присутствовал рукотворный островок, окруженный подпитывающейся входящими в него трубами, специально сконструированными так, чтобы походить на корни деревьев, водоемом. Вода немного побулькивала, стоило впускать в себя те литры очищающих веществ, благодаря коим жидкость оставалась чистой, прозрачной и оздоравливающей. На самом же участке построеной земли, стояла  не маленьких размеров Палатка из мятно белого брезента, под толстыми слоями коего, расходилось безумное множество толстых проводов, разных типов, размеров, предназначений и наименований. С таким то количеством медицинского оборудования внутри, неудивительно, что их невозможно было удержать от выхода наружу. Помещение затряслось, пока команда из четырех человек неслась на встречу слегка отодвинутому входу в 'домик' Бейзила,  что привело конечно же к падению парочке установленных фигур и откалыванию недавно высохшей краски. Вас это мало волновало, ведь это маленькая цена за сохранения целостности всего мира. 

Когда же вы вошли вслед за ними, пятерка уже успела разойтись по местам в этом полезном помещении. Четыре человека окружили белую, металлическую кроватку с пластиковыми бортиками, пока на них лежал Нулевой пациент. В правую руку больного уже воткнули новый катетер, для подготовки к переливанию жизненно необходимого настроения. За спинами Кела, Хиро, Обри, из-за спешки ей позволили заскочить с кроликом, и Мари пищали, бикали, искрились и издавали звуки десятки примудрых приборов для счета показателей здоровья и автматического выявления проблем в организме бедного мальчонки. Сейчас, они работали на износ, показывая критические показатели. Юноша лежал без сознания и почти не подавал признаков жизни, походя на бездушную куклу. Все зашло слишком далеко. "Быстрее! Засучиваете рукава, подгатавливайте руки!" - приказал лидер, несмотря  на то что он был одним из двух,  у кого была одежда с длинными рукавами, от чего его нынешние подчиненные последовали указаниям друга - "Нужно сделать все быстро, четко и без промедлений. На всякий случай, готовьтесь к худшему. Юва, тебя это особенно касается! Нам нужно будет чтобы ты его успокоил, пока мы возможно попытаемся найти способ сбить его потенциальные осложнения. Так, я пойду первым."

"Стойте." - послышался во всей этой суматохе голос мудрой женщины. Головы одного подростка и трех детей, тут же метнулись к ней, заставив барышню вздрогнуть от резкого зрительного контакта. "Дайте мне пойти первой". Такое предложение, сиюсекундно было принято громким отказом ото все, и даже с вашей стороны, человека что боготворит её. Пока трое ребят старались убедить леди не решаться на столь необдуманный и поспешный поступок, вы, ради сохранения здоровья своей старшей сестры, вцепились пухлыми фалангами в ткань светящегося, на свету люминесцентных ламп Палатки платья, приподняв голову, желая увидеть изменения в лице дражайшего человека. Но изменения оказались совершенно не такими, кои в ожидали, ведь посмотрев на вас, она нахмурила лоб и с глазами, полными действий через силу, нежно взяла ваши кисти, выпустив себя из мягкой хватки, вернувшись к разговору на повышенных тонах.

"Мари, дорогая, я все понимаю. Но даже не думай об этом! В последний раз когда ты стала донором, нам понадобилось несколько часов чтобы откачать тебя. Я не могу жертвовать своим здоровьем ради его спасения!" - в порыве эмоций наговорил Хиро, махая руками от переполняющих его мыслей и переживаний. Он мог хорошо руководить, когда дело касалось обычных миссий, но стоило проблемам взлететь выше крыши, на свет выходил испуганный подросток. 

""Что по твоему важнее, сохранение Бейзила в живых, или мое здоровье? Ты прекрасно знаешь что лучше, Генри. Подвинься и дай мне сделать это!" - повысила голос ранее спокойная барышня, перекрикивая визжащую аппаратуру, стараясь донести до бойфренда свои юродивые мысли. Здесь, вы и впрямь были на стороне своей старшей братской фигуры, полностью не понимая, зачем девушке так сильно нужно пытаться ставить  на кон свое благосостояние. 

"Нет, не могу этого сделать! Я не хочу видеть как ты теряешь сознание на моих руках еще раз. Я, Кел или Обри можем спокойно отдать свое настроение. Оно идеально справится с своей задачей!" - поставил в качестве факта один из взрослых группы. Это было не предложение, убеждение или же попытка умаслить её. Прямое утверждение , не поддающиеся каким бы то не было разговорам. Но ему было уготовано потерпеть неудачу, потому как...

"Пожалуйста. Прошу тебя. Просто дай мне это сделать. " - издав тяжелый вздох, прежде чем проговорить уже сказанные слова и положить кисть на трепыхающуюся грудь своего парня. Женские чары всегда были, есть и будут сильнее мужских, от чегою его лицо вспыхнуло ярче чем трескающиеся на машинах светодиоды, одновременно растягивая смущенную улыку на губах паренька. 

"Эргх... Л-ладно! Ладно. Хорошо. Но как только ему станет лучше, ты немедленно прекращаешь, хорошо?" - удостоверился в безопастности возлюбленной кавалер, заработав решительный кивок и короткий поцелуй в щеку, в десятки раз скромнее чем те, коими они обменивались на пледе во время пикника, но достаточно сильно, чтобы вынудить босса компании отвернуть лицо - "Юва, подойди к другой стороне кровати. Помоги ей в экстренной ситуации, а пока что не отвлекай". Таковым приказом, решение принялось окончательно. Не будучи способным воспротивиться желанию командира, вы быстро оказались по левую руку, с перспективы безсознательного юнца, пока его правую руку окупировала ваша сестра. Её белоснежная кожа проткнулась острой, полой иглой, которая тут же принялась за работу, высасывая внутреннее содеражание её вен, имея при себе задачу транспортировать как можно больше настроения в тело ухудшающегося в плане здоровья мальца. Пакет для переливания был пуст, а процесс уже был готов начаться в любую минуту. 

Но тут, к вашему шоку, появились значительные изменения. Всё застыло. Ни одна пылинка, искра или же частица кожи знакомого не посмела сдвинуться с места. Люди, пребывающие здесь помимо вас, Бейзила и Мари, встали как вкопанные, с теми же самыми эмоциональными мордами, не выражая ничего кроме запечатанного во времени лица. В то же время, по трубкам начала течь жидкость, но уж точно не та, что по идее обязана была пойти в организм Нулевого пациента. Она оказалась чернее самой темноты. Глубже по тону, чем любая сверхмассивная черная дыра. Вы слишком хорошо знали этот цвет. Цвет бездны, чья сила способна переменить представления о устройстве всего Хедспейс. Оно двигалось медленно, как густая, вязкая субстанция, по типу старого сиропа, в некоторых местах провисая внутри трубки, иногда и вовсе расширяя их. Приглядываясь, вы могли видеть как изнутри что-то пульсировало, дергалось и толкалось. Вам бы по хорошему прекратить весь процесс на этом самом месте, не дав жиже дойти до вены бедняги. Но вы не могли даже пошевелить пальцем, в ужасе наблюдая за происходящим, как невероятный идиот. Пока..

Из трубки на вас посмотрела сотня глаз. Это не ваша сестра.

Руки двигались автоматически. Не успел ваш мозг даже обработать увиденное, как в руках уже оказались кончики одеяла. Вам нужно просто перекинуть его на плечи этой неизвестной барышни, и все будут спасены. Никто не пострадает, никто не ранится и никто более не заразится. Да, тот человек что сидит по другую сторону от кровати не ваша сестра. Это незнакомка, с поникшей вниз головой и пришедшая разрушить все долгие старания друзей, вас самих, кто угодно но точно не она. . Но это и не важно. Чтобы не произошло с старшей сестрой, вы сумеете её отыскать и вернуть обратно. Вы уже не раз и не два таким занимались, так что сил потратите даже меньше, чем сейчас. Всего то нужно закинуть этой загадочной женщине на плечи ткань, и все будет как прежде. Нормальным.

По крайней мере, так вы думали, до того момента как Бейзмл не поднялся с кровати, с выпрямленной как шпага спиной. Его волосы скомкались и упали на лицо, почти что полностью закрывая обзор. Но ему не нужно было полностью видеть, чтобы смотреть на вас с яростью, ранее не существовавшей в этом мире. Тот тип ненависти, что банально не мог оказаться здесь, благодаря работе всевышнего Творца. Она не была описана прямо на поверхности, предпочитая скрываться за маской ужаса, непонимания и отрицания, пока под ней копится и бурлит тихий гнев. "Юва..." - проговорил дрожащий, побелевший, с горящими красными глазами, буря вас этим проклятым взглядом. Взор настолько нечестивый, неправильный и отвратительный, что вы, несмотря на всю ужасность такой мысли, хотели выдавить эти дьявольские глаза. "Мари... Ты..." 

В следующую секунду, ваши глаза увидели сцену, которую вам ранее никогда не доводилось узреть. От лица некоего ребенка, в стояли на вершине лестницы, освещаемой дневным, серым светом. Зрение было заметным, дрожащим и испуганным. Где то там, внизу всего этого строения, погруженное в вашу тень, лежали раздробленные осколки упавшей с нескольких метров скрипки. Затем, вы переместились туда, откуда все началось. В Белое пространство.

Вокруг все ослепительно яркое. Исчезли непонятные, появившиеся из ниоткуда видения, пропали друзья, стоящие как каменные статуи, и сменилось место вашего пребывания. Теперь же, раздражающие визжания работающих в экстренном режиме аппаратов не выносило вам мозги. Вместо этого, вашу голову поджаривало другое сопровождение. Тяжелое, утробное, пробивающее насквозь сердцебиение. Оно билось медленно, не спеша, но при этом отзываясь ударной волной по всему окружающему миру, которую нельзя было увидеть, но можно почувствовать. Этот несуществующий объект доставлял весомый урон вашему сознания. Каждая пульсация, ощущалась как удар молотом по голове, пока эта же самая часть тела словно прижималась к раскаленной наковальне. Невообразимая боль, заставившая вас схватится за голову и упасть на колени. Вы не понимали что произошло, почему Бейзил вести себя так ненормально, кем была та девушка и что это за жидкость, давшая толчок вашему появлению здесь, в тихом убежище. Пока ваше тело действовало как умалишенное, поодаль от вас, ни один объект не изменил своего повседневного положения. Руки, окольцевавшие вокруг комнаты продолжали неспешный марш, перебирая пальцами и волоча за собой красные остатки позади, не останавливаясь ни на секунду в своем бесконечном параде безумия. Мево, чудесный, наивный котенок свернулся буханкой на столе, глядя белыми глазами пуговками, выделяющимися в чернильной шерсти, на вас, чуть ли  не спрашивая: "Ждешь чего то?". Компьютер стоял на своем месте, ничего не делая, свеча кирпичным экраном рабочего стола, дожидаясь, когда же вы положите свои пальцы на громко кликающую клавиатуру.  Мягкая кровать так и манит свернуться на себе, укутаться в лежащее рядом с вами одеялко и вздремнуть. Но вы не имеете на это право. Ситуация разваливается на глазах, а все что вы можете делать, это стоять на коленях и таскать себя за уши, в надежде что это окончит ту череду ранящих сердцебиений. Однако результатов от этого минимум, доведя разве что до размягчения швов на контурах черепной коробки. Возможно, если вы выйдете обратно в Место встречи, вам может и полегчать!

Хотелось бы, чтобы это было так, потому как коснувшись дверной ручки и попытавшись потянуть её на себя, вы обнаружили что какую бы силу не прикладывали, это не помогало сдвинуть деревянную поверхность хотя бы на пару миллиметров. Толкались назад, били ногами, кулаками, пытались даже выбить всем весом! Но все оставалось тщетным. Возможно, причиной тому послужил ваш крошечный вес и почти полное отсутствие твердых частей в теле как таковых, а все таки одно оставалось точным. Вы не могли вернуться в Хедспейс, как бы сильно того не хотелось. За этой дверцей могло происходить все что только угодно обезумевшему от  отсутствию позитивного Настроения Бейзилу. Может быть, от Благодатной рощи уже не осталось ни единого следа, число зараженных превысило все допустимые, и не допустимые значения. Кто знает, через что сейчас вашей настоящей сестре приходится пройти, чтобы остаться в живых. А вы, только и можете что вести себя, как макака, бьясь всем что имеется от закрытую баррикаду, понадеявшись что от этого будет малейший толк. В какой то момент, опустившись на пол пятой точкой и прислонившись спиной к дереву цвета свежего снега, ваши глаза упали на черную лампочку. Важнейший объект не только в Белом пространстве, но и во всем мире, позволяющий вам спокойно ходить по земле, ровно как и тысячам живых созданий в вселенной. Вы просчитались, когда сказали что ничего не изменилось, потому как освещающий своими черными лучами объект, определенно стал другим. Лучики сменились на полноценные, огненные языки чернильного пламени, отходя от повиснувшей в нигде лампады, и расходясь в разные стороны. Если бы у вас было лицо, то оно в ту же секунду покрылось бы потом. Ничего из этого не должно было произойти. Вы предприняли все способы защиты, чтобы обезопасить содержащиеся внутри вещицы, от внешнего воздействия. Однако, похоже что где то, все таки просчитались. 

Вам нужно прийти в себя. Сбросить напряжение, прекратить паниковать и найти выход из упавшей на голову проблемы. Как именно, вы знаете наперед. Сейчас, под аккомпанемент разрывающий голову изнутри мелодии бьющегося сердца, ваше сознание пришло к одному доступному решению. Дверь закрыта, руки не выпустят с своего места, пк бесполезен, а Мево не способен утихомирить вашу боль. Последнее что у вас осталось, это кровать, одеяло, тело и руки, способные помогать другим, а в редких случаях, и себе. Вам нужно УСПОКОИТЬСЯ. Именно это вы и делаете. Встав с земли, шатаясь по полу из стороны в сторону от усталости, руки как по инструкции кладут себя на плечи, хватаясь за кончик пледа и укутывая вас в него. Ваш копчик упирается в помнящий форму матрас, находя то самое место, где вам комфортнее всего это делать. Плотная ткань ложится на макушку, превращая то, что было обычным средством достижения цели, в неприступную, безопасную крепость. Кокон, где вы наконец сможете освободиться от тех негативных мыслей и расслабится. Пальцы пробегают по ночной рубашке, спускаясь к краям и заходя дальше. Туда, куда позволено входить только двум людям. Вам, кое кому особенному. Штаны стягиваются до коленок, обнажая уже затвердевший, пульсирующий придаток. Он ноет, дрожит и дергается снизу вверх, показывая что каждая подготовка завершена, ожидая внешним видом что для процесса необходима только одна часть завершающего день пазла. Вы рады её предоставить, касаясь пальцами негодующий стержень. Вам не понадобилось много времени, чтоб выполнить задачу. С хлюпаньем, раздающимся по Белому пространству, и напоминающему звук входящего в плоть кухонного ножа, ваше тело обдает электрическим током, пропитывая мозг и исцеляя его от мыслей. Все снова хорошо, вы вновь стали нормальными наконец то УСПОКОИЛИСЬ. Вытерев салфетками наводнившую руку гущу, вы кидаете комок бумаги и жидкостей в ничто, позволяя ему рассыпаться на миличистицы, ощущая как вас настигает дремота. Теперь, никакие звуки не потревожат ваш сон и вы можете спокойно начать завтра свои решения. Оясуми...

------------------------------------------------------------------------------------------------

В темной комнате, раздался вздох. В старой кровати проснулся юноша, после очередного, нервирующего сна. Его тело дрожало, покрытое мелкими волосками, где определенные пучки скопились в районе груди и подмышек. Кисти рук, обмотанные в несколько слоев запятнанных бинтов, сжимали пододеяльник твердой хваткой, пока н переводил дыхание. Ему приснился еще один из тех снов. Красочный, яркий, цветастый и желанный. Столь прекрасный, что это какой то абсурд, что мозг подростка позволил растущему мужчине увидеть именно такое сновидение. Все таки, почему до последнего спящему человеку было разрешено видеть нечто счастливое? Хотя вторая половина сна и её концовка начинала беспокоить  настраивающего работу легких тинейджера. Несуществующая нигде кроме мозга картинка стремительно уходила в пустоту, и даже фотогеничная память не улучшала ситуация, создавая отчетливые пробелы в повествование. Что-то... Про болезнь. Незнакомку с черными волосами. Нарушение баланса. Катастрофу. Ненависть. Такие слова приходили ему первыми , когда дело касалось до попыток вспомнить. Вскоре, он сдался и банально провел ничего не чувствующими из-за покрытия пальцами по вспотевшему лицу. ""Сколько я проспал?" - задался вопросом в голове проснувшийся, поелозив в кровати и посмотрев на горящие во тьме, старые часы, бывшие не более чем дополнением к потертому стационарному телефону. Три часа ночи. Забинтованный человек умудрился лечь в одиннадцать часов вечера, а значит он провел без сознания аж целых четыре часа. Непозволительная трата драгоценного времени легла на плечи лежащего на матрасе, давя на того тяжелой виной. Он же намеренно установил их на два часа ночи, чтобы мог быстрее вернуться к работе! Три ему должно хватить с головой, чтобы в полную набраться сил для следующих двадцати одного часа обучения языка програмирования. В любом случае, даже если он проспал, это не значит что от этого можно устраивать панихиду. Убрав волосы с лица, молодой мужчина поспешил встать с кровати, чтобы не дать ей завлечь себя 'коротким' отдыхом. Голые стопы упали на холодный пол маленького помещения, тут же ощутив на себе хруст уже давным давно использованных фантиков, салфеток, и скомканных бумаг, в союзе с пылью. Мусора не было слишком много, сквозь кромешную темноту он мог видеть отчетливые дорожки к столу, двери, кровати и идущими почти до самого потолка коробок. Однако его присутствие все равно напоминало ему о собственной беспечности. Еще немного, и скоро эти кучи начнут вонять, так что через часов этак шесть непрерывной работы, ему стоит собрать хлам, чтобы отдать смотрителю на вынос. Сейчас же, будет куда лучше первым делом прослушать оставленное на телефоне сообщение, иначе эта красная лампочка никогда не перестанет мигать. Через шорох босых ног, шебуршания безделушек и собственное дыхание, живущий в доме коснулся указательным пальцем нужной кнопки, приложив слишком много усилий , от чего он отодвинулся на несколько сантиметров, прежде чем включить запись.

"Кхм. Санни, это твой папа. Ты слышишь меня? Шерил сейчас не может подойти к телефону, работы выше крыши. Поэтому, в этот раз все обговорю я. Завтра к тебе должен снова придти Кел, в качестве сиделки. Он будет приглядывать за тобой следующую неделю, пока мы с твоей мамой в отъезде по работе. На всякий случай, деньги будут лежать на столе. Несколько сотен должно хватить для продуктов. Слушайся его, не перечь и бла бла бла. Ты знаешь как все устроено. Ладно, я думаю уже пойду. Хотя... Забудь. Это не так важно. Так или иначе, до следующего раза. " 

Ах да. Точно. Мальчика звали Санни. Санни Судзуки. Вскоре, ему должно будет исполнится шестнадцать лет. Всего через какие то две недели. Для кого то это будет большая, знаменательная и серьезная дата, но вот для него, не более чем цифра посередине календаря. Уже который год, он живет здесь, в комнате, одновременно служащая как кладовая. Когда именно сие пространство стало его местом жительства, сказать трудно. Казалось что он рос здесь с самого своего рождения, не видя ничего, кроме иногда приоткрывающейся двери. Причины для такого решения ему были в точной мере не известны, но маленькие додумки имелись в этой косматой голове. Все таки, здесь было только одно спальное место, принадлежавшие его родителям. 
Если бы вы спросили у юноши: "Как ты можешь описать себя как человека" - то не получили бы ни одного точного ответа. Не важно, языком жестов или же повседневной речью. Ему было куда предпочтительнее держать язык за зубами, проводя день за днем вне человеческих взаимодействий. Не говорить ни слова, поддерживая обет молчания и сохраняя единство самим с собой. Его нога давно уже не ступала за пределы резиденции азиатской семьи,  что уж говорить о двери, из под которой иногда вытекал то солнечный, то лунный свет. Когда то, его бы описали другие люди. Верные друзья, с которыми подросток разделил не одну ночевку, безмолвный пикник или же просмотр утреннего тв шоу, пока остальные еще не до конца проснулись чтобы обсуждать всякую ерунду. Но те времена давно прошли. Большая часть воспоминаний исчезла без следа, а недавние, полны одним и тем же видом. Серым экраном отцовского компьютера, где в выбранном окне печатались одни и те же строчки командного кода. Минута за минутой, час за часом, день за днем, устраивая мелкие перерывы, чтобы отойти на перекус, исключительно малое количество еды, для сохранения запаса сил, ибо полный желудок делает тебя сонным, или же опустошить желудок в туалете. Такова его рутина. Постоянная, нескончаемая работа по саморазвитию, чаще всего в таких естественных вещах, как предметы в школе и программирование. Питон, Паскаль, C++ и даже РПГ Мейкер. Все эти возможные способы для создания различных программ были ему подвластны, что не удивительно. Всякий кто проведет дни напролет за компьютером, получая по результату не только знания но и пролежни, освоит их за два счета. Сидеть все еще было больно, однако такую цену ради изучения чего то нового, он был готов заплатить не один раз. В конце концов, даже не видя мира бог знает сколько зим, юноша не считал себя глупым ребенком. Может недалеким, тупым, безответственным, несамостоятельным, эгоистичным, самовлюбленным, высокомерным, мерзким, дегенеративным и отвратительным, но уж точно не глупым. Когда нибудь, парнишке придется съехать из своего уютного, четырехстенного гнездышка. Покинуть дом своих кормильцев, оставить людей коими он дорожил, дабы начать жить одному. Там конечно же, у него будет поставлена задача показать себя как нормального ребенка семьи. Тем, о ком будут рассказывать на семейных встречах, хвастаясь его заслугами, пока сам же молодой человек отсутствует в такого рода мероприятиях, не спя сутками ради очередного достижения. Такая жизнь, его полностью устраивает. Потому ему было печально, но нужно признать, что он еще не готов. Руки не достаточно хорошо печатали с достигаемой в максимальной сосредоточенности скоростью. Иногда, когда Санни не спал на протяжении двух дней к ряду, команды выходили неровными и спутанными, тихо посмеиваясь над ним за совершенную ошибку. У него нету права на такие ошибки. Ибо как он может себе позволять так сильно лажать, если он заслужил проживание в таком месте? Его можно сравнить с диким, бродяжным псом. Ему предоставили еду, воду, заботу и ласку. А что дал взамен хозяином? Укушенная кисть, клей его и кормили. Других причин он не мог придумать, почему же оказался в кромешной тьме.

Так или иначе, это уже не важно. Его разум вновь работает, руки успели наполнится нужным количеством крови, а значит, пора приступать к работе.Подняв с кресла на колесиках перед рабочим столом одежду, юнец поспешил её одеть. Не то чтобы она была ему особо нужна, ведь никто на него все равно не посмотрит в течение суток. И при всем при этом, будучи одетым, он ощущал себя более комфортно и защищенно. А такой выбор одеяний, уж точно подойдет для проведения всего времени в закрытой, душной клетке. Полосатые шорты, серого тона в черную полоску с явными пятнами от всех тех выпитых напитков, черная майка и такие же темные носки до колен. Странный выбор, безусловно, но при всем при этом, по критериям удобства подходит. Этот комплект достаточно новый, спасибо его громкоголосому другу, так что запах свежей отстиранной одежды отлично бил в нос, немного выделяясь на фоне кучек мусора. Вот, придя в себя и почти подготовившись к следующему унылому дню, сын Судзуки старшего уже было готовился сесть за стул и приступить к выполнению своей первостепенной обязанности...

Как тут же у него мочевого пузыря появились абсолютно противоположные планы. Внезапно, подростка охватило давление в районе пояса. За последние несколько часов глубокого сна, организм кодера работал в два раза сильнее, не сосредотачивая энергию на правильном нажатие кнопок. По итогу, переработав все съеденное, мы остались с тем, что у нас вышло. Отходами, просящимися наружу. По правде говоря, он знал какое решение он мог принять. Очень легкое и быстрое. А с тем же, одновременно мерзкое и ненормальное. Парень и так живет как последний затворник, не хватало ему еще начать заполнять многолитровые бутылки желтым кипятком. К тому же, когда дело дойдет до другого рода субстанции, понадобится уже слабительное, чтобы оно вышло жидким... Ладно, рассуждения об этом в голове технаря заходили уже слишком далеко, и если он продолжит в том же духе, ему определенно никогда не востановится в своих же глазах. Ну и тем более, зачем все эти разговоры с самим собой, если уже заранее ясно, что есть только один путь с такой то проблемой. 

Ему предстоит выйти за дверь. Одну из двух преград между ним, и великолепным, живым, полным возможностей миром. Тем, чего он никогда не заслуживал и не сможет заслужить. Он - зараженная смертельной болезнью криса, коя спокойно бы протиснулась через прутья своего заключения, если бы особенно сильно этого хотела. И сейчас, у этой самой крысы, жалкого грызуна , есть выбор. Давать выбор слушающемуся инстинктов животному является глупым решением, но уже свершенным. Ноги остановили антисоциальную личность прямо перед куском дерева. Лунный свет, полностью покрывший дом, бился сквозь маленькую прореху под дверью, облизывая кончики носок юноши. Организм подростка умолял остановить поезд мыслей и просто выйти за дверь, но вот разум отдавал верный приказ. Повернуться и отправиться к компьютеру. Встать обратно на свое место, где ему и положено провести оставшиеся два с чем то года до съезда. К сожалению мальца, как всегда и случается, желания пересилили мозг, используя руку Санни, положив её на уже запылившийся кусок железа, покрутив его на сорок пять градусов.

Он вышел. Впервые за несколько дней, он находится вне своей комнаты. И только пару шагов наружу, хватает чтобы пустить по спине испуганного от подобных испытаний тинейджера целую волну вышедшиъ мурашек. Вокруг было светло. Даже очень, по его меркам. Что довольно таки удивительно, если учесть условия, в коих парень проживал последние несчастные годы. Постоянная тьма, работа у мигающего компьютера и отсутствие солнечного света сотворили неприятное чудо с глазам кодировщика, сделав их особенно привыкшими к затемненной среде обитани, от чего малец и воспринимал сейчашний лунный свет, практически как от его более старшего брата, в честь кого подросток получил себе имя. Повернув голову на сорок пять градусов левее, увидев как шатаются два длинных локона по обе стороны лица, растущий житель дома сумел рассмотреть окружение коттеджа получше. Вазы с комнатными растениями стоят на полу или же на полках, вмонтированные в обклеенные обоями стены. Если бы зрение пацана достаточно хорошо работало на дальние дистанции, а к сожалению изза постоянного нарушения правил использования техники это не так, то он наверное развидел лица на тех немногих рамках с фотографиями. Их было маловато, хоть и казалось что должно быть гораздо больше. Наверное так к лучшему. Выход в гостиную его особенно не интересовал. Это наверное, одно из самых редких мест, посещаемое хиккой в момент нужды. Близость к двум единственным выходом в доме тому причиной. Сейчас же, мужчина интересовала она. Большая, возвышающаяся до второго этажа здания лестница с винтовыми бортиками, чье присутствие могло быть описано только одним словом. Устрашающе. По сути, оно не представляло из себя не более чем структуру из полированной древесины, пары десятков литра лака и дней усердной работы по разгрузке с установкой. Однако исключительно для этого затворника, это место было особенно ужасным. Аура гнетущих страданий, чуть ли не билась как из подземного источника, сквозь крохотные трещинки ступенек. Подъем за подъемом, строение уходило ввысь на метры, что для боявшегося любых возвышенностей, в том числе и не стоя на них, моментально  приводило к учащенному дыханию с сердцебиением. И если сам внешний вид этой уже повидавшей истории, трагедии и инциденты идеи человеческого ума приводил недо мужчину в состояние искреннего террора, то вот штука, решившая пронзить его взглядом, пока он стоял у самого подножия, окончательно закрепляла заслуженного звания. Что-то отвратительное покоилась на её вершине, сидя там, глядя на него издалека дрожащими, чуть чуть прикрытыми глазами. Юнец видел форму этого существа. Полностью, от кончиков пальцев и до самой макушки, покрытое черной, вязкой, капающей на паркет слизью. Ростом не более чем младшеклассник, имеющий нестандартно выраженные части тела. Простое туловище, маленькая голова, тоненькие ножки, ничем не примечательная левая рука... И в уродливой манере искривленная правая, падающая под весом мышц локтем и запястьем на пол, пульсируя от переполняющей крови. Налитые вены непонятного существа гудели и извивались под кожей чернильного монстра, напитывая конечность разрушительной, неумолимой силой, пока одна отдельно выдаеляющаяся часть, смотрела на него тысячеярдным взором. У руки был глаз, и этот орган  так сильно впивался в тело застывшего на месте мальчика, что он мог практически чувствовать, как на лбу постепенно прожигается дыра от этой твари. С него было достаточно. Санни был примерно на девяносто девять и девять процентов уверен что еще немного, и его шорты угрожают получить на себе одно большое, мокрое пятною. А ему это ой как не нужно. Лучше будет, если он спокойно воспользуется бутылкой.

Именно с таким родом мыслей, юноша медленно, без резких движений вернулся к своей двери, вошел внутрь, и закрыл защелку, надеясь что пришедшее из неоткуда создание не решится последовать по его душу. Как только щеколда перешла через просвет между косяком и куском древесины, служащей в качестве опоры для спины, сын Судзуки в ужасе начал смотреть по сторонам в поисках пластмассовой тары, для того чтобы справить нужду и уже размеренно вернуться к заслуженной по делом работе. К сожалению, осмотрев каждый угол, заглянув под устрашающий низ железной кровати, оглядев все до единого пункты возможного забрасывания куска видоизмененной нефти, и решившись проверить несколько благоухающих, даже по его меркам, мешков, он смог найти ровным счетом ничего. Возможно, они лежат где нибудь на дне, ожидая что мужчина полезет руками прямиком в смердящую гущу из отходов его жизни в импровизированной клетке, но подросток не торопился пускать конечность по самый локоть. В особенности, когда на поверхности до сих пор воняют уже высохшие салфетки. Их ему не хотелось трогать из представления принципа, поэтому, после нескольких попыток хотя бы докоснуться к содержанию целлофана, приведет только к рвотному рефлексу, ребенок союза мужчины и женщины кормильцев бросил эту затею, повернувшись обратно к гнетуще нависающей двери. Оттуда не исходило никаких звуков. Тварь, будь то реальная или же результат его больного гипервоображения, не сдвинулась с места. Оно не последовало вслед за потенциальной жертвой, что насторожило боязненного отшельника. Колени уже касались друг друга, дрожа и постукивая друг об дружку, как мандибулы готовящегося к нападению насекомого. Пузырь, важный орган молодого человека, практически сдавал свои железобетонные позиции, угрожая сорвать в любой момент эту мясную плотину и выпустив на свободу смущающе отвратительный потоп. Если это произойдет, его уже будет ничем не отличить от жалкого животного, за защитными прутьями. Грязный зверь, которому только будет не хватать бросания фекалий как завершающей детали к истинному образу мальца. Только мысль о таком развитии событий доводила до всепоглощающей меланхолии. Что бы он не натворил, но пребывание здесь безусловно заслужил. Однако, это не значит что ему позволено просто сидеть и позволять себе же опускаться до настолько мерзких вещей. Нет. Если уж начинать с чего то свои изменения, то тогда с этого. Решительной схватки на дверной ручке, поворота и агрессивного шага вперед. Таково будет начало настоящего развития, а не постоянной прокрастинации.

Впрочем, неважно, какие там уже успели подготовиться планы или же приободряющие речи. Они потеряли свои смыслы, бьющиеся мотивацией, надеждой и успехом как раз в тот момент, когда палец стопы юнца коснулся дощечки внизу. Отчетливо посветлевшей, ведь бьющийся из окна на втором этаже багровый свет, убрал последние шансы на присутствие тьмы в помещение. Голубые тона, ранее выступающие как побочные, стали ключевыми, напрягая и без того непонимающего юнца. Он еще не успел посмотреть налево, тем самым способный заметить появившиеся из воздуха изменения, а вместо этого сразу повернулся через правое плечо обратно к двери, в порыве трусости вернувшись к натуральному инстинкту самосохранения. Каким бы сильным на было любопытство кто подобного в поведении подростка, такие нововведения разжигали в нем только ничем не подвластный страх, мигом стеревший любые намеки на ранее имеющуюся веру в лучшее. К сожалению, стена позади него, а теперь впереди, пребывала полностью пустой. Не закрытой двери, ни линии её возможного присутствия или же отдельного силуэта. Это была обычная стена, с парой вертикально нарисованных на обоях линиях. Только вот узор, имел маленькую деталь, появившуюся и замеченную только сейчас. Раньше, между каждой из идущих до самого второго этажа полоски обоев, вместе с ними шли длинные виноградные лианы. Аккуратные, извилистые и в какой то степени утонченные. Их узор был постоянен, неменяющимся и одинаковым. Таким же идеальным, как и ваша сестра. Ей очень нравился виноград, так что такие настенные начертания тоже не оставались обделенными постоянным одобрением сестренки. Сейчас, эти темные столбы обвивались толстыми веревками из ландышей. Струящихся как мокрые волосы по вымоченной в реке конечности, уходя то в одну сторону, то в другую. Колокольчики свисали в обоих направлениях, образуя на каждом торчащем цветке косую дугу, с свисающими белыми колпачками. С ними же творилось нечто совсем непонятное. Они красивые. Нет, не просто красивые. Великолепные. До совершенства проработаны и детальны, от чего выделяются среди однотонных покрытий здания. Все же, внутри всех бутонов, скрывалась затейливая деталь. Черная точка, полностью рушащая картину, как капля дегтя в бочке натурального, созданного трудом миллионов пчелок меда. Её присутствие нервировало вас. Это беспокойство было до ужаса знакомым, как недавно переоткрытый для себя же страх темноты. От него он уже давным давно избавился, хоть и не помнит когда. Однако эти крошечные недочеты, чьё число умножалось на предыдущий результата секунда за секундой, возвращали Сани к состоянию первородного трепета. Понятия не имея что происходит и почему ему кажется, что эти пятнышки не сводят глаз с тела единственного жителя проклятого дрма, мужчина кое как сумел оторвать от них глаза, повернувшись направо и узрев то, что возможно бы вызвало крик переполненный неподдельным ужасом, если бы не прожитые с апатией годы. 

Комната с лестницей претерпела разительные метаморфозы за те несколько секунд, проведенные в полюбившимся убежище. Не осталось ни единого сантиметра жилого пространства, не затронутого внезапной трансформацией. В стенах зияли глубокие, рукотворные дыры, примерно размером с массивное пушечное ядро. Разрушенные поверхности окружены торчащими в разные стороны щепками, некоторые из коих покрыт через чур четкой кровью. Она капала с брусков, сломанных досок и заноз, не прекращавшая издавать надоедливый звук падающей в лужу капли. Тот звук, коий можно было четко расслышать, несмотря на непрекращающийся однотонный гул. Шум настолько басистый, утробный и гремучий, что даже с своей тихой силой, разносил по дому угрожающе разрушительные волны. Каждая волна, следовала от одной невидимой ввиду высоты точки в зале, походя на подобие бьющегося об скалы морского прилива в грозу. Линий от вокального удара сбивала со стен дорогие сердцу фотографии, со столов любимые матерь вазы, а сам же дом шатался как во время разрушительного шторма. И издавал их никто иной как он. Та фигура, чей силуэт он ни коем образом не мог разглядеть благодаря прибавляющийся длине лестницы. Глядя снизу вверх, Санни мог поклясться что она почти бесконечно идет до небес, искривляясь, уходя в заносы, резкие повороты, мертвые петли и внутрь одной из стенок, чтобы выйти уже из другой, без конца сопровождаемая беспокоящими цветами и зияющими отверстиями. Решение принялось автоматически, благодаря еще кое как работающей голове азиата, отдав указание нижним конечностям бежать со всех ног. Тело бегущего повернулась к выходу отсюда, намереваясь сделать так, как поступил бы любой адекватный человек на его месте. Выбежать из дому, найти помощь в виде последнего оставшегося, со времен пребывания в отречении от социальных взаимодействий, друга, отыскать парочку канистр с бензином и спалить это место до тлящих огней. Недавно парнишка сумел услышать мимолетом во время первого за месяцы приезда домой что они оформили страховку на случай разрушения родного гнездышка, так что сейчас, его ни коим образом не волнуют такие последствия, как разрушение одного из важнейших мест в его жизни. Что бы не произошло с этим местом, ныне оно изувечено до настолько фатального состояния, что единственным способом что-то сделать, будет стирание с лица земли. Ежели перед глазами он видит не более чем хитро созданную изголодавшимся по сну мозгом галлюцинацию, то по возвраще нию домой ничего из этого уже не будет, и он сможет спокойоно вернуться к работе, впоследствии получит что заслужил, за такой фатальный проступок, как использование спящего посреди ночи знакомого. Так думал сам обладатель мозга с мыслями, пока от дверного косяка его отделяло всего каких то несколько шагов.

В тот момент, время будто замедлилось до скорости застывшей улитки в цементе. На самом деле все шло как и всегда, волосы развевались от тряски, конечности активно двигались к косяку двери и уже почти пересекли порог. Но возникший из воздуха рот мигом был обработан еще работающими, но близорукими глазами доходяги, быстро понявший в какую же дыру он только что попал. Губы с щеками - выпуклые части стен, на чьих поверхностях появились грубые трещины в соответствующей форме. Зубы - острые, неровные, зазубренные осколки от только что порванной древесины. Внутренняя часть щек, глотки и пасти - бескрайняя бездна, чья непроглядная темнота мигом пробуждала давно позабытые, младенческие воспоминания. Язык - девушка в коматозном состоянии, зависшая во время крика над пропастью. Находясь прямо перед такой уродливой карикатурой на нормальное строение, Санни не успел сообразить, как с сумасшедшей силой был отброшен прямиком на изгибы ступенек, почувствовал за мгновение до столкновения хлынувшую от ударного рёва кровь из ушей. 

Соприкосновение с сходнями разожгла огонь в ребрах, шее и позвоночнике несчастного пострадавшего, пока тот, в агонии, непонимании и страхе, жалко пытался обработать нахлынувшую информацию. Рот застыл широко раскрытым, не издавая ни крика и плача, лишь выпуская сдавленные хрипы, несколько капель бордовой жидкости и кашля, те немногие возможные последствия от падения. В ушах стоял проникновенный белый шум, затмевающий собой любые звуки. Поступивший в вены адреналин на время облегчил накатившую боль как в голове так и спине мальчонки, но в скором времени, тело раненого творца обдало сводящей с ума волной боли, пустив электрическую судрогу по всему повоночнику с нервной системой. Увидев как зрение начало активно мутнеть, дрожать от учащенного сердцебиения а края взора затемняться, Санни поспешил прикусить кусок забинтованной кожи между большим и указательным пальцем, не желая чтобы его крик разносился по всему коридору. Он дергался на провалившейся лестницей, мычал через зубы, коря за все таки ускользающие всхлипы, постепенно приходя в себя. Боль, растекшаяся по сломанным костям и разорвавшимся перепонкам, почему то казалось его очень знакомой. Не лично, а на чужом опыте. Кое как сумев двинуться с места, парень попытался встать на ноги, терпя неудачу за неудачей. Бедра слишком сильно ныли, и если напрячься через проходящую дымку шока, можно было прочувствовать растекающуюся под кожей кровь в этой зоне, намекающей на обширные, растущие гематомы. И все же, несмотря на раны и те увечия, что легко могли отправить другого человека в глубокую кому, ему, каким то чудом удалось поднять с лежачего положения, конкретно потеряв нить логики и здравого смысла в происходящем. Прямо перед ним, гавкающее звероподобное чудовище, сделанное из того, что еще секунду назад существовало как проем. Оно рычало, терлось об края своей рамы, представляя не больше чем абсурдно великую пасть, не желая ничего кроме пожирания истекающего кровью подростка. К удивлению жертвы странного случая, то, что походило на женщину в коматозе исчезло из центра монстра, заменившись на пустоту. Открывшаяся отшельнику бездна поднимала густой комок желудочной кислоты к преисполненному кровью рту, почему Санни и решил отвернуться от рвущейся вперед деревянной челюсти. Ноги снова остановили его перед лестницей. Вздрагивая на каждом прибавляющимся градусе от точки стандартного положения и задранного вверх подбородка, он посмотрел к своему единственному выходу. На тот свет. Та штука, гуманоидная тварь, бросающаяся в глаза своим видом как крайне угрожающая личность, никуда не исчезла. Казалось, что она ни на миллиметр сдвинулась с мертвой точки, после всего что произошло за короткий промежуток. Сейчас, ему был доступен только этот путь. Долгий, мучительный, ужасно напряженный, ибо лишившись способности слышать, это не лишало парня той боли, коей подвергался сосуд души, при каждой волне монотонного гула. С каждым шагом по ступеньке, это шествия колебаний становилось только сильнее и проникновеннее.

Сын Судзуки начал восхождение вперед. Под землетрясения сверху вниз, он делал шаг на шагу тому, что скорее всего приведет к его гибели. Иногда, ступени проламывались под ногами жертвы обстоятельств, с следовавшими за ними одной из стоп. В те моменты, икры ходящего покрывались ранками и пока что неглубокими порезами от засечек по все  выраженым дощечкам. Мужчина все равно продолжал идти. Стены разверзлись буквально за считанные мили секунды, превращаясь в уменьшенные копии рта далеко позади, оскаливаясь и крича с такой амплитудой, что юноша еле еле держался за перила, ощущая как кожа отрывается в оголеннных местах, улетая в разных направлениях. Ему не было до этого дела. Скоро все закончится, и он сможет наконец то получит по заслугам. Долгими годами томясь в заточении той кладовки, парень только и делал что просиживал задницу, живя как король, забывая о том, кем является на самом деле. Постоянно используя Кела для выполнения всех поставленных именно на его шею задач, заставляя готовить ему, убираться, стирать, гладить и развлекать долгими разговорами, служащими в качестве хорошего фона для продолжительной сессии кодинга. Он дикое животное, кинутое в клетку за мерзкий, забытый еще в прошлой жизни поступок, и теперь же ведущий себя как пуп мира. Эгоист, самовлюбленный ублюдок, дегенерат и предатель. Те немногие слова, коим по факту стоило носить звание 'имени'. Через какое то время, будь то пару минут или миллиарды лет, Санни все таки добрался до верхушки. Он преступил стопой как более менее целое существо, а теперь же, от него не осталось почти целого кусочка. Одежда разорвана в клочья, одна из рук оторвалась вместе с костью, куски мяса, перемазанного в непонятной субстанции, похожей на перегнивших трупных червей плескается в открытых рваных ранах. Судя по тому жгучему ощущению в задней части головы, его череп раскололся на затылке, пока кусочки гнилого мозга падали на последние ступени. При всей той адской боли, при всем том невероятно отвратительном внешнем виде и грядущей смерти, юнец не испытывал и капли страха. Только спокойствие, понимание и принятие. Это к лучшему. Так будет лучше для неё. 

Перед уродливой копией живого человека, стояло оно. По виду - мальчик двенадцати лет, состоящий из непонятной черной массы, с непропорционально свисающей рукой до пола. Казалось, что появление жертвы его не смутило, а наоборот, только взбудоражило загадочное творение чьей то отбитой фантазии, ведь пульсации, громыхающие по всему хаотичному дому усилились троекратно, почти что отбрасывая программиста на метры вперед. Так бы и произошло, но по неизвестной ни созданию ни кровотекущему, стоящему на ногах куску мяса причины поддержания прямого положения в пространстве были не известны. Еще через какую то дюжину сердцебиений и тяжелого зрительного контакта, комната погрязла в тишину. Слух вернулся к Санни, как отчаявшийся найти спасение атеист в пустую церквушку на окраине, подарим ему несколько блаженных секунд желанного умиротворения. Пока в воздухе, не раздался треск мышц, костей и сухожилий, исходящий от некоего, передвигающегося в теле чужака, сгустка. Хлюпания с гротескными звуками сопровождали медленную смерть подростка, пока тот старался сохранить сознание и наблюдать за постепенной трансформацией урода. Кисть быстро сдулась, превратившись в обычную руку ребенка его лет, в то время как комок чего то неизвестного наблюдателю, занял место в центре груди пугающего пацана. Прошло мгновение, и вертикальные веки открылись перед ним, обнажая застывший посередине зрачок, глядящий исключительно в глаза жертвы долгого подьема. Захватив месиво в область зрения, глаз тут же закрылся, походя на рьяно запертую перед носом умоляющего дверцу. Что-то не собирался оканчивать представление только на таком фокусе, ухватившись стекающими пальцами за края ока, поставив печать на смертном приговоре замкнутого оборванца. Раскрыв их в обе стороны, от чего обсидианового цвета кожа натянулась в пальцах крохи, отперев замок от того, что чуть не отправило азиата в полел вниз по лестнице. Белая как мертвец фигура женщины с развевающимися без чувства гравитации волосами ринулась к лицу социофоба, выкрикнув бессвязуню чепеху сильнее, чем все отверстия по пути сюда. Глазные впадины и рот заменились на натянутую фибру эпидермиса, что к счастью для умоляющего о кончине отшельника ни коим образом не уменьшало силу пробирающего до костей визга. Руки не смогли вынырнуть из мясного нутра коротышки, оставшись внутри не только хватки органов гоблина, но и в наглухо закупоренной пленке из чего то, напоминающего туго натянутую шаль. Нечто собиралось не просто убить изрядно вывернутого наизнанку подростка, а оставит его без малейшего опознавательного знака. Поступить с ним так, как он этого полностью заслужил. Санни не будет сопротивляться, ведь смысла в этом ровно ноль. Вместо этого, он сделает единственное подходящие му решение. ПОМОЖЕТ в правильном деле. 

"Что-то кричит на вас. Вы слышите это без ушей"

"Что собирается делать Санни?"

Вот, наподобие красочных снов, перед ним из ниоткуда появился худ, вместе с кнопками действий. Бежать бы у него никаким образом не получилось, даже если бы ему этого захотелось. Ноги и без того еле держали ходячего мертвеца на земле, что тут говорить о побеге. Поэтому, ответ был очевиден. Помощь, что же еще. Выбрав эту функцию своими обрубками вместо пальцев, ведь после пары укусов от попавшихся на пути чуовищ, ничего от кистей толком и не осталось, юнец раскрыл широко руки, выполняя действие и предоставляя рытый доступ к уязвимым местам. Загадочная тварь с радостью приняла такое предложение, покачиваясь из стороны в сторону, и издав протяжный хрип, снова закричала в грудь суциднику, пока от туши отрывались куски кожи с рвущимися шматами мяса. Казалось, еще чуть чуть и у него вывалятся кишки, сердце, прочие органы. Такая картина однозначно уже бы давно привела его к верной смерти. Но по какой то причине, этого не происходило. Атака за атакой делала ровным счетом ничего, разве что калечила то что с трудностью можно было назвать человеком, когда помощь не давала и грамма дополнительного счастья созданию из глубин детских кошмаров. Судя по всему, такова его судьба. Быть навечно запертым в нескончаемом цикле боли, страданий, одиночества и созерцания ужасающего образа, без конца и края кричащего на него. Это казалось заслуженным. Точно оправданным. Он получил то, чего так сильно желал. Справедливое наказание. Но тогда почему же росло это настойчивое желание убежать? Свалить на край света, спрятаться в закрытой комнате, лишь бы не слышать режущих серое вещество визгов, как последний эгоист, сдавшись в последний момент. Это только еще раз подтверждает что он эгоист и подонок. Нужно перетерпеть эти позывы, закупорить наводнившие желание только на пару секунд, и наконец...

"Санни..." - раздался голос с выше, звучащий как настоящая небесная манна, капая ему в уши и возвращая раненые уродования в прежний вид. "Ты не сможешь продолжать так вечно. Однажды, можешь просто сломаться. Вспомни. Настрой свое дыхание. Успокойся и пойми, что происходит на самом деле. Это не так страшно, как ты думаешь."

Слова, наверное стали единственным, что отвлекло и заинтересовало юнца в последние часы, оторвав от самоубийственных дум и твердого желания получить по заслугам. Детское любопытство, целиком охватившее восстанавливающий лик подростка, глубоко укоренилось в сознании, простая так глубоко в главном мыслительном штабе всего организма, что удалось дайти до позабытого песками времени воспоминания. То был её голос. Глас Мари. Сестры, чье существование настолько совершенно, что нарушало любые законы мироздания. Барышни столь красивой и идеальной, что у неё не было отбою, не зависимо от пола влюбившихся людей. Девушка, ставшая лучшей из живущих на земле сестер, чья доброта заходила за рамки адекватности, и большая часть которых, лилась на него. Один зажженных огонек превратился в пожар из загорающихся моментов, проведенных с нею. Присутствие рядом успокаивало младшего брата, отгоняя все имеющиеся страхи с предрассудками, освещая мир, который, он, по её словам, заслуживал с самого рождения. Сейчас, его желание не имеет значения. Какие бы выводы не сделал затворник, когда из неоткуда раздался практический указ от старшего родственника, юноша не мог оставаться в стороне и продолжать сидеть в блаженном самобичевание. Раз уж она так этого хочет и в абсурдности просит от него такого, то это уже его обязанность, исполнить волю важного человека. Почти восстановившись из того мусора, парень поступил согласно совету. Вдох на несколько секунд, целиком и полностью наполняющий легкие живительным воздухом, и следовавший за ним выдох, чудесно выполняющий свою работу как способ налаживания дыхания. 

"Санни УСПОКАИВАЕТСЯ"

Раскрыв очи, молодой мужчина наконец осознает, где именно находится. Не было никакой лестницы, на подъем по которой у него ушел целый год кровопролитных страданий. Не было никакого чудовища, заверявшего его в цикле насилия по отношению к нему, пока он как безжизненная кукла, позволял созданию наносить свои вокальные удары. И уж точно, с туловом ничего не произошло. Все те же шорты с майкой висели на изрядно исхудавших очертаниях в ночи, рассказывая о по сей день продолжающемся голоде. Глядя по сторонам в поисках возможной опасности, на что указывала обострившаяся после упавшего как снег на голову изменения картины пред глазами, пацан пожал плечами в замешательстве. Возможно, он был прав и ему впрямь довелось пережить жуть насколько продолжительные, реалистичные галлюцинации. Хотя тот был готов поклясться на могиле предков, что те пробивающие насквозь вопли все таки настоящие. Уж слишком сильную боль они причиняли юному дилетанту. Будь как будет, но произошедшее не отменяет сложившегося факта. Не того, что произошел минуту назад, а уже почти забытого, в потоке умопомрачительных деяний. Еще немного, и под пальцами появится лужа, кричащая о том чтобы её вытерли, а это было последнее в списке дел на сегодня. Мотивируя нежеланием устраивать смущающую уборку в комплекте другого белья, а юноша сомневался что у него еще остались чистые вещи, Санни ринулся как оплоумевший к двери ванной комнаты, не обращая внимание как на обьекты вокруг, так и мысли под толстым слоем кальцевого образования. Чуть ли не выбив дверь ногой, он проскользил по отмытой пару часов назад во время пребывания Кела плитки до унитаза, стягивая нижнюю часть одежды для расслабдения. По комнате раздался долгожданный выдох расслабления, с тут же появившемся звуком падающей в водяную толщь струи. Мозг мигом очистился от всяких переживаний, уплывая на волне временно прибывшего дофамина, с течением времени забывая на миллениумы о тех ужасах. Когда же желтая, но в ночи темно голубая, жидкость закончилась, мальчик издал протяжный вздох. В кои то веки, это подошло к концу. Больше нету раздражающего давления внизу пояса и никакого поднятия там внизу. Можно без лишних беспокойств вернуться к работе, забыть об этом чудном инциденте с видениями собственной, ужасающей пытки и вернуться к работе. Как хороший сын, коим ему необходимо быть. Проходя мимо раковины, ведь в мытье рук не было сильной влажности благодаря толстым бинтом, он не смотрел в бок на свое отражение в зеркале. Та фигура, усталая, постаревшая, с длинными сальными волосами, вечно ходящая как сгорбленное отродье, не может быть им. Тратить время на рассмотрение чего то настолько очевидного - пустое занятие.

По выходу из ванной комнаты, Санни остановился на месте как вкопанный. Быстрое наполнение организма веществами, секретированными из желез прошло так же быстро, как и его наклонности после услышанного голоса. Теперь же, голова без шансов на спасение наполнилось болезненными вопросами, ответы на которые не смог бы найти ни один известный искатель сокровищ. Что это было за маленькое чудище, чуть не превратившей его в бессмертную кучу фарша? Что оно сделало с домом, цитаделью одиночества и заслуженного наказания, спокойным местом, перевоплотив в некое заброшеное царство из работ Лафкрафта? Почему это возымело на него столь сильный эффект, навеяв какие то безумные, в разы сильнее чем обычно, мысли о собственной беспомощности? Только дойдя до третьей дилеммы, юнец почувствовал возрастающую мигрень, неприятное, жгущее давление между полушарий, спровоцировавшие выступившие морщины. ""Так не пойдет..." - подумал он, погладил лоб в надежде что это хотя бы чуть чуть снизить неприятную пульсацию. Как всегда бывает, мысли приносят ему только боль, дефективные мысли и побуждения за гранью адекватными. Мальчишка еще сотни дней назад понял, как лучше всего отвлечься от надвигающейся волны противоречивых дум, чтобы не дать им довести его до слишком патового состояния, сбив тем самым с пути нормальности. Для этого, нужно всего лишь то снять немного стресса. Пары минут хватит, чтоб полностью очистится. С такого рода мыслями, пацан оглянулся по сторонам.

Как и ожидалось, коттедж вернулся обратно к привычному виду. По правде говоря, крохотная частичка подростка ожидала что по возвращению в холл его встретит снова то уродливое подобие ребенка, окруженного еще сотней кричащих ртов, ожидая момента для убиения одураченного просточка. Но нет, она осталась не удел, когда услышала тяжелый вздох мужчины при виде комнаты. Лестница не приносила того настораживающего момента, как во время первого взгляда этой ночью. Теперь, после многих взбираний, выпавший на душу запертого животного в качестве испытания на храбрость, для него это простая лестница. Куча досок, скрепленных воедино, с стоящими по бокам перилами. Смена восприятия не на шутку удивила азиата, но тот не нашел в себе сил чтобы прыгать в бездонную кроличью яму из вопросов без ответов. Он бы падал в ней до скончания времен, а посему, повернул голову направо. В той стороне, стояли все те же тумбочки, столешницы, искусственные и живые цветы, с дополняющим фотографиями их семьи. К двум членам, носящую одну фамилию, относилась установленная дверь, бежевого оттенка. То была комната его с сестрой родителей. Милосердной, доброй, любящей матери, а также справедливого, серьезного и уважаемого отца. Вот уже как несколько лет, оба человека, приведшие его в этот мир благодаря совместным усилиям, редко входят в стены своего купленного при переезде в страну убежища от любых забот, предпочитая проводить большую часть времени на консультациях, командировках и деловых встречах. По правде, у него нету желания их осуждать за решение настолько деструктивное. Поэтому он прекрасно их понимает. Какому человеку, в здравом уме захотелось бы жить с ним под одной крышей? Когда же матушка с папенькой все таки переходят порог жилого участка, Санни научился определять по тяжести шага кто есть кто, в доме всегда наступает мрачная тишина. Будучи человеком, коему хватало определить эмоции в воздухе без надобности услышать чей то голос или увидеть лицо пришедшего, прочувствовать скользящую под дерево в его комнату ауру мрака и без надеги было пущим пустяком. Вина всегда была лучшим другом ребенка тех двоих людей, в такие моменты. Понимая что они не могли даже в лучшие моменты ходить по дому без постоянного упора всем весом в шаг, отправляла затворника работать с усиленной скоростью, ведь хоть сейчас ничего сделать нельзя, но в будщем, будет необходимо все исправить. По вечерам, сквозь наушники с пианинной музыкой, уши кодера улавливали громкие ссоры, проводимые как на кухне так и в комнате, вход которой прожигался расширенными зрачками. Оскорбления, ругательства, неприятные заявления составляли только треть всего диалога, пока остальное, что могло быть услышано, доходило как бесвязный бред. Оглядываясь назад, программист понимает что звучащие ноты становились визжащими и переигранными  не из-за плохой игры музыканта, а от собственных пальцев, что активно щелкали по мышке, пока повышали ползунок громкости. Однако, он чувствовал нутром, что произойдет диалог на повышенных тонах между людьми, поклявшимися любить и защищать друг друга до конца жизни, то его нутро бы не выворачивалось на изнанку во время происходящей конфронтации. 

Слева ничего не было, кроме той же мебели, растений и безделушек, разительно граничащими  блекло пустыми стенами.

Прервав накатившие мысли, Санни пошел вниз по лестнице. Почти что бегом, ведь несмотря на нынешнее отсутствие страха, ему нужно было торопиться к себе в каморку. Лишнее проведенное время наруже равнялось только большему количеству наказания, кое он навлекал на себя. Где то на середине спуска, послышались громкие удары. Исходили они от входной двери. Стук приходился по деревянной установке быстро, четко и без единой секунды остановки. Кто-то буквально ломился в дверь, не радуясь нахождению холодной ночью. Мальчику сразу стало чуть чуть страшно. Кто бы там не был, но они ждали ответа. Возможно им нужна маленькая помощь, или же напротив, ими управляло желание манипулировать им и забрать дорогое убранство этого дома. В том или ином случае, и не ставя в расчет отсутствие человеческого контакта в течение растянувшихся на мили лет, он не мог оставить их без должного ответа. Во первых - это было бы грубо. Их мог одолевать холод, голод,  болезни или же жестокое желание быть услышанными, и в этот момент, в его возможностях помочь ему. Во вторых - у него есть долг. Необходимость быть нормальным человеком, а это включало в себя и помощь каждому нуждающемуся. 

Замотивированный установившимися еще миллиарды лет тому  назад у человечества принципами, единственный житель участка прошел оставшиеся ступени с завидной скоростью, постаравшись не глядеть на музыкальную комнату. Конечно же, ему еще нужно будет заглянуть туда этой ночью, но только уже после того, что произойдет в ближайшие минуты. Коснувшись пола первого этажа и пройдя быстрым шагом через косяк, юноша попал в комнату, уже давно невидимую глазом хикки. Гостиная. Идеально сохранившаяся, видимая им в еще имеющихся, немногих воспоминаниях прошлого, но с парой заметных изменений. Тот диван - главная точка в доме для молчаливых объятий с старшей сестрой или же её койка во время ночевок всей группой, потускнел на пару тонов, благодарить за что нужно ничто иное как неумолимое течение времени. К приятному удивлению мальца, на подушках не было видно большого количества катышек или же пятен от газировки, обычно ожидаемые при существование сиделки в белой резиденции Судзуки. Конечно, благодаря практике и частой сосредоточенности латиноамериканец повысил аккуратность, получив в комплекте манеры. Но отсутствие следов от сладкой жижи немного смущало юношу, намекая что в отличии от него, кто-то да становится лучше. Пол блестел под опускающимися на него лучами спутника Земли, особенно живо отражая свет. В годы до пубертата, а именно те что еще остались доступны для забывающей огромные временные промежутки головы, паркет всегда имел несколько явно выраженных недостатков, но с коими все мирились. Одна или две соринки, пыль, забившаяся в углу комнаты, некоторые непротертые шкафы и тд. Но под тщательным присмотром подростка, прославившийся идущий по пятам разрухой и хаосом, предоставленная площадь чуть ли не раздражала глаза. По крайней мере, это означало что кел выполняет свои обязанности с удвоенной силой и очевидно преуспевает. Картина на камине, в отличии от всего остального, не претерпела никаких нововведений. Да и кто в здравом уме станет добавлять новые детали на произведение экстравагантного искусства, написанного рукой заказанного семьей художника, когда еиму было от силы год? На холсте, натянутом в позолоченной раме, сидела улыбающаяся семейка. Любящая мать, гордый отец и счастливая маленькая дочка. На этом семейном портрете, его лицо отсутствовало. И он не жаловался. Зачем это делать, если причины и так очевидны. Младенец, вечно липнущий к старшему ребенку, не умеющий усидеть на месте хотя бы пять минут и без конца надоедающий родичам раздражающим мычанием, переводимого на человеческий как: "Покормите меня", безусловно не заслужил находится на настоящем продукте человеческого трудолюбия и детальности. Если по какой то причине, ребенка тогда положили бы где нибудь рядом с первой дочкой, то он конечно запечатлелся уродливо. Перекошенный, с выпученными глазами, конечностями колбасками и двумя, смотрящими в разные стороны глазами. Спасибо большое маме с папой, что ему не было позволено пойти вместе с ними на создание портрета. 

Отвлекшись от ностальгического прихода, Санни не успел осознать, как уже оказался перед дверью. Перечисленные моменты, факты и детали не имели ныне такового значения. Человеку, а можеть быть  нескольким людям судя по частоте и силе ударов об дверь, по ту сторону нету никакого интереса до трагичнй истории такого неудачника, как он. Всё что их скорее всего волновало, это будет ли возможность получить необходимую помощь в кратчайшие сроки. Сам же парень, все таки подготовился к первой, личной встрече с живым представителем его вида. Там мог быть кто угодно, начиная от одного из друзей, хотя это крайне маловероятно, и заканчивая страдающим возможным. Независимо от степени стучащего, параноик не мог отказать громкому избиению парадного входа. Положив кисть на ручку и приложив крошечную долю своего веса, в воздухе послышался еле уловимый звук отодвигающегося механизма... Пока кто-то там не решился произнести слово. "Открой" - только это слово оказалось произнесено, но его было в полной мере достаточно, чтобы поставить домоседа перед трудным выбором. Уже не раз самозатворнику приходилось слышать намеренно грубый голос. Речь шедшего прямо под дверью уставшего отца, когда он напивался и шел прямиком к нему. То были немногими воспоминаниями, что вообще имелись в распоряжение, когда голова доходила до мыслей об именно этом родителе на короткий период времени перед очищением. В такие моменты, юноша бросая все свои дела, садясь лицом к закрывающей от угроз и последствий перегородки, выслушивал недовольства мужчины от первого до последнего. Оскорбления, крики, бормотания, высказывание и унижения шли сплошным транспортным потоком, останавливаясь только на глоток алкоголя или же когда трезвая матушка тащила потерявшего сознание кормильца обратно в постель. Еще ни разу Сани не пускал слезы от тех слов, ибо правду - нормальный человек принимает без оправданий и на месте. В словах отца присутствовала та холодная льдинка. Осколок самого глубокого, морозящего и пронизывающего отрицательный температурой айсберга, однажды вошедший, и теперь оставшийся на веки вечные в сердце сорока с чем то летнего бизнесмена. Тем не менее, у него выделялась определенная особенность в голосе. Помимо халатности, присутствовал гнев. Иногда грозный, иногда сдавленный, но имеющийся на месте во время таких выговоров.

У того, что стояло в метре от ребенка, защищенного разве что парой сантиметров дерева, не было той злости. Только холодная просьба, произнесенная без грамма напряжения, гнева, злобы или же любого другого негативного чувства. Нечто сказало то слово с такой пугающей энергетикой, что ему казалось, будто незнакомец или незнакомка знают его с первых секунд жизни. Видели предпринятые попытки шагать на ножках, слышали невнятную речь, наблюдали из тени за частыми посиделками с друзьями, или дорожающей сестрой. Оно видело каждое действие от рождения и до сейчашней секунды. Как именно - напуганный тинейджер не мог ответить. Он просто знал, и тем самым ломался перед двумя равноценно ужасными решениями. С одной стороны - пагубное открытие двери. Несмотря на отсутствие непосредственного яда в голосе существа по ту сторону, а Санни уже не был уверен, чем является обладатель столь вселяющего ужас гласа, пареньку было отчетливы ясны примерные последствия повернутой ручки. Что бы там не стояло, оно не было радо самому существованию хиккикомори, и уж точно не собиралась стоять в стороне, ожидая пока он самостоятельно, только через еще несколько лет выйдет на улицы, дабы встретиться лицом к лицу с стариком последствия. Умный человек выберет именно что этот вариант, ведь данное решение предоставит ему безоговорочную безопасность от разгневанного незнакомца, или второй за сегодня галлюцинации. Но стоит ли напоминать о немного нестандартном мировосприятии программиста, и то к чему чаще всего это приводит? Сомневаюсь. Потому, лишь пару секунд пораскинув мозгами, забинтованный человек , через страх, внутренние переживания и недовольства подсознательных инстинктов, парень приоткрыл маленькую щелку, заглядывая наружу. В настоящую жизнь. Страх окутал тело с пят до головы, но это было просто то, что необходимо сделать. Ради собственного развития, соблюдения принципов безвозмездной помощи. Да и к тому же, если он хотел однажды все таки принять вес своего позабытого действия, нет ничего лучшего, чем сделать это сейчас, когда на то дается возможность.

Дверь закрылась в тот же самый момент, как только гнилые, перемазанные в выделениях и мертвой плоти руки коснулись пальцев мальчугана.
Издав для себя же громкий вскрик, любопытный страдалец потянул обратно на себя панель древесины, хлопнув ею не только на весь дом, но и наверное на всю улицу, подросток упал пятой точкой об пол. В глазах помутнело, одновременно отправив в полет еще секунду назад ровно установленную комнату. Дыхание участилось под неумолимой силой произошедшего события, разрезая воздух горячим паром из углекислого газа, пока на грани срыва, сердце слабо характерного школьника на удаленке стучало милями в секунду. Это снова произошло. Объект, личина или что угодно пребывавшее там, по идее не обязанное быть настоящим, дотронулось до частички него, вызвав своевременную, и уже не такую наполненную виной реакцию. Насилие над ним. Хруст костей в конечности по сию минут отдавался в голове травмированного кодера, перенаправляя избыточный террор к коже, для создания армий бегущих марафон мурашек. Та мерзкая гуща... Вязкая, липкая, струящуюся из каждой вскрытой кисты... Это было слишком для ночного желудка Санни. Настолько сильная нагрузка на его воображение, вкупе с фактом что он снова, уже в который раз достиг точки с физическими галюцинациями. Отростки действовали на автомате. Частые случаи плохого самочувствия посреди ночи и отсутствие ведра под рукой выработали своеобразный инстинкт, предотвративший загрязнение и без того разрушенной комнаты второго ребенка в семье. Носки собирали ту немногую грязь, собравшуюся после отсутствия негласного домохозяина почти что безжизненной резиденции, струясь по полу к второму этажу. На сей раз, юнец немедленно шел по лестнице, решительно ради выполнения истинной цели, а быстро, напугано, цепляясь как трус за готовый к извержению рот. Дистантивные фаланги оставили временный след на железе, прежде чем были стерты навечно благодаря ветру, когда подросток заходил внутрь. Упав на колени, его не заботила боль, охватившая кальцевые чашечки подобно легкому удару алюминеевой биты об фарфоровую тарелку, перевесив лицо через обод, держась ладонями за бока мраморного трона и сделав последний вдох носом, он позволил лавине выйти, падая болотно зеленой жижей об воду, ведущую в сифон. Кусочки еще не переваренной пищи всплывали к поверхности, или же клеились к керамике, намеренно дразня незакрытый волосами глаз. Упоминая их, стоит отметить что на протяжении всего акта дефекации ртом, толстая полоска гривы отказавшегося от социального взаимодействия человека, закрывала половину обзора, подвергаясь попаданию на себя смесью желудочного сока и еще относительно недавно лежащих на тарелках чимичанг. Только минута прошла с момента первого упавшего миллилитра, а напор подошел к концу. Горло, пасть, желудок и голова болели не то слово, приведя к пошатыванию, при подъеме на ноги. Проковыляв к раковине, сделав сие с трудом ведь во время очевидного головокружения после рвоты, вести себя как нормальный у него не получилось, он повернул кран с холодной водой на максимум, зачерпнув в ручной ковшик живительной водицы и прополоскав себе рот. Несколько раз сплюнул, несколько раз глотнул. Плюс пара минут на отмывание волос от гнилостного вещества, и тада. Все вроде бы готово. Можно конечно поднять голову, взглянуть в зеркало, рассмотреть внешний вид поближе, но....

Это и было сделано. Хоть ненамеренно однако сделано. Последствия от инстинктивной привычки проявились сиюсекундно, обдав Сани шоком, ведь увиденное точь в точь копировало тварь за пределами защищенного коттеджа. Оно оказалось внутри, но при всей возможности нанести смертельный удар, покончить с разъедающей глаза личиной антисоциального придурка, никакой атаки не предприннималось. Нечто стояла позади подобия на Санни. Вяло. Уныло. Пошатываясь сверху вниз от веса вздоха, сваливающегося на плечи существа. Хотя и существом это можно было назвать с натяжкой. Больше подходило нарицательное - образование. Общая форма напоминала человеческую,  но так сильно вздувшуюся, переполненную бледно желтым гноем, вытекающим через лопнутые абсцессы, гнойники и фурункулы, что со стороны оно казалось в разы шире и толще, чем есть на самом деле. Темно зеленая кожа, с очевидно почти уничтоженной временем одеждой, покрывало полые кости. Так он их назвал благодаря некоторым, выглядывающим из плоти, не имеющими костного мозга. Ткань успела выцвести, потерять большинство узоров, но эту одежку забыть нельзя. Клетчатая рубашка бежевых тонов и синие, порванные джинсы, заляпанные многочисленными пятнами от земли, и уже загадочной жидкости, идущий вниз по штанине. Лицо монстра скрывалось под горкой красных наростов, с желтыми точками по середине, при взгляде на которые было сразу понятно. Не стоит их трогать, иначе окажешься под душем из миллиардов болезнетворных бактерий, а возможно и ошметков гнили. Что действительно поразило испуганного мальца, так это не сходство по одеянию на отца, или же присутствие образа рядом с ним. Это был рост, походящий на четырнадцатилетнего подростка, и сальная прическа из тех же годов. Его прическа.
В страхе повернувшись и вернувшись к прежнему месту в пространстве, Санни с вздохом мог расслабиться, ибо фигура в кои то веки оставила тинейджера в покое. Видимо, у него появилась плюс причина перестать подглядывать в отвратительные зеркала. Мало того, что до этого они показывали уже приевшуюся галлюцинацию с стоящим на его месте другим человеком, так похоже что теперь, рядом будет находится и восставший из глубин преисподней мертвец. Что, он не жаловался. Ему и раньше не было как такового смысла туда глядеть, а теперь положительные причины исчезли насовсем. Но не исчезли вопросы. Сотни, нет, тысячи вопросов, устраивали массовое издевательство над ничего не знающим главным органом в организме, вставляя палки в колеса рабочей машины, перемычка контакты и ломая выдуманную электронику. Думать о том, над чем у тебя нету никакой точной власти - задача чуть ли не физически выматывающая. Почему образ показался именно за дверью, а затем появился позади него? Что тем самым хотел сказать его больной мозг? Была ли это исключительно его работа, или же на всю ситуацию шло стороннее воздействие? Тут, ручей не отвечаемых предложений оканчательно доканал не имеющего понятия юношу, от чего он, решившись на всё тот же способ избавления , пару раз хлопнул себя по щекам, отогнав толпу гундящих в голове мыслей. Сейчас, ничего из перечисленного не имеет значения. Только на перепады видений, лентяй потерял аж целых пол часа, непростительно потраченных в пустую. Главная цель - вернуться к компьютеру, включить и написать как можно больше строчек, прежде чем заряд энергии оканчательно иссяхнет. Побочная - пойти в музыкальную комнату. Ему запрещено, независимо от причин или желаний, отсутствовать на практике. 

Чтобы не пропускать ни одного пункта из двухступенчатого списка, будет куда лучше расправиться с заданием, требующие меньшее количество затраченного времени. С такой мыслью, утерев мокрый рот бинтами на кулаке, оказавшись вновь в главном холле, отшельник спустился вниз, настраивая техникой дыхания свои нервы. Примерно год тому назад, ему впервые удалось пройти туда. В закрытую не чем то физическим, а глубоко ментальным. Барьером иррационального страха. Непробиваемой преградой между ним, и еще одним комплектом четырех стен, но теперь, имеющий такое же значение, как и кладовая. Символ наказания. Пытка, заслуженная за неизвестный грех, но наносящая ему урон болезненных масштабов, нежели  намеренное отрещение от  восьми часового сна. Не такое как еще одно, но о нем и так скоро можно упомянуть. Стоя перед рамой, в коей по идее должна быть вставлена дверца, поодаль от него стоял чистый, светящийся благодаря луне, проникающей через витражное окно своим магическим светом. Наверное, это самое светлое помещение, во всем здании. Сила спутника земли по сути своей, стала для маленького социофоба подобием желтого светила, внося крохи чего то помимо непроглядной черноты. Глаза порезались об такую несравненную яркость, пустив по нервам приказ, запрашивающий очередной импульс для моргания, что и было исполнено. Пару раз хлопнув веками, переступив порог и сделав несколько шагов, Санни оказался перед орудием пыток, инструментом, очищающим от текущего в венах греха. Рояль, недавно отремонтированный и обновленный. Настоящие ценители искусства оценивали такое удивительное творение мастера по клавишным аппаратам в боснословное состояние. До того как отказавшийся контактировать с живыми людьми мальчик закрыл тред на Реддите, его личные сообщения ломились тысячью сообщений с просьбой выдать незнакомцам адресс местоположения, для узрения воочию сего воплощения усердной работы. Житель дома ценил кучу древесины, клавиш и натянутых струн не из-за ценовой, поставленной случайным обывателем категории. А за страдания, что оно вносило в мозг смерившегося с болью дилетанта. Проведя пальцами по крышке на ключах, он повернул внутреннюю сторону кисти к себе, заметив на ней только пару, еле заметных пылинок. В который раз, Кел принял просьбу близко к сердцу, уделив внимание палатам с мини библиотекой и музыкой больше, чем нужно. Хотя,  ему было бы глупо жаловаться на это. Кивнув головой на такой знак усердия мальчика постарше, сев на ягодицы, положив концы пальцев под панель, сдвинув их вверх, перед ним в конце концов открылись те детали, что начнут долгую, и траурную песнь боли. И тот, кто её сыграет, будет им. 
Осанка выпрямлена. Руки легли на механизм, отвечающий за удары молотками по натянутым железным прутам, не прикладывая и унции силы в иссохшем, за годы побега от реальности тела, готовые к мелодии. Проследив за воображаемым метрономом у себя в голове, мышцы приступили к работе, заставив вынужденного музыканта музыканта надавить вперед. Первые ноты - это результат телодвижений, выстреливший в уши молодого альтруиста, приведший к дальнейшей репетиции. Не прошло и мили секунд с начала игры, а в голове мальчика творился настоящий хаос. Страх, нервозность, трепет, волнение, запутанность с потерянностью - были лишь немного толикой того списка чувств, устровшие погром в головном мозге занимающегося правильным делом ученика домашнего обучения. Ему было трудно понять, почему он ощущает на собственной шкуре весь этот шквал, окунаясь в него день за днем, не щадя себя без остатка. Но это вряд ли можно было назвать чем то важным. Когда к тебе подъезжает очень популярная личность на дорогом лимузине и протягивает увесистый кейс с очевидным содержимым, ты берешь его молча, не задавая лишний вопросов. Как любой нормальный человек. При всех переживаемых эмоциях, лицо парня оставалось неподвижным. Весьма хорошо ему в этом помогла заработанная ночами опыта стойкость. Не смог сохранить выражение плоским, безэмоциональным, легким и несуществующим, тогда будь добр получить заслуженную расправу, но на сей раз физическую. Тоже касалось и всех попыток уйти с практики. Это непростительно, и карается троекратно. Триста шестьдесят с чем то дней, Санни заходит в комнату, садится на сидушку, ставит на кон уже давно мертвое здравомыслие и играет час. Ни больше ни меньше. Нормальный человек умеет расставлять свой график, следовать ему , не сбиваясь с намеченной цели. Получалось не очень удачно, ведь в некоторые дни, вес впивающихся в черепную коробку штырей из пробирающего до костей отчаяния становился невыносимым, приводя к очередным пяти минутам агрессивной блевоты. Но это нужно было сделать. Такое сокровище, метод недоступный больше нигде в мире, оставлять пылиться нельзя. Это уже настоящее кощунство. Посему, ночь за ночью, пока город спит, люди не смогут смотреть в его сторону из окон или же увидеть сбежавшее из заточения зверя, он сидел здесь , играя шестьдесят минут одну и ту же мелодию. Похоронный марш. По человеческим традициям, звучащая исключительно в моменты худшего ненастья. Смерти. Это может быть чей то сын, дочь, отец, мать, дедушка с бабушкой, или вовсе домашний питомец, усыпленный прошлым вечером. Но независимо от личины ушедшего из мира, мелодия разрежет воздух траурной атмосферой, выдавив радость и счастье из сердец присутствующих. Почему это музыкальное произведение? Здесь монета с двумя гранями. Расцарапанной до неузнавания решкой и замазанной краской орлом. Хоть сама игра на фортепиано приносит неописуемые, заслуженные страдания, этого всегда недостаточно. Какой смысл в игре на таком инструменте, если его боль становится терпимее и меньше по мере учащенных репетиций? Никакая. По этой причине, ставки повысились на несколько ступеней, добавив к обычным пыткам, моральное унижение, посредством воображения. Представленная картинка перемалывало сердце подвергаемого издевательством подростка, показывая в красках предположительное место погребения, тех немногих пришедших людей и то, что они делали с его могилой. Друзья отрекались от существование в будущем почившего подростка, перечисляя его трусость, высокомерность, тупизну, с прочими отрицательными чертами, перевешивающие чашу весов до пола. Родители, пара людей послужившие началом жизни ребенка скорее всего и вовсе не придут на похороны. Они не видели его долгие месяца, не понимая наклонности оставаться взаперти ото всех подальше, предпочитая сидеть в зале переговоров на высочайших местах в компании. Важное занятие - в отличии от появления на последнем шансе увидеть чадо. Или, будет правильнее сказать, ничтожества. Мари... Одно упоминание ангельской барышни на секунду осветляло думы пессимистичного пианиста, но мгновенно возвращало с небес на землю, намекая в контексте чего она рассматривается. Разочарование при виде разложившегося трупа, разве что немного засыпанного землей на опушке мертвого леса, определенно украсит её личико. И поделом ему.

Чуть светлее выглядела вторая сторона решения. Даже когда чувства протыкали насквозь тело юноши, присутствовала относительно надежная мысль. Когда нибудь, он все таки заслужит нежные объятия смерти. Не сегодня, ни завтра или же через год, но все таки заслужит. В тот день, подтверждения гордыни папеньки, заботы о друзьях и лицезрения в живую расцветшей улыбки сестры, парень сможет заслуженно отойти в другой мир. Рождением на свет, парень оскорбил саму природу, и искупить перед ней вину, способен только последний вздох. Люди будут радоваться, веселиться, пить, гулять и жить дальше, понимая факт его кончины. Сам же парнишка, не способен будет тогда осознать пребывание, в качестве червивого куска мяса. Только разлагаться, давая себе хоть какую то пользу для окружающей среды. Никаких мыслей, обязанностей, страхов и переживаний. Жизнь подойдет к логичному, счастливому концу. Будет ли кто-то по нему скучать, горевать или же устраивать целые процессии? Разумеется нет. Задумка таких масштабов слишком велика, чтобы быть реальностью. В голове кодера пронеслась деталь, коя возможно намекала бы на единственного человека, что остался бы преисполнен горечью послек кончины. Но что-то подсказывало ему, что не упоминаемая барышня, навряд ли показала хотя б малейшие эмоции по этому поводу. Некое, давящее ощущение протекало в венах, при упоминание их двух в одной сценке. Противопложности, ненамеренно вызывающую бурную реакцию под коркой у исполняющего марш Инь, моментам вспоминая свою Янь. 

Когда маленькая стрелка старых, дедушкиных часов перешла на следующий час, Санни, не закончив игру, прекратил всякие движения. Голова болела, тяжело, разрывалась от забившихся там чувств, на пару с вопросами. Встав с сиденья, предварительно положив крышку поверх ключей, молодой человек прошел по направлению к выходу из музыкальни. Как всегда, вид со стороны был более чем прекрасным. Завораживающе пленительным, от начала до конца устремляющим чужой взгляд, никого иного как его, к переливающимся отражениями ночного неба инструмента. Три ножки, высокая рама, элегантно поднятая крышка, слегка выступающие мостик с резонатором. Компоненты составляли чуть ли не самую привлекательную составляющую объекта. Сложность, многоступенчатая работа как по созданию , так и эксплуатации создавала особенную ауру роскоши. Лишь чистые, утонченные. постриженные и женские руки обладают правом не просто играть, а творить на сие красоте. Не то что его, деформированные, закрытые от планеты и мальчишеские отростки, не способные вовремя нажать на подходящую клавишу. Он был позорищем, живет позорище, и скорее всего умрет позорищем. Так, как того заслуживает. ""Да что вообще со мной происходит?" - подумал неудавшиеся отродье семьи, кладя внутреннюю часть ладони на край, между одной комнатой и другой, сдавливая охваченный головной болью лоб. Сначала приступ любопытства на лестнице, после пережитого избиения визжащей чернильной масой, в форме странного сиамского близнеца, затем еще один у двери и ванны, а теперь под конец, его добивал шквал из вопросов здесь, в священной обители, комнате высвобождения от проступков. "Почему я продолжаю об этом задумываться? Зачем не позволяю себе провести хотя бы несколько секунд в раздумьях? Для чего мне эти глупые, бесцветные мечтания о долгожданной, но недоступной смерти, если я могу это сделать хоть сейчас? И по какой причине Мари, продолжает воображаться мной как разочарованный во мне человек, если она всегда лю.."

ХЛОП!

Щека юнца окрасилась в малиновый, при попадании широко расставленной ладони. Неосознанная, в некой силе инстинктивная, атака не должна была так серьезно повлиять на состояние мальца, но имеющиеся поверх кожи бинты, создавшие толстый слой утяжеляющего материала, добавили помимо пронзящей жиры с мясом боли, еще и маловесное кружение головы. Сделав несколько шагов в те или иные стороны, прижавшись к раме в поисках мало мальской опоры, Санни поттер только что взметнувшейся кистью раненого места на теле, поражаясь сущности произошедшего. Между прочим, до последнего втиснувшиеся в извилины органа, дилеммы освободили занятую территорию, для прибывшей на законый пьедестал истины. Думы - лишнее занятие для дикого зверя. Провинившегося дегенерата, посмевшего выйти из утробы способным на положивший вереницу ужасающих событий вдох. Неважно, по какой причине он мало того что оказался запертым в четырех стенах. Важно то, что каковыми не были предшествующие этому обстоятельства, юноша это безоговорочно заслужил, и ему необходимо загладить вину, за эгоистичный проступок, опираясь на предоставленные возможности. Вопросы могут задавать лишь люди нормальные. Те личности, что годами упорного труда добивались права сказать хотя бы единое слово в любом будничном диалоге, не то что целый вопрос. Таким поведением, можно прийти только к одному выводу. Он обязан очистить себя от такого дурмана и вернутся к работе, чтобы сделать то, что должно. Стать лучше, во благо людей, перед коими обязан выслужиться. 

Мужчина обнаружил себя перед входом в кладовку. Целые часы скитаний по фактически заброшенному поместью пролетели как считанные секунды, ускользнувшие между пальцев. Затворка отворилась в одночасье, пропустив ребенка вовнутрь и показав жутко знакомый интерьер комнаты, Санни первым делом отправился к кровати. Железная рама, старый, в некоторых местах пожелтевший, матрас восседал поверх каркаса мебели, с еле видимой гравировкой японской компании "Юва". Только в ней он мог спокойно спать без каких бы то ни было кошмаров, чувствую эфемерное присутствие постороннего лица. Одеяло, немного пыльное, но достаточно увесистое и масштабное, чтобы укрыть хикку с головой, спокойно легло краем материти на бинты, взлетев и оказавшись на макушке, плечах и спине подростка. Форма рукотворного кокона идеально подходила для этого дела, ведь всегда напоминала искусственные объятия. Физический контакт, который ему не уготовано более никогда получить в этой жизни. По ногами прогибались хрупкие, пыльные доски, принимая на себя вес истощенного, недоедающего творца электронных строк и роковых ошибок. Пальцы стоп коснулись колесников подвижного кресла, вытащив блаженного из блужданий в облаках. Подогнув под себя несколько слоев полотен, он уселся на середину сидения, одной рукой решив приготовить все необходимое. Крем для рук в пластиковой бутылке с коробочкой мягких, трехслойных салфеток. У него присутствовало слишком много опыта в этом деле, поэтому, исключительно ради желания сократить количество времени на весь процесс, ему передали после короткой,  нарисованной просьбы в бумажке под дверью, нужные компоненты, чему он был очень благодарен. На сухую, ему понадобится в разы дольше минут. Предметы перед глазами, осталось выбрать категорию на найденном недавно сайте. По сути, неважно на что тинейджер изольет свои отвратительные мысли, лидирует запись произошедшего сознанием. Но проведя маленькое исследование, что далось с трудом, учитывая растущую под момент акта вину, Сани обнаружил взаимосвязь меж особенным типом видеороликов и скоростью выполнения задачи. Поэтому, через пару кликов, на мониторе картинка слегка почернела, обнажив пред ним сборники всевозможных извращенных фантазий. Предпочтения на любой вкус, начиная от чего то стандартного, и заканчивая материалом, содержание коего заставило бы церковь в ужасе устроить крестовый поход на резиденцию Судзуки. В любом случае, мальчика это волновало в последнюю очередь. Видит бог, если он существует, душа уже давным давно запятналась смогом и проказой, почему ни один глубоко верующий воин религии не способен вогнать сыча в состояние страха за свою жизнь. Если способ помогает пройти очищение, значит его стоит использовать, независимо от последствий. Прежде чем перейти к заключительному этапу и в конце концов сделать то, для чего он вернулся в каморку, мальчуган ухватился сначала за первый, выступающий кончик бинтов, а затем и второй, раскручивая скрывающие метаморфозы конечностей повязки. Первый, второй, третий слой. Еще несколько слоев , и работа подошла к концу.

Сидя на законном месте, в кромешной черноте, разрываемая исключительно еле заметным свечением пк, мужчина перевернул с тыльной но внутреннюю сторону руку. Часть себя, от ногтей и до локтей покрытую коричневыми следами ожогов. . В тех или иных местах, раны еще не успели окончить процесс заживления. Те - лишь недавний продукт успешно проведенного наказания. Боль, от прикладываемого к коже раскаленного докрасна лезвия всегда ощущалась как в первый раз. Жгуче, невыносимо и обширно. Одно дело провести лезвием по венам, пустив себе кровь, только парой кое как заметных полосок. А уже другое, вдавливать изо всех сил металл, пока железо шкварчит, покрывая шкуру волдырями с лопнувшим верхним слоем. Для такого, импровизированный кляп из немытого носка часто по долгу службы исполнял неблагодарную роль, поглощая издаваемые вопли при контакте предмета с провинившимся. Сейчас, ладонь зажила, а соответственно способна пережить долгий и быстро двигающийся контакт с участком тела юнца без лишних последствий. Хотя, желая быть честным, независимо от состояния организма, Санни и так и эдак проделывал работу от начала до конца, лишь бы только избавится от навязчивых дум. Вот, процесс запустился, после падения шорт на пол и спуска белья на пару сантиметров ниже. На экране маячила брюнетка с взглядом, полного отвращения. Только этим отношением и подобает вести себя любому, при контакте с ним. Сцены сменялись одна за другой, в то время как длинноволосый школьник запыхался, выпуская на волю мычания, стоны и скрежет зубами. Отросток, кусок, коий по сути уже давным давно должен был сгинуть в никуда, отрезанным и выброшенным на помойку, обстреливал мозги извращенца безжалостным шквалом, наплевав на отчетливое нежелание пацана испытывать нечто близкое к сие ощущению. При ускоренном темпе, когда кровь бурлила в поджилках и стремилась с более чем несколько километровой скоростью, уши страдальца перестали слышать отчетливые стоны двух актеров, воспринимая исключительно беснующиеся сердцебиение. А затем раздался шепот. Непонятная белиберда, у последней за спиной стены юноши. Некто приближался сзади, напевая себе под нос в тишине, прерываемой ударами урагана с клапанами. Шаг первый, шаг второй, и вот, некая фигура скинула с полуобнаженной фигуры защищающие от страхов с невзгодами одеяло, обвив утонченные, белые и нежные руки вокруг плеч старшеклассника. Кровь, ранее схожая с магмой, превратилась в режущий артерии лед, но не позволив телодвижению остановится. Дыхание становилось обрывистым, уголки глаз покрылись рябью от готовых к выходу слез, а грудь чуть ли не буквально разрывалась на части, от впившихся внутрь ногтей незнакомого человека. Кем, чем бы не было взломщик, оно хотело разорвать грудь такого подонка как он, вырвав сморщившиеся сердце вживую. Дать ему заслуженную расплату. Только так, и никак иначе.

<center>В один миг, все окрасилось в белый.

Взор умственно отсталого человека приобрел несколько белых пятен, вперемешку с вспышками розового, красного и других цветов. Мышцы, охваченные судорогой, сокращались под оранжевой энергетикой, вызывая тряску и скрип кресла. Санни еле еле успел, по привычке, схватить одну салфетку, зажать у кончика, чтобы не позволить выбирающейся изнутри массе оказаться тут, из всех мест. Целую минуту, скверная эйфория накатывала волнами сосуд души азиата, вызывая приводящие к тошноте стоны из горла грешника. Вскоре, это прекратилось. Разум очистился от пакости, став таким, каким и должен оставаться навеки веков. Пустым и готовым к исполнению возложенных обязанностей. Ни единого намека на отклонение от норм поведения. Только покладистость, воля и принятия действительности. Исчезли страхи, вопросы и галлюцинации. Осталось мягкое одеяло, остаточный эффект процедуры и уже закрытая вкладка с сайтом, показывающая бледный рабочий стол. Повиснувшая на плечах ткань накладывала успокаивающий эффект, постепенно усыпляя дикого, но угомонившегося зверя. Он и не пытался сопротивляться зову инстинктов, отдавшись им с потрохами. Ему ничто не помешает устроить наказание завтра, когда Келси уйдет обратно в родной дом. Такое принять было легче всего. Натянув одеяние, укутавшись в постельное белье, не уходя с кресла и даже не сказав прощальное "спокойной ночи", затворник со стажем отправился вниз по течению, предвещая вскоре грядущий, очередной рабочий день....

"ВСЁ ИДЕТ РОВНО ТАК, КАК И ДОЛЖНО"

Chapter Text

"Прошу вас... Лежите смирно... Это для вашего же блага...'

...

"Да, это больно... Я знаю, почему это так больно... Но эти страдания нужны для вас... Вас, других и всех, кого вы знаете... Посему умоляю, не усложняйте мне работу..."

...

"Терпите... Можете кричать сколько угодно, но я не прекращу делать того, для чего был сотворен... Так будет для всех лучше..."

...!!!

"Что вы сейчас сказали?"

...!

...!!

...!!!

"... Не говорите глупостей... Вы знаете, для чего нужно продолжать.. Судя по всему, агония окончательно поджарила ваш мозг, раз уж вы говорите такой несусветный бред... Но не до конца... Откройте рот... Позвольте мне помочь, Т В О Р ЕЦ..."

.!

..!

...!!!

-----------------------------------------------------------------------------------------------

Вы снова видите перед собой белое. Белое на белом и обеденное таким же пустым цветом. На то оно и Белое пространство, чтобы иметь в себе никаких других цветов, кроме ранее обозначенного. Безусловно, вас окружают предметы, чьи контуры обвиваются черным, а не останавливающие ползание по кругу кисти имели при себе ярко красный оттенок, но только первый тон лидировал везде и вся. Даже в нависающей над вами, пульсирующей лампочке, чьи лучи, если присмотреться, приобрели в ширине. Языки, подобные пламенным, исходили от освещающего бесконечные мили пустой комнаты, стараясь дотянуться как можно дальше, лишь бы только достать до нужного им обьекта. Вас. Объять в праведном, сдерживаемом пламени того, кто заслужил гореть в масляных котлах преисподней, за то что было сотворено. Вы допустили наверное, одну из глупейших, с момента первого движения в Хедспейсе, ошибок известных простому народу. Вам предоставили одну, всего одну простую задачу. В случае чрезмерной опасности прекратить процесс переливание крови, сделав то, что потребуется. Но этого не случилось. Мало того, что мимо проскользнул, изза вашей невнимательности, некий допельгангер старшей сестренки, так еще и Бейзил, Нулевой пациент, тот, в чьем теле скрывалась окончательная вакцина от 'Тоски', и благодаря кому они могли бы зажить долгой, счастливой жизнью без необходимости проводить золотые годы в постоянных конфронтациях, где жизни ваших друзей стоят на кону, сейчас возможно вышел из под контроля, приступив к ужасающим из возможных действий. Вы напортачили, а значит только вам и разгребать навалившуюся кучу. Поднявшись с матраса, руки инстинктивно потянулись к центру ночной рубашки, где обычно присутствовал верный плед, но мягкие кончики пальцев ощутили на себе разве что текстуру одной и той же одежды. Если бы на то существовала возможность, то головой мог появится знак вопроса, пока сама часть тела шаталась из стороны в сторону, ища пропавшую часть амуниции. Не понимая пару секунд, вы обнаружили что исчезнувшая вещица обнаружилась совсем близко, буквально в паре метров от кровати. Встав с мебели, плюшевые стопы подвели к стулу у стола с компьютером, где и лежал верный инструмент. Щит, мантия, плащ и место хранения в одном немаленьком предмете. Только теперь, он разительно отличался от того, что имелся в распоряжении на протяжении прошедших дней. Это одеяло было новеньким, чистым, мягким и без малейшей нанесенной поверх заплатки. Такое же белое, как и небосвод над головой. Ощущение при сдавливаемой ткани между отростков чувствовалось чуждым. Новые роликовые коньки никогда не станут той же самой парой, в коих пережились многие заветные воспоминания. Удобнее, компактнее и легче, но никоим образом не сокровеннее. Так или иначе, все подобного рода детали оставались ненужными, что приводило к быстрому выбросу их из мыслящей головушки вашего живого я. Поможет в дальнейшем, а значит уже хорошо. Крепко взяв в руку постельную принадлежность, конечность подняла его над головой, завязав два кончика в крепкий узел и положив себе на плечи, как геройский плащ. Развеивание импровизированного одеяния успокаивало ваш беснующийся на фоне произошедшего мозг, опуская его, по крайней мере, до удобоваримого уровня рациональности. Внезапно, в воздухе раздался странный звук, похожий на шелест чего то тонкого, падающего на ветру. К ногам, прямо из темных глубин упавшего краями одеяльца, приземлился загадочный пергамент. Старая, пожелтевшая бумага, внутри рамок которой, красовались пустые, не отмеченные места разных зон Хедспейса. Определить что листок показывал на себе как раз таки места из уже обхоженного вдоль и поперек пространства, было крайне легко. Нужно всего то взглянуть на заголовок. Подняв с пола походящий на карту документ, вы увидели как желтая карта покрывалась маслянистыми чернилами изнутри, постепенно набухая и высыхая, выводя снаружи очертания с деталями увиденных недавно мест. Парящий над основной местностью остров "Тайное место группы", расположился прямо посередине. Белая дверь, озеро и некая арка являлись символами обозначенной территории. Внизу, большую часть покрывало изображение большого холма, в коем вы с друзьями так часто любили проводить те немногие минуты свободнго времени. "Благодатная Роща" - закрытый ото всех участок земли, открытый лишь избранным. Святейшее место, хотя сейчас, высок шанс что оно успело не один раз осквернится от рук человека с осложненным случаям болезни. По вашей вине. Остальные куски остались такими же незаполненными, посему, посчитав что предмет еще может пригодиться, вы скомкали его в рулон и сунули обратно туда, откуда он пришел. В дальний уголок своего инвентаря, выступающий как одеяло. Ваши стопы повели было вас к старому, потрескавшемуся, пыльному компьютеру, который вы никак не могли в последнее время использовать. С таким то до недавнего момента заполненным графиком, трудно найти минутку для заполнения дневника, или же ведения списка задач на следующую неделю, дабы ничего не забыть. Сейчас, вам не помешает на минутку осмотреть его, вдруг и оно поменялось после произошедших событий.

"Хей..." - раздался за семью кольцами из отрезанных конечностей немного неэлектреризованный голос, получившийся таковым благодаря работе запомнившегося громкоговорителя. Она вновь пришла к вам за ответами, а вернется обратно к поискам пропавшего с пустыми руками. Повернувшись назад, вы увидели воочию еще несколько возникших изменений в её внешнем виде. Пятна стали четче, грязнее и темнее. Та привычная внешняя красота испарилась без следа, не сумев отстоять свое насиженное место и отдав возникнувший из ниоткуда хмурости, блеклости и отчаянию, как её померкшие волосы. В одном месте оторван кусок шелка, в другом видны следы от чьих то когтей, разорвавшие платье на висящие клочки, а в третьем месте вовсе была дыра, от укуса какого то зверя. Шрамы, одни зажившие и другие свежие, стали алым украшением на померкнувшей коже девицы, окончательно убрав невероятную красоту, заменив на усталую осанку и внешний вид. Больше всего, из вас выбило дыхание лицо этой убитой горем женщины. Улыбка поникла на её устах, переменившись легкой, еле заметной ухмылкой, надетой не из за мерцающей где то там, в глубине души соседки надежды, а ради сохранения внешнего, запомнившегося облика. Видя даму в столь загубленном состоянии, вам хотелось перешагнуть через каждый из имеющихся кругов на белом полу, двигаться как можно быстрее, дабы укрыть леди своим одеялом. Дать хотя бы малейшее успокоение, поднимающее настроение всем ощутившим его. Но у вас не было такой возможности. Вы стоите там, где положено, и ничто этого не изменит.

"Здравствуйте, я вам не помешала?" - спросила слабым, уставшим, сорванным голосом девушка, пошатываясь из стороны в сторону. Барышня точно не спала уже несколько суток, ходя между мирами не давая себе и часу продуху, если судить по тем фиолетовым пятнам, что стали дополнением к глубоким, прекрасным глазам . Манера общения девы разительно отличалась от используемой в прошлый раз, и не только по причине возникшего тогда конфликта, что одновременно успокаивало ваш дух, но и доводило до состояния молчаливой паники. Уж лучше она будет кричать, чем говорить настолько спокойным, и монотонным голосом. Вы покачали головой на вопрос страдалицы, хотя понимали, чем начинили слова. Едкой ложью, но только во благо. Безусловно были важные дела, но ничто не должно вас останавливать перед желанием помогать окружающим. Для этого вы и появились на этот свет. "Ясно. Сомневаюсь что вы нашли хоть какие то признаки Муни. Я тоже ничего не обнаружила среди многих городов, миров, замков и планет. Все эти места без него стали такими... Блеклыми и безжизненными... Вы не против, если немного помыслю вслух? Не знаю каковы причины вашего молчания, но мне было бы очень приятно, если кто-то выслушает мой бред головного мозга. Кто нибудь помимо изначально созданных братом существ. Кем то, кто не будет моментально заверять меня что все наладится... Позволите?"

Юная девочка подросток позволила себе выговариваться перед вашими очами. Как подобает альтруисту, вы незамедлительно согласились, ведь каким подонком нужно быть, чтобы отказать измученному, нуждающемуся в молчаливой поддержке человеку, когда ему очевидно необходимо хотя бы такая, мизерная помощь. Увидев ваш резкий кивок вниз и расположение пятой точкой на земле, глаза соседки на секунду вспыхнули от удивления, обозначая что скорее всего, она не ожидала положительного ответа, только чтобы затем мгновенно погаснуть, утянув вниз туловище. Два человека сидели друг от друга на большом расстоянии, но благодаря аппарату в руке девицы, могли услышать мысли одной из них. Девушка говорила много и очень долго. О первом знакомстве между ею и тем раздражающим пареньком, о том как постепенно связь между ним и ею росла как на дрожжах, о тех многочисленных играх что они проводили. В какой то момент, вы забеспокоились насчет тем, поднимаемых собеседницей, ведь они касались именно черт, деталей и подробностей из жизни двух родственников, иногда уходя в черезмерно личную информацию. Но вам не хотелось и думать о осуждении в её сторону, ведь это просто особенный способ справляться с накопившимся стрессом. К тому же, если б вы и захотели, то вид постепенно растущей ухмылки на личике женщины в платье, при упоминание упавших на их участь приторно сладких моментов жизни в Белом пространстве, разил вас на повал, не давая шанса на появления такого рода постыдных мыслей.

"Я так по нему скучаю... Я так скучаю по моему Муни..." - забормотала в мегафон уставшая от жизни путешественница. Голос, ранее наполненный радостью, торжественностью и сотнями других эмоций часто восходящих то тут то там во время всякого монолога, что у них случался еще до пропажи ранее указанного мальца, ныне превратился в монотонный шепот утраты, выговариваемый человеком, потерявшим самое драгоценное что может представится любому. Любимого. "Я скучаю по его объятиям... Я скучаю по его присутствию... По рукам что гладят мою спину.... По глазам, вечно смотрящим в разные стороны с неподдельным любопытством.... Я скучаю по всем тем чертам, что освещали мои ночи в этом бесконечном, блеклом месте...."

Одни и те же речи, разносились по Белому пространству долгие минуты, и несмотря на незаглушаемый поток, не могли передать даже йоты испытываемой муки. Хотя, такое количество определенно пропустила через ваше плюшевое тело некоторую частичку страданий. Вам было очень, очень жаль барышню, сидящую на коленях, в таком изнеможенном, уставшем, перемолотую странствиями по миру в одиночку. В какой то степени, вы могли понять те чувства, циркулирующие в венах собеседницы. Как человеку, всегда присутствующему в команде с людьми, коим могли доверить свою жизнь, вы боитесь остаться один, посреди огромного, трещащего по швам от постоянно находящихся в хаотичных судрогах мире. Только представляя как люди, кои хоть и терпят вас но остаются рядом несмотря ни на что, уходят, никогда больше не возвратившись, окутывает неприятным ощущением безнадеги, тревоги и переживаний. Похожие страхи сблизили вас с нею, но в тоже время запустили внутрь вашего тела неприятный порыв. Порыв пройти через круги, ослушаться правил, нарушить обусловленные запреты и сделать все, дабы только утешить длинноволосую жертву несчастного случая малую долю счастливой. Это больное чувство, нерационально захламленное позитивной энергией. Он может воспротивиться воле мира, написать несколько букв или слов в воздухе, или же вовсе взять лидирующую роль в команде, если отряд встанет на пути проблемы. Однако одно дело, сделать то, что повлияет максимум на баланс сил и чужое мнение внутри Хедспейса, а совсем другое, разрушить гармоничное устройство сокровенной колыбели мира. Центр мироздания. Вашу с ней комнату. Вас не устраивали бурлящие эмоции такого характера, от чего решили прижать себя же силой воли к полу, пытаясь дослушать продолжительную речь монотонной женщины, похожей на вашу сестру.

"Я так устала... Но мне нужно продолжать... Двигаться вперед по мирам, где бы он не находился..." - с ноткой решительности заговорила незнакомка, пока видимые в отдалении глаза приобрели вид уверенности, пробивающийся сквозь мрак ненастья. В моменты, когда кажется что не осталось ничего кроме жестокого рока, огонек надежды может пройти через самые глубокие недры ненастья. "Сейчас, я прошла почти все города, что были им возведены. Осталось только трое. Уж где то он должен найтись. Ежели нет, то у меня остались те кусочки бумаги. Они таят в себе нечто странное. Непонятное, и загадочное. Не знаю почему, но стоит увидеть гудящий неподалеку кусочек, и я сразу же тянусь к нему на автомате. Возможно, если смогу их всех отыскать, то узнаю что нибудь важное. Главное, продолжать двигаться и не сходить с пути..." Ноги леди подняли её от земли, выставив в полный рост с уже более воодушевленным выражением, полным уверенности в своих словах. Конечно, отсутствие брата определенно ранило соседку, но несмотря на всю боль уже пройденную и ту, что еще предстоит пройти, она намерена довести дело до конца. Будь бы у вас губы, то вы б точно улыбнулись, но сейчас, единственным способом коммуникации с этим человеком, стал поднятый к верху, а именно в районе груди, большой палец, от коего, на личике длинноволосой родственниц раздражающего паренька, появилась еле заметная, но живая улыбка.

"Спасибо вам большое. Я благодарна что вы выслушали мою чепуху и позволили озвучить изрядно надоевшие детали. Вы мне очень помогли." - серьезно, с долей возрожденного, но потускневшего позитива, сказала женщина с свисающей по руке корзинкой. Слова повергли вас в состояние шока, своим наполнением, но прежде чем приступить к непосредственному анализу речи и самокопаний, вы решили дослушать до конца девочку, очень похожую на старшую сестру. "Еще раз скажу - сожалею что так сорвалась в прошлый раз. Спасибо что не приняли это близко к сердцу. Более такое не повторится. Это я вам обещаю. Надеюсь, что куда бы вы не шли, вас соблаговолила удача! До встречи." С последним предложением клон сестренки убрал мегафон внутрь плетеного объекта, повернувшись голыми стопами спиной к вам, зашагав дальше и дальше от образовавших маленькие стенки рук.

Это было что-то. Говоря по правде, совсем не такого результата вы ожидали. По неизвестным вам причинам, после последнего разговора и вашей очевидной ошибки в общении с юной девой, она всё равно отнеслась к вашей персоне с предельным пониманием, сочувствием и благодарностью... Ровным счетом ни за что. Вы сделали ничего полезного. Не было сказано утешающих слов как это делал Хиро, не прозвучало никаких игровых анекдотов с вашей стороны, не был кинут Мево в качестве успокаивающего зверька вырезающей себе сердце леди. Ни одного из перечисленных действий, не было претворено в жизнь. Но при всем при этом, вас поблагодарили. Нет, по другому. Вас поблагодарили несколько раз за тотальное бездействие, с улыбкой на устах, что с легкостью могла расплавить заледеневшие сердце любого существа охваченного Тоской. Причины остались неизвестными и недоступными, а потому бессмысленными. Если ты не можешь решить проблему, получить ответ или же банально двигаться дальше, то прими разумное решение и сдайся. Это очень полезный совет, который вы почерпнули от старого, важного друга. С таким взглядом на вещи, вы повернулись на мягких пальцах к столу.

К сожалению, несмотря на сложившийся кризис восприятия помощи людям и не возможность до конца понять человеческое поведение того, с кем провели уже долгие годы наедине с этом просторном месте, у вас не было времени прийти в себя. Снаружи может происходить все что только угодно, и невозможно предугадать, когда все повернется настолько плохо, что болезнь просочится через дверь и заразит еще и это место. Чем скорее закончите с последними приготовлениями, тем быстрее сможете решить сложившиеся проблемы, а для этого, осталось погладить котенка, уже исполнено с тщательной прилежностью и пониманием, и проверить компьютер. Удивленно взглянув в его сторону, вы обнаруживаете необычный факт. Клавиатура, полная чернильных кнопок с крохотными буквами английского алфавита в каждой своей лунке, лишилась двадцати шести клавиш. Остались исключительно те, не входящие в алфавит кнопки, отвечающие за функционал самой технологии новейшего поколения. Вас не интересовали другие ставни, ибо без стандартной системы вывода информации, пойдет крахом любые будущие записи в дневнике. Пощелкав мышкой по экрану и немного поводив курсором на рабочем столе, на секунду, панель светодиодов заглючила, поверх неё появилась горсть черно белых, горизонтальных линий, и то, что было обоями, в виде кирпичной стены, превратилась в чисто затемненную поверхность, очерченную белыми как свет рамками. Верхнюю часть , отделенную от нижней, занимало девятнадцатью черточками. Внизу, множество пустых мест, где по идее, должны быть отсутствующие слова. Картина, попавшее в зрение ваших глаз. Немного покопавшись в отдаленных уголках воспаленного крайним монологом, вы обнаружили примерное название увиденного. Детская игра, включающая в себя гадание слова из имеющихся слов. "Гребешок" - так её вроде бы звали. При угадывание последовательности некоторых букв, игроки составляли потенциальные слова, а уже потом, узнавали, правильное ли они выбрали. Сейчас же, у вас нету ни букв, ни слов, а другим игроком, стала непонятная случайность, управляющая программой по ту сторону цифрового барьера между реальностью и волной двоичного кода. Возможно, только может быть, в приключении что вас ожидает, вам удастся отыскать потерянные клавиши и узнать, какое же предложение стоит за имеющимся прочерком.

А сейчас, пора собираться. Потягивание крепко затянутого узла на шее, последнее на сегодня поглаживание мурчащего под весом, хоть и еле весомым, котика, и оглядывание назад. Спина выпрямлена, голова поднята, а в вытянутой руке очередной рисунок, выходящий вперед со страницы, обретая очертания еще одного города, полного красок, цветов и жизни. Не зная почему, вы безмолвно пожелали её удачи в дальнейших странствиях. Судя по тому немногому что вам довелось увидеть, она ей точно понадобится. Почему вы продолжали чувствовать растущую, душевную связь с человеком, чьего имени никогда не узнаете, не ясно. Но так или иначе, ваш мозг сегодня работает как сломанные часы. Неисправно и сдернуто в другом направлении. Настало время выйти за дверь, поставить все на законное место и в кои то веки, стать нормальным.

----------------------------------

Окружение по ту сторону выхода разительно переменилось. Сколько бы времени вы не провели в Белом пространстве, оно точно не пошло на пользу всей обстановке. Те яркие цвета, розовый, мятно зеленый и фиолетовый, всё так же украшали принадлежащие палитрам объекты, будь то мягкая травушка, кора деревьев или же упомрочительно завораживающее небо. Но это не означало, что цвета остались ровно такими же, как до внезапного срыва Бейзила. Они стали тусклыми. Приближенными к тем, кои можно было обычно заметить в аурах заболевших бедняг. Ступая вперед, проходя ногами по изрядно выцветшей траве, вы заметили еще два расстраивающих фактора. Игрушки, верные товарищи, сопровождающие ваших друзей во время коротких перерывов для отдыха, безвозвратно утеряли свою целостность, искривившись и сломавшись. Мячики сдулись, машинки лишились колес, книжки порвались на сплошные клочки, а тот плед, часто выступающий в качестве места для передышки после утомительных, но таких веселых игрищ, покрылся тонной сквозных, прожженных дырок. Ваша голова устала крутиться из стороны в сторону, находясь посреди чуть ли не буквальной бойни. Причины всего этого бессмысленного насилия над неодушевленными предметами скорее всего никогда не будут известны, но это не останавливало ваше любопытство. А что еще сильнее его подстегивало, так это одна четкая деталь, поставившая вас в ступор.

Каменная арка посреди озера, исписанная гравировками и выцветшими надписями, покрытая сажей долгие годы назад, приобрела внутри себя увенчанные цепями и замками дверь, из грязного, пыльного, цельного чугуна.

Не успели вы немного подумать над такой внезапностью, как кусты у входа в Тайное логово зашелестели, под весом проходящих в место встречи детей. Пыхтя, сталкиваясь между собой на ногах макаронинах и смахивая с себя упавшие листья, на полянку вышла группа из трех ребятишек и одного зверя. Хиро с Келом, где первый поддерживал на ногах измученного второго, еле волочащего трясущимися ногами, и Обри, лицом к небу, лежа на спине своего измазанного в грязи и красной субстанции помощника. После каждого столкновения с зараженными жителями этого мира, любые царапины, раны, остатки от конфликтов испаряются не оставляя и следа, что уже не на шутку взволновало ваше железное сердце внутри плюшевого тела. Все таки, какими же серьезными последствиями должно было всё окончится, если даже законы Хедспейса не спасают их хрупкие тела?

Когда спортивный мальчик поднял голову от земли, похлопывая вяло глазами и бормоча нелепицу себе под нос, его уставшие очи поймали в поле зрения вашу неловко стоящую посреди поля фигуру, как в выцветших глазах заигрались осторожные, но живые огоньки, а благодаря засверкавшим под ногами разрядам молний, его тело рванулось к вам. Это, конечно, был не его стандартный рывок, имеющий возможность обогнуть весь мир за полминуты, а обычный спринт любого заурядного человека. Такого как вас например. Но это не помешало удивить вас и сиюсекундно поймать бежавшего в вашу сторону парня, заключив того в столь желанные им, если судить по распростертым рукам, объятия. Сцепив руки за спиной и повиснув на вас, он забурил голову прямо в плечо, кое как сдерживая слезы и чуть чуть посмеиваясь, передавая надломанным голосом не только незаслуженную радость вашего присутствия, но и логичную злость. "Черт возьми, куда ты по твоему пропал!?" - завыл в ключицу набитой ватой туши ребенок - энергия, сжав ночную рубашку как можно сильнее. Вы же, не имея права на выражение мыслей вслух, погладили его по голове, одновременно с чем прокружили успокаивающие круги по изменивший цвет с оранжевого на темно красный местами майке. Тело мальца дрожало в вашей хватке, но вы отдавали тому все те имеющиеся запасы УВЕРЕННОСТИ, дабы УСПОКОИТЬ его. Следы от недавних стычек с чем бы он не боролся, начали потихоньку сходить с одежки пацана, вместе с улучшением уставшего голоска бегуна. "Всё так быстро произошло! Мы сидели, ждали пока Мари отдаст своё НАСТРОЕНИЕ Бейзилу, а тут БУМ! И мы уже очнулись тут, не понимая что вообще случилось!"

"Ох..." - прокряхтела крошечная хозяйка зверинца, спрыгивая с уже уснувшего животного и подходя вымотанной походкой к вам, так же присоединяясь к лечебному физическому контакту, опираясь всем весом на другое плечо, но ведя себя как полная противоположность ярому сопернику. Не было громких эмоций, печали или же ненависти к вам и ситуации в целом. По этим еле заметным движениям, осторожным прикосновениям и тоненькому голосу, можно было сразу понять, что барышня находится в состоянии крайней печали, выводя из себя только самые необходимые для озвучивания вещи. "Когда мы попытались найти, куда запропастился Бейзил... Наши ноги привели нас на детскую площадку, где старшая сестренка пыталась помочь живущим там вылечившимся. Потому что они снова стали зараженными. Это было так, так ужасно. Мы еле еле восстановили всех в прежнее состояние. Не может быть, чтобы всё это случилось только из-за нашего друга." Отрицание читалось в словах Обри, когда она отказывалась смотреть в вашу сторону, предпочитая говорить в часть туловища, не давая и шанса на создание зрительного контакта, или же задавание немых вопросов.

"Друзья мои." - раздался голос сзади, когда тон лидера команды разрубил засмоленный пессимизмом воздух. Вы с двумя уставшими детьми посмотрели в его сторону, удосужившись разглядеть в деталях того, кому досталось больше всего. Костюм приобрел несколько следов от впившихся в пиджак с брюками, детских зубов, многие участки кожи покрылись четкими отпечатками, в форме разводов чужой, а возможно и собственной крови. Галстук ослаблен, безвольно свисая вниз как покачивающийся на ветру труп висельника, но выполняя благую цель, предоставляя доступ к драгоценному кислороду избитому в пух и прах Хиро. По манере речи юноши, можно сразу понять что подступающая к губам из глотки минута скандирования выдастся максимально серьезной. "Как бы не было печально это признавать, но к сожалению, это произошло. Нам не удалось вовремя предоставить ему нужное обслуживание. Сейчас, Нулевой пациент пропал без следа. Нету ни одной зацепки о том, где он может быть. Сейчас, нам необходимо собраться в кучу и начать поиски друга. Где бы он не был, я уверен что ему приходится очень тяжко. Нужно как можно скорее отыскать его, вылечить и вернуть обратно домой, где мы сможем окончательно прервать все возможные инциденты такого характера. Вы со мной согласны, народ?"

"Да" - с непреодолимой уверенностью встали на выставленные ноги, выпрямившись и готовые к действию. В головах, они все еще паникуют, печалятся и боятся. Но желание сделать хоть что-то, ради спасения не только всего мира, но что главнее, их друга, перевесило чашу весов с треском цепи.

"Вот это задор, вот это рвение! Как же я вами друзья горжусь." - пролепетал Хиро, расплываясь в счастливой, ни с чем несравнимой улыбке, пока руки юноши без грамма совести ворошили волосы двух маленьких ребят, портя прически им же на радость. Вас такая часть прошла стороной, и пока троица активно разносилась громогласным хохотом, вы спокойно ожидали окончания веселья.

"Ок ребятки. Теперь, не могли бы вы пока что спустится вниз, повидать Мари и посмотреть, как обстоят дела на детской площадке? Мне очень нужно поговорить с Ювой, а таким образом, мы сможем сэкономить нам немножко времени." - полил медовую гущу в уши двух несовершеннолетних старший мальчик, на что они с очевидным желанием послушались просьбы наставника.

"Наперегонки!" - закричал спортсмен, вставая на корточки и собирая как можно больше оранжевой энергии в ступнях, готовясь к медленной пробежке. Его соперница даже не подумала, чтобы проиграть заносчивому негодяю в такой простой игре. Посему, девочка взобралась на спинку громадного кролика, пришпорив зверушку, чтобы она поспешила на выход, а в это же время, коротышки и след простыл, оставив разве что пару упавших на травушку капель пота. Вам не было смысла о чем либо волноваться. Эти двое с легкостью справятся с поставленной перед ними задачей. К тому же, то, что обязано вскоре произойти, полностью заслуженно и не подлежит оспариванию. "

Юва, можно тебя на минутку?" - спросил прирожденный дипломат, указывая большим пальцем на закрытое кроной деревьев местечко с тусклым пледом. Зубы сверкали между губ подростка, не выдавая эмоций, кипящих на подобие оборонительного масла. Когда они подойдут к обозначенному участку, а рычаг изменит положение в пространстве, вы не будете убегать от потока. Шаги джентльмена разносились по всему Тайному месту, оставаясь непохожими на ваши. Его быстрые, плавные, четкие и прямолинейные, в то время как ватные ноги, прикрепленные к не менее ватному туловищу, переваливались взад и вперед, делая походку неустойчивой. Через чур бездушной. Как у безвольной марионетки.

Два таза, один железный а второй состоящий из живых волокон, уселись на мягкую ткань, закрывшую густой слой травы. Парень смотрел вверх, глядя на звезды, пока вы бездействовали, предпочитая как всегда, хранить молчание. Молчание продолжалось одну минуту, другую. Облака проносились в разные стороны, рассекая небосвод и отправляясь в свободный путь, неизвестно куда. В конце концов, у него кончилось терпение, или же сила воли для сдерживания порыва, это еще как посмотреть, и он заговорил. Ни капли злости, негатива или же ярости. "Ты помнишь, какую задачу я тебе дал, когда мы все вошли в Палату?"

Вы кивнули. Простую, легкую, с коей справится любой разумный человек. Но вам не удалось сделать даже столь простейшего действия, как помощь нуждающемуся. "Понятно. У тебя есть оправдания, почему ты не смог спасти Бейзила, когда он нуждался в тебе?" - снова слова, и снова тот миролюбивый, спокойный, не выдающий грома Тартара, готового извергнуться на ваше тельце.

Вы покачали головой. Вам не было прощения за случившееся. Те события что успели произойти и пропажа Нулевого пациента лежат исключительно на ваших плечах. Недостаточно быстры, ловки, сильны и умны, чтобы заметить очевидные детали, намекающие на ненормальное поведение лже-Мари. "Ясно. Я тобой очень, очень недоволен Юва." - промычал себе под нос Хиро, всё так же отказываясь снимать с себя маски. Ногти терли тыльную сторону кисти, расчесывая слой за слоем кожи, пока на поверхности не проглядывались следы ненормальности. Тут, веревка оборвалась а маскировка 'хорошего парня' разбилась вдребезги.

Сжатый кулак въехал с недюжий силой в ваш живот, согнув одну из железных нитей, вынудив вас упасть лбом на землю. Вам было плевать на поставленный урон. Боли вы не чувствовали, а любая атака, повергаемая нападающим, оставляла разве что косметический эффект на теле. Но это не значило, что можно спокойно встать после такого хука и пойти своей дорогой. Вы заслужили такого жестокого обращения. Это наказание, следующие всегда за любой, непозволительной ошибкой. Для нормального человека, это вопрос чести и морали, а соответственно, защита не воздвигнется. "Ох, как же мне это надоело." - прошипел под нос человек, славящийся великодушием, терпением и харизмой, поднимая вас за шею, сжимая её и прибивая к коре шелестящего древа. Рука переговорщика не остановила атаки, сделав еще пару ударов прямиком в грудь, от чего по всей зоне разошелся акомпонимент деформирующихся металлических ставней, решеток и сдавлиного пуха. После серии сокрушительных движений, когда ваша спальная рубашка покрылась вмятинами и парой красных следов, вам повезло, увидеть истинное лицо разъяренного лидера команды.

Исчезло всякое притворство, добродушие, милосердность и пацифизм. От еще несколько секунд назад подбадривающего главаря не осталось и следа, ибо теперь, за шкирку вас держал совершенно другой человек. Гладкая кожа получила себе набор яростных морщин, получившихся от хмурого выражения, состроенного великодушным командиром партии. Глаза будто бы готовились зажечься праведным огнем, источая непередаваемое количество презрения и ненависти, сокрытых в них, а челюсть юноши сомкнулась в не растягивающуюся клетку, вместе с задранной губой. Не желая давать вам и минуты на размышление о том, когда вы в последние раз провинились перед ним чтобы получить физическую расправу, кисть Хиро сжалась в тугой кулак, еще раз ударив по области живота, сгибая железный каркас и перемещая внутри тела комья бесцветного пуха, попутно засыпая едкими каплями истины. "Да почему же ты не можешь просто быть такими как все?" - рыча на вас сплюнул подросток, нанося рывок за рывком в туловище, отказываясь замечать малейших изменений в ухоженности куклы для битья. Вы позволяли ему заниматься этим, прекрасно понимая как о выгоде, получаемой им от выпуска пара, так и суровых последствиях, следующими в случае попытки сопротивления. Будет куда лучше, если ваши руки обмякнут, перестав дергаться и касаться ткани элитного пиджака на запястьях лидера, а ноги станут похожей на лапшу, прекратив тщетные попытки коснуться твердой земли. Вам не ведома боль и это неоспоримый факт. После продолжительного избиения конечностью, мальчишка решил вложить силу в те причудливые движения, сжимая вашу шею и бьясь вашей головой об постепенно трескающуюся кору великого древа.

"И конечно же, ни одного ответа. Чего я вообще от тебя ожидал, четко выговоренных слов? Ясно обозначенных заявлений? Мыслей?! Да ты ведь не более чем кукла для меня и Мари." - продолжил вербальное насилие дипломат, скидывая вашу тушу вниз на траву, начиная использовать туфлю, как инструмент для поучения вас, неблагодарного засранца, манерам. Позвоночник впечатывался в корни березы, хрусте, скрипе и смещаясь в своих железных сегментах, пока молодой человек носил садисткую ухмылку, получая настоящее удовольствие от агрессивного поступка. Хорошо для него, и одновременно для вас, потому как даже с штампом провинившегося, у вас всё равно получилось помочь таким незначительным решением. "Ох, да если бы не твои чудаковатые способности и кровная связь с ней, то я б еще годы назад сбросил тебя с края острова, утопил в пруду или же скормил бешеным ростокротам. И знаешь что? Мне это определенно бы понравилось. Видеть как тебя, бесполезного идиота, придурка для которого банально остановить собственную сестру является сложной задачей, рвут на куски и сдирают мерзкое подобие кожи, носимую тобой, просто искусство! "

Длинные, худые и ставшие слегка потертыми пальцы пользователя харизмы на полную катушку, ухватились за край вашей пижамы, подняв с земли и перевернув на спину, чтобы встав над вами коленями вокруг живота, приняться за избиение отличающейся по степени твердости головы. Здесь, костяшки Хиро не могли выдержать практически прямого столкновения с железом, изменяя цвет с бледного на темно фиолетовый. Боль, ощущаемая от столь жестокой авантюры, ни на секунду не смутила разозленного тинейджера. "Знаешь, я немного сочувствую ей. Родной брат - пожизненный неудачник, тюфяк и идиот. Позорище, чьё существование ошибка. Если я стану когда нибудь обузой для Кела, то скорее засуну голову в духовку и сожгу её себе до хрустящей корочки, нежели продолжу оскорблять развитие моего братца своей жизнью. Но хей! По крайней мере, она умеет находить даже в сложившейся ситуации плюсы. Меня бывает что бесит, как ей нельзя заткнуть рот. Всё время только и делает, рассказывает о том какой же ты у неё милый, красивый , умный и хороший. Ну ничего. Стоит нам закончить с спасением Бейзила, будь уверен, Мари не придется впредь опираться на тебя. Она станет по праву моей. Она будет полагаться только на меня и уже после этого, девица поймет, что ей нафиг не сдалось приглядывать за ненормальным, мертвым грузом."

С таким заявлением, предводитель главной в мире команды по спасению всякого потерпевшего, отошел от лежащего с распростертыми в стороны руками недомерка. Ваше тело постепенно приходило в порядок само по себе. Некоторая особенность бытия целителя мироздания - отсутствие возможности умереть от телесных травм. Стальные прутья, шарниры, болты и крючья крепились на родные места, деформируя оболочку к привычному положению. Множество неровностей с пятнами оставили следы в швах ткани, хотя вас это волновало не больше чем, преимущественная часть слов Хиро. Ваш показатель НАСТРОЕНИЯ критически низок, практически близится к нулю, и как бы сильно вам не нравилось принимать ласку от старшей сестры, ибо никогда не сможете быть достойны величайшей из существующих добродетелей, похоже от этого не отвертеться.

"Уф. Прости уж меня Юва, что-то меня занесло, эхе хе." - почесывая затылок выговорил Киро, подходя к вам, лежащему посреди земли мальчонке, протягивая руку помощи в простом, позитивном жесте. Движение рукой ложном, ибо судя по натянутой, прежней а не той, заставляющей других людей иногда трястись от мурашек, улыбке, на свет вышел старый добрый глава всея команды спасения Хедспейса. Весь во красе, с выкрученной на максимум харизмой и исключительно благими намерениями. Лжец, проще говоря. Но вы не имели права осуждать человека за желание вывести скопившуюся фрустрацию, двуличность или же патологический нарциссизм, хотя бы потому, что в отличии от вас, юноша является крайне полезным, всемиуважемым человеком. Личность перепрыгнувшая дюжину ступенек впереди вас, заняв трон и заслуженно насмехаясь над всеми остальными. Мягкая рука спокойно поднялась в пространстве, только чтобы быть схваченной и подтянутой на себя, в удушающие объятия старшего человека из нынешнего дуэта. Сделано это было разумеется не из соображений о дополнительных извинений, вместе с накатившей волной сострадания. К счастью, только вы могли восстанавливать полученный физический урон, но для других, подобные процедуры оставались невозможными, делая из вас хотя бы в малейшей степени полезным участником отряда. Обернув руки вокруг талии высокого казановы, вы использовали "Успокоение" как всегда. Четко, точно и с обозначенным временным промежутком повышения НАСТРОЕНИЯ. Вскоре, почувствовав как полоска заполнилась до конца, глава оттолкнул от себя надоедливую игрушку, отряхивая пыль с костюма, осматривая одежду на наличие видимых изьянов. Подготовки сделаны, но мнение стороннего лица никогда не повредят. "Скажи ка, у меня всё нормально с пиджаком? Выгляжу ли я подходяще, чтобы продолжать ходить с вами в одном ряду и постепенно делать этот мир лучше?"

Будь бы на вашем месте кто нибудь другой, то этот некто сказал бы абсолютно противоположные произнесенным словом вещи. Кто-то да вбил в голову Хиро мысль, что он ведет себя как полоумный, самовлюбленный психопат, считающим нормальным, жестоко избивать мальчонку на несколько лет младше его, одновременно с чем рассказывать о своих больных фантазиях в сторону драгоценной старшей сестры. Гипотетическая персона с неподдельным удовольствием защитила бы то, что по праву её, утаскивая подростка к берегу реки и топя его до состояния жалких мольб, синей кожи и кровоподтеков на шее. Только чтобы по окончанию садистского издевательства над покушающимся извращенцем, вырвать ему глотку, ставя крест на всей дальнейшей судьбе харизматичного лидера. Но вы - Юва. Нормальный, тихий, безмолвный паренёк, понимающий смысл, лежащий за вышедшими с уст заявлений босса. Он и впрямь подходящая половинка к Мари. Идеальный партнер для идеальной девушки. Уважаемый народом этого мира, харизматичный кавалер, чуткий к эмоциям близких друзей и готовый на всё, ради сохранения, неизвестных ему лично, жизней. Неудивительно, что сестренка так часто упоминает о своей любви к нему, хотя и продолжает чрезвычайное количество времени проводить с вами наедине. Соответственно, принимая негативные стороны героя и одобряя его как будущего жениха родственницы, вы приподняли стиснутый кулак, с большим пальцем на верхушке. Улыбка Хиро сиюсекундно озарила вашу безликую мину, сместив показатель НАСТРОЕНИЕ с 1 до 2ух. "Спасибо тебе Юва. Всегда знал что на тебя можно положиться. А теперь чоп чоп! Мелкие того гляди помрут со скуки, или шишек себе нахватают, если продолжим болтать. Вперед и с песней, спасать сей чудесный мир." - радостно провозгласил тинейджер, не ожидая спутника и шелестя травой отправившись к выходу с парящего островка. Вы сделали тоже самое.

-

На сей раз, пара деталей изменилась, и не в легком смысле. Та странная, застилающая парк дымка наконец то рассеялась, показав вашему обзору рядом с лестницей великолепные красоты Хедспейса. Огромные широты заполненного лесом участка зелени, окружали высокие, каменные стены, с железными, шипованными решетками. Каждое острие больше походило на некое копье, с полой серединой, где висела маленькая железная точка, походящая на зрачок глаза. Зона располагалась на широком, цветущем плато, с крутыми спусками на концах, где на сотни километров дальше, вид представлял собой исключительно колоссальные, серые, угнетающие небоскребы, где день и ночь жители, охваченные Тоской, пребывают в бесконечном круговороте рутины. Входа и выхода всего три. Два по бокам всей кущи. выходящие прямиком к высокому дорожному шоссе, обходящий всю планету и возвращающийся к другому концу, замыкающий круг Благодатной Рощи. Рядом с вашим наилюбимейшим участком, вдалеке простирались владенья сладких сестер. Королевство Свитхарт и Битерхарт, двух сестер противоположностей, превратившие свои некогда чудесные сады с лесами, в непрекращающиеся поля кровавых сражений, от неких личных распри. По идее, если повернуться на сто восемьдесят градусов, то если бы не застилающие зрение кроны, можно увидеть великую, древнюю дорогу с разрушенной автобусной остановкой . Вам неприятно смотреть в ту сторону, особенно при осознание присутствия одной из немногих зеркальных поверхностей во всем парке. Таковы великие просторы Хедспейса.

Ваше прибытие лично лицезрел старый змей, обвивший чешуйчатым телом один из поручней, уходящих вниз по лиловой лестнице, сквозь облака. Судя по всему, недавний инцидент у дома Нулевого пациента успел повлиять и на него, в разительной степени омолодив хладнокровное животное. Та потертая шляпа федора испарилась, ровно как и очевидные признаки старости существа, таких как светлого цвета чешуйки и неторопливость в движениях. Прямо сейчас, в вашу сторону струилась особь моложе чем предыдущая. Быстрая, резкая, энергичная и в какой то степени позитивная. Можно только предположить, стало ли омолаживание животинки результатом печальной катастрофы, или сторонние, неизвестные факторы. Так или иначе, привычки змеюка сохранила те же самые, кивая головой и передавая к вам на кончике хвоста увесистый, не просто мелкий вязанный кошель, а целый мешок, с перекатывающимися под слоем дешевой ткани панцирей склизких улиток. Малышей было так много, что некоторые из них умудрились выпасть и укатиться с края парящей платформы, навстречу незавидной участи. Хиро сдержал смешок, а вы понадеялись что у невинных творений получится приземлится на какой нибудь пышный куст. В любом случае, финансы получены, убраны в инвентарь волочащегося за вами по пятам плаща-одеяла и удачно сохранены. Мягкие стопы ваших ног нежно коснулись ступенек, принявшись за резкий спуск на перилах, чуть ли не падая вниз. Нельзя терять ни секунды, ибо кто знает, что прямо сейчас происходит на детской площадке, после случившегося прокола с вашей стороны? Из-за необходимости быть наказанным, вы и так потеряли впустую целых пятнадцать минут, за которые, можно бы спокойно спасти не один десяток слабых жизней. Съехав благодаря силе гравитации, кое как оставив ноги в целостности, вы дождались поспешного прибытия лидера, коий с отдышкой уселся на землю, попросив подождать хотя бы несколько минут. Понимая что спор с индивидом, поторапливания и прочие способы воздействия на личностей принесут только минусы, вам оставалось стоять в стороне, глядя в затененный переход между детской площадкой и местом вашего сейчашнего пребывания. Две дерева, дорожка к коим оставалась непроходимой от висящего перед ними объекта. Одинокой, маленькой, черной клавишей, с яркой написанной белым буквой "А". Пройти дальше невозможно не от этой загадочной вещицы, ибо любой идиот спокойно сможет пригнуться, от тяжелой, сгибающей материю ауры. Аура концентрата тьмы. Нечто потустороннее, приняло форму сего предмета. По странному стечению обстоятельств, вам эта кнопка казалось неприятно знакомой. Вызывающей ощущение упущенной, но настолько важной детали, что само её поднятие из глубин небытия приведет к схлопыванию ткани вселенной. Прикоснувшись к ней, вы скорее всего запустите цепочку событий, которые потрясут фундамент мироздания, обратив того в прах. Вам не стоит этого делать. Каждая секунда возможного теоретизирования насчет преимуществ утоления вашего любопытства встречается строгим криком осознанного рационализма. Когда счетчик Гейгера пищит как проклятый рядом с забавной коробочкой, набитой плутонием, логичным решением будет бежать сломя голову. Но вы этого не делали, а вместо этого стояли как истукан, почти что слыша, как бешено стучит ваше сердце.

"Юва? Ты чего застыл как статуя? Я думал, что только мне было позволено позировать в любой моме-АУЧ!!!" - внезапно прокричал вышедший со спины Хиро, принявшийся сначала отчитывать своего непутевого подчиненного, а затем врезаться об невидимую преграду. Пошатнувшись после нежданного столкновения с той пробирающей до каркаса аурой. Повертев головой и потерев чуть покрасневший от удара нос, подросток раздраженно посмотрел вперед, протянув вперед руку, тем самым положив ладонь на некий барьер. "Что это еще такое? Тут же ничего нету. Так почему же я обо что-то ударился? Бред какой то. Может, повышенная плотность тоскливых испарений? Юва, шагай сюда и разберись с этой нелепицей. Не знаю, обними её, проведи одеялом. Главное чтобы мы могли пройти дальше..."

Вот, ныне у вас не осталось малейшего шанса спастись от рокового поступка. Вы знали что возможно просто напросто пройти мимо парящего блока, но зная яркую придирчивость главаря к выбору дороги, по которой он требует передвигаться, на такой вариант не согласится парень даже под смертельной угрозой. К тому же, как бы вам не мерзко это признавать, но в глубине души, вас непреодолимо тянуло к загадочному артефакту. Что, лучше покончить с этим быстро. Чем раньше, тем лучше. Шаг за шагом, вы приближались к ужасающему предмету, где продвижение только на метр, заставляло каркас скрипеть, тереться об друг дружку и пытаться утянуть вас назад. Живые творения из плоти называют подобное инстинктами, но быть того не может, чтобы и у вас они имелись. Вы - Юва. Обычный мальчик, который всегда старается на благо других, исполняя любую порученную задачу несмотря ни на что, а это совершенно противоречит происходящему перед вашими глазами. Желая как можно скорее закончить нависший террор и нестандартную реакцию оболочки, обе мягкие кисти резко сомкнулись по бокам от клавиши, хлопнув и создав тишину вокруг вас и вашего лидера. По идее, сейчас вселенная обязана подойти к логическому концу. Найденная, в крайнем случае минуту назад, сила, чьи законы полностью противоречат устоям материи, не может поступить никак иначе. Однако ничего подобного не произошло. Сколько бы долго вы не смотрели на соединенные ладони, ожидая что через секунду с них начнется разрушение бытия, оно не наступало. Единственное что последовало за поимкой кнопки в пространстве, так это странный гул, продлившийся не больше мгновенния, звучащий еле похоже на сказанную , но приглушщенную букву. Всё кроме всего, осталось на своих местах, а закинувший выше обычного брови Хиро, странно глянул в вашу сторону, проведя рукой спокойно там, где еще мгновение назад не мог пройти. "Мда. Видимо ты и впрямь фрик" - пробубнил себе под нос командир, проводя расческой, достану из кармана, по одной вывалившийся пряди, уходя вперед, пока ваши пальцы размыкались.

На ладонях ничего не было. Вы пошли вслед за ним.

Место, бесперебойно выполняющее цель первостепенной важности, уничтожено в своем главном проявлении. Игрушках и увеселительных конструкциях. Качели потеряли сидушки, мартышкин перила поржавел и превратились в груду сломанного металла, не годного даже для переработки, горка обросла вылезшими листами зазубренной стали, а столб, за которым раньше брат с сестрой проводили большую часть своего времени, сломан на пополам. И всё по причине внезапного всплеска Тоски. На территории парка носились дети, как бешеные, попавшие в неизвестное им окружение зверьки. Плач разносился громкими криками от края до края, а их попытки в сопротивление членам отряда лишь вызывали сочувствующие слезы в глазах. Сейчас, примерно семьдесят процентов ребятишек лежали связанные одной веревкой рядом с сломанным шестом, пока Кел с Обри всячески стараясь вести себя помягче с оставшимися. Спортсмен справлялся с заданием кое как, ибо его гиперактивная натура приводила разве что к увеличению амплитуды рева, в тоже время как укротительница зверей, почти уговорила тройку малышей присоединится к удерживаемому на месте сборищу ребят.

"Ээээ" - мычал смущенный положением спидстер, нервно оглядываясь по сторонам в поисках игрушки, чтобы успокоить маленькую, сферо подобную девочку - "В-вот! Давай попрыгаем на скакалке? Тот кто первый сделает три тысячи, тот выиграл!" Далее, юнец так быстро и стремительно запрыгал, что большинство камешков и пылинок сбило воздушным потоком, попав прямиком барышне в глаза, втянув в очередную сессию плача.

"Кел! Ну ты совсем идиот?!" - прокричала убедившая детишек пойти в центр поляны дикарка, идя в его направлении и приказав кролику ударить дурака, насладилась вскриком мальчугана, предпочитающего больше делать, нежели думать. Затем, леди слезла с прирученного зверька, решив поговорить с рыдающей реками солёной жидкости крохой.

"Тише, тише. Всё будет хорошо. Забияка в майке больше тебя не тронет. Всё будет хорошо."

"Эй!" - возмутился юноша в оранжевом, но получив острым взглядом, предпочел молчать.

"К-кто вы такие? П-почему я здесь!? Я хочу к маме и папе!" - неустанно твердила малютка, стирая кожу на веках до красного состояния дрожащими ручонками. Ей было страшно, и то мог понять любой, взглянувший на неё со стороны.

"Я знаю, но не волнуйся. Скоро ты с ними увидишься. А пока что, как насчет поиграть с друзьями и чуточку отдохнуть?" - Ложь во благо немного сработала, но не ответила на вопросы несчастного ребенка, приводя к дальнейшему контраргументу.

"П-почему я вообще должна что-то делать по вашей указке? Вы не дали нам уйти и связали моего брата! Ему было больно!" - тут же ответила расстроенная девчонка, пару раз ударив крошечными ручками спасительницу по голове, выдавив из неё тихие ойкания.

К счастью, вы и глава наконец таки подошли. Оказавшись за спиной пострадавшей, вашим первым действием стало использование ""Успокоения" на бедной, зараженной жительнице Благодатной рощи. Почувствовав вашу неожиданную хватку, потерпевшая предприняла неудачную попытку выбраться из цепкого захвата, но благодаря чудодейственному влиянию дара, она быстро обмякла, а спустя две-три секунды широко раскрыла глаза, избавившись не только от слез, напуганного голоса и эмоционального поведения, но и легкой черной дымки, до этого отходившей от её головешки. "О! Юва! Ты вернулся!" - пискнула она, убегая к завязанному народу, дабы поскорее рассказать о столь долгожданном приходе лекаря на сию землю.

"Простите что задержались. Наш медик совершил пару ошибок, так что пришлось его немного проучить. Теперь, расскажите что случилось?" - приказал Хиро, оглядываясь по сторонам в поиске хотя бы малейшей зацепки о происходящему.

"Дети каким то образом снова заразились. Начали буянить, пытаться убежать и даже использовали оторванный кусок перил, в качестве копья! Они ранили Банбана..." - с слезками на глазах взвыла уставшая Обри, подойдя к упомянутому кролику, целуя уже затянувшуюся благодаря, скорее всего, помощи сестренки, рану, нежно гладя шерстку ушастика.

"Чуваааак, это какой то ужас! Мы ведь сделали всё что нужно! Играли с ними, отвлекали и повышали их НАСТРОЕНИЕ до максимума. Так почему они опять взбесились?" - закинув руки за голову недовольно ответил Кел, пнув ногой валявшийся в траве железный мусор.

"Хм. Обычно это всегда работает. Возможно, взбунтовавшийся Бейзил выпустил усовершенствованную, более устойчивую к нашей силе, версию Тоски. Кстати, вы его так и не нашли?" - указал на двоих детей указательным пальцем, кладя локоть поверх тыльной стороны ладони, обхватывающей туловище подростка.

"Прости... Мы столько времени потратили на успокоение этих ребят, что про него совсем забыли..." - хмуро пробормотали они, смутившись и расстроившись собственной неприспособленностью, ожидая отсчитывания от старшего брата.

"Всё хорошо, я не злюсь. Вы сделали всё что было в ваших силах. Уже отличная работа" - с расслабляющей улыбкой заявил почтенный лидер команды, тут же услыхав радостные улыбки детворы, когда они позволили себе выпустить накопившийся страх. Вам было известно, что с ними, Хиро никогда не станет вести себя, как с вами. Они полезны, стараются и ведут себя нормально, а их недочеты, всегда можно спокойно исправить на раз два. В отличии от некоторых. "Так, а теперь самое главное. Мари, она в порядке?"

"Ну, частично" - Сказал неловко Кел. Всего несколько слов, а результат выступил без момента промедления. Ваш железный позвоночник и главаря костяной, быстро вытянулись в почти что прямые линии, наполнившись страхом за конкретного человека. Увидев бурную реакцию, подруга, а иногда злейший враг спортсмена, поспешила предотвратить панику еще в состоянии зарождения, помахав рукой перед вашим и чужим лицом, свесив тельце чуть вбок с севшего рядом кролика.

"Забудьте всё что он сейчас сказал! Этот дуболом опять неправильно объясняет!" - тараторила Обри, с волнистыми губами и бегающими по сторонам глазенками, изредка поглядывая недовольно на вопросительно смотрящего пацана - "С ней всё хорошо, ей ничего не угрожает. Всего то старая травма ноги решила дать о себе знать, когда она помогала с попытками успокоить малышей. Сейчас сидит и ждет нас всех на пледу. 

"Фух. Спасибо тебе господи. Ок, вы оба хорошо поработали, посему теперь, пойдемте посмотрим, как поживает Мари, пока Юва закончит работу. Вперед дети, время чуточку передохнуть" - высказал напрямую лидер всего отряда, помахав рукой вам на прощание, пока мальчик в кросовках и девочка на кролике даже не пожелали удачи в предстоящем очищении. Что, в этом нету ничего особенного, потому как уже происходит не в первый раз. Как еще им себя вести рядом с вами, если втайне от них, именно вы повинны во всех случившихся и ждущих исполнениях трагедиях?

Повернувшись спиной к членам группы и проследовав в противоположную им сторону, вы остановились перед кучей людей, антропоморфных животных и живых существ, не имеющих точного обозначения расы. Жители детского участка старались выбраться еще до вашего прихода, в чем им усердно надоедала туго обтянутая вокруг толпы скакалка, но стоило показаться пред глазами, как те, несколько часов тому назад резвящиеся, счастливые и настоящие благодарные творения Великого, впали в громкий ужас, шатаясь с одного направления в другое, не находя себе место от схватившего изнутри сердца страха. Бедные. Им не нужно вас бояться. Нету на то ни одной логичной причины. Вы - Юва, нормальный ребенок, друг для всех и вся, не важно будь это букашка или монстр, скрывающийся высоко в облаках. Если кто-то кинет в вас камень, вы распростертые руки, открывая площадь для метания.

"Подонок! Я откушу тебе лицо, стоит мне выбраться! Что творилось в этой текстильной башке, когда ты делал это с нами?" - надрывала глотку Берли, сдавленная с право разъяренным Боссом и своим братом сурком.

"Вы заплатите за то, что сделали с нами! Только тронь мою семью, я предупреждаю!" - рычал изо всех сил лиловый крокодил, двигаясь так же активно, как и единственный подходящий к нему по росту зверь, брат динозаврихи.

"З-за что вы так с нами, мистер Юва? Мы ж-же ничего вам не сделали!" - рыдала как будто бы в последний раз одна из многочисленных крох, пока тот маленький водопад слезок, делал её уродливее, вычурнее и детальнее. У местных жильцов всегда была некая минимализация, когда доходило до внешнего вида. Менее угловатые, неидеальные фигуры, не имели права присутствовать на священной земле, ибо здесь, дозволено проживать лишь нормальным людям. В эту секунду, минуту злого ненастья, их болезнь начала действовать в ускоренном темпе, при взирание на того, кто мог их спасти, но не смог от собственных ошибок. Лица, тела, формы, конечности. Перечисленные запчасти живых резко, громко и отвратительно меняли облик, вместе с положением, походя на то, что не при каких обстоятельствах не должно существовать в Хедспейс. Шерстинка за шерстинкой воздействовала на окружающий воздух, делая его невыносимым. Легких у вас не было, но вот набивка с тканью спокойно ощущала всю боль, копящуюся в деформированных уродцев. Дети в миг превратились в чудовищ извне. Далекого, неизвестного всякому разумному миру.

"Перестань!" - кричали они

"Остановись!" - просили они

"Я ненавижу тебя!" - говорили истину они.

"Ты болен!" - вопили они.

"Ненормальный!" - возглашали они.

Время остановилось. Визги, плач, крики и скрежет зубов об зубы прекратились. История повторяется, и на сей раз, вы не позволите чтобы эти несчастные переносчики вируса. Вас более не пугают крики, и ничто не остановит от спасения нуждающихся. Головы, мерзкие, гротескные, звериные, повернулись точно в вашу сторону, глядя всеми имеющимися глазами. Но яблоками не родные, а чужими. Белыми сферами, с чернильно черным зрачком, где один вертикальный, висел прямиком посередине связанного шара тварей. Чьи то пасти раскрылись, выпустив на волю нечто, связанное с нарушением законов мироздания. Эмоцию. Страх.

1427

Кисти схватили уголки завязанного на плечах одеяло, развернув и перевалив через вас самих, закинув прямиком на конец молчащей толпы. Полотно, состоящее из ткани, ниток и прочего материала, расширилось за несколько наносекунд, покрыв собой от малого до велика. В течении мгновений, кажущихся пыточными часами, движения всё таки окончились. Конкретная способность, называемая "Блаженство", сработала без заминки, вернув детям, взрослым и не очень, спокойный нрав с развеселым характером. Скакалка развязалась сама собой, а соответственно, ничего больше вас здесь не удерживало. Двигая металлическими стержнями, вы пошли в сторону посиделок остальной команды, не поворачиваясь даже на секунду.

Вот, ваши стопы довели вас до невероятно важного места в целом мире. Плед. Тот плед, на коем уже не первый год, старшая сестра проводит с друзьями и вами золотое время, предпочитая это бесконечным возможностям, предоставленной ею по рождению. Будучи второй по силе на белом свете, она может пойти куда только угодно. Земли Биттерхарт и Свитхарт, Сахарный курорт в горах, верхушки Этажей. Все не перечислить. В её силе изменить баланс сил парка, предотвратить тысячи конфликтов, создать новые, разрушить всё или же создать уникальную, невидимую никем жизнь. Но она променяла все богоподобные деяния на кучку альтруистичных детей и вас. Задаваясь вопросом, почему, на коий никогда не получите ответа, вы всё таки подходите ближе. Неизвестно почему, но когда между вами остается разве что метра четыре расстояния, страхи за возможного, очередного доппельгангера пропадают подобно бумажке, соженной пламенем огнемёта. Это ваша сестренка, богиня, покровительница крошечной группки непосед и та, что любит вас, даже с наличием всех омерзительных грехов. От неё идет особенная энергетика. Приятная, безопасная, мягкая и с крошечной перчинкой, уже практически не замечаемую, после долгих лет жизни бок о бок. Лучшая сестра, ради которой можно пойти на любые свершения. Да, Хиро и впрямь нашел себе идеальную половинку. У вас нету ни капли зависти ему. Ведь так будет только лучше.

"Юва!" - раздался счастливый визг девушки на пару лет старше вас, после чего, образ барышни мгновенно испарился, а вскоре вы поднялись от земли в воздух, удерживаясь в твердой, но надежной хватке любимой сестры. Её руки обхватывали живот, удерживая всю душу и водя ею из стороны в сторону. В принципе, ровно как и всегда, если так подумать. Вы не только её младший брат и лучший друг, но еще и самая мягкая игрушка в парке, которую приятно обнимать, тискать, ласкать и иногда избивать. Последнюю функцию используют разве что голодные до проливание на других злобы, или Хиро, в секунду его непоправимых ошибок. Мари всегда относилась к вам с любовью, пониманием, что уж говорить до бесконечной заботы, чаще всего представленной физическим контактом. Подобно сейчашнему, где вы приобрели позу длинного кота, повисшего в руках уважаемой хозяйки. Пальцы играются с пижамой, иногда утыкаясь вглубь, а иногда на выступающие пуговицы. Грудь, закрытая непросвечивающим платьем почти полностью покрыла собой вашу спину, очаровывая странной мягкостью, пока ноздри девицы невзначай вдыхали запах влажных волос. Она любит вас. Очень, очень сильно.

"Для брата и сестры вы как то слишком близки, не находите? Может, пора уже его отпустить? Прошло почти пять минут с вашего воссоединения." - проговорил Кел, потаптывая ногой с отсутствием должного терпения, после чего, раздался нервный смешок и извинения от всеобщей покровительницы отряда.

"Простите. Чуточку занесло, эхе' - покраснев сказала юная леди, опустив вас, крошечного по сравнению с ней человека, только чтобы положить кисть на плюшевую шевелюру, после вашего поворота головы. "Здравствуй, младший братик. Давно не виделись!"

"Мари, это всё очень мило и очаровательно, но давай сосредоточимся на нынешней проблеме. Вы еще успеете оба поболтать. Сядем, обсудим что имеем." - прервал радостный взгляд женщины и дипломат, отчего два ребенка одного возраста выдохнули, благодаря подростка за окончания их страдания. Вам не было понятно, почему они нистого ни с сего ведут себя так странно, если учесть что в обычном случае, сестренка не отпускает вас куда большее время, чем какие то жалкие пять минут. Однако, вы и не могли заявить что троица была не права, ибо от прикосновений кудесницы, вы практически забыли о изначальной цели. Собравшись в круг, вы, сидя между ног продолжавшей обнимать вас родственницы, и остальная компания, устроились поудобнее, готовясь к долгом разгвору.

"Так. Вы все молодцы, отлично постарались, я очень вами горжусь. Это стоило огромных усилий, сдерживать зараженных на протяжении долгого периода времени. А теперь..." - - Хиро повернулся в сторону возлюбленной, в сей раз серьезно, без намерения пригласить какая прекрасная перед ним девушка, схмурив лицо - "Мари, как ты себя чувствуешь? Кел с Обри рассказали мне о твоей помощи им во время всплеска больных."

"Не беспокойся, со мной всё прекрасно. Да, коленку чуточку ломит, но в целом, я здорова!" - осветив сидящий в разных направлениях друзей, барышня сияла на глазах великолепной аурой доброты, с парящими высоко высоко галактическими волосами. Её хватка стала чуть сильнее на другую секунду, прижимая к себе вас поближе. "И всё благодаря милому младшему братику."

"Очень хорошо." - решил проигнорировать тинейджер, смотря ей в глаза, направленные на ваше отсутствие лица. ""Мы и впрямь начали волноваться, когда всё вдруг почернело после того, как ты решила перелить свое НАСТРОЕНИЕ Бейзилу, прежде чем он исчез. Мне не стоило тебе разрешать это делать."

"Переливание? Исчезновение Бейзила? О чем идет речь?" - спросила барышня, застал присутствующих врасплох. Странные обсуждения о неумении Кела работать с детьми, начатый именно девицей с грязными волосами, прервался, начав вместо этого перевод трех пар глаз на неловко улыбающуюся богиню. Поднятые уголки губ харизматичного мужчины не опустились, но положение век над шарами выдовало его растущую нервозностьт. Судя по всему, секрет продлился не то чтобы долго.

"Мари, всмысле ты не знаешь ничего о переливании?" - слегка сгоряча сказанул спортсмен, забыв о вежливости к уважаемой персоне. Вы не смогли бы его поправить, даже если бы хотели этого делать, но похоже что и остальные не стремились преподать мальчонке урок хороших манер, слишком занятые молчаливым взглядом на непонимающую старшеклассницу. "Сама чуть ли не умоляла Хиро дать тебе возможность после предыдущего раза. Каким то образом даже уговорила"

"Выглядела так, будто от этого зависит твоя жизнь. Последний раз я тебя такой видела, когда мы вернулись с задания в Королевстве двух сестер, и ты тут же забрала себе Юву, отказываясь его отпускать в течении целой недели." - прошептала с намеком на страх девица, хотя вы не могли разделить её беспокойства. Семь дней отпуска наедине с человеком, чья власть безгранична, а забота сосредоточена только на вас - по сейчас звучали подобно райскому хору для ушей, несмотря на ясный факт незаслуженности великой привилегии, бытия обнимательной подушкой.

"Я о чем то умоляла Хиро? Глупышки, вы наверное шутите надо мной. Последнее что я помню, была прогулка по территории Рощи. Вы вроде ушли тогда на какую то очередную миссию, мне стало скучно, а дети решили убежать дальше, чем территории детской площадки. Я подумала что стоит хотя бы проследить, чтобы с ними ничего не произошло, а потом..." - Мари остановилась. Довольная жизнью, присутствием вас в её руках, девушка поменяла спокойное выражение лица, положив вместо него нечто, напоминающее четкую задумчивость. Брови хмурые, не больше градуса другого, рот закрыт а глаза смотрят в ворсистый плед, придавая сестренке образ человека в середине серьезного мыслительного процесса. "Очнулась здесь, малыши бегали все в слезах, а Кел и Обри пытались их успокоить. Я помогала им немного, но моё колено внезапно заболело и о помощи речи быть не могло... Ребят, что произошло пока меня не было? Где Бейзил и что с ним?"

"Дорогая моя, тише. Сейчас всё объясню." - постарался свести на нет шанс начала паники и повышения стресса у возлюбленной Хиро, подползая к леди поближе и кладя руку ей на плечо, в успокаивающем жесте. Откашлявшись и поправив галстук, парень начал с первых минут случившегося инцидента. "Всё началось когда мы командой пришли на детскую площадку чтобы немного отдохнуть. Задание, о коем ты упомянул о, выдоило из нас каждую каплю сока, а соответственно, решили отправиться к тебе, чуточку передохнуть. Встретились с тобой и фотографом, поболтали и обнаружили, что у него в капельнице постепенно заканчивалось НАСТРОЕНИЕ, что побудило решение отправится к его недавно построенной Палатке."

"Хей, давай помедленнее! Ты ведь столько пропускаешь!" - пропищал вклинившийся в рассказ быстрый мальчик, помахав рукой чтобы привлечь к себе внимание.

"Кел, если речь идет о твоих несостоявшихся попытках усидеть на месте, то я не стану об этом рассказывать. У нас мало времени, дабы тратить её на чепуху" - с покерфейсом, далеким от вашего, ответил старший брат.

"Да нет же!" - возразил младший, недовольно надувшись за оскорбление, но поспешив переубедить подростка в его предположениях. "Я хотел сказать, что ты забыл о странном поведении Мари! Она такая вся была непонятной, пока мы листали альбом и болтали."

"Правда? Похоже не заметил этого..." - подумал вслух казанова, сделавшись немного угрюмым от совершенной ошибки.

"Верно! Вообще, я заметила это первее тебя!" - пискнула повелительница зверей, ухмыляясь с высоты своего громадного кролика, показывая юнцу букву L на лбу. "Ты походила на совершенно другого человека, сестрица. Задавала вопросы на обычные темы, ответами уже обладая, плохо отозвалась о Хиро и и к тому же, странно вела себя рядом с Ювой! Осторожнее чем обычно."

"Быть того не может. Я бы ни за какие коврижки не оскорбила моего возлюбленного" - вальяжно протянула барышня, ущипнув молодого за щеку, отчего он улыбнулся во весь ряд зубов. Вы не смотрели на флиртующих голубков, выигрывая раунд за раундом в гляделки с Бан баном. Это намного легче, когда у вас нету ключевого элемента игры.

"Хм... Но раз уж это была не Мари, то кто? Её злойклондвойник?" - вернувшись к серьезному виду лидер, он чуть насмешливо пожал плечами, сомневаясь что такое впринципе имеет шанс на явь, ибо точная копия женщины, в будущем собирающейся стать его женой, априори не могла быть возможной. Однако неудобное молчание, приветствующее телодвижения командующего отрядом не то чтобы убавило волнения в составе группы. Первым кто сломался под давлением, стал дрожащий спортсмен, заикающийся и решивший перейти к излишним выводам.

"Фальшивка! Ты не наша Мари! " - восклицал паренек, опираясь одним коленом об фабрику накидки, постеленной на земле, в драматичной позе обвиняя девушку во лжи, указывая пальцем. "Если ты правда она, то скажи то, что знает настоящая Мари!"

"Кел, это не работает таким обра..." - пожелал приструнить неугомонного ребенка один из взрослых, но был остановлен нежной кистью, усмирившей чуть разозленного дипломата.

"Ок." - сказала максимально казуально барышня. Здесь, вы поняли что готовится нечто серьезное. Очень конфиденциальная информация, чей выпуск на свободу со стопроцентной вероятностью приведет к наведению красного цвета, в зоне щек. Иначе как еще объяснить дьявольскую ухмылку, расцветающую , намеренно злую. "Однажды, а если быть точнее, в день путешествия между небоскрёбами по шоссе, тебя унесло сильным ветром. Шорты не смогли удержаться, сорвавшись и ..."

"Хватит хватит хватит хватит! Всё, я верю тебе, только не продолжай!" - упав к ногам девочки подростка, бегун начал кланяться со всей имеющейся скоростью, лишь бы юная госпожа не поднимала на поверхность воспоминания, подавленные нескончаемым потоком дневных занятий спортом. Обри прямо таки взорвалась смехом, упав спиной на спину колоссального шерстяного зверька, болтая в воздухе ногами, стараясь удержать живот от черезмерного сотрясания. Хиро кое как подавил смешок в его исконном зарождение, но попавшись взглядом мальчугана, был вынужден потрепать свои волосы на затылке, пока человечек, получивший свою порцию насмешек, закатил глаза, отворачиваясь от задирающих друзей. "Грубиянка"

"Оооо" - протянула барышня, погладив паренька по его мохнатой макушке, отчего тот недовольно заворчал. "Ты ведь знаешь что я не со зла. К тому же, это более менее веселое подтверждение. Не сердись. Так или иначе, теперь, когда я всем доказала свою подлинность, думаю.."

"Ах, точно. Прости, совсем позабыл." - понял намек глава отряда, получив в ответ на извинения убеждения о нормальности таких нюансов, приготовившись к следующей части рассказа о недавних событиях. "После внезапного конфликта с Боссом, да, нам пришлось его излечить, когда он взял в заложники к Бейзила под конец игры в прятки, мы поспешили к его новому дому, взяв фальшивую тебя , по её просьбе. Добравшись до места, положив цветочника на койку и подключив ко всей аппаратуре, начались выборы того, кто станет донором. После неприятных споров, им оказалась поддельная ты. А затем... Затем мы все оказались в Тайном логове. Нулевой пациент исчез, по всей Благодатной зафиксированы появления новых зараженных, а та преимущественная часть излечившихся, снова подверглась Тоске. Как то так."

"О Творец. Что мы будем делать дальше?" -задала вопрос встревоженная сестра, заметно изменив манеру речи на серьезную. Будучи первой, по важности, фигурой в маленькой, но уютной семье, она заботилась обо всех в равной форме, и фотограф не был исключением из списка. Вы могли в полной мере почувствовать её страх за жизнь, состояние пропавшего, от того как же сильно ногти родственницы впивались вам в плечи.

"Мы - сейчас отправимся к тому месту где в последний раз довелось его увидеть. Ты же - останешься здесь, и во всех других местах для пикников. Та фальшивка возможно до сих пор разгуливает на свободе, и может в любой момент найти тебя. Тогда, всё может снова пойти коту под хвост" - сказал четким тоном Хиро, намекающим что он не собирается в теории и на практике обсуждать необходимость сего решения. Вы честны с собой, а значит согласились с его заключением. Та подделка может сейчас находится где угодно, а последнее чего вам хотелось - потенциального шанса второй за сегодня катастрофы.

"Думаю, здесь ты прав..." - тяжело выдохнула девушка, сутулясь и отведя в сторону глаза. Двинувшись на месте, тем самым оповестив вас о её желании стать, что вы предоставили, уйдя в сторонку, богоподобная персона нависла над тройней и вами, потирая руки. Взяв с края плела корзинку, Мари сделала тоже самое, что и всегда, во времена необходимости передвижения с одного пункта к другому. Ступила на воздух, легко, как пушинку по ветру, вспрыгивая с одной точки в пространстве по другую. Подол платья увеличился, космические волосы, с просвечивающимися между прядями галактиками парили , то падая то взмывая выше, что ни коим образом не беспокоило её владелицу. Вот, уже который год вы наблюдаете за неимоверной красотой, и всё равно думаете об одном и том же. Насколько же она прекрасна. "Что ж ребята, если я вам понадоблюсь, вы всегда знаете, где меня найти. На пикниках можете спокойно восстановить НАСТРОЕНИЕ с УВЕРЕННОСТЬЮ, а так же сохранится. Цена - всего лишь ваша любовь! О, и чуть не забыла. Узнаете что нибудь о Бейзиле, сообщите мне первым делом. Удачи!" С этими словами, лучшая на свете сестра, запрыгала по пустому пространству, уходя далеко далеко в высь, стремясь к поставленному объекту назначению. Покрывалу, у дома Бейзила.

"Народ. Думаю, это можно назвать началом нашего нового приключения!" - торжественно объявил глава, подняв руки к верху, что привело к восторженным вскрикам от двух детей . ""Давайте же отыщем нашего потерянного, напуганного друга, вернем запутавшихся агнцев обратно в наши угодья и спасем весь парк! За мной!". Сиюсекундно, вы и команда побежали сломя голову, навстречу грядущим открытиям. Речь Хиро воодушевила вас в той же степени, что и всех остальных, однако несмотря на возможность в скором времени помочь многочисленным, бедным жильцам замечательного леса, вы не могли отделаться от мысли, что эта история окончится печальным финалом.

-------------------------

Дорога к дому заняла от силы пару минут, но по пути туда вам всё равно довелось увидеть несколько особенно занимательных вещей. В первую очередь, по всей территории округа, где и велось строительство железного купола, а также ёго окрестностях. Трубы, подобие животных, проходящих на маленькие аниматронные фигурки , как те кукушки, вылезающие из антикварных часов, аппаратура, механизмы и прочие, по неизвестным причинам накрылись не дюжим слоем пыли и грязи. В большей степени черной жидкостью, чья консистенция напоминала древесную смолу, или деготь. Не очень сильно чтобы бросаются в глаза при переходе между рабочей зоной и развилкой, но всё равно дают о себе знать. Пятна там, огромные скопления тут, и разумеется недурная кучка пыли на предметах, напоминающим вам обо всём, что сказал в минуту отчаянной пробежки Бейзил, рассказывая негативные черты описанных им цветов. Собранные структуры, статуе подобные технологии, нарисованные как покрытие для труб узоры. Со всего перечисленного, в находили дюжину минут, чтобы свести неприятные соринки, ценой потраченного времени и осуждения команды. Они говорили про необходимость двигаться дальше, забыть о бесполезной чепухе, поторопиться, но что-то в глубине пуха, каркаса и чего - то бьющегося, говорило нечайную фразу. "Это правильное дело" - звучала мысль, хотя очевидно что не ваша. Чья именно, вы понять не в состоянии, однако только закончив убирать серую пыль с железных деталей, смысл оно потеряло безвозвратно, ровно как и ваше внимание.

Во вторых - это некоторая степень разрушенности вокруг построек, не связанных с работой здания. Объекты начинались с сожженных деревьев, сломанных грузовиков, мешков с песком, множества контейнеров, где временно обсутраивались рабочие, и заканчивая совершенно рандомными местами. Признаки вмятин, опаления, сожжения и расплавления. Сами аристократы, храбрые, крошечные работяги с парой листиков на сучках и глупыми лицами, собрались в группки по пять - десять человек, прыгая, пища и стараясь восстановить поврежденные части здешних красот, вместе с ранеными товарищами. Их шаровидные тела поддались колоссальной дозе негативной энергии, настолько высокой, по итогу приведшей к физическим ранам, а не простому заражению. Помогая по пути к бронированным воротам, вы с командой в конце концов набрели на них. Они были разрушены изнутри. Метровый слой ширины железа, с передовой системой защиты, дюжина замков, не смогли сдержать нулевого пациента, вырвавшегося из под контроля. Выгнутые вперед двери навесы, чуть ли не обхватывали собой то, что осталось от первой жертвы цветочника. Великого предводителя ростков - Старого Побега. От него остались только ножки да сама веточка, лежащая между ними.

"Мы... Мы не успели глазами моргнуть, прежде чем... Его стерло..." - в контузии шептал первый попавшийся на глаза малец, склонившийся перед останками правителя народа, с взглядом существа, видевшего настоящую резню, или преступления против человеческих прав. ""Дд-дезинтегрировало! Испарился... Он мертв..."

"Старый Побег спас нас. Когда из коридора раздался пронзительный рёв, он приказал нас закрыть защитную дверь и укрыться в своих домах, а сам встал прямо перед ней. Думал, что это хотя бы чуть чуть удержит того мальца от разрушений. Оказался прав... Если бы не наш старик, то тогда от нас ничего бы не осталось. Только отделались мелкими потерями..." - тоскливо оповестил пришедших другой росток рот, поднимая травмированного обратно на ноги, при помощи своего отростка с листиками. В его глазах читалось как уважение к почившей персоне, так и глубокая скорбь.

"Мы соболезнуем вашей утрате. Мы обязательно всё исправим. Можете на нас рассчитывать." - дал обещание ваш лидер, проходя прямо между стопами павшего защитника, отдавшего жизнь, ради попытки спасти верных подданых. Оставшись немного позади группы, вы потратили минуту на скромное молчание, и прикладывание сжатого кулака на то место, где по идее должно быть ваше сердце. Никогда нельзя забывать великих персон, решивших потратить всё, ради других. Потом, ваши стопы повели вас вслед за двойней детей и подростков.

Внутренняя часть окружения купола оказалась не той, что вы изначально ожидали увидеть. Искусственная трава, раскрашенные стены, очистители воздуха, турбины для накачивания здешнего кислорода полезными газами. Перечисленное выглядело точно так же, как вы видели их в первый раз. За исключением некой волнующей детали, не способной явить себя достаточно, чтобы попасть на глаза. Мелочь, чьё существование одновременно напрягало, но в тоже время не присутствовало непосредственно перед вашим лицом. Оно в атмосфере сией камере, в миллиметрах слоев взрыво защитного покрытия. Везде и нигде одновременно, застрявшее между этим миром и неким альтернативным. Вам уже довелось чувствовать нечто похожее. Своеобразную лиминальность, за исключением факта, что в этом случае, эффект меньших масштабов. Свисающая лампочка, кусочек бумаги на ладони безымянной соседки, парящая клавиша и теперь это. Разные по структуре объекты, но при всём при этом, имеющие в себе одинаковое, закрытое от вас значение. Вам уже становилось не по себе, проходя по мосту и оттаскивая в сторону вход в навес. Будет лучше, если внутри не окажется никаких следов, что даст вашей команде повод пойти искать потерпевшего в другое, по крайней мере менее хладное место.

Что касается убранства Палатки, то здесь ситуация идентичная. Выключенное медицинское оборудование осталось нетронутым, после потери питания, а здешние светодиоды требовали замены лампочек, покачиваясь от проносящегося с штор ветра. Однако кровать, до непростительной ошибки занимаемая мальчиком, к вашему шоку, приобрела странную новизну. Бугорок. Маленький, не крупнее большого пальца. Но незнамо почему, чернильно черный. Снова этот цвет и снова волнующее присутствие отвлекающего элемента. Выбивающаяся иголка, в стоге ярко желтого сена. В какой то момент, а именно еще до проникновения на ранее занятую территорию, вам показалось что на постели кто-то стоит. Юноша, или существо, принявшее его форму, с загадочными глазами и непропорциональной рукой, упавшей к ногам. Это всё, разумеется, просто ваша паранойя. Привычка, имеющаяся у любого нормального человека. Стоя на месте, вы наблюдали как товарищи осматривают место преступления, обхаживая его от левой стены к правой, и наоборот, пытаясь найти хотя бы ложные зацепки, ради дорогого друга. Обри пришлось слезть с Бан бана, ползая по полу как дикарка, нюхая керамику и высматривая следы, разумеется получая от этого насмешки Кела, который хоть и убегал, но не переставал с скоростью света мататься по всему помещению, сосредоточившись на работе. Хиро отличился от остальных. Он стоял перед стулом, используемым Лже-Мари перед катастрофой.

"Ааргх! Здесь совершенно пусто!" - рассержено зарычал малец, пнув ногой по близ стоящему аппарату, съежившись при контакте твердой материи с ногой. Миллионы пробеганных километров разумеется закалили его ноги, но не до такой степени, чтобы выдержать столкновение с твердой материей.

"Мне становится страшно..." - неуверенно топталась на месте девочка, склоняя голову на пару градусов ниже обычного, с поблескивающими от слез глазёнками. "Здесь нету ничего, что могло бы рассказать нам о Бейзиле. А что если с ним что-то случилось? Что если он зашел слишком далеко и больше не..."

"Обри. Пожалуйста, посмотри на меня." - встал на колено перед ребенком подросток, спускаясь до её уровня, стискивая плечи успокаивающим движением ладоней - "С ним всё хорошо. Где бы сейчас не был, мы найдем и вернем его обратно домой. Обещаю." Тинейджер обнял маленькую кроху, позволив ей вернуть объятие уже с вернувшимся самочувствием. Оторвавшись от рассматривания постельного белья, вы подошли к спортсмену и укротительница зверей, стоя посередине, ожидая последующих указаний лидера. "Здесь нам ничего на глаза не попалось, как бы печально это не было. Однако повода для грусти здесь нету, ибо еще есть множество возможностей найти нашего друга где нибудь еще. Давайте поторопимся и отправимся дальше. Не нужно заставлять цветочника ждать! Разве я не прав?". Вы и остальные два человека в комнате кивнули, наполнившись чудодейственной мотивацией харизматичного предводителя, прежде чем в последний раз обернувшись, пойти за ними.

-

Исключив пункт "Палатка", из составленного Хиро списка примерного местонахождения, вас отправили в Чистые леса, славящиеся чистотой, красотами и великолепным окружением. Еще годы тому назад, во время первой вспышки Тоски, люди со всех сторон Парка разгуливали по этой земле, находясь под надзором команды дипломата, на программе реабелетации. Персоны сломленные жизнью, бушующими эмоциями и травмами, совершенными под действием заболевания, постепенно лечились от жестокого недуга, возвращая счастье и желания в глубины сердца. Разумеется, для правильной терапии понадобится немало места. Прогулки, созерцание природы и спокойствие останется на веки веков идеальным способом достижения внутреннего исцеления. Такую роль на себя взяли тамошние деревья. травы, крохотные речки витающие над нормальными жителями облака. К сожалению, второй выброс вируса затронул эти территории тоже, предав им отличающийся хаотичностью последствий вид. Посмотрев со стороны, можно только удивиться, как что либо из увиденного еще имеет возможность присутствовать на святой територии. Кроны либо сожжены, либо деформированы, а местные жители, до события счастливо проживающие день за днем с улыбкой на устах, заразились, ворча, дерясь друг с дружкой или же спрятавшись под выкорпчаными пнями, в слезах и соплях. Конечно, на деле это не настолько опасно, ибо население леса состояло из маленьких кроликов и растерявшихся просто кротов, но один только факт, напоминал вам о том, что все конфликты которые вам предстоит урегулировать, случились исключительно по вашей вене.

"БЕЙЗИЛ!! ТЫ ГДЕ?!" - кричал молодой человек в оранжевой одежке, сотрясая листья, деревья и землю. С учетом особенностей тела мальчишки, его голосовые связки тоже могли сокращаться с умопомрачительной скоростью, иногда приводя к громким, не то слово, звукам.

"Кел, прекрати! Ты ведь так пугаешь Банбана!" - протестовала девочка хищница, чуток наклонившись с зверя, чтобы дать юнцу хороший подзатыльник, на сей раз, попавший в точку, вывев из сосредоточия. "Я уже не первый раз говорю тебе это, моему кролику становится страшно, когда ты так делаешь, дурак. И вообще, о чем ты думаешь, надрывая глотку на всю округу? По твоему, он должен выйти в ту же секунду, что ты закричишь?"

"Эй, по крайней мере я хоть что-то делаю! Мы ведь не можем ходить повсюду молча, ожидая когда он появится? Так хотя бы возможно услышит и подаст сигналы, пока будет убегать." - бурчал недовольный тоном подруги юнец, поворачиваясь ко всем спиной, прежде чем засунуть руку в карман и вытащить оттуда самого лучшего друга, питомца и еще одного сводного брата. Домашнего камня по имени Гектор. Или, если быть точнее, просто камень с полоской посередине и двумя точками, нанесенными маркером. Уложив на ладонь, ребенок принялся гладить бедный минерал, прижимаясь к нему щекой, жалобно скуля проклятия в её сторону. "Только ты меня понимаешь, Гектор. Ну и фиг с ней, со злюкой. Всё равно мои идеи неплохие. А еще у меня есть ты, крутой, клевый, твердый домашний камень! Не то что чей то глупый кролик"

В любом случае, поиски здесь стали куда труднее, ибо широкое пространство для исследования так же усложнило задачу, накидывая в кучу с личными проблемами, поставленными жителями просьбами, еще и обязанность по лечению всякой души, увидавшей вас с друзьями. Чтож, по крайней мере, это очередной способ доказать что от вас и впрямь есть хоть какая то польза.

В какой то момент, перед вами оказалась странная дыра. Похожая на выротую, но при этом не ясно чем, машиной или человеческими руками. Решив проведать построенный проход вниз по лестнице, команда обнаружила там не просто какую то захудалую ямку, а целую пещеру, с подставлеными опорами, сводами и виднеющейся в грунте проводкой. Потолки высокие, имеются несколько ламп, расставленные по дорожке к концу пещеры, а среди этих деревянных столбов удерживающих тонны сухой земли, разложился пункт пикника, с уже готовой к их появлению старшей сестрой, заранее подготовившей неплохой обед, из свежих фруктов. Будучи вымотанными после недавнего столкновения с депрессивной компашкой коротышек, вы и отряд решили немного посидеть с ней, сохранившись и восстановив упавшие показатели. Друзья через еду, ну а для вас работали только чудодейственные прикосновения длинноволосой Мари. В середине наслаждения едой, она решила прервать мягкую тишину логичным вопросом. "Ну так что ребята, нашли что нибудь, связанное с Бейзилом?" - спросила девушка, что понизило НАСТРОЕНИЕ всех присутствующих на целую единицу. Подобно всем предыдущим разам, управление диалогом взял на себя харизматичный ловелас, улыбнувшись, зная что нужно сказать в такой ситуации.

"К сожалению, на месте нам не удалось найти ничего помогающего нам в расследовании, но уверяю тебя, мы вернем его в целостности и сохранности. Даю своё драгоценное слово!"- поправив строгий галстук у воротника рубашки сказал он, убрав теоретические переживания возлюбленной.

"Ох, ну тогда хорошо. Уверена, вы точно приложите к этому делу все возможные усилия!" - захлопав в ладоши пропела девица, переместив кисти впоследствии на макушку вашей головы.

"А как иначе?! Это же наш друг, и мы не можем позволить, чтобы с ним чего нибудь случилось." - громко заявил Кел, запихнув за щеку целую тарелку очищенных мандаринов, плевалась косточками в сторону, как всегда с сияющим позитивом оскалом.

"К тому же, он так и не сыграл со мной в баскетбол, а это я оставить просто не могу! Буду искать его от одного конца парка до другого, пока не отыщу!"

"Творец ненаглядный, ты что, навсегда останешься дураком?" - пробубнила себе под нос Обри, шепча животному на ушко приказ, ударить надо еду лапой, от коей он с легкостью увернулся - "Ты хотя бы понимашь, насколько ему должно быть сейчас страшно? Нам сейчас лучше вместо того, чтобы фрукты есть, пойти и найти флориста поскорее!"

"Милая моя, спокойнее. Не волнуйся, вы успеете еще его найти. Но ради этого, тебе понадобится немало сил. Лучше будет, если перестанешь сильно волноваться и позволишь себе чуточку восстановится." - медовым голоском уговорила энергичную леди барышня по старше, решив перевести тему в любопытное русло. " А вообще, вы не заметили в синей пещере ничего странного? Выделяющегося, например?"

"Хм... Немного странно что место в принципе появилось после всплеска заражения. Плюс, эти колонны как будто бы не из этого места." - анализировал парень, осматриваясь по сторонам.

"Может, нам тот забавный пацан поможет? А то только и делает, что печатает за компьютером" - указал большим пальцем себе за спину на покрытую тенью фигуру спортсмен, в отдалении углубления. Тот незнакомец, судя по всему решил сделать здесь жильё, иначе каким образом объяснить громкие щелканья нескольких клавиатур одновременно, вместе с диковинными звуками, вспышками и раздражающим оповещением. Когда вы и отряд закончили приятную трапезу, не забыв поблагодарить за него чудесную родственницу, что вылилось в несколько минутные попытки трех человек вытащить вас из железобетонной хватки покровительницы группы, вам довелось увидеть уголок человека с ближайшего ракурса, а так же самого жителя. Юнца, не старше вас. Худого, изможденного, одетого в лохмотья, возможно до какого то происшествия служившие ему нарядом для скалолазания или же прогулок в дикой местности. Были видны элементы одежки, только напоминавшие снию куртку и темно синие штаны, вместе с блекло красной пилотской шапкой, выбранной на несколько размеров меньше, отчего полностью закрывала обзор, оставляя нпепробиваемую светом десятка нависших друг на друге экранов, хотя это и было чисто физически невозможно. Сам же истощенный ребенок, сгорбившись перемещался от одной клавиатуре к другой, с промежутком в несколько секунд, из пяти имеющихся, пока с его живота свисало несколько особенно толстых кабелей. Вас напрягал его внешний вид, но что еще больше нервировало, так это ощущение некоторой связи с незнакомцем.

"Мистер, не можете ли нам подсказать что это за ме..." - поторопилась спросить загадочную персону барышня с грязными волосами, прежде чем своевремено быть остановленной метнувшейся к её рту рукой, перекрывшая данную с рождения возможность общаться вербально. Спустя несколько минут недовольного пыхтения, мычания и попыток убрать конечность с твоих уст, девочка всё таки расслабилась, увидев сделанный боссом, человеком прикрывшей ей губы, жест, просящий быть потише. Приподняв бровь, маленькая леди задала вопрос не используя стандартные слова, а только мимику и жестикуляции. Когда же девица увидела, куда показывал вытянувшийся палец харизматичного предводителя команды, она, а так же все остальные, включяя вас, сузили глаза, стараясь разглядеть в отдалении, почти что рядом с колесиковым креслом владельца пк, доску для школьных записей, помещающейся на вытянтых руках. Письмо объясняло важнейшие правила этого убежища, вместе с запретами, полностью отвечая на невысказанные вопросы.

1. Кто бы вы не были, уходите. Ваше присутствие пугает меня.

2. Пожалуйста, если вы всё таки остались, несмотря на мои просьбы, то по крайней мере, оставайтесь тихими и не мешайте.

3. Отвлечете меня - и я буду вынужден принять жесткие меры самозащиты.

4. Не трогайте мои компьютеры, ни при каких обстоятельствах.

"Ну, это хоть что-то" - бубнил себе под нос спидстер, получая агрессивные шикания в ответ, за безответственное отношение к вещам. "Ой, да ладно вам. Мы ведь и так шепчем! Этот парень, скорее всего, не обратил на нас внимание, даже если бы мы кричали во всю глотку. Вот, я сейчас.."

"Кел, не смей." - строго запретил старший брат, угрожая грубыми глазами, в сторону громкого надоеды. Это сработало более чем совершенно, заткнув юнца.

"Сейчас не время для шуток. Этот человек болен, и судя по всему, Тоска успела серьезно потрепать этого бедолагу. Когда зараженный отказывается выходить в социум, концентрируется на физических вещах и прибегает к агрессивной реакции на изьятие предмета, дающего больному чувства безопастности - следует немедленно вмешаться. Если этого не сделать, то нанесенный пострадавшему урон может дорасти до несуразных размеров. В наши обязанности входит помощь всякой несчастной душе, независимо от их состояния или отсутствие соглашение на процедуры. Итак, давайте поможем ему?"

"Ну не знаю... Мне он не нравится" - волновалась Обри, прижимаясь поближе к столпу отряда, дрожа от страха перед необычным мальчиком, судя по всему, глядя на то, что по сути своей было угрожающей растущей аурой незнакомца. Пугающе подавляющей, похожей на стандартную, но при этом слипшийся вокруг техники. Если бы у вас были эмоции, или же хотя бы маленькая крупица такой отвратительной человеческой несовершенности, то вы стали солидарны с ней. Однако, существуя в роли лекаря, вам оставались чужды такие ощущения, оставляя разве что предчувствие надвигающейся угрозы, при перспективе начать деструктивный диалог с здешним обитателем. Всё же, не важно какие трудности ожидают вас на пути помощи бедным людям, ибо так или иначе, это всегда стоит потраченных часов.

Судя по всему, вашу искрящуюся честным рвением мотивацию заметил и ведущий пати, заметивший вашу твердую, подготовленную хватку за края развивающегося в зоне шеи одеяла, усмехнувшись. Закрутив галстук вокруг указательного пальца, парень прошел вперед, секундной повернувшись к друзьям, мотнув головой в форме своеобразного подбадривания, прежде чем открыть свой рот для слов. Оказавшись всего в метре от их сейчашнего собеседника, теперь то голос человека мог достигнуть закрытых шапкой ушей загадочного отшельника, немедленно нарушая первостепенное правило берлоги. Не разговаривать с жителем сего дома. Тот отреагировал соответственно предупреждению, а именно жестоко. В единый миг, механическая мышка ринулась к лицу дипломата, быстро отраженная ураганным ударом ноги Кела, спасшего своего брата. Мальчишка за столом не стал ждать каких бы то не было слов, желая скорейшей смерти нарушителям правопорядка, от его рук. Еще несколько взмахов устройством, и вот, команде пришлось сделать тройку шагов назад, дабы не быть вырубленными на первый взгляд безобидной приблудой. Сам владелец чертогов, время зря не терял, заранее встав с места и, внезапно, сдирая с стены электроники один из маленьких мониторов. Разряды, пластик, металл и другие побочные детали такой экстравагантной операции полетели в разные стороны, пока вы и остальные ребята вставали на боевые позиции. Наконец сдернув аппарат, человек повернули его к себе задним портом, и грубым движением двух кистей , затолкал внутрь собственного живота, вызвав у двух младших детей в группе удивленные вздохи, вместе с напоминающими позывы к рвоте звуками. Кряхтения загадочного затворника, вместе с соединением множества кабелей, привели к окончательной готовности, запустив процесс сопряжений одушевленного организма и лишенного такой машины. Экран, в брюхе юнца полностью потемнел, высвечивая разве что минимализированную белую улыбку. "Блок питания Ядра включен. Все системы в норме. Вы нарушали мои просьбы и пресекли личную территорию. Мне жаль, но я вынужден применить силу. Уходите немедленно, или же готовьтесь быть устранены"

Пара агрессивно сказанных слов, произнесенных скрежущим уши роботическим голосом, немедленно сделала последствия запугивания явнее чем ранне утренний свет. С первого по последнего участника, члены группировки встали на изготовку, приготовившись к спасению забывшейся в трагической участи личности, хоть и с обьективно дрожащими руками. Судя по всему, недавний всплеск заражения повысил ставки в игре, сделав зараженных куда сильнее чем обычно. С взгляда со стороны, можно было сиюминутно понять что бой обещает выдаться трудным, сложным, по сравнению с стандартными конфликтами, испытанием. У компьютерного мальчика имеется оружие, в теории, дальней дистанции, осложняющей положение одновременно двух нападающих, вместе с неизвестными до селе технологиями. Последний раз, им пришлось сразится с кем то настолько серьезным во времена обнаружения Нулевого пациента, а если быть точнее, загадочную, бормочущую что-то про финансы акулу. Но сейчас этот факт не имел преимущественного значения, ибо подросток киборг сделал первые шаги в их сторону, а значит, вербальной битвы избежать не получится.

"Ребят, приготовьтесь. Будет сложно, но мы справимся. Я верю вас. Так что давайте, покажем ему настоящее счастье!" - героически воскликнул Хиро, затянув галстук потуже, подняв боевой дух команды на добрую, пятую стандартного показателя смелости. Вы не остались в стороне, схватив одеяло и готовясь помочь бедному, испуганному созданию. Как любой нормальный человек, вам нельзя проигрывать.

БУМ

БАМ

ТАРАРАМ

Конфронтация началась!

"Что Хиро и его друзья будут делать?"

Перво наперво, эффекты. Их наложение станет ключевым фактором скорой победы вас и остальных ребят, потому как в стычке с соперником уходящем дальше уровня 'обычного болеющего', обойтись без них не получится. В поставленной задаче преуспел не только вышестоящий по званию предводитель собрания детей альтруистов, но и вы, к наведенным баффам скорости, решительностии и харизмы, прикладвая еще временное понижение входящего ментального урона. Хотя, скорее в ситуации ваших друзей, можно обозначить любые увечья, потому что состояние души в Хедспейсе, зависит непосредственно от того, в каком состояние пребывает физическая оболочка. С полученными преимуществами , Кел и Обри ринулись вперед, усмиряя жестокую помесь человека с машиной. Было принято решение использовать только два специфических состояния, виду частоты атак 'кнутом' противника и тщательных попыток удерживать дистанцию между вами всеми. Команда Хиро засияла от счастья при громких, веселых высказываниях быстрого пацана, кроме вас, став поголовно ЗАИГРАВШИМИСЯ, на примерно седьмом ходу, а уклоняющегося от позитивной энергией мальчонку, заставили ослабить защиту, принимая импульсивные решения, после надоедливых попыток девочки с зверьком, посмотреть в их сторону, сделав его РАЗДРАЖЕННЫМ. Преимущество эффектов получено. Пора приступать к основным этапам конфликта. Залечивая раны соратников, вы старались вовремя защищаться от разъяренных лучей депрессивного тинейджера, идущих прямиком из области роботизированного брюха. Атаки этой зоной не прекращались даже после активно нанесенных повреждений позитивной энергией, выводящей монитор из строя. Сказать по правде, оно делало ситуацию только хуже. Стоило до конца угробить боевую единицу, как персонаж не долго ожидая вырывал сломанный аппарат, заменяя новым, запуская цикл сложностей вновь. Благо, через несколько раундов борьбы и финального УСПОКОЕНИЯ вами, мальчик сдался, чуть прибавив в цвете. Таким образом, вы с группой спасли еще одного человека, а также получили прибавку к опыту, повысивший вас и ихние уровни.

"Хм... Я был не прав. Возможно, нету ничего плохого в маленькой компании. Можете оставаться сколько пожелаете, но честно, постарайтесь мне не мешать. " - на сей раз человеческим голосом сказал парень, отходя от восстановившийся группы и садясь обратно за работу, не на шутку взболомошив спорстмена.

"Ой, да ладно!" - выкрикнул Кел, закинув назад голову и чутка ею помотав - "Мы так старались, а он даже на улицу выйти спокойно не хочет? Что за глупость!"

"Прояви немного уважения. У каждого заболевшего свой путь исцеления. За то время что мы работаем, должен был бы уже запомнить" - закатила глаза от его грубости Обри, поглаживая зализывающего ранку кролика за ушком.

"Здесь она права. Хотя, я все таки не могу не согласится с тем, что после всех усилий получился такой результат. Впрочем, это уже не наши проблемы. Народ, давайте двигаться дальше"- приказал участник старше остальных, услышав от способных говорить радостные волзгласы одобрения. По пути к лестнице, приведшей вас с остальными в место, подарившее новый опыт, вы мигом обернулись назад. Игра в мяч, успокаивающие речи, мягкий зверь гигант и ваше объятие, что логично, оказали пострадавшему терапевтический уход, сняв гнетущее напряжение повторяюгося занятия. Всё же, эффект судя по всем, оказался бракованным, ибо такого еще ни разу не случалось с поведением вылечившихся людей. Их монументальное возвращение к прежнему образу жизни, до заражения, всегда включалось на полную силу, стоило парочку раз напомнить о лучшем итоге для них. Но не с таким видом противника. Вы не понимали, почему конкретно так получилось, поскольку причины могут быть разные, краше первого со вторым. Усиления вируса, сложность изначального характера, или возможно сторонние обстоятельства, недоступные даже вам. Так или иначе, задерживаться здесь более смысла не имеет. Задача выполнена, житель парка освободился от гнусной проказы, а значит, путешествие продолжается. Вы взобрались по лестнице наружу, старясь не думать о мерзкой, надоедливой похожести загадочного программиста на забытого человека.

Возвращение в лес, продлилось недолго. Стычки с зверьем и ростокротами какое то время сохраняли поочередность, между исследованием открытых, так же закрытых, участков чащи, открывая команде взор на знакомые чудеса. Старая кошачья подушка, пустое место, неудобная кровать, забавный камень и тогдалее. Ничего сверхъестественного, однако воодушевление вызывает. По итогу, время игр прошло, и настал момент серьезного отношения к вещам. Сейчас, группа собралась у первого их двух выходов с территории Парка. Там , где еще несколько секунд была трава, лежал толстый слой серого бетона, с стоящей рядом, разнесенной в пух и прах автобусной остановкой. Повсюду валялся мусор, лужи без дождя и сильно бьющий по лицу дождь. Находясь в большей близости к раскрытым воротам единственного в мире оплота счастья, вами обрабатывался очевидный факт того, насколько же угрожающе выглядят стены. Впрочем, их внешний вид идеально подойдет для отпугивания посторонних, решивших зайти за обозначенную черту. На дороге не было машин, что очень кстати, ибо открывало отличную возможность спокойно пройти вперед, не боясь стать лепешкой от несущегося грузовика. Оставалась какая никакая вероятность, что вылазка на шоссе, окольцовывающее планету и входящее обратно в парк, может привести их к нахождению Бейзила. Как никак, но нашли то его именно что в одном из многочисленных километровых небоскребов, так что кто знает. Есть шанс что в мотивацию сошедшего с рельс самоконтроля Нулевого пациента, потянуло в родные края.

Десятки шагов, и вот, они в кои то веки вышли за пределы райских садов их дома, оказавшись в зараженной территории, окупированной таким количеством Тоскликовой энергии, что всякий пришедший сюда человек, животное или еще какое нибудь другое создание, не являющейся чкастью группы спасателей, не нашел в себе желания вернуться обратно в чедусные долины Парка. Ибо сам воздух, тяжелый, грязный, похожий на туман и источающий смрад выхлопных газов, пропитывает лёгкие входящего на проклятую землю. Команда перешла черту, оказавшись в буквальном аду наяву. Здесь нету смехов, счастливых людей с улыбками от уха до уха и ярких деревьев. Всё это можно даже простить, если бы небо над головами проходящих вперед детей, не было закрыто серыми тучами, лишая отроков и юношу замечательного, фиолетового пространства. Кольцевое шоссе - вот каково название сей местности. Благодаря усердным стараниям неизвестных личностей, жителям красочных чертогов не предстоит встретиться с ужасающии тварями бесконечных небоскребов, возвышающихся в обе стороны, с блеклым рабочим классом, носящим одну и ту же одежку каждый божий день, без капли тяги к жизни. В тех отсутствующих ответвлениях мостовой, ранее были пути, ведущие к другим шоссе. Не важно, будь то нижние будь то верхний. Сейчас ни единой, порочной, запятнанной до точки невозврата души, нету места в священных полях Благодатной рощи. Уходя метр за метром , создавая серьезное расстояние между ними и травянистым грунтом, троица начала испытывать серьезные ощущения покинутости, отчуждения и паранои. Классические симптомы здоровых граждан, посмевших нарушить правило. Наверное, здесь уже справедливо поблагодарить всевышнего Творца, за отсутствие вызывающих одни проблемы эмоций.

"Бррр... Что-мне здесь о совсем не нравится." - шептал нервозный Кел, пока его оранжевые молнии слабо блестели под ногами. "А вы точно уверены что он здесь? Кажется что мы только зря теряем время..."

"Мы всё еще его не нашли! А значит, продолжим искать пока не отыщем..." - Отчитала мальчонку Обри, поглаживая дрожащего, оказавшегося не в родной стихии лесов зверя - "Просто обязаны это сделать. Мы не можем бросить всё это сейчас..."

"Хей, выше нос! Нас еще ждет километры бетона, так что возможно, он еще где то-там. А даже если и не найдем его здесь, то у нас всегда есть возможность встретиться с Мари и обсудить дальнейший план действий. Она всегда знает, как нам лучше всего поступить." - постарался разбавить грустное положение Хиро, хотя вы, в голосе, заметили точную ноту волнения. Так или иначе, незавидное путешествие продолжается, а через пару шагов, вам даже пришлось столкнуться с, походу, новым другом, коему суждено еще не мало раз вас удивлять. Черной клавишей, повисшей над дорогой, вместе с загадочными, красными следами от обуви. Убедившись в прошлую встречу, что взаимодействие этих штук и ваших кистей не обрекает вселенную на немедленное самоуничтожение, вы берете крошечный объект в пальцы, убирая с пути черную стену дыма. Не заметив ваше странное поведение, группа альтруистов идет дальше, пока вы как собачонка, следуете по пятам.

Примерно на середине гипотетической длины кольцевого шоссе, вы невзначай останавливаетесь, увидев развилку. Чуть потянув за руках дипломата, отчего он повернулся с раздраженным выражением лица, ваша кисть автоматически показала налево, указывая шанс очередного обнаружения пропавшего мальчика. Сменив злобу благодарностью, парень оповещает об этой новости и остальных, меняя курс перемещения. Вы оказываетесь в чем то, отдаленно напоминающее нормальную дорогу. Искусственный камень вертится под вашими ногами, уходя то вверх то вниз, ведя вас кругами на коротком участке материи. Оно замкнуто, и в конце концов, не имеет в себе выхода, помимо того, откуда вы пришли. В теории, данная дорога скорее всего имела проход к другому участку земли, похожему на автомобильную стоянку, с лестницей наверх в середине, однако разрушение прохода поставила крест на шансе дальнейшего исследования. Всё же, вы, лично вы, не ушли оттуда с пустыми руками. В них легла новая информация, укоренившаяся в глубочайшей клеточке сознания.

Там стоял человек. Черный по черному. Такой темный, что кожа. одежда и атрибуты его, как будто разукрашены десятью слоями мелков, такого цвета. Ваше лицо бурили двумя белыми точками, расположенные в том месте, где и обязаны находиться обычные глаза. Футболка поло, подтяжки, джинсовые шорты, оголенные колени с руками, длинные носки и окровавленные ноги. Тень объекта, существующего в реальности. Образ живого друга, ждущего вашего решения. Его ноги пропитаны кровью, выливая целую лужу жидкости, запаха металла. Волосы короткие, уложенные аккуратно и с блеском, не имеющие в себе ни грамма кудрявости. Белые, как одноименное пространство. Один окрик от ваших друзей, прервавших ваш зрительный контакт, и его след уже остыл. Вы повернулись спиной, к месту раннего существования опасного субъекта, вернувшись обратно на заранее построенные рельсы.

Ожидания получились неоправданными. На шоссе не оказалось Бейзила, а во всех последующих зонах, включая другую сторону леса, вместе с закрывшейся станцией поездов, оказалось что вовсе, никто и слыхом не слыхивал о вышедшем из под контроля цветочнике. Ситуация становилось через чур печальной, а соответственно, пришло время для второй встречи. К моменту возвращения команды в любимое место, детская площадка вернулась к былому величию. От разрушений, устроенных взбесившимися ввиду болезни гражданами, не осталось даже маленькой соринки. Тетербол качался на шесте, качели взмахивали сидушкой с мартышкой взад назад, а кучка детей весело проводила время за приятным общением по пустяковым темом. Со стороны и не скажешь, что какой то час назад, на волю вышла сущность, в чьих руках сила, способная изменить целый мир. Впрочем, не вам осуждать блаженных в неведении, а значит, пора бы перестать тратить время попусту на глупые размышления и вернутся к красно-белому пледу. Не успев преодолеть необходимое расстояние между расчищенным входом и точкой сохранения, как вас тут же согнули практически напополам, сильными женскими руками. Казалось бы, уже исполнявшаяся из покон годов традиция, но вы все никак не привыкните к необычно сильному выражению любви родственницы. Дождавшись несколько секунд в железобетонных объятиях барышни, походя на недовольного кота, вас усадили в привычное место между ног девицы, пока остальные обратно принимали позиции круга. Её руки у вас на груди, лишь кончиками прикасаясь к друг другу.

"Итак народ, нашли что нибудь связанное с Бейзилом?" - радостно спросила всех девушка, невзначай сжимая вашу мягкую грудь, чуть чуть гладя её. Ничего особенного.

"Прости Мари, но пока что результат скудный... Боюсь что в лесу и на шоссе его нету." - чуть угрюмо ответил Хиро, кладя один из локтей себе на колено, сидя в позе лотоса. От такого результата, старшая сестра нахмурилась, понурив голову и слегка сильнее сжав ваше мелкое тельце.

"Ох.. Мне очень жаль..." - грустно проговорила она, убрав с лица довольную жизнью улыбку. "Уверена, вы сделали там всё что могли. Жаль что я не сумела ничем вам помочь."

"Поверь, мы выкладываемся на полную. Судя по всему, он ушел дальше чем мы предполагали" - с наводящей вопросы улыбкой проинформировал юную леди харизма, не обращая внимания на очевидные знаки вины, в лице сестрицы. Такое поведение недопустимо, но говорить об этом, было бы преступлением, с вашей стороны. Он её партнер, а значит имеет понимание, как лучше всего к ней относится. Так или иначе, вы не оставили пример для подражания в состояние горя, сделав единственное, что можно предпринять в нынешнем окружении. Положить плюшевую кисть поверх её, помассировав холодную кожу пальцем. Губы слегка приподнялись. "Такими темпами, думаю стоит рассмотреть вариант поисков мальчика где нибудь помимо Благодатной Рощи. Но тут вопрос в том, где же?"

Повисла короткая тишина. Мари, Кэл, Хиро и Обри поднесли указательный с большим к подбородкам, состроив классическое выражение глубокой задумчивости. Вы сделали его тоже, но уже за компанию, ибо у вас не будут выслушивать варианты перемещения, да и озвучивать их не имеете права. В конце концов, спортсмен запылал идеей, щелкнув перстами с криком осознания чего то, на бумаге гениального. "Во! Придумал! А почему бы нам не отправится к Свитхарт в замок и спросить у неё? Там же целое королевство мониторят, так что может быть, он где то там?"

"Вау! У тебя и впрямь иногда появляются хорошие идеи!" - намеренно издевательски посмеялась хозяйка животного, улыбнувшись еще сильнее с надутых щек. "Думаю, это неплохой вариант. Я за!"

"Так, попридержите чуточку коней. Неужто вы забыли, чем закончилась наша последняя вылазка в королевство Двух сестер?" - спросил дипломат, накручивая двумя фалангами по вертикальному кругу, стараясь напомнить ребятам о печальных событиях.

"Мы вроде бы как помогли им в тамошних делах, поговорили и..." - начала была юная особа, смотря куда то в сторону, прежде чем осознание резко ударило ей по голове, заставив эту самую часть опустить в печали. "Ох. Точно..."

"Их гражданская война вошла в этап сильного наступления на обе части. Теперь главная дорога завалена изувеченными трупами ростокротов. А на них Юва даже взглянуть не может. Зачем говорить о переходе..." - выпустил монолог глава отряда, поубавив пыл бегущего на обоих ногах юнца. Вы стыдились своего страха перед ними, но ничего не могли с этим поделать, несмотря на прямую нужность сего действия. Вид тех скопище мертвых, прямоходящих растений, переворачивал ваш пух множество раз, прежде чем успокоится уже после изменения обстановки. Не помогал и тот факт, что армия Свитер харт решила снабдить своих воинов, преимущественно белыми доспехами.

"Н-ну раз уж не туда, то может на Главное шоссе? Есть шанс что мы найдем способ его пересечь!" - с еще оставшейся надеждой скандировал паренёк, пока по его лбу стекали капельки пота.

"Даже не обсуждается. Если бы он остался цел, а не разрушен практически до основания, мы всё равно туда не отправились. Сомневаюсь что и Бейзил может быть там..." - раздраженно ответил подросток, окончательно поставив крест на всех имеющихся в их распоряжении идеях. Вы уже не помните, когда то место решило самостоятельно привестись в негодность, была ли в том ваша или чья то чужая вина. Вы только помните, что туда вам путь категорически закрыт.

Ныне, вариантов ноль. Мари продолжает вас нервно сжимать, а команда расстроенно смотреть в пространство, без понимания того, куда же им отправляться на поиски. Предоставленные идеи оказались невостребованными, где деталью, сделавших их таковыми, стали вы. Лес исследован вдоль и поперек, земли других регионов Парка закрыты, а ваше путешествие, судя по всему, закончилось не успев начаться. Значит ли это, что теперь, ваша ошибка окончательно обрекла мир на медленную смерть? Не успев до конца обдумать столь депрессивную, вводящую в состояния тоски обычного человека, мысль, как внезапно, раздался нежданный звук. Звук чего то падающего, с жутко огромной высоты. Команда в миг подняла к небу глаза, расширив зрачки и указав в небеса то рукой то громким вздохом. К тому моменту, когда вы последовали их примеру, ваше лицо озарилось яркой вспышкой. Почти что в вашу точку нахождения, переживал экстренное падение загадочный, напоминающий космический корабль обьект. Он весь покрыт пламенем, пробоинами и некоторыми, бело розовыми точками. Самое печальное состояло в том, что снижающиеся, меж галактическое судно выбрало для места приземления, ничто иное как свободный участок Благодатной рощи. И к нему, оно летело с незавидной скоростью. Будь бы у вас право на выражение простейших эмоций, то вы в сей момент, скорее всего, испытали неподдельный ужас. Пик технологий другой расы, совершенство инженерной мысли, средство передвижения, способное пересекать световые года за секунды, неумолимо собиралось врезаться в землю, разрушая всё на своем пути. Дети на площадке кричали, обычные жители в панике искали место чтобы укрыться, ну а вы же, сразу поняли, что нужно сейчас предпринять. Вы - лекарь группы, её защитник. Размотав узел на шее, ваши кисти взмахнули тяжелым полотном, увеличив описанный магический элемент постельного белья, сделав его предостаточного размера, дабы укрыть всех, кто расселся с разинутыми ртами на пледу. Вихрь одеяла вскоре быстро укрыл с ног до головы команду альтруистов, практически образовав непробиваемую броню. Четверка детей, включая и до этого сохранявшую тесный физический контакт сестру, сдавила вас весом нескольких тел, прижавшись, в шоке мотая головами по сторонам. Вскоре, нагрянул взрыв, которому почти что удалось сбить защиту ткани, однако действие вашей уникальной способности, всё же предотвратило разрушение тканевого форта.

"ДЕРЖИТЕСЬ КРЕПЧЕ! ЮВА, НЕ СМЕЙ ОТПУСКАТЬ УЗЛЫ!" - кричал во всё горло предводитель отряда, еле слышно от ударной волны и нагрянувшего взрыва. Крики раздавались на территории всего детского участка, правда вами больше остальных запоминались визги двух совершенно противоположных личностей. Впавший в состояние страха за собственную жизнь, мальчонка пытался пробежаться по всему шатру, ища выход из клетки, не понимая что его же импульсивное решение может стать причиной скоропостижной смерти юнцов. Благо, подоспевшая помощь юная леди, кое как спасла положение, приказав перепуганному кролику взять надо еду в щеки, и не отпускать его до конца катастрофы. Она выполняла работу с превосходным блеском, успокаивая Банана, коий старался удержать искрящиеся молнии у себя во рту, скуля и пища, от испытываемого, болезненного ощущения. В то же время, глава всея отряда Хиро, чуть не похоронил себя под животом пушистого животного, отдавая приказы по соблюдению нужной модели поведения и сохранению хладнокровия. При этом, вашей целью номер один по количеству волнения за человека, стала любимая сестра. Божественные силы не отрицали факта наличия в ней стандартной, подростковой стороны. Эмоции вещь страшная, тем более когда дело касается экстремальной ситуации, чья концовка легко может стать печальнее предпологаемой. Пальцы девицы врезались в ваши металлические ребра, проходя мимо расселин и буря пух, эдаким методом, слегка успокаивая напуганную родственницу. Но такое вас не устраивало. Вы не можете себе позволить оставлять важного человека в беде, и тем более, такую как она. Но осложняющий факт четырех концов одеяла в ваших пальцах, не делала ненастье легче, при этом, оставляя скорее всего, единственный имеющийся вариант спасения сестрицы, из загребущих ручонок подлого страха. Вы облокотились назад, прижимаясь как можно ближе к Мари, что вызвало у неё реакцию. Своеобразный шок, с последующим за этим физическим контактом, под видом стандартных объятий. Ваших c ней, "фирменных" объятий.

К концу тряски, пара пуговиц на рубашке оказались расстегнутыми, но новость об этом, не очень вас волновало. Главное - так это долгожданное окончание землетрясение, а также, получение разрешения на распутывание укрытия. Внешний вид уголка невинного удовольствия ошеломил контуженных борцов против болезни. По территории разбросались во все возможные стороны местные жители, уже возвращающиеся в сознание и старающиеся помочь близким. В воздухе витала пыль, дым, смог и грязь, поднявшаяся после взрыва, мигом вынудившая вставших на ноги закашляться. Реабилитировавшийся Босс, в команде с братом Берли Венцом, поднимали из под завалов ребятишек, неся на руках пострадавших, в то время как две подружки атлетки, старались превести переживших серьезные травмы в чувства. Отовсюду слышались визги, мольбы о помощи, истошный рёв и нескончаемые просьбы. Подбежавшая к группе динозавриха в толстовке, поправила треснувшие очочки, держась одной рукой за перевязанное плечо. "

"Ааргх! Вы видели это? Что вообще только что произошло?" - спросила юная дама, с взглядом, уходящим куда-то гораздо дальнее, чем их компашка.

"Мы... Мы не имеем ни малейшего понятия!" - потянув себя за волосы выплюнул глава, озираясь по сторонам, попутно спотыкаясь о землю, находясь в полнейшем хаосе. "Пару минут назад обсуждали, что делать с поисками Бейзила а тут... Тут это!"

"Никто из вас тоже ничего не знает? Вы ведь .... Вы! Каким образом вы не можете что либо знать?! Если уж это вам не под силу, то тогда чего разлеглись? Здесь люди помирают, вставайте и помогайте нам! " - перешла на высокие тона девчушка, заработав разгневанный возглас от тинейджера и тычущий указательный палец в её сторону.

"Молчать! Я пытаюсь тут сконцентрироваться, а ты только и делаешь, что ноешь! " - разозлился молодой мужчина в тукседо, разительно изменившись в прическе, ставшей гораздо шипованное, чем его обычное, неряшливое гнездо. "На тебя что, никогда ракета не падала!? Если хочешь хоть каких то изменений, то заткнись и дай мне подумать, дубина доисторическая!"

"Как ты меня сейчас назвал, пижон недоделанный?! Да на тебе ни малейшей царапины, разве что пиджачок помят! А ты в мою сторону посмотри! Ну что это такое!?" - продолжала словесную перепалку взбесившаяся сестрица барсука, выпячивая на показ заметное ранение. "Мне плечо пробило суком, так что я имею полное право жаловаться, недомерок!"

"Да этот костюм стоит больше улиток чем вся твоя жизнь, жалкая рептилия! Еще хоть раз вякнешь что-то про мою одёжку..." - начал было накалять обстановку дипломат, но стоило на секунду сблизиться обоим сторонам конфликта, как возникшая практически из воздуха старшая сестра прервала распри еще до полноценного развития.

"Ну ну ну ну. Спокойнее, давайте не горячится. Мы все сейчас на нервах, и лучшее что сейчас можем сделать, так это работать сообща!" - с выдавленной улыбкой проговорила Мари, толкая то барышню на голову ниже то своего непутевого партнера в разные стороны. Приблизившись к нему поближе, девица шептала парню так, что остальным было предельно слышно полное содержание слов богопообной персоны. "Хиро, прекращай с этой вознёй. Не подавай детям плохой пример! Как насчет вот чего. Вы сейчас отправляетесь к месту крушения этой космической штуки, а я останусь пока тут, организовав жизненно необходимую поддержку остальным, идёт?"

"Что? О чем ты говоришь? Не уж то ты совсем забыла о совсем недавно случившемся с тобой похищении?" - в недоумении запросил ответы бойфренд, непонятно, то ли искринне волнуясь за неё, то ли негодуя от принятого решения.

"Творец милостивый" - обиделась на такую интонацию могущественная личность, отойдя назад и надув щечки. "Неужто ты меня за совсем дурёху держишь? Я так то извлекла важный урок из произошедшего, и никуда дальше зон с моими пледами уходить не собираюсь."

Здесь то, дамочка окончательно сломила гневный дух ловеласа, создав тотально отличающегося от обычного мальчика подростка. "Ох... Дорогая. Я правда не хотел тебя обидеть. Честно, мне очень жаль" - принялся извиняться харизматичный человек, улыбаясь с блестящими звездочками, вокруг лица. Конечно же, вам было известно, насколько процентов дама поверила в такой качественный флирт. Целых ноль, ибо это был её изобретательный способ подшутить над готовым на всё ради маленькой награды старшеклассником.

"Всё хорошо любимый, но постарайся больше так не делать, хорошо?" - намеренно сладким голоском протянула сестрица с галактическими волосами, вытаскивая свой коронный трюк, под кодовым названием 'потянуть за галстук'. ""А вообще, если всё пройдет хорошо, ты узнаешь, что это за корабль там упал и найдешь след Бейзила... То так уж и быть, подарю тебе поцелуй"~

"Фу! Снимите комнату!" - выказывал отвращение Кел, сразу ударенный по макушке за прерывание флирта. Вы были, в некоторой степени с ним согласны.

"Цыц! Не нарушай магию!" - шикнула перемазанная пуще прежнего девчонка, мотая ногами в воздухе, лежа на спине гигантского кролика.

"Так команда, кто хочет посмотреть на шлюпку из далёкой галактики?" - подпрыгнул к команде при получении мотивации тинейджер, почти растягивая уголки губ до ушей. Малышня ответила радостными возгласами, позабыв о случившейся второй трагедии за короткий срок, встав на изготовку к бегу. Вы безразлично встали с места, возвращая с покрывало к прежнему, уменьшенному виду. В какой то момент, вы не успели осознать, как втайне от остальных были обняты нежными, женскими руками. Мари улыбнулась вашему поднявшемуся, и одновременно отсутствующему личику, благодарно поцеловав посередине тканевой заплатки.

"Спасибо тебе большое, Юва. Ты мне очень помог, когда всё так страшно затряслось. Мы уже очень давно не развлекались таким образом. Если не будет трудно, когда все остальные разойдутся в разные стороны по делам, хочешь снова поласкаться со мной? Всё чего это стоит - только твоя любовь!" - ласково шептала вам на ушко девушка с космическими локонами. Ваша спина выпрямилась в прямую линию, хрустнув от нежданной стимуляции голосом. Руки инстинктивно потянулись к плащу, закрепленному на шее, но нашли только скользнувшую к кисти руку, взявшую её в себя. Вы не испытывали эмоций как таковых, по большей части, но если бы могли, то скорее всего, сейчас бы чувствовали притворное волнение. В мире нету ничего лучше, чем помощь важнейшему из существующих людей. Этот случай поистине уникален, потому как речь ведется о вашей дорогой, старшей сестре. Меньшее что вам стоило сделать, так это подарить ей крохотный момент успокоения через легкий контакт. Увидев кивок, богиня, покраснев в уголках скул, мило ухмыльнулась, сжав в миг посильнее, и с тем же мгновением отпустила, толкнув обратно к шайке добросердечников, не забыв о пожелании на лучшую удачу. "Постарайтесь там и не волнуйтесь за нас! Вы обязательно справитесь!"

Таким образом, начался следующий этап, скорее всего, продолжительного приключения. До её окончания еще топать и топать.

-----------------------------------------

Через лесок, опушки, тропинки и конечно же поляну с идущий к плавучему острову лестницей, дорога постепенно сокращала анализируемую длину, в скором времени приводя вас с ребятами в сторону эпицентра павшего из космоса UFO. По левую сторону от лестницы, если смотреть вперед и видеть перед собою главный источник счастья Благодатной рощи, в течении всей дороги, валялись бесчисленные обломки летательного аппарата. Обожженный металл, будь то смеси белого с розовым, или серого с черным, развалившиеся устройства, неизвестного предназначения, шестерни, турбины, лопости и листы железа. Всё перечисленное разорвало ранее гладкую поверхность чудесного заповедника, выпустив на волю бренный, коричневатый грунт. Проходя мимо осколка, второго и третьего, вы не могли себе позволить сосредоточиться на приближающейся нужде, встретится с неизвестным. Обломки, предположительно, пилотируемого корабля о ком то вам напоминали. Вроде бы, вам и отряду уже приходилось поддерживать связь с человеком, рассекающему далекие горизонты черных галактик на звездном транспорте, с похожей цветовой палитрой. Как нормальнй человек, у вас была в наличие достойная память, но поскольку недавние событий выбили вашу тушку из приемлимого графика, вам оставалось только напрягать мозги, в попытках вспомнить скорее всего важных, связанных с узримым персон. Минута размышления прервалась выводящем из транса задумчивости гулом. Гомон не одной сотни голосов раздавался на большую часть широко растелившейся поляны, создаваемый должно быть, самой неуважаемой обществом професии. Папарацци. Девушки и мужчины, взрослые и дети, антропоморфные орлы и стопки ростокротов. Независимо от типов, у них имелись камеры, тысяча вспышек в минуту и раздражающей стандартного человека и , похожий друг на друга, голос. Тон, вопрошавший с поддельным волнением. Что больше всего могло вывести любого человека из себя, но не вас, ибо вы нормальный мальчик, так это громкость, от коей легко могли завернуться уши в трубочку. Хоть оставались некоторые сомнения, по поводу комфортности достижения цели, но вам казалось, что вы справитесь. Возможно.

"Черт. Какие же они громкие." - горячо прокомментировала Обри, пока Бан бан грустно прижимал ушки к голове лапками, отказываясь слушать разрозненные вопли жадных до информации человечков, пародируя горячо любимую хозяйку.

"Что?! Я тебя не слышу! Они слишком громкие!" - закричал во всю грудь ребенок-скорость, точно так же как и она с прикрытыми ушами.

"Это моя реплика, остолоп!" - оскалила зубы дикарка, но не получила внятного ответа.

"Что?! Твоя репа кинулась под лоб?! Что это вообще значит!?" - задал вопрос юноша, еще сильнее крича что есть мочи. Благо, цирк вскоре окончился на команде, поставленной Хиро, и вам больше не пришлось наблюдать за разгорающимся фарсом.

"Так, а ну ка молчать! Меня и так бесят эти возгласы, только вашей возни тут не хватало. Лучше смотрите, и учитесь." - выговорился лидер четверки, затягивая вельветовый галстук у себя на воротнике, проверяя правильность тембра . "Раз два. Раз два три. До ре ми фа со ля си~ Ок Хиро, ты справишься. Всё ради поцелуя от неё. Только поцелуй, и она будет полностью моей"

Получивший всплеск бодрости от напоминания самому себе, улыбка ловеласа расцвела, подобно весенней сакуре. Движения уверенные, поза выверенная, глаза блестят изумрудными кристаллами, а снежно белые зубы уже светили обернувшимся на шарм подростка глаза. "Попрошу внимание вас, люди добрые. Я и мои товарищи очень спешат, так что, нам бы не помешала ваша помощь! Мы будем очень признательны, если вы позволите нам пройти и разузнать, что же такое интересное тут произошло. Кто знает, возможно, даже удастся разузнать определенные вести с сего звездолета, что помогут вашей газете стать невероятно популярной! И так, что скажите, господа?" Рука парня протянулась вперед. Предложенный жест славился на весь Хедспейс неумолимой, притягательной силой. Заключительный этап всех манипуляций тинейджера. Символ его победы, перед лицом всякого, вступившего с ним в недобрый разговор. Не может же статься такого, что здесь это не сработает. Правда?

Как оказалось, не может - не означает что шанс равняется нулю. Повернувшись к нему, двое мужчин с большими животами, кепками, чьи козырьки уходят назад и массивными камерами, удостоили молодого человека разве что презренным смешком, а затем плюнули ему под ноги, вернувшись к поставленной работе. Вы почти что могли расслышать то, как дергалось веко шокированного, и безмолвного босса, когда он всё с той же улыбкой, но пустым взглядом, отходил обратно к компашке. "Обри, Кел, сделайте всё что только возможно, но доставьте нас к воронке. Прямо сейчас..." - Еле сдерживая себя от гневного крика вытащил Хиро изо рта, кладя руки друг на друга и не сводя испепеляющего взгляда с посмевшего оскорбить его человека. Конечно, двое детей решили промолчать с внезапно ухудшегося настроения ихнего попечителя, потому как последствия, следовавшие за всякой попыткой образумить нарцисса, никогда не оказывались положительными. Путешествия с юношей уже более нескольких лет, ими были закреплены несколько обязательных правил, способствовавшие как их лучшему настроению, так и иногда отходящему от стандартной манеры поведения характеру дипломата. Он прослыл и ярко показал свои лучшие стороны, однако одновременно с чем, успел раскрыть негативные аспекты души. Так или иначе, приказ отдан, и его следует исполнить немедля. Первым приступил Кел, и его очередь закончилась не то чтобы радужно. Бегуну пришла в голову гениальная идея, перепрыгнуть всю толпу и в воздухе отвлечь журналистов на себя, чтобы уже потом, увести людей с пути. К сожалению, после разбега с лестницы и неудачного прыжка на поддерживаемом командой куске обожженной обшивки, он столкнулся с взлетевшим ввысь шестом от камеры, остановившим его еще задолго до начала исполнения следующего шага. Пока вы восстанавливали парнишку от весомого ментального урона, физический не в счет, смелая девочка предприняла свой рывок на встречу к желаемому, выпустив мощнейшие оружие у неё в запасе. Кролика, разумеется. Сила милоты спокойно заставила однажды передумать великую Свитхарт, от решения отправить вас всех за решетку, сделав тогдашнюю незнакомку, на территорию коей нечайно забрела пати, верным союзником. Здесь будет гораздо легче. Оценивалось изначально в теории. Ну а по итогу, как бы сильно барышня не старалась вместе с своим хорошим питомцем, показывая трюки или же рассказывая интересные истории из разных пикников, большим и грубым дядькам было плевать. Теперь же, вам с Келом пришлось чуточку поддержать взгрустнувшую леди, ибо даже вы, нормальное существо без эмоций, начнете плакать если заплачент уже она.

По окончанию молчаливой поддержки, результат оставался прежним. Целая туча незнакомцев, наводнившее место вашего, возможного, нахождения информации о Бейзиле, упорно отказывалась сдвигаться с места. Силы, коими обладают только знаемые вами единицы , оказали абсурдно жалкое влияние на возникших точно из воздуха личностей. Вас это расстраивало и оставляло в ступоре. Вы не понимали, что теперь вам делать. Назад дороги нету, Хиро решит стоять до конца, в конце концов сорвавшись уже не на вас, а на ни в чем неповинных друзьях. Его упертость и впрямь могла стать серьезной помехой, в редких, но безусловно неприятных случаях. Тут, пришла забавная, и определенно глупая дума. Что именно ВЫ, можете сейчас предпринять? Товарищи уткнулись в тупик, их спины покрываются мурашками, от тяжелеющего, злостного дыхания лидера, а ваши руки только и могут сто стискивать оборки почищенного одеяльца, в надежде что проблема магическим способом решится сама собой. Но кому как не вам, ясно что так сей мир не устроен. Вся ваша жизнь была построена на действиях, прямом конфликте с самим собой и другими, ради помощи несчастным. Ну так, может пора перестать вести себя как безвольная кукла, ждущая приказа от хозяев, и осознанно решить проблему?

Мысль сразу помечается вами как "Тупая", автоматически засовываясь в долгий ящик. Не вам решать, какие ситуации требуют вашего подхода, а какие нет. Это не прямая дискуссия с зараженным пациентом, чтобы действовать самостоятельно. Там поведения схожего рода еще можно назвать позволительным, но когда дело касается взаимодействия с живыми гражданами Парка, где строго запрещено нарушать поставленные Творцом правила, любая задумка, подразумевашая своевольные телодвижения, обазна быть наказанной. Вы - нормальный ребенок. Вас любят когда вы полезны, вас хвалят за добрые дела и помощь только тогда, когда вам скажут помочь. По другому этот мир не устроен. Но со всеми заранее известными мотивами, ваш разум проиграл битву самому себе, выпустив из коробки закованную в цепи мысль. Разве ваша задача, это не помогать бедным, несчастным, жаждущим спасения людям? Именно так. Но разве вы стояли в стороне те многие разы, когда на вас с засады нападали толпы, непонимающих собственного вреда больных? Нет. Ваши руки автоматически рвались к плащу и укрывали друзей щитом, несмотря на отсутствие непосредственного приказа. На вас кричали за непослушание, а кулаки харизматичного тинейджера продолжали выбивать всю имеющуюся дурь, искривляя старые, проволочные ребра. Несмотря на это, вы выполняли свой долг, и это то главнейшее, что важно в любой подобной ситуации. Люди могут гневаться, могут презирать и плеваться кислотой в вашу сторону, но в конце концов, вы сделаете правильное дело.

Эти слова гадкие и наделены слишком сладкой амброзией, чтобы быть правдой. Но кисти уже доставали и открывали кончик желтого фломастера, на секунду используя приблуду на себе, дабы заранее удостоверится в работоспособности вещицы. Сие заметил и Хиро, с трудом вернувшийся себе ясное понимание мироустройства. На лице молодого человека расцвела яркая, хоть и фальшивая улыбка, с очевидным намерением поднять себе настроение. "Юва, ты что, проверяешь их на готовность? Оставь это бесполезное дело. Ты их практически не используешь. Или ни с чего, захотелось порисовать?" - риторически спросил юнец, не подозревая, что вскоре вы кардинально перевернет его поведения с ног на голову. В ваших мыслях это не звучало как оскорбление в его сторону. Просто невербально выговоренный факт. Водя инструментом в ширине пространства, воздух заискрился. Вычерченные буквы плевались светящейся краской на траву, отчетливо вызывая волнения в ткани вселенной. Мировой закон вновь нарушен, и в уголках ваших глаз, начали появляться темные, болезненные образы раскрытых ртов. Пастей, кричащих в вашу сторону гадости. Но вскоре, они исчезли. Зрение стало четким, а надпись закончилась точкой, на конце фразы. Вы больше не боитесь громкой речи.

Пожалуйста, дайте пройти.

Они обернулись. Нет, это преуменьшение. Они все обернулись. До единого. Маленькие, большие, люди, животные, одушевленные предметы и некие фигуры, кого то вам напоминающие. Выражения блеклые, пустые и безэмоциональные. Глаза сотен личностей с уникальной историей за ними, смотрели исключительно в вашу сторону. Затем, они расступились перед вами, но не перестали сохранять зрительный контакт. Молча. Команда подошла к вам сзади, удивленно осматривая вскоре исчезнувшие буквы. Повернувшийся Хиро, решивший сбросить маску доброты в вашу сторону, еле сдерживая язык от выговора наиболее оскорбительных слов в вашу сторону, причем полностью заслуженных, спросил: "Юва. Что ты наделал?" - говорил подросток, пока кулаки сжимались а яблоки дрожали. Даже если бы вы могли ему ответить на столь банальный вопрос, то не стали бы. В конце концов, сейчас это не так важно. Вы сделали то, что было правильным, и лучшим решением сейчас, будет двигаться вперед. Засунув канцелярию себе обратно в карман, вы неосознанно сделали себя на время главой команды, проходя мимо преследующих вас взорами зевак. Вторым шел Кел, следующей шла Обри и замыкал шеренгу командир. Его взгляд был сильнее любого из трех тысяч, направленных в вашу сторону. Дорога велась долго, прямо и уныло, но что больше остального запомнилось, так это тишина. Прекратились чирикания фотоаппаратов, запись камер, бесконечные вопросы и ссоры кучи корреспондентов. Казалось, что они и дышать перестали. Лишь ветер, еле ощутимый тканью вашей пижамы, был спутником на пути.

Вскоре, оно наконец то закончилось. Пропасть вниз, стала концом людского коридора, и вам не оставалось ничего другого, кроме как съехаться по ней, к центру кратера. То стало неплохим способом для друзей снять стресс с прекратившегося пожирания очами журналистов, ибо с прекращением перехода, их щелчки и брань вернулись к прежнему, надоедливому состоянию. Спуск оказался не длинным, но доставил одногодкам приятное удовольствие, от созерцания скатывающегося кубырём Хиро и агрессивного забега спидстера с хозяйкой леса, где мальчонка бежал вперед спиной. Если упоминать некоторые финты, которые выполнял гиперактивный бегун во время всего забега, то особенного места заслужили переменчивые сальто, нарезания кругов по всей территрии склончитого кратера, и самое удивительное, обратное сальто с одного конца воронки, на другой, прямо к вам. Облетев несколько километров свободного падения, и приземлившись на скоростные ботинки, Кел озарил соперницу заносчивым смешком, вместе с прежде временной победой. К ужасу пацана, вскоре его счастье мгновенно улетучилось, потому что вложив кисти рук себе в карманы, он в ужасе ощупывает портки, в поисках чего то, совсем недавно потерянного. "

"Гектор, неееееееееееееееееееееееееет!!!" - раздается громогласный крик ребенка, пока сам её издавший, продолжал двигать конечностями, с стекающими по щекам мелкими слезинками и закрытыми глазами, разрушенный от столь болезненной утраты. 

"КеЛ! сЕйЧас Же ПрЕкРаТи ЭтОт БаЛаГаН! рАсКрОй ГлАзА!" - Кое как, с горем пополам кричал главный в их рядах участник, превращая до недавней минуты чистый, ухоженный костюм, в сплошные грязные обноски своим кружащимся падением.

"Чего ты орешь то! Заставил меня краснеть, а теперь и вовсе привлекаешь к себе внимание?!" - больше из завести в направлении его способности вытворять различные трюки, нежели из злости, рявкнула девчушка, прижимаясь как можно сильнее к шее несущегося на всех порах кролика.

"Гектор! Гектор куда то пропал!" - еще пуще прежнего запаниковал мальчуган, прежде чем сжав щеки, громко вдохнуть. "Ох! Наверное, он выпал у меня из кармана когда я делал то сальто! Точно! Помню тот свистящий звук, похожий на звук метания шара! Прости меня, лучший друг, я тебя обязательно отыщу..."

"Мда, ты точно глупый.." - мычала в мех хозяйка зверя, с крошечной капелькой пота на щеке и глазками пуговками. Запыхавшиеся, но разумеется с Келом в качестве победителя, вы в кои то веки добрались до основания созданного экстренным приземлением места. И вид, что открылся вам, был по истине удивительным.

"Ретроградный Меркурий" - имя великолепной станции. Вы с остальными, шокировано смотрели снизу вверх на всю громаду, состоявшую из нескольких уходящих под линию поверхности километров железа. Космическая передвижная станция, в форме полумесяца, с выступающими на поверхности ракетными ускорителями по бокам, иллюминаторами разных размеров, турелями для самозащиты и, преимущественно выделяющимися, бело -розовыми капсулами, будто бы врезавшиеся в средство рассекания пустоты на скорости четырех махов в секунду. Здесь, вокруг нежданного гостя из космоса, разваливались на глаза уже более значительные количества красочных обломков, вызывающих у вас приступ дежавю. Огоньки мигали по всему корпусу, преимущественно красные, в обшивке оставались пробоины, с оголенной механической начинкой, а в каких то там сотни метров от вас, распологался вход внутрь. Судя по конструкции, второй находился далеко далеко над головой, почти что касаясь полосы прорастающих корней. "Вау! Да это же космический корабль! Быть того не может!" - восторженно выговорил Кел, подпрыгивая на месте, тем самым стараясь сдерживать тот неотвратимый позыв ринуться вперед, навстречу гидравлической двери. Глупо винить ребенка, когда в его послужном списке стоят те часы, проведенные вместе с группой друзей при созерцании звездного неба. Страсть к космосу имелось в всяком мальчишке, каким бы характером тот не обладал. "Так чего же мы ждем?! Вперед вперед вперед!" - оформил заключение фанат сай файной тематики, поднимая колено прямиком к плечу, делая чуть ли не мультикоподобную позу, как тут же был остановлен вернувшим себе устойчивое дыхание старшим братом, успевшим пресечь попытку на корню.

"А ну стой." - строго сказал Хиро, поставивший юнца обратно, но не отпуская его - "Для чего мы здесь?"

"Чтобы посмотреть на звездолёт?" - пискнул юнец, голосом первоклашки, пойманного среди ночи за попыткой съесть торт, оставленный к завтрашнему празднику.

"Нет, для выяснения причин возникновения корабля и помощи пострадавшим.... Ну и посмотреть на звездолет было бы неплохо. Но это вторичная." Заверил братца харизматичный мужчина, удостоверившись что родственник, не испарится, стоит ему опуститься на твердую землю. "Давайте сохранять спокойствие и не терять головы из-за груды железа. Понимаю, выглядит довольно интригующе, однако мы не имеем право отвлекаться на столь вызывающие образы. Так что, оставайтесь начеку и будьте готовы в любой момент защищаться. Теперь, можем идти. Осторожно идти. Это я говорю специально тебе Кел, ты меня понял."

"Да понял я, понял..." - выпустив всякую играючись из инвентаря, пробубнил парнишка, надув щеки в недовольствии. В тоже время, Обри смотрела на ситуацию скептически. Ваша подруга, пример гордого самовыражения и любви к природе, никогда сильно не любила вещи, напрямую связанные с технологическим развитием человеческой цивилизации. Как никак, но леди в том или ином случае предпочтет провести время наедине с гурьбой плюшевых животных, в отдалении глухого леса. Посему, вид раздолбанного, горящего, выбрасывающего в воздух болезненно великое количество пагубных газов, давал ей все причины для такого поведения. Что до вас и Хиро, то вы оба сохраняли цель единой. Войти, решить чужие проблемы и уйти с полученной информацией у гостей из многообразного космоса. Вам не известно, что же за существа обитают в этом средстве пересечения световых лет, по бескрайним просторам целого ничего, но ежели они умудрились отыскать способ построить целый галактический лайнер, то и некое средство по вычислению местоположения вашего друга у гних точно найдется. С мыслями о лучшем, вы прошли к двери.

И она открылась. Громадные заслонки, шире чем любое узретое вами дерево, распахнулись перед вами, выпуская на волю сильный луч белого, ослепительного света. Выслонившийся мостик, стал достойным проходом для заставших вас с отрядом врасплох командой здешних космоморяков. Все как на подбор, молодые удальцы. Черные, запятнанные сажей с подпалинами штаны, из под которых выглядывали кожаные сапоги. Матроскин в полоску, зеленого с синим цветом, у каждого по коротким рукавам. Густые брови, усталые глаза, розовая бандана с звездой посередине и клюв вместо рта. А, ну и не стоит забывать о лазурном оперении, выступающем по всей коже юнг. Инопланетяне не были бы как таковыми, если бы у них, отсутствовала разительно отличающая от вас самих черта. Первый, второй, третий и четвертый. Поток пришельцев отказывался заканчиваться, ибо постепенно, целая дюжина представителей жизни новой цивилизации брала компанию в круг, направляя на вас и остальных, людей что желают им исключительно добра, заряженные до предела ручные бластеры.

"Стоять и не двигаться! Вы пересекли черту нашего барьера и подлежите немедленному задержанию! Сдвинетесь с места, и ваш пепел разнесет ветром!"- кричал один из них, взводя что-то отдаленно напоминающее курок или же предохранитель, сменивший легкое жужжание аппарата на агрессивный гул, включивший одновременно и красное свечение на кончике дула лазерного оружия.

Немедленно, вы и они встали в боевые стойки. Осложнение подкрались незаметно, даже если изначально, вы в некой степени этого ожидали. Похоже, легкая надежда на отсутствие должной охранной системы, у такого то флагмана, была одной из глупейших мыслей, выбравших ваш мозг пристанищем для начлега. Так или иначе, но кисти рук развернули одеяло, приготовившись к контратаке наступлению, в случае если возникнувшие противники сделают первый ход. Пушистое животное Обри и наэлектризованный Кел поступили точно так же, стараясь не спускать глаз с воспользовавшихся вашей наивностью инопланетян. Годы помощи нуждающимся, в какой то степени закалили их, научив парочку скрывать будоражащий страх с волнением, однако при всем опыте, их поры оставались раскрытыми, высвобождая стекающие по коже капельки пота. Хиро, как и свойственно главе спец альтруистичного отряда, не падал духом, сохраняя вольнолюбивую манеру разговора, всем видом показывая ложную незатронутость угрозой. Всего-то пара движений, укладывание галстука на нужное место, и вскоре, эти бравые защитники сложат своё оружие с миром.

"Господа, будьте любезны, прислушайтесь к голосу разума! Мы не желаем вам зла, а как раз таки наоборот. Пришли с миром и протянутой рукой, что предлагает вам помощь. Так что давайте поубавим горячность и рассудим всё спокойно. Без лишнего насилия." - заключил харизмат, напоследок смахнув волосы с лица и сверкнув улыбкой. Вы могли поклясться, что видели как блестящий пар исходил из его уст, парня по ветру сладким ароматом, направляясь прямиком в ушные отверстия, закрытые перьями. Но судя по всему, представители неизвестной до ныне расы иммуны к амброзии подобным речам вашего преводителя, ибо не обратив внимание на всю приторность, заманичивость предложения, они только пущне разозлились, сузив ловушку и поражая тинейджера своей настойчивостью.

"Я сказал не двигаться с места! Еще одно предупреждение и мы откроем огонь! Теперь вы находитесь под стражей, а посему, имеете право хранить молчание до вынесения заключительного приговора! Всякие попытки сопротивления, окончатся вашей своевременной аннигиляцией!" - беспристрастно каркнул птицеголовый, делая шаг вперед и наводя вас на мушку. Похоже, главный козырь оказался бессмысленным. Их восприятие действительности более выносливое и закаленное, что дает им возможность с легкостью противостоять непровзейденнной харизме главы. Тот, цокнув зубами, пару раз хрустнул костяшками, потеряв желание решить конфликт мирным путём.

"Эх. Да что же вы идиоты совершаете одни и теже ошибки..." - бормотал себе под нос босс, прежде чем вытянуть вперед руку, с выставленным впереди остальных, указательным пальцем - "Дети, слушайте меня. Они отказались от спокойного разговора. Это значит, что нам вновь придется помочь им, несмотря на их отчетливое нежелание. Потом скажут спасибо. Может следы заражения не видны, но наша атмосфера должна была оказать значительное влияние извне. Посему, давайте же сделаем этих людей счастливыми, ребята!"

"Хорошо!" - крикнули в унисон двоица, пока глаза детей загорелись мотивированным пламенем, отдающимся в широких улыбках. Что до вас, так вы предпочли схватить плед покрепче, готовясь в любой момент взмахнуть, укутать людей, выслушать, обнять и помочь. Вы нормальный ребенок и всегда готовы помочь всякому, кто нуждается, просит или же боится высказать свои проблемы. Вы - инструмент для спасения этого мира, от бесконечного пессимизма, окутовывшего его. Так что, настал час помогать людям.

БУМ

БАМ

ТАРАРАМ

Конфронтация...

"Отставить рукоприкладство!"

Прервалась?

"Что тут происходит!? Вам был четко отдан приказ от нашего капитана - схватить, обезвредить и допросить! А вы тут что устроили?!" - раздался из ниоткуда голос, ничем не отличающийся от того, кто ранее выкрикивал гневные речи в сторону вашей команды. Оказалось, что это было не совсем ложью. Расталкивая юнгу в сторону, попутно обливая шпану тройной волной оскорблений, в поле зрения вошел птицеголовый, такой же наружности как и остальные. Тоже бандана, штаны, полосатый верх и испепелитель при готовности. Единственным различием, была брякавшая по груди медалька, служившая в качестве знака отличия у здешних солдат. Награда выполнена в наиболее простом стиле, без как бы то небыло ухищрений. Кусок драгоценного металла, прикрепленный красным шелком.

"П-помощник капитана, докладываю!" - нервно встрепенулся попугай, прижав руку, человеческую как оказалось, к виску, выпрямившись по стойке смирно. В глазах сразу заблестел страх перед вышестоящим по званию, отразившийся на неуверенной позе и дрожащих лапах. ""Эта четверка прошла через установленный по периметру кратера барьер, вступив на нашу территорию, сэр! Мы хотели в мирном порядке их задержать, но они решили обуздать нас какого то рода неизвестной технологией, так что пришлось перейти в прямое наступление, сэр!"

"Да чему же вас в тренировочном та блоке учат, птенцы лысые! Не можете выполнить хотя бы простейшее уничтожение противника! Да вас видимо, раньше времени из скорлупы выпустили!" - выказал своё недовольство старший среди них пернатый человек, ударяя кулаком в живот ближ стоящего салагу. "По хорошему, мне бы следовало отправить вас идиотов первым рейсом во фритюре, но это может подождать, так что смотрите и учитесь, пока я еще могу порхать!" Намеренно возвышающаяся над остальными военными речь была произнесена, а тот кто её проговорил, решил не терять время на пустые разговоры, принявшись делать легкую растяжку перед ожидаемой схваткой. Вашим не профессиональным взглядом, вы могли рассмотреть некоторое превосходство физической массы , по сравнению с ординарными бойцами. Внушительная сила скрывалась за оперением противника, описывая собой потенциальные трудности. Скорее всего, диалог окажется в разы труднее, чем вы с командой ожидали изначально...

Если бы не поворот событий на сто восемьдесят градусов, когда странный командир остановился. Не успел конфликт даже начаться, как вошедший от силы три минуты назад гуманоид, решил осмотреть вас и остальных с ног до головы. Суживая глазенки, он задумчиво потирал клюв, теперь в беспечной манере обходя участника одного за другим, водя взглядом по всякой попавшей в зрачок детале. По окончанию процесса, он вернулся к прежнему, официальному состоянию. Заложенные сзади руки, прямая спина и поставленные ровно рядом ноги. "Вы можете возвращаться обратно на пункт охраны. За вашу своевольство и невыполнение изначального приказа, будут отправлены драить нижние доки, по окончанию битвы с вторженцами. Выполнять." - слова простые, с тоном в коем не приветствовалось и доли своевольничества. Услышав отданный приказ, ужаснувшиеся с ауры начальника рабочие, своевременно откланились, не спрашивая ни единого слова.

"Что ж, раз уж теперь эти уважаемые люди ушли и нам не помешают... Вам не будет трудно объяснить, что же тут произошло? Вы определенно куда важнее, особеннее , чем представленные до этого личности, посему и спрашиваю!" - раскинув руки в добродушно радостном жесте, сказал Хиро, лишившись настоявшейся готовности к самозащите и ответной помощи. Тоже самое сделали и остальные, успокоившись и расслабившись. Все, кроме вас. Нормальный человек всегда должен быть готов к поворотному моменту, появившемуся из-за угла.

Но как оказалось, ваша параноя была лишней, ибо прочистив горло, сделав несколько глотков воды из дастанной, непонятно откуда, бутылки воды, и сменив постановку тела, странный птиц расслабился, выдохнув размеренно, почти уменьшившись в размерах до своих собратьев по расе. 'Фьюх!" - выпустил воздух ртом здешний лидер, смахнув пернатой кистью капельки пота со лба. Компашка обменялась взглядами, но ничего не говорила, ибо понятия не имела, что ради всего святого происходит. "Ребят, вы бы знали, как же трудно постоянно сохранять весь этот образ 'грубого старшины'. Честное слово, мне определенно придется потом пожаловаться кэпу, на то что он мне не доплачивает."

Глянув на детей в поиске хоть малейшей поддержки, подросток получил от силы пару легких пожатий плечами, и вернулся к озадаченному распросу. "Я извиняюсь, но о чем идет речь? Мы вас так то видимо впервые, верно, парни?" - спросил у малышни харизмат, тихонько покачивая головой, чтобы вы с ними согласились на его вопрос. Вы просто кивнул и. Как и позволено.

"Дядь, вы что-то перепутали. Конечно, помнится один раз я нашла огромную синюю птицу, но она не умела говорить и не носила одежды" - тихонько проговорила Обри, задумчиво надув щечки.

"Нууу...'- протянул далеко далеко Кел, не уверенный на все сто в грядущих заявлениях. Но имея при себе ни больше чем единственный вариант ответа, юнец раскрыл рот, выдав подобие связной речи. "Не то чтобы я был до конца уверен. Типа, ты мне кажешься похожим, но я никак не пойму, где я тебя в последний раз видел."

"Вы чего, серьезно меня не узнаёте? Да это ведь я! Стив! Главный помощник Капитана СпейсБойфренда!" - волнующие высказал свой статус на борту межпространственного средства перемещения человек, одними этими словами вернув в вашу голову, и головы остальных воспоминания о случившихся временах.

"О! О о о о о! Точно! Я помню тебя!" - вспрыгнул с прежними силами спортсмен, с сияющими звездами в глазах, не находя в себе сил для сохранения между ним и старым знакомым личного пространства. "Ты был его личным телохранителем, когда вы приехали для подписания каких то там бумажек!"

"СпейсБойфренд - величайший космический серый пират, крадущий у жестокого Конгломерата планет и передающий награбленное невинным жертвам этих империалистов! Красивый, мужественный, сильный и благородный! Творец всевышний, да я еле могла оторвать взгляд от него, в гостях у Свитхарт!" - как истинная фанатка описываемой личности выкрикнула девчушка, еле сдерживая себе от визгов такой сумасбродной частоты, что они легко могли разбить всякие поверхности в ближайшем километре.

"Теперь то я вспомнил. Рад снова с вами повидаться, Стивен." - улыбаясь поприветствовал давнюю особу лидер команды, пожав кисть бывшему товарищу. ""Это была честь для меня, провести те важные переговоры бок о бок с таким галантным господином как вы" "

Ооу. Пожалуйста, Хиро. Не вгоняйте меня в краску." - смущенно отмахнулся защитник командира, но принял жест доброты и миролюбия, встряхнув руку в ответ. Вы тоже помните о той злопамятной дате. О том, как же сильно вам пришлось постараться, чтобы предоставить королеве Свитхарт, Капитану Спейсбойфренду и вашей дрожайшей сестре жизненно необходимую защиту. В тот день, возникла проблема о дальнейших решениях возникшей сложности с жизнью недавно, на тот момент, найденного Бейзила. Мальчик пережил ужаснейший опыт, чуть не став причиной разрушения всего Парка. Он травмирован, параноидален и испытывает некоторые сложности в базовой коммуникации, что выливается в отказе от какой бы то ни было помощи от всех, кроме банды друзей. Существуя в качестве живой бомбы замедленного действия, с ржавым спусковым механизмом, который может жахнуть, а может и продолжать тикать до конца времен, высок шанс что без должного ухода, парень в будущем станет живым катаклизмом. С такими опасениями, Мари обсудила с вами и остальными примерный план действий, состоящий из каких то там пустяковых шагов. Обзавестись поддержкой могущественнейших, известных всяк и каждому персон - Раз. Построить ранее невиданное хранилище\больницу для предотвращения будущих инцидентов - Два. Как можно понять по уже случившемуся, план стал явью, за исключением того, что по итогу оказался не действительным. Печальное здесь то, что ради постановки подписей, шестерым участникам переговоров, у каждого главы по одному помощнику, пришлось болтать в течении буквальных часов, пока вы, Обри и Кел, обливаясь ручьями пота, у вас в фигуральном роде, отражая нападения бесчисленных подданных Биттерхарт, что вознамерилась устроить пакости, во время сокрального разговора. После сотен обращения злых аристократов в добрых аристократов, а также долгих неполадок в системе голографического проектора, сам управляющий командой не сумел явиться, ввиду очевидной занятости, всё было решено, а дальнейший союз, стал основой возможно позитивного будущего Нулевого пациента. Женщина высоких кровей предоставила рабочую силу, ну а её партнер, безграничное количество внеземного ресурса, для постройки обозначенной структуры. Из того что вы помните в речах изображения Капитана, он оказался куда скромнее и спокойнее, чем о нем рассказывают в байках. Самоотверженный, быстрый на словцо и всегда занятый по уши работой, от чего трансляция прерывалась на считанные минуты, ради решения судьбы оказавшегося неподалеку корабля коалиции. Прирожденный лидер, готовый на всё ради других.

"Теперь же, мы можем узнать, что стряслось и по какой причине, ваше судно свалилось с небес на землю?" - риторически спросил Хиро, приподняв бровь, хотя, вроде бы, не желая обидеть поведением собеседника.

"Конечно. Извините что устроил весь этот фарс. В общем..." - подготовился второй по высшему званию на судне, приобретя серьезные очертания в лицевом выражении. "Нам очень нужна ваша помощь. На нас совершили нападение, и это очень сильно отразилось на капитане."

"Что с ним? Он жив?" - переживаючи спросил спидстер, сбрасывая всякую игривость.

"Д-да, то что он сейчас сказал" - в один из немногих случаев, согласилась укротительница животных.

"Вам лучше самостоятельно всё увидеть. К сожалению, вскоре меня вызовут по неотложному делу, но не беспокоятся. Я успею показать вам маршрут. За мной" - быстро сказал птицеголовый, поворачиваясь спиной и приглашая следовать рядом, доставая из кармана некий завороченный пульт по открытию входа. Пока герметичные двери раскрывали свои створки, вы ненароком заметили загадочную фигуру, прыгающую по воздуху, создавая похожие на волны поверх водяной глади вибрации, с развевающимися по ветру волосами. Не стоит заставлять сестренку ждать. Пора продолжать сие путешествие.

---------------------------------------

Что ж, теперь то вы точно могли быть уверенными, что повидали на этом свете всё. Будь бы у вас греховные эмоции, то вы бы в эту самую секунду, испытывали скорее всего крайнюю степень восхищения. Проход, закрывшийся за вашими с командой спинами, не представлял ничего сверхъестественного. Вставки, магнитные замки, сенсорные панели и технологии, превышающее любые, известные людям в Парке. Проверка на наличие оружия здешним охранным персоналом, тоже не вызвала каких - либо потрясений. Похожие друг на друга птицы отсвечивали вас лазером, и с удовлетворительным кивком, пропускали к парящему над странной платформой лифту. По большей части, никто не понимал, что тут происходит, о чем переговариваются между собой пернатые инопланетяне , на своем родном, чирикающем языке, и куда приведет их странная, не касающаяся поверхности груда фиолетого металла. Втайне от провожающего вас вице-капитана, лидер компании настоятельно посоветовал всегда быть готовым к любой угрозе. Возможно, сила, продемонстрированная им во время сражения в саду Свитхарт и считалась благородной, ровно как и его поступки, но в нынешнем состояении окружающих перспектив, не будет лишним держать палец у курка. Однако, после изменения своего положения с остановки перед загадочным объектом, а уже затем у него по середине, ситуация поменялась. Всего то, свистящий рывок, и под удивленные\напуганные крики детворы, механическое чудо взлетело высоко высоко по прозрачной, стеклянной трубе, через пару минут явив те виды, которым позавидуют многие, ожидающие новых событий репортеры. Судя по всему, это место почти можно назвать магическим, ибо, каким еще образом объяснить целые десятки километров тяжелых инженерных структур, тянущихся выше всякого, известного доселе здания. Генераторы, чей гул и тряска сотрясал пункты близкой помощи, создавая вибрирующие изображения, перекусывающих на балке работяг. Пространственные манипуляторы, конструкции, геометрическая форма коих, приводила к мигрени и помутнению в глазах, что вывелось в долгое восстановление свалившегося от головокружения Кела. Средства перемещения, больше похожие по дизайну на пингвинов, дабы соответствовать несколько отдаленно напоминающих таковых, местный народец. Еще рывок, и вы, команда, а так же Стив, прибыли к тому месту, где у трех детей, оторвалась челюсть от восторга.

Если уж снизу вам довелось лицезреть сногсшибательные возможности загадочных аппаратов, искревляющих простраенство и время ради создания промышленной зоны, то теперь, данная технология пошла на благо честных жителей, разных рас, проживающих в многочисленных жилищных комплексах отчужденного от остального мира, закрытого государства. Тысячи тысяч коттеджей, разной степени качества, условий жизни, дизайна и состояний, горели своими семьями. Где то кораловые рифы с русалками, мини вулканы для живых камней, облачные домики, с гавкающими, супер воздушными собаками, и даже, почти обычные домики, нашли себе место, под слоями обшивки космического крейсера Капитана Спейсбоя. Разумеется, не забывая о обязательной части всякой, находящейся здесь вещицы. Цветовой палитре, из оттенков синего, розового, фиолетового и зеленого.

"Воу! Что это за место!? Снаружи ведь всё казалось таким маленьким, а теперь прямо ВАУ!" - присвистнул пацаненок, пожирая глазами те бесчисленные постройки, с которых ему будет в одно удовольствие прыгать, носится как угорелый и кричать во весь запах воздуха легких, проверяя здешнее эхо. ""Хотя, такой простор немного пугает, эхехех"

"Меня оно нервирует." - приглушенно и слегка неловко выговорила в мех кролика барышня, прячась среди волосинок от расположенных у отснований летающих домов камер, а так же случайных зевак, доставших фотокамеры для снимка невиданных ранее инопланетян. Особенно, ей оставалось неприятно смотреть на то тотальное количество глянцевых поверхностей, устилающих собой каждый милиметр материи. "Тут всё такое чистое и вылизанное. Еще больше воняет подделкой, чем в Палатке."

"Вынужден с вами не согласится, господа. Меня лично всё устраивает в здешних красотах" - Кокетливо заявил подросток, обращаясь не напрямую к товарищам по заданию, а к парочке смеящихся с его попытки флирта дамочкам, с голубоватой кожей. В ответ на лестный взгляд, тон и жест, одна из них послала ему воздушный поцелуй, который оказался физическим предметом, и только только долетев до него, молодой человек поймал его ладоьнью, засунув в карман к остальным таким же, стрельнув пальцами пистолетами в сердце, отдавшей ему свою любовь.

"Итак господа, добро пожаловать в Констанцию! Население три миллиарда, сто сорок три миллиона, пятьсот двадцать семь тысячи триста восемьдесят один человек. Больше ста населений планет, группировок и союзов, проживают еще со времен Розовой бороды, сражаясь ради своей свободы. Сейчас же, всё это происходит под началом нашего кэпа, что работает день и ночь. " - в кратчайшей форме объяснил Стивен, раскинув широко руки в благоговейном наслаждении красотами родного города.

"Теперь же, как ранее упоминал, я вынужден поторопиться к главнокомандующему. Можете немного осмотреться и перевести дух, поскольку, вероятен шанс что вы немного перевозбуждены от такого наплыва эмоций, с новыми знаниями. Но я был бы очень признателен, если вы затем первым же делом отправились к нашему мозговому центру. Думаю, его вам будет легко отыскать. Большое здание в форме звезды. От неё ещё луч такой необычный идет, не пропустите. А пока что, буду с нетерпением ждать в рубке" С этими словами, старший по званию успешно побежал вперед, оставив команду себе на расапоряжение.

"Ребята, вы всё таки добрались!" - прозвучал знакомый голосок молодой леди, наполнивший вашу душу теплотой, а железные вставни в области шеи, поворотным движением. На том же пледе, окруженная поражающимися её красотой зеваками, сидела она. Сестрица, пойманная вашим взглядом до прохождения через ворота, спокойно приветствовала всяк и каждого, судя по тому рукопожатию, что она дала случайной милой паре, прежде чем уже в который раз, чуть не сломать вас медвежьими объятиями. Звуки города, свистящие в полете машины, болтания горожан и прочие, не важные для вас звуки, исчезли без следа, оставив только её мягкое дыхание. Воцарилась изредка прерываемая вздохами тишина. Молчание отнюдь не напряженное, а совершенно наоборот. Каждый физический контакт ощущался таковым, с первого было, и останется таковым до последнего. Забота растекалась по её рукам, гладящие ваши бока и потирающие спину. Защита ощущалась в каждой унции передаваемой вами обоими энергией, побуждая делать разве что, одеяла и кровати, для сна в обнимку. Закончив короткую сессию момента родственнической связи, девица отодвинула вас чуточку вперед, но при этом, держа руки на плечах. ""Рада тебя видеть, Юва" - улыбаясь проговорила она, что заставило вас сиюминутно пожелать вернуться обратно, в её мягкую хватку. Но вы сопротивлялись этому зову, как нормальный человек. В вашем то возрасте, уже непозволительно вести себя по детски.

"Мари! Дорогая, свет моих очей, что ты тут делаешь?" - не снимая харизматичной лыбы, сказал дипломат, приветствуя девицу точно таким же жестом близости. Их объятия состоялись куда короче, чем ваши. Хотя, если судить по в тот момент пытающейся спустится с лопаток в место ниже пояса кисти, ему очень хотелось продлить сие воссоединение. Вам удалось на короткий миг заметить подрагивание уголков рта казановы, коя вскоре бесследно испарилась. "Неужто решила устроить нам такой приятный сюрприз?"

"Нуууууу... Отчасти." - примерив коронную ухмылку дьяволенка, протянула сестра, мигом сменившись на более стандартную улыбку, когда все присели на удобный плед, собравшись в прямоугольную форму, по всему текстильному изделию. "Я правда хотела свидеться с вами в этом месте, но второй причиной стало моё любопытство. Каюсь, виновата. Не могу удержаться от посещения такого... Такого..."

"Крутого, футуристичного, офигенного, изумительного, эпичного и самого завораживающего города из космоса на всем белом свете?" - сжав кулаки у зубов, расширив глаза настолько, что можно было увидеть каждое отражающиеся в них созведие, с волос дамы, цокая ножками по металлу, ответил в полнейшей заинтересованности мальчик, радуясь, что возможно, нашел себе партнера по инетересу.

"Да. Всё так, как ты и сказал, Кел." - вздохнула богиня, положив ладонь на щеку и ахнула, глядя направо, налево, вниз и вверх, везде и всюду видя исключительнол результаты трудной работы сотен миллионов строителей. "Тут так красиво, что у меня сердце останавливается! Вы только посмотрите на эти летающие машины. А на разнообразие домов, живущих здесь народов и целых планет! Не город, а целый рай."

Вы узнавали её порхающие глазки всякий раз, когда они выходили наружу, и сейчас, был как раз один из таких моментов. Мари смотрела лишь на две вещи с таким экстазным видом. На всё, что было связано с футуристической темой, будь то техника любого рода, носящие такого стиля одежду жителя Парка, и на вас, в минуты тихого, приятного одиночества. Эта черта вас поражала. Как же много смелости у неё должно быть, чтобы показывать себя в уязвимом виде. Часами болтать о узнанном ею факте про всевозможные космические штучки, тащить вас и команду за собой, чтобы по часу смотреть за продвигающейся, блестящей работой Палатки, или же вовсе, пускать слюни на купленный у неизвестного торговца из почтового ящика журнал, с картинками первейших нововведений технологического мира. У неё имеется в распоряжение статус великой богини сей планеты, но несмотря на взваленные ожидания и представления о ней, она спокойно ведет себя как среднестатистическая девочка подросток, поддерживая друзей, флиртуя с парнем и сильно увлекаясь интересными вещами. Вы гордитесь, что у вас есть такая прекрасная сестра.

"Да да да да! А ты, а ты видела те странные фигуры у каждого из домов?! Даже не представляю, как будет эпично бежать по ним, разгоняться и ЭЙ!!!" - внезапно остановил свою энергичную речь паренёк, когда был поднят своим старшим братом за шкирку, и засунуть под мышку, переносясь как бездушный багаж. Разве что теперь, этот самый багаж недовольно молчал, надув щеки от неуважения.

"Извини, любимая, но мы торопимся. Мы бы с радостью остались на десяток другой минут, и я сам хочу этого пламенно, но есть долг, который обязан стать исполненным." - горделиво воспел свою речь о надвигающейся серии долгих приключений тинейджер, сразу же застаный врасплох проделкой Кела. Тот, под шумок, втайне от уверенного в себе родственничка, затянул галстук как можно туже, вынудив его начать задыхаться и давиться, что перешло в легкую неразбериху между двумя мальчонками, под звук смеха Обри и их перебранки.

"О, ничего, я понимаю. Надеюсь, что у вас будет, ребята. Я всегда готова помочь советом, накормить вкусной едой или же дать корзинку для СОХРАНЕНИЙ. Удачи, и я верю в вас!" - сказала на прощание юная леди, пока вы с командой не спеша уходили по направлению основной, летающий над пропастью города дороги. Короткий разговор поднял ваши показатели до прежних, высоких значений. Это значит, что в случае встречи кого то зараженного, или же попросту, требующего поддержки человека, вы всегда будете готовы помочь.

---------------------------------

Сотня, вторая, третья шагов, и вы встали у главного перехода на бортовой мостик. Выдвинувшегося из ниоткуда белая рамка, светящаяся и испускающая странный, жужжащий звук. Вы замыкали колонну, дожидаясь, когда же лидер наберется сил и шагнет, в неизвестные чертоги внеземного спасителя цивилизации. Вам же оставалось в последние минуты перед исследование чего то нового, наблюдать за бурлящей городской жизнью. Громкие разговоры разносились то тут то там, окончательно лишившись силы над вашим исчезнувшим страхом, в коих шла речь то ли о повседневной рутине, то ли о слухапх про Капитана. Вас это не особенно волновало, ибо в первую очередь, вас привлекало разительное отличие энергетики столицы, с тихим лесочком вашей родины. Вы могли понимать всю страсть, что испытывала старшая сестра, по отношению к этому месту. Безграничные возможности, широкий выбор товаров любого сорта, народ, социализация с коими, может подарить случайному жителю боснословное колчичество новогоопыта. Однако здешний темп, стал ключевой причиной вашего недовольства сим местом. Люди не прекращают снувать по делам, не обращая внимание ни на кого, кроме своих маленьких группок, а навалившийся поток информации, сумел свести с катушек самого Кела, вынудив того перестать рассматривать всё и вся, приняв потребность в отдыхе от гиперстимуляции. Рядом, стояла маленькая будка, с странными изображениями голодных стариков, женщин и детей. Всякий подошедший, мог без тени сомнения протянуть висящей из двух занавесок костлявой руке непонятные, блестящие штуковины, получив взамен побрякушки, или же полезные предметы, по типу столь необходимых вашей команде аксессуаров. Обдумав подобный вариант получения преимущества в будущих столкновениях с тяжело больными, вы не успели заметить как ваш черед к переносу на палубу подошел незаметно. Поняв что скоро будет встреча с человеком, кому и нужна помощь, ваши ноги сделали движение вперед, перейдя границу светового прямоугольника. Вы тут же почувствовали ранее не испытываемое ощущение. Молекулы всего, ниток, полотен ткани, набивки, железного каркаса и органов, распадались в ничто, с каждым последующим сантиметром ухода по заданному направлению. А особенность то в том, что вы не испытывали боли, и уже могли каким то чудом понять, что первая из двух стоп, шагнула на ту сторону, в целостности и сохранности. Использовав телепорт с всем спектром разбора сбора, он закрылся позади, представив очам первое по главности помещение в звездном лайнере.

Вокруг, творился полнейший беспорядок. Стены разрушены, смяты и покрыты следами чего то, что расплавило их. Множество одинаковых космических пиратов, бегало, чинила разваливающуюся проводку с электроникой и старались изо всех сил, сделаться полезными. Посередине помещения, наверх шла большая лестница, из твердой голограммы. Примерно на метров двадцать в высоту, где на каждый пятый метр, приходился еще один уровень рабочих мест, с установленными вокруг воронки, в которой вы с командой прямо сейчас и находились, компьютерами. Печатание клавиш активно давило на мозги, но если судить по ситуации, всё могло быть гораздо хуже. Подошедший пернатый рабочий, подпрыгнул к Хиро, салютуя бывшему боевому товарищу, вызвав у того мелкий конфуз. "Друзья мои, вы наконец то пришли! Извините, что так напугал. Мне пришлось снять медаль, чтобы она не мешалось во время ремонтных работ, но это не суть. Давайте, я отведу вас к Кэпу."

Следуя всё в той же, заранее известной еще с первой миссии шеренги, вы осматривались по сторонам, замечая притягательные взгляду детали. Рабочие здешних устройств, могли потратить от силы несколько коротких мгновений, прежде чем их экраны, загорались красным светом, с мигающим посередине знаком опасности. Замечая возникшую неполадку, тот или другой отбегали к другому, рядом стоящему компьютеру, запуская процесс заново, прежде чем появившиеся пару секунд назад окно, давало о себе знать в который раз. Хаос, разруха, неразбериха и рабочий непорядок, стали основными словами, которыми вы могли описать здешние условия выполнения задач, и возможно, в вашу голову могла закрасться мысль, почему же именно на каждом из персональных терминалов возникала одинаковая ошибка, но благо, последняя ступень, дала вам ответ с распростертыми руками.

Стоя у массивной приборной панели, от конца до конца стен, по примерным подсчетам, тридцать метров в длину, человек высших кровей и несравненой доблести, агрессивно печатал кистями по кнопкам, меняя голограмму за голограммой, на экране, растянувшемуся по всей площади хрустнувшего, понарамного, закаленного окна, за которым виднелся старый грунт. Показатели , счетчики, диаграммы. Всё вышеописанное не успевала полноценно обозначаться в мозгу, анализироваться, прежде чем исчезать в никуда, выставляя напоказ похожую на предыдыщую картину. И всему виной - Капитан Спейсбой. Молодой мужчина, в рассвете бушующих под одеждой сил, которые судя по всему, стремительно угасают. Наряд, обычно выглядящей величественно, лучезарно и дорого, превратился в полуобнаженную форму генералиссимуса, встрепенающуюся на нем от движения за движением. Темно розовый мундир с черно зелеными эполетами, украшенными золотистой бахромой, развевающимися при рывках, заметно тяжелел его осанку, служа грузом , горящим некогда прямую спину, и чуть ли не касаясь подолом опоры. Под ним, если вам правильно удалось идентифицировать, в хаосе неконтролируемых прыжков туда сюда, туго сидела сереневая жилетка, с множеством золотых пуговиц, в форме луны, а немного поодаль, был прикреплен золотой аксельбант идущий от левой стороны груди к правому плечу. На строгом поясе , крепящим талию черных брюк, повисло два известных вами орудия. Легендарная шпага Розовой бороды в зоне левого бедра, его отца, учителя и примера для подражания, переданная предыдущим правителем всего царства на смертном одре, ставшая наследием великого пирата. Рукоять , обкрученная веревкой, сотканной прямиком из травы полей родины их крови, разрушенной, безымянной планеты. Серебро, из коего выковались составные части, гарда, крестовина, защитная дужка и навершие, принято формы красот просторов космоса, в виде перекличия сталкивающих планет, галактик и дальних, великих мест безокраиной вселенной. Ножны, в свою очередь, стали продолжением искусного мастера великого кузнеца, рассказывая ту историю, чей конец еще предстоит новому обладателю. Повесть жестоких битв, завоеваний, мести и кровной вражды, длящейся не один десяток лет. В короткие моменты передышки на поле брани в дату переговоров, вам довелось лицезреть, как юноша хвастался своим сокрушительным приобретением перед любимой, показывая удивительную температуру, которую набирал клинок, в моменты его сосредоточенности. Наверное, из-за свойств металла, использованного для выковки лезвия, клинок и нарекли - "Геена". Параллельно к оружию ближнего боя, у него на бедре повис крайне запомнившийся всякому диктатору , встретившие дуло лицом к отверстию, с растояния в пару миллиметров. Бластер, стреляющий заряженными сгустками плазмы, собранный им еще несколько лет тому назад. По сути своей, оно действовало как одноручный обрез, за исключением легкой отдачи и необычного боезапаса. Используется крайне редко, и только в экстренных случаях, когда ничего другого, кроме него нету для выполнения цели. Почти все известные кадры, фотографии и даже воспоминания лицезревшие действия пугающего агрегата, исчезли с плана существования, от того, насколько же это отвратительно выглядит. Почти, ключевое слово. Штаны, изрядно помятые долгими скачками и частым шагами, запускались внутрь глубоких, кожаных сапог, чей стук раздавался по всей рубке, отражаясь железными стенами, на пару с щелканьем клавиш, появлением галограмм создавая странную, звуковую обстановку.

Но не внешний вид, стал для вас потрясением, а другая, попавшая первой на то место, где в теории могли бы располагаться глаза. Вместо зеленых волос, часто лежащих гнездом, а не приемлимой для дворянского сына прической, голову подростка украшал тяжелый шлем, с экраном в области лица, и электрическим шнуром, до самого потолка, обвитый защитным, мешковатым материалом. Провод скрипел, мотаясь то вправо то влево, следуя по пятам за шагами отчаянно старавшегося что-то сделать капитана.

"Эм..." - промычал Кэл, осматривая с близкого расстояния правителя, оставаясь предвзятым, к увиденному им картиной - "А это точно Спейсбой? Что-то не очень похож. Он ведь всегда широкоплечий, яркий и веселый! А не сгорбленный, блеклый и молчаливый."

"Кел, прояви немного уважения. Они недавно совершили экстренную посадку, а наш товарищ, так то занимает лидирующую позицию на всем корабле. " - приструнил быстрого словцом мальчишку старший, прежде чем обратится непосредственно к первому помощнику лидера - "Прошу прощения, не могли бы вы нам рассказать, что же произошло? Возможно, зная контекст, нам будет легче понять, с чем же нужно помочь."

"О, извините господа. Сейчас я вам всё объясню" - поторопился сказать Стивен, пока вокруг него собиралась толпа альтруистов, готовых на всё, ради спасения ни в чем неповинных людей сего прекрасного города. Это не первая ваша с ними работа, и вы уже успели сотворить множество решений, которые многие посчитают неэтичными, но вас это мало волновало. Пока люди остаются счастливыми, с улыбками на устах, любая цена будет справедливой. "Видите ли, еще какой то час - полтора назад, мы находились за пределами млечного пути. В Цитадели Заветов, главной космической станции Конфедерации, проходило важное слушание. Однако, недавно пришедшие новости отсюда, заставили капитана бросить совершенно все дела и рвануть сюда."

"Новости? Вы случаем, не про внезапный всплеск Тоски? Неужто, об этом знают за пределами парка?" - всполошился Хиро, тут же прервавшись рассказчиком положения.

"Спокойнее спокойнее. Я как раз к этому подходил " - выставив руки вперед, дабы обозначить расстояние между собеседниками, пернатый продолжил - "Когда мне был отдан приказ оповестить персонал об экстренной подготовке к межгалактическому прыжку, я хотел узнать, что же произошло? Как оказалось, у вас здесь возникла внезапная аномалия, о которой ему сообщила Королева Свитхарт. Мне не до конца ясно, о чем конкретно шла речь, но судя по всему, она просила его как можно скорее прийти к ней на помощь и взять с собой столько бойцов, сколько это в принципе возможно. Оглядываясь назад, я точно должен был отговорить его ото всей авантюры, ибо наши датчики не засекли никаких аномалий"

"Нам нужно будет после окончания дел здесь, сразу же отправится в земли её величества. Если так послушать, нам придется весь Парк пересобирать такими темпами" - пробубнил под нос дипломат, сминая двумя пальцами галстук.

"Мы будем ему говорить о том, что Тоску нельзя найти при помощи железяк, а только чистым от добра глазом?" - скептически прошептала друзьям Обри со спины уснувшего во время долгого разговора, за что была своевременно зашикана грубияном Келом.

"Тссс! Сейчас начнется самое интересное." - с пальцем у губ тихонько тихонько укорил спортсмен, увидев в ответ, выпученные, злобные глазенки девушки. Вы понимали что вопрос, заданный ею по сути своей логичный, но сейчас уж точно не то время для растягивания всех объяснений.

"По итогу, на полпути к планете, на нас совершили жестокое покушение. Несколько вражеских капсул удалось сбить, но большинство всё таки зацепилась за обшивку, как блохи на верном псе. Благо, они летели слишком быстро и в разнобой, от чего угодили в разнобой по всему флагману, не задев жизненно важных отсеков корабля. Однако, атака изподтишка сбила с курса ход звездолета, и мы были вынуждены совершить экстренную посадку."

"Чтож, спасибо за пояснение предшествующих событий, но оно так и не пролило свет на объективного слона в комнате." - кивнул в сторону бегающего от стола к столу инопланетянина подросток, чье тяжелое дыхание становилось из разу в раз тяжелее. " В чем же обстоит проблема?"

"А проблема в том, что всё как бы нормально, а как бы нет." - Все, помимо вас разумеется, наклонили головы на сие предложение, что побудило Стивена тяжело выдохнуть, после чего, указав рукой по направлению к запыхающемуся правителю, дать ответы - "Лучшие отряды бойцов звездолёта взяли ситуацию под контроль, загнав нежданных гостей в одну точку на судне. Механизмы работают превосходные, рабочие уже восстанавливают все возникшие неполадки, а в городе, благодаря остальным лидерам, никто и не подозревает о том, к какой планете мы ныне прикреплены. Нету причин для паники, волнений или же серьезных решений. "

"И здесь по идее должно быть какое то но?" - спросил Хиро, подняв бровь. "Да. Но в его понимании, всё хуже чем когда либо было. Стоило захватчикам проникнуть на борт и устроить попытку перевернуть всё вверх дном, как Капитан надел на себя шлем, и отказывается из него вылезать. Благодаря нему, он использует свой мозг как компьютер, и напрямую контролирует каждую еще не решенную неполадку, будь то в рабочих цехаха, в Константин или же в ремонтных группах. Мы пытались перехватить контроль, прервать связь, но стоило одному из нас наладить контакт, как компы сразу же отключались. Благо, что вы наконец-то пришли на зов и теперь, кое какой план может сработать."

"Что ж, вот так теперь понятнее. Итак, каков план?" - готовый к действию, сказал юноша, что одновременно воодушевило и всех остальных.

"Думаю, вы и сами уже догадались. Наш глава готов хоть с поля боя бежать, если это значит получить весточку от возлюбленной. Так что, нам остается только достать от неё какое нибудь письмецо, а там то в него вобьем немного разума" - заключил человек с клювом, потянувшись за чем-то в задний карман штанов.

"Давайте не будем усугублять и без того ужасное положение, уважаемый старпом. Я уверен, что у нас еще есть возможность достичь желаемого, не прибегая к насилию. Так или иначе, нам нужно получить что-то на подобие весточки от Королевы? Если так, то нашему отряда не составит труда отправится к Её Сладости и попросить сопроводится..."

"Обождите друзья, не стоит так далеко уходить. На самом деле, всё куда проще чем кажется на первый взгляд" - проинформировал народ мужчина, обходя стороной мотающегося Кэпа и подходя к аквамариновой, блестящей стене. Достав всё-же из кармана запутанное устройство, с тысячью кнопками на нём, он нажал одну из низ, маленькую и красную, из-за чего в стене возник светящейся проход, вибрирующий низкими частотами. Подойдя к лидеру альтруистов, Стивен взял запястья тинейджера, и повернув к себе, вложил в него ключ карту. " Вот. Держите. Она откроет дверь от хранилища. Сейчас, я открыл вам короткий путь к ней, через закрытый отсек тюрьмы, для особенно опасных диссидентов и уголовников. Он приведет вас прямиком к воротам, а там, всё что вам остается сделать, так это добраться до центра хранилища, взять первое попавшее письмо и сразу мчаться сюда. 

"Хе. Мы выполняли работенку и потяжелее. Это точно всё? Просто, тогда почему никто из ваших солдат не отправится внутрь самостоятельно, если всё так легко?" - спросил любопытствуясь Кел, уже разминаясь перед долгой проходкой и скорыми столкновениями.

"К сожалению, мы не можем запустить туда наших ребят. У них не хватит огневой мощи, чтобы ворваться внутрь, чего уж говорить о выживании. Загвоздка здесь обстоит в том, что во время зачистки от нападавших, мы загнали их именно что в отсек с драгоценностями, и сейчас они там удерживаются, и тщательно стараются оборонять свои позиции. Отправив вас, со всей известной мне силой и способностями, мы спасем Капитана, а так же вынудим оставшихся сдаться. Всё устраивает, или мне еще что-то нужно объяснить?"

"Нет сэр, мы получили необходимое и теперь приступим к выполнению задачи. Можете не беспокоится, мы принесем письмо как можно скорее. Команда, вперед за мной!" - благородно поставил точку в разговоре лидер, поправив элемент одежды и отсалютовав Стивену, вошел в портал, за которым последовали и вы с остальными.

---------------------------------------

Ощутив заново опыт телепортации из города на главный бортик сего места, вашему взгляду открылась не самая удобоваримая картина. Сейчас, ваши, а также ноги остальных участников отряда, ступали по запылённому, разрушенному серому холлу, сделанному практически полностью из листов грубо спаянного металла. Над головами поблескивали треснувшие, люминесцентные фонари, некоторые из которых то создавали трудности в перемещении, валяясь под ногами, либо висели благодаря чистым молитвам. Разбросанный мусор, треснувшие стёкла камер заключения, воющая сирена экстренного положения, а также несколько совершенно разрушенных клеток, нагоняли жути. Судя по всему, нападение вражеских единиц помогло редким счастливчикам сбежать от правосудия, хотя особенные случаи, имеющие при себе открытый шанс на побег, оставались за установленными чертами. Как, например, давящая заурядным внешним видом юная леди. Девушка в рассвете своей красоты, с сонным взглядом, маленьким ростом, румяными щеками и двумя косичками. Её красная юбка доходила ей до начала колен, хорошо сочетаясь как с ковром, изрисованным странными, похожими на ацтекские, рисунками, вместе с уютным, розовым свитером. Само помещение задержания походило на спокойную жилую квартирку, большую часть коих можно встретить за пределами Парка. Остановившись в коридоре и повернувшись к разбитому стеклу, Хиро подготовившись к разговору, обратился к девице.

"Здравствуйте уважаемая! Не будете ли добры объяснить, что здесь произошло? Уверен что такая разумная на вид барышня как вы, сможет нам помочь" - лукаво пропел харизматичный подросток, дожидаясь ответа. А его не последовало. Незнакомка только молчала, отказываясь смотреть именно что на него, предпочитая бурить пустоту бесконечным взглядом. "Оу. Вижу, вы не очень разговорчивая. Ну хорошо. Мы скорее всего еще побываем тут, так что надеемся на повторяющийся разговор. Всего наилучшего!" С такими словами, молодой человек помахал ей на прощание, шагая в прежнем направлении. Когда вы начали уходить тоже, замыкая ряд, вам довелось запечатлеть случайно упавшие на вас глаза девочки, смотрящие сквозь ваш первый слой. Вам это не понравилось, так что вскоре, ноги самостоятельно унесли вас прочь.

Схожая по конфузности встреча, произошла через несколько камер впереди. Ярко красный свет озарил группу авантюристов, привлечь внимание к выделяющемуся объекту, что разбило защиту изнутри. Кровавая комната, пропахла кровью и запахом смерти. Изуродованные белые мешки, прибитые к стенам, потолкам и полам тупым предметом - тому причины. Посередине, скрестив ноги, сидел загадочный бейсболист опустив голову, держа в левой руке ребенка, а в правой, своей рабочей, использованную множество раз биту. Ребенок был мертвый, потому как ни одно дитя, не сможет выжить после превращения головы в фарш. Обмякшая ручка бедного создания вяло свисала вниз, практически касаясь давно позабытого куска мяса. Форма идеальна по размерам преступника, обозначая те части тела, что были необходимы. Штаны, футболка с дополнительными рукавами, ботинки и черная бейсболка, закрывающая обзор выше носа. Но и не нужно было видеть лицо человека полностью, чтобы понять его намерения, наполняющие ауру спортсмена тихой злобой. ""Приветствую, мой бледнолицый загадочный друг!" - Все в той же дружелюбной манере сказал предводитель, раскинув руки с радостными желаниями, уже готовившись подойти к вооруженному на близкую дистанцию, но был немедля встречен протянутым концом деревянного орудия. "Вижу, вы не настолько дружелюбны, чем кажетесь на первый взгляд. Печально, но я всё еще не против с вами поговорить. Видите ли, тут возникли некоторые события, о которых нам заранее не сообщили, и мы подумали что..."

"Сзади. С плащом. " - раздался изо рта белокожего убийцы тяжелый, неприятный, скрипучий голос. Крайне низкий, но не басистый. Скорее тот тембр, который слышится от закаленного тысячью преград, турниров и суровых тренировок спортсмена. "Выйти вперед, если ты призрак. Я должен очистить тебя и исполнить свою священную миссию."

"Возможно, здесь возникло некоторое недопонимание, сэр." - поспешил перебить встрепенувшийся парень - "Наш лекарь хоть и тот еще необычный член команды, но ни разу не призрак. Только металл и пух. Ничего больше!"

"Нет. Ты точно не призрак. Я это вижу по твоему естеству. Но ты близок к тому, чтобы стать одним из них. " - угрюмо вел монолог он, отказываясь замечать присутствие посторонних, обращаясь исключительно к вам. "Потому, вот тебе мои слова. Не позволь себе победить себя же. Очистись. Убей зверя и верни его богохульные останки обратно в глубины ада, пока он не вернул все силы. Так и только так, ты избежишь ужасной судьбы. " Потом, он молчал. Кел, Обри, Хиро пытались вытянуть из него хотя бы еще словечко, но вскоре потеряли к этому тягу, и вовсе, будто позабыв о произошедшей речи странного заключенного. Вы же, не смогли забыть этого. Но очень хотели.

В конце концов, вы с командой добрались почти до самого выхода. В десятке другой метров засветился третий по счету портал, приближающий вас на шаг ближе к цели. Но как всегда и бывает, ни один план не может обойтись без дополнительных пунктов. Почти у самого выхода, расположилась должно быть камера для наиопаснейшего диссидента во всей галактике, ибо по другому объяснить разбросанных, чудом выживших охранников не представляется возможным. Заметив выжившего человека птицу, занявший стену в качестве местечка для остановки кровотечения из брюха, вы со всеми остальными подбежали прямо к нему, намереваясь вытянуть несколько крупиц информации. "Юва, быстрее, вылечи его. Нельзя позволить ему отойти на ту сторону. " - отдал приказ глава, развязав ваши руки и позволив исполнить первейшее предназначение. Спасти эту несчастную душу. Спустившись на колени рядом с тяжело дышащим, ерзающим и смотрящим на вас с замутненным взглядом стражником, вы пододвинулись поближе, соединившись плечами и накрывшись вместе тяжелым одеялом. Миг прошел, и все раны бедолаги исчезли, так же вернув ясный разум.

"Эа? Вы кто еще такие? Что вы сделали со мной?" - чуть было не начал паниковать солдат клон, мигом успокоившийся, стоило кисти подростка лечь на его плечо.

"Сэр, не бойтесь. Мы пришли сюда по заданию от старпома Стивена. Он послал нас в сокровищницу, избрав путь через тюрьму. Что здесь произошло, не поведаете нам?" - сладким голосом проговорил Хитро, улыбаясь и сводя на нет всю ту скопившуюся боязность в теле боевой единицы судна.

"Вот оно как. Он был так быстро..." - бормотал в бреду инопланетянин, осматриваясь по сторонам и ужасаясь, когда его очи взирали на стонущих от боли товарищей. "Творец всевидящий. Как же это могло произойти? Ему же сейчас ничто не помешает выбраться обратно в космос."

"Сэр, мы не сможем вам помочь, если вы не дадите нам немного контекста. " - в серьезной, но всё еще мягким тоном, манере уточнил тинейджер, растирая восстановившиеся плечо рабочего.

"Он. Заключенный N1770. Его имя стерли из всех баз данных, вместе с новостями о существовании. Единственное что мне известно, так это то что сферический подонок был одним из опаснейших контрабандистов по всему Млечному пути. Капитан Спейсбой самолично выследил его, потратил недели ради того отыскать этого выродка, а теперь... Он вырвался на свободу." - C лицом полным террора описывал изверга клювастый, дрожа под силой воображаемого образа монстра. Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, существо с синим оперением встало обратно на конечности. "Ладно. Я не могу позволить себе унывать в такое время. Идите дальше через телепорт. Как выйдите в залы, поверните налево, налево и до защищенного входа. Если мне всё правильно сообщили, из вражеских налетчиков получились так себе охранники, но достойные бойцы. Я же, поставлю мой отряд на ноги. Не знаю, что за задание вам дали, но прошу, приложите все свои усилия. " 

Следуя слову, военный принялся за выполнение миссии, осматривая бойца за бойцом, тщательно стараясь не повредить ни одного из выживших, пока команда , вежливо поблагодарив служащего, подошла к световой двери. Вы в свою очередь, чутка задержались, оглядываясь назад, дабы немного понаблюдать за птицей человеком. Вы могли понять его серьезную тягу к помощи дорогим товарищам. Ваше одинаковое желание излечить друзей, команду с коей вы прошли не мало приключений, отнюдь не уникально. В голове проносились мысли, связанные непосредственно с обозначением ценности своей персоны в отряде, а так же теоретезирование. Ведь кто знает, поступали ли известные вам личности в точно той же манере что и вы, располагая тщательной копией ваших способностей, замени они вас. Но сие думы не созданы для инструмента, а за сим, вы прошли вперед, убирая их в далекий угол.

Коридор, к коему переместил всех удивительный телепорт, не представлял собой чего то сверхъестественного. Высокие потолки, темно розовые сплавы, бесчисленное количество труб и несколько панорамных окон, позволяющих взглянуть то в инженерные долины, то в Константин. Они не были важны ни для кого на данный момент, а значит, на них не стоит тратить много времени. По крайней мере, так думали только вы, ведь кому как не двум детишкам из компашки, будет интересно залипнуть на несколько минут, ссорясь во мнении, что круче: футуристичный город будущего, или же не имеющие конца горы дребезжащих, старых машин, похожих на дивные вулканы. Хоть Обри и недолюбливала здешний бездушный интерьер, но до последнего отстаивала свою увлеченность раскаленными равнинами механических земель, пока Хиро не решили уволочь двойню, вместе с празднующим маленьким танцем руками победу Келом, радостно подпевающий о превосходстве мегаполиса. Спустя от силы минут десять, вы и тройка друзей ступили ногами на прямую дорожку к закрытому входу. Перед ними, за баррикадами из энергетических полей, на изготовке, стояли несколько дюжин солдат, готовых в любой момент дать отпор врагу. Подбежавший к главе штурмовик, сразу же перешел к делу, объясняя всю суть дела. ""Вы должно быть то спец подразделение, о котором нам сообщил замглавы?" - спросил персона с клювом, откладывая бластер в кобуру.

"Ну, не то чтобы мы настолько особенные но..." - смутился с нежданного комплимента, по крайней мере, так он воспринял эти слова, почесывая пальцем щеку, но вскоре был выведен из сего состояния продолжающейся речью исполняющего обязанности сил правопорядка.

"Очень хорошо что вы так скоро пришли. Вот какова обстановка. Мы загнали незваных гостей за эти три метра укрепленной космо-стали. Всех до единого. Даже попытались выкурить их оттудова, когда они отказывались слишком долго сдаваться, но по итогу потеряли нескольких бойцов. К тому же, они каким то образом нашли лазейки среди патрулирующих внутри ботов, избегая их. Вкратце говоря - ситуация плачевная. У вас есть столько времени, сколько понадобится, но спасать вас в случае чего не станем. Вы сами по себе на этом задании. Скорее всего, когда мы быстро откроем дверь, несколько из них уже могут оказаться рядом с нею, а значится, предстоит устранить угрозу. Могу только пожелать вам удачи. " - сухо, но с максимумом доступной информации прострекотал вояка, пожал руку пришедшему человеку в тукседо, на что он польщенно ответил тем же.

"Благодарю за сотрудничество и предоставленные сведения! Хотя, будет справедливо с моей стороны уточнить, что мы никого не собираемся устранять, как вы грубо выразились. Мы только излечиваем несча..." - попытался вставить свои пять копеек Хиро, но прогремевший крик из пасти главного, оборвал возможность, только чтобы затем, снова не сумев рассказать о столь важной детали, стоило тяжелой заслонке, отодвинуться ровно чтобы через проем протиснулись четыре тела ребенка и один кролик гигант. Начинается настоящее приключение.

Убежище для золотых запасов целых космических цивилизаций, главное пристанище казны величайшего кочующего госсударства во всех известных галактиках, сейф с валютой ста разных планет, и самое главное - безопаснейшее хранилище драгоценностей, как физических так и памятных. Зеленые стены невозможно пробить используя тяжелую артиллерию сего ковчега в черной пустоте космоса, а дополнительные охранные системы сделаю всё возможное, ради устранения потенциального вора. Сие место зовется просто, но при этом, артефакты в себе хранит не простые. Сокровищница ослепила пришедших гостей светом тысячи поблескивающих монет, образовавшие целые горы мягкого металла. Золотые чаши, кубки, мебель, тысяча и один вид сундуков, большая часть из коих даже вела друг в дружку, таким образом сотворяя рукотворный лабиринт влажной фантазии жадин, освященный искуственной репликоц солнца, подвешенного под потолком. "Мои глаза! Как же ярко!" - вскричал жалобно бегун, спрятав лицо в ладошках и побежав на угад, что привело к застреванию в холмике платины.

"Ух... Блин, побыстрее бы домой. Это место и до попаданию сюда было раздражительным, со всей громкостью и навязчивостью, а теперь еще и побрякушки завезли." - недовольно мямлила девочка, спрыгивая на холодный пол с зверя и поглаживая беднягу, пока та закрывала глаза ушками. "Здесь ведь нету ни одной улитки! Что все эти мудрые старики вообще находят важного в этих безделушках? "

"Ох Обри, ты еще так многого не знаешь об этом мире." - с горящими от возможностей глазами ответил ведущий, хватая первую попавшуюся корону с пьедестала, украшенную камнями и одевая. Подойдя к серебряному зеркалу, тинейджер сделал несколько бахвальных поз, после чего, хмыкнув под нос, кинул в случайном направлении. "Мммм, нет. Не подходит. Слишком тяжелая. Нужно найти что нибудь полегче. Возможно, это так же мой шанс найти несколько подарков для неё."

Бубнеж Хиро, преисполненный нехорошими намерениями, оборвался своевременно с ранее не слышанным ойканием. Все ныне вошедшие, включая вылезшего из денег Кела, повернули головы в сторону раздавшегося голоса. Из-за угла большого сундука, покачиваясь, топала голова на ножках. Серый коронованный шлем вместе с ботинками и джетпаком, за тонированным стеклом коего, не было видно ровно ничего. К боку этого дивного мальца, кто-то приклеил дешевый бластер, используя хозяйственный скотч. Из маленького решетчатого отверстия рядом с ногами, раздался пройденный через некий фильтр голос невероятно постыдный. "Аэм... Это ваше?" - спросил скрывающийся под головным убором паренек.

"Ох, простите пожалуйста. Я должно быть вас не заметил" - извинился он, подбегая к новому знакомому и снимая с него головной убор, китая уже в другую, не занятую живым созданием сторону. "Рады познакомится! Меня зовут Хиро, я лидер нашей компашки. Этих троих - Кел, Обри и Юва. Можем ли мы вам чем нибудь помочь?"

"Это ведь вы сейчас зашли через огромную, непробиваемую дверь?" - протянул коротышка, смотря на закрывшийся замок сейфа за спиной дипломата.

"Ну, да. Нас послали сюда с очень важной миссией, но нам не составит труда какое то время потратить на помощь вам, мой дорогой низкорослый друг" - сверкая улыбкой заявил глава, увидев только нервное мычание от головешки.

"А не могли бы вы попросить впустивших вас открыть дверь? Мне просто очень нужно вернуться в квартиру и выключить утюг" - спокойно выговорил просьбу инопланетянин, потея сквозь скафандр.

"Разумеется уважаемый! Сию минуту... Подождите ка." - внезапно осознал Хиро, уже готовясь подойти к выходу и постучать в него, но на полпути повернувшийся обратно, пронзив отчаянно дрожащего шарика подозрительным взглядом. "Вы не очень то похожи на представителя охранных роботов, чтобы иметь спокойное разрешение ходить по этому месту. Кто вы?"

В конце концов, всякая правда имеет свойство выплывать на поверхность, если к ней не привязать заранее бетонный блок, а посему, коротышке пришлось сбросить свой образ , прыгнув к переходу в лабиринт драгоценностей, где к нему уже на подмогу прибежали три точно похожих создания. "Аргх, не получилось вас обмануть. Ну ничего, мы просто съедим вас и потом сами найдем выход отсюда. Вперед, за Королеву!" - прокричал свою боевую речь маленький космодесантник, без промедлений бросившийся в атаку со своими товарищами.

"Обри, Кел, Юва. Приготовиться. Судя по всему, они уж точно не самая счастливая компания. Так давайте же наполним их жизнь маленькой каплей счастья!" - выцедил через зубы слегка раздраженный подросток, чье состояние осталось незамеченным остальными. Сняв с шеи плащ, вы ринулись вместе с остальными, ибо такова ваша миссия.

Задание подошло к заключению быстрее, чем ожидалось изначально. Четверка заболевших вскоре стали здоровыми, спокойными и счастливыми. Они быстро свалились без сил, ибо негативные мысли, преследующие их долгое время при исполнении долга, испарились, дав себе разрешение на маленький отдых. Вам же с командой, оставалось только отправится вперед, на поиски многозначительного для Капитана Спейсбоя письма. Множество блестящих кружков, сопровождали ваш путь звяканием и навязчивой мелодией, не оставляя ни на секунду в тишине. Монументов разных героев, безразлично приветствовали команду на многогранном пути свершения добра, следя шаг за шагом. Как оказалось в дальнейшем, одна из таких вот статуй лишь притворялась достоинством того или иного государства, выполняя роль скрытой турели. Статуя изображала некую коротковолосую богиню, в тяжелых доспехах, из лат, поножей, рогатого шлема и с копьем в руке. Неодушевленный объект застал вас с командой врасплох, ни с чего двинув головой и выстрелив из глаз смертоносным лучом. По залу раздалось тяжелое гудение, нарастающие с стремительным изменением траектории выстрела в сторону товарищей. Действуя на инстинктах, вы выпрыгнули перед компанией, сняв одеяло и закрыв им всех друзей. Жар лазера активно вредил ткани, оставляя черный след сгорающего текстиля. Времени было мало. Ваш инструмент добра был крайне устойчивым перед любой напастью, но сейчашняя атака, уж точно прожжет вас всех за несколько минут.

"Ааргх! Блин, да как так можно!" - выкрикнул Кэл, дуя на кроссовок с полыхающим на нём огоньком. "Что это за фигня?! Кто додумался поставить сюда трехэтажную статую с лазерами вместо глаз?! Нет, это конечно очень круто, но всё же.."

"Ты серьезно думаешь именно об этом сейчас!? Нас собираются зажарить, а первое о чем ты думаешь, это о крутости лазеров!?" - упрекнула качнувшего плечами мальчонку Обри, тщательно сбивая пламя с шерсти скулящего Банбана. Не обращая внимание на заглушенные выстрелом отговорки бегуна, юная леди подвинулась поближе к усердно думающему подростку, осторожно потянув за краешек рубашки. "Хиро, что нам делать? Накидка Увы не сможет долго продержаться и мы скоро все сгорим."

"Ради всего святого, ты можешь не ныть, когда я пытаюсь найти выход?! Я стараюсь, понятно? А вы все продолжаете давить на меня. Давай... Думай, думай, думай." - потирая переносицу заткнул главный в команде, стискивая зубы и веки. По итогу, эврика достигла ловеласа, и улыбаясь, он щелкнул перстами. "Идея! Так, посмотрим, сработает ли это. ИЗВИНИТЕ ПОЖАЛУЙСТА, ПОЗВОЛЬТЕ КОЕ ЧТО СКАЗАТЬ!" Крик мольбы разошелся эхом среди золотых гор, приведя к не самому ожидаемому результату. Обстрел прекратился, и возникла тяжелая тишина. Резко выдохнув, заранее пробормотав нечто похожее на короткую молитву, мальчик вышел из-за укрытия с раскрытыми руками и выпрямленной спиной, ходя вперед так, что никто и не заподозрил о его недавнем нервном срыве. "Здравствуйте, ваша воинственное превосходимость! Меня зовут Хиро, и я... Можно сказать, просто гость в этом чудесном месте. А вас же как величать?" - откидывая челку в сторону, заявил он, используя свой коронный прием. Сравнимый с колдовством Шарм.

Механическая статуя екнула. Это был легкий, почти что незаметный сдвиг, но вами он был уловлен, хотя пока, прогресс уговоров оставался разве что мизерным. "Анастасия Жестокая. Богиня войны. Кто вы такие и как посмели войти во владения капитана?" - суровым, скрипучим и железным голосом колонок изнутри конструкции, заговорила искуственная женщина. Сходя с основания постановки и делая несколько громыхающих шагов. "Если повинуетесь, то у вас еще останется крохотный шанс умереть быстро и безболезненно. "

К сожалению, её угрозы не сработали в той мере, о коей она сильно надеялась. Результат вышел совершенно иным, ибо Хиро, состроив похожую на дьявольскую улыбку Мари рожу, начал не просто вести с ней переговоры, а бесстыдно ревновать. "О, так вы у нас богиня? В принципе, по вашей божественной красоте это и так понятно." - улыбаясь во все зубы подстёгивал подросток, даже щелкнув пальцами для эффекта.

"Фу... Пожалуйста, пусть хотя бы в этот раз это не сработает..." - молила о невозможном юная девица, но судя по всему, сегодня Творец не услышал её просьб, вызвав наилучший для скользкого мужчины итог.

"Ч-что?" - тихонько впала в ступор высокая женщина, отшатнувшись от неожиданного выпада. Ей было очевидно странно получать комплимент, и не от кого то, а от странного мальчугана, размером с ноготок. Мотая головой из стороны в сторону, она притянула копьё к груди, не зная как реагировать на странные слова.

"Слушайте, а вы точно покровительствуете жестоким расправам? А то по вашему внешнему виду, можно случайно подумать что вы богиня красоты и плодородия." - решаясь на крайне тяжелые выпады, юнец продолжал наращивать удары своего флирта, не сбавляя темп ни на секунду, делая шаг за шагом в сторону искуственного воплощения высшего создания.

"М-мальчик, сейчас же прекрати этот цирк!" - смутившись от комментария по поводу её внешности пискнула железная барышня, каким то образом покраснев и запотев. Голосок изменился, и теперь потерял устрашающий тон, сменившись тоненькими криками стыдливой школьницы. "Мне несколько десятков тысяч лет, я слишком стара для подобного!"

"О, вот оно как? Так только лучше. Мне нравятся девушки постарше. " - подмигнул гигантессе подросток, от чего в хранилище, раздался жалобный крик стыда, когда колоссальное божество вжалось в гору монет, практически пытаясь спрятаться от беспощадного флирта отрока. "Могу ли я называть вас мамочкой?"

В ответ на последний вопрос, дама выставила острием к груди тинейджера копье, весом в тонны три как минимум, остановившись прямо у него под подбородком. ""С-сдвинешься еще хотя бы на шаг, и я т-точно это сделаю. Клянусь что проткну нахала!" - ни разу не звучал угрожающе кричала леди, а вместо этого, безумно испугано хаотичной манерой речи паренька.

Тот, наконец пошел на решающий шаг. Оперевшись локтем об копье и лицом на кулак, он финальным аккордом послал девице воздушный поцелуй, сказав конечную фразу. "Сомневаюсь что стоит этого делать. Всё же, вы и так проткнули моё сердце своим взглядом!" - и тут-то, последствия дали о себе знать. Окончательно вспыхнув красным, высокая женщина пала на пьедестал без сил, прижав колени к груди и выпустив колющее оружие из рук, мямля белеберду в кисти. Сам же казанова, победоносно повернулся к группе детей, и улыбнувшись, поклонился.

"Жигало" - коротко и ясно огласили двое, с каменными лицами. У вас никогда не было лица, а их мнение вы не разделяли, ибо какой бы то позиции не придерживались. На сей грубый ответ, человек с золотым языком только цыкнул, скидывая грязь и сгоревшие катушки с плечей пиджака.

"Ой, помолчите. Нету ничего плохого в предоставлении красивым мадамам чуточку признания! И вообще, могли бы и спасибо сказать" - бурчал красноречивый лидер, пока пережившие высокие температуры возвращались на изначальные места в шеренге, стараясь забыть о случившемся несколько секунд назад ужасе.

"Мы можем уже идти? Нас так то ждут на рубке" - попросила девица, взбираясь обратно на спинку пушистого друга, чьё милое дыхание чуть чуть успокоило хозяйку животного.

"Да да да. Неблагодарные" -пожаловался он, пускаясь в дальнейшее странствие. Упавший жезл остался для них отличной заменой мосту и переходу между зонами лабиринт, так удачно расположившийся рядом с посматривающей в сторону казановы богини. Проходя по большому золотому копью, Хиро решил на секунду остановится, попросив у титанессы её кисть. Краснея и отказываясь говорить с грубияном, девушка молча протянула палец, который тот, бессовестно, подтянул к своим губам, еще пуще вгоняя защитную турель в краску. Переборов позывы малышни к отторжению их обеда, команда отправилась дальше.

-

Спустя несколько сеансов помощи загадочным ребятам в скафандрах, а также меньшим единицам роботизированной охраны, группа перешла от одного участка Сокровещницы к другой. По пути, им попались на глаза несколько необычных вещей. Необычных преимущественно для вас, ибо расположение очередной клавиши в безопаснейшем сейфе галактики, было определенно не одним из ваших ожиданий. Также, для двух братьев нашлось пополнение в гардеробе, а именно новая пара кроссовок и галстук. Кел с удовольствием использовал свою новую обувь, сделанную из красновато коричневой кожи некой птицы, с крылышками в зоне каблука, в то время как Хиро, старался держать спину прямой, несмотря на внушительный вес эмеральдового элемента одежды. Так или иначе, бегая от одного сундука к другому и пробирая сквозь пещеры кристаллов, вы с командой наткнулись на очередную преграду. Целые златые ворота, созданные некой древней цивилизацией. Кубовидные, мудрёные и непроходимые. Рядом, по стечению обстоятельств, был вмонтирован огромный круглый механизм, похожий на колесо, с лентами, ведущими к другой стороне ворот. "Хм... Эргх, оно мне что-то напоминает, но непонятно что." - массируя виски заговорил Кэл, сжимая глаза при тщетных попытках додуматься до возможного ответа.

"Это... Очень похоже на колесо для грызунов!" - воскликнула барышня, спрыгнув на драгоценности и начав обходить конструкция с правой и левой сторон. "Только настолько большое, что туда человек может залезть. Хиро, как ты думаешь, это может быть ключом к открытию прохода?"

"Что? А, да да. Возможно. Делаете что хотите, а я пока тут кое что поищу..." - помахал рукой в сторону двух оврагов, не повернувшись к ним лицом, а вместо этого, примеряя украшение дюжинами.

"Ну ок. Только вот, кто туда залезет? Сомневаюсь что я или Юва смогут сдвинуть его хоть на дюйм. " - подумала юная покорительница лесов, нахмурившись при одном только образе, как она пытается пробежать сто метров в нем. В это же время, у Кела чуть не буквально загорелись пятки, пока тот подпрыгивал на одном месте от рвения.

"У! У! Давайте я! Хиро ведь уже показал свою способность, а теперь настало моё время! Так, делай меня ведущим!" - крикнул он, подбегая светясь от веселья, тут же давая пять старшему брату, который в свою очередь, сделал это не обращая внимания. Получив роль главаря в команде, паренек мигом, оставляя оранжевые молнии, оказался в колесе. Потянувшись, разогревшись и растянув губы в улыбке до максимума, он принялся бежать что есть мочи, чуть не сбивая колесо с петель, пока установленные на нём кожанные ленты, крутились по механизму, отворяя врата. Щелкания, скрежет с мотанием веревок внутри башни, привел к заранее понятному результату. Новому переходу, продолжающий ваше с ними приключение. Закончив упражнение, мальчишка спрыгнул с беговой дорожки, поставив руки в бока и расхохотавшись. "Ух! Ну что за хорошая разминка. Правда, жаль что так быстро закончилась, а то я бы еще часик другой побегал. " - хихикал спортсмен, отвлекшись, когда девица рядом с ним, тихонько прыснула. "Ты чего ржешь? Глупая что ли?"

"Просто... Теперь то я точно могу называть тебя хомяком. Ешь за четверых, мелкий, бегаешь как сумасшедший, а любимое развлечение - колесо! Ахахаха!" - схватилась за живот молодая укротительница животных, шатаясь и заливаясь смехом. В ответ на шутку, спидстер мог только надуться.

"Эй! Я так то выше тебя!" - выпалил Кель, дав ей только больше повода для смеха.

"Это главное, что тебя беспокоит? То есть ты даже не отрицаешь моих слов!? Ихихихихихи!" - продолжила свой мелодичный смех Обри, залив лицо мальчугана красным от такого глупого промаха.

"Всё, хватит вам веселиться. Двери открыты, так что давайте уже вперед. Здесь столько мусора, что это место начинает меня раздражать." - жаловался Хиро, выкидывая наверное, невероятно дорогой чайный набор, шубу и горсть колец, как будто бы это пустые консервные банки. Так или иначе, промямлив что-то про грубость подростка, компашка, двинулась дальше, оставив очередное препятствие позади.

-

Дальнейшие чертоги, отличались разве что парой троек деталей. Шлемов на ножках становилось всё больше, что не мешало команде успокаивать их и излечивать с тем же темпом, повышая уровни, рыбоохрана стала реже появляться, а новое окружение, показывалось более живее. Горы с сундуками так и остались преимущественной частью окружения, но видеть качественные домики, с расставленной мебелью и слугами то тут то там, стало куда приятнее, чем ожидалось. Проходя между одной такой равниной золота, единственная девочка в команде, в конце концов, тоже получила новый инструмент для её комфорта. Красивое, синевато лазурное седло для кролика. Как оказалось, вмещает в себя новейшую технологию приспособления к размерам любого ездового питомца, ибо закрепив ремешками сидушку, так сиюминутно увеличилась, став как раз белой красавице. Усевшись на подушки, юная леди могла только простонать и утонуть в них, пока Кел скрипел зубами от завести. Вам же, были чужды сие эмоции, а довольствуясь тем что имеете, только вытянули вперед большой палец, радуясь за её находку.

Три пары ног и две пары лап, привели отряд к следующему закрытому переходу. С имеющемся в Сокровищнице бардаком, это должно быть традицией, постоянно заваливать доступные расщелины неким , на сей раз не золотым, предметом. Огромным кочаном капусты, перевернутым вверх дном. Несмотря на отсутствия металлического покрытия, травянистое совершенство блистало свою красотой, пока по листьям скатывались свежие капли росы. По крайней мере, для девчонки и её скакуна, оно казалось таковым, пока для остальных - это просто качан капусты. Только большой.

"Кто в здравом уме будет дарить в подарок кому бы то ни было овощи? Они же гадкие и противные. И уж тем более, сколько оно тут уже лежит?" - спросил сам для себя спортсмен, отказываясь признавать полезность всего, кроме мусорной еды.

"Я конечно не видел их сады, но как то дошел слушок что Её величество вырастила целый урожай таких вот... Образцов. Не знаю что до причины, но возможно она хочет ему как то помочь. Всё таки, он человек занятой судя по всему, времени на работе проводит много а витаминов нужно немало. " - рассуждал подросток, оглядываясь вокруг и замечая, что помимо овоща титана, у подножия горы лежало так же сотни разнообразных блюд, ни разу не подвергнувшиеся процессу разложения . "Да и глянь ка. Тут еще куча всего есть."

"Это то я понял. Но капуста? Из всех возможных вариантов?" - продолжил гнуть линию нетерпеливый парень, окончательно лишившись надежды понять эту глупую романтическую штуку, под названием любовь, прежде чем рядом с ним, без шума, появилась Обри. "Ах! Ты чего меня так пугаешь?"

"Я всего лишь подошла к тебе. Не нужно так трусить. " - скучно проговорила та, удивившись скудливости понимания окружения. "Мне нужно чтобы ты сделал меня ведущим."

"Зачем? Твой кролик ведь тут ничего сделать не сможет." - не понял Кел, приподняв бровь.

"Ох, ты делаешь большую ошибку, недооценивая голод ушастых. Давай уже, или боишься что моя способность будет круче чем твоя. хомячок?" -подзадорила друга дрессировщица, сразу получив результат.

"Ох вот как? Нету ничего круче моей скорости. Готов поспорить, что твой зверек ничего особенного то не сделает." - Перекрестив руки выговорил он, приблизив хмурое лицо.

"Да неужели? И что же ты такое готов поставить?" - нарастила температуру мини спора противостоящая ему девочка.

"Щелбан" - как серьезный из серьезнейших, заявил спортсмен, надев своё серьезное лицо.

"По рукам!" - пропищала девочка, сразу же получая легкий толчок в плечо, лишивший каких либо причин оставаться с мальчуганом в радиусе пяти метров. Добежав до крольчихи, которая хоть и хотела наконец то отведать это зеленое чудо света, но сидела не шелохнувшись, показывая себя как хорошего ужастика Обри остановилась рядом с питомцем, погладив шерстку зверька. "Молодец что дождался меня. Я знаю как ты проголодался Бан бан. Теперь, можешь не сдерживаться и есть на здоровье!"

Всего несколько предложений, а животное уже затопало лапками, прежде чем ринуться на зеленый овощ. Сначала, оно исчезло. Не было ни одного знака присутствия пушистого создания. Но вдруг, на объекте начали появляться отчетливые следы от чьих то больших зубов, попутно издавая звуки хруст листвы. Приглядевшись в процессе постепенного исчезновения растения, вы заметили как короткие образы вышедшего из под контроля ездового транспорта, поглощенногого бесконечным ощущением голода, появлялись за мили секунду до следующего приема пищи. Кусок за куском, капуста принимала новый, изувеченный вид. Пара листочков падала, но никто не мог спастись от жадного желудка обаяшки. Таким образом, за меньше чем минуту, путь стал чист, а большой и белый кролик, кинул себе в пасть кочерыжку, схрумкав и её. По результату спора, юная леди заняла заслуженную победу, хихикая подбегая к ненаевшемуся милашке с намерением обнять доходягу, пока проигравший братец скучающего лидера, уронил челюсть. "Напомни ка мне, что ты там говорил? Что он не сможет сделать ничего особенного? Похоже кто-то ошибся!" - издевалась девица, злобно ухмыляясь. Ну, скорее мило чем злобно, но ей это только в плюс.

"Пшшш, да подумаешь. Я ворота открывал всё равно круче. Давай, щелкай уже и закончим с этим" - бубнил раздосадованный Кел, только вот теперь уже более злодейская улыбка Обои, порвала его планы. "Мне не нравится то, что ты делаешь со своим лицом. Перестань, это выглядит... глупо."

"Глупо, было оскорблять моего крольчонка. И теперь, пришло время платить по счетам." - всё же проговорила барышня, и перед мальчиком, возникла целая гора белого пуха. При заключении пари, он забыл поставить несколько критически важных условий, кои и укусили его под конец. Он забыл, что стоило учесть парочку важных деталей, а именно то, кто даст щелбан проигравшему. Сегодня, до глубины души оскорбленный зверёк, стал палачом для непутевого спортсмена. Встав на три лапы и смотря пустыми глазенками в чужую пару глаз, он шмыгнул напоследок, прежде чем приготовив палец на конечности, ударить им по лбу пораженного. Удар пришелся настолько сильным, что бегун аж отлетел в ближайший сундук, ударившись головой и свалившись на землю, с летающими над головой домашними камнями.

"Охохохохо... Гектор, ты вернулся ко мне? И привел своих близнецов? А почему у вас крылышки, такие малюсенькие?" - лепетал блаженный юноша, пытаясь безуспешно поймать проекции руками, но из разу в раз лажал. Вскоре, подошедший к нему Хиро, заложил его руку себе на плечо, начав волочь сбитого с ног родственника до вас. Дойдя, он без добрых слов, просто кинул его вам в руки, пробурчав что-то про 'скорее вылечи этого дурака'. Стресс из-за отсутствия желанного подарка для вашей сестры, судя по всему, всё сильнее влиял на подростка, от чего затея сия, казалась всё более надоедливой, нежели полезной. Хотя, вы сохраняли веру в то, что у него была повышенная раздраженность по причине такого малого количества людей, которым вы помогали, спасали за проведенное время в Сокровищнице. Вскоре, это точно не станет для вас серьезной проблемой.

-

Несколько путей лабиринтов, съеденных овощей и отпертых ворот, вы уже совсем близко к цели. За уменьшающимися горками, вам уже открывалась большое скопище писем, чье количество пополнялось, стоило трубе над нею вновь открыться и выпустить порцию драгоценных подарков от королевы. Ваше приключение здесь, медленно но верно подходило к концу. Уж кто как не Спейсбой, величайший пират и его отважная команда, смогут вычислить местонахождение бушующего Бейзила, тем самым помогая вам спасти весь мир. Осталось совсем чуть чуть, и всё встанет на свои места, став нормальным.

По пути к нему, команда была остановлена резким взрывом. Взрыв, чье сотворение возможно исключительно в случае нанесения мощнейшего, тяжелого, сокрушительного удара по твердой стене. Вы стояли на дороге с тремя путями, а тот из которого он шел, находился справа от вас. Прямиком из старого обмотанного цепями сундука. Даже не стандартный подарочный, весь красивый, вычурный и дорогой. А его противоположность - старый, дряхлый и готический пугающий. Эта коробка как будто бы томилась в секретной комнате подвала, расположенного под замком, в течении неисчисляемых лет. И если так подумать, оказавшись в новом месте, находящемуся внутри существу, уж очень хотелось выйти наружу. Обычно, всякому кто попал в затруднительное положение, вы помогали без лишней мысли. Ваша священная миссия как и оставалась ведущей мотивацией для продолжения существования, так и останется впредь. Но вот то, что томится там, за дюжиной чугунных замков... Лучше этому оставаться там. На всякий случай.

Однако, вы не обладаете способностью управлять чужими намерениями, а почему, удары продолжились. Каждый последующий, становился сильнее предыдущего. Сначала у всех подпрыгивали волосы. Затем все тела взлетали в воздух, от разрывающего дерево нападения существа в коробке. И таким образом, на свободу вышел он. Гуманоид, с накаченными руками, ногами и туловищем\головой тостером. Алюминиевое покрытие воссияло от лучей огромного светила, мышцы впервые напрягались, создавая душещипательную картину силы, пока бицепсы, трицепсы и другие сплетения возвращали себе прежний, утерянный за века заточения потеницал. Простое лицо, из линейной улыбки и двух точек, бурило вашу прогнившую душу. Сильнейший из сильнейших, заговорил. "Хей друзья! Меня зовут Тостер мэн! Не хотите попробовать мои тостеры? Они правда работают! Давайте я устрою вам маленький предпоказ!" - без каких либо объяснений сказал он, голосом столь добродушным и веселым, что у него с легкостью получилось заинтерисовать вас. Правда, у главного в отряде, было совершенно другое мнение о происходящем.

"Так, я не знаю кто вы такой, но могли бы свалить с глаз долой? Мы и так задержались тут слишком долго, со всеми статуями, капустой, дверями и прочим. Не тратьте наше время попусту, со своей дешевой рекламой..." - К сожалению, Хиро не дали закончить гневную речь. И не дали особенно простым способом. Раздавив его голову как кусок желе. Получившаяся каша из серого вещества, костей и глаз разлетелась по полу, вашему, и чужих лицах. Никто из оставшихся не успел крикнуть или попытаться спасти друга, ибо в состоянии шока, они не успели осознать, как уже были мертвы. Шея Обри свернулась дважды, вернувшись обратно в прежнее положение, за исключением выхарканной на шею обезглавленного Банбана крови. Кел потерял все узнаваемые черты лица, когда возникший прямо за ним монстр, схватил его за ноги, и подняв над собой, разорвал напополам, позволив свежему бордовому соку омыть его соскучившиеся по душу полотна металла. Еще секунда, и все останки, превратились в измокши, вялые куски хлеба, распластавшиеся по поверхности сейфа. Вам же, лишь благодаря силе воли, удалось сохранить себе жизнь, оставшись с скудной единицей НАСТРОЕНИЯ, но вот ваш разум, совершенно потерпел поражения. В ушах звенело, в зрение двоилось, а по всему телу проходила такая дрожь, такая боль, что вы на короткий момент, даже пожалели, что осмелились выжить. Вы с командой спасли множество людей, которые во время процесса наделали немало трудностей. Кости дробились, органы вываливались, а жизни оканчивались, только чтобы вновь вернуться на поле брани, и спасти несчастную душу. Но то что стоит прямо перед вами, нельзя назвать душой. Вы смотрите в пустые глаза смерти. У него нету ауру. Оно не заражено и не исцелено. Это его сущность. Разрушать и возвращать обратно, через свои богохульные идолы, четверку образцов коих, прямо сейчас протягивает ложный пастор. Вы столько лет прожили в неведении, борясь за принципы, которые зовете верными, пока далеко от вас, существовало это. Воплощение необузданного рока, чьи пальцы, слова и мысли, если дать волю, сотрут даже историю. Не имея выбора, вы соглашаетесь на сделку с дьяволом, беря в охапку одноразовые тостеры, и кладя в них размякший хлеб. Искрясь и перегреваясь, они выплевывают из себя сгоревшие тосты, которые по чуду, превращаются обратно в тройку детей.

"Это тостеры, и они правда работают! Вот вам несколько образцов! Возвращайтесь еще за тостерами по скидке!" - сказал Тостер мэн на прощание, уходя обратно во тьму старого сундука. Повисла тишина, прерываемая звяканьем монет, проездом в отдалении ботов или разговоров странных шлемов на ножках. А остальные всё молчали, смотря куда то вдаль. Обнявшись, два ребенка прижались к друг другу, боясь отпускать противоположную себе личность хотя бы на секунду, разделяя тихие, горькие слезы. Хиро, человек испытывающий к вам ничего, кроме справедливой ненависти, опустился на одно колено, положив руку вам на плечо, смотря мокрыми глазами.

"Юва. Спасибо. Я обязан тебе по гроб жизни. Никогда не забуду этого" - шептал всей своей искренностью подросток, хотя не до конца понятно, о чем он имел ввиду в конце. О травмирующем событии, или же о вашем поступке. В том или ином случае, поднявшись, вы, под аккомпанемент всхлипов Кела с Обри, отправились к конечной цели, оглядываясь назад на смотрящего вам в спины Тостер мэна. Впервые, вы желали кому то умереть и не испытывали угрызения совести за это.

-

Травмирующий опыт, не остался убранным далеко на задворки сознания. Изображения недавно произошедшей резни, побуждали того или иного участника шеренги встрепенуться, под силой иллюзорной хватки кошмарного человек тостера. Больше всего, в ужасном состоянии находился Кел. Осторожные всхлипывания через маленькие слезинки, не нравились никому, включая его верную противницу и заклятую противоположность. Но несмотря на очевидное желание окружающих помочь бедолаге, кое он всячески старался избегать, говоря что он просто немного расклеился, а ведь ему предложила Обри покататься на Банбане, самое невероятное событие за сегодняшний день, одно все знали точно. Им нужно сделать маленький перерыв. Расслабиться. Скинуть напряжение и позволить мыслям дрейфовать без тяжелого бойка, в виде через чур детальной катастрофы. И команде очень повезло, что на верхушке сборщика тяжелых сундуков, прямо под механизированным солнцем, разложилась маленькая стойка для привала. Четыре пляжных лежака , выложенных рядом с друг другом, направленных на луну. Идеальное место для загара лица. Покачивающийся шар железа, довольно таки качественная реплика настоящего газового светила, излучающий приятное тепло, не позволяющий всякому присутствующему здесь, превратится в хладный, замороженный труп. Его приятное освящение щекотало вам лицо, окуная в заманчивую расслабленность. Тоже самое заметили и другие присутствующие люди, заметно став спокойнее. Хиро перестал скрести зубами от волнения, нервный пот перестал катиться градом с Обри и её питомца, а переволновавшийся мальченка и вовсе утер слезы, чуть приподняв покосившуюся улыбку. Что, из этого может получиться что-то стоящее.

Каждый сел на свои места, надел лежащие рядом с креслами темные очки и поднял светоотражающие листы себе к груди, направляя потоки солнца прямиком в лицо, позволяя теплу делать свою естественную работу. Каждый сидел как попало. Вам это впервой, но будучи нормальным ребенком, вы больше походили на труп, готовый к погребению. Чистый, ухоженный, ровный и безжизненный. Впрочем, позиция сама по себе удобная.

Лежащая рядом с вами девочка, выглядела очень расслабленно. Привыкнув часто бегать по лесам, час за часом, босиком, исследуя богатую фауну Парка, она уже давно заприметила лежание на траве вместе с кроликом, как хороший способ провести какие то минуты за отыдхом, наслаждаясь звуками бушующей жизни природы. И хоть сейчас ей пришлось выбрать точкой для горизонтального положения не благоухающую растительность, а мебель из мертвого белого дерева, и не вслушиваться в чириканье птиц, а лязг падающих монет, но ощущение знакомого, хоть и слегка отличающегося, тепла, полностью справлялось с задачей, убирая из головы покорительницы полей весь стресс. Что до верного прыгуна, то сей белый малыш принял форму шерстяной буханки, засунув все четыре лапки под себя, и опустив ушки на спинку, прикрыл глаза, позабыв о потенциальной опасности хранилища. Хорошо для него, но скорее всего, хозяйке придется в будущем сильно постараться, чтобы разбудить объевшегося шерстяного гиганта, от его короткого сна.

Глава отряда, заядлый модник и эксцентричный казанова, судя по всему, чувствовал себя как никогда хорошо. Натяжение галстука ослаблено, несколько пуговиц на рубашке расстегнуто, а поправляя очки, старший мужчина только и делал, что улыбался, восстанавливая утерянные минуты тому назад крупицы рассудка. Если бы вы умели испытывать хоть какие то эмоции прямо сейчас, то скорее всего, завидовали бы подростку. Он умный, сильный, честный, прямолинейный и полностью понимающий силу своих способностей, использующий их во благо, в то время как ваш список заслуг и негативных факторов, перевешивает в соотнашение 0\100. Вы, не более чем капризный ребенок, раз за разом пытающийся сделать вещи как можно лучше, проваливаясь по всем фронтам, в то время как он, уже состоявшаяся личность, полная опыта, амбиций и возможностей, всегда добивающийся идеала. Но так или иначе, вы ничего из описанного не испытываете. Вы просто описали несуществующее предположение. Ни один нормальный человек, не станет никому завидовать.

И наконец, мальчик торпеда, выглядящий куда спокойнее и умиротвореннее, чем вы обычно привыкли его видеть. Закинувшись руки себе за голову, положив светоотражающее стекло на подставку на груди, юнец широко улыбался, практически не дыша. Накатившие недавно эмоции испарились без единого следа, вернув к друзьям прежнего, старого доброго Кела. Попивая открытую газировку, ребенок часто делал тяжелые вздохи, меняя позиции, то ли по причине неудобства предыдущей, а возможн и от скуки. Однако в общем плане, пацан был крайне тихим. Вам нравился такой вариант друга, но точно так же сильно, как и все его предыдущие итерации поведения. "Вау... Вы только посмотрите, насколько огромное это солнце! Мы так к нему близко, но при этом тепло, как на пляже. Вот до чего прошел прогресс!" - порадовался существованию участник отряда, время от времени киная одной рукой залежавшийся в золотой куче бейсбольный мячик, с чьим то акуратным афтогрофом.

"Ммм... Такое себе по моему. Всюду эти глупые блестяшки и железяки. Нету ни одного мягкого места. Это солнце ведь не настоящее. Чему ты вообще радуешься?" - - спросила недоумевающая Обри, которая хоть и имела ввиду всю ранее сказанное, но втайне от остальных, сильно радовалась за любимого питомца и его продолжающийся отдых.

"Эх, Обри Обри..." - цокнул языком спортсмен, состроив самодовольную рожу и немного выводя из себя юную особу. "Ничего ты не знаешь. Посмотри на всё это с светлой стороны! Как я всегда говорю: 'Тебе просто нужно проснуться и понюхать розы' "

"Ты никогда так не говоришь!" - спустя пару секунд молчания вскрикнула девочка, попытавшись ударить кулачком маленького негодяя, но тот изощеренно увернулся, вернувшись к прежнему делу. Релаксации. Вскоре, потягивания главы и его объявления о продолжении похода, вывели вас из транса, посылая импульсы к ногам и поднимая вас от горизантальных дощечек. Когда команда постепенно спускалась вниз по лестнице, ваш взгляд задержался на незамеченной ранее табличке. Стандартная сама по себе, за исключением болотно зеленого постера, с необычной надписью и злобным смайликом в нижнем правом углу. Изо рта головы шло облачко диалога, рассказывающие, вы предполагали, шутку. Посчитав что возможно, в будущем вам не помешает знать несколько качественных анекдотов, вы подошли поближе, читая буквы на объявлении.

Эта шутка настолько черная, что её должна была арестовать полиция.

...

Хорошо, вы уже жалели что потратили на это своё время. Будь бы у вас книжка для ужасных анекдотов, то вы бы добавили её туда и сожгли навсегда, дабы спасти чьё то здоровое чувство юмора. Забыв о сей мысли через минуту или полторы, вы поспешили за остальными, не желая отставать.

-

Конец пути, подкрался практически незаметно. Скрывшись в сундуках, вы не успели заметить, как оказались у подножия скопища бесконечных писем, коробок с подарками, лучшими картинами и фотографий самой Королевы. Центр всея Сокровищницы, отведенный исключительно под величайшие драгоценности, ставшие не только достоянием хранилища парящего в космосе города, но и сердца юного галкатического пирата. Белые конверты с розовыми штампами, валялись то там то тут, в полной доступности. Сия гора выступала значительным контрастом, на фоне зеленых стен и золотых запасов целых планет, показательно обозначая разительное превосходство по важности для молодого государя. "Ого... Это сколько же она их пишет за день..." - шептал Кел, оклемавшийся, и топающий в шеренге по проходу между сундуков, поднимая в руки холст с Её величеством. "Зачем вообще кому то посылать столько картинок себя же самой? Разве это не перевод краски впустую? Или... Как оно там называется? Нарфрыс?"

"Нарцисс. Состояние человека, когда он не любит никого, кроме себя самого." - дал точное определение остановившись у очередного зеркала подросток, чтобы проверить совершенство своего пиджака, расправляя ткань в рандомном порядке. "Но здесь не такой случай. Скорее всего, она просто знает, как же сильно он её любит. А потому как человек он занятой и в Парк слетать регулярно возможности нету, такие подарки становятся отличной усладой для истощавшегося по любви партнера"

"Эх... Вот бы у меня был такой же парень..." - устало выдохнула девица, оглянувшись по сторонам, не зная, чем же ей заняться. Последний час не происходило ничего интересного для гиперактивного детского ума, а потому, скучная, она только надула щечки, глядя в потолок. Но вскоре, её расслабленное положение быстро сменилось на полную готовность, выпрямив спину в седле, стоило чему то вдалеке появится. "На нас что-то падает!!!"

Ваша голова сразу ринулась вверх, хрустнув железными сочленениями и увидав надвигающуюся проблему. Времени на обычное избегание угрозы не было от слова совсем, а падение неизвестного, было слишком быстрым. Решение было только одно. Выбрав рискованный вариант, вы развязываете узел на плаще, и взяв за два конца, кидаете в воздух, наблюдая за растяжением постельного белья. Замерев в воздухе под направлением в сорок пять градусов, магическое одеяло останавливает все предметы, летящие до этого с умопомрачительной скоростью прямо на ваших друзей. Инструмент прогнулся под весом накапливающихся посылок, и когда последняя вещица согнула чудо плед, вы взмахнули двумя концами, скинув неизвестные строения в случайном направлении. Как оказалось, сими громадинами были некие произведения искусства. Или же, вам хотелось воспринимать искаженные статуи, камни, полуплавленные сталактиты, как нечто, созданное руками творческого ума. Довольно таки вычурные, если так посмотреть. Трое ребят и вы в частности, вернулись в прежнее, не спокойное но и не заинтересованное, состояние, решив осмотреть появившиеся с воздуха препятствие. "Что это такое? Похоже то на лицо, то на связки..." - предположил тинейджер, гладя подбородок и рассматривая абстрактную фигуру из красного, застывшего пламени.

"А это там что, шипы?" - спросила девочка, забравшись на макушку зверя, и с высоты нескольких метров, описав острые выступы на нескольких античных статуях, уходящих до самого места назначения, закрывая даже мысль о попытке протиснуться между ними.

"Ой, да ладно вам! Опять?! Мы ведь были так близко!" - заныл от злости Кел, вскинув руками и пнув близлежащий кубок в полёт. "Ну и что нам теперь делать? Все письма остались за баррикадой из глупых камней..."

"Это так то античные, мраморные вырезки, и стоят они скорее всего не мало" - уточнил Хиро, но был заглушен возгласами младшего брата.

"...А мы ведь так долго до них шли!" - - Подтвердил нынешнее ненастье парёнек, хмуро усевшись на бочонок с вином, расположенный как раз рядом.

"Хм... Сомневаюсь что Бан бан сможет что-то здесь прогрызть. А почему бы тебе просто не перебежать через эту кучу монет и схватить первое попавшееся письмо?" - задалась возможным способом решения возникших обстоятельств девочка, пару раз тыкнув пальцем в колючку артефакта неизвестного автора.

"Представляешь себе, я уже пытался так сделать." - огрызнулся пацан, отказываясь смотреть на что угодно, кроме своих бутусов. "Каждый раз, когда я вбегал в горку, эти золотые кружочки летели у меня из под ног, не позволяя убежать ни на дюйм! Так что похоже, нам остается искать новый путь."

"Дети, дети. Давайте не прыгать сразу к поспешным решением. Мы ведь команда и сумеем способ выбраться отсюда!" - оперся на колено юноша, пожав плечи обоих ребят, за которыми присматривал. Несмотря на своё окружение, когда двое друже недругов начали снова брататься друг с дружкой, он по тихому повернулся к вам, и безмолвно двигая губами, отадал точный приказ. "Давай уже, сделай что нибудь."

И таким образом, вам была поставлена задача, чье выполнение стало прямым долгом. Стоя перед скоплением загадочных сочленений цветов, форм и размеров, вы не могли не заметить, насколько же неподходящими для здешнего колорита выглядят эти образцы творческих фаланг. Хранилище, за те часы, проведенные в его стенах, уже отразилось в вашем разуме как до абсурдного правильное, наполненное физическими богатствами место. Элементы декора, освящение, дождь из предметов и даже охрана, попадавшаяся под спасительные объятия. Все вышеперечисленное не выбивалось из общей, оговоренной при планировки темы. Всё, кроме этих выделяющихся внешним проявлением штук. Бросающиеся, кричащие цвета с формами, напоминали высунувшиеся наружу прыщи, по нормам рассуждения, требуемые стать выдавленными, дабы разровнять кожу. И теперь, в вашем распоряжении такой шанс, сделать её правильной. Вернуть их к прежнему, нормальному состоянию. Так вы и поступили. Обвязанная на шее накидка воспрянула в пространстве, накрыв собой всё, что оказалось под ним. Инструмент для спасения невиновных, мигом распластался по холодной, металлической поверхности, прежде чем полетев вверх, выпуская новые, верные красоты. Строгие, аккуратные, красно розовые праздничные арки, обвитые рубиновыми розами, прямо как под чью то свадьбу, с стоящими между ими статуями великой, и мудрой Королевы Свитхарт. Стоящий по ту сторону расчищенного завала скафандр на ножках, секунд но остановился, тупо глядя в вашу сторону, прежде чем сказать очевидное. "Это было странно." - пискнуло существо, прежде чем вернуться к своему прерванному занятию, а именно шарится по стопкам писем. "

"Хэй, глядите! Те штуки исчезли!" - вскрикнул удивленный мальчишка в кедах, отвлекшись от разгоряченного разговора с своей злосчастной подругой.

"Кел, если ты думаешь что можешь меня так легко провести...' - обозлилась на него девица, коротко взглянув краем глаза в сторону ныне не существующих колонн, и в шоке повернула голову полностью, не веруя собственным очам. "Как это вообще возможно? Мы ведь отвернулись секунды тому назад?"

"Друзья мои, так разве это важно? Главное, что дорожка к нашей окончательной цели всё таки открыта. Давайте поскорее возьмём письмо и вернемся к Капитану, а уже оттуда, отправимся на поиски Бейзила!" - возгласил юный предводитель, получив от младших участников перемену настроения и мотивированные лица. Проходя мимо вас, он быстро ударил вас по руке, забрав обратно позицию лидера, оставив вас догонять. Вы не могли серьезно злится на него, ведь он поступал совершенно правильно, не давая вам очевидного упоминания. Вы всего лишь инструмент, а им восхваления не положены. С ясной и закрепленной годами мыслью, вы потопали за ними, не обращая внимания на странный зуд в сердце.

Остановившись между Келом и Обри, вами была встречена странная картина. Хиро - честный, добропорядочный и всегда думающий о своем внешнем виде юноша, активно старался сделать хотя бы единственный шаг, осторожно варсируя то вправо то влево, под угрожающее рычание неизвестной личности, яростно защищающая бумажное скопище, направляя боком закрепленный бластер, заряженный в полную мощность.

"Послушайте, я возьму всего лишь одно письмо и покину вас. Мне только нужно чтобы вы немножко..." - попытался протиснуться казанова, но был встречен уже в который раз светящимся дулом.

"Разговорчики! Это зона переходит под контроль последнего агента спецотряда "Розовый шип", и я не позволю никому из вас дилетантов, обрушить мои шансы на повышение!" - пищала голова на ножках, готовясь пускать пену через фильтр скафандра. Постепенно, её слова перешли в блаженное бормотание, но даже в таком состоянии, она не опускала своей защиты. "Я принесу ей то проклятое письмо, и тогда то я заживу. Деньги, слава, богатство, собственная медаль от неё самой! Кто как не я, величайшая фанатка Её Великолепия, достойна награды с рук королевы?"

"Стоп, ты что, работаешь на Королеву Свитхарт? Роза, не ты ли это?" - удивленно поинтересовался подросток, чуть не получив кинутым шлемом в лицо. Уклонившись, ведущий удостоверился в правоте своей теории, ибо теперь, перед его ногами стоял аристократ по имени Роза, с её длинным стебельком и розовым бантиком. Однако каким то невероятным образом, лазерострельное оружие всё еще оставалось приклеено к лицу дамы.

"Видимо, у вас идиотов что-то да осталось в головах. Так если хотите доказать что там куда больше чем я предпологаю, проваливайте отсюда и дайте мне сделать то, ради чего я пришла сюда." - угрожала корневое существо, поглядывая то на вас, то на всех остальных.

"Но что вы вообще здесь делаете? Зачем было нападать на Капитана Спейсбоя, если он будущий супруг вашей правительницы? Разве вы все, не должны уважать его?" - спросила любительница пушистых друзей, не понимая логики в его действиях.

"Да мне плевать кого выбирает наша великая и несравненная в качестве своего спутника жизни. Если она счастлива, то меня это волновать не должно. Однако, Её несравнейшество сама отдала приказ о нападение! Кто знает, по какой причине. Может она нашла кого получше, или решила что отношения это не для неё, или вовсе распознала в этом синекожим врага. "- махнула лепестками Роза, повергнув подростка и его самоназванную младшую сестру в шок.

"Сама Свитхарт приказала такое ужасное преступление? Но зачем? Они ведь та хорошо смотрелись вместе..." - чуть грустно говорила Обри, сжимая дергающиеся ушко кролика.

"Да кому какая разница. Мне главное... Еще... Чуть чуть... Покопаться...И... УРА!" - радостно взвизгнула коротышка, выпрыгнув из куч дорогой бумаги, и найдя то, ради чего пришлось пожертвовать целой натренированной командой. Единственное отличающиеся от остальных письмо. Все те, что устилали гору, имели на себе штамп лично правительницы запутанных земель, с красным сердечком, в то время как сия рукописная записка, закрывалась воском фиолетовым, с сердцем разбитым. "ДА! Часы хождения среди всех этих глупых сокровищ всё же окупились! Теперь то мы узнаем, что же задумала эта мерзкая, лакричная предательница."

"Стоп, о ком тут идет речь? Это ведь не письмо правительницы." - заметил Хиро, пытаясь что-то подсказать стоящему рядом с ним спортсмену, тыкая его локтем в плечо, пока тот ел во время сцены свежее ведро попкорна.

"Чаго?" - с набитым ртом ответил братец, выплевывая на землю несколько кусочков взорвавшейся кукурузы.

"Она отвлечена, не смотрит на гору документов позади, увлеченно рассказывает о какой то фигне, хватит набивать рот и займись делом, пока есть такая возможность!" - сердито шикнул мальчику скорости старший родственник, намекая на идеально появившиеся окно для спасения ситуации. Но по итогу, был встречен лишь смешком и покачиванием головой.

"Ээээ, не. Так не интересно и слишком легко. К тому же, я правда хочу узнать, о чем она вообще балаболит." - засмеялся тихонько Кэл, засовывая еще одну горсть лакомства в глотку.

"Ну да? Вы что правда подумали что мне интересны все эти любовные листы по тысяче слов на каждом? Я на задании, так что не сегодня Меня больше волнует то, о чем так усердно хотела рассказать эта мусорная куча, раз уж подсунула его в короьбку с обычными письмами. Потому то нам и пришлось лететь раньше чем заранее планировалось." - заключила последнюю строчку информации Роза, держа в руках драгоценный предмет. Погрязла тишина, а её никто не любил, так что прерывание действенной стагнации, стало исключительно задачей молодой усмирительницы зверей.

"Так... Что мы будем делать теперь?" - не зная, какие еще варианты предложить, спросила юная леди, наклонив голову.

"Лично я, планирую найти отсюда выход и наконец то свалить. Что до вас, делайте что хотите. Прощайте, остолопы" - кинула издевку на последок росток рот и тут же оставила за собой только облачко пыли, ринувшись направо по перулкам.

"Команды, планы меняются. Мы обязаны отобрать у неё это письмо и доставить его непосредственно адресату, как можно скорее! Возможно, это произведет только больший эффект на нашего товарища. Побежали." - огласил ловелас, бросившись в погоню, с следующим за ним Обри.

"Эй, обождите! Так нам любовные записки нужны или как?" - спросил собравший в карманы кучу конвертов Кел, пока те вылетали у него из карманов.

"Можешь их выбросить, больше уже не понадобятся. Похоже, мы нашли рыбку по крупнее. " - ухмыльнулся дипломат, ведя группу вперед.

-

Пробежав не больше десяти метров, Роза остановилась на месте, сконфуженная странным поведением вас и команды. "Нет, я конечно знала, что вы идиоты, но чтобы настолько... Так или иначе, вам меня не поймать!" - рявкнула женщина, и на удивление, побежала безумно быстро. Вы могли только предполагать и теоретизировать о возможно встроенных в её обувь ускорителях, ну или любом другом виде технологий, но одно было понятно точно. Она убегает всё дальше, забирая с собой тот малый шанс на спасение вашего дорогого друга.

"А ну стоять! Сейчас как..." - попытался схватить надоедливого карлика спортсмен, всё таки использовавший дарованную создателем силу, но не успел тот даже дотянуться до высокомерного корневища пальца, как преступница взлетела в воздух, за что той стоило благодарить встроенные ракетные установки в ботинках. Ваше предположение оказалось правдой, но к сожалению, только наполовину. "Блин, да как же нам тогда её достать? Она ведь сейчас просто напросто улетит!"

"Не улетит. Эти бутсы меньше чем твои, так что сомневаюсь, что она далеко от нас уйдет. Продожаем смотреть наверх и следовать за ней, а когда эта нахалка спустится с небес на землю, сразу же схватим её на месте!" - обьявил дальнейший план действий Хиро, сразу же приступив к его исполнению. Предполагаемо, это не должно было занять много времени, но как всегда и бывает, ничто не идет по заранее созданному плану. Мало того, что эта самодовольная барышня продолжала парить спустя минуты отчаянного бега, так и еще в её разуме, взыграла заманчивое предположение, что это будет замечательным поступком, намеренно стрелять по ногам, попутно летая как раз в паре метров от земли, чтобы когда кто нибудь пытался ухватиться, они падали плашмя лицом в пол. Сим образом, незаметно пролетели долгие, муторные и болезненные минуты, полные оскорблений, с обеих сторон, попыток убить вас и унизить группу друзей. В какой то момент, путь дальше, к смеющейся до бесконтрольного полета Розе, прервался упавшим ни с того ни с сего овощам гигантом, подкинувший в воздух не только отряд альтруистов, но и знакомую персону.

"Ой!" - послышался горячо любимый всеми голос, сиюсекундно остановивший преследование и давший повода для осмотра по сторонам, в поисках неожиданного источника, выглянувшего сверху, с верхушки очередного сундука. "Хей ребята! Вы как, нормально? Вам помочь? " - спросила улыбающаяся старшая сестра, ложась на деревянную крышку и свисая головой вниз, пока её роскошные, галактические волосы пошатывались от счастливых покачиваний.

"Мари!" - радостно воскликнула команда, всегда готовые улыбнуться при появлении их общей старшей сестры, а для кого то и возлюбленной. Но быстро вспомнив о причинах их пребывания в Сокровищнице, смахнули золотую дымку эйфории разговора с ней, вернувшись в серьезный режим. Следующим заговорил её бойфренд, нервно улыбаясь. "Дорогая, как ты сюда попала? Это ведь полностью закрытое хранилище!"

"Я просто спросила у одного охранника по поводу того, можно ли пройти внутрь, и меня спокойно пропустили. Те охранники на самом деле, такие добрые и мягкие." - говорила родственница, невинно улыбаясь, ровно как и всегда. "Кстати, я заметила как Роза улетала дальше вниз, по направлению к защитным воротам. Если поторопитесь, то сможете сохранится у меня, восстановить характеристики и догнать её!"

Воодушевление сработало на ура, ибо раздавшаяся передача ведущего, с хрустом большого овоща, сразу же изменила ситуацию, расчистив путь. Следуя указанным возможностям от сестренки, группа альтруистов ринулась дальше по лабиринту, найдя лестницу, взобравшись, и встретив расслабленно сидящую на клетчатом пледе девушку. Всё произошло довольно таки быстро. Не больше минуты вы с ними провели у безопастного места, делая короткую передышку, и пока остальные чуть не давились свежей жареной курицей, вы продолжали исполнять долг личной подушки для великой и несравненой, отказываясь хотя бы мыслить о негативных думах в сторону сего занятия. К сожалению уважаемой леди, вас уволокли силком за собой, оставив старшую сестру одну и лишив маленького счастья, которое вы еще каким то чудом, могли ей предоставить. Так или иначе, когда всё закончится, вам стоит не забыть о том, чтобы вернуть ей услугу. Ведь в конце концов, нормальные младшие братья обязаны быть услужливы для своих старших родственников.

Вскоре, погоня подошла к концу. Ради этого всего то понадобилось немало потраченного времени, несколько попыток поймать занозу в воздухе, особенно разгоряченных дисскусий с оскорблениями на рассовой почве и легкий намек про выход в северном направлении. Совершенно вымотанные, вспотевшие и запыхавшиеся, дети из отряда альтруистов нашли сумасбродницу приземлившейся посреди отчищенного от драгоценностей , громко проклинающую опустевший бензобак обуви. Атмосфера этой зоны немного вас напрягла. Путешествие по громадному сейфу в течении всего времени сопровождалось немалым количеством звуков, будь то самосозидающая себя мелодия подскакивающих монет, или же диалоги живых турелей издалека. Здесь же, единственным второстепенным сопровождением сцены, помимо дыхания друзей, стал скребущие удары механизма спец агентши по выделяющемуся, очереченому квадрату металлического пола. Старые телевизоры показывали неразборчивые изображения тех или иных передач, иногда и вовсе показывая, прикрытые фоновыми помехами, углы обзора членов команды. Ощущение наблюдения со стороны вам было не чуждо, однако нынешнее чувство механизированной слежки, вкупе с расчерченными линиями, знаками опасности и внушительным числом экранов, не давало вам покоя. "Стойте. Тут что-то не так." - не дал команде пройти дальше юноша, выставив в сторону руку. Смотря по сторонам какое то время, молодой человек не мог не обратить внимание на стучащую от злости ростокротиху, и чтобы та ненароком не заметила вас с остальным, махнул кистью вниз, беззвучно показав быть начеку. Вы так и сделали, немного присев, подражая другим участникам шеренги, вслушиваясь в гневные крики девушки.

"Да чтоб тебя! Вы там в отделе разработок все улитки потратили на вино и огурцы? Тогда какого черта эта фигня так мало продержалась?!' - задавала вопросы бездушному обьекту раздражающая особа, в конце концов решившись на бземозглый поступок, и с письмом в хватке стебля, кинула одежду для ног как можно дальше, тут же об этом пожалев, ибо пришедшая изнеоткуда дрожь, напугала её не на шутку. "Эх!? Что это такое? Что происходит?"

Ответ на сей вопрос, пришел совершенно из ниоткуда. То, заметно сильнее колебающиеся место, к её шоку, разверглось без предупреждения, пожрав свою несчастную жертву. Под сопровождающиеся механические звуки, вместе с сиреной оповещения экстренной ситуации и мигалками, квадратный кусок железа поднялся от земли на длинном столбе, совершив оборот на девяносто градусов, показывая свою кубическую, испещеренную трешинами и кабелями оболочку. Озадаченная Роза тут же попыталась выбраться, но включившиеся силовое поле остановило воровку, не дав сделать и шагу. По бокам возникшего робота выскочили две руки, больше напоминающие две спички, в той части тела, где находился главный блок бота, и два поршня сразу после локтей, с выходящими наруэу кистями. На верхушке непропорциональной башни, досчитывающий в вышину тридцати футов, из отсека выехал объект, похожий на чью то голову, вместе с необычным головным убором. Меховая шапка, из колючего меха заменителя, с выскобленным верхом, где очищенная часть, украшалась белым паром, выделяющимся на фоне почти полностью всего остального тела, цвета зеленой хаки. Четыре глаза вышки зажглись красным, два под козырьком, и еще два на гербе луны, впечатанной в кольбак. Вокруг самой же головы, так же возник полукруг из антенн, где каждая направлялась в противоположную сторону от верхушки башни. Сердце всей охранной системы корабля. Ключевой процессор всех коммуникаций между бойцами станции и главная причина, по которой ни один из находящихся здесь просто кротов, не сумел выбраться наружу. ОРК - Охранный Робот Космический.

"УГРОЗА КАЗНЕ КОНСТАНТИИ УСТРАНЕНА. ВСЕ ОБОЗНАЧЕННЫЕ ВРАГИ БЫЛИ УСПЕШНО ПОЙМАНЫ И ЗАКРЫТЫ ВНУТРИ БОЕВОЙ ЕДИНИЦЫ. ДО ДАЛЬНЕЙШЕГО ОПОВЕЩЕНИЯ ОТ ВЫСШИХ ЧЛЕНОВ ГОСУДАРСТВА, ОБЪЯВЛЯЮЩАЯ СТРУКТУРА БУДЕТ НАХОДИТСЯ В РЕЖИМЕ ПОНИЖЕННОЙ ЗАЩИТЫ. ХРАНИ ТВОРЕЦ КАПИТАНА." - громогласно заявил механизированный пост наблюдения, следуя сказанным словам и обводя святящимися глазами, окрестности вокруг себя. Таким образом, команда лишилась своего шанса получить прямиком на руки жизненно важную информацию, ибо теперь, письмо находилось в том же месте, что и похитительница.

"Блин. Так и знала, что всё это плохая идея. Что нам делать дальше?" - спросила шепотом юная леди, выглядывая из-за угла и чуть не поймавшись всевяидящими очами колосса.

"Оставьте это всё на меня, дорогие друзья." - улыбаясь, проговорил Хиро, понимая что настала еще одна возможность показать свои замечательные возможности , одурманив искуственный интелект безграничным запасом харизмы. У него уже получилось это сделать однажды, с той, возможно, всё еще смущающейся на платформе, статуей богини. Обмануть созданный программный код, спокойно подвергающейся атаки банального парадокса, будет легче пареной репы. С такой заурядной мотивацией, юнец вышел вперед, прямо под пронзающий естество подростка луч, сканирующий нестандартного гостя. "Прошу прощения, уважаемый глава здешней охраны. Меня зовут Хиро, и я бы хотел..."

"ВЫ ПРОШЛИ НА ЗАЩИЩЕННУЮ ЧАСТНУЮ ТЕРРИТОРИЮ. ВАШЕГО ВНЕШНЕГО ВИДА, ИМЕНИ, ФАМИЛИИ, ДАТЫ РОЖДЕНИЯ, МЕСТА ПРОЖИВАНИЯ, ИСТОЧНИКА ЗАРАБОТКА И СЕМЕЙНОГО ДРЕВА НЕ ОБНАРУЖЕНО НИ В ОДНОМ ИЗ БАНКОВ ДАННЫХ. НЕ ДВИГАЙТЕСЬ С МЕСТА ВО ВРЕМЯ ДАЛЬНЕЙШЕГО СКАНИРОВАНИЯ, ИЛИ Я БУДУ ВЫНУЖДЕН ОТКРЫТЬ ОГОНЬ НА ПОРАЖЕНИЕ. ' - заставил трястись словами Орк, одновременно с чев, ударив по ушам мальчонки. "Ё мое, ну разве нельзя было установить в эту консервную банку какой нибудь, тихий режим..." - пожаловался он, закрыв уши кистями, но слегка встрепенувшись, решил рассказать немного о себе, попытав удачу. "Кхм. Как я уже говорил до этого, меня зовут Хиро, и я бы хотел попросить у вас...", но и на сей раз, желание вывести ситуацию из тупика окончилось неудачей, ибо еще более громкий голос, был близок к тому, чтобы сбить неудавшегося дипломата с ног.

"ЛЮБЫЕ ВАШИ ПРОСЬБЫ, ТРЕБОВАНИЯ, ЖАЛОБЫ ИЛИ ЖЕ ПОПЫТКИ МАНИПУЛИРОВАНИЯ, БУДУТ ВОСПРИНИМАТЬСЯ КАК СОПРОТИВЛЕНИЯ ЗАКОНУ КОНСТАНТИИ И УЧТУТЬСЯ ПРИ ИСПОЛНЕНИИ ПРИГОВОРА." - вибрации из колонок махины, достигали такого состояния, что практически визулизировались волнами, сбивая случайные монетки и артефакты с гор, отправляя те катится в низ под неумолимой силой гравитационного поля. Прищурив два закрытых вмонтированной шапкой глаза, существо без души секунду другую смотрела на тинейджера пристальнее чем при встрече, давая ему повод чувствовать себя некомфортно. После тщательного анализа, цвет ламп сменился на красный, а сирена, оповестила всю Сокровищницу об очередном преступнике. "В ВАШЕМ ВНУТРЕННЕМ КАРМАНЕ ПИДЖАКА НАЙДЕН АРТЕФАКТ КРАЙНЕЙ ВАЖНОСТИ, ОТПРАВИТЕЛЬНИЦЕЙ КОЕГО ЯВЛЯЕТСЯ ЕЁ ВЕЛИЧЕСТВО, КОРОЛЕВА СВИТХАРТ. СИМ ОБРАЗОМ, ВЫ НАРУШАЕТЕ ПЕРВОЕ ПРАВИЛО УГОЛОВНОГО КОДЕКСА, ПОДПИСАННОГО ЛИЧНО САМИМ КАПИТАНОМ, И ПО ЕГО УКАЗУ, БЕЗ СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА, ПРИГОВАРИВАЕТЕСЬ К СМЕРТИ"

"Стоп, что!?" - Хиро успел прокричать только эти два коротких слова, прежде чем подвергнуться скоростному расстрелу из лазерных установок на плечах стража сейфа, взрывающих землю под ногами главаря. Благо, будучи знатоком в навыках дебатов и пацифистичных переговоров, подросток всегда был готов дать спасительную дёру, и сейчас, этот момент не стал исключением. Сверкая туфлями и мигрируя между образующимися воронками от дезинтегрирующего орудия судного дня, парень кричал что есть мочи, пытаясь всячески уговорить банку гвоздей и панелей передумать в своем жестоком решении. "Пожалуйста, нам не нужно заходить так далеко! Это ведь просто безделушка! Одумайтесь, ради Творца!"

Но махина была совершенно беспрекословно. Заряды вылетали из антенн одна за другой, приближаясь с каждым попаданием всё ближе к несчастному смельчаку. И казалось бы, что вскоре от него останется только мокрый тост, но мелькнувшая оранжевая молния оборвала планы бота, оставив несколько искрящихся следов от ботинок рядом с устройствами. Те, в свою же очередь, прекратили огонь, опустив концы к своим основаниям и удивив непоколебимую гору внезапным казусом. Разумеется, причиной замечательного спасения командующего, стал никто иной как энергичный Кел, всегда приходящий на вырочку в нужный момент.

"Хей! Не смей трогать моего брата, ведро с болтами!" - сказал готовый гавкать мальчуган, поднимая упавшего родственника с земли, пока машина старалась привести инвентарь тела обратно в действие.

"Быстрее нельзя было? Ааргх, эта штука могла меня испепелить!" - жаловался он, потягиваясь и ужасаясь тем мелким ранениям, полученным его пиджаком. "Черт. Видимо опять придется отправиться после всего этого, искать химчистку."

"Хиро! О какой диадеме идет речь?! Зачем ты в принципе что-то украл отсюда?! Мы ведь пришли помогать Капитану Спейсбою!" - переволновавшись кричала на тинейджера единственная девочка отряда, хмуря брови верхом на прискакавшем кролике. Вы же, вышли буквально позади него, встав в сторонке и заранее развязывая узел плаща.

"Да ты посмотри на неё!" - огрызнулся разъяренный подросток, вытаскивая из внутреннего кармана прекрасно отлитый головной уботр, украшенный не просто каменьями, а лучшими из лучших алмазов, которых видел мир. Узоры, напоминающие целые сплетения Млечного пути, языки звезд и потрясающий блеск. Вы часто бываете в ссорах с вашим главой, но вот в чем вы определенно можете согласиться, так это в том, что ради такого подарка для Мари, можно и пойти на великие жертвы. "Она ведь великолепна! Ей точно понравится такое!"

"И ради какой то вещицы, ты готов пожертвовать всем что у нас имеется!? Ааргх!" - жаловалась на отсутствие логики девица, но несколько раз вдохнув, она успокоилась, придя к некоторым выводам. "Ладно. Неважно. Мы и с не такими угрозами справлялись, так что вывезем. Но я всё расскажу Мари, как только мы вернемся к ней, понял?"

"Конечно я понял.. А теперь, давайте пока что прекратим все эти разговоры... И спасём Розу!" - Последние слова юнца звучали куда гневнее, чем обычно. Это не запомнившийся вам дух надвигающейся схватки, сугубо ради спасения несчастной души, а подпитывающейся злостью желание жалкой мысли, пробудившее в нем приземленные чувства. Не соответствующие статусу командира. Так или иначе, значение для вас здесь, исключительно нулевое. Вы Юва, и у вас долг, быть нормальным человеком. Остальным не обязательно ему следовать, а соответственно, делать они могут, абсолютно что угодно. У вас, только одна задача. Излечить пациента и найти Бейзила. Чтобы этого не стоило.

БУМ

БАМ

ТАРАРАМ

Конфронтация началась

"Что Хиро и его друзья будут делать?"

Футы цельной, сваренной стали возвышались над компашкой альтруистов, отбрасывая тяжелую тень. ОРК, компьютерный центр, вмещающий данные обо всех присутствующих на звездолете преступниках, взирал на вас как на ничтожеств, не стоящий сильных атак. Вы и группа друзей - это муравьи, крадущие крошки со стола, а титан - владелец дома, доставший из шкафчика спрей от насекомых, мухобойку и огнемёт. Возможно, он уничтожит сим образом больше половины окружения, но добьется исполнения приговора.

Первый ход, пошел вашей команде. Тактика простая, не дать себя расстрелять и добиться возможного способа отключить, или же вылечить эту машину, от паразившего центральный процессор вируса. Главный вопрос оставался таким же как и в начале. Как? Не имея ответа, вы с друзьями под указаниями Хиро, убегали от широкого арсенала противника, позволяя остановиться во время перезарядок и использовать выбранные заранее способности. Кел танцевал на голове, выбрав движение "BREAK DANCE", разбрасываясь сразу же по нескольким целям позитивной энергией. Молнии летели в разнобой, и сама по себе атака даже не была такой уж эффективной, но зато уровень НАСТРОЕНИЯ у колонны, торса-монитора и головы противника, поднимали свои до недавнего нижние значения. Обри, как ярая последовательница любителей природы, отчетливо дала понять своему юному белому другу, что его задача состоит только в одном. Умилить работа своей непревзойденной красотой. "LITTLE EYES", так называлась сия способность, и конечно же, вся магия вершилась глазами чудесного животного. Ну, и еще лапами зверя, ибо для того, чтобы допрыгнуть до лица супостата и выпучить свои глаза, снижая агрессию больного, понадобилась не малая сила. Но по итогу, такое движение стало очень эффективным, понизив показатели УРОНА и одновременно подняв нужную школу в центральном процессоре титана. Не стоит забывать и о величайшем из ныне живущих. Конечно, многим покажется такое звание совсем чересчур, но вот обладателю титула он уж точно приходится по душе. Лидеру отряда, не всегда свойственно принимать непосредственное участие в переведении счета на их сторону. Однако, это совсем не значит, что он не может наносить маломальский вклад в прогресс перепалки подбадривающими словами. "SPEED SPEECH" - тому название. Всего несколько громких слов, и скорость ваших союзников поднялась на несколько значений, позволив им легче и спокойнее уворачиваться от атак. Конечно, эта речь не очень то помогла Кэлу, виду его и так врождённых способностей, но даже уже прибавление числа, чего то до значат. И наконец, вы. Последний участник образования альтруистов, целиком и полностью отвечающий за лечение товарищей, и нанесения финальных ударов по противнику. К моменту когда до вас дошла очередь, вы заметили некоторые изменения в состоянии друзей. Ну а как же еще. Кто угодно падет духом, после долгих нападок колоссального уничтожителя. И в ваших обязанностях, всегда было, есть и будет постановления о лечении незадачливых соучастников. Используя "COMFORT", вы понемногу возвращали улыбки на лица друзей, давая им полный карт бланш на объятия, у двух злосчатных детей, или же резкий джеб под ребро, укрывшись вместе с вами под одеялом. Каждому своё, но в общей сути, сии действия восстанавливали НАСТРОЕНИЕ каждому из присутствующих. Раунд за раундом, уклонение за уклонением и после количества съеденных фруктов, которые бы могли отправить вас прямиком в больницу, единственная опора разорвалась на куски, Опустив клетку монитор на уровень со всеми сражающимися.

"КРИТИЧЕСКОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ. ПОТЕРЯ ОПОРНОГО СТЕРЖНЯ. УТЕРЯНЫ СОРОК ПРОЦЕНТОВ СВЯЗИ С ЯДРОМ КОНСТАНТИН. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ПОЛОВИНЫ БОЕЗАПАСА НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТСЯ ВОЗМОЖНЫМ. ПЕРЕХОЖУ НА ЗАПАСНЫЕ БАТАРЕИ. ОБНАРУЖЕН НЕИЗВЕСТНЫЙ ВИРУС. ПРИСТУПАЮ К ЕГО УСТРАНЕНИЮ. АВТОНОМНЫЙ РЕЖИМ ЗАЩИТЫ ЗАКЛЮЧЕННОГО АКТИВИРОВАН. " - Гремел электрический голос приближающийся к выведению из строя машины, когда команда, подбежала к световому полю, с кое как встающий из угла Розой. Сражение оказалось куда дольше, чем они себе представляли, а с нынешним темпом развития, им уж точно будет трудно продолжать бой. У них всегда будет возможность вернуться обратно в эту точку космического мегаполиса, после того как они спасут грубиянку и выполняет первостепенную миссию.

"Хей! Там внутри! Ты не знаешь, можно ли отключить эту фигню как нибудь!?" - через грохот и раздающиеся вокруг взрывы, спросил Келл, стараясь глядеть по сторонам, чтобы не попасть врасплох.

"Почему это я должна вам помогать? Сами меня загнали, а теперь еще и жалуетесь. Ну что за стыдоба." - намеренно издеваючи протянула девушка, помахивая конвертом у них перед лицами, прекрасно понимая, что они ни за что не смогут пройти через лазерную защиту. "А письмо то у меня, вот сидите там и завидуйте."

"В чем твоя проблема!? Мы ведь хотим только помочь! Плюс, никто кроме нас, не вытащит тебя отсюда." - пищала разозленная девочка, сбивая огоньки с шерстки Банбана. Возможно, к бессмысленному спору с наглой ростокротихой вскоре присоединился еще и Хиро, который готовился к использованию артистичных ораторских способностей, обходя сгоревшие участки под ногами, как к их всеобщему удивлению, автопилот врага выключился, а огни ламп освсетили туловище с клеткой шпионши.

"РАСПРОСТРАНЕНИЕ ВИРУСА ПРЕРВАНО. ШАНС УСПЕШНОГО ВЫПОЛНЕНИЯ МИССИИ... РАВЕН ТРИДЦАТИ ЧЕТЫРЕМ ПРОЦЕНТАМ. ЗАКЛЮЧЕННАЯ." - обратился напугавший до чертиков барышню искусственный интеллект, сгибая голову и почти что слепая космическую агентку. ""КАК УПОЛНОМОЧЕННЫЙ ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ОХРАННЫХ СИЛ КОНСТАНТИН, Я ВЫНУЖДЕН ЗАПРОСИТЬ О ВАШЕЙ ПОМОЩИ В ТРУДНУЮ МИНУТУ. У ВАС ЕСТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ ОСВОБОДИТЬСЯ ДОСРОЧНО И ИЗБЕЖАТЬ СУДЕБНОГО ЗАСЕДАНИЯ, В СЛУЧАЕ ЕСЛИ ВЫ ПРИМЕТЕ МОЁ ПРЕДЛОЖЕНИЕ О СОВМЕЩЕНИИ НАШИХ СИЛ, В БОРЬБЕ С СУПОСТАТАМИ. КАКОВ ВАШ ОТВЕТ?"

"Черт, ты не можешь кричать еще сильнее!? Конечно, я же глухая, совсем ничего не слышу!" - рявкала в ответ оглохшая спец работница, отскакивая в ярости от внутренних стенок своего заточения, в конце концов остановившись с легким головокружением и точным мнением о возможности. "Хорошо, видимо, другого выбора у меня как такового и нету. Так ты выпустишь меня тогда, или что?!"

"ОТКРЫТИЕ КЛЕТКИ НЕ СОВЕРШАЕТСЯ БЕЗ НАГЛЯДНЫХ НА ТО ПРИЧИН. В КАЧЕСТВЕ ПОМОЩИ, МНЕ ПРИДЕТСЯ ИСПОЛЬЗОВАТЬ КРАЙНИЕ МЕТОДЫ. ЗАПУСКАЮ РАСПАКОВКУ ДАТАПАКА ИНТЕРАКТИВНОЕ ПОЛЕ." - из динамиков гиганта раздались высокочастотные звуки, тянущиеся один за другим в течении нескольких секунд. Атака подобными волнами сработала как нельзя лучше на вас и группе друзей, поскольку в затажыми ушами и визгом в мозгах, ни у кого не нашлось сил для того чтобы подняться на ноги и ринуться на самостоятельное спасение грубой, но нужной дамы в беде. К счастью, скрип не продлился совсем долго, однако вот его окончание, не означало резкое понижение количества навалившихся проблем.

Ранее синий экран, высвечивал базовый рабочий стол. Обои в виде зелени с того холма, кучка иконок программ у крайнем углу монитора, и маленький курсор, роль коего приняла на себя смирившаяся с неблагодарной участью Роза, зажавшая в зубах белую стрелку. Второй раунд начался, и с не самой лучшей ноты "ЭЙ! Так ведь нечестно! Вас теперь двое!" - Кел говорил, вытаскивая упавшего в кратер брата, чьи потуги в самостоятельности только ухудшали стабильность хватки.

"Ой, да кто бы говорил? Вас и вовсе целым скопом собралось, но мы ведь не жалуемся." - ускользнула очевидным злодейка, кое как выговаривая правильное произношение с предметом во рту. ""Ну а теперь, готовьтесь. За Королеву!"

Может сама по себе солдат особенного назначения Роза, и не представляла серьезной угрозы, но вот стоило получить некоторые права от центра управления защитными системами, как тут же ваше мнение о ней переменилось. Один атаковал прямыми, рубящими атаками, часто выбирая своей целью лишь определенную цель. Почему то, чаще всего этой определенной целью становился находящийся на пороге обращения в тост Хиро. Новоиспеченная воительница, занимала позицию помощницы основного нападающего, направляя громилу в нужном направлении, перезапуская систему, тем самым немного снижая полоску противника, или же, исполняя более выразительные приемы. В пример, то что делала эта особа прямо сейчас.

"Хватит! Посылать! На нас! Этих! Идиотов!" - пытался прокричать лидер команды, но безуспешно, ибо на каждое сказанное слово, ему в лицо прилетел снаряд из черных красок. Если точнее, до ужаса непрактичный рисунок ростокрота, с непропорциональными ногами и глупым лицом. Впрочем, это и у оригиналов довольно таки распространенная черта. Сотворению каракуль поспособствовала открытая минуту назад программа Paint. Кидаясь с места на места, девушка пыхтела и пускала целые ручьи соленого пота, задыхаясь от невиданной ранее нагрузки. Да, ей было трудно, но в глазах злобной фанатки Свитхарт, эти трудности полностью себя оправдывали.

"А мне они кажутся милыми..." - заметила любительница природы, опускаясь на корточки и гладя лепестки отстраненного наброска, коему, судя по всему, это нравилось. Заметив что внимание хозяйки переключено не на её покорного слугу, Бан бан съел путающуюся у него под ногами кляксу, моментально вызвав негодование у барышни. "Хей! Нельзя так делать! Выплюнь, сейчас же! Плохой кролик, плохой!"

"Ого! А они на самом деле, отлично пинаются. Прямо как футбольные мячики." - хохотал Кел, пиная в воздух одного, походящего на шарик лже аристократа, пока тот не понимал, как реагировать на столь необычные махинации.

"Ааргх! Почему вы не работаете! Я использовала десятки программ, а всё без толку!" - возмущенно скрипела зубами Раза, пока стенки её темницы, начинали медленно но верно терять былую целостность обнажая воспламеняющиеся, или же искрящиеся цифровые платы. Ситуация активно накалялась, и вам совсем не нравилось, в каком именно направлении она шла. Такими темпами, и письмо и заключенная сгорят, оставив лишь пустоту на том месте, где обязана присутствовать новая информация. Благо, подошедшая к вам очередь в раунде и указ от главы, изменила ход конфронтации.

"Юва! Он открылся! Влезай ему на голову и не отпускай, пока не вылечишь до конца!" - прямые слоги подростка врезались в ваше серое вещество, так же сильно как и зубило, в недра свеже подготовленного мрамора. Надписи поверх исполненных заповедей, пополнили свои ряды, обозначив очередную цель. Приказ получен, и требует беспрекословного выполнения, что вскоре и обязано произойти. Минуя воронки от снарядов и активное нападение пулеметной очереди строчек кода от экрана, вы прыгали с места на места, пока не приземлилиь прямо в кисть супостата. Металлические пальцы сомкнулись, но ваша скорость и стремительность не дала несчастному созданию раздавить вас. Шагая босыми стопами, вы рвались к верхушке колоса, не давая и минуты на осторожное создание тактики, придвигаясь только ближе к его долгожданному спасению. В порыве страха перед поражением, ОРК занес свой кулак, решив снять букашку в порошок, рухнув изо всех сил себе на правое предплечье, отчаянно надеясь что потеря руки, станет достойной ценой ради справедливости. У вас же, на то были другие планы. Может со стороны, во всем повисшем облаке пыли, да тишине с бездействием, казалось что ваше действие не удалось, но как вскоре оказалось, вас еще совсем рано хоронить. Вы легко успели сбежать и спрятаться за расположенным рядом радаром, сидя тихо и не издавая и звука, позволяя громиле получить свой маленький заряд самодовольствия, прежде чем исполнить первостепенное предназначение. Руки сжали плащ крепче чем когда либо за всю конфронтацию, и сделали финальный взмах. Расширившись и став больше, вы с легкостью натянули его вокруг шеи живой башни, стянув два конца рядом и обняв ни в чем не провинившегося служителя правопорядка. Он просто выполнял свою работу, находясь здесь практически в одиночку, проводя бесчисленные сутки в сохранение одного и того же постоянства Сокровищницы. Вы не могли злиться за простое исполнение обязанностей, ибо это было бы совершенно несправедливо. А посему, лучшее к чему вы смогли прийти с такими думами, так это к желанию наградить трудолюбивого слугу Капитана.

"СКОРОСТЬ РАСПРОСТРАНЕНИЯ ВИРУСА ДОСТИГЛА КРИТИЧЕСКОЙ СКОРОСТИ... ПО-ПО-ПОПЫТКИ СОПРОТИВЛЯТЬСЯ НЕВОЗМОЖНЫ... ЗАГРУЗКА ИНОРОДНОГО КОДА ЗАКОНЧИТСЯ ЧЕРЕЗ ТРИ... ДВА... ОДИН..." - басисто оповещал работник систем безопасности в последние минуты освобождения от того накопившегося стресса, прежде чем выключится, обмякнув на месте. Тысячи фунтовые конечности пали под изначальным весом, распластавшись по разрушенной земле, издав пред этим характерный БУМ. Силовое поле мгновенно прекратило свою работу, накренившись камерой и скинув оттуда всполошившуюся сумасбродницу. В ступоре, она готовилась к очередной самодовольной речи, но перезапуск автоматона прервал экстремистку, напугав до падения пары листочков. "ПИТАНИЕ ВОССТАНОВЛЕНО. ОБНОВЛЕНИЕ БАЗЫ ДАННЫХ... ЗАВЕРШЕНО. СМЕНА ПАРОЛЕЙ И ЛИЧНЫХ ПОКАЗАТЕЛЕЙ СОТРУДНИКОВ КОНСТАНТИН... ЗАВЕРШЕНО. ДОБАВЛЕНИЕ НОВЫХ АДМИНОВ В ЗАЩИТНУЮ СИСТЕМУ, ТАКИХ КАК: ХИРО, ОБРИКЕЛИ ЮВА... ЗАВЕРШЕНО. УГРОЗА ЛИКВИДИРОВАНА, А ЛЖЕ ОСУЖДЕННЫЙ ТУРИСТ, ОСВОБОЖДЕН БЕЗ ОСЛОЖНЕНИЙ. ВСЕГО НАИЛУЧШЕГО, И ХРАНИ ТВОРЕЦ КАПИТАНА".

"Какого..." - потеряла нить логики Роза, но в момент когда получить ответы стало важнее, чем сохранять готовность самозащищаться, её веточка ослабла, а соответствнно и письмо ускользнуло, как раз в поднесенную, удачно, руку дипломата. Сей недочет заметила бывшая хозяйка важного документа, ошеломленная и теперь полностью осознавая масштаб, совершенной ею ошибки. "Что во имя всего святого вы себе позволяете!? А ну живо отдайте обратно, жалкие детишки!"

"Ну уж нет. Кто первый взял, того и тапки!" - улыбался от уха до уха мальчик - скоростные бутсы, прекрасно понимая что фраза здесь не подходит, но покрайней мере дает ему шанс звучать круто.

"Впрочем, вы уважаемая всё еще можете попытаться у нас забрать письмецо. Возможно, еще одна сессия словесного конфликта, поможет вам взглянуть на ситуацию по другому, с менее пессимистичной стороны." - сладкоречиво уговаривал Хиро, в то время как в его глазах, блестнул злорадный огонек. Спецагентшу агрело холодным током по спине, при оценивании шансов на победу. Четыре человека, способные на то, чему могут завидовать сильнейшие из живущих в Парке, против непримечательной агентши Её величества. Выбор был до боли очевидным. Прыгнув на ноги, женщина с злободневными намерениями плюнула вам под ноги, глядя злобными глазенками снизу вверх, источая ничто иное, как неприязнь в вашу сторону.

"Ну и идите вы, знаете куда? Вот стоит мне рассказать Королеве Свитхарт обо всём что вы тут, кучка безобразников, натворили, то даже не думаете приползать ко двору и просить прощения. Мы еще увидимся. Охохохохохохо!" - рассмеялась на прощание высокопарная дева, не теряя ни секунды на побег в никуда. В воздухе повисла очень постыдная тишина, прерываемая разве что осторожным кашлем и чиханием от Кела.

"Разве она не знает, что единственный выход закрыт до нашего ухода?" - спросил шепотом девочку Кел, тыкнув локтем в бок неловко потирающую руку наедзницу.

"Меня больше озадачило, что она сделала в конце. Типа, ей правда нужно было хохотать перед уходом? Так по мне, глупо." - поставила уже личное мнение Обри, насупившись и пустив капельку пота, смотря в сторону.

"Давайте мы пожалуй не будем задаваться этими вопросами, а лучше, займемся делом. Все таки, письмо у нас, мы победили и скоро найдем Бейзила! Это ли не повод для хорошей пробежки до палубы?" - складно говорил тинейджер, только сейчас замечая, как же сильно устали, за время приключения, дети. С неохотным вздохом, юноша провел рукой по лицу, дав маске на секунду соскользнуть и выпустить уставшего человека на волю. "Ребят, я тоже устал, но давайте. Осталось совсем немного. Туда сюда и обратно. Буквально двадцать минут пешим ходом, отдадим бумажку и спокойно отдохнем на пикнике у Мари. Хорошо?" Предложение подростка было встречено недовольным бурчанием, но у двух гиперактивны тучек отсутствовали другие варианты, кроме как подчинится желанию их лидера. Впрочем, уж лучше сейчас выполнить все дела и потом отправится восполнять энергию, нежели прокрастинировать, пока в воздухе витает возможный шанс еще большего вреда от взбешенного, Нулевого пациента. Плетясь и волоча ноги, истощенная компашка потопала к выходу.

Не прошло и пары минут, как вы и группка подошли к запертым вратам, ставшим ныне единственным путем наружу. Ближе к правой горе, не соединяя взгляды, угрюмо стояла недавно сбежавшая преступница, ожидая открытия прохода. Вид у неё был до боли жалким, но вам без надобности озвучивать это. Особенно, учитывая ваше отсутствие рта. Вскоре, под сирены и выпуски пары, проход начал раздвигаться в разные стороны, освещая светом ламп масштабного коридора, вызывающее у друзей вокруг долгожданное чувство насыщение. Препятствия, бои, спасения невинных, решения загадок и конечная схватка с трудными бойцами должна окупится, и момент представший перед ними, явное тому подтверждение. Раскрывшись как раз до метра в ширину, в щелку проскользнул ярко коричневый силуэт, кричащий на дожидающихся по ту сторону солдат неприемлимые выражения. Впрочем, вы скорее всполошились не на звуки несколько противоречивых выражений, а от следующих по её пятам сотен выстрелов, отскакивающие от поверхностей, и повергающих только только открывающуюся комнату в хаос. Отказываясь допускать ненужного ранения команды, ваш глава отодвинул вас и двух остальных в сторонку, дожидаясь полноценного расчищения бучи. Благо, это не заняло много времени, и когда крики брани удалились в никуда, вам на несуществующие очи упала картина неисчеслимого количества следов от снарядов на повсеместных поверхностях, одиноко сидящий на стуле морпех, с бластерным ружьем, опершимся на плечо, и его раскрытый любовный роман. Заметив появления старых гостей, боец не спеша поднялся с места, приветствуя закончивших работу салютом.

"Привет! Ну так что, я погляжу, вы уже закончили свою миссию?" - поинтересовался гуманоид с голубыми перьями, откладывая книженцию в сторону и испльзуя винтовку как палку для опоры. При близком рассмотрении, вы замечали что его лодыжка обмотана бинтами, вместе с поставленной под ней деревяшкой.

"Разумеется, уважаемый гражданин. Просьба помощника капитана исполнено, нападающие устранены, и осталось только доставить запрещенный предмет прямиком к владельцу. Сим, соизволю проститься." - поклонился перед продолжением проходки Хиро, готовясь повернуть направо, но выскочившие предупреждение юнги, остановило лидера от пустой траты времени.

"Ребят, а вы куда это направились?" - спросил работник, чуть повернув голову.

"К Капитану Спейсбою конечно же? Мы пришли через разрушенную тюрьму, и собираемся вернуться на палубу через неё же" - просто и понятно объяснил молодой мужчина, ступив каблуком по очередной металлической плите.

"Эх... Извините, но навряд ли у вас это получится." - обозначил юнга, получив в ответ разве что непонятные пары глаз. "Сейчас люди начали возвращаться обратно на рабочие места, после того как вы там в Сокровищнице всё решили, так что ранее пустые зоны попали под ремонт. Похоже, вам придется пройти по обычному пути. Не волнуйтесь, это недалеко. Уверен что вы легко найдете дорогу к Константии."

Что ж, это усложняло ситуацию. Друзья и так выглядят не то чтобы радостными и довольными, несмотря на восстановления очков НАСТРОЕНИЯ, но вот новость о вынужденном утяжелении похода до площади, совершенно скинула их вернувшуюся тягу к приключением на глубокое дно. Как бы печально это не было, у них оставалась обязанность продолжать движение и выполнять установленные обязанности. С тяжелыми стонами, компашка топала вперед по коридорам, иногда натыкаясь на разнообразных рабочих, короткие диалоги с коими делали скуку менее непосильной. Летающие осьминоги, крысы с крыльями, перевернутые гуманоиды, живые облака и големы из мусора. То лишь немногие перечисленные виды граждан на корабле, составившие вам и группе скромную радость в позитивном диалоге. Шагая от места к месту, вы замечали с какими же натянутыми улыбками ходят окружающие смельчаки, проводящие день и ночь за восстановлением поврежденных структур звездолета, или банально выполняя подписанные в контракте обязательства. Их зрачки вечно сужены, и взоры смотрят вашим друзьям в спину. Стоит хотя бы чуточку ослабить внимание, перевести разговор к другому человеку, и их лица меняются, а точнее, возвращаются к прежнему, настоящему виду. Они несчастны, и безусловно нуждаются в спасении. Разумы захвачены начальной стадией всепоглощающей тоски, а это только вопрос времени, когда целая станция, превратится в улей с жертвами меркзой заразой Тоски. Но, несмотря на объективно видные признаки болезни у пациентов, ваши друзья не начинают словесной конфронтации с ними, дабы очистить страдающие головы с телами от следов порчи. Причины остаются неизвестны, но потому как вы не имеете права принимать решения самостоятельно, а только следовать заранее обозначенным правилам, с исключением на следование приказам и безвыходным положениям, ваши действия оставались простыми. Тихие шаги дальше, из помещения в другое помещения. Так или иначе, их часы страданий безусловно подойдут к концу. Не сейчас, но подойдут.

Стопы детей привели компанию к трехпутевому перекрестку. Впереди обрыв, открывающий вид на заполненную одинаковыми автоматонами мастерскую, строящие непонятные сооружения. Если память вам не изменяет, то это те столбы, что поддерживают парящие дома в воздухе. Справа - закрытые гидравлические двери, с вывесками, рекламой и указательными знаками. Долгожданный путь в великолепный город будущего. По левую от вас руку - долгие, протяжные пути, источающие тепло, легкую гарь и запах железной стружки. Отдельные кабины мастерских, сутками занятые созданием новых зданий, реставрацией сломанного и экспериментами, на благо галактики. Присмотревшись, вы сумели даже разглядеть ярко желтую табличку с предупреждением. "1 миля - Нюклеос. Без специального снаряжения не заходить на территорию!". Необычная формулировка, но за то до боли очевидно оповещающая остальных жителей о мерах предосторожности.

"Ох, извините что преграждают вам путь. Вот, прошу." - вежливо и тихо поспешил подвинуться в сторону незаурядный паренек, отойдя чуть чуть к стене. Зефир на ножках, в форме острых ботинков циркового клоуна. Это единственные слова, которыми вы могли описать сейчашнего индивида, невинно улыбающегося вам в спину. Он не менял лица, не шептал гадости, ну или в лучшем случае, не становился моментально мрачным, стоило вам отойти на пару шагов вперед. Ваши ожидания провалились глубже любых известных значений, ибо то чистое существо, получающие искреннее удовольствие от существование в суровом мире страданий и тягостей. Похоже, всё еще не настолько потеряно.

Ну, или вам так казалось мгновение назад, ибо бегущий на бешеной скорости каменный шар, с накаченными ногами, руками и тянущимися сзади прозрачно огненными волосами, сбил маленького друга с места. И не просто сбил, а пустил в открытый полет, высоко высоко, сквозь этажи космического крейсера и в бескрайние небеса. Громыхая и посылая волны по полу отсека, появившийся незнакомец в панике оглядывался по сторонам, ругаясь себе под нос, совершенно не обращая внимание на присутствующих перед ним членов отряда альтруистов.

"Остановитесь сейчас же! Заключенный N1770, прекратите побег немедленно, и тогда ваше заключение не будет продлено еще на одну тысячу лет!" - раздавался в далеке голос преследующего контрабандиста служителя закона, пока сама причина бучи, склонилась, уперевшись в колени.

"Ох блин. Творец побрал мои руки загребущие. Но зато, у меня теперь есть это замечательное украшение" - приговаривал сферический фор, пока где то на фоне, раздавались выкрики и злобный рёв бегущих к вашему местонахождению. "Мне нужно спрятаться. Я больше не могу бежать, так что нужно просто найти место для того чтобы спрятаться. Но черт возьми где? Хей! Малышня! Подойдите ка на минуточку!"

"Так, давайте ка лучше..." - предложила было Обри, но резко ухватившая её за плечо и поставившая в круг из оставшихся детей рука, оставила ясные следы на её коже. Обладателем руки был Хиро , параноидально осматривающий комнату в поисках чего-то. "Ауч! Зачем ты это сделал?! Он же псих!"

"Послушайте меня внимательно, прямо сейчас" - шептал нисколечки не напуганный мужчина в тукседо, подглядывающий через плечо, чтобы удостовериться в отсутствие движений в их сторону. "Это тот самый преступник, он ведет с нами прямой диалог и уже зафиксирован как непосредственно связанный с нами мужик. Мы истощены и не можем ему противостоять, так что если нам правда хочется попасть на главный мостик Капитана, а не в тюрьму, придется кооперировать с ним!"

"Я с кем разговариваю, полурослики! Тут так то человеку помощь требуется!" - в мерзком тоне говорил рычал экстремист, перейдя границы довольно и нависая над компанией, несмотря на условное различие в росте, максимум на одну голову с тинейджером.

"Простите нас пожалуйста, мистер! Мы вам обязательно поможем, просто подождите несколько минут, пока что нибудь не придумаем, хорошо?" - приложил усилия по отторжению несвойственной дрожи в голосе мальчишка, хотя лицо его отражало нарастающую тревожность.

"Ладно ладно. Но вам лучше поторопиться. Если из-за вас я вернусь в тюрьму, то лучше молитесь, что меня запрут в одиночку!" - угрожал не жалея яду живой камень, отчетливо слыша приближающиеся шаги.

Команда устроила общий мозговой штурм, состоящий разве что из двух человек, потому как террорист забился к стене, стараясь выиграть себе время, на случай если его всё таки найдут, вы молчали, а Кэл стоял в стороне, занимаясь безделием, заметно раздражая ссорющихся Обри и Хиро. Но вскоре, от неожиданной персоны, поступил дельный способ решить трудновыполнимую проблему.

"Ха! Еврика!..." - щелкнул пальцами спортсмен, без доли сомнений мелькнув молнией и оперевшись локтем об бок серьезного здоровяка.

"Правильно говорится эврика, дурак" - поправила девушка, прекратив спор при виде необычайного события.

"Сэр, у меня есть прямо то что вам нужно. Идемте за мной" - с ухмылкой говорил младший брат вашего главы, беря громилу за руку и отводя его к другой стене, где лежало несколько банок с краской, оранжевой и зеленой. По появлению здесь, вы не заметили их существования, но судя по всему, ему хотелось их как то использовать. Зная то, насколько хаотичным может быть воображения вашего скоростного друга, вам становилось как - то не по себе, ведь между прочем, пережитые случаи выбора спорьтсмена как камня преткновения, имели лишь 50% успешности. Остальные 50% - оканчивались состоянием хуже, чем до этого.

/Спустя пять минут/

Хорошо, вот сейчас у вас есть все права на панику.

"Решено. Если этот план не сработает, то вы покойники. Ты в частности, пацан" - пилил взглядом преступник паренька, в то время как всё его тело, включая газовый хвост, испытывала жжение от химического состава красок. Ему очень хотелось почесать свой зад, но пальцы булыжники ухудшат внешний вид покрашенной части тела, а все банки уже использовались. "Где производят эту дрянь? Нужно будет как нибудь слетать туда и разрушить там всё. Не фиг варить всякий мусор"

"Ох, не беспокойтесь сэр! Я уверен что мой дорогой братец точно обдумал все сложности и обязательно возьмет на себя ответственность за последствия" - в немного пугающем тоне уверял юноша, повернув сверкнувшие глаза в сторону обсуждаемого родственника, сидящего на макушке и вздрагивающего от пробирающего ощущения.

"Кел, помнишь как я недавно сказала что ты тупой? Так вот, напомню еще раз. Ты тупой." - c простым лицом обозначила всем известный факт два, прохода кистью с зеленым цветом по воздушным, не прикрепленным к телу локонам мужчины, заранее попросив пушистого друга посидеть в сторонке. Ей не хотелось чтобы Бан бан вдыхал все гадкие газы.

"Ой, да ладно вам! Вы сами не смогли бы придумать ничего лучшего этого. Гляньте на него. Никто даже не заподозрит кто он такой на самом деле!' - гордо клал крестом руки хозяин идеи. Вы могли понять почему он так счастлив быть тем, кто пришел к этой задумке и даже порадоваться за него. Но это не могло отменить конечного результата, свидетелем коего, к огромному сожалению, на данный момент, стали только вы.

Гордый заключенный темницы Константии и боязный всеми вор, намеренно выглядел как карикатурный апельсин. Острые скулы, глубокие глаза, вытянутый подбородок и общая брутальность скрылась, под слоями дешевого покрасочного материала, стирая былую маскулинность, и обрекая узника N1770 на участь, хуже всякой смерти. Выступать в качестве маскота несуществующей компании, специализирующейся на приготовление газированного, фруктового напитка.

"Итак, все что нужно, вы уже знаете. Джо, вся надежда только на тебя!" - лыбясь от уха до уха поставил точку Кел, не переставая радоваться появившемуся шансу, доказать свою дееспособность в легком вранье.

"Лексель. Меня зовут Лексель, а не Джо" - через зубы скрипел говорящая комета, уперев кулаки в бока, вставая в обозначенную мальчуганом позу.

"Да, но сейчас ты Апельсин Джо, так что не говори ничего лишнего. Улыбайся и очаруй их!" - весело сказал парнишка, услыхав подходящих к ним пернатых солдат. "Так, они уже близко! Ведите себя как будто бы всё нормально!"

С этими словами, группку из пяти человек теперь официально можно называть компанией чудаков. Крутящийся на одном месте дуэт из животного и маленькой девочки, вставший в звезду юнец в кросовках, подросток, с блестками вокруг лица, булыжниковый апельсин и вы, одушевленная кукла, время от времени обливающее своё несуществующее лицо из бутылки апельсиновой, сладкой жижи. Такие же емкости напитка держали и все прочие участники рекламного стенда. Немного погодя, двоица охранников выбежала на перекресток, с крыльями на курках, готовясь к продолжительной битве. Но встречены они были только вами и другими ребятишками. Удивившись, клоны народа птиц, подошли к вам, лишь немного опустив оружие.

"Эй вы. Не хочу вам мешать, но вы не видели тут никого подозрительного? Ростом стандартный, каменный такой, светящиеся волосы. Очень опасный тип. Вы бы могли очень нам помочь, если бы упомянули, куда он пошел." - говорил бравый мужчина с клювом, осматривая вас и друзей с ног до головы. Пока диалог продвигался в успешном направлении, глаза первого открывшего пасть, сосредоточились исключительно на вас, и с течением минут, росли шире и обеспокоенее. Хотя, вам не было понятно почему. Вы ведь просто образуете огромное , оранжевое пятно на лице. В этом нету ничего странного.

"Н-нет, что вы. Мы никого тут не видели." - попыталась сдержать заикания девочка, но крутясь без остановки и чувствуя рвотные позывы только от одного запаха ядренной смеси сахара и газированной воды, её слова выходили не в лучшем звучании.

"Именно так, уважаемые! Мы не видели никакого каменного человека с светящимися волосами, и точно не можем вам помочь в его поимке" - старался соврать подросток, однако в таком положении, когда скука и неудобство от выполнения приказов своего младшего, непутёвого братца , взяли над ним вверх, заметно сузив сверкающую улыбку.

"Вот оно значит как... ... ... ..." - протянул с неуютной паузой второй работник, сощурив веки и практически сканируя вас зрением, не упуская ни малейшей детали. В то время как вставший перед вами солдат испытывал, если так позволительно преуменьшить, неприятные ощущения, то его союзник сделал несколько шагов к застывшему на железном листе Джо, почесывая подбородок. "А что вы тут вообще забыли?"

"Мы организовали раздачу бесплатных пробников нашей новый газировки, Апельсиновый Джо! Апельсиновый Джо - смой усталость цитрусовой прохладой!" - лучше всех изображая уверенного в себе продавца, юноша отпил из заранее открытой бутыли, причмокивая и мыча от удовольствия. Засунув руку вам в плащ, он достал еще одну фруктовую соду, протянув удивленному вояке. "Хотите попробовать?"

"Спасибо конечно за предложение, но я пасс. Мейсон, будешь?" - спросил у товарища по службе птицеголовый, не получив ответа. Щелкнув перьями перед глазами, он наконец-таки вытащил друга из транса, цыкнув языком. "Чувак, тебе стоит перестать витать в облаках. Это снова из-за неё? Прошло три года, пора бы уже забыть о ней"

"Что? Нет, это не связано с ней. Просто немного отвлекся. Давай лучше пойдем дальше? Думаю, нам тут искать нечего" - нервно бормотал клон, оторвавшись от вас и смотря в совершенно противоположное направление.

"Ок? В любом случае, спасибо за кооперацию. Всего наилучшего." - попрощался напоследок второй, уже затем начав шагать в сторону рабочего цеха, заведя разговор о странном поведении колеги. "Правда, я имею это ввиду. Вы развелись давным давно, может тебе стоит пойти к психологу?"

Когда опасность миновала, отряд альтруистов с нежданным собеседником все таки позволил себе дружно выдохнуть. Бутылки вещества, созданного с единой целью вызова кариеса, полетели на дно мусорок, кроме той что пил мальчик, предложивший идею. Гора мышц, минералов и мужества, в скором темпе соскреб с себя надоедливый оранжевый оттенок, и сжег его связанными волосами с шевелюры, окончательно вернувшись к любимому внешнему виду.

"Будь я проклят и впрямь получилось. Малышня, вы просто золотые!" - остыв рокотал собеседник, сотрясая стены своим смехом. Благо те двое ушли очень очень далеко, и страх оказаться пойманным с этим уважаемым человеком, не более чем иррационален. "Скажите ка мне свои имена. Должен же я знать, кого обязан отблагодарить. Не бойтесь, солдат ребенка не обидит."

"О, как это вежливо с вашей стороны. Меня зовут Хиро, и я исполняю роль лидера нашей маленькой команды смельчаков. Этих троих ребят, Кел, Обри и Юва. Мои верные товарищи." - в вернувшейся, высокопарной манере представил вас и их дипломат, коротко поклонившись. Воплощение скорости и наездница осторожно помахали, а вы же не приветствовали персону без отданного на то приказа.

"Уф. Знаете, имена я запоминаю редко. Слишком много клиентов, чтобы тратить время на каждого случайного обрыгана. Но вы парни... Вы заслужили моё уважение." - похвалил команду странный камень, ухмыляясь не самым позитивным прикусом. Сдав чутка назад, незнакомец растягивался, хрустя суставами и твердыми сухожилиями, будто бы к чему то готовясь. "Звать меня Лексель, и я самый свободный человек во многих вселенных. Все эти законы - просто брехня, не находите? Не позволяют спокойно расправить руки дальше, чем позволяют все эти придурки в брюках. Долгое время, я занимался самыми веселыми вещами, которые можно придумать, но, что-то подсказывает, что пора бы мне пойти на покой. Лучше будет всем, если на какое то время залечь куда нибудь, да по глубже. Но, не раньше чем отплачу вам сполна. Может я и преступник, в глазах всяких неженок, но я преступник с принципами"

"Лаааадно?" - нетерпеливо шептала девчушка, смотря в разные стороны от нетерпения. Атмосфера в комнате медленно надоедала ей, а вид разминающегося межгалактического контрабандиста, вызывал определенные вопросы. На это она с радостью закрывала глаза, но вот что ей не удавалось отбросить на задний план, так это тихий всхлип мальчика в спортивной обуви. "Кел? Ты что, плачешь?"

"Н-нет. Нисколечки. Просто..." - дрожащим голосом уверял товарищ, сжимая кулачок и опустив голову в низ, лишь бы не ослепить дражайших друзей самой скупой слезой в Млечном пути. "Его тяга к свободе настолько велика, что у меня просто нету слов..."

"Хотите прикол? Какое то время назад, я вел дела на этой мелкой планетенке. Была парочка клиентов, которые с радостью покупали мой товар. А чтобы продать мои особенные предложения, нужно было заранее позаботиться о месте встречи, где никто бы нас не нашел. И, думаю вы это поняли, таких мест у меня в избытке. Даже на этой посудине! Вот вам моя награда - всякий раз когда нужно будет куда-то добраться, позовите меня в одном из погожих участков, и я мигом вас отпправлю куда надо. Ну, что думаете?" - низким, но хохохучищим тоном объявлял здоровяк, в конце концов закончив с разминкой и готовясь к пробному пуску. "Хотите попробовать? Как моим спасителям, я не возьму с вас ни гроша! Отказ не принимается."

"Мы безумно благодарны за столь щедрую награду, о уважаемый сэр метеорит, но нам не то чтобы далеко идти. Да и не думаю что многие попадаются, если мы с вами появимся практически в самом центре передвигающейся столицы..." - Попытался отказаться Хиро, сделав жест другой руками, не желая казаться грубым в и без того странном окружении, но опустив кисти и чутка подумав, он безвольно махнул рукой, расслабившись и впервые за долгое время, наплевав на окружающее мнение с рисками. "Хотя знаете что, почему бы нет! Зная ваш круг общения и специальность, вы уж точно сможете предоставить нам качественный сервис."

"Вот что я называю, рабочая лексика! А теперь давайте, хватайтесь куда сможете и полетели. Чем быстрее мы закончим, тем быстрее мы сможем разойтись по своим делам." - финальные слова Джо раздались по перекрестку, обозначив вашу, и общую, цель. Друзья заняли места в соответствии с своеобразной постановкой, а если серьезно, то игрой в камень ножницы бумага. У основания газового хвоста , лениво разлегся Хиро, закинув каблук на колено и дожидающейся нового опыта. Дальше пошла Обри и её кролик, распластавшиеся в две лужицы и ловящие кайф от тепла нестандартной, мягкой и в тоже время мягкой поверхности. Под конец, остались только вадаКел. Каким то невообразимым образом, из всех возможных шансов, вы вышли из труднейшей схватке победителем, усевшись близ края прозрачно - синих волос, закутавшись в одеяло и свысока наблюдая за юным беспризорником, коему пришла в голову гениальная идея. Провести всю поездку, держась одной рукой за кончик шевелюры нового кумира, прекрасно осознавая опасность глупого поступка. "Все пристегнулись? Куда же вас вести?"

"На центральную площадь Константин, если возможно." - высказал просьбу лидер отряда, устраиваясь поудобнее и тяжело вздыхая. Будь бы у вас рот, вы бы издали вздох тяжелее чем он, потому как мягкие волосы загадочного, одушевленного, космического тела, чуть ли не граничили по удобству с вашей родной кроватью, той что в Белом пространстве.

"Центральная площадь значится? Помнится, была там одна красивенькая лавочка. Ну как скажете. Вперед и только вперед!" - казалось бы, всего то простейшая фраза, не предвещающая беды. Даже по своему успокаивающая, и вызывающая ощущение, что сейчас новый знакомый компании, шаг за шагом отведет вас по тайным путям, скрытым ходам и темным переулкам, между полными веществ и газов трубы, скрываясь от всякого любопытного глазу. Но на деле, ожидания никогда не претворяются в жизнь. Лексель, воспарил с ровного места, зависнув в конкретной точке. Притянув руки и ноги к груди, левитирующий преступник наклонился вперед, к ужасу смотрящих, начав вертеться. Он крутился, крутился и еще раз крутился, пока его внешний вид не расплылся основательно, достигнув столь высокой скорости, что булыжник можно было принять за светящийся шар света. И имена эта сфера, без предупреждения, ринулись вниз, прожигая силой вращения платы, трубы, стены, крыши и полы помещений, не останавливаясь ни на секунду.

Узрев мощь камня воочию, теперь то вы могли поверить что это творение могло сравниться по силе с Капитаном Космонавтом, и что ему место за решеткой. Такая нелепая мощь, по идее не может существовать нигде, кроме страниц глупого комикса. Энергия, крушащая всё на своем пути, имеет под собой шанс разрушить всё, что только можно представить. Благо, что судя по словам обладателя таких способностей, ему не были интересны массовые конфликты и повсеместное насилие, если это не касалось собственного достоинства. Однако, это не отменяло факта пугающего потенциала метеорита, чье тело в двадцатый раз, пробило ванную комнату случаного роботяги. Вам показалось, что пернатый бедняга прокаркал добрую десятку оскорблений в вашу сторону, но высок шанс, что это не более чем какофония звуков, омывающие ваши перепонки при очередном пройденном препятствии. Трудно поставить точку в вопросе, под каким конкретным углом, перемещаются ваши с друзьями тела. Может позы коллег и не изменились, но вот направления учения спиралеподобного мужчины, оставляли за собой только конфуз, а не ответы на вопрос. Возможно они проносятся в железных стенах прямо, может быть вверх, а есть шанс что и вовсе летят исключительно вниз! Впрочем, смысла в рассуждения здесь как не было, так и никогда не будут, ибо судя по упомянутым нынешним транспортным подмастерьем словам, им еще предстоит не мало раз воспользоваться его услугами. Однако, вам становится интересно, сколько еще раз ваш друг будет намеренно проигрывать, чтобы исполнить до обеспокоенности, абсурдный челлендж.

Хотя, истину в этом вы узнаете потом, а сейчас же, пора подготавливаться к выходу на поверхность. Группка друзей ощутила как с приближением к месту назначения, скорость знакомого значительно снижалась, обозначая скорое прибытие. Проснувшись от короткой дрёмы, Хиро, скучая, разбудил хозяйку животного, потому как только ей требовалось такое обращения. Кел уже давным давно стоял на ногах, когда вы с командой еще не подошли к точке высадки, используя всю имеющуюся в запасе скорость, чтобы угнать за примером для подрожания. Вот, минута остановки настала, и через образовавшуюся щель, вы с ними выбрались на поверхность. Свет мегаполиса ослепил вас, на короткое время, но по прошествию периода привыкания, встретила вас яркая картина живущего на всю катушку города. К тому же, Джо не соврал. Рядом и впрямь установлена простенькая лавочка, а также закрытая мусорка, с вырезанным на боку знаком падающей звезды. Судя по всему, именной символ вашего нового знакомого. "Эхехехехе! Ну как малышня? Понравилась поездочка?" - спросил вылезший только по пояс, то бишь положив локти на землю, Джо.

"Замечательно сэр. Будь бы у вас приложение, обязательно поставил бы пять звезд. Приятные сидения, успокаивающие звуки и теплая атмосфера" - посчитал честный подход правильным подросток.

"Фух... Фух... Д-да! Великолепный опыт! Ш-шесть- нет, тридцать звезд!" - задыхаясь, выплевывал спортсмен, уперев ладони в колени. Вы знали, что ему правда понравилось всё что произошло, ибо никто на свете не способен пробежать несколько кругов вокруг всего парка, а после этого захотеть еще, но вот причину для откровенного перевирания, вам оставались неясны.

"Эхехехе! Молодец пацан, неплохо врешь. Чувствую, побудь ты в моих туфлях недельку, а того гляди и месяц, идеально бы наваливал лапши людям на уши. Ок, раз уж сегодня я настолько милостив, то обучу тебя маленькой мудрости. Давай, топай сюда и повторяй за мной." - тарабанил своим басом мужчина, хлопая широкой ладонью по полу, подзывая мальчугана на пару слов. Когда же он всё таки исполнил просьбу человека, он выстрелил из пальца пистолет, фигурально, и криво подмигнул, со словами: "Дабы счастьем обладать, нужно немножечко приврать!" Кел, будучи хорошим человеком с самого рождения и любителям всего интересного, сразу же скопировал движение Джо, не так умело щелкнув пальцами, и мигнув в разы кривее чем идейный вдохновитель.

"Дабы счастьем обладать, нужно немножечко..." - на секунду, парень остановился, обдумывая значение ключевой фразы, встав в ступор и состроив своё граничащие с комедийным, выражение лица, прежде чем закончить важное предложение. "...Приврать?"

"Неплохо неплохо. Продолжай в том же духе малец, и я обещаю тебе, любая цель расскажет тебе всё, и потом портки свои отдаст. Ну ладно, малышня. Пора бы мне уже залечь на дно. Спасибо за помощь, и помните - если кто-то спросит у вас про Лекселя, вы обо мне никогда не слышали." - приструнил на прощание человек булыжник, и с последним выстрелем из кистевого пистолета, заварил проход, исчезнув без следа.

"Ну, это был тот еще кадр, скажите?" - выпустил сухой смешок Хиро, изменившись в лице, а если точнее, став старым добрым саркастичным лидером, наговаривающий правду за спинами людей. Осмотрев заметно вымотавшихся , хотя более разумно сказать, недавно проснувшихся друзей со стороны, он звонко хлопнул в ладоши, заставив команду распахнуть глазенки и недовольно замычать. "Что же вы такие лентяи. Давайте, в темпе вальса. Немного осталось. Поговорим с Капитаном и пойдем отдыхать. Обещаю, закончим это приключение, мы с Мари сводим вас куда нибудь в этом городе, хорошо?"

"Точно обещаешь? А то в прошлый раз, когда ты подобное нам наваливал, сказал что она против походов в кафешки и забегаловки." - возмутился обучившийся новому трюку юный падаван, насупившийся и стиснув брови вместе.

"Нет, мы ничего не имеем против пикников с Мари, но ведь нужно всегда сдерживать обещания!" - Показав редкий случай согласия с своим величайшим врагом, девочка присоединилась к его позе, сунув руки в подмышки, а верный скакун повторил выражение. Вы стояли рядом с Хиро, не присоединяясь ни к одной из конфликтующих сторон, как любой хороший мальчик.

"Друзья, послушайте. Я понимаю ваше недоверие, но тогда всё было по другому! Мы столько прошли за сегодня, столького достигли, что она не посмеет отказать мне - то есть, нам, в исполнении такой услуги. Неужто вы мне не доверяете?" - жалобно вопрошал глава, приняв свою безобидную стойку, нацепив извиняющуюся улыбку и подняв ладони внутренней стороной кверху. Те, увидав редкий вид сожаления и искренности на лице товарища, заметно остыли в своей обиде на лучшего друга, за пережитые трудности, растирая плечи и неловко глядя в сторну.

"Извини бро. Это всё так выматывает, что аж идти никуда не хочется. Понимаю что у нас обязанность но... Сам понимаешь." - уныло пнул пустую банку газировки у ноги младший брат, стыдясь за детское поведение.

"И ты меня прости , Хиро. Я не против идти сразу к Спейсбою, но я больше за Банбана волнуюсь. Не хочу чтобы этот кроха переутомлялся." - опустила глазенки юная властительница полей, расчесывая шерстку почти заснувшего кролика, хмурясь.

"Ох, не стоит так сильно объясняться. Я всё понимаю. А что я, еще лучше, знаю, так это один немаловажный факт."- пускал золотые слова из своего рта кэп, подходя ближе и взъерошивая обоих гномов. "Вы очень сильные люди, за которыми я рад наблюдать всегда и везде. Я верю, что в предстоящие несколько минут, вы сумеете протянуть и выполнить свою миссию. Ведь иначе, мы бы не были семьей!"

Как и ожидалось, мягкая речь дипломата вселила ощущение счастья и уверенности в их маленькие души, дав повод для заметной улыбки , в комплекте с повышением веры в себя. Приблизившись к своему старшему брату, они синхронно кивнули друг другу, обняв подростка и прошептав слова благодарности за поддержку, кои, он с удовольствием принял, обняв в ответ. Картина, умиляющая бесспорно. Троица детей, исключая гигантского обладателя лапок, объединенных единой страстью, всегда существуют рядом, готовые в любую минуту отбросить всякие условности или же страдания, благодаря доброму слову ближнего, снова ступив на тропу альтруизма. Ваше присутствие в их руках, только разрушит прекрасную идиллию, это отрицать глупо. Мотивируя себя правильностью поступка, вы спокойно дожидались окончания наставшего смеха, безвольно стоя на месте, как мертвая кукла. Дотерпев до момента последнего растирания головы костяшками и заливного гогота, ваши ноги ступили обратно в шеренгу, топая позади Кела, топая всё ближе к финальному диалогу этого захватывающего путешествия. Обернувшись на короткий миг, ваш взор заметил болтающую с прохожими вдалеке девицу, чьи волосы парили в футах над землей, светясь бесконечными звездами. При всей имеющейся грации, она с радостью на лице, болтала о чем - то неизвестном вам с незнакомцами, мгновенно поражая проходящих необьемлющим счастьем, не прерывая ни на секунду свой вид, чудесной богини. Совсем скоро, вы с ней увидитесь, но чем ближе ваша очередная встреча, тем сильнее ваше желание в который раз, почувствовать на себе взгляд этих глаз.

-

Сирена на капитанской панели ударила по ушам вошедших, спровоцировав первое, знаемое решение. Закрыть раковины и понять причину громкого звука. А причиной этой, стал повсеместный хаос, творившийся по территории главного помещения Константин. Красные лампы мигали над головами, изредка мерцая оттенком поярче и делая наступившую полутьму более отчетливой. Может до ухода команды всё и имело по крайней мере, приличное окружение, но сейчас же, вы могли только задаваться вопросом, как людям удалось выжить? Что не горело алым пламенем, то плавилось под гущами зеленой субстанции, а что не растекалось, то было вмято. Каждый из имеющихся компьютеров присутствовал в разрушенном виде, искрясь и подавая лишь намеки на когда то функциональность. Конечно же, не стоит забывать о верных помощниках, слугах властителя тянущегося на мили в разные стороны. Они пребывают в мучениях. Израненные, бредящие, злые и уродованные Большинство лежало без сознания, либо опаленные, либо с колотыми/режущими ранами. Товарищи же целые, не подвергнувшиеся чьей то атаке, залечивали без сознательных коллег по судьбе, работая с пустыми глазами. Идти вверх по лестнице, окруженной лежащими у стен и сгоревших механизмов телами, не было в вашем списке сегодняшних дел. Переходя с ступеньку на ступеньку, вы начинали слышать чье-то глухие удары. Они росли с прогрессом вашего и дружеского восхождения, пока окончательно не переросли в новую стадию. Мешанину из ударов пальцами по клавишам ключевой рабочей панели корабля. Казалось, что боевой товарищ отряда так и не сдвинулся с места за то время, что вы потратили на поиски злосчастного письма, на подкошенные ноги и ухудшившееся состояние осанки Капитана, говорило об обратном. Он отходил от неё не раз и не два, а взглянув на лужицы крови под ногами, причиной не было резкое желание остановить маникальную наклонность в исправление совершенной ошибки.

"Друзья мои, вы вернулись!" - послышался голос знакомый, прерываемый тяжелым, мокрым кашлем. Повернув головы в унисон, ваши с отрядом взоры увидели печальную картину Стивена, чьё состояние, разительно отличалось от того обеспокоенного, но позитивного птице-человека. Его левая рука отсутствовала, а на её месте красовались взмокшие бинты. Обработанные синяки, ожоги и порезы, стали новым напоминанием о прошедшем событии.

"Стивен! Давайте лучше вы всё таки присядете, не думаю что..." - обеспокоился глава, замахав руками в панике, но был остановлен единственной поднятой кистью, перья на которых тоже, окрашены в красный.

"Спокойно. Всё не настолько серьезно. Я могу спокойно ходить, так что вам не стоит обо мне сильно волноваться. К тому же, в нашем солдатском медпункте, можем спокойно потом регенерировать конечности в капсулах" - успокоил коллегу старпом, смеясь и снова откашливая кровь.

"Если вам виднее... Что тут ради всего святого произошло?" - просил информацию Хиро, смотря быстрым взглядом за плечо подошедшего второго по важности человека на звездолете.

"Аргх, долгая история." - бурчал и отмахивался человек с клювом, но понимая что отбросить предысторию, с его то новыми изменениями и появившемся хаосом будет откровенно грубо, он тяжело вздохнул, посмотрев на подкашивающегося лидера. "Когда вы ушли, мы попытались еще раз заставить его оторваться от панели управления. Те данные, с показателями его здоровья, которые успели достать прежде чем он вновь нас отрезал от сети, дали нам неутешительные прогнозы. Его мозг всё ближе и ближе к точке невозврата. Он так сильно вливается в контроль каждой инфраструктуры и системы корабля, что еще немного, и его голова попросту сгорит! Мы обязаны были сделать хоть что-то. Как видите, окончилось для нас это печально."

"Вся эта разруха устроена им?" - дрожащим писком сказала девушка, в шоке посмотрев на того, кого она давным давно восхваляла. Тогда этот человек был чист, красив и до абсурдного добр. Его пальцы никогда не причиняли вреда тому, кто этого не заслуживает. Сейчас же, эта уродованная фигура шаталась от одного края к другому, стоная, обмазывая кнопки кровью верных солдат.

"Да. Мы пытались уговорить его остановиться, довести до мысли что всё это случайность, но видимо, он совсем нас не слышал. Конечно понятно, что силы сдерживал, но вот последствия, всё равно ужасающие. Как бы не старались ему противостоять, отпора дать не могли. Он рубил, стрелял, кромсал и ломал всякого, кто хотел ему помешать. Окончательно вывел из строя компьютеры, отчего мы теперь даже не можем перенаправить портал на медпункт. Творец всемогущий, что же происходит..." - последнюю часть речи, Стивен шептал сам для себя, переносясь в недавно произошедшие воспоминания, полные криков, извинений и просьб. Вы могли чувствовать ту глубинную скорбь, боль, от неудавшейся попытки помочь не просто капитану, а другу. Прервав взгляд на тысячу ярд, товарищ вернулся к реальности, спросив важный вопрос. "Вы смогли найти письмо? Пожалуйста, скажите что наши старания были не напрасны"

"Да. Да мы нашли его. Но возникла одна проблема." - упомянул лидер, серьезно вспотев и занервничав. Ему будет трудно объяснить грядущую особенность доставленного документа, ибо некоторые детали, могут спровоцировать неожиданные последствия. В это же время, вы почувствовали как чья то мелкая ручонка залезла вам под плащ, забрав оттуда некий объект. Обернувшись , вы заметили что рука принадлежит младшему брату говорящего человека, и он, указав пальцем у губ просьбу никому не сообщать, тихо, на цыпочках, пошел к бредящему капитану. Вы молчали и не оповещали об этом, потому что нормальные люди, ни на кого не доносят.

"Что это? Конверт помят? Печать вскрыта? Что бы то не было, не так уж важно. Главное - оно у вас и мы можем им воспользоваться. " - утвердил Стивен, напрягшись при упоминании возникших неполадок.

"Не беспокойтесь, ничего из этого не произошло. Оно у нас, в целостности и сохранности. Проблема в другом... Конверт мы достали не присланный Свитхарт, а её противником. Биттерхарт, если по точнее" - выговорил роковую фразу переговорщик, слегка сдвинув брови ближе к друг другу, стоило выражению недоверия появится на лице собеседника.

"Причем тут она? Мы не ведем никаких связей с врагом, и уж темболее с противниками нашего ближайшего союзника." - в строгой манере заявил Стивен, поставив оставшуюся руку на плечо, где раньше была еще одна, и искринее отказываясь верить в слова товарища. "Наша почтовая служба работает 24\7 и постоянно проверяет, какие посылки извне поступают, а затем отправляются в ключевое хранилище. Такого не может быть, чтобы мы пропустили что-то настолько важное."

"К сожалению, это произошло. Послушайте, в это трудно поверить, но вам придется нам довериться. То письмо что мы вынесли из Сокровещницы, скорее всего сможет вывести Капитана обратно в осознанное состояние." - жестикулируя, пытался убедить в правоте Хиро, подступая ближе к клювастому заместителю главы, переходя через его личные границы.

"Что там написано?" - коротко спросил солдат, косо глядя на маниакальное печатание и бубнеж раненого друга. Не прерывая зрительного контакта с деталями на одежде вояки, ваш взор, не намеком, уловил короткую, оранжевую вспышку, но будучи погруженным в нить диалога, вы выбрали необратить внимание на происходящее по сторонам.

"Мы не знаем. Но какое бы там не было содержание, оно должно очень многое в себе значит. Иначе, у космодесантников Королевы, отсутствовали причины на нападение. По пути к центру сейфа, мы наткнулись на одну такую особу. Росток рота, которая и рассказал о поставленной задаче: отыскать и принести её правительницы то письмо" - заключало в кратком описании подросток, наблюдая как глаза юного замглавы, расширяются аж до размеров шаров для пинпонга.

"Так за этими мелкими тварями, всё это время астронавты Её величества? Что же это такое творится" - немного в шоке описал свою фрустрацию птицечеловек, замолкая и какое то время обдумывая возникшую диллему. Спустя минуту другую, он убирает руку с плеча, возвращая ровно по шву, и несмотря на внушительные шансы неудачного исхода, выговаривает важную вещь. "Уничтожьте это письмо. Прямо сейчас"

Не стоит и говорить, с каким потрясением команда встретила противоречивый приказ старшего по званию. Участники отряда дружно ахнули, кто-то громче а кто-то тише, но в общем смысле, такого никто не ожидал. "Подождите, но так же нельзя!" - озвучила отрицательное мнение барышня на скакуне, неудачно сверив персону в перьях гнетущим взглядом, но будучи всего лишь маленькой девочкой, у неё это получилось скорее раздраженно, нежели угрожающе. "Он ведь имеет полное право знать правду! Это его уже бывшая девушка, в конце то концов. К тому же, мы что, зря прошли через весь тот бред, что вы построили?"

"Я бы сказал это мягче, но смысл тот же. Пожалуйста, обдумайте вопрос еще раз, от этого ведь зависит буквально всё!" - обеспокоенно глаголил истину лидер, с трудом понимая происходящее.

"Только так мы можем спасти Капитана. Я прекрасно знаю, во что он превратится, если подвергнуть его таким серьезным, эмоциональным препятствиям. Взгляните на него!" - внезапно вскрикнул обычно спокойный Стивен, указав оперением на содрогающегося, и издающего мерзкие звуки друга. Его дрожь стала сильнее, а вместе с тем, и участилось падение капель бордовой жидкости по панели, дополняя без того гротескную картину, новыми красками. "Он умрет в ближайшее время, если его не доставить к врачу, и всё это, только из-за одной ошибки, запустившая в нем какой-то, абсурдный всплеск вины. Задумайтесь, что он предпримет, если узнает что любовь жизни всей жизни, девчушка, с коей он провел долгие годы, решила напасть на его народ?"

Сирены визжали над головами, пока раздраженный попугай, широко раскинул руки, естественно выйдя из себя, картина потенциальной трагедии формировалась в мозгах компании, наводя страху в их сознание и скорейшее сожаление о сказанных словах. Не желая затягивать с обдумыванием ситуации, глава команды первым разорвал какофонию одного и того же звука. "Хорошо, я вас понял. Но тогда что нам сейчас делать? Времени осталось совсем мало, а принесенная бумажка теперь и хлеба выеденного не стоит. " - с ярким оттенком разочарования выплюнул Хиро, вытирая вспотевшие руки об брюки.

"Почему бы не послать... Как зовут вашего быстрого мальчишку? Кел вроде бы. Может, скажите ему пробежать по уже пройденному пути и вернуться сюда с запиской от самой Свитхарт, на сей раз? Когда мне попали записи с вашей схватки в саду, он бежал так быстро по всему лабиринту, что снес живые изгороди и создал целое торнадо. Возможно, он успеет. " - предложил неплохо звучащий вариант пернатый воин.

"Хорошо, это звучит на самом деле легко. Так и поступим. Кел, к тебе есть одно..." - завел звучащую раньше шарманку тинейджер, поворачиваясь к расположенному рядом с вами юнцу, но полностью изменив направление головы, резко остановился. "...Задание. Куда этот торопыга подевался?"

"Парни. Вам это не понравится, гляньте в сторону Спайсбоя." - испуганно шептала Обри, указав пальцем на раненого, космического пирата. Сделав как она того попросила, ваш глава был готов рвать волосы на голове, а заместитель капитана, перья. Ваш хаотичный друг, тихо и невинно рассматривал мучащегося короля с разных углов, ища подходящее положение, чтобы сообщить страдальцу, по его мнению, прекрасную новость. Подумав, не больше секунды, спидстер запрыгнул прямиком на бортовую клавиатуру, присев на корточки перед владыкой государства, и махая у него перед лицом конвертом.

"Хеееееей! Есть кто дома?! Тебе тут письмецо пришло от твоей подруженьки! Просыпаааааайсяяяя!" - намеренно раздражающе пищал спортсмен, включив панический режим у всех, кроме вас разумеется. Стивен буквально вырвал несколько перьев из своей головы, побежав прямиком к раздражающему ребенку, с твердым намерением предотвратить надвигающуюся катастрофу, пока остальные, в шоке остались позади.

"Нееееееееет!!!" - драматично выкрикнул лучший боевой товарищ стоящего за управлением кораблем человека, преисполненным чистым горем. Вы могли понять его искреннюю реакцию на происходящее, и не капли не осуждали за рьяные попытки предотвратить ужасы, которые собирается пережить юный Капитан. Но к сожалению, он провалил важную задачу, ибо голова с шлемом, обратила внимание на ухмыляющегося юнца.

Спейсбой резко убрал руки от переключателей, вырвав послание из рук навязчивого мальчика, удивив смельчака и вынудив приземлится по руку, рядом с ним. В виду разительной разницы в росте, инопланетянин нависал над молодым бегуном, закрывая того внушительной тенью. В ней, малец увидел судя по всему то, что не на шутку напугало его, а этим, немногие в мире могут похвастаться. С хриплым дыханием, хрустом в движения конечностей и взлохмоченными волосами, высшее лицо руководство Константии, погодя, двинуло рукой в сторону вздрогнувшего мальчика, протягивая еще дальше свою длинную руку, когда обозначенный человек, сделал несколько шагов назад. В какой то момент, в вашу голову закралась мысль, что возможно, вскоре начнется серьезная перепалка. Натренированные для защиты союзников руки, коснулись кончиков узла на шее накидки, готовясь к худшему. И ох, какова же была ваша искренняя отрада, что Капитан не задумывал сделать с вашим другом ничего жестокого, ибо впоследствии, он осторожно погладил сорванца по голове, прошептав еле уловимые остальными, но понятные вам слова. "Благодарствую, юный птенец... Оу Свитхарт... Моя величественная королева... Что же ты уготовила мне на сей раз..." - говорил тихо при тихо обладающий правами на корабль, отходя в сторону, тем самым спасая Кела от сердечного приступа. Несколько раз выстрелив глазами в сторону компашки, спринтер подбежал за секунду вам за спину, сотрясаясь в порыве желания исчезнуть.

"Ребята, мне жаль. Мне правда, очень, очень, очень жаль. Блин, ну почему я такой тупой?" - не характерно пугливо говорил обычно храбрый, и вечно радостный младший брат главы отряда, привлекая внимание всех, кроме осторожно двигающегося к капитану Стивена.

"О чем ты говоришь? Всё ведь идет вроде бы нормально." - не понимающая гиперболизированной реакции молодого паренька, Обри сошла с седла Банбана, оказавшись близко к укрывающемуся подальше от мужчины в мундире. Её глаза полны волнения, но в тоже время, и доли недоверия. Скорее всего, девочка предполагает что он переигрывает, а от того некоторое недоверие. Однако, оно моментально исчезло, стоило юному бегуну, вбежать в грудь старшего брата, попутно сбив девицу с ног, маниакально умоляя того о простой просьбе.

"Пожалуйста, давай уйдем. Пойдем к Мари на пикник в детской площадке, или... Или снова проведаем Рощу? Прошу, что угодно, но пожалуйста, отправимся как можно дальше отсюда!" - на пороге панической атаке, младший родственник из двух присутствующих, яростно потягивал за ткань пиджака старшего брата, пугая того к кому он обращался наворачивающимися слезами.

"Так, подожди ка минуту. О чем ты говоришь? Мы не можем сейчас уйти. Он ведь заговорил и вернулся к прежнему себе. Это наш шанс узнать, где всё таки Бейзил! Ты уже наделал делов с своей выходкой, так что прекрати устраивать сцену и стой в сторонке, пока я с ним поговорю. Наши усилия обязаны быть вознагражденными." - с хмурыми бровями ответил на жалобную молитву Хиро, оттолкнув надоедающего мальца от себя, приводя костюм в порядок. Пораженный жестокостью человека которому он доверял, он окончательно сорвался, в серьезном намерении закричав, в то время как глаза не отрывались от читающего письмо правителя.

"Нет! Ты не понимаешь! Это верная смерть! Мы совершенно не готовы к этому!" - в последнем порыве переубедить лучшего друга, а по совместительству и родительскую фигуру, коротышка снизошел на плач, но усилия остались тщетными. Цыкнув себе под нос, дипломат отвернулся, сломив дух уверенного в шансе на спасение юноши, зашагав к дух формами инопланетной жизни. Оставшись втроем, Кэл судорожно обхватил вашу руку двумя своими, сжимая изо всех сил, желая чтобы тот переизбыток страха, проходящий адской волной, исчез без следа. Но к его огромному сожалению, оно не прекращалось. Вы не способны излечить человека от эмоций, даже если всей душой того желаете.

"Ваше Главнейшество? С вами всё хорошо? Вам наверное стоит присесть и дождаться прихода медиков." - осторожно выговорил пернатый старпом, в попытке уговорить уважаемую персону на разуменое действие, но всё что он получил, было секундами молчания. В дальнейшие минуты, он более не предпринимал попыток для изменения здоровья короля своей родины. Пот стекал по лицу, ноги подкашивались от столь продолжительной стойки, однако Стивен не сдвигался с места, уважая капитанское безсловия. Спустя дюжину мгновений, Спейсбой повернулся к зам-главы, вытащив из него поспешный вздох. В виду расстояния и угла обзора, вам всё еще не было видно лицо стародавнего товарища по заданию, плюс к тому же, его смоченные в крови волосы, скучковались и пошли по разным сторонам, совершенно закрыв обзор. "Сэр... Ваше лицо..."

"Стивен..." - выхаркнул вместе с скоплениями некой субстанции, то ли кровь то ли что-то еще, из-за света экстренных сирен понять было трудно. Пошатнувшись и немедленно остановив старпома от мысли помочь его, подняв раскрытую ладонь, Капитан оперся кистью об панель, засунув свободную руку в внутренний карман генеральского мундира. Достав тонкий прямоугольный объект, инопланетянин кинул однорукому солдату ключ карту, которую он удивленно словил, сию секундно задав вопрос встревоженными очами. "Передаю временное командование на тебя... Перенаправь телепорт на армейскую клинику, ту что близ нашего ангара... Собери всех уцелевших и отправляйся с ними... Мне нужно кое что обсудить с нашими гостями..."

"Спейсбой, я не могу согласится на это! Ты сейчас еле стоишь на ногах, как я посмею бросить тебя тут..." - выразился резким отказом нынешний заместитель на посту управляющего. Его эмоции взяли вверх над чувствами долго и статусом, а вскоре, он поплатится должностной проверкой.

"Это приказ!..." - рявкнул со всей силы Капитан, отчего даже перекричал визжащие, красные огни над потолком. Все напряглись, а спиной, вы почувствовали как сильнее содрогнулся Кел, вжимаясь в текстиль плаща, ища защиты от ранее существовавшего в разуме мальчонки апостола спасения невтинных и опресированных. Сила голоса мужчины потрясла старпома до глубины души, и тот, осознав ошибку, образовавшуюся от богохульных эмоций, замер как олень в свете фар, не находящий сил для ответного вскрика. " А не просьба... Выполнять..."

"Да Капитан. Будет исполнено..." - с тяжелым сердцем, но чувством ответственности ответил Стивен, принявшись за исполнение принятого при рождении долга. Проходя мимо группки детей, он с прискорбным видом коротко кивнул вам и остальным, не проронив не слова. Будто бы ваш товарищ и навигатор, видит вас в последний раз. Если бы у вас были настоящие эмоции, то прямо сейчас вы бы испытывали паранойю, потому как сказанный Келом бред, судя по всему претворяется в жизнь. На всякий пожарный, ваши кисти сжали кончики плаща.

Таким образом, вещи передвигались в соответствии с порядком важности. Раненые бойцы отправлялись первыми, участники с более медицинским уклоном знаний вторыми, а функционирующие солдаты последними. Заключал продолжительную процессию уходящих Стивен, остановившийся на секунду. Его голова в короткий миг лишь чуть чуть повернулась в сторону, чтобы был виден конец острого клюва. Пасть птице - человека раскрылась, но не вышло и звука. С таким неуклюжим жестом, храбрый воин вошел в светящийся проход, замкнувшийся прямо за ним. Сирены продолжали гудеть, красный свет от ламп падал на тела всех стоящих, а использующий в качестве опоры главную сеть переключателей правитель, безмолвно глядел вперед. На треснувшее, панорамное окно, за коим виднелись уходящие глубоко корни деревьев, и множество закрытых ящиков.

"Нуссс... Рад снова свидеться, ваше Царейшество! Надеюсь, что вскоре вы полностью восстановитесь. Итак, для чего же вы нас позвали?" - решив прервать давящую тишину, ваш босс занялся своим любимым делом. Обесцениванием существующей проблемы при помощи юмора. Обычно, этот способ идеально помогал в трудной ситуации, снижая стресс собеседников и настраивая на позитивный лад, начавшийся разговор. Но в вашем понимании, сейчашняя сцена, уж точно не была стандартным случаем.

Капитан не ответил. Мужчина стоял, смотрел, дышал и нажимал на кнопки, теперь в расслабленной, заурядной манере, но при всем обращении, молчал. Вы заметили последовательность в использованных клавишах. Они теряли подсветку, если посмотреть с определенного ракурса, похоже выполнялись сугубо ради запуска конкретного протокола, неизвестного вам. Чтобы то ни было, оно уж точно не сулит ничего хорошего.

"Кхм. Хорошо, приношу извинения за моё своевольничество. Это было грубо и непозволительно с моей стороны, обращаться к вам, позабыв о манерах. " - завидев непреклонность участника одностороннего диалога, Хиро благородно поклонился, приняв другую манеру обращения. Возможно, такой стиль речи сработает, хотя вам казалось, что всякие разговоры вскоре оборвутся на корню. Приоткрыв глаз и не увидев реакции от него, подросток выпрямился, сделав несколько шагов к активно набирающему последовательность заранее сложанных команд. Всё таки, они еще не добились выполнения цели, а значит, нужно двигаться до конца, и уже там заполучить справедливую награду. " Тем не менее, при всём моем уважении, я вынужден обратиться к вам с малой просьбой. Ваша команда волнуется о вас, они серьезно бояться за ваше здоровье. Прислушайтесь к моим словам, и позвольте нам помочь."

Снова без ответа. Теперь, выключилась и сирена. В воздухе повисла совершенная, абсолютная тишина. Прерывистое дыхание слышалось ото всех, создавая неприятную атмосферу, благодаря своему сочетанию с красными лампами. Спустя череду нажатий, сжатый кулак Капитана, ударил по большому переключателю, и все заранее использованные кнопки прекратили светится, сиюсекундно запустив интересные метаморфозы. Со свистом, целая стена, на месте которой ранее находилось начало лестницы к телепорту, выдвинулось из под земли. Участники команды не успели вовремя среагировать, чтобы хотя бы немного попытаться пробежать и избежать нарастающего конфликта. Особенно трудно воспринял это ваш быстрый друг, став причиной разрастающегося пятна по отдельному квадрату одеяла. Двое других тоже не были счастливы отрезанному пути к отступлению, и в то время как Обри, в попытке почувствовать себя способной к сопротивлению, села на спину кролика, тинейджер слегка отступил, всё еще желая обрести тщетный контроль над ситуацией. Но все процессы и мысли в головах застыли, когда хозяин судна, заговорил во всю грудь.

"Скажи мне, о фазан надменный..." - его голос был тяжким. Неглубоким или же басистым. А именно что тяжким, иначе говоря, пережившим космические просторы. В нем слышался опыт, накопленный веками странствий и миллениумами трагедий. Эти голосовые связки проливали плач горькой утраты, кричали речи вдохновлявшие армии и смеялись в пиру победы. Этот глас творил и разрушал, а вскоре, его вторая функция взыграет на полную. Кусочек за кусочком, пазл страха Кела, складывался в полную картину. " Что ты знаешь о долге?... Об ответственности, перед людьми, которые подарили тебе жизнь?... О цене чужого счастья?..."

"Сэр, я не до конца понимаю, о чем вы говорите. Вынужден вас поправить, меня никто не кличет фазаном, но вы всё таки можете, как никак король, и всё такое..." - запинаясь, трусливо бормотал Хиро, шагая назад, в противоположность вставшему в полный рост Капитану, надвигающемуся, и иногда ломающий шаг подкашивающимися шагми.

"Ты не знаешь... Ты не способен узнать... Твоя натура, не имеет даже возможности оценить потенциал, такой трудной концепции, как ответственность... Мы оба знаем, что такое вес жизней, на наших плечах, но при этом, смотрим на это совершенно с разных сторон..." - монолитно ставил точку в рассуждении дворянин, сделав свой последний, неустойчивый шаг, и остановившись на расстоянии вытянутой руки. Время замерло, ровно как и дыхания детей. Вам было противно признавать, но ваши руки дрожали, развязывая крепление плаща. Воздух наполнился запахом металла, в перемешку с легкой кислинкой и гарри. Друзья прекратили дышать, а вставший столбом Хиро, наконец пожалел об отказе дражайшему младшему брату, ибо теперь, настала его очередь смотреть в лицо второму правителю Константин. ""Когда я впервые взялся за штурвал этого крейсера, я почувствовал силу, незнаемую захудалым пиратом далеких галактик... Силу, что опьяняла моего отца... И та, что не смогла захватить меня... От шанса быть поглощенным, меня спасли улыбки моего народа... Того, что я поклялся спасать и оберегать от опасностей вселенной... И увы, один раз я подвел их, подвергнув страданиям..."

"Оставив вас всех в живых."

С звуком вынимающегося лезвия из ножен, вы встали между ним и вашим начальником, выставив вперед, скрученный в веревку плащ. Взмах сабли пришелся как раз по центру, и не сумел пробить вашу защиту. Однако при всем успехе, вам это далось с значительным трудом. Весь тот недюжий вес навалился на вас, практически сдавливая тонной. Может со стороны и покажется, что сам по себе этот человек худ, или того гляди слаб, но на самом деле, под этим мундиром, скрывается сила, превосходящая вашу. Внезапно, вы услышали щелчок. Резко посмотрев вниз, ваш взор только успел разглядеть дуло рукотворного образа, прежде чем зеленая вспышка, затмила ваше взрение, одновременно отправив тушку в полет. Железный стержень и завитки, служащие позвоночником с ребрами, ощутили наибольший урон, когда ваша оболочка вмяла образовашуюся минуту тому назад металлическую преграду. Показатель НАСТРОЕНИЯ упал до одной третьи, что уже плохой знак, но что еще хуже, так это слова, вылившиеся отравой из потрескавшегося рта командира армий, и по совместительству, вашего палача. "Я - Капитан Спейсбой... Полноправный наследник престола Константии... Миротворец десятков галактик...Член совета Федерации... И первенец Розовый Бороды... Не позволю вам и дальше, рушить жизни ни в чем неповинных людей... Если вы взаправду гордитесь самоназванным титулом альтруистов... То примите смерть с достоинством."

БУМ!

БАМ!!

ТАРАРАМ!!!

Конфронтация началась.

"Капитан Спейсбой надвигается"

"Что Хиро и его друзья будут делать?"

Масляная картина высохла, представив вашему взору человека, ужасающей упрямости. На коленях, в офицерских брюках с следами от зарядов бластеров, на вас глядела личность легендарного масштаба. Несмотря на плачевное состояние, а именно пугающую близость к встрече с Творцом, его внешний вид вводил компанию в состояние неподдельного страха. Зализанные назад рукой волосы, показывали испытавшее обычно смертельную усталость лицо. Щеки впали, на некоторых местах виднелась легкая растительность из коричневатых, ввиду условий освещения , волосинок, занявшие отдельное место в районе подбородка молодого человека. Шевелюра спуталась, извилась и больше походило на некультурное гнездо, сделанное из маленьких канатов. Но в этом выражении, всеми стал замеченным один крайне важный фактор. Взгляд космического пирата, что словно наточенное днями и ночами копье, единым попаданием пронзало всё вставшее перед ним. Это не была горящая ненависть, превращающая города в пепелища, или же зловонное отвращение, свойственное избалованным сливкам общества, увидевшим жалкого калеку, молящего о помощи. Вас пронизывали глаза персоны, знающая, что ей необходимо сделать, ради достижения многозначительной, и трудно получаемой цели. Органы истинного повелители, установивший расчетливый план действий. Его костюм генералиссимуса свисал на плечах, касаясь пустыми рукавами грязного пола, уже наводнившийся теми лужицами крови, которыми пришлось пожертвовать ради безумного взмаха мечом. На вышитой золотым узором жилетке, блестел и трясся аксельбант, подрагивающийся от каждого удара разгоряченного сердца короля, что агрессивно посылала потоки бардового эликсира по венам сумасброда, насыщая тело бойца важными гормонами, подготавливая к изнуртельному побоищу. Весь вес значимой боевой единицы, опирался исключительно об фамильный клинок, сжимаемой перчаткой высокого мужчины, в то время как ножны, лежали далеко позади, отброшенные и забытые. О рассказываемых в байках горячем лезвии, не могло быть и речи. Оружие наточенное, в некоторых участках сверкающее, но преимущественно, обагренное чужими жидкостями, дав тому непритязательный вид. В тоже время, скосившаяся и расположившаяся ближе к земле другая рука монарха, держала крепкими пальцами собранное в подростковые годы плазменное орудие, издающее утробный гул во время пульсаций баков с нестабильным боезопасом. По сути своей, этот дворянин, со стороны не представлял никакой опасности. Он слаб, немощен, истощен, вымотан и стоит у порога бабушки смерти, боясь показаться грубым за скоротечное стучание в дверь. Но у команды освежились воспоминания о том дне в саду. О переговорах, в последний момент вышедших из под контроля и вынудивших Спейсбоя, в минуту нужды, использовать крошечную частичку своих тогда внушительных сил. Они не готовы. Прошли годы с момента того захватывающего финала, и ныне его не посмеют назвать грубым птенцом, потому как даже сейчас, одна аура Капитана, запускала в детях единственное разумное решение. Бежать.

Но эта опция стала недоступной еще задолго до включения защитной стены, а соответственно, придется спасти этого бедного зараженного от Тоски, что погрязла в глубинах его естества, дойдя до костей и обвившись вокруг них, став единым целым. Действовать нужно было быстро, расчетливо и при этом не забывать о существующей перед ними опасности. Вы позволили Хиро обнять себя, восполняя очки Настроения, в то время как он, воспользовавшись моментом, использовал на себе одну из способностей, повысив собственный вес будущих слов. Двое же со противников, попытались остановить впавшего в безумие солдата, одна при помощи нависающего кролика, медленно подходящего к пациенту, а второй слабыми взмахами ногами. Кел был напуган, но при этом, продолжал махать ботинками и сдерживать поверх лица фальшивую улыбку. Схватка сулит им слишком серьезные повороты, чтобы распускать сопли. Реакция Капитана стала своевременной, и могла описаться одним легким словом. Контрнаступления. На несколько понижений его полоски, он понижал чужие, однако нанося двукратный урон. Сейчашней цель противника, стал сотрясающийся спортсмен, еле успевший увернуться от очередного удара шпагой от плеча, оставивший на нем неглубокий порез, а атакующему, приземление плечом у лап пушистого животного. Заметив возможность перетянуть чашу весов в свою сторону, ушастое создание готовилось совершить серьезный урон по негативному здоровью Спейсбоя, пока не была встречена громким выстрелом от обреза, чья значительная мощь отбросила зверя на фут подальше, разнося по закрытой арене жалобные визги питомца. Вы сразу же рванули к нему, как закончили залечивать раны лидера, окутывая бедолагу удлиненным одеялом и убеждаясь, что ополенные органы несчастного творения возвращаются к нетронотому виду. Занимаясь своей ролью в конфронтации, вы держали ухо в остро, ловя каждое произносящиеся слова командой и высматривая секунду, когда нужно будет вернуться к помощи другим товарищам.

"Кел, Обри! Не давайте ему продохнуть! Давите общей помощью!" - призывал к действию глава, мотивируя своей способностью и временно повышая характеристики малышни. Поправив галстук, вернувшийся на ноги подросток принял участие в поединке, стоя за спинами основной линии атакующих. "Сэр, прошу, придите в себя! Вы теряете слишком много крови и вам необходима срочная медицинская помощь. Дайте нам хотя бы маломальский шанс!"

" Однажды я дал вам шанс, порождения порчи. И теперь, мы здесь. Но на сей раз, вы не сможете пройти дальше меня" - угрожающе выплюнул Спейсбой, блокируя входящие заряды позитивной энергии от переборовшего свой испуг и принявшего долг паренька. Ноги мальца становились только быстрее, когда в голове молодца укреплялась мысль, что если он сейчас ничего не сделает, то всему в конце концов настанет прискорбный конец. Сим трудным решением, спортсмен старался помочь грубому космо путешественнику, отчего даже смог послать несколько удачных молний. К несчастью, эта серия действий окончилась безрадостно, стоило противнику напереть всем весом и быстрым рывком, отрезать ногу юному бегуну. Пошатнувшись и издав беззвучный крик агонии, паренек оказался приколоченным к металлической плите, от всех тех ударов ручкой обреза, кои обрушились на его голову. Не желая видеть очередное превращение друга в мокрый тест, ваши ноги остановили вашу душу прямиком между ним и Келом, снова использовав плащ как рукотворное укрытие, отбросившее супостата.

"Капитан, я не понимаю о чем вы говорите. Мы ведь можем всё решить мирным путем, как разумные люди!" - старался уговорить синекожего страдальца тинейджер, но прискорбно терпел неудачу за неудачей, относительно немного снижая полосу, попутно подвергаемый натиску своего агрессивного собеседника. "Ух! П-подождите же вы минуту! Ой, эй! Вы ведь однажды спасли нас во время нападения в саду! Ааргх! Ваши действия показали отчетливое доверие к нам!"

"Я ворвался в бой не для того, чтобы спасти ваши проклятые жизни, а сугубо ради защиты своей возлюбленной. Мне стоило подождать, пока кавалерия Биттерхарт разорвет вас на части. Возможно тогда, она бы избежала участи стать вашей безвольной марионеткой!" - Голос Спейсбоя стал грубее и пронзительнее. С очередным ударом лезвием, его стойка изменилась, обращаясь лицом к потолку. Обе руки, держали за рукоятку своё фирменное, именное оружие. Зарядив его отличающимися от большинства патронами, боец начал поливать воздух обильными сгустками кислотной плазмы, сжигающая всё, что станет местом их падения. Вашим друзьям еле удалось добежать до вас, но к счастью, ваше одеяло приняло в себя всех коллег, защитив семью от участи становления кучкой расплавленных костей в капле зеленой смеси. Территория сражения приобрела некоторое количество новых препятствий, как для вас с командой, так и для организовавшего атаку, но по большей степени, это имело сдвоенный эффект. Что больше привлекало ваше внимание, чем новые условия окружения, так это красная аура, исходящая паром от начавшего меняться короля. Хватка сильнее, глаза преисполнились ощущениями, а не холодной расчетливостью. Вы снова обдумали и изменили свой взгляд на всю патовость ситуации, ибо перед вами, возникло железобетонное и карательное осознание всех тех ужасов, у коих есть шанс сломить ваших друзей.

"КАПИТАН СПЕЙСБОЙ стал РАЗОЗЛИВШИМСЯ. Он не может испытывать никакой эмоции, кроме этой"

Негативная противоположность испытываемого вашими друзьями позитивного состояния, считалась и до сих пор считается редким навыкам, доступным только могущественейшим из живущих, и если вспомнить предыдущие случаи ваших конфликтов с обладателями такой незаурядной способности, это четвертый случай за время исполнения священной роли лекаря. С явным желанием покончить с разговорами отряда, лидер ворвался прямиком к вашему скоплению, занося шпагу за плечо, пытаясь задеть атакой как можно большее количество противников. По вашим предположениям, плащ ни коим образом не сможет выдержать такое нападение, ведь у всего есть свои пределы. Исходя исключительно из убежденности в правоте тактики, вы ринулись убегать, увернувшись и перекатившись за пределы длины клинка, испытывал небывалое облегчение, при осознании что друзья не были задеты ударной волной. "Так, стойте на месте. Я знаю что делать!" - к удивлению переживших выкрикнул юнец спидстер. Вы заранее понимали, что он собирается сделать, и с ноющим сердцем, полезли в карман штанов, готовясь к неприятному делу. У них, этот процесс состоялся до ужаса простым. Кел, задорный мальчонка и любитель бесконечного веселья, старающийся изо всех сил смотреть на трудные ситуации с светлой стороны, подошел к друзьям и по очереди принялся качать их руками на безумной скорости, заставляя голову кружиться, улыбке расплываться по губам, а кожу светится желтым цветом. Способность звалась КАРУСЕЛЬ, и была лучшим контр-решением, по отношению к чужой злости.

"КЕЛ стал ВЕСЕЛЫМ"

"ОБРИ стала ВЕСЕЛОЙ"

"ХИРО стал ВЕСЕЛЫМ"

"Спейсбой, мы прекрасно понимаем, как вам больно, но давайте смотреть на это с более позитивной стороны! У вашей возлюбленной просто трудный период, ввиду обстоятельств, а от того она и ведет себя так глупо! Она никакая не кукла, а просто запутавшаяся девушка! Расслабьтесь и улыбнитесь вместе с нами!" - перекрикивал разозленного генералиссимуса дипломат, уворачивающийся теперь куда легче, благодаря за это эмоциональный буст скорости. Меч проходил в дюймах над головой или на волоске от мягких тканей двигающихся рывками детей, не на шутку выбешивая тем самым уверенного в себе воина. Это не помешало ему продолжать сопротивляться каждому альтруистичному акту, предоставляемыми вашей командой, будь то добрые комплименты харизматичного ухожёра, шутки резвящегося добряка, попытки обтереться кролика, или же ваше накидывания одеяла. Все они встречались с агрессией, справедливой в глазах зараженного.

"Можешь перестать тратить пустые слова, фазан несчастный. Я не воспитывался как правитель и надежда своего народа, только для того чтобы стать очередной жертвой группы порченых птенцов." - исапускал ядовитые слова Спейсбой, в очередной раз нанося секущую атаку по кролику, чтобы затем отослать его лечится к вам. Меч звенел при контакте с молниями или же потоками слов, а вы же, молчаливо подчивали скулящего зверя одной рукой и стиснутым в нем плащом, второй не вынимая роковой обьект наружу. Выбор, вещь запрещенная для вас, появился на задворках сознания. Несмотря на выявившиеся преимущество, за что вы впоследствии с радостью поклонитесь сорванцу и его, иногда, работающим с сверхзвуковой скоростью мозгам, высока вероятность скорого возвращения перевеса шанса на победу у пациенрта. Вы припомнили последнюю несчастную душу, и то каким же хаосом и разрухой пришлось спасение для него. Еще очень долгое время, команда не могла поднять НАСТРОЕНИЕ до высшего показателя, и только из-за воспоминаний о пугающей схватке. В вашей руке, буквально а не фигурально, имеется шанс облегчить трудности отряда, взяв на себя ответственность за переходный этап сражения и тем самым спасти друзей от ненужных страданий, ценой нарушенного правила. Правила, обозначенного самим Творцом, чей взор сразу заметит ваше неповиновение священному порядку, ухудшив и без того шаткое мнение друзей о вас, ненужном предмете. Инструменте без воли, коим вы обязаны быть с рождения. Решение было принято. Всё - ради чужого счастья.

"ХИРО стал ЗАИГРАВШИМСЯ"

"КЕЛ стал ЗАИГРАВШИМСЯ"

"ОБРИ стала ЗАИГРАВШЕЙСЯ"

"ЮВА стал ЗАИГРАВШИМСЯ"

"КАПИТАН СПЕЙСБОЙ стал ВЗБЕШЕННЫМ. Он не может испытывать никакой эмоции, кроме этой "

В единый унисон, члены схватки повысили свою эмоциональные состояния. Улыбки выросли, а ярость в глазах космического героя, загорелась пуще прежнего. Битва пошла всерьез, и удары мячом об молнии твердую шкуру животного, раздавались сотрясениями по всему полю брани. Выстрел и, падение картечи, плавящийся металл и лязг шпаги. Настоящая симфония воинственного звучания. Но вы не обращали внимание. Вы сохраняли тревожный зрительный контакт с серьезно обеспокоенным лидером, остановившемся в пылу боя и застывшим на месте. Его реакция совершенно оправдана, поскольку, будь вы на его месте, то поступили бы ровно так же. Мягкие кисти рук отчаянно тряслись, пытаясь нарисовать подобие той светлой улыбки, пробивающейся на поверхность, стоит пошевелить мизинцем перед лицм Кела, или хотя бы дышать рядом с ним. Но у вас не получилось, и итоговый результат вышел корявым, отвратительным. Попросту ничтожным. Это щекочущее чувство бурлящих эмоций как было, так и осталось для вас чужеродным. Неприятный паразит, копошащийся под слоем вязаной ткани, идущий только глубже к серому веществу, дабы захватить контроль над вашим разумом и увести подальше, в дали безумия. В вашем же интересе, не позволить ему этого добиться, а ради этого, вы примкнули к двум настигающим правителя детям, становясь частью их слаженной командной работы. По началу, они почти вышли из потока, удивившись корявой пародии на лицо, с улыбкой от уха до уха и глазами кружками, но поняв что работа еще не закончена, вернулись к прежнему сосредоточию, постепенно пересиливая озлобленного дворянина и легко закидывая зараженного позитивной энергией, не боясь что острый конец лезвия пронзит их глотки, или же плазменная картечь растворит их туловища, потому как вы - были в нужном месте. Всегда и везде.

"Ааргх... Ааргх... Творец меня прокляни..." - выругался под нос уставший король, нанося атаки с меньшей скоростью и желанием. Неосознанно, ухмылка появилась на устах дворянской персоны, и сиюминутно повергло мечника в ярость. Капли внутренней незавершенности окропили губы героя, поставив ультиматум судьбе страдальца. Вложив в последние взмахи оставшиеся силы, Спейсбой умудрился обратить Кела в мокрый тест, насладившись удовольствием короткого мига его испуга, разрезав того напополам, в то время как бойкую девчушку, бросить хорошим пинком к уставшему подростку, сбив обоих с ног. Вы хотели рьяно подбежать к ним и залечить их открывшиеся раны, но оставшись один на один с великим мастером меча, всё что вам оставалось сделать, это защищаться. Руки еле еле поспевали за размашистым натиском Капитана, чья кисть сжимала рукоятку чуть ли не до мозолей, но тому было совершенно всё равно. Он, как и вы, придерживались единственной миссии, и прямо сейчас, спасение своих любимых у обоих стояло превыше собственного благополучия. "Ты... Старый Орел... Зачинщик апокалипсиса... Я знаю, кто ты на самом деле... Неужто, позволяешь им помыкать тобой, скрываясь в тени, притворяясь невинным воробьём?... Тебе никогда не победить в этой битве, жестокий лжепророк... И я, тому подтверждение..."

Вы сдержались. Он - нет. С гневным рыком, мечнике изменил траекторию движения клинка, направив его вниз и с вторым дыханием, отправив вас в полет до потолка. Разрез пришелся крайне болезненно. Вам практически удалось разглядеть вспыхнувшее пламя из шпаги, пока тело летело в свободном пространстве, воспламеняясь до самого каркаса. Чудесным образом, вы выжили, оставшись на одной единице НАСТРОЕНИЯ, падая подобно безвольной кукле чревовещателя. Во время смертельного процесса, ваша замутненное зрение, уловило пугающую картину приближающейся действительности. Лидер суверенного государства, встал с колен, вернувшись к прежнему, в дюжину пугающему образу. Заряд мотивации и злости, подаренный финальным эмоциональным скачком, дал тому шанс на последний, решающий удар, что положит конец отряду альтруистов. Что же вы можете сделать в этой ситуации? Вы прекрасно знаете, что именно готовы сделать ради счастья близкого своего. Цена, всегда справедлива и оправдана результатом. Поймав летевшие рядом плед с фломастером, ваша кисть без промедлений вонзила острый конец маркера себе в лицо, пробив череп и растворившись, запустив скоротечный, но крайне опастный процесс.

"КАПИТАН СПЕЙСБОЙ В ЯРОСТИ!!! Он не может испытывать никакой эмоции, кроме этой."

"ЮВА стал БЛАЖЕННЫМ."

Пальцы быстро обвязали плащ вокруг шеи, сиюсекундно взяв ткань уголков в свою искусственную кожу. Ожидаемо, ваше зрение изменилось на корню, приобретя мозаиковую структуру и желтый оттенок. Что ни в коем образе не удивительно, потому как никакое другое восприятие вы не могли использовать, с растущими на лице сладкими кристалами. Минералы неизвестного происхождения прорастали друг через друга, перевешивая всю остальную часть головы вперед, и тем самым идеально оказывая вам услугу, в скорейшем приземлении. На новом слое лица, образовывался плачущий, алмазный глаз, что с каждой проходящей секундой, оставлял позади хрустальные капли. Око - видящее всё и понимающее весь спектр ощущений, получаемых вашим телом. Приближаясь к поднимающему голову царю, вы понимали, как сильно вам повезло, использовать заключительную, третью стадию именно в этот момент. Потому как только наследник престола, увидит ваше непоправимое безобразие. Так, по крайней мере, вам придется увидеть только его лицо неподдельного страха. Ваши руки вытянулись вперед, и замедлившись в конечную секунду, вы сильно, со всей мерзкой радостью, вовлекли его в объятия.

"ХИРО и его команда спасли еще одного человека!" 

-

"Сэр? Как вы себя чувствуете? Можете встать?" - Немного осторожно спросил лидер команды, еле волоча ногами, пока младший брат служил поддержкой раненому родственнику. В эту самую минуту, Капитан Спейсбой сидел у основания мудреной панели управления, облокотившись на плоскую поверхность спиной и смотря всем пришедшим в глаза, освещая их скромной улыбкой. С окончательным излечением, цвета волос мужчины изменились, вернувшись к тому самой розовизне, которую вы в нем запомнили, среди роз чудесного сада. Несмотря на явные раны, почти что уничтоженную одежду и колоссальную потерю крови, человек улыбался, будто бы ничего не произошло, позабыв о тех мудреных речах, сказаных им всего какие то минуты назад. Шпага вернулась в ножны, а верный плазмострел обратно за полоски кожи кобуры.

"Да, мои друзья... Буду жить..." - слабо шептал очевидно вымученный космонавт, устраиваясь повыше, и тем самым устраиваясь по удобнее. Его улыбка была искренней и счастливой, превосходно подходят такому гламурному господину, ведь несмотря на признаки прошедшего сражения, он всё еще заслуживал звание почетного короля, по крайней мере своей красотой. Разминая кисть, держа ту другой рукой, вы могли заметить затягивающиеся отверстия, от отраженных друзьями кислотных зарядов, и те колотые раны, нанесенные отсутствующими товарищами рулевого. Ваши повышенные способности к исцелению, в секунду третий фазы, всегда вызывали некоторые неудобства у отряда. Не удивительно, ведь всякий чувствовал за милю, нарушение мирового порядка тем, кто по идее должен служить его столпом. Что за печальная ирония. Спасение любящей семьи, ценой бесконечного порицания. "Спасибо вам, юные птенцы... Вы не упали клювами в лицо, и сумели вытащить меня из того ужасного состояния, в коем меня застали!... Не всякий, может таким похвастаться..."

"Эммм. Можно кое что уточнить?" - Не пытаясь показаться грубым или же через чур быстрым, спросил Кел, пока мысли о том ужасном лице, только только проходили процесс тускнения. ""А что с вами в принципе случилось то? Были же вроде как нормальным таким воином, а потом, с катушек слетели, из-за какого то там письма."

"Кел." - Строго озвучили недовольства два единственных адекватных члена партии, один женский а второй куда взрослее предыдущего. Молодой бегун уже хотел отказаться от слов и свести всё на нет, но поспешивший на выручку дворянин, не позволил вопросу испарится в разуме паренька.

"Не стоит... Его любопытство полностью оправдано... К тому же, считаю что вы все заслуживаете объяснения за мою выходку..." - вытащил из себя речь лазуритовый титан, касаясь фалангами стекающего ручейка на лбу. Стирая дорожку, юный боярин сморщил лицо, вытирая пальцы об металл панели. "Судя по всему, вам довелось предстать перед моей... Выразимся так, второй личностью... Она активируется в моменты высочайшего стресса... Например, после того письма, что вы мне принесли."

" Что же там было написано?" - поинтересовалась уже Обри, наклонив в сторону голову, в то время как получатель, скомкал бумажку в своей рабочей руке. Документ, запятнанный рубиновой краской, теперь не подлежало прочтению, и за ненадобностью, отправился за спины команды.

"Это не важно... Могу лишь сказать, что вся полученная оттуда информация, не ценнее чем дохлый жук, умирающей стаи чаек... Но даже так, за доставку, обязан вам по гроб жизни.." - расслабленно поздравил детей с их достижением, ненамеренно присмеиваясь, что оставило следы крови на устах мечника. "Ох... Извините меня, голубя безмозглого... Не решившись я тогда так поспешно, прилететь сюда на всех парах, и тогда бы никто из вас не пострадал... Мне истинно жаль..."

"Ваше Величество, вы позволите мне высказать несколько противоречивые слова?" - опускаясь на колено, жест показываемый им лишь по настоящему достойным и сломленным, Хиро терпеливо сложил руки замком на колене, не убирая глаз.

"У меня нету впредь права, вам соколам, что либо запрещать... Говорите без подслащивания..." - Имея ввиду обозначенное положение, Капитан выхаркал еще порцию темно красной жидкости, устало кладя голову на плечо.

"Вы не настолько виноваты, как считаете того. Да, рваться на эмоциях только по одной просьбе вашей возлюбленной, было поступком глупым, но ваше беспокойство, имело под собой исключительно благие намерения. К тому же, никто, включая вас, не мог предположить что совершается жестокое нападение. Всё закончилось хорошо, ваша страна в порядке, а команда готова в любой момент поддержать вас. Не корите себя так сильно, когда есть люди, волнующиеся за вас." - испустил душевную речь ваш глава. Реакция Спейсбоя вошла в реальность скромно и тихо, но преисполненная от всего сердца благодарностью. Понурая голова, тихий смешок и восполнившая чистотой улыбка.

"Спасибо... Вам троим повезло, ходить под знанием такого великолепного орла... Я вижу благородное будущее, ждущие вас в недолгом времени... Теперь же..." - скрежа зубами и давая грязным украшениями на офицерском пиджаке бренчать , правитель земель кое как встал во весь рост, отказавшись от помощи ваших чудесных друзей, предпочтя справится самому, с минимальной поддержкой закрытого меча, использующегося на манер трости. "Просите у меня чего захотите, о полные потенциала птенцы... Чтобы то ни было, я исполню любое ваше желание"

"Помогите нам найти Бейзила, нашего пропавшего друга. Он исчез незадолго до вашего появления, буквально сутки пропадает. Этого нам хватит сполна" - выкрикнула с места единственная леди команды, не дав двум мальчикам даже возможности высказатьт что-то помимо связанного с изначальной целью варианта. Она увидела всполыхнувшийся уголек жадности в глазах её босса, чьи руки мгновенно чесали друг друга под фантазии о бесметных фантазиях, не стыдясь сломать воздвигнутый ранее чистый образ, а в очах молодчика, электрическую искру прожорливости. За сию благоразумность, вы ментально поблагодарили её.

"Бейзил... Маленький росток... Я его помню... Мальчишка с неограниченным величием... Так жаль, что болезнь так сильно ударила по нему... Ежели это ваше желание, то служу и повинуюсь..." - выговорил скромный Капитан, повернувшись спиной и заказавший по клавишам еще раз, включив голограмму некоторых программ. Пальцы быстро быстро переключали одну вкладку за другой, запускали алгоритм за алгоритмом, но по итогу, остановились на файлах с личностями, отсканированными, судя по всему, выпущенными по приземлению в Парк дронами. Среди них были все жители Детской площадки, Благодатной Рощи, Замка двух сестер и даже сотрудники Башни. Но не было худощавого мальчика с вечно волнующимся взглядом, или хотя бы что-то, отдаленно напоминающего его. "Ох... Мне жаль, но судя по всему... Его нигде не найти... Примите мои извинения"

"Его правда нигде нету? Совсем? Но... Но как так? Ваши же машины и металлические болванки все такие супер продвинутые, так почему они не могут найти нашего друга!?" - сорвалась на эмоции вымотонная спасениями, бегом и заданиями девица. Усилия, пролитая кровь, пот, слезы и время, по итогу оказались напрасными, ведь и те передовые технологии, опередившие время на сотни веков вперед, не могут отыскать страдающего Нулевого пациента. Девочка, понимая что она натворила и не способная дальше держать себя в руках от того пережитого стресса, усиленно старалась вытереть падающие с щек слёзы, моментально привлекая внимание высокого пирата.

"Ох, бедное дитя... Мне правда, правда жаль что я не сумел помочь вам с этой задачей... Но я не могу себе позволить стоять без дела, пока проливаются чужие слезы... Может... Это поможет поднять обратно улыбку?..." - предложил Капитан, теряя кисть в внутреннем кармане мундира и вытаскивая из него толстый кошель, с розовой вышивкой от возлюбленной. Расстегнув, он вытянул шесть продолговатых бумажек, слегка сгоревших и испачканных в саже, положив в ручку малой леди. "Возьми... Мой отче, до своей скоропостижной кончины, часто водил меня в одно захолустное место... Казалось бы, простая харчевня, а отклик которая она оставила на мне... Те отважные рабочие, которых я увидел в той забегаловке... Оно отлично исцеляет душу..."

"С-спасибо... И извините пожалуйста за мой срыв. Я не хотела так кричать." - поклонилась за интересный подарок дева, на что получила почти такой же, за исключением гораздо ниже, поклон от Спейсбоя.

"Не стоит... Твоя реакция совершенно справедливая... Я рад что смог вам хоть чем то помочь... На этом, вынужден с вами проститься... Судя по всему, мне стоит как можно скорее попасть в больницу и поговорить с теми, кому я причинил вред своим безрассудным поведением... Не бойтесь, справлюсь... А вам же... Да поможет Творец, в нелегком деле..."  - То были последние слова вашего бывшего боевого товарища. Его улыбка не упала и не сдвинулась не на дюйм, но вы могли почувствовать, как радость немного снизилась, стоило вам и команде, стучать ногами по открывшейся лестнице вниз. Это приключение официально подошло к концу, но судя по всему, вскоре вас ожидает еще одно, гораздо более сложное и потребующее в будущем заметных жертв. Пока же стопы сменяли друг друга на пути, ваша рука спрятала ненужный Спейсбою объект, затолкав подальше в бесконечное хранилище плаща, а хриплый голос человека, упомянул немаловажную особу, как раз когда вы входили в портал.

"Стивен?... " - спросил у птице -личности на другом конце связи, лучший друг - "Я готов поговорить..."

------------------------------------------

"Мари!" - раздался пронзительный, вернувший былую игривость голосок непоседливого сорванца, от усталости, позволивший девушке обогнать и обнять со всех сил его самоназванную старшую сестру.

"Мы так по тебе соскучилииииись!" - практически заныла укротительница зверей, с жалобным личиком потираясь щекой об щеку с материнской фигурой, которая, между прочим, неловок посмеивалась, и в какой то момент отодвинула барышню совсем чуточку дальше от себя.

"Ахаха, я тоже по вам всем скучала, но давайте не переусердствовать, хорошо?" - протянула слова ваша великолепная родственница, садясь на колени и дожидаясь когда собравшаяся компания присоединится. Вскоре, все так и сделали, а хозяйка пледа, легко хлопнула в ладоши, завладев всеобщим вниманием. "Такс, давайте рассказывайте, как прошло ваше приключение?"

"Так скуууучно." - говорила девица с палками в волосах, сразу же заполучив косой взгляд от недруга.

"Ой, да ладно тебе! То хранилище было отпадным! Столько золота, места чтобы побегать и повеселиться! Плюс, я ведь круто смотрелся в том колесе," - противопоставил мнение Кел, ухмыльнувшись при воспоминании о заманчивой пробежке в механизме.

"А какой смысл в этом всём, если по итогу мы ничего не получили с этого? Только время потратили впустую, да шишек нахватались. Бейзила теперь и вовсе непонятно где искать." - волнуясь мямлила разочарованная девица, в чем парнишка, был вынужден согласиться, тоже опустив голову.

"Эх, в этом ты права." - Говорил он.

"Оу. Я уверена, вы сделали всё что в ваших силах, и я уже горжусь вами, за то какую феноменальную работу вы проделали!" - чирикала своим мелодичным голосом богиня среди вас, к чьему голосу вскоре присоединился и харизматичный глас старшего брата.

"О, в этом ты можешь быть полностью уверена, свет моей жизни. " - намеренно звуча флиртующей, Хиро подполз поближе, улыбаясь во все зубы и испуская отчетливые, любовнические намерения. Когда с приключением было покончено, он дал себе полный карт бланш, на получение, как ему казалось, заслуженной награды. "Эти юные ребята показали высший пилотаж и полностью влились в работу, под моим надзором. Мы с ними столько невинных душ спасли, пересчитать трудно. И думаю... Что за такие серьезные старания... Мне положена обещанная награда~" "Я не понимаю о чем ты говоришь Хиро~" - старалась звучать мило и невинно родственница, но потирающие друг друга руки, выдавали её истинные эмоции. Что уже было само по себе странно, ведь вы отчетливо помнили, какими необычными мотивациями, она уговорила подростка отправится в это место.

"Хм? Вот оно как? Как же жестоко это с твоей стороны, играть с моими чувствами. Настоящая роковая женщина! Ну может, тогда это, заставит тебя передумать?' - играя круто обмазывал слова мёдом парень, засунув руку в карман пиджака... И почувствовав пустоту. Вы это поняли по расширившимся глазам тинейджера, который вскоре начал активно шастать руками по всему своему телу, в поиске драгоценной вещицы. "Где она? Куда пропала? Куда!?"

"Хиро? Всё в порядке?" - поинтересовалась ваша сестренка, застав испуганного дипломата врасплох, и дав ему серьезную причину вспотев, использовать все возможные отговорки, ради экстренного отступления. "Что? Я? Абсолютно! Лучше не бывает! А вообще, я думаю мне нужно быстро сбегать по делам. Совсем по быстрому. Ты не против посмотреть ради меня, дорогая, за детьми, пока я занят важными делами? Да? Спасибо большое, любимая моя. Я скоро буду, не скучай!" - выкрикнул нервозный подросток напоследок, уже исчезая в толпе проходящих, расталкивая вас по пути.

"Хе. Над ним на самом деле весело так издеваться. Будет ему уроком на будущее, чтобы не зазнавался.' - хихикала старшая сестренка, чтобы в дальнейшем замолчать. Между вами двоими настала тишина. Келли Обри брыкались друг с другом, споря над тем, какие их недавно изученные способности круче, Банбан в кои то веки наслаждался заслуженным покоем, а вы с сестрой, сидели в футе расстояния, слушая звуки города. Садясь рядом, вы ожидали что она вновь обнимет вас, деформируя каркас в процессе, но похоже, иногда ей приятно просто находится рядом с вами. Чтож, такова её воля, и вы не вправе заставлять её делать то, чего она не хочет. Уж точно не вы. И всё же, это так же не означает, что вы не можете сделать ситуацию в разы лучше для неё. Нельзя ведь позволять возможности протиснуться между пальцев. Таким образом, ваши руки подозвали сестрицу к себе, что она, благодаря годам жизни вместе, сразу поняла. "Хм? Хочешь чтобы я подошла поближе? Хорошо, но тебе лучше тогда показать зачем."

Когда её туловище оказалось на расстояние вытянутой руки, вы, к её внезапному вздрагиванию, пододвинулись вперед, занося руки за шею. В кистях уже сжимался поблескивающий предмет, но в скором времени, к её груди упал платиновый, маленький диск. То было ожерелье. Скромное, простое, но невероятно красивое. Аметистовая луна закрепилась поверх металлического отлива, испуская легкую пульсацию. Фиолетовый - её любимый цвет, а в свете тонкого полумесяца, она всегда выглядела великолепнее, чем когда либо. "Ох... Боже ты мой, это чудесно. Спасибо большое..." - ответ девушки отличался от стандартной реакции при получения подарков. Обычно, будь то дары от последователей или же знаки внимания друзей, она сиюсекундно рвалась отблагодарить их громким словом или же крепкими обьятиями, показывая ту бесконечную благодарность. Сейчас же, вы чувствовали только скорбь и ностальгию, испытывая на себе тяжелый взгляд страдающих глаз. Медленно, осторожно и боязно, девушка положила руку прямиком в центр вашей шевелюры, дав вам пару легких, аккуратных поглаживаний. Это ощущалось... Меланхолично.

Затылком, вы почувствовали его. Владельца двух бездонных, белых глаз, сверлящих затылок и требующих повернуться к нему пустым лицом. Сквозь группы людей, инопланетян и прямоходящих зверей, вы могли легко услышать громкий всплеск, стоило босой ноге чернильного человека в подтяжках, сделать шаг. Один. Второй. Четвертый. Уходящие за невиданное вами препятствие. Через трещину в чертогах корабля. Туда, куда не должна ступать ваша нога ни при каких обстоятельствах. Скоро, он исчезнет и еще долго не вернется. Всё что вам нужно делать, это игнорировать его, ровно как вы делаете это регулярно со своими мыслями.

"Младший брат." - раздался голос старшего из рода, выведший вас из транса. Глянув на деву невиданной красоты, вы видели её серьезное лицо. То самое лицо, которое более не желало слышать бессмысленные речи, мольбы или же жалования. То, которое скрывало тяжелые мысли и просило о банальном послушании. "Иди за ним. Ты будешь жалеть, если не сделаешь этого."

Вы повиновались её воле, вставая с пледа и уходя дальше от семьи. Будь бы у вас настоящий выбор, вы бы никогда не уходили от них и не вставали с одеяла. Но Мари всегда знает, что для вас лучше, потому как о лучшей сестре, вы и не могли мечтать. В покрашенный розовым металлической стене, виднелась грубая трещина. Как раз вашего размера. На земле с отверстием, виднелись красные следы от ног.

-

Вы шли вперед.

Внутри, вас встретили ржавые раскаленные трубы, пускающие горячий пар вам в лицо, не перестающие верезжать. Несмотря на это, вокруг вас чувствовался только леденящий холод. Вы шли по лабиринту, ходят по следу от ног. Вам попалась подгоревшая клавиша рояля. Вы искренне хотели растоптать её и свести до атомов, но внутренний голос, решил что эта вещь важна. Клавиша исчезла в глубинах плаща.

-

Вы наткнулись на странную сценку. Половина свежего арбуза и шесть мешков с вещами. Сцена неправильная, и банально не должна здесь быть. Вы обязаны сделать всё правильно.

Взмах плащом.

Теперь, перед вами лежат половина сгнившего арбуза и пять мешков с вещами. Шестой сгорел. Вышли вперед.

-

Следующая сценка. Старый стол, с клубничным пирогом, порезанным на шесть частей. Рядом лежат картонные шляпы и портативная приставка. Неправильно.

Взмах плащом.

Теперь, старый стол, пять кусочков пирога, сломанная приставка и красивые шляпы. Вы пошли дальше.

-

Вы чувствовали, как Незнакомец находится совсем близко. Но в тоже время слишком далеко, чтобы понять его речь. Еще одна сценка. Тарелка свежего печенья, карты, джекс, мягкие игрушки, книги и рисунки. Неправильно.

Взмах плащом.

Тарелка остывшего печенья, джекс, мягкие игрушки, книги и рисунки. Карт нету. Вы пошли дальше.

-

Опять сценка. Лавочки, лужи, четыре зонта. Неправильно.

Взмах плащом.

Лавочки, лужи, три зонта. Один сожженный молнией. Вы пошли дальше.

-

Сцена. Шесть вертушек, машинки, пазлы. Неправильно.

Взмах плащом.

Пять целых вертушек, машинки и пазлы. Шестая сломана. Вы пошли дальше.

-

У вас под ногами кучка подарков. Вокруг падает снег. Из всех выделяется странный кейс.

У вас под ногами пять подгоревших подарков. Вокруг сильный снег. Кейс раздавлен, сломан и растопчем. Вы ушли.

Вы дошли.

-

Над вами нависает старая, погрязшая в граффити, неиспользуемая водонапорная башня. Вверх по лестнице взбирался красноногий Незнакомец, не удосуживая вас вниманием. Вы последовали за ним.

Войдя следом внутрь водохранилища, вы увидели рисунок в рамке, нарисованного мелками. Рассвет и яркую луну над ним. Часть картинки с солнцем нарисована лучше, чем часть с луной. Вы коснулись рисунка.

Вы всё еще в водонапорной башне. Теперь, перед вами подставка под ноты и картина с несчастной семьей. Они улыбаются. Ноты на подставке нарисованы в ручную, и практически дырявые, от того как сильно и часто вырисовывали каждую ноту. Картина изменилась. Дочь, Отец и Мать выглядят искренне счастливыми. Младенец сожжен до деревянного основания. Выросшая из картины смоляная рука, раздавливает вам голову, как склизкий, гнилой томат. Вы заслужили это.

Вы вернулись в Белое Пространство.

"ПОРА ПРОСЫПАТЬСЯ САННИ. ТЕБЯ ЖДЕТ ДОЛГАЯ РАБОТА"

Chapter Text

Черная смоль, окутала всю землю, под ногами беспечно идущей девочки. Её длинные волосы, не запятнанные веществом, развеивались по ветру, не волнуясь благодаря потокам, а исключительно по воле мироздания. Нужно всегда соответствовать нормам, даже на равнинах горьких слез. Босые ноги, чистые, не просто выделяющиеся, а светящиеся своим противоположным цветом, как первоклассный  мрамор, ступали по водяной поверхности океана. В глубине пейзажа, за уровнем моря, мелькали звезды. Маленькие огоньки, прерываемые в момент своего появления. Однотонность и постоянство - залог успеха.   

Девушке это нравилось.   

Стоическое лицо невольно поднялось в скромную улыбку, которую она была не против одеть и пронести какое то время, прежде чем бросить в пучины бездны. В дали, виднелся некий силуэт. Человек, если быть точнее. С такого расстояния, глаза миледи не могли в полной степени рассмотреть его черты. Интерес перед неизвестным всегда являлся залогом прогресса, и хоть ей не стоило слишком сильно ему придаваться, она всё же пошла вперед, неся деревянного спутника в кисти и любимую корзинку на локте.   

По пути к загадочному незнакомцу, ей попались под ступы диковинные безделушки. Всплывающие из субстанции листы. Нарисованный текст смыт. Удивительная находка, поскольку ничто и никогда не всплывает, однажды упав вниз. Таков закон. Его она знала не первый год.   

Пропуская появления бумажки за бумажкой, юная особа шла дальше к цели, замечая то, как маленькие семена, упавшие с безликих небес, того же цвета что и все её окружающее, в мгновения ока прорастали, пуская корни прямиком в грунт без ощутимого дна. Расцветали, давая сочные плоды ягод, наливавшихся жизнью. Увядали, иссушаясь до трещащей от сухости коры. Целый сад мертвых деревьев, по обе стороны от неё, указывала барышне путь. Дорожку к человеку в чугунной ванне, чье дно обделено свинцом.   

Предмет убранства пуст, если не считать то, что она приняла минуту назад за живого представителя одного с ней вида. На самом же деле, перед ней лежало что-то, отдаленно напоминающее хомо сапиенс. Строение тела гуманоидное, да и одежка хоть о ком то напоминала. Свитер с подтяжками вызывал у леди мигрень, тоже обычно носится ими всеми, но вот голова, отличалась своей странной формой. Свора цепей, закрепленные замками на других замках, где в предположительном месте рта, шла заросшая высушенными сорняками молния.  

В его руках - два пиритовых сердца. Потянувшись к шатающемуся кусочку железа, женщина была встречена рванувшейся к ней синей рукой задохнувшегося создания. Другая же, рука, выполнила задачу самостоятельно, с треском, от ломающихся ростков, расстегнув застежку. Несколько листков, распустились из железной пасти покойника, а единственный цветок, подсолнух, открыл свои лепестки, обнажив ссохшиеся губы в середине бутона, без зубов под ними.   

"Я сам пользуюсь этим советом. И он мне очень помогает. Надеюсь, что и ты в нем найдешь какую нибудь пользу." - сказало оно, прежде чем поднявшаяся к глади туча исписанных листов, развернулась под нею воронкой, начав долгое падение вниз. Вниз, вниз, вниз. Навстречу с ним.  

С громким вздохом, Мари проснулась от своего короткого перерыва и случайно ударившись затылком об белый дом с синей крышей, громко выругалась.  

 "Ауч! Тсссс... Блин, надо же было так резко проснуться..." - утомленно произнесла девушка, гладя ушибленную часть головы свободной рукой. В некоторой степени, всему виной позиция, которую барышня приняла перед короткой передышкой. У случайного дома, на случайной улице, прямо под случайным подоконником.  Кто угодно устанет, в течении часов шатаясь по полу заброшенной реплике греческого города, разбивая головы фарфоровым болванчикам направо и налево, но ведь какая то часть светлой мысли перед отправлением на перерыв должна же была остаться.  

Сев тазом, сдвинувшись и облокотившись спиной на первую попавшуюся к окончанию Царства Истории дверцу жилища, леди прижала близко к груди верную биту, окрашенную в черный, от крови нежеланных врагов. Подле неё, лежала помятая корзинка, с выпирающими из неё безделушками. Верный предмет содержания найденных сокровищ, а по совместительству и просто памятная вещица, всякий раз на кою глядя, невольно вспоминались счастливые моменты, с приятным маленьким мальчиком.   

Отвлекшись вниманием об проявившую себя цель в голове юной женщины, та напряглась, осознав что по прошествию стольких дней, не нашлось ничего, способного рассказать ей о нахождение любимого младшего брата. Облокотившись рукой об ручку деревянного помощника, единственный ребенок Судзуки встал с синей плитки, прихватив с собой переноску.   

"Мгх... Сон во сне. Ну что за нелепица. Так еще и проку никакого. Даже не выспалась." - говорила сама с собой леди, не волнуясь о чужих взглядах, которые она скорее всего могла получить, провернув сей ритуал в реальности. Здесь нету глаз, что посмеют её осудить за выявления обычного одиночества. Если уж нету солнечного мальчика, составляющую ей компанию, то единственным собеседником, остается только она сама. "Ладно, что уж там. Жалуясь, каши не сваришь. Пойду ка я отсюда, по добру по здорову. Всё равно здесь ничего дельного не нашла. "  

Ступая пятками, дева невольно шлепала ими по растекшимся лужам жидкостей, оставшихся единственным признаком утраченной недавно жизни. Куклы, как любила называть их бесстрашная особа, созданиями были надоедливыми.  

 Несмотря на их угрожающий внешний вид, варьирующийся от обычных копий её самой, разве что в разы запутаннее, и имеющиеся странные пропорции высоты и ширины, до звероподобных тварей, с когтями острыми, длинными и вычурными, врагами они скорее приключились надоедливыми, нежели трудными к умерщвлению. В особенности последствиями.  

Бедное платье Мари практически молило о том, чтобы её зашили и наложили хотя бы парочку простецких заплаток, но поскольку в корзинке старшей сестры не находилось набора для шитья, с подходящей тканью в замену оборвавшейся, приходилось идти в тряпках, через орды действующих на нервы монстров. Как ей удавалось сбивать с ног очередного монстра, махать битой и делать блестящие пируэта с течении такого долгого времени, было прекрасно понятно. Не успокоится душа несчастной сновидицы, покуда руки её, не притянут долгожданную кровь обратно к холодной груди.   

Ощущала ли девушка какие нибудь трудности, в сражении с мерзкими порождениями воображаемого мира? К сожалению, огромные. С пропажей крошечного родственника, битвы стали гораздо труднее. Раньше, в путешествия с рисунка на рисунок, малец висел у неё на плечах, помогая в течении конфронтаций, используя зарисовки в блокноте, то для призыва подмоги, то для излечения ран обожаемой им сестры. Теперь, этого конечно же нету, отчего Мари и приходится тщательно следить за ситуацией, ведь любая полученная атака, может оказаться последней.   

"Черт. Кто же знал что эти штуки так больно бьют." - хватаясь за бок прошипела студентка, осматривая запятнанную алым кисть. Конечно, во сне от кровопотери умереть было нельзя, но само ощущение жгучих мучений, хотелось бы стереть да побыстрее. Последняя кукла хорошенько её помотала, засадив тремя клинками  прямиком в бок. За это, она размозжила ему черепушку, запятнав без того ужасно выглядящие одеяние. Бормоча проклятия и топая ноющими конечностям по узеньким дорожкам переулков, ей волей не волей, пришло осознание, что что-то да проскользнуло сквозь пальцы. Забытие. Уходящий, яркий эпизод гротескной сцены появился в одном месте, а к следующей минуте, покинул чертоги волнений молодой воительницы.   

"Ннгх... О чем был этот сон? Я точно уверена что он очень важен. Но почему так о нем сильно волнуюсь?" - cпросила саму себя Мари, ударяя легонько основанием рукоятки, в надежде что хотя бы малая доля грубой силы, вернет на место ускользнувший кусочек пазла. Увы, это только раззадорило нахлынувшую мигрень. "Стоп, подождите. Как я вообще могу видеть сны, внутри сна? Это ведь бред какой то. Да и каждый раз просыпаясь в колледже, я помню о наших с ним путешествиях. Моя голова убивает меня. Хорошо хорошо, об этом можно будет подумать потом. Надо... Надо просто продолжать идти до пледа."  

Именно это она и делала. Шаг за шагом, ступенька через ступеньку, обходя врагов, встреча с коими должна была окончится неприятной потосовкой, но благодаря тщательному, скрытному движению героини, не начавшейся впринципе, дамочка подходила ближе к месту назначения. Переходной черте между Царством Истории, землями хранящими в себе множество загадок остальных мирозданий, ныне пустые, и Спокойным пространством.   

Та черта, разьединяющая ничто, с чем-то.   

Добралась она в конце концов через пару минут, и с расслабленным вздохом, прошлась несколько футов по гладкой поверхности пустоты, в течении нескольких секунд, радуясь хоть чему то. Всё таки, ходить по чему то помимо хлюпающих луж и жесткому камню, всяко приятнее. Но не пройдя таким шагом и пары минут, та упала без сил на удобно расположенный плед, лицом в первую очередь.   

Корзинка и бита оказались рядом, выпав из рук девочки, в то время как той, на подобные вещи, совершенно не было дела. Плед ощущался инородно. Пустым, если сказать точнее. Холодным и безжизненным. По другому быть не может, ибо свет её сновидений, один из малочисленных лучиков, делающий студенческую жизнь трудоголички лучше, исчез без единого следа.   

Прошло двадцать четыре дня. Сутки, проведенные в натуральных кошмарах, будь то на яву или же здесь. Пока в университете она старалась изо всех сил сохранять свою гордость лучшей ученицы заведения, сдавая экзамены  и живя как хороший самаритянин, в сих чертогах, она не получала ни крошки расслабления, загоняя себя как хворую лошадь за плуг. Это то что банально нужно сделать, позабыв о страданиях.   

Без Муни, всё это место не имеет смысла и причины для существования. Зачем исследовать картины, сражаться со злом и прорываться через невероятные преграды, если рядом нету любимого человека, с которым так хочется разделить момент яркой эмоции. Любая мелочь, да тот же плед в квадратную мозаику, напоминает ей о нем. О том, как наверное он напуган. Ему никогда не нравилось быть одному. Без старшей, сильной, заботливой сестры, чьё оружие разрушит всякую преграду. И хотя настаивающаяся боль в душе Мари разрывает её как мерзкий паразит, ей необходимо подняться, сжать древко по сильнее, и отправится в дальнейший путь. Это всё, что она может сделать.  

Но как? Как заставить себя следовать зову долга, если сердце, разум и желания девушки, кричат под пытками существования, чтобы она легла хотя бы на минутку. Растворилась в инородном успокоении значимого места, позволив тому на пару часов, смыть её невзгоды. Но Мари известно, что произойдет, если это решение станет окончательным.   

Наступит финал её путешествия.   

Попытки отыскать дрожайшие светило среди белой пустыни и выдуманных миров, уйдут в никуда, попросту став бесполезно потраченным временем. Не будет никаких 'пары часов', а только апатичное ожидание сердцебиения в этом затишье, прежде чем с очередным разрезом плоти, глаза девушки откроются вновь.   

Понимание сего концепта не делало затруднительный выбор ничуть легче. Как раз таки наоборот, покуда подпитываемой жестокой информацией внутренний конфликт, натурально пытал волю несчастной путешественницы. Стресс достигал аномально опасных значений. Вокруг сплошь холод и мороз, хотя о ветре в Спокойном пространстве не было слышно в течении многих лет, пальцы впиваются в руки и шерстяной покров одеяла, стараясь минимально возможными усилиями обеспечить себя приятным чувстом а тело, работая на автомате, сворачивалось клубком, дрожа в бескрайней печали. Муни был её единственным источником тепла. Она не может не то чтобы жить здесь, а даже банально существовать без его чудесного присутствия. Они - одна душа, разбитые на половинки. Убери одну, умрет вторая. Плюс к списку длиною в мили. Но прежде чем отправляться к следующему рисунку, ей нужно всевозможными способами восстановить энергию. Как нибудь, используя что угодно. Кого угодно.  

И этот кто-то, пришел к ней на зов вопящего сердца.   

За семью преградами, появившись из под ранее пустого одеяла, встал Мистер Пух. Сосед измотанной музыкантши, чьими услугами по освобождению разума от ужасных мыслей, пользовалась пару раз, с дня пропажи младшего брата. Упомянутый мальчик всегда старался наладить контакт с живущим далеко отшельником, чему она всегда радовалась. Социализация молодого поколения, вещь безусловно хорошая, хотя в данном случае, у неё присутствовали некоторые сомнения по поводу приемлимости перспективного нового друга. И в то время как его они перестали пугать спустя какое то время, её же, волновали по сей день. Назови любой инцидент с проявлением его характера, и не будет возможности назвать хотя бы один адекватным. Яростное избиение невинной клавиатуры, приступы конвульсий, пытающихся пародировать танец, но лажая по всем фронтам, неподобающие действия под накидкой при помощи правой руки, средь бела дня, а так же многие другие.   

Но испарись все указанные неприятности в его поведении, она всё равно не смогла бы его видеть в позитивном ключе, ведь простейший зрительный контакт с ... пустым местом  на территории лица, дарил ей тонну противоестественных эмоций. Как будто она в любой момент сорвется. Совершит поступок, о коем пожалеет в дальнейшем. Неприятное чувство, однако по другому, ей не удастся справится с наплывающими ччувствами. По крайней мере, его появления обозначало возможность выговорится о накопившемся, что уже становилось крайне важным преимуществом.  

Найдя крошечную силу внутри себя, распластавшаяся Мари, с горем пополам, оперлась на стопы. Резкий подьем окрасил зрение девицы черными пятнами, хорошо что  только на короткий миг, и послал волну головокружения. Справляясь с трудной задачей по сохранению ровной осанки, странница зашагала по направлению к нему, собирая упавшие вещи в бездонное хранилище. Оружие возмездия над теми, кто посмел забрать у неё величайшее из подаренных сокровищ, вернулось в ножны, если так можно назвать старую корзинку, используемых на пикниках. Различные закуски, безделушки, другие инструменты получения желаемого и обмундирования бренчали, когда между ними пролезал деревянный обьект. Звук по своему приятный, женскому уху. Своего рода обозначения прогресса, достигнутого непомерный трудом. Конечно весь багаж не помещался в скромную, хоть и зачарованную сумку. Пара - тройка предметов, оставались в её карманах, тех что чудом уцелели на платье барышни. Под предметами, разумеется подразумевались загадочные бумажки, гипнотизирующие даму только одним своим существованием.   

Даже сейчас, позволяя ногам вести душу к ближайшей к незнакомцу точке, пальцы пианистки невольно нащупывали клочки загадки, обжигаясь при малейшем соприкосновении. По неизвестным причинам, с болью от контакта, она всё равно продолжала повторять одни и те же действия. Как ребенок, знающий что его накажут за поедания сладкого перед ужином, всё равно тянущийся в банку с ирисками.   

Мысли закончились раньше, чем успели врубиться на полную мощность, стоило пальцем стопы коснуться ползущих конечностей. Почувствовав их прикосновения, Мари сделала несколько шагов назад, истощённо глядя, как задетая в середине работы рука, останавливается чтобы сжать кулак, и без слов побранить, помахав им в воздух, вернувшись к исполнению первостепенной обязанности. В сей раз, оно не стало возвращать её к пледу.   

Диковинка, по другому не сказать. Хотя возможно, эта шутка поняла о том, что касание было не намеренным. Несмотря на произошедшее, девушке в любом случае дальше не пройти. Конец дороги и последний пункт. Семь кругов, семь барьеров, семь циркулирующих по одной и той же траектории армий из чьих то рук. Дочь семьи Судзуки долгое время задавалась вопросом, зачем они вообще существуют среди Спокойного пространства. Каков их смысл и устают ли они время от времени. Однако по прошествию первых месяцев, после попадания сюда, миледи стало откровенно всё равно. Иногда, сны, часто включающие в себя тайные смыслы, это просто сны.  

"Здравствуйте..." - говорила молодая женщина, стоя в множестве футах от него. Получивший голос оказался болезненно хромым. Горькая деготь, заместо душистого меда. Таким тоном и говором, спетая брату колыбельня, скорее всего обратилась бы ужасным завыванием. Неподобающий атрибут для леди её статуса. К сожалению, другим пользоваться нету возможности.   

Оторвав глаза с тянущими вниз мешками под ними, дама заметила отсутствие внимания от Безликого человека. Его фигура шаталась под воздействием энерции, уходя от одного направления к другому. Похоже, он что-то искал. Важное наверное, раз уж не заметил её приближения и приветствия. Хотя, более высок шанс что до его ушей не дошел тот слабый голос, коим она произносила свои изречения. Мари не в силах кричать так же, как вчера , но может по крайней мере попытаться.   

"Вы меня слышите?!..." - ответа не последовало. Да и для самой музыкантши, её речь звучала не сильнее обычного гласа, разве что цена, с которой пришли словосочетания, вышла высокой. Горло заныло, и некий комок застрял по середине. Ей удалось его проглотить, но не без трудностей. Ощущения горькой субстанции на языке, с железным привкусом, оставило след во рту барышни. Не хорошо. Судя по всему, недавняя стычка с куклами оставила урон не только на её наружной оболочке, но так же и внутренней. Для предотвращения последующий кровохарканий, точно нужно воздержаться перед криками во всё горло, иначе легкие с глотками, не выдержат жестокой нагрузки. Но это так или иначе, оставляют молодую особу с соответствующим вопросом, что же делать дальше? Каким образом ей заставить делящего с ней палаты человека, заметить слабые стенания?  

В полу здравом состоянии, лампочка загорелась над головой девицы. Стоя на ногах с немалым усилием, она засунула руку по локоть в переноску, шебурша там неустанно. Твердые и жидкие, горячие и  холодные, настоящие и ложные вещицы тянулись к подушечкам пальцев пианистки, стараясь угодить полезностью величественной хозяйке. Сотни рекрутов остались незамеченными, поскольку ей вознадобился лишь один из них, кинутый почти что на дно корзинки. Грохоча и стукаясь об неудачливых собратьев по долгу, из кучи полезного, появился необходимый.   

Старенький мегафон, потертый за годы пользования. Какие бы приключения у них с Муни не случались, устройство могло пригодится в любой момент нужды. Не только по изначальной задумке, но и во других ситуациях, по типу оглушения врагов, запугивания нападавших, или же вовсе открытия необычного прохода. Сейчас же, его польза окажется в первостепенной функции. Повозившись с ним для настройки усиления голоса, так же заменив батарейки, вдруг чего случится, Мари включила громкоговоритель, сделав несколько глубоких вдохов, надеясь что результат, получится более менее удобоваримым.  

"Хей..." - Итог, оказался неудовлетворительным. Старания были маленькими, а учитывая то, в каком она сейчас находится состоянии, и вовсе стоило себя пожалеть, но для музыкантши, малейшая ошибка с изьянами на пару, воспринимались словно удар в печень. Тщательно сохраняя свой прежний облик позитивной старшей сестры, надеясь что у неё это получается, барышня припустила аппарат на дюйм другой ниже, чтобы черные глаза её, увидали получившуюся реакцию.   

Частично, процент разума студентки ожидал повторения прошлых последствия. Если быть точнее, целого ничего. Потому то, персона слегка удивилась, заметив издалека, как же быстро повернулась плюшевая голова. Настолько, что ей становилось невольно боязно за здоровье загадочного мальчика. В любом случае, усилия оказались ненапрасными и теперь, она может говорить. Грядет монолог, но с известной манерой беззвучного общения, ей возможно удастся вытащить крошки информации из себя, и из него.  

"Здравствуйте, я вам не помешала?" - спросила женщина, чувствуя в стопах короткий миг слабости. Конечности подкосились, дав краткий миг на восстановления прежней стойки, но этого хватило, чтобы в голове у немого собеседника, скорее всего сформировалась представление о её состояние. Выглядеть столь изнуренной, жалкой и уязвимой, испокон младенчества, было для неё пугающим элементом повседневности. Будь то ранка об уголок бумаги или же серьезный случай деформации конечности, она не могла вытерпеть жалобных взглядов людей, увидев её в таком состоянии.   

Мари - гордость своих родителей. Первенец и та, кто впитала в себя всю их заботу, поддержку, усилия вместе с кровопролитными тратами. Показать себя до такой степени жалкой, равноценно оскорблению ко всей их любви. Хорошая дочь всегда волнуется за пять вещей. Облик, репутацию, родителей ,других людей и свои важнейшие принципы. Что же до сейчашнего мига, то у неё не было малейших сил исправится, дабы показаться лучшей версией себя. Недопустимо, но в тоже время, непоправимо.   

Юнец молчал. Стоял ровно, руки повисли без эмоционально, а голова смотрела прямо на неё. Вид конечно, у него загадочно оталикивающий. Если навести марафет и сменить одежду, его легко спутают с неодушевленным манекеном,  что уже по своему пугало девицу. Однако, по другому никак. Придется брать что дают, ведя себя подобающе в процессе одностороннего разговора.  

"Ясно. Сомневаюсь что вы нашли хоть какие то признаки Муни. Я тоже ничего не обнаружила среди многих городов, миров, замков и планет. Все эти места без него стали такими... Блеклыми и безжизненными..." - бормотала девушка в мегафон, сжимая его изо всех оставшихся сил. Их было мало, от того и пластиковая рукоятка прогибаться отказывалась. Всё описанное ей, есть правда. Похищения её маленького, верного солнца, означала разруху не только для жительницы белых пустошей, но и для каждого нарисованного им пейзажа. Потеряв создателя, нарисованные земли превратились в оставленные версии самих себя. Жители лишились душевной натуры, обратившись мертвой шелухой. Фразы, коими они кидались в кого попало, стали жалким подобием личностного выражения. Ранее красочные виды, оделись в завывающие одиночеством формы, дав куклам шанс на своеволие. Рай, стал адом. И всё только из-за исчезновения одного мальчика. Космического юноши, чей свет согревал красочные вселенные, но что самое главное, их вместе. " Вы не против, если немного помыслю вслух? Не знаю каковы причины вашего молчания, но мне было бы очень приятно, если кто-то выслушает мой бред головного мозга. Кто нибудь помимо изначально созданных братом существ. Кем то, кто не будет моментально заверять мне что все наладится... Позволите?"  

Парень в пижаме не выразил отказа. Будь бы ему и впрямь противна мысль выслушивать чей-то надоедающий скулеж, он определенно бы ухватился за свой маркер, как это произошло вчера. Соответственно, это молчание, спокойно восприняла как согласие. В голове девицы, закружились воспоминания. Пленка жизни отошла с пустого места, и завертелась в механизме под названием мозг, предоставляя Мари широкий ассортимент тем для обсуждения. В её руках лежал шанс выговорится обо всех трудностях, давящих на плечи в течении долгих недель. Потеря единственного брата, давление со стороны суровых педагогов, дискомфортные звонки по телефону от родителей и многие другие. Неизвестно, достанется ли ей еще один шанс выговорится перед кем то, кто настолько чистосердечен, чтобы просидеть на одном месте часами, всасывая в себя информацию. По прошествию нескольких минут, среди целого водоворота мыслей, пианистка обнаружила лучик света, манящий её пульсирующими волнами. Отправная точка, ставшая катализатором каждого будущего смеха, пролитой слезы или же стиснутых зуб.   

"Спасибо вам большое. Я постараюсь не забирать у вас слишком много времени, но... Есть шанс что немного заговорюсь. Заранее извиняюсь." - преждевременно предупредила дева, усаживаясь рядом с ползущими руками и не убирая мегафон от рта. В некоторой степени, она надеялась что у штуки хватит зарядки на весь разговор. "Чтож... Я помню тот день, будто бы он произошел вчера. Та ночь, когда мы встретились..."  

Chapter Text

/Два года назад/ 

Вытянутая ладонь, приняла свою позицию в кругообзоре молодой, семнадцатилетней старшеклассницы. Совершенно белая, как свежий лист высококачественной бумаги, сделанной исскусными мастерами древности. На руках проступали вены, сочленения, были видны ямочки в коже, суставы,  те или иные выделяющиеся элементы человеческой анатомии. Если в голове и было сравнение с чем либо, то первым кандидатом становился набросок на рисунке. Быстрый, невзрачный, но до ужаса качественно сделанный.  

Мари разглядывала руку как под лупой, стараясь найти хотя бы крошечные недостатки, выпадающие из видного совершенства. Но увы, таковые отсутствовали. Ровно как во всём остальном теле ученицы. Волосы расчесаны , ухоженные шампунем с лавандовым запахом, лицо чисто, не показывающие ни намека на потенциальные прыщи, вызванные подростковым возрастом, а платье, мягкое, расплывающиеся при касании её перстами, лежало совершенно завораживающе. Совсем не похоже на реальный мир, где перечисленные атрибуты полностью противоположны. Хотя, есть одна деталь, связывающую нынешнюю музыкантшу, и ту, что заснула час назад на старой кровати, в доме своих дальних родственником. У них обоих не работали ноги. Конечности отказывались слушаться, отвергали команды нервной системы, распластавшись по клетчатому пледу, безвольно пролеживая свободное время.  

Вот уже трое суток, Мари лежала часами в этом странном мире, не способная сделать абсолютно ничего, помимо сжигания времени впустую. Ей не было понятно тогда, с какого перепугу во время очередного шести часового сна школьницы, она оказалась посреди целого, белого ничего, выглядящая не похоже на естественную себя, и не было понятно сейчас. В какой то момент, девочка начала пытаться осматривать это странное пространство, в поисках хотя бы какого нибудь объяснения своего возникновения посреди пустоты, но рвение быстро угасло, когда слабые руки композиторши не смогли утащить её дальше нескольких метров.  

Сдавшись воле неподготовленного к нагрузкам тела, дочь Судзуки провела часы наедине с самой собой, глядя в потолок, или это небо, до конца неизвестно, позволяя себе уплыть под натиском мыслей. Дорогое удовольствие, недоступное обычным смертным, если конечно чутка преувеличить, но основные причины маячили прямо перед глазами. Учеба, социализация, общение с её законными представителями, то бишь тетькой и дядькой, постоянные приемы по врачам, чтобы узнать дальнейший курс лечения. Целый комплекс проблем, оставивший подрастающую женщину с ничтожно маленьким количеством свободного времени.  

Но здесь же, у неё появилась хотя бы маленькая доля тех минут, что ею использовались на размышления. Однако, как бы это ни было печально, даже сейчас она не тратила его на что-то полезное, в духе вопросов о дальнейшей жизни, карьере, страсти к сочинению и прочего. Нет, её разум до конца погряз в волнение о природе сего феномена. Как на яву так и во снах, Мари старалась додуматься, что же происходит вокруг неё? Простой осознанный сон? Но разве сны такого разлива могут быть полностью осознанными и тянуться часами? Звучит как нелепицы. К тому же, они обычно сопровождаются неограниченным контролем над тканью мироздания сновидений, а значит подконтрольны её воле. Не то чтобы девица хотела что-то менять, помимо возможности использовать нижние конечности по прямому назначению.  

Впринципе, ей нравилось это место своей тишиной. Спокойное, непрерывное и постоянное. Три черты привлекающие барышню в выдуманном мире. Или не совсем выдуманном, но она снова отвлекается. Дело ведь в причинах банального существования этого пространства. Зачем её мозг создал его, и создавал ли вообще, вот в чем вопрос.  

"Может, мне стоит просто расслабится и успокоить голову?" - сказала парализованная ниже копчика, несколько апатично смотря в никуда. Такая мысль пронеслась у неё в голове, хотя она была практически на сто процентов уверена, что из этого не выйдет ничего хорошего. Почему то, её мысли не всегда имели конкретный конец в этом месте. Думы о законах пространства уходили куда то далеко далеко, с неумолимым прошествием той или иной минуты, оставляя в мозгах Мари только принятия. Хорошо что у неё еще были желания и любопытство, направленные к однотонной пустыне, но по какой то причине, они становились слабее. "Аргх... ну почему это так сложно. Я уже начинаю думать что это место не благословление, а какое то проклятие. Вот бы чем то себя расслабить..." 

Как по волшебству, желания старшеклассницы превратились в реальность. По тихим землям, раздавался стук чьих то шагов. Первые колебания, не являющиеся шуршанием платья парализованной или же её дыхания. Изголодавшись по любым звукам, головы будущей студентки моментально повернулась на девяносто градусов, ложась щекой на шерстяную ткань пледа. Незнакомец был слишком далеко, чтобы рассмотреть его в деталях, но еще ничто не могло устоять перед нащуриванием глаз.  

То был мальчик, от двенадцати лет. Хрупкий, низенький, и в некоторой степени милый. Довольно таки необычный, если преуменьшить шок, испытываемый Мари при осознании что его волосы, это буквально языки чертового пламени, сформировавшие опрятную, зализанную прическу. Для всякого ребенка это нормально иметь пару недостатков в шевелюре, но она подметила, что все волосинки лежали как влитые. Лицо же мальчугана, было простым, но по своему очаровательным. Кроткие черты, детский жирок, где это давало ему очки  по красоте, и глаза, смотрящие прямо на неё с неподдельным любопытством.  

По сути, ей теперь не составляло труда рассмотреть его получше, когда он уже подходил к её местоположению, но ничего кроме конкретного вида одежды, шортиков и футболки,  она не подметила. В любом случае, её не интересовал внешний вид мальчёнки, а скорее то... Кто он, и почему выглядит таким знакомым.  

"Оу. Привет? " - неловко спросила молодая особа, оперевшись на локти и полностью повернув голову в сторону подошедшего юноши. Его ноги остановились прямо перед кончиками пледа, не заходя за границы чужой территории. Лицо ребенка не выражало никаких эмоций, пока глаза светились желанием узнать, кто же она такая. Ровно такое же желание что и у неё. "А как тебя зовут?" 

Паренек не ответил на вопрос травмированной девушки, продолжив смотреть своими необычно светящимися глазами. Через несколько секунд безмолвного зрительного контакта, он пожал плечами.  

"Подожди, у тебя нету имени?" - спросила Мари, не понимая, как у кого то может не быть имени. Это первое, что делает со всяким ребенком, когда те рождаются на свет. В тоже время, если учесть возможный вариант сути её существования в месте, помимо спальни, он может быть и продуктом воображения молодой школьницы, хотя прямо сейчас это было последнем, о чем ей хотелось думать, после обнаружения другого человека. "А где твои родители? Они ведь должно быть волнуются за тебя" 

Снова плечи. Желудок старшеклассницы наполнился чем то тяжелым, при разных вариантах трактовки его ответа.  

"Подожди. Это значит что о тебе не волнуются родители, или то что у тебя их нету?" - задала в очередной раз будущая студентка, прекрасно понимая что любой данный им ответ, не будет приятным для ушей. По итогу, то были два пальцы, поднятые юнцом на одной руке. Бесспорно милый жест, но недостаточно для снятия её беспокойства. "Второе значится. Ясно... Но что ты тут тогда делаешь?"  

Здесь же, появилось некоторое разнообразие в знаках. Сначала он указал на неё своим, вторым после большого, пальцем. Затем сложил обе ладони вместе. А потом повернул кисть за неё. Повернув голову себе за плечо, девочка обнаружила целое ничего. В голове сразу же появился одно предположение, и она понадеялась, что оно было правильным. Ей редко нравилось слишком долго предполагать.  

"То есть... Ты пришел сюда, чтобы куда то меня увести?" - высказала свою теорию Мари, получив в ответ совсем чуть чуть сморщенно неуверенное лицо и покачивание кистью, как лодкой в бурю. Жест неуверенности в такой интерпретации. "Ну чтож, я бы была только рада куда нибудь пройтись, да вот только ноги не слушаются. Вообще. Правда, не могу даже пальцами пошевелить." 

В качестве прямого доказательства, черноволосая потянулась к своей большеберцовой кости, и схватившись кистью за кожу, что её покрывала, подняла на фут от земли, отпустив через добрую секунду. С глухим стуком, вся конечность упала, пародируя  продолговатый мешок картошки, или же старое бревно, если кому более приятна такая аллегория. 

"Видишь? Жалко конечно, но что поделать. Могу конечно попытаться поползти за тобой, однако меня надолго не хватит, так что... Зачем ты протягиваешь мне руку?" - сначала сказала а потом спросила юная музыкантша, оглядев расположившуюся перед её лицом крошечную кисть. Ручка тоненькая, и с виду мягенькая, повисла в пространстве с растопыренными пальчиками, дожидающимися ответа девушки. В ответ, она могла только задрать бровь в недоумении. "Ты хочешь помочь мне подняться?" 

Он кивнул.  

"Ну, конечно очень мило с твоей стороны, но из этого ничего не получится, как не старайся. Я парализована. Здесь уже ничего не подделаешь." - скептически проговорила ей известный факт. Как бы сильно она не старалась во время походов к докторам, особого прогресса не выходило. Всё ограничивалось только таблетками, чтобы ослабить фантомные боли, да консультациями с темой о возможной терапией. От последнего, девочке пришлось вечно отказываться. График был неумолим, и в нем отсутствовали даже крошечные промежутки свободного времени. Конечно, звучит довольно таки депрессивно, но её стойкость уже как годы держит школьницу на твердой опоре.  

Так или иначе, объяснение ни чуточки не поубавило настойчивости парнишки, чьи кисть сохраняла своё устойчивое положение, прибавив к жесту еще и скромные, щенячьи глаза. Обычно, Мари на такое никогда бы не купилось. Всякая гиперболизированная детская эмоция, будь то громогласный рев загнавшего занозу в палец ребенка, или же агрессивная истерика какого нибудь мелкого дурака, воспринималась ею с отвращением. Она приземленный человек, а соответственно счастье себе не находила, пребывая в тихом окружении, и практически сходила с ума, окруженная хотя бы двумя чужими детьми. Однако по неизвестной причине, стоящий перед нею ученик средней школы, по её предположению, если у него есть хотя бы знания о том что такое школа, не вызывал такой реакции. Совершенно наоборот. Вид его трепыхающихся век, сияющих глазок и кроткой линии вместе губ, заставлял девушку чувствовать смешенные ощущения. Не до конца ясно, просто ранний материнский инстинкт или же умиление молодцом, но ей почему то очень хотелось верить этому крошечному пареньку с солнцем на голове.  

Тяжело выдохнув, посмотрев в сторону, чтобы не показаться слишком грубой за интенсивный взгляд,  Мари подумала какое то время и пришла к заключения, что можно дать мальчику хоть какой то шанс показать себя. В конце концов, она лежит посреди целой белой бесконечности. Может таким образом, ей и впрямь получится снова работать нижними конечности?  

"Хорошо, уговорил меня. Посмотрим..." - бормотала молодая пианистка, кладя свою в два раза больше, по сравнению с его, кисть. Резкая тяга воздействовала на руки барышни, и вот, одним проворным телодвижением... 

Её ноги работали. Они, на самом деле, работали.  

Шок поразил сознание девицы молнией, отключив любые беснующиеся мысли, оставив на едине с будоражущим фактом. Глаза, столовые блюдца, глядели прямо вперед, боясь что посмотрев вниз, окажется что ничего из испытываемого спектра чувств не реально. Однако она уже, может понять что это взаправду происходит. Её пятки, годами мертвые, снова способны отправить сигнал вверх по позвоночнику с подробным описанием, на что они опираются. Пол без какой то конкретной температуры. Почти что бесформенный воздух, только твердый и удерживающий девушку в прямом положении. Простояв так в ступоре, не замечая как волнующаяся ручка крошечного спасителя, сжимает кисть барышни, дочь Судзуки в конце концов смотрит вниз, на сто процентов убеждаясь в реальности сумасшедшего явления. Она снова стоит, и может чувствовать ими. Но доступна ли ей их первичная функция?  

С немым вопросом, на автомате отодвинув от себя короткого ребенка, Мари приготовилась к решающему моменту. Половина радости от ситуации уже испытана, но если сейчас окажется, что она еще и может полноценно ходить на своих двоих, её счастью не будет предела. Пред ней только один цвет, и плед, кое как вместившийся в угол обзора. Настало время сделать первый шаг за два года, даже если не на яву. 

И он оказался успешным. Необходимые в выполнении двигательной задачи мышцы, напряглись в соответствующим им порядке, удерживая музыкантшу прямо, и переносящую вес вперед. Целый шаг, а от счастья легко воспарить в небесах. Может она конечно и не умеет летать, ведь Бог не дал ей при рождении крылья, но она теперь уж точно может бегать. Снова. Именно этому ей захотелось вверится, чему Мари отдалась с огромным удовольствием. Шаг второй был с такой же скоростью, что и  предыдущий. Шаг пятый стал немного быстрее. И вот, на сотый шаг, она неслась как кошка, увидевшая солнечного зайчика, не жалея сил и вкладывая все свои усилия в движения ногами. Расставляя руки, улыбаясь как никогда раньше, подросток летела без оттягощяющих мыслей, отдавшись вышедшему на волю желания свободы. Руки оставались позади, развиваясь вместе с волосами под силой двигательного потока, а грудь будущей женщины проигрывала бой с назревающим наступлением продолжительного смеха, вскоре прорвавшего оборону и развезшийся по всему бесконечному миру.  

Она не могла вспомнить дату, когда в последний раз смеялась так громко. Так искренне и болезненно приятно. Слезы сами выступали в уголках глаз старшеклассницы, падая толстыми каплями на землю, в метрах позади неё. Она плакала, смеялась, рыдала и заикалась от смеси обоих первичных факторов, но в общем смысле, была счастлива.  

Инцидент с потерей двигательных способностей, стерся из её воспоминаний. Мари иногда припоминает те давние дни, когда она ходила по свеже скошенной траве босыми ногами, или же проводила часами за бессмысленными разговорами с тогда еще молодым Хиро. Несмотря на почти полную недоступность тех счастливых дней в эти годы, ей всё еще были дороги каждые из выбитых зубилом времени моментов. С возвращением такой, казалось бы, обычной вещи, молодая дева могла чуть ли не буквально ощутила, как груз, весом в года, сходит с плеч, даря ей свободу.  

В порыве момента, обычно спокойная и взрослая леди, потеряла себя в эмоциях, крича как полоумная, сделав круг назад и со всей силы, повалив мальчика на землю, сжимая титановой хваткой.  

"Спасибо спасибо спасибо спасибо! Боже ты милостивый, спасибо тебе огромное! Ты понятия не имеешь, как многое это для меня значит!" - навзрыд выла девочка, придерживая одной рукой затылок ребенка, тем самым вжимая себе в плечо голову, а второй хватая спину , стараясь хоть как то передать всю серьезность своих изречений. Если бы не сила эмоций, омывающих прямо сейчас Мари, то она бы заметила, как парнишка в ответ гладил уже её спину. 

В долгом контакте, сидели они на пледу. Еще не скоро два человека отошли друг от друга, но когда это всё же произошло, девочка вернула себе мину кроткой дамы, извинясь перед клириком , сидя на коленях. Для других людей, подобная поза вызывает ничего кроме физического дискомфорта, но изголодавшись для любого вида ощущений, она совершенно не противилась боли в тех конкретных зонах.  

"Ох, простите пожалуйста. Я слишком сильно отреагировала. Просто понимаете, вы появились из ниоткуда, внезапно вернули мне работающие ноги, переволновалась и... Неважно. Так или иначе, мне очень жаль за такое поведение." - опустила голове в знак глубочайшего сожаления скорая студентка, пристыженная поступком. Но к её удивлению, мальчик с огненными волосами не то чтобы очень волновался по этому поводу. Смущенный поведением новой знакомой, он быстро помахал руками, затем соединив большой и указательный палец вместе, как бы говоря что всё хорошо. Благо у Мари присутствовали способности к интерпретации столь минималистичных жестов. "Оу. Ну, если ты так говоришь, то хорошо. Но всё же. Спасибо тебе за такой великолепный подарок." 

"Кстати, моё имя Мари. А у тебя же имени, как я поняла, нету. Верно?" - Спросила она, в качестве затравки для односторонне звучащего диалога, на что получила подтверждающий кивок. "Ясно. Ты тут первый, кого я встретила за несколько дней, и если ты не возражаешь продолжения нашего общения, могу я дать тебе имя?"  

Снова кивок, но на сей раз, более игривый чем предыдущий. Видимо, возможность получить имя от неё очень нравилось маленькому проказнику. Мило. 

"Хм... Может тогда Санни? У тебя волосы похоже на солнце, вот я и подумала... Ох. Тебе это не нравится." - ответила одновременно с ним на вопрос сама задавшая, когда юноша, нахмурив тоненькие бровки, быстро покачал головой. В следующую секунду, движениями рук, он объяснил почему. Два пальца на правой руке, соединились в большой кружочек. Вытянув его прямо, он качнул головой, показывая своё негативное мнение. На другой же руке, показал пальцами более маленький кружочек, и в противоположность прошлому, кивнул.  Две ладони были параллельны друг другу. "Так... Тебе не нравится солнце, и ты хочешь что-то противоположное ему? Я правильно всё поняла?"  

Очередной кивок.  

"Параллельно солнцу, что-то маленькое... Луна? Как тогда такой вариант - Муни?" - предложила Мари, и чуть ли не ослепла, литературно, от того, какой же радостью засветился мальчонка. Его глазки превратились в крошечные, сверкающие звездочки, кулачки сжались ну уровне плеч, а губы полоской искривились в скромную, маленькую, очаровательную улыбку. Сердце девушки пропустило удар от такой умилительности, но собрав себя обратно и напомнив что среди них двоих она должна быть ответственной, кротко ответила своей улыбкой. "Чтож, вот и договорились! Рада с тобой познакомится, Муни. " 

Мальчик засветился от счастья, чуть сильнее сжав кулачки. В следующую минуту, он всё таки взял молодую особу и пошел дальше в никуда, ведя её за собой. Ладошка юноши обволокла девушку своим невообразимым теплом, насыщая особенной энергией до самого плеча. Это ощущалось так, как будто бы в увядающую лилию вдохнули жизнь, давая столь нужные питательные вещества, становящиеся катализатором цветения. К замешательству юной леди, их шаг пошел намного дальше, чем она изначально ожидала.  

Её первыми предположениями было что он, всего напросто хочет помочь ей встать и уйти с надоевшего куска шерсти, но судя по всему, планы его отличаются. Примерно через сотню шагов, когда очертания ковра стали почти незаметными в отдалении, пара остановилась. В поле зрения музыкантша попалось странное скопление предметов. Какая то дверь, еще одна фигура, кровать и стол с компьютером. Мари хотелось пройти вперед, поинтересоваться, живой ли там еще возможный житель загадочных земель, но изменение направления младшего из их дуэта, отложило идею в долгий ящик. Она всегда сможет сделать это в следующий раз. Ведь ноги теперь то работают.  

И вот, она да Муни, остановились посреди пустого поля. Те две локации, её изначальная точка пробуждения во сне и непонятная местность дальше от неё, стали не более чем размытыми элементами окружения. Остановившись посреди сего места, новый друг осмотрел восемь направлений на наличие некоторых отвлекающих факторов, а когда его неизвестные критерии качества оказались полностью удовлетворены, потянулся в задний карман шортиков.  

Оттуда он достал простенький блокнот.  Такой, минималистичный. Кольца на верхушке, скрепляющие чистые листочки, сама толстая пачка бумаги, и однотонно серая картонка в качестве основы. В то время как малыш перелистывал листы один за другим, девочке попались на глаза три или четыре различных рисунка. К несчастью, падения экстремально тонких кусочков целлюлозы не позволило Мари в деталях рассмотреть плоды творческого ума коротышки, но из того что всё таки получилось до конца лицезреть, старшеклассница поразилась тому, как же выразительно выглядели рисунки парнишки. Яркие, насыщенные жизнью и бьющие наповал воображением наброски. Вскоре, примерно через минуту, Муни прекратил поиски, найдя нужную картинку. Странная груша для битья, конкретнее - мешок набитый лимонами.  

"Лимоны? Зачем ты рисуешь лимоны?" - спросила любопытная девушка тинейджер, заглядывая ему через плечо. Ответ был получен тремя жестами: Палец на глаз, палец на блокнот, палец на Мари. Теперь это более понятно, чем те предыдущие. "Ты хочешь чтобы я посмотрела на блокнот? Посмотрела на твои рисунки?" 

Один палец, а значит первое предположение. Ну, это она всегда может сделать. Дружок выпустил из своей кисти руку будущей студентки, создав между ними расстояние с фута на четыре. По воздуху раздалось обрывание куска бумаги, с ранее указанным изображением вязанного хранилища. Непонимающая что происходит молодая женщина терпеливо ожидала поодаль от художника, положив конечности крест на крест и повернув голову против часовой стрелки, почти что до самого плеча. Затем же, случилось второе проявления чудесных сил ребенка, помимо известного исцеления паралича.  

Повернувшись и вытянув в прямой руке бумажку, объект испустил яркий, ослепляющий свет. Да, каким бы источником не освещалось само Спокойное пространство, этот свет был в разы сильнее. Как концентрированный луч, выпущенный в единую точку. За исключением того что сам луч, слишком огромен и по итогу изничтожает возможности видеть всякого, кто оказался рядом с ним. Так или иначе, через несколько секунд, пара другая коих потратились на успокаивающие поглаживания головы кричащей от слепоты Мари, картина прояснилась, и ныне,  пред ними обоими лежал... Просто закрытый мешок с лимонами. Где то в футах восьми, если размерить на глазок.  

"То есть, этим блокнотом ты можешь призывать всё, что нарисуешь?" - спросила протирающая глаза девица, смотря на предмет от верхушки и до низа. Конкретная причина самой возможности чего то настолько абсурдного, как претворения наброска в жизнь, её совершенно не волновало. После ног, вряд ли хоть что-то удивит.  "Есть какие нибудь ограничения? Типа, не можешь призвать ничего живого, или только маленькие обьекты? Нет? Ох, круто".  

Барышня говорила все слова только после отрицательного движения , постепенно укладывая в голове то, какой же невероятной силой обладает маленький художник. С таким то удивительным инструментом, где ограничения только фантазия да количество листов, его можно и богом, в некотором смысле, назвать.  

"Ок, а зачем ты вытащил вот это вот? Просто показать свои способности и-АУ! БОЛЬНО КАК В ПЕРВЫЙ РАЗ!" - прокричала от второй световой бомбой, обхватив ладонями лицо и сев на корточки, чтобы не упасть при попытке пойти хотя бы в какую то сторону. Ей нравился этот карапуз, но уж точно не когда он вытворяет гнусные трюки. Чутка повыв, вернув себе хотя бы подобие здорового зрения, Мари встала вперед с жарким намерением отвесить подзатыльника этому гнусному мальчишке!... 

А была встречена двумя подарками. Деревянной битой с чьими то автографом, и плетенной корзиной, с платком поверх него. Потеряв всякую злость к ребенку, пианистка сконфуженно посмотрела на него, медленно приняв в руки загадочные вещи. В её руках они чувствовались по своему правильно. Будто бы они всегда должны были там быть.  

"Спасибо? Это конечно замечательно, но в следующей раз прежде чем вытворить что-то, предупреди меня, договорились?" - показала свою точку зрения девочка, увидев легонько улыбающиеся личико, извиняющися кивающие. В следующую минуту, паренек повернулся к ней боком, указав кистью на расположенный в пару длинных шагов от ней груду фруктов. Руки парня сделали что-то отдаленно похожее на странный жест, а если быть точнее, то взмах чем то тяжелым по горизонтали. Предположение было только одно, и её это немного волновало. "Ты хочешь чтобы я ударила по этой штуке? Типа тренировки?" 

Он кивнул.  

"Ну, все равно делать нечего. Давай попробуем. " - бормотала под нос пианистка, идя к тренировочной кукле. Мешок стоял неподвижно, не подавая ни единого признака жизни. Что логично, ведь это просто мешок с лимонами, ничего больше, ничего меньше. Однако по неизвестной ей причине, казалось что эта бездыханное оборудование, вскоре начнет ходить. У неё на левом локте повисла корзинка, качаясь при хождении. Закрытая и накрытая клетчатой тканью , разительно отличающаяся от монохромных тканей её пледа. Возможно, стоило бы положить переноску на землю, пока она тренируется, но что-то не очень хотелось снова нагибаться и поднимать место для хранения всякой всячины. Почему то, спина девицы всё еще ныла при наклонении вперед под слишком низким градусом.  

Основной инструмент спортивного инвентаря, лежал в руке школьницы, как логичное продолжение конечности. Что-то в разуме Мари щелкнуло. Открылась новая дверь к утраченному в веках знанию. Она прекрасно знает как управляться с своим верным товарищем по общему делу. Откуда, почему и зачем? Не имеет значения, покуда есть цель, которую можно смело отбить. Или ударить. С искривлением губ на лице, дочка своих родителей расположила руку сзади себя и сделала короткий трюк, позволив древесному творению оттолкнуться древком  утолщенной частью от земли, провернувшись и вернувшись обратно в ладонь. 

 Потом еще один, по сложнее, потребовавший от неё использование обоих рук, ведь когда она сделала один взмах и в финальный момент отпустила рукоятку, в следующий же миг поймав его почти что в том же месте. Корзина оказалась слишком близко к бите, а соответственно, выписалась определенная справка на будщее - ни использовать обе руки при её ношение. Она казалась чрезвычайно важной и драгоценной, чтобы вот так просто смять, без возможности восстановления. Потому, сейчас, ученица держала древесного компаньона одной кистью, напрягая мышцы всей руки и части спины, удерживая его на одном месте. Задача трудная, поскольку за годы без должной практик, рука стала куда меньше, слабее, немощнее. Мари чувствовала, будто бы держала перед собой тяжелый палаш, нежели простую деревяшку. Настолько он был увесистым.  

Так что, результат не оказался слишком удивительным, когда после скорой атаки, первой из многих, девушка потеряла должное равновесие, сохранив целостность хрупкого тельца в последний момент. Верхушку мешка снесло напрочь, вывалив на пол несколько разможенных в кашу плодов, чей едкий, кислый и противный сок, портил желтыми красками девственно чистый пол. Ей , при виде неприятной картины, хотелось только сильнее ударить по кукле, но будучи хорошо воспитанной леди, не забыла спросить взглядом разрешения на продолжения жестокой экзекуции наливных лимонов. Муни, стоя в сторонке и смотря на свою подругу с искренним восхвалением, только одобрительно кивнул. Странно, но это возымело некоторый эффект на Мари, сделав её улыбку только шире. Что-то в концепте поддержки от кроткого дружка, по своему насыщало её отчаянным желанием к практике.  

Мотивируясь интересным желанием получить молчаливую похвалу от него, школьница продолжала махать своим деревянным клинком из стороны в сторону. Во всех возможных трех ста шестидесяти направлениях,  в то время как гипотетическая кровь врага разлеталась по сторонам. Под конец, всё с чем осталась девица, это изнечтоженная лужа мякоти, кожуры и вязанных отрепьев. Она всё равно продолжила бить по кучке как умолишённая, не замечая как сама конструкция разрушилась до самого основания, а уши начали болеть от сильного давления. Благо в какой то момент, она потеряла силы для продолжения беспощадного избиения груши, с последним ударом, упав тазом назад. Дыхание сбилось , став прерывисто быстрым и острым. Девочка не задыхалась, но уж точно переживала некоторые проблемы с потреблением жизненно необходимого кислорода. Мышцы половины тела болели как после агрессивной тренировки в зале, с чем, по сути говоря, и можно сравнить произошедшую экзекуцию еды.  

И всё таки, с учетом выше перечисленных неприятных деталей, Мари чувствовала себя на вершине мира, укутываясь в лучах парящей звезды и ловя волны экстаза телом, от воздушных потоков горных хребтов. У себя в голове конечно же, поскольку сейчас, она максимум сидела с широко раскрытыми глазами и тупой улыбкой человека, впервые переживший прыжок с парашютом.  

"Вау... Вау... Просто... Просто ВАУ...." - еле еле выговорила устами  спортсменка, смотря в пустоту бесконечности, потеряв интерес к чему либо, помимо испытываемого ранее прилива удовлетворения. Сон сном, но теперь то, само её естество ощущалось гораздо спокойнее и менее утомленным. По своему наркотический эффект. Действие мало, удовольствие безмерное. "Ох боже ты милостивый... Это как раз то, что мне было нужно... Что за кайф...  Главное не забыть весь этот сон... Точно попрошу у Меригольд её биту.. Надо будет спросить у тетеньки с дяденькой, нету ли у них завалявшегося мешка с картошкой.... Ёп...." 

Почти что закончив непотребное слово, Мари увидела подошедшего к ней Муни, чьи заинтересованные, звездные глаза, смотрели на ругательницу сверху вниз. Должно быть, его немного перепугала такая утомленность барышни, от сего и решил проверить. Прежде чем обратиться снова с благодарностями к пареньку, брюнетка напомнила сама себе, что детям, какими бы надоедливыми они иногда не бывали, ругаться в их присутствие запрещено.  

"...Рст. Да. Это то что я хотела сказать. Епрст. Не больше не меньше. Ахаха... Не повторяй за мной слова, ок?" - упомянула молодая особа, нервно улыбаясь, когда увидела как обычно нейтральное выражение мальчугана сменилось еле заметным раздражением, при упоминание такого намеренно ироничного юмора. Как немой ребенок, сможет за кем то, что-то повторить? "Знаешь что, забудь. Глупость сказала. Так что... А можешь еще кое что для меня сделать?" 

Ребенок не ответил. Вместо этого, он прошел к тому месту где лежало скопление безжалостно избитых лимонов, пару раз наступив на них носком. Скорая выпускница, в свою очередь, заинтересованно смотрела за продвигающимся процессом, кое как встав и взяв обратно подаренные ей предметы. Грязное приспособления в некоторой степени становилось бельмом на глазу девчушки, ведь чистота это первичный залог всякого успеха, однако сейчас, она была слишком уставшей, чтобы хоть как то волноваться о такой маленькой детали, как следы сока на приборе. Вскоре, её внимание привлекли телодвижения человека, несколькими головами ниже неё.  

Присев на корточки, он достал ранее использованный листик, и чуть не перепугал бейсболистку третьей световой бомбой. Хорошо что вместо этого, свет испустила уже сама куча отходов, и в гораздо меньших обьемах. Образовавшийся руками музыкантши бардак исчез,  не оставив и следа, вернувшийся к своему первобытному состоянию. Безобразные каляки на бумаге. Смотря из-за плечо мальчика, Мари наблюдала как юнец что-то там чирикает, и замечая пристальный взгляд подруги, отодвигается в другую сторону. Возможно, подготавливает что-то крайне интересное. Она, желая уважать границы личного пространства парнишки, без лишних слов стояла позади, ожидая выполнения продолжительного скетча. По прошествию того, что казалось десятью минутами, хотя представление времени в этом мире без часов как таковых оставалось сломанным, пацан закончил свои усердные труды. Не показывая соседке рисунка, он, сделал несколько шагов вперед, решив уйти подальше, по известным ему причинам. Очередная вспышка, очередное творение, но на сей раз, ей удалось закрыть глаза, избежав атаки преломляющихся лучей. Возможно, она бы снова начала беситься и бормотать себе под нос проклятия, если бы не вид новой тренировочной груши, что появилась перед ней. Или же, будет правильнее сказать, куклы, ведь у этой забавно выглядящей вещицы, теперь были руки с ножками. 

Перед Мари, покачиваясь безобразно, еле стояло некое существо. Неизвестно, стояло ли оно по своей воле, благодаря трудной системе анатомического строения, или же потому что оно банально выглядело похожим на человечка, нарисованного Муни, а потому по задумке обязано уметь сохранять прямую стойку. Так  или иначе, это существо походило на своего рода гуманоида. Две руки и две ноги, прикрепленные к туловищу. Но без головы, ведь на месте отсутствующего элементы зияла оборванная дыра, из которой вываливались лимоны. Ладно бы только эта деталь её удивляла. Но нет, проблема была еще в том, что держала своими недо-конечностями подобие на живое создание. Старую, износившуюся временем бейсбольную перчатку, и... Лимон. Безымянное творение молчаливо шаталось на месте, ударяя импровизированным мячом по спортивному инвентарю. Опять чертовы лимоны. Их цитрусовый запах со временем переставал казаться таким приятным, а начинал попросту раздражать такой терпкой аромой.  

"Муни, что это такое и почему это снова лимоны? Да, фрукт как фрукт, но мне правда интересно, что за ссора у тебя такая с ними?" - дергающимся от не имения на руках ответов глазом, девочка озадачила маленького художника. Каков же был его ответ? Скромно дьявольская ухмылка и вертикальный пальчик у губ. "Секрет? Мда уж мистер. Ты мне должен пару ответов, когда мы закончим. Я так понимаю, мне нужно снова избить эту куклу до состояния повидла?" 

Предположение спортсменки оказалось неверным, поскольку вместо стандартного языка рук, до сей минуты, он начал что-то чирикать фломастерами у себя в блокноте. Очень быстро, умело и с умилительно выпирающим изо рта язычком. Вскоре, когда инструмент снова исчез в кармане юноши, он повернул получившийся рисунок лицевой стороне к подруги, показав новый результат усердных стараний. На самом деле, за удивительно короткий промежуток времени ему удалось нарисовать аж целых четыре крохотных листочка с двумя фигурками и их действиями. Своеобразная пошаговая анимация или книжка фильм.  

Первая коротышка, разумеется Мари. Чиби стайл, красивое платьице, тонкая улыбка, любопытные глазенки и верная бита в руке. Мило. Судя по всему, она очень даже понравилась маленькому сорванцу, чем пианистка была очень даже польщена.  

Что же до второй фигурке, то она выглядела куда грязнее своей соседки. Минимолизированный стиль, но вот цвета наброска оставались нелепо вычурными, а метод рисования, как будто бы таил в себе серьезную неприязнь к теоретической личности. Тольку автору было известна идея сего шедевра, а он мало того что был нем, так еще и скуп на информацию.  

Первый слайд - девочка держит биту на изготовке, мешок с конечностями заносит руку с снарядом. Второй слайд - девочка резко двигает битой вперед, пока противник кидает снаряд и тот оказывается практически совсем рядом с её маленькой версией. Третий слайд - крохотная она отражает желтый шарик, отправляя снайперу прямо в лицо. Над его головой крутятся чирикающие спички.  

Финальный слайд -малюсенькая Мари избивает негодяя в облачке дыма, пока Муни, на фоне с помпонами в руках, поддерживает её скромно. " 

Ха, я поняла!" - воскрикнула девица, щелкнув двумя пальцами на свободной от оружия руке. "Отражу снаряд и уже тогда могу нападать? Это как своебразное обучение в видеоигре." 

Мальчуган радостно закивал головой, от того что его задумку всё таки смогли полностью понять. В некоторой степени, это посеяло семя ненастья в разуме молодой девушки, ведь если весь происходящий до этого процесс, был подготовкой к чему то большему, то какие именно вещи могут ожидать путешественницу в дальнейшим? Что за миры, новые локации, существа и трудности? Будет у неё какая либо цель, и с какой ценой ей возможно может достаться правда о сие месте? Масштаб таких серьезных перемен как массовый поток нового окружения, так еще  во сне, из всех вещей, путая её восприятия собственного разума и заставляя задавать вопросы о реальности происходящего, не на шутку пугало школьницу. Но с другой стороны... Её ничего не останавливало от простого получения удовольствия. Да, ситуация странная, не поспоришь. Однако у неё есть ноги, новое оружие, просторы для изучения и шанс хотя бы немного повеселиться, отпустив стресс унылых дней подростка. Можно немного забыть на время обо всех усложнённых вещах. С такими мыслями, барышня сжала рукоятку по крепче, подняв древко, указывая им в сторону куклы. "Я конечно не очень хороша в этом, но точно сображу что к чему. Всё таки, никогда не помешает развить кругозор." - кокетливо сказала девушка, приготовившись  отразить подачу одной рукой.  

По крайней мере, она на то надеялась, покуда у ходячего мешка были совершенно другие планы. Изначальные предположения оказались целиком и полностью не верными, ведь Мари упустила одну деталь. Они во сне. А во сне, логика и законы термодинамики зачастую работают крайне искаженно, если вообще существуют. Вот примеру, как это произошло сейчас. Фрукт пролетел со скоростью пушечного снаряда, чуть не попав ей по голове, но чудом улетев далеко далеко назад. Повернувшись, она расслабленно выдохнула, хотя само обозначение умопомрачительной скорости метательного шара, заставляло испытывать холодный пот по всей спине. Она не успела в полной степени осознать опасность такой, по идее важной, постоянной как скорость летящего плода, ведь всего через несколько секунд, спящая красавица увидела выросшую из неоткуда тень, прямо перед собой. Её собственную тень, образовавшаяся в результате громкого взрыва позади. Как оказалось, то был не просто лимон, а лимон с силой необходимого количества тратила, для образования целого облака пыли, вместе с большим всполохом. Вот теперь, можно справедливо побояться.  

"Они взрываются..." - в совершенном шоке прошептала Мари, пока её лицо приобретало оттенок бледнее белого. Казалось бы что задача невыполнимая, но здесь с легкостью достигаемая. Не всегда же появится угроза быть превращенной в облачко пыли от прилетевшей в лицо взрывчатки. Наполовину рассержанная и наполовину напуганная девочка, повернулась к потеющему от смущения артисту, смеряя его двухзначным взором. "Зачем делать взрывающиеся лимоны?!  Угробить меня решил!? Мне тут такие игры не нужны, так что живо верни эту страхолюдину обратно в блокнот!" 

Мальчик, не менее в ужасе чем она, отказался это делать, рьяно покачивая головой и прижимая предметы для рисования к груди, дрожащими ручёнками. От такого вида у неё ёкнуло что-то в груди, но прекрасно понимая что сейчас уж точно не самое подходящее время для странной реакции тела на чьё то поведение, дочь Судзуки сохраняла свою пугающую мину. Два руки соприкоснулись с друг другом, а юнец отвел в сторону взгляд.  

"Ты связан по рукам? Ты ничего не можешь поделать с тварями, которых призываешь? Даже помочь мне не сможешь?" - с отвисшей челюстью сказала всё больше и больше осознающая патовость условий девушка, глазеющая боковым зрением на стоящего в одной позиции монстра. Его вязанные пальцы, старые и сделанные из не самого качественного материала, уже забурились глубоко внутрь собственной груди, через отверстия шеи, показывая сей процесс содрогающимися конвульсиями, когда его персты доставали следующий снаряд смерти. Мари сглотнула, кадык поднялся и вернулся на место.  

"Аргх, ладно. Отойди подальше, а я пока... попытаюсь разобраться со всем этим бредом. Будешь мне должен!" - крикнула девочка на пацана. Тот, осознавший значения слов старшей в дуэте, отбежал на добрую дюжину футов, расслабившись и рисуя неизвестные ей работы. 

"Ну и нервов у этого надоеды. Ладно, Мари, глубокие вдохи. Это не так страшно как ты думаешь. Нечего сложного ведь, правильно? Всего то нужно отразить фрукт, легко способный разорвать меня на куски. Совсем не страшно... Ух, надеюсь что проснусь не на полу сегодня." - шептала под нос спящая красавица, смотря с поддергивающейся губой, как создание уже заносило за спину неустойчивую конечность. Капельки пота скатывались от бушующего в крови адреналина, когда сражающаяся особа старалась поддерживать на лице храбрую улыбку, очевидно навирая самой себе. Из соображений эффективности отбивания мяча, азиатка положила рядом корзинку, отодвинув ту ногой на добротное расстояние. Чтобы не задело взрывом конечно же. Всегда нужно быть на чеку и готовится к худшему. Десять тоненьких пальцев, сжали что есть мощи рукоять орудия, напрягая мышцы для удобного момента контер атаки, готового случится в любой момент. Уже совсем скоро. Но миги пролетали один за другим, ветра как не было и не будет, а злосчастная сфера оставалась в пухлой конечности куклы застывшей. Ослабление бдительности, стало очень важной ошибкой, почти приведшей к непоправимую. Не успев среагировать, Мари раскрыла широко глаза, увидав как желтая вспышка несется прямиком к ней, угрожая пробить дыру через её тело. Сон сном, но судя по ощущениям, полученным от возвращения ног, боль, дискомфорт и давление ощущаются экстремально реальными. Что значит - боль не будет исключением.  

Тело девчушки работало на автомате, и вытворило такое, чего было невозможно ожидать. Переместив свой вес на правую часть тела, её образ воспарил от земли, используя ноги с руками для маневрирования и перемещения в нужном направлению. Проще говоря - изящное боковое сальто, позволившие платью элегантно развеиваться от колизии, а внутренностям остаться на родном месте. Внутри. Только со вторым громом, школьница до конца обработала произошедшее, в неловкой стойке, полу присяде, высоко поднятыми над головой руками, обрадовавшись выживанию. 

"ЮХУ! Ахахаха, вы посмотрите что я творю! Эти крошки еще знают, как можно танцевать!" - похвалила конечности Мари, с улыбкой ударив по колену, вроде бы здоровому, но сказать точно было трудно. Всё таки, эмоциональная реакция получилась в момент крайнего потрясения, а когда тебя в любой момент могут пробить насквозь фруктом, больше интересуешься другими деталями, нежели полной работоспособностью конечности. Тем не менее, открытые в себе хореографические навыки дали отличный простор для манёвров, ибо вскоре они ей ой как понадобятся. На то указало необычная дрожь в теле неодушевленного противника, который в следующий момент, начал кидаться снарядами словно ополоумевший падающий. Реакция девочки сегодня показала себя с наилучшей стороны, ведь осознав своим возможности, в ней будто бы проснулось второе дыхание, вместе с всплеском самоуверенности. Ловя краем глазом замахивающуюся руку чудовища, она сию секундно делала кувырок, уворот, колесо, прыжок и многие другие трюки, избегая летящую угрозу один за другим.  

Финт за финтом после первого, способность росла в недрах разума Мари, вскоре усвоившись как родной навык. Практика всегда помогает, когда дело доходит до повторения одного и того же действия. Их своеобразная тренировка, уже за минуту избегания смерти, дала столь высокий результат, что в один яркий миг, она, зависнув в воздухе, увернулась от трех бомб замедленного действия, и под музыку взрывов позади себя, с ухмылкой отразила четвертый лимон, перенаправив опасную вкусность к своему получателю. Сферообразный плод искривился при контакте с деревом, по идее обязанный взорваться прямо в минуту соприкосновения с твердой поверхностью, но к счастью, сего не произошло. Вместо этого, фрукт омыло фиолетовой аурой искрящейся энергии, после чего, эта атака вспыхнула перед глазами, ослепив девицу в который раз.  

Школьница почувствовала твердую поверхность под своим копчиком. Он болел и ныл, от эффекта падения с большой высоты. Логика мира снов наделила барышню недюжей силой, помимо ловкости, отчего та прыгнула аж на как минимум четыре фута, окончившись болезненным приземлением. В глазах всё еще сверкало от вспышки, притягивая кисти девицы к векам, потирая их с недовольным мычанием. Благо, такой частый опыт облегчил боль потока света, сделав его менее неприятным. Крошечная ручка маленького создания легла ей на спину, поглаживая кольцами против часовой стрелки, навевая успокаивающий эффект.  Муни, судя по всему, пришел к ней с маленькой поддержкой, и не торопился поднимать её.  

"Аргх... Черт, я буду постоянно что ли слепнуть? Как же жжёт..." - бормотала под нос дамочка, с слезящимися глазами, открывая их через силу. Как оказалось, один крошечный парнишка, приблизился к ней на через чур близкое расстояние. Если быть точнее, он смотрел ей прямиком глаза в глаза, нос к носу. За исключением того факта, что его головушка повернулась вверх тормашками, открывая чистый лобик и делая большие любознательные глазки еще больше. Она не ожидала такой картины, но определенная часть её умилилась любопытству, горящему с той же силой, что и волосы малыша.  

"Оу. Это ты... А что случилось с тем громилой?" - поинтересовалась брюнетка, на что в ответ, юнец поднял голову, выпрямившись позади девушки и открыв вид на последствия контр атаки. 

В десятке футов от них, стоял тот мешковатый противник. Ну, честно говоря, 3/4 этого самого монстра, ибо теперь, в его левой половине тела, имелась огромная дыра, забравшая от него руку и половину туловища по пояс. Те места, на которых раньше оставшаяся, вместе с исчезнувшей частью соединялись, виднелись горелые отпечатки, тлеющие и испускающую некую дымку. Форма такой колоссальной раны, очень походила на отправленный фиолетовый выстрел, что приводила лишь к одному заключению. Мари ударила по лимону так сильно, что он к чертям пробил куклу насквозь, выжав его желтые внутренности. Наблюдая за колапсирующей тушей безвольного создания, музыкантша прокручивала в голове бесчисленные потрясения обретенным силам, не находя себе места от шока. Каким образом она вообще так быстро поднималась с позиции лежащей неделями на одном месте девочки, к нынешнему подиуму женщины, замечающей сверхзвуковые снаряды и создающей магические шары из чистой, разрушительной энергии, ей было не понять. Причиной ли тому скрытый внутри неё потенциал, открывшийся благодаря чудесам пацанёнка, или же банальное владение нарисованным оружием, всё равно не успокаивало бушующие мысли барышни, оставляя ей только один вариант. Изучать дальнейшие события и решать проблемы по мере их поступления.  

"Быть того не может... Это я сделала?" - указала на себя пальцем, с глазами блюдцами, Мари, когда ребенок коротко кивнул, протянув руку девочке, в попытке помочь барышне встать обратно. Могучая бейсболистка, ставшая таковой секунду назад, приняла предложение ребенка, передав кисть и вскоре оказавшись в вертикальном положении, с интересом идя за юнцом, который вскоре привел её к трупу дивного создания. Или скорее, к тому что от него осталось. Шви на мешке разошлись, остатки цитрусов вывалились сплошной, мягкой, хлюпающей жижей на белый пол, а ткань продолжала сгорать в некоторый местах, с проблесками мелких огоньков. В нем уже нельзя было опознать прежний внешний вид, что уж говорить о какой либо угрозе. "Вау. Аааа... У меня было много разных интересных снов, но вот только все они касались максимум какой то бессмысленной бишуры, а не эпичного сражения с монстрами. Да я ведь из этих лимонов сделала целый джем. Интересно. Хей, подожди, ты чего собираешься делать?" 

Леди спросила своего нового друга в момент, когда он вновь достал канцелярские приборы из карманов. Присев рядом с кучкой мусора, чудохудожник несколько раз тыкнул творение прибором, прежде чем протянув вперед чистый лист с картонки ... Начав впитывать создание обратно на белое полотно. Стремительно, рассыпаясь на капли и пыль, кукла теряла прежние очертания, кусочек за кусочком возвращаясь в место, откуда он прибыл. При касании бумажки и краски, последние исчезали без оставшегося следа, всасываясь инструментом, пропадая до конца времен. Вскоре, на том месте где еще секунду назад горел волос и сок лимона наполнял воздух, не удалось обнаружить даже лужицы сока.  

"Знаешь, я уже постепенно перестаю чему либо удивляться. Хотя, ты точно полон всяких сюрпризов Муни. " -  проговорила застанная врасплох дизентеграцией твари Мари, закидывая биту через плечо. "Так, я выполнила твой туториал, а теперь, давай выполняй обещание. Ты мне должен, напоминаю снова." 

Хоть девочка ощутила укол вины за в какой то степени грубое обращение  к юному дарование, произошедшие события не могли просто пройти под эгидой - "Он ведь всего лишь ребенок'. Нет, этот самый ребенок, бог, который намеренно заставил её уворачиваться от пачек С4, в обертке из фруктов, и при этом стоял в сторонке, прекрасно понимая, какой ужас на неё это наводит. Спасибо ему конечно за возвращение двигательных функций, а так же упомрачительно сильные артефакты, но это не отменяет того страха, через которые милый гадёныш заставил её пройти.  Парень, заметив поменявшиеся на очень строгое выражение личико Мари, сию секундно поспешил искать что-то, что подойдет юной леди в качестве вознагрождения за тяжелый труд. Где он искал? Разумеется в блокноте, перекидывая через пружину листок за листком, пропуская неподходящие варианты. Когда барышня попыталась посмотреть на перечень загадочных рисунков, потенциально способные стать ей оплатой труда, он, как и всякий тихий ребенок его возраста, отвернулся от неё, закрыв инструмент всем телом. Мари нашла сию деталь довольно таки милой. 

Пока младшеклассник упорно шелестел бумагой, мысли девицы полетели в задуманном направлении, гадая, что же Муни может ей впринципе дать за продолжительную тренировку. Варинты лились рекой, да вот только каждый вскоре оказывался в выгребной яме, когда еще свежий от сражения мозг, рассматривал их потенциальную ценность. О валюте или же деньгах не могло идти речи. Куда она её потратит? В выдуманный магазин  на выдуманные предметы в выдуманном мире? Звучит нелепо. Очередное орудие или же приспособление в духе корзинки? Было по неплохо, если говорить честно. Руки девочки давненько не занимались такими утомительными физическими нагрузками, приведя к серьёзному истощению сил и горящей боли в мышцах.  

Если сейчас, то что с ней произошло, звалось простым туториалом, предвестником будущих схваток, страшно представить, через какие же трудности собирается провести их коротышка, ради развлечения обоих жителей сего магического мира. Какой нибудь лук или же ружье ей не помешало бы. Нагрузка меньше, за то дальность и эффективность на высоте. Так или иначе, предположения подростка все до единого упали в ложную категорию, потому как вскоре, артист с солнечными волосами, смущенно повернулся к ней, сжав некий предмет в своих еното подобных ручёнках. Глазки коротышки мигали звездочками, бегло смотря то вверх то вниз, дожидаясь внимания подруги, с румянцем на пухлых щечках. Приподняв бровь, она положила биту рядом с корзинкой, присев на корточки перед космически выглядящим мальчиком, ощущая как при близком расстоянии между ними, её нервы успокаиваются, а раздраженность за случившиеся улетучивается. "Так, и что же ты у нас подготовил?" - милым тоном спросила девицы, положив ухом голову себе на плечо, глядя в закрытые ладоши пацана, а затем и неловкое личико. Мари улыбнулась. "Давай показывай. Уверена что это точно будет необычно!" 

Коротко кивнув на возглос длинноволосой барышни, школьник, подкрепляя глубоким вздохом, раскрыл кисти рук, открывая глазам пианистки... аквамариновый бант из очень нежной, мягкой ткани. Шелк, если судить по материалу, ощущаемому кончиками пальцев, когда она всё таки прикоснулась к вещице. Иголка возмущения отравила сердце юной женщины, распростронив свой яд по кровотоку молодой особы. Нет, аксессуар был безусловно красивым, спору нет, да и ей самой надоело ночь за ночью выглядеть как монотонная зарисовка в тетради, посреди важного урока, но бант? Серьёзно? После тех кувырков что она сделала ценой нескольких седых волос в своей прическе? Так не пойдет. Нахмурившись, девушка уже было готовилась потребовать от малыша чего то равноценного пролитому поту, конеччо же соответствующим общению с ребенком тоном, но не успела, по одной простой причине. Несколько тяжело ощущение, прошлось по руке старшеклассницы. Взглянув обратно на правую руку, в коей по сию секунды лежал кусок ткани, единственное дитя Судзуки увидело интересную картину. Бант испускал загадочное свечение. Лучики проходили через сжатую кисть, ярко выделяясь своим темно фиолетовы оттенком, среди этого белого ничего, посреди которого стояли одна соня и один загадочный человечек. Плюсом ко всему, при контакте с головным убором, по телу дамы разливался тонкий ручеёк силы. Мощи, сравнимый с той звездой, коей она убила несколько минут назад тренировочную балванку. Только теперь необузданную и грубую. Ту, что легко выйдет из под контроля, дай этому волю. По неизвестной причине, концепция безграничного могущества, опьянила разум девочки,  наведя к логической, но в данном контексте волнующей мысле. "Это изумительно... Так, давай я попробую примерить. " - бормотала будующая студентка, перекинув ленточку за спину и почти что начав завыызвать безделушку с недюжей энергией внутри. Только вот парнишка, заметивий желания подруги, мигом ринулся к ней, мотая руками с головой, явно недовольный идеей девочки. Та встала как вкопанная, посмотрев на него косо, опустив бант вместе с рукой, убирая предмет в лежащую переноску. "Хей, в чем проблема? Эту ведь вещицу и нужно носить на голове." - удивлялась поведению коротышки Мари, будучи застанный врасплох переменой ранее волнующегся юнца. Вышеупомянутый художник в свою очередь, поднял большой палец, комично открыв рот, будто бы собираясь как то ответить, но когда его глаза потеряли прежнюю яркость и осознание решения дошло до мозга, он с покерфейсом закрыл губы, махнув рукой, заместо этого принявшись агрессивно чиркать в предмете для рисования. Заинтересовавшись, она спокойно дождалась окончания рисунков, чтобы увидеть пару слайдов. 

Первый показывал занимательную сценку.  Мини версия её, окруженная кляксами, в форме человечков. В верхнем правом конце рисунка имелось три полоски с делениями, где стрелочками указывалась самая нижняя, напоминающую как раз таки саму полоску мягкой ткани. Фигурка девочки судя по всему, уже не один час сражалась в отчаянном темпе, ибо на миленьком личике проступали капельки пота, с выжатым язычком на бок. Второй же, всё таки показал эффект, получающийся при использовании нового аксессура.  

Нарисованная картинка показала теперь только одну фиугуру. Мари, окруженную контуром какого то странного пламени, с сияющей в верхнем углу знаком включенного состояния. Враги повержены, а сама барышня стоит в победоносной позе, злорадственно уперев конец биты в пол, с ухмылкой на лице. Использовав все имеющиеся знания и внимательность к деталям, показанным перед нею, девушка огласила единственный по её мнению вариант значения закодированного послания.  

"То есть... Эта ленточка даёт мне супер форму? Типа, повышение урона, защиты, скорости атаки, и быстро кончается. Я правильно всё понял?" - уточнила она, спокойно выдохнув, когда юнец быстро закивал, видя как расслабленная улыбка растёт на чертах старшеклассницы. "Вау. Ты правда собираешься превратить мои сны в видеоигры? Не то чтобы я против, это скорее всего будет очень весело, но предупреждаю сразу, мне в удача никогда не помогала. А вот у него... Блин, забыла что хотела сказать. Ну да ладно, не то чтобы важно. Спасибо за обучение и подарки, Муни! Мне понравилось немного размять ноги, после стольких лет. " 

"Хотя..." - выдохнула девица, потерев свою поясницу, отчего в указанном месте сразу же пробежала искра жжения. "... Я бы сейчас с удовольствием легла обратно на плед. Кто бы мог подумать. Только получила ноги, а сразу же хочу вернуться к прежнему состоянию. Бред тот еще, скажи?"  

Её намеренно шутливый тон был встречен очаровательно волнующимся личиком лунного мальчика. Без дальнейших промедлений, юноша взял руку подруги в свои пальчики, ведя за ним новую знакомую. Проходя мимо предметов, он пытался отчаянно поднять их в свободную кисть, тужась и краснея, стоило тяжелым обьектам перевесить. Вид так яро желающего отплатить девочке, за проведенное с ним время, парнишки, сжимал без того скукожившиеся сердце пианистки. Барышня заметила малость логики в своей реакции, ибо оставалось загадкой, каким образом этот случайно нашедший её мальчик, продолжал смущать школьницу, даже с учетом давно укоренившейся неприязни к детям. Сии реакции так и останутся загадкой, потому как вскоре, она услышала стук дерева об пол. Выйдя из дымки мыслей, юная леди увидела тяжело дыщащего художника, уперевшегося в коленочки, с битой у ног.  

"Божечки, Муни. Зачем же ты так спину надрываешь?' - без ответно спросила бейсболистка, подходя к творцу недавних чудес. Подняв голову, он неловко взглянул ей в глаза, еще раз попытавшись поднять слишком масссивную для слабеньких ручёнок вещь. Ухмыльнувшись, Мари легко закинула биту через плечо, а корзину на локоть, проведя с задержкой пальцами между жёлтых локонов мальца. В какой то степени, музыкантша ожидала обжечься об шевелюру, но с радостью обнаружила гораздо слабейший предпологаемого эффект. Теплая мягкость укрыла волосинками ладонь женщины, сразу же закинув мысль о желании никогда не убирать руку с его макушки. Такой поворот событий оставался невозможным, но дочь Судзуки почесала малыша гораздо дольше, чем изначально хотелось, положив голову на бок, при виде румянца ребёнка. "Вот так то лучше. Готов идти?"  

Кивок с улыбкой расцвел перед ней, дав удовлетворительный ответ. Сплетая руки воедино, пара из маленького и большой, спокойно пошли вперед, навстречу долгожданному отдыху. Она еще очень много не знает об этом малыше. Только имя да невероятные способности, хотя даже сейчас, можно было лицезреть некотырые его приятные глазу черты. Парнишка твореческий, заботливый, любознательный и тихий, словно котёнок посреди первой охоты. Передвижение не заняло у пары долгого времени. Всего минута другая однотипного изменения положения в пространстве , и вуаля. Они уже на месте. Старый клетчатый плед, ставший некогда ей ловушкой на долгие ночи. С момента её спасения прошел только один час, но для Мари, ощущении при созерцании куска ворсистой ткани, напоминало встречу с старым другом. Потерянным во времени товарищем, дожидающийся даму, ради воспоминаний былых  деньков. Девочка удивлялась поэтическому состоянию своих мыслей, вопрошая о причинах разительных перемен в раздумьях, но вскоре прекратила попытки в понимание разума. Слишком сильная изнемождённость обливала плечи девушки, приманивая будущую студентку к мягкой замене постели. Положив оружие с инвентарем на край лежанки, девочка легла спиной прямиком в центр пледа, начав ощущать сходящую с неё усталость, как плавящийся воск, уходящий вниз по свече. Вскоре, к ней присоединился и Муни, принявший ту же позицию что и она. Оба повернули головы к друг другу. Оба молчали. У подростка внезапно пронелось особенное чувство. Волна дежавю. Всё будто бы уже происходило раньше, давно давно, до сей минуты.  

С чуть чуть расширившимися веками, Мари поняла, почему же она испытывала такое оссобенное трепетание перед солнечным соседом по комнате. Почему его действия, немота, творческая жилка и доброта так сильно тянула к себе около материнские чувства юной барышни. Далёкое воспоминание всплыло со на, напомнив ей о старом, заветном желании. Однажды получить младшего братика. Крохотного, безобидного, милого и безумно одаренного. Того, кто сможет возыметь в себе детское любопытсво, на пару с взрослой альтруистичностью. Родственника, с которым можно на какое то время забыть о трудностях взросления, банально отправившись поиграть. Несбывшаяся мечта, ставшая таковой по решению родителей. Но теперь, он здесь. Муни - её новый младший братик, с этого самого момента. Парнишка дал ей ноги, раскрыл новые супер способности и показал себя крайне одарённым малым, способным к удивительным свершениям, чем в реальном мире. Тем самым братишкой, о коем она мечтала в дни одиночества. Он реален? Это просто проекция её уставшего мозга или же способ копироваться с одиночеством? А может и вовсе фантастическая реальность, с чудесными приключениями? Это не важно. Теперь у неё есть такая возможность, и её она низачто не упустит.  

"Слушай... А ты собираешься скоро уходить?" - спросила Мари, с тяжелым от комка волнения желудком. Ответы мальчугана напрямую повлияют на дальнейшие события снов. Он покачал головой, сохраняя зрительный контакт.  

"Нет. Понятно.' - бормотала школьница, раздумывая над следующим вопросом. 'Тебе есть, куда идти?"  

Он снова покачал головой, сей раз с грустными бровями вниз. Весть печальная, но в какой то степени, давала ей преимущество.  

"Может тогда хочешь остаться здесь со мной?" - спросила в пред последний раз девица, замолчав в конце. Повисла тишина. Мальчик в шоке смотрел на неё в ответ. Вскоре, всякое удивление испарилось с лица молодого художника, заменившись искренней благодарностью , последующим вскоре коротким кивком.  

"Хех. Спасибо. Обещаю, я не дам нам обоим заскучать." - высказала свою клятву Мари, улыбнувшись своими нежными губами. Тяга ко сну, отяжелела голову молодой барышни, выпустив из уст длинный зевок. Мальчик, ненамеренно копируя ввиду заражения зевотой, испустил тоненький зевок, еще больше походя на крошечное животное в шерстке. "Думаю, мне уже вскоре нужно будет проснуться. Но не волнуйся. Я еще вернусь.' 

Парнишка полусонно ерзал, подавая ровно нулевой ответ. К приятному удивлению школьницы на грани возвращения в реальный мир, Муни осторожно подполз к девочке, прижавшись малюсеньким, теплым телом к ней, уперевшись головой под шею женщины. С растекшейся краской по лицу, она аккуратно приняла знак милого взаимодействия, обняв юнца по крепче к себе, отказываясь ослаблять мягкую хватку. Их половинки соединялись в один кружок на куске ткани. Инь и Янь. Одна картина - два человека. Идеальная совместимость. 

'Спокойной ночи, младший братик.' - перед окончанием сна прошептала девочка... 

Chapter Text

"А потом, я снова оказалась в своей постели... В тот день, мне так и не удалось нормально сосредоточится на экзамене... Я завалила его... Получила B, вместо A +... но после этого, ощущение поражения или же ненависти к себе не появилось... Наоборот... Мне было абсолютно плевать на оценки... " - бормотала в мегафон уставшая студентка, в то время как ручейки тоненьких слез, безостановочно тянулись из глаз к кончику подбородка. Несмотря на боль от горькой потери дорогого юноши, она улыбалась, вспоминая те яркие деньки. "Я с радостью залезла в постель, уснув только спустя как минимум час волнения... Мне было страшно... А вдруг это случилось только один раз? А вдруг он не появится? А вдруг я снова начну видеть кошмары?... Но я зря волновалась... ведь когда я снова появилась здесь, он смиренно ждал меня рядом.." 

"Я так по нему скучаю... Я так скучаю по моему Муни..." - забормотала в мегафон уставшая от жизни путешественница. Голос, ранее наполненный радостью, торжественностью и сотнями других эмоций часто восходящих то тут то там во время всякого монолога, что у них случался еще до пропажи ранее указанного мальца, ныне превратился в монотонный шепот утраты, выговариваемый человеком, потерявшим самое драгоценное что может представится любому. Любимого. "Я скучаю по его объятиям... Я скучаю по его присутствию... По рукам что гладят мою спину.... По глазам, вечно смотрящим в разные стороны с неподдельным любопытством.... Я скучаю по всем тем чертам, что освещали мои ночи в этом бесконечном, блеклом месте...." 

Целая бездна горьких эмоций, угрожала поглотить даму изнутри, проев её внутренности, расплавив кости и заменив сочленения на вязкую, черную жижу. Она могла практически чувствовать это своим нутром. Растущий в желудке комок гнили, ярости, злости, страданий на мир, похитивший у неё её дорогого младшего братика. Печали девочки не имелось предела. Вот уже какую ночь, какой час и какую схватку, девица мечтает снова увидеть его золотистые волосы, прыгающие на ветру, пока сам мальчонка подбегает к ней с распростёртыми руками, столь же радостный как она при их долгожданной встрече. И каждый раз, зачищая очередной переход, мир, здание или же группку мерзких допельгангеров, её встречает кипящая жизнь окружающих земель. Без смеха крошечной луны. Лишь очередные жители тамошних городов, благодарящие спасительницу за отважный подвиг, свершенный даже не в их честь. Когда минуты пиров тянулись десяток за десятком, а она была вынуждена присутствовать на каждой из них, Мари испытывала сильнейшие чувство одиночество, окруженное толпой скорее всего добрых, и искренне счастливых людей. Они протягивали лучшие блюда, на вкус не лучше сухого лимона, превосходные напитки, вызывающие у неё тошноту, и одаревая героиню известнейшими песнями ихнего народа, раз за разом режущие ей барабанные перепонки брязганием струн. Как бы не старались все те замечательные персонажи, попросту отсутствует богатство, способное заполнить дыру, вырезанную у неё на груди той черноволосой чертовкой, в ночь похищения 

В этой трагедии, событии отнявшей у неё настоящее золото, виноваты два человека. Она, неуглядевшая за безопасностью хрупкого малыша, и неизвестная персона, выполняющая только ей известные желания. Кто она, почему она это сделала, ради чего она это сделала и что ищет из этого - Мари не волновало. При мысли о тех гневающихся глаз, девочка вспомнила пройденные путь. Те долгие дороги, по которым ступали её ноги. Те бесчисленные разговоры, обсуждения и опросы, начатые в попытке получить малейшие сведения, лишь бы только отыскать похитительницу. Единственная зацепка, стоявшая ей десятков кошмаров с активным участием.  

И в этот самый момент, когда воспоминания о пролитой, ради спасения братца крови, нахлынули на неё, она почувствовала тот маленький всплеск, среди той непроглядной гущи. Искорка огня, что разгоралась сильнее, стоило коснуться клубка черного состава. Она так далеко зашла, так многим помогла, что не имеет права сдаваться на финишной прямой. Слезы, пролитые в минуты тяжелого рассказа, освободили место для надежды, тянущейся в венах словно корни величественного древа, направленных к вкусным лучам солнца.  

"Я так устала... Но мне  нужно продолжать... Двигаться вперед по мирам, где бы он не находился..." - с ноткой решительности заговорила незнакомка, пока видимые в отдалении глаза приобрели вид уверенности, пробивающийся сквозь мрак ненастья. В моменты, когда кажется что не осталось ничего кроме жестокого рока, огонек надежды может пройти через самые глубокие недры ненастья. "Сейчас, я прошла почти все города, что были им возведены. Осталось только трое. Уж где то он должен найтись. Ежели нет, то у меня остались те кусочки бумаги. Они таят в себе нечто странное. Непонятное, и загадочное. Не знаю почему, но стоит увидеть гудящий неподалеку кусочек, и я сразу же тянусь к нему на автомате. Возможно, если смогу их всех отыскать, то узнаю что нибудь важное. Главное, продолжать двигаться и не сходить с пути..."  

По праве сказать, даже в момент произношения сих слов, она чувствовала исходящую ауру от этих зачарованных обрывков. Их странная дымка, запах дождя и грязи, доносилась сквозь бесконечные дали магического подарка брата, крича о своём присутствии, не будучи остановленные множеством предметов в глубинах переноски. Будь то в первый раз и будь то в недавний, девица вздрагивала при мысли о тех загадочных объектах. В них определенно таилась некая тайна. Шифр, пазл, да что угодно. Ей не нужно было быть гением, или же мастером по догадкам, чтобы понять как же массивно влияние обрывков единого пергамента, в масштабе всего приключения. Не было такого мира, что не имел бы в себе хотя бы одного фрагмента, что уж говорить о целых скоплениях. Так или иначе, факт остается фактом. Они в теории способны привести молодую искательницу друга к сладострастной цели, и покуда имеется шанс, она не станет его упускать. 

 Договорив, бейсболистка оторвала взор от белого пола, взглянув на слушателя её беспереборной тарабарщины. Мальчишка, примерно того же роста что Муни, стоял неподвижно, оставшись в прежнем, стоическом положении. У Мари отсутствовали догадки по тому, с чего бы юноше, или же бездушному роботу в мягком одеянии, имитирующего юношу, продолжать быть столь незадейственным всем случившимся. Однако такие мысли, быстро прервались с скорым, редким событием. Настоящим, видимым ответом. Не нарисованные слова в воздухе, но тоже значительная перемена. Большой, плюшевый палец, поднятый вверх. Расположившийся прямо под сердцем, вскоре исчезнувший в ткани пижамы. Несмотря на то, через что она заставила его пройти и как к нему относилась в течении эмоционально трудного периода ненастья, незнакомец всё равно решил её поддержать. Короткий жест нагрел ей сердце, наполнив дыру, значительным количеством решимости. Кто знает, когдо оно всё выльется за пределы, но пока время, сие топливо будет использовано по полной катушке. 

"Спасибо вам большое. Я благодарна что вы выслушали мою чепуху и позволили озвучить изрядно надоевшие детали. Вы мне очень помогли." - серьезно, с долей возрожденного, но потускневшего позитива, сказала женщина с свисающей по руке корзинкой. В эти предложения, Мари попыталась вложить как можно больше истинной радости и счастья, за дорого потраченное на неё время. Из того что они вместе с Муни видели, этому путнику приходится несладко, по ту сторону двери. В некоторых случаях, когда два родственника отдыхали после своих продолжительных приключений, им доводилось лицезреть вваливающиеся тело безликого соседа, избитого, раненого, с падающими из тела ошметками склизкой ваты. Дураку легко понять, что тот проходит через нешуточные трудности, и от того, пианистка надеялась, что сказанные ею слова, хотя бы чуть чуть осветили хмурый день странника. "Еще раз скажу - сожалею что так сорвалась в прошлый раз. Спасибо что не приняли это близко к сердце. Более такое не повторится. Это я вам обещаю. Надеюсь, что куда бы вы не шли, вас соблаговорила удача! До встречи."  

Повернувшись от мальчика, студентка поволокла вперед, как можно дальше от ползающих конечностей. Ноги ищейки кое как ступали одна за другой, оставляя пыль, крошечные горстки земли и кровь. Настало время следующего цикла. Вошел, исследовал, победил, не нашёл, ушел. Только восстановленная воспоминаниями воля, проводила ток по нервной системе, позволяя двигаться дальше, Процесс утомительный, кране болезненный, но по другому никак. Пройдя до пледа и еще футов десять дальше, барышня достала из кармана блокнот. Старый, помятый, искорёженный случайно пропущенными ударами по корзинке, но всё еще рабочий. Где то половина листков внутри, были либо закрашены чем то черным , либо смыты по странным стечениям обстоятельств. Мари по сей день гадала, как так вообще получилось. Возможно у существа, похитившего брата имелась некоторая неприязнь к работам юного дарования, или же это просто последствия той магии, что оно применяло. Однако значения это особого не имело, ведь стереть каракули или же восстановить сами рисунки, было невозможно. Перелистав кучу красочных картин, пейзажей, персонажей и панелей, старшая сестра обнаружила один из немногих экземпляров миров. Тот, что ей и предстояло изучить. Убрав другой лист назад, окончившая первый курс, повернула лицевой стороной рисунок вперед, собравшись. Вскоре, она позволила колдовству брата сделать своё законное дело. С громом и сиянием, свет забрал девушку, позволив в последний раз, сказать что-то перед окончательным переходом между мирами. "Не волнуся Муни." - шептала уверенно женщина спасительница - "Я скоро буду. Ты только дождись." 

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------- 

Дивные звуки заполонили уши молодой путешественницы. Чьё то чирикание, журчание ручейков и шелест листвы. Мелодия богатой жизни создавала атмосферу движения. Непрекращающегося цикла перемещения и взаимодействия. Пока что, Мари могла только слышать окружающий мир, но не видеть, ведь глаза её оказались закрыты. Осознав сию мелочь, она сразу же отворила очи, мигом щурясь, ввиду появившейся пред ней неожиданной картины. Мир в который её переместило, не был похож ни на один из ранее изученых. Под копчиком девушки находилась твердая, полноценная земля. Камешки, грунт, песок и грязь, весь комплект простой услада для глаз садовода. По сторонам от черноволосой, высоко высоко тянулись могучие стены, хотя в реальности то были исполинские травинки, но благо продолжающие зеленеть, чему нужно сказать спасибо полуденному солнцу над головой. В синем небе, между белых облачков всяких форм, висело яркое космическое тело, наделяя окружающую растительность силой и витаминами, в тоже время создавая приятное, летнее тепло.  

Мари сидела на одном месте, словно её облили ведром холодной воды. С глазами блюдцами, женщина не двигалась с места, поражённая локацией, в коей довелось оказаться. Ключевой причиной шока, послужило цельное отличие от тех миров, ранее изученных трудом и потом. Никакого абстрактного мусора, странных форм или же противников, прыгающих на путешественницу с первой минуты появления. Заместо этого, вокруг витала праздная, умиротворенная атмосфера, с приятным запахом природы. Сильнее выделялось среди сего фактора и крыша над головой. А точнее как таковое отсутствие белого пространства. Детали, что обычно срубала всякую дымку на сказочное существование в ранее невидымых землях, возвращая юную бейсболистку обратно к цели поисков.  

Чуть погодя, девица подняла руки от грунта, почувствовав, что что-то серьёзно не так. Как оказалось, всё было куда проще. Пред глазами пианистки, с нижнего угла обзора, появились белоснежные, аккуратные, чистые, словно оторванные от мраморной статуи, кисти. Костяшки слегка выбивались на фоне конечности, вместе с яркими ноготочками, но по большей части, единым словом, коем можно их описать - это совершенство. Из интереса, девица так же коснулась ими лица, не найдя на нём прежних ссадин с следами крови. Вскоре глаза метнулись и вниз, так же обнаружив чистый шелк платья. До старшей сестры наконец то снизошло озарение. Она снова чувствует себя снова на сто процентов. Пропала усталость, меланхолия, или же зачатки желания бросить всё на пустом месте. Теперь, сила бурлила под кожей опытной искательницы приключений, наполняя ту мощью, скоростью, чутким умом и знаниями.  

"Это... Необычно." - шептала сама себе брюнетка, опираясь на ладони и вставая с земли. При быстром рывке, голова девушки немного закружилась, но после какого то времени в полустоячем положении, контроль над телом восстановился, и спасительница вновь могла держать спину прямо. "Обычно, такое случается только под самое начало сна. Может, Муни нарисовал этот мир по другому от предыдущих? Так подумать, мы с ним никогда здешнее место не посещали." 

Задумавшись над общим положением, студентка посмотрела вокруг себя, отыскав лежащую, нетронутую никем и ничем корзинку. От практически незаметного бриза, платок в клеточку слегка колыхался, показывая черную пустоту наполнения. Подойдя к нему и подняв, спортсменка засунул внутрь руку по локоть, с высунутым языком ища нужный предмет. Не прошло и минуты, как девица отыскала среди безделушек рукоятку верного помощника, достав и закинув себе на плечо биту. Неожиданно, но та тоже оказалась полностью отчищенной от всяких следов грязи, отражая свет лакированной поверхностью. Конечно изумляясь происходящим потрясением, Мари всё равно не могла найти в себе другой реакции, помимо пожимания плечами. Что она и сделала. Расположив корзину на локте, хрустнув шеей, спящая красавица отправилась выполнять рутинную задачу по исследованию здешней местности, втайне надеясь, что может быть здесь, он наконец то найдется.  

Крошечные веточки и галька радостно хрустела под ногами молодой странницы, пока та с приподнятыми вокруг глазами, рассматривала окружающие красоты, что простирались по витляющей дороге на десятки футов. Огромные цветы нависали, поражая своей красотой. старый мусор, по тппу крышек от газировки или же заброшенные временем стеклянные бутылки, не выбивались из общей картины вещей, а только добавляли собственного шарма, ассимилируя с растительностью. Проходя от одной дорожки к другой и почти что постоянно с задранной наверх головой, старшая сестра отмечала поразительную способность своего младшего брата, на сотворение удивительных земель. Всякая песчинка или листочек, были отрисованы его магическими способностями, и пока что, этот мир, становился одним из её наилюбимейших по насыщенности.  

Через какое то время, путешественница даже пришлось отвлечься от созерцания природы, ведь появившаяся вскоре преграда, не дала ей дальнейшего проходу. Оказавшись на маленькой открытой  местности, Мари встала перед тем, что мешало ей пройти вперед. Большая табличка, приветствующая всякого входящего на здешнюю территорию. Слова, вырезанные калиграфией поверх старого куска коры гласили: 'Добро пожаловать в Сад Гигантов. Королевство нового начала.". Сейчас, эта оглашение лежало тяжелым грузом по земле, с платформой на её правом верхнем углу, из старой банковской карты и лестницей пластиковой.  

"Всё ведь так хорошо начиналось." - бурчала под нос Мари, упирая биту себе в ноги и топая босой стопой, раздумывая, как же ей можно пройти. Вскоре, белое нечто попало в поле зрение музканши, на что та охотно отреагировала. Подняв голову, наполненную думами, барышня обнаружила ландыш, наклонившийся своим колокольчиком к самому середину 'комнаты'. Старшая сестра практически почувствовала загоревшуюся лампочку у себя над головой.  

"Такс, с этим я могу работать." - подметила девица, убирая на время тяжелое оружие обратно в переноску, и решив вместо него, достать старый инструмент с далёких времен. 

Наружу вышла резиновая, болтающаяся, карикатурная рука. Одна из тех что доставались в разных автоматах, выдающим игрушки за четвертак. Только эта версия, была умножена по размерам раз в эдак пятнадцать. Липкий крюк кошка, множество раз спасающий двух лучших друзей из трудных передряг. Побег от толп врагов, подтягивания на высоты, зацепления врагов или же просто ленивое перетаскивание вещей, к которым можно легко дойти, но тебе слишком комфортно на облаке зефира. Так или иначе, сейчас ей понадобится именно что транспортная функция сего кудесного предмета.  

Схватив искуственную конечность обоими руками, Мари раскрутила резинку над головой,  и нацелившись на цветок, отпустила игрушку. Красная кисть мигом обмоталась вокруг лепестков, сжав их по сильнее, вскоре сжав пальцы вокруг самой же себя. Проверив твердость хватки парой потягиваний, бейсболистка сделала глубокий вдох, разбежавшись и прыгнув с пригорка, на который взобралась. Чувство свободного падения, на время ощутилось телом студентки, однако по прошествию мгновений, оно испарилось, заменившись легкостью от висения на импровизированной веревке. Сколько бы спасительница не делала этого, но никак не могла нормально привыкнуть к процессу. Используя всё тело, пианистка раскачивалась взад назад, набирая подходящую скорость для скорого прыжка, пока моталась по ветру. В один момент, поняв что та достигла своего максимума, женщина отпустила эластичный крюк, пролетев несколько футов, и к счастью, оказавшись на платформе. Дальше она спустилась вниз, продолжив шаг, убирая резинку обратно в глубины корзины. 

Еще даже не дойдя до следующей поляны, девица уже ощущала на себе разноцветные лучи приближающегося объекта. Если точнее, речь шла об огромной, разноцветной, старинной вазе, больше напоминающая размерами большой корабль, выброшенный к берегу после шторма, нежели держателю для цветов, работы искусного мастера по цветному хрусталю. Мари оказалась по настоящему заворожена такой богохульной красотой, внезапным появлением светящегося тоннеля. С болью в шее, пианистка изумленно вошла внутрь горлышка, где внутри, проходя по старому, накопленному со временем грунту, пораженно глядела в разные стороны, удивляясь преломлению разных цветов света, и той более кроткой растительности, идущей под потолком из железной окантовки с кристалами. Девочка словно ходила сквозь крошечный дендрарий, омываемый лучами радуги, купаясь в солнечном наслаждении. Маленькие цветы, совсем не похожие на тех гигантов, встречаемых ею на пути к оранжерее, испускали мягкий, приятный, слегка влажный автомат, повышая как температура, так и общую гидрированность окружения. Так или иначе, здешние красоты отличено навевали чувство умиротворения, почти маня в объятия мягкой травушки, да наслаждение свежими капельками расы. Но музыкантше сие удовольствие было чуждо. Как бы красиво сие место себя не показывало, у неё оставалась обязанность, и покуда то остается открытой, о покое можно забыть. Возможно, когда путешествие подойдет к логическому завершению, ей стоит попросить Муни пойти с ней в это чудесное место, дабы чуточку развеятся и побаловать напуганного братишку. Мысли о его немой благодарности, выражаемой физическим контактом лбом об ключицу, пустили заряд мотивации к мозгу юной спасательницы, сразу же побудив переключить передачу с размеренного шага, на полубыстрый бег. Вскоре, пройдя каждый цветочек и сделав несколько кругов в огромной вазе, дама остановилась перед формальным местам выхода. Ну, формальным оно было потому, что здесь хрусталь нашелся куда тоньше, чем в остальных местах. Соответственно, есть шанс пройти напролом. Не будет ведь она прямо сейчас поворачивать обратно, и с недовольным ворчанием протискиваться сквозь широкую листву вокруг. Докоснувшись теплой поверхности белого, прозрачного материала, студентка поняла однозначно, какой инструмент подойдет для решения таких затруднительных проблем. В сумке как раз слишком долго засиделся один очень ворчливый и надоедливый помощник, готовый помочь со всем, что хотя бы отдалённо напоминает собой драгоценности.  

"Ох, лишь бы этот старикан был в настроении..." - пробубнила себе под нос Мари, убирая биту во второй раз в корзину, и через минуту трудных поисков, ухватилась за ручку чего то гораздо больше, чем добросовестная бита. Однако, достать его было куда труднее. Капельки пота капали со лба девицы, и единственная свободная рука покрывалась венами, при неумелом вытягивании, что под собой, подразумевало необходимость использовать обе руки. Как никак, здоровяк, был одновременно ей тяжелым оружием, и камнедробилкой. Схватив выступившую палку из глубин неизвестности, девушка пыхтела так, как будто вытаскивала экскалибур из старого, трухлявого камня. "Давааааай... Уже почти!... Нуууу..." 

ПОП! 

"Уагх? Шо? Кого? Кто потревожил мой сон? У меня конференция через полчаса, каркатицы беспозвоночные!" - прогремел чей то низкий, недовольный мужской рокот. Центром этого голоса, являлся никто иной, как Мистер Джоусам собственный персоной. Пластиковая голова великой белой акулы, с клыкастой хмурью и 'клёвыми', очками на переносице. Остальная же часть тела отсутствовала ведь эта головешка, представляла собой палку хваталку, которую дети часто использовали в далекие девяностые года, когда игрушки мультсериала, продвигающего плюсы и блага капитализма в Японии тех лет, еще сохраняли высокую популярность. Иногда черновласка мечтала о возвращении в былые времена, где трава зеленее а небо светлее, но вот о чем она не мечтала, так это о возвращение к вечно недовольному окружающим комфортом мужику с затемненными линзами. Однако, по только известной Муни причине, он создал... Его. Ух, девочка подросток уже пожалела что не выбрала длинный путь.  Окончательно проснувшись ото сна, синекожий, или скорее чешучатый, хотя это ведь просто живой пластик, но и не важно, мужчина, глянул в сторону своей напарницы, немного ухмыльнувшись. "А. Это ты. Неужто принесла мне тот мешочек с золотом, о котором мы договаривались в Пиратской долине?" 

"Нет, Мистер Джоусам, у меня нету для вас сокровищ." - через зубы процедила брюнетка, видимо корчась от дискомфорта при разговоре с этим созданием. Получив ответ, самодовольный бизнесмен сбросил улыбку, перевернув брови вниз, громко и недовольно прорычав.  

"Ты помнишь наш разговор, куколка. С меня помощь, а с тебя сокровища. Нету сокровищ, нету помощи. Всё очень просто. Ты же у нас вроде бы студентка. Так чего же так тупишь?" - в грубой манере рычало морское создание, виляя носом, поправляя очёчки. Мари пришлось физически сдержать себя, чтобы не засунуть этого придурка обратно в корзину, как можно глубже, попутно проклиная младшего брата за пагубное решение дать жизнь этому рыбе головому. В конце концов, сделав глубокий вдох, она нацепила свою рабочую улыбку, надеясь, что такой блеф сработает. Акула никогда не отличался выдаюищимся интеллектом, так что кто знает.  

"Извините сэр. Мне очень жаль что я не могу выполнить часть своего уговора в том виде, в котором мы подписали контракт." - фальшиво печально сказала старшая сестра, продолжая держать на весу массивного капиталиста, не обращая внимание на затекающие плечи. Когда же улыбка постепенно прояснилась на чертах этого острозубого финансиста, она приступила к своему финту. "Однако.." 

Пианистка повернула того головой вперед, по направлению к красочной, яркой, переливающейся разнообразными спектрами палитры цветов стене, сделанной из множества кусков толстого, но не настолько, как у остальных стен. Даже не видя лица Джоусама, Мари спокойна видела, как загорелись его глаза, в внутреннем отражении линз. Те очи, кричали о воспламенившейся жадности. И ей она, только на пользу. "Как насчет я отплачу вам этим?~" 

"О святые рыбные палочки. Да это же... Я слов себе таких не нахожу. Здесь ведь трижды раз больше, чем я запрашивал! Охохохохо! Ок, крошка. Договорились. Поднеси мои челюсти к этой аппетитной, так и просящейся на клык красоте, и наша сделка будет выплачена. Черт, я даже вот что скажу, я умножу впятеро срок, на которой мы забились! Давай, чего ты ждешь?" - словно помешанный наркоман, лепетал океанский хищник, с капельками тяжелой слюны, падающими прямиком на землю. Чтож, её блеф сработал, а поскольку у этого создания практически отсутствует понимание вкусов разных камней, работа будет выполнена в два счета.  

"Как пожелаете." - дьявольски ухмыляясь сказала она, взяв рукоятку устройства покрепче, и слыша как клацала челюсть монстра, резким выпадом, вонзила пасть охотника прямиком в хрусталь, закрыв глаз. Сию минутно, кожа пианистка почувствовала сотни, если не тысячи крошечных осколков, летающие во все стороны, в то время как уши, улавливали быстрый, сокрушительный хруст. Благодаря своему высокому болевому порогу и самому факту, что во сне её тело куда менее чувствительнее, нежели в реальности, куски летающего кристалла не приносили ни малейшего вреда утончённой коже путешественницы, банально отлетая от неё куда попало. В течении минуты, всего жалкой минуты, плавниковое на палочке выжрало своим бездонным, а так же несуществующим, желудком, здоровую дыру в тупике, открыв свету проход. Ну и ей соответственно. Лучи солнца ударили ей в лицо, сразу став индикатором к открытию век, наслаждаясь раскрывшимся видом на продолжающуюся дорогу. Где то там, вдалеке, примерно в милях эдак шести от нынешнего местоположения, виднелись неточные очертания некоего городишка, а соответственно её цели. Не обращая внимания на страстные, удовлетворённые стоны наевшегося чудовища, девушка кинула доходягу обратно ко дну переноски, уверенной трусцой побежав вперед, встречать новые земли. 

Открытая, оттеночно желтая поляна, встретила собой подходящую на всех порах дамочку. Песок, галька, камушки и прочие составные земли весело кликали под её стопами, когда сама обладательница чудо корзинки, неслась к последнему рубежу, останавливающую спортсменку перед крошечным шансом нахождения любимого, младшего брата. Посреди чистого пространства, между двумя конкретно выделяющимися ростом пнями, лежал сломанный, потертый временем, кораблик, развалившийся через весь проход. Желтая бумага, рассказывала историю трудного создания передвижного устройства. Часы практики, неудачных попыток, недовольных стонов и множества эмоций, описанные благодаря отпечатком детских пальцев, были видны в этом рукодельном мастерстве. На том, что можно разобрать как корма корабля, виднелись две заметные, но стеревшиеся с движением лет имени.  

"Это же какие малыши тут бегают, раз уж такие игрушки роняют?" - в одиночестве интересовалась барышня, делая шаги к обшивке из одного и того же материала, кладя руку поверх листа. Ворсистость и завитость бумаги приятным каскадом проходилось по подушечкам молодой путешественницы, пока та водила ладонью об преграду. Заметный слой пыли спокойно оставил серые следы на коже, вынудившие Мари слегка сморщить лицо, стряхивая налёт с кисти. Сам пароход, сим назвался благодаря прикрепленной к задней части вертушки и двум сложенным трубам наверху, уходил своими обьёмами высоко высоко, отбрасывая тяжелую тень,  делая общий вид поляны менее красочным, чем минуту назад.  Помахав головой в разных направлениях, девица с печалью обнаружила, что ровно как и во все предыдущие разы, здесь не было запасного прохода. Башни травинки продолжали закрывать собой стороны света, оставляя единственный, изрядно надоевший способ движения. Напролом. Ей конечно нравилось иногда переходить сразу к делу, ведь это означало что будет потрачено меньше времени на решение загадок и больше времени для поисков Муни, но время от времени, её миролюбивая натура пробивалась сквозь слои тяжелой цели, напоминая о плюсах размеренного решения проблем. Она ведь леди , а не какой то варвара.  

"Хм... Джоусэма мне тут не использовать, он обычную бумагу сразу отлечит от дорогих купюр, а Хваталкой за края не смогу ухватиться, слишком высоко. Остается только.." - здесь мысли Мари поплыли в несколько опасном, и анархическом направлении. Сей инструмент использовался чаще всего только в пылу боя, когда требовалось остановить противника от нападения на её драгоценную корзинку издалека. Вещь безусловно полезная, но крайне разрушительная. Подумав каких то несколько минут, старшая сестрица тяжело вздохнула, надеясь что ей больше не придется снова вытаскивать\засовывать предметы внутрь переноски, кладя поклажу на грунт. "Ох, лишь бы трава не загорелась, лишь бы она не загорелась..."  

Из витого инвентаря, показался громоздкий, цилиндро-образный , коий являлся ничем иным, как старым ночником. Тем самым, что часто включался маленьким детям, когда те боялись спать в кромешной темноте, но и с через чур сильным светом уснуть не могли. Длинная труба, с деревянной подставкой, где вокруг синей лампы, одевался большой, железный конус, с вырезанными на том сказочными изображениями. Зверьками, планетами или же чудесными персонажами народных сказок. Мари обнаружила, что держа в руках сей удивительный агрегат, на её сознание сразу обрушились горько сладкие воспоминания из дальнего прошлого. Воспоминания о холодных ночах, когда единственным другом, отганающим не существующих чудищ, был никто иной как этот здоровяк. Обычно, девочка дожидалась последнего дверного щелчка, оповещающего о закрытии двери родителей. Только тогда, маленькая принцесса вставала с кровати, неуклюже топая по линолеуму, прямиком к старому шкафу. Там, юное дарование, выносило на лунный свет свой ночник, вставляя вилку в розетку, и с очарованием в глазах созерцая, как планеты сменяются поочередно, а рыцарь верхом на белом коне, гонется за своей принцессой. Конечно, за такими ночами, всегда следовали ожидаемые последствия. Родители в те времена строго упрекали, говоря что девочке её лет уже плохо слишком долго спать с ночником. Но только в четыре года, она окончательно прекратила тихие посиделки с звездами.  

Вернувшись из царства давних событий, девица решила проверить функционал аппарат, рассмотрев с разных углов. Батарейки? Имеются. Режим стрельбы? Одиночный, дробь и сплошной луч. Вес? Невозможно сказать точно, но если она попытается держать его одной рукой, то ей точно придется постараться, чтобы удержать махину от земли по крайней мере несколько секунд. Готов ли он к использованию?  

"Вот сейчас и проверим!" - звонко ответила на не озвученный вопрос Мари, беря устройство в обе руки и встав по крепче, нацелилась ровно в центр кораблика. Жаль, что тот кто сделал такую красоту, к сожалению её лишится, но по другому дальше не пройти. С языком в зубах, барышня в кои то веки нажала кнопку, вскрикнув без промедления от выпущенного заряда. Сплошная колонна концентрированной энергии вылетела из лампы, приступив к процессу активного прожигая постройки. Возможно, внутри девочки тайно спал ожидавший появления пироманьяк, потому как картина постепенно обугливающихся слоёв бумаги, начиная с корпуса и постепенно переходя к построенному экс терьеру. Железная труба вертелась как угорелая, разнося изображения веселых героев по затемненным листьям, пока убранство корабля превращалось в золу, вырисовывая улыбку на устах путешественницы. У всего есть свой конец, и спустя секунд тридцать, наступил конец пароходу. Под звук хрустящей в огне бумаги, парралельная сожжёной стене другая, прожглась насквозь, открыв долгожданный проход к городу. Она уже почти на месте, ибо стоит пройти через пламя и... 

Не успев даже банально перешагнуть об виляющие языки горящей целлюлозы, как Мари обнаружила себя придавленной к земле внезапным противником. По обе стороны тела девушки, в землю упирались волосистые, хитиновые лапки некоего насекомого. Красно коричневый цвет природной брони создания, усеивался множеством чувствительных, крошечных волосков, подергивающиеся в нетерпении перед возможностью вкусить свою свеже пойманную добычу. Конечности чудовища, этой исполинской версии обычно крошечного насекомого, по итогу исходили из грудной клетки, деленной на секции, защищенные итогом эволюцинного прогресса. Большой, надутое брюшко свисало с конца туловища монстра, будучи обрисованная бледно серыми полосками, с врожденным окрасом. Отличительный знак этого вида и причастности к определенной колонии. Раскрыв острые, кровожадные мандибулы, голова муравья жадно щелкала пастью к её лицу, всматриваясь в душу своими черными, с узором из гексагонов, глазами, в то время как усики-антенны, улавливали сладкий запах жертвы, чью плоть можно отдать королеве на пропитании. Обычный солдат , один из миллиарда, изо всех сил следовал вложенным инстинктам, бессвязно шипя и кусая воздух перед девицей. Такая картина напугала бы кого угодно... 

Но не её. 

Дьявольски ухмыляясь , Мари использовала полученные во сне силы, изменив положение двух борющихся соперников так, что теперь она сидела у него на грудной клетке, зажав ногами. От неожиданного поворота событий, а так же изменения в пространстве, насекомое яростно махало ныне жалкими лапками, неспособными причинить ей не малейшего вреда. Если этот задохлик думал что ему удастся вот так легко сожрать пианистку, то он ой как ошибается. Ведь теперь, она сожрёт его. Только фигурально, ибо по её предположению, есть большого муравья было бы перебором, даже в контексте сна без моральных ограничений. Посмотрев на жалкого врага исподлобья, студентка яростно вставила 'дуло' ночника в широко раскрытые лицевые черты отвратительного создания, тем самым ошпарив тому уязвимую слизистую. Прямо перед тем, как включить луч, воительница готова была поклясться, что увидела страх в бездушных глазах хитинистого уродца. Но в конце концов, важности в такой детали не имелось, а потому, подмигнув солдату на прощание, музыкантша услышала прекрасную мелодию тонкого писка, когда лазер зажаривал засранца до хрустящей корочки. Муравей бился в предсмертных конвульсиях еще совсем немного, вскоре поджав лапки с окончательной потерей жизни, показав результат справедливой расправы. Угольное месиво из твердых, и булькающих частей его головы, испускающие смрад, который можно сравнить разве что испортившейся копченой колбасой.  

"Буэх. Ну, хотя бы теперь от тебя осталась только одна проблема. Запах." - бормотала под нос Мари, вставая с бездыханного трупа, оттряхиваясь как от земли, так и от останков  твари. Позади неё, постепенно рушился горящий кораблик, а под ней, насекомое переросток давно испустило последний дух. Мысль, была только одна. "Ок, какого черта здесь происходит?" 

К сожалению, Мари не сумела получить полноценного, прямого ответа словами какого либо разумного существа. Вместо этого, ей предоставили куда более суровый, прямой вариант. Ответ событиями, неутомимо ведущими за собой гору последствий. 

Chapter Text

Через дыру в корабле, находясь еще на старой поляне, уши сестрицы уловили какофонию болезненных звуков. Чей то писк, смешивался с отчетливыми мольбами о пощаде, а звук трескающей древесины сопровождался ударами тяжелого об такое же тяжелое. Пианистка не впервые слышала звук кровавого сражения, а посему той не составило определить серьёзную перебранку, когда то имела место быть. Нахмурив брови, юная путешественница мигом схватила переноску, убрав подручный дизентегратор, прыгнув на встречу с неизвестным. В полёте, студентке было трудно передумать о столь поспешном решении, а потому, увидев что под её ногами находился только стремительно уходящий вниз склон, бейсболистка сделала единственное доступное. С шоком скатилась вниз, кое как сохраняя прямую стойку, когда песочная масса расходилась на дикой скоростью между стопами, угрожая в любой момент скинуть девчушку, используя помощь внезапно появившегося корешка или же камешка. Однако такой неприятности ни разу не случалось, и брюнетка, балансируя в движении, серьёзно наблюдала за разворачивающемся полем боя.  

Там внизу, стоял старый замок из камушков. Гальки, размером с целые автомобили, склееные странной, непонятной массой. Четыре башни, две стены, окружение лесом листьев, одни поднятые ворота, ров с кипящей водой,  туча тяжелой артиллерии, хотя, то скорее были аркабаллисты из веточек, резинок и острых гвоздей, заменяющие полноценные болты, и верные солдаты армии, защищающие владения королевства. Каждый воин, не показывал своего туловища или лица. Эти конкретные части тела, закрывались у них плащами-цветочными лепестками, показывающие в свету, разве что зеленую, неясную с дальнего расстояния, броню. В руке гордых рыцарей странно выглядящие приборы, чем то напоминающие заострённую смесь из лопаты, косы и лейки, всё на одной, длинной рукояти. В данный момент, толпы храбрых защитников родины, подвергались нападению не менее многочисленной орды жадных до еды, безмозглых существ. Помимо братьев или сестер почившего муравья, по воздуху летали комары, отстреливающие силы безымянного города сгустками бурлящей в полёте крови. Внизу, вместе со своими хитинистыми товарищами, между их лапками, бегали жадные до кровопролития клопы, чуть ли не оставляя за собой маленькие облачка пыли, вскоре нападая ордой на очередного беднягу. Три силы природы, против одного ни в чем неповинного города. Такой расклад был крайне далёким от благоприятного, в глазах молодой бейсболистки. За этими возвышениями может лежать важная информация о её младшем братике, и она скорее прыгнет в петлю, чем упустит такую редкую возможность. 

Наполнившись решительностью, Мари, за несколько секунд до окончательного достижения основания склона, сосредоточила силы в ногах, запустив себя высоко ввысь. Там, на приличной высоте от земли, она занесла над головой оружие, часто выполняющие свою прямую, но непозволительную в реальном мире, функцию.  Давить оппонентов грубым, беспощадным взмахом. Была и первая функция, используемая в всем известном виде спорта, но здесь только вторая, агрессивная, методика подходила по настоящему. Сжав челюсти, девушка наконец то обрушила свою силу на супостатов, издав при том оглушительный взрыв. Бита, наполненная энергией долгих лет пребывания на просторах сказочных миров, взорвала немалый кусок побоища, дав монстрам только секунду, прежде чем их тела обратились в пепел, развеивающийся на ветру.  

Студентка в реальности, и беспризорница во снах, стояла посреди поляны случившихся сражений. Вскоре, половина взглядов была обращена именно в её сторону. Её глаза встречались с органами зрения разнообразных насекомых, и в тоже время сияющими точками, скрывающимися под тяжелыми капюшонами. Всего какие то мгновения, обе стороны конфликта безмолвно вопрошали, на чьей же стороне находится сия особа? Собирается ли она взять командование над роем голодных чудовищ, взяв поселение в железные тиски, стерев того с жителями до основания, или же она спасёт постепенно падающих к смерти горожан, вместе со своими слугами? Хруст сожжённого до основания головного хитина, раздавленного оружием Мари, ответил на этот вопрос.  

В течении следующих десяти минут, спящая девушка занималась тем, что у неё получалось лучше всего. Билась изо всех сил, используя то, что либо подарили, либо заслужили тяжким трудом. Бита крошила тела насекомых на гротескные куски, быстро обращая на несколько секунд белоснежное платье, в желтоватую накидку, вскоре очищаемую, за что стоило благодарить резкость движений воительницы. Липкая цеп рука, резиновая крюк кошка, молниеносно меняла положение сражающейся с толпой, не ограничивая передвижение от врага к врагу, но и от земли к небу. Пришедший в себя Джоусам, ворчливый старикан бизнесмен, официально закрепив их уговор, жадно вгрызался во всякую поподавшуюся ему под клыки материю, не важно, будь то половина огромного муравья, или же земляная полоса, по коей он тащил путешественницу за собой, словно мотоцикл на полной скорости. Наконец, воспоминание одиноких вечеров, закрытая железом лампа, знакомила мерзких выродошей с пониманием концепта 'световая вечеринка', когда Мари, филегранно вертилась юлой в воздухе, смерчом поливая врагов лазерными лучами. Исскусное мастерство расплаты фантастичным созданиям, пришла к девочке не сразу. Ей пришлось совершить не мало ошибок, по крайней мере раз десять быть восстановленной после поражения, но научившись ловить моментум, понимать красоту таких гротескных бань, она обуздала новую стихию хаоса и разрушения.  

Имя человечку, подаривший тогдашнему подростку способ самовыражения, удовольствия, Муни. Лишь его заслугами, часами одинокого творения, появилось чудо, называемое тем, чем она сейчас занималась. Поведением себя так, как и стоит всякой уважающей себя женщине. Прямолинейно, четко, серьёзно и без лишних ограничений. Только движение к цели. Исскусство правильного поведения.  

Последний хруст инструмента об голову инсектоида, покончил с блаженным опытом пианистки. Поля заволокло дымкой от тех взрывов, что исходили там и тут, в моменты тяжелого ненастья. Останки побежденного роя врагов лежали по земле, разбросанные как сломанные, пластиковые солдатики. Представители чудного народца, с желтыми пятнами на своих зеленых одеяниях, кое как шатались по долине, стеная, вопя от боли или же ища выживших товарищей. Смотря в картину, Мари заметила хмурость, образовавшуюся на её лице. Подобные детали миров и его творений, были редкостью. По идее, старшую сестру сии мелочи волновать не обязаны. Это просто ролевая деталь, часть истории очередного, заранее спланированного 'похищения' друга. Однако нынешний инцидент отличился достоверной угрозой, а моменты, окружающие пианистку пред каждым последующим шагом, кажутся ей... Живее чем обычно. Реальнее , и даже в некоторой степени, знакомыми. Что уже по своему наводило вопросы, вновь отвергаемые упертым разумом путешественницы. Своими мыслями, она только зря потратит бесценное время. Вот когда история подойдет к концу, можно будет и опросить юнца о нескольких волнующих вещах. Сейчас, главной пререгативой для спасательницы, обязано стать попадание за стены укреплённого города. В тоже время, будет полезно помочь раненым войскам. Кто знает, возможно с достаточным кредитом доверия, с нею охотнее поделятся крохами информации. 

На полном пару подбегая к группке решивших устроить маленький привал, Мари остановилась, поймав краем уха некий отдаленный звук. Какое то забавное стрекотание. Мелодия, исходящая сверху. Ужасно быстрое хлопанье крыльев, оповещающие об очередной, надвигающейся угрозе. Этот шум, звучал в ушах присутствующих от силы минуты назад, испускаемый надоедливыми москитами. Но этот рокот, был куда громче, и агрессивнее чем все, до этого слышимые.  

Приближался кто-то очень большой, буквально несясь, словно небесная торпеда. Она видела, как загадочный черный объект, высоко высоко от земли, стремительно пикировал вниз, направляясь к тому, что бравые ребята защищали ценой почивших сыновей и братьев. Деревянные ворота. Хотя брюнетка видела лишь сияющие глазёнки, но этого хватило с полна, чтобы передать ей те бурлящие под тенью эмоции воинов. Их страх за семьи, оставленные внутри города, их волнение за будущее государства, подпитываемое любовью к месту, в коем они родились. Все чувства, описываемые парой точек света. За мгновения до случившегося, старшая сестра позабыла о факте того, что находится в сновидении. Ровно как во всех пройденных до этого королевствах, нужда в помощи, выращенная с годами практики, преобрела над нею больший контроль, чем холодное, рациональное мышление.  

"Эй вы!" - крикнула на лежачих девочка в платье, завладев их вниманием. "Бегите в траву. Сейчас же! Спрячьтесь где нибудь, и ждите пока пыль не осядет!". 

Приказ, отданный особой без единого ранга в их армии, всё равно выполнился в короткие сроки. За те короткие мгновения, проведенные плечом к плечу за борьбой с ордой монстров, юные бойцы успели лицезреть поразительное могущество загадочной дамы с битой, поняв что ей они, как дробь слону. Ничета. Послушавшись требования бесприкословно, маленькая толпа солдат в спешке собрала манатки, удаляясь к высоченным зелёным столбам. Теперь, когда со всеми нежеланными на поле боя покончено, осталось сделать легчайший из этапов. Остановить живой таран, грозящийся метеоритом разрушить всё поселение. Задача - легче пареной репы. Что может пойти не так?  

Сейчас и узнаем.  

Сконцентрировав силы в ногах,  Мари рванула к поднятым воротам, перебирая стопами , подобно профессиональной бегунье. Воспоминания о похожих действиях случайно пронеслись по  голове спортсменки, настигнув молодую как раз таки в неподходящий момент. Ударив лоб рукояткой на бегу, девица добежала пол пути , в последний момент, сбросив корзинку под себя. То, что она собирается сделать, потребует от девочки каждую унцию силы, собранную в девятнадцатилетнем теле. Но поскольку она выполняла фокусы невозможнее, чем этот, в теории, всё должно закончится хорошо. Сжав по крепче основание спортивного инвентаря, могучая барышня прыгнула вверх, как раз остановившись по середине высоты врат, держа за собой биту. До столкновения осталось всего несколько коротких мгновений. Общий контур черного снаряда, жадно рвущегося к разрушению, становился ближе с проходящими секундами. И вот, когда казалось что время остановилось, и они посмотрели друг другу в глаза... 

БАМ!!! 

Летящий громила поменял изначальное направление кардинально, чему нужно сказать спасибо, единственной и неповторимой Мари. Её взмах, движение собравшие в своей основе желание предотвратить ужасную катастрофу, отбило лобовую атаку противника, вместе с тем, и его самого. На далёкие десятки футов, армированный гигант пролетел в обратном направлении, катясь кубарем по равнине сражений. Его тяжелая броня, пластиночные доспехи, клацали в моменты соприкосновения с твердой землей, разнося лязг по всей округе. Титан неизвестный, прочертив по грунту очень глубокую расселину, вскоре остановился. За ним сразу же последовала Мари, упав с открытого пространства обратно на поверхность. Пальцы рук всё еще покалывало, от недавно совершенного удара, чему свидетельствовали черно опаленные следы, в зоне подушечек пальцев. Реакция старая, запомнившаяся удивлением при первом опыте сильной атаки на большого оппонента, но ныне вызывала разве что крошечное волнение. Уж такой то 'бант' должен был вставить громиле мозги обратно на место. Ну, или же, вывести угрозу из действия. Так или иначе, результат будет известен только после рассмотрения самого нежеланного гостя, а потому, старшая сестра двинулась вперед, запрокинув биту за плечо. 

Однако к её удивлению, таран встал обратно на ноги. Именно что ноги, попрошу заметить. Через поднявшуюся завесу пыли, закрывшей полноценный обзор на детальность образа воина, студентка разглядела гуманоидные черты, выделяющие нового оппонента перед предыдущими дуэлянтами, или сворами насекомых.  Находясь на приличном расстоянии от него, и примерно анализируя появляющуюся в дали персону, сестрица подсчитала его рост, как нечто среднее шестнадцатью, или девятнадцатью футов вышиной. Лучший вариант, восемнадцать. Этот широкий верзила, топал по слоновье, волоча тяжелые ноги, закрытые пластинистым облачением. Двигался не спеша, но по раскатистым бормотаниям, сразу понятно что двигался он не от доброго умысла. Не заходя за линию дыма, боевая единица остановилась, угрожающе отказываясь сдвинуться с места.  

"Да кто ты такая, что посмела прервать наше правое дело, букашка?" - раздался голос великана, удививший молодую барышню своей обычностью. То есть, да, через тон можно легко понять что с ней разговаривал тяжеловес, способный с легкостью сделать из бейсболистку котлету, одним ударом стопы. Однако, учитывая полёт и общую характеристику предыдущих противников, она в какой то степени, ожидала услышать что-то более гадкое. С щёлканьями мандибул или же чириканием усиков антенн. Всё всё что Мари получило, было гласом выдохшегося мужчины, лет за сорок, уставшего от черезмерных нагрузок. 

"Ну, сэр, вообще то я человек, если вы не заметили. Хотя, могу понять ваш конфуз. Навряд ли когда то до этого видели кого нибудь кроме грязных червей." - шутила студентка, хоть и впечатленная что незнакомец пережил встречу с деревянной подружкой, но до конца уверенная, что эта битва, окончится её победой. Ему стоит всего один раз открыться, дабы в следующую же секунду, пасть перед ней бездыханным. Прямо как каждый до него. 

"Охохохохохо!" - раздался протяжный, рокочущий хохот человека стены. Его смех, буквально создавал порывистые воздушные волны, сильно ударяя как по ней, так и по всему что окружало скорого дуэлянта. Эти отбрасывания только пуще перемалывали витающий в воздухе дым, обращая всё кружащие в подобие своеобразного урагана, одновременно с чем, перекликающийся с тяжелым ветром, идущим с севера. Героиня непоколебимо стояла на месте, разве что щюрясь, когда частицы пыли попадали той в глаза, а так же совсем чуть чуть хмурясь, пока платье кидалось на теле во все стороны. Благо, что Муни предусмотрел эту мелочь и своей магией наделили одеяние невозможностью подниматься выше её щиколотки. Умный мальчик. Смотря на тень, девица лицезрела ржущего себе в усладу врага, хватающегося за живот от смеху. "Давненько я не видел такого крошечного создания, обуеного глубокой гордыней. Не удел твоему виду, пытаться взлететь скарабеем до солнца палящего. Жучки, подобные тебе, должны преклонится пред сильнейшими сего мира. А исключению мировому порядку, лишь одно. И твои уши останутся без идейными, о комь речь моя льётся, хитино не носящее творение. " 

Из сказанного великаном, барышня поняла только половину. Честно говоря, ей не было особо интересно, если быть полностью честными. Ровно как и к убитым прихвостням стоящего вдали незнакомца, она испытывала разве что легкое раздражение, при понимании что драгоценное время оказывается упущено на бессмысленные потасовки, а от сего, старалась разобраться как можно скорее. "Эээ... Не знаю, возможно песок мешает до конца разглядеть, но вообще то, всё это поле я отчистила в одиночку. Да, были моменты когда здешние ребята мне помогали, но это так. Крошечные исключения. А факт остается фактом. Ну, еще не забудь, что кое кто твой таран отразил. По твоему это признак слабости?" 

"Хм. Признаться должен, моль невзрачная, это по своему достижение... Для низко родной внеземельки!" - прокричал  старческим гласом он, топнув по земле стопой. Вот здесь, Мари пришлось балансировать, дабы не позволить себе потерять равновесие.  Легкое, и всё же ощутимое землетрясение прошлось по полю ненастье, удивив в какой то степени молодую искательницу приключений. Возможно, она правда недооценила этого индивидуума, ибо сила, вложенная только в один удар ногой, чувствовалась колоссальной. "Этим жалким жукам, несколько дней отроду! Всего лишь мелкий выводок королевы улья, отправленный на захват мелкого городишки. Что до моего удара, то это был даже не таран,  а всего то проверка сих жалких оборон. Тебе повезло, что я сдерживался, бледная незнакомка."  

"Ооо. Вот оно как. Охотно верю. Может еще и прячешься ты в тумане, потому что я не достойна лицезреть истинную силу... Как тебя еще раз? Не расслышала в первый раз, была слишком занята." - небрежно махнула. Сейчас, старшая сестра намеренно игнорировала всякие бахвальные слова высокого гиганта, предпочитая уделять больше времени своему черному лаку. Сегодня, он был очень простым. Ничего сверх естественного. Она как будто бы родилась с таким цветом ногтей, что отчасти является правдой, ведь с первого дня появления здесь, её ногти носили на себе один и тот же слой светоотражающего цвета. Намеренная провокация сработала судя по всему идеально, ведь со стороны остолопа, послышался резкий вдох через нос, окончившийся большей дрожью земли. Уууух, его эго видимо настолько же хрупкое, что и засохший лист. 

Одним ударом по земле, творение одного крайне творческого мальчугана сию секундно расчистило поле брани ото всяких признаков случившегося сражения. Воздушная волна, последовавшая за столкновением стопы и грунта просто напросто смела под чистую лежачие вокруг пустые хитины, оружия, завянувшие растения и конечно же толстый слой витающей пыли, до сего момента закрывающий отважной героине обзор. На неё, между прочем, сила создания никоем случаем не оказала должного импакта. Максимум в глазах защипало, да платье растармошило. Тем не менее, может на попытку заявить о себе девочка не отреагировала, но в скором времени, у девицы появились веские причины для протяжного, удивленнного присвистывания. За одно мгновение, амбал преодалел невероятно огромное расстояние между ним и ею, встав практически в упор. Красавица еле еле макушкой доставала ему до закрытого доспехом колена, выглядя ровно так же, как к ней относился титан переросток. Посмотрев вверх с приподнятыми в изумлениями глазами, Мари в кои то веки разглядела этого человека, или будет правильнее сказать инсектоида переростка, во весь рост. 

Толстые, черные, словно сгоревший сахар, доспехи закрывали большую часть черт мужчины. Помимо тяжелого, низкого голоса, причиной сего предположения стало ничто иное, как наличие завидных усов, свитых в тугие, длинные, до самых стоп, косы. Седые, между прочем. Латы накладывались друг на друга, прибавляя к без того грузному образу персоны, большего весу. Плечи были широкими, но что-то ей подсказывало, что по большей части, их размер получался таковым исключительно благодаря броне. Ноги с руками и вовсе выглядели так, как будто бы кто-то серьёзно пытался скрыть внутренние комплексы. В конце концов, кто станет выливать металл, с отдельным узором напряженных мышц? И это еще не говоря о странном, загадочном недо плаще. Сия часть вовсе больше походила на недо конца загнутые, рано застывшие листы железа. Хотя приглядевшись, брюнетка всё таки разглядела под скованными частями странный блеск и сложно устроенный узор. Так или иначе, не успев сконцентрироваться на одной и той же детали слишком долго, студентка вскоре обнаружила свои глаза намертво прикованными к двум особенно цепляющимся деталям в фигуре скорого противника. Выпуклому, красному, злобному, недовольному лицу человека, и сверкающему от дневного светила выбритому участку волос на макушку. Как раз по середине, с отдельной выемкой в шлеме. Остальная шевелюра - безобразное, цвета затухающих углей, месиво.  

Мари просто отказывалась сдерживать себя от легких смешков. Конечно, будучи порядочной леди она прикрыла губы свободной ладошкой, но это никоим образом не помогла ей в глобальной ситуации. 

"Меня величать..." - надул грудь великан, отчего на его лице проступила дополнительная порция пота, прежде чем выдать девочке слова, которые почти что довели её до приступа истерического смеха. Для пущего эффекта, этот уважаемый рыцарь, даже воткнул с гордо выпрямленной спиной свой верный, запятнанный кровью врагов посох. "Сэр Магнолий Крудесус Альдорьцкий Пятнадцатый. Сын Таршрёна Дуцерского, внук Зерпаче Цыцырани, правнук Чакерач Жалобина, и один из генералов армии его величество, короля империи Сектод, Антария Двадцать Восьмого!" 

"Муни, когда я найду тебя, то придется обьяснить, что побудило тебя на создание этого кадра. Я не могу-" - еле еле удерживая неумолимый хохот, старшая сестра потерянного мальчика собрала себя в кулак, прокашлявшись и состроив как можно более вежливую улыбку на своих точёных чертах. Всё ради продолжения цирка дюсалей. Ну, и если подумать чутка рационально, у этого вышибалы довольно таки говорливый язык, так что, может он чего нибудь полезного скажет. "Кхм. Ох, тогда простите меня за такое неразумное своевольство. Преклоняюсь перед вашим величием" 

"То то же! Знай своё место!" - Несколько раз ударил окрашенный в черный палкой по равнине мужчина, вызвав мелкие, но ощутимые вибрации. Возможно для других ситуация могла бы казаться плачевной, ибо на данный момент, перед гипотетическим несчастным человеком возвышался настоящий гигант, который ввиду переменчивого темперамента, мог легко в любой момент накинуться, то для нашей героини, ситуация складывалась как можно лучше. Здоровяк надул грудь от гордости, и липовой похвалы, явно наслаждаясь безусловно фальшивым актом воспевания. Этот идиот явно попался на крючок. Если бы не младший братик, и не его частая манера упрощать ситуации ей в выгоду, то половина их приключений заканчивались бы печально. Сейчас же, остаётся сделать два простецких шага. 

Вытянуть из великана крохи информации 

И раздавить жука парой хороших ударов. 

"Легче зачётной работы.' - хихикала себе под нос брюнетка, низко кланявшись аболдую. Гигант продолжал хмыкать в удовольствии, потягивая себя за длиннющие усища, прежде чем маленькая, по сравнению с ним, девчушка соизволила прервать парад повышенного величия. "О ваше превосходительство... Магедий Картестус... Неважно, могли бы вы удостоить меня своими знаниями? Мы и так враги, вы безусловно отнимите мою жизнь, так позвольте же мне унести крупицы ваших сокровищ в братскую могилу." 

"Хм..." - позадумался здоровяк, выпячивая губки, наматывая на закрытый железом палец ус. Через чур слишком так долго, поскольку спустя какое то время он продолжал раздумывать о просьбе крохотной воительницы, что к сожалению сказывалось на её позвоночнике. Сон сном, магией можно создать хоть тысячу подобных миров, а вот боли в спине никто не отменял. Только с громким ударом посоха об плечо, воин выставил себя на показ, удовлетворительно кивнув. "Три вопроса. Можешь задать мне три вопроса, и по истечению коих... Я от тебя не оставлю мокрого места, букашка. Можешь попытаться спрашивать о смысле жизни, истории моей родины или же вовсе героических поступках рода Альдорцких. Возможно тогда, я решу пощадиить твою жалкую -" 

"Договорились! Такс, посмотрим..." - бубнила девица, совершенно поразив старого солдата своей скоростью. Обычно, он всегда давал своим выдающимся противникам, или тем кто в его глазах виделся смешным, шанс на угождение ему, в то время как эта коротенькая личинка даже не дослушала до конца. Вскоре, покопавшись в наполнении бездонной корзинки, юная леди достала блокнот, специально положа оружие рядом с собой. Пролистав его несколько раз, путешественница протянула как можно высоко над головой рисунок одного мило выглядящего юноши, с зализанной короткой прической, мягкими чертами и яркими, сверкающими глазами. Карандашное искусство, сделанное в одном из привалов во время путешествия по предыдущему миру, было очень детальным.  Если бы не ужасное зрение громыхающего исполина, то он, скорее всего, мог разглядеть поры на личике юнца. "Вы случаем не видали нигде этого мальчика? Где то на голову ниже меня, тоненький, хрупкий,  волосы огненные, кожа бледная.  Молчит, вечно стесняется находится рядом с незнакомцами, в шортики с футболкой одет. Не встречали?' 

"Мальчика мартышку? С волосами пламени носящего? Так еще и такого плюгавого?' - вопрошал полу голосом мужчина, прежде чем обменявшись взглядами с девицей, залился смехом, сотрясающим землю. Титан топот ногой, бил по земле орудием справедливости приносящим, и сметал с глаз слезы накатывающиеся. "Охохохо! Да, наверное видел! Под моим сапогом, когда по казарме шпану мотаю. Ну конечно видеть я его не мог! Такой недорослик даже моего ногтя поднять не сможет, что уж говорить о ноге. Так еще и такой мягкий. Извини, малявка, но скорее всего ты найдешь его только в выгребной яме." 

"Теперь у меня появились дополнительные причины расколоть твой панцирь, жук навозный." - шипела подсознательно Мари, продолжая выглядеть на поверхности совершенно не затронутая грубочайшеми оскорблениями в сторону её маленького братца. Если убрать в сторону возросшую ненавесть, то единственное что получила из этого бейсболистка, это понимания что о нём идиот ничего не знал. Хотя бы какой то результат. Раскидав по полкам следующие вопросы, девочка сместила волосы на лбу, закрывая выступившую, пульсирующую от злости вену. "Ясно, ну, даже если так, всё равно спасибо за ответ. Насчет второго вопроса... Вам не приходилось замечать поблизости никакого странного существа? Худое, мумифицированное, с длинными волосами, будто бы из грязной, черной воды? Передвигается на коляске?" 

Описывать создание, похитившие её драгоценного родственника было физически больно для пианистки, но это попросту должно быть сделано. Другим иным образом, кроме как прямой коммуникацией, у неё не получится достичь желаемого. Узнать, где и кто спрятал лучшего в мире братца. На какой то миг, надежда зацвела в душе девицы. Старикан всерьёз пытался найти ответы у себя под черепком, тужился, хмурился, кряхтел и пыхтел. А открыв же рот, он спросил в ответ только одну вещь.... 

"Что такое... Коляска?" - бухтел престарелый вояка, чуть ли не отправив девочку рвать чудесные волосы на голове. Студентка ударилась лбом об очередной тупик, к своему же несчастью. В уже, должно быть, тысячный раз подряд. Иногда Мари понятия не имела, зачем малышу делать большую часть нарисованных персонажей такими дубоголовыми? Серьёзно, многие из них просто напросто не смогли бы функционировать ни при каких обстоятельствах. Тех немногих, кому художник всё таки решил подарить интеллект выше минимального, можно легко посчитать по пальцам. "Нет, я серьёзно, половины что ты букашка говорила, приблизительно не понял. Это какая то карета, или повозка?" 

"Аргх. Нет, нет. Коляска. Медицинская коляска. Что-то похожее на..." - дочь Судзуки игралась со словами, пытаясь найти правильное сочетание, чтобы объяснить некоторые термины из её мира, человеку\жуку из средневекового фэнтези. Ну, по крайней мере, это не загадки Хамфри. Воспоминания о том дне, порой становятся буквальной причиной для мигрени. "Железный трон с ремнями и колёсами. Да, так будет правильно сказать" 

"С тобой совсем не интересно. Приходишь сюда, убиваешь моих людей, и еще к тому же пытаешься пудрить мне мозги своими нелепицами. Заканчивай с этим скорее. Совсем что-то потерял охоту сражаться с тобою, жалкое подобие воителя. спрашивай последний вопрос, и великий сэр Магнолий Крудесус Альдорьцкий Пятнадцатый. Сын Таршрёна Дуцерского, внук Зерпаче Цыцырани, правнук Чакерач Жалобина, и один из генералов армии его величество, короля империи Сектод, Антария Двадцать Восьмого наконец отправит тебя туда же, куда отправил всех остальных врагов до тебя. Под землю!" 

"Ах так? Ну хорошо. Замараем руки снова." - кое как сдержала проклинание юродивого Мари, окончив внутреннюю расдасадованность милой, нежной улыбкой, вкупе с низким поклоном. "Как пожелаете, господин. Извините меня, простолюдинку, за такое своевольничество. Прежде чем вы отнимете мою жизнь, покажите мне свою известную милосердность, и скажите, какой же вашей жертвой я стану?" 

"Ухехехе. Может в голове у тебт личиночный навоз, но вот языком правильно работать ты умеешь. Жаль будет терять такой талант. Что до номера, то с той секунды, как я размажу тебя по стенам этого жалкого городишки, ты станешь моей оффициальной, две тысячи шестьсот восемнадцатой жизнью, павшей под моей силой. А теперь, приготовься-' 

Не успел старикан закончит бахвалистую речь, как вся его громоздкая туша, отлетела на футы далеко назад, приземлившись прямо на колени. Лицо, и до этого красное, теперь приобрело новый оттенок, благодаря льющейся из носу крови, и богохульному стыду. Ведь негоже генералу, быть отброшенному какой то мелкой сошкой. Эта же самая сошка, на данный момент, кокетливой сбросила акт порядочной, готовой в услужение барышни, показывая мужчине ту женщину, встречу с которой он безусловно заслужил. Бита за плечо, голова слегка наклонена, корзинка пошатывается на локте, а лицо, чистое, словно свежий мрамор, украшено тоненькой, но столь злорадной ухмылкой, приправленной полу закрытыми глазами. Девушка стояла в стороне от солдата, даже с его нынешней позицией, он всё равно выше её в несколько раз, но по удивительному стечению обстоятельств, можно было легко догадаться, что среди них двоих, именно она, смотрела сверху вниз. 

"Мне приходилось встречать таких персонажей как ты. Такие душки, поверить сложно. Все из себя гордые, хвастливые, высокие и сильные. Однако стоит вам хотя бы раз встретить уверенную в себе девчонку, и ваш фасад рушится, даже глазом моргнуть не успеешь. Как же это... Мило. Наверное, мне стоит напомнить Муни о том, чтобы он чуточку поработал над вами ребятами. Читатели не любят, когда в истории появляются одни и те же персонажи." - вздыхая оглашала Мари, постукивая концом верного орудия об шею, сохраняя зрительный контакт. "О, и чуть не забыла. Можешь не волноваться о своём наследии. Я всё равно забуду о тебе через какое то время. В конце концов, ты не более чем капля, в моём море чисел~' 

Chapter Text

Как и ожидалось, хрупкое эго исполина превратилось в пыль, стоило заветным словам малюсенькой угрозы пробить стеклянную, помазанную краской стенку. В мгновение ока, уверенный в себе мужчина уподобился взревущему морскому льву, вызванному на бой за господства над территорией. Содрогая землю криком, ударяя по груди, этот разьяренный гигант рвался в атаку, вырвав из земли покрывшийся грязью и черным лаком посох, приготовившись к легчайшему бою в его жизни. Ибо, быть такого не может, чтобы какая то самовлюблённая выскочка переборола его, лицо собственной армии. Великого воина и полководца. Тот трюк просто обязан статься случайностью. 

Так ведь? 

Рыцарь тарана понятия не имел, как же сильно ошибался на тот момент. 

Первым, атаковал конечно же он. Никак по другому быть не могло. Она была банально слишком мелкой, медленной и нерасторопной, чтобы засечь надвигающийся взмах железным орудием. Занеся его над головой, заранее подбежав за пару шагов к жалкой беспечнице, он сиюминутно сокрушил нахалку, раздавив в порошок. Уж глазу можно доверять! 

Один раз. 

"Неплохо. Но ты можешь лучше чем это." 

Второй раз. 

"А ты точно жук? Больше похож на пещерного человека." 

Третий раз. 

"Парень, тебе будет легче просто повернуть обратно. Дорогу домой то найти думаю сможешь." 

Двенадцатый раз. 

"Это начинает наскучивать. Ты только так и дерешься? Просто бьешь по земле, ожидая что найдешь труп?: 

Двадцать пятый раз. 

"Давай ка я встану вот здесь, облегчу тебе задачу - Ой, я сказала там? Прости, я имела ввиду правое здесь." 

Тридцать седьмой раз. 

"Ууууу. Это был близкий. Хвалю, почти получилось. Ладно, теперь моя очередь." - похлопала в ладоши брюнетка, прямо в паре дюймов от упавшего рядом с ней куска металла, нежели инструмента возмездия над врагами. По крайней мере, эта штуковина служила хорошим зеркалом, что помогло девице на пару секунд, для поправки запутавшейся шевелюры. Разгладив локоны обратно, девушка вздохнула, приготовившись преподать громиле хороший урок. 

Урок то этот, и впрямь оказался впечатляющим, ибо прыгнув на считанные футы от земли, пианистка быстро оставила несколько заметных вмятин по боку доспех. Отлитые руками, а так же подаренные ему при рождении, латы смягчили удар, однако лишь половинчато. Ударный эффект всё равно ощутился мягким телом здоровяка, отправивший рыцаря на колени.  

Поверить в то, что боль, ощущаемая кровоточащем участком телом взаправду была вызвана никой иной, как ею, оказалось крайне затруднительно. Даже Сир Геотур, и тот в их серьёзных схватках, мог нанести ему раны такого разряда исключительно под критически важные моменты. Теперь же, какая то незнакомка осмеливается превзойти его товарища, изнеоткуда?! Нет. Этому не бывать. 

"Ээээй. Есть кто дома? Я ведь всего то била в пол силы. Вставай давай, а то такими темпами усну ту-", - попыталась вновь издеваться над павшим врагом она, но была вскоре встречена разразившимся землетрясением. Земля буквально треснула под ногами путешественницы, разделившись на фрагменты разных размеров, прежде чем поднять героиню высоко в воздух. Предпоказчиком такого движения стал инструмент паладина, воткнутый на несколько футов под землю. Словно лопатой, рыцарь вскопал грунт без трудов, сделав из обычного куска арены, несколько поменьше, рассекающих небо над травой. Такое ей точно не пережить. Мелочь по типу неё, без прочного хитина и крыльев распластается по земле, ему для смеха. Он практически выиграл, за какие то секунды боя! 

Или, так он думал по первой, прежде чем оказаться прерванным странным, ранее несслышанным, скрежетающим голосом.  

"Рок энд ролл!" - взревел голос с высоты, привлекая к себе внимание полководца. Прищурив без того узенькие глаза, он кое как сумел разглядеть там картину, поразившую ветерана до глубины души. Зависнув в воздухе, девчушка держала в руке странный жезл, с прикрепленной к верхушке гогочущей головой некоего животного. Диковинная вещица сверкнула на него горящими глазами, и в следующую же минуту, вцепилось зубами к ближайшему куску грунта, только для того чтобы ринуться к нему, словно водомерка по пруду. Быстро, резко, прямо к цели. Сир не успел толком осознать происходящего, как это дьявольское отродье перепрыгнуло на другой кусок, а затем на третий, и вот эта мелкая заноза активно пробивает ему защиту, вгрызаясь бритвенно острыми зубами в плоть. 

Удары наносились быстро, резко, и будто бы со всех сторон одновременно. Ранения колотые, ушиби от дробящего оружия, отметины от голых рук и чьих то зубов появились тут да там, по всей поверхности его ранее известных непробиваемостью доспехов. Металл гнулся, испещерялся дырами, даже рвался, подобно листу бумаги. За месяцы сражений с своего рождения и тренировок, боец успел повидаться со многими яростными противниками, каждый опаснее предыдущего. Но только благодаря грубой силе, ему удавалось выходить очевидным победителем, будь то сражение не на жизнь а на смерть, или же простецкий спарринг. Однако, судя по всему, данный случай разительно отличается от всех ранее им испытываемых. Скорость малявки была предельно понятной. Она меньше чем его стопа, и потому неудивительно, что ему довольно таки трудно поспеть за быстро меняющей положение целью. Но сила... Откуда такая поразительная мощь?! Как что-то такое немощное, елозущие под ногами, способно раз за разом опракидовать такого силача как он на колени? Удары странно выглядящей дубины легко оставляли огромные следы по всему хитину и телу, еле еле давая моменты на то, чтобы не кричать от боли. Мужчина практически чувствовал, как кожа с костями мнеться под атаками букашки. Самое то ужасное в количестве атак. В их безжалостном характере. Рыцарь как бы не старался, но не мог найти момента для передышки, кроме жалкого побега. Чем он собственно занимался, расправляя крылья, хлопая ими в качестве способа защитить себя, и в мере побега. 

В тот же самый момент, Мари чувствовала себя живее всех живых. Ветер обдувал её черты, обнимая свободно простирающиеся по воздуху тело, когда та снова наносила удар за ударом. Ноги быстро сменяли друг друга, в блестяще выполненных прыжках и кувырках. Волосы, черное море оных, взлетали вместе с ней, пока девица без угрызений совести радовалась происходящему. Разумеется, в теории она не должна испытывать столько радости от схватки. Сей момент может легко прерваться, стоит студентке потерять бдительность, позволив отвечающему сломить её. Но будь она проклята всеми богами, если скажет, что нынешняя битва не придаёт ей такой сумасбродной легкости. Биться с ним проще, чем с армией, ревущих бедняг солдат до него. Атаки предсказуемы, увернуться можно на раз два, а его тело так приятно хрустит от каждого, удачно нанесенного удара, будь то мистером Джоусам, или же лазером Лампы. Истинная радость лилась в венах, скрытых под каменно-подобной кожей, отчего девушка, отпустила попытки сдерживать себя, улыбнувшись. 

Какое же невероятное наслаждение облило её тело, стоило барышне увидеть страх, расплывшийся по морде этого недомерка. Чистый, ничем не скрытый, абсолютный ужас, подпитывающийся осознанием, что вскоре его будут ожидать перед вратами вечных, заработанных грехами страданий. У студентки было много моментов, граничищих с блаженством. Восхваления другими учениками школы или колледжа за лучшие отметки. Полученные, ввиду помощи,  благодарности от незнакомцев. Старые отметины, покрывшиеся новой кожей, забытые потоками времени. Улыбка любимого братца. Но среди них, ничто не могло сравнится с той эйфорией, получаемой в момент осознания, что она контролирует ситуацию. Она и только она. 

Где то через пару жалких минут, битва близилась к концу. Пока Сир Магнолий стоял на колене, в другом конце поля, весь избытый, с значительными кусками отвалившегося, испускающего телесные жидкости хитина, девчонка максимум могла отлечится парой пятен грязи по длине платья, и несколькими ссадинами. Гротескное отличие по количеству ранений только пуще прежнего заставляло кровь супостата кипеть, приводя к злобным ударам кулаков, поломанных, сжимающих оружие об землю. Жалкая сцена, но уж больно потешная молодой женщине. 

"Ты у меня напрыгалась, ничтожество. Когда я закончу с тобой, тебя придется искать кусками по всему королевству!" - оскалился старикан, плюясь и пыхтя, кое как вставая обратно на ноги. 

"Мгм. Охотно верю. Ты закончил с показушничеством, или мне дать тебе еще несколько минут монолога?" - скучающе зевнула Мари, оперевшись локтем об биту, и наслаждаясь картиной того, как до сей поры красное лицо воина, становилось похожим на редис от злости.  

"Ты заговоришь у меня совсем по другому..." - зарычал внезапно он, вставая сразу на четвереньки. Такое изменение почти что стало причиной для зародившегося смеха, только вот последующие движения паладина, изменили финальное ощущение с умиления, на серьёзное волнение. Мускулистая лапа старика подняла с земли орудие, вскором времени прикрепив его к своему тылу. Громкий щелчок обозначил полноту слияния, показывай ранее существующий инструмент, в качестве на четверть развдоенного рога жука. Его собственная, финальная плита доспехов, и по совместительству, таран. После этого, земля задрожала, листья-деревья начали отлетать далеко далеко, а воздушные потоки создавать мини волны, сметающие всё на своём роковом пути. Источником таковых, стали широко раскрытые, узорчатые, насквозь видные крылья, хлопающие с сумасбродной скоростью. "...Когда я сравняю этот городишко с землей, и тебя в том числе!" 

"Вот это уже интересно." - присвистнула героиня, секундно остановившись подумать. По сути, несмотря на угрожающую стойку, ей ничто не мешает покончить с ним простым путём. Использовать Джоусума и доехав до него, нанести пару ударов по его слабому профилю, отправив в нокаут. Или же прямо отсюда зарядить Ночник, чтобы когда этот безумец ринулся на неё, луч просто напросто разрезал его напополам. Но такие варианты, уж больно скучные. Где здесь удовольствие, если заканчиваешь вещи исключительно простейшими способами? Будет куда лучше, да и интереснее, если окончить конфликт куда более.... 

Торжественно. 

Резинка для волос, легкая, тоненькая и милая, появилось из темных глубин корзинки, окруженная фиолетовой аурой. Энергия проливалась через пальцы, падая вниз, в форме желеобразной, пульсирующей плазмы. Порой, используя сей подарок, Мари не особо любила последовавшие каждый раз ощущения. Сила легко опьяняет, но вот побочные эффекты в виде слабости. становятся той еще занозой в заднице. Ну, сейчас это не так важно. Быстрое использование как финального удара, никому не навредит. Потому, пожав плечами, пианистка затянула конский хвост покрепче, положив корзинку рядом с собой. 

Только секунды хватило, чтобы показать явное начало трансформации.  Вокруг неё появилась тяжелая дымка, ставшая чем то на подобие горящего пузыря. Сам элемент украшения, предоставил воительнице собственную энергию, впрыскивая её прямиком ей в вены. Ярко лавандовые линии шли из волос к рукам, глазам и ключицам, пульсируя могуществом. Переноска снабдилась защитным барьером, тонким, но впечатляющим, тем самым предоставляя девице явную возможность легко и без волнения ринуться в атаку. По крайней мере, в любой другой ситуации. Сейчас же, хватит одного взмаха битой, с того места, где она стоит. Продолжая улыбаться, путешественница вытянула вперед руку. В ладони, появилась сияющая, черная сфера. Кусочки чего то белого, хлопья-подобного, словно снег, шли прямиком от обьекта. Текстуры не было глаже чем во всем мире. Падающий, готов запустить последний бросок.  

"Тогда, давай я покажу тебе напоследок, что такое бесконечность." 

Огромная вспышка осветила поле боя, на миг ослепив всех присутствующих. Выжившие солдаты, путешествующие в километрах от сюда странники, умирающие жуки и стражники на стенах, стали явными свидетелями конца битвы, чьи итоги какое то время оставались неизвестными от  поднявшегося облака. Темно коричневая пыль, минуту другую пытала смотрящих неизвестностью. Вскоре, очевидный ответ, показался через глубины. На свет вышла Мари, оттряхивающая платье от грязи, с лежащим в сотне метров от неё Сиром Магнолием, чей шлем был изрядно смят, оторванным при контакте с снарядом рогом. Она победила. 

"Эх. Мда. Я ожидала чего то лучшего. Ну, неплохая разогревочка получилась, за что спасибо." - бормотала недовольная получившимся результатом девушка, расправляя волосы, позволяя шевлюре цвета оникса хлестать на ветру. Барышня прекрасно понимала, насколько же слабым окажется этот дурак. И эта броня одного из высших представителей армии жучиного народца? Джоусам порой бумагу труднее перегрызть, нежели его латы. Если это так, тот дойти до короля и получить всю информацию будет легче легкого. По крайней мере, теперь у неё есть одна малюсенькая наводка. Если ей удастся правильно разыграть козыри, то к сегодняшнему вечеру, встретится с здешними королём с королевой, и сможет завтра отыскать Муни.  

Только вот, повернувшись к воротам, та была встречена приятным звуком кое как подымающемся с земли солдатом.  

"Умеешь хвататься за жизнь, я так посмотрю." - присвистнула пораженная устремлённостью громко говорящего старика, повернувшись на носочках обратно к придурку. И ух, что за красивый вид ей открывался. Тот самый громила, наговаривающий глупости с отвратительными словами в её сторону, опустился до состояния бормочущего под нос грязного показушника, собирающий по кускам осколки развалившегося, верного товарища. Из головы чудища шла кровь, лицо обгорело, с очевидными следами от лопнувших пузырей, а глаза наливались яростью. Он бы с радостью вылил на мерзавку целый поток словарного отвращения. Только вот, трудновато это сделать, когда у тебя каша вместо пасти. "Хочешь второй раунд? Вперед, красавец. Покажи мне что я ошиблась на твой счёт." 

Непереводимые мычания издались рёвом, когда монстр пошатался вперёд. Ноги работали только через несоизмеримую силу воли, странный бубнёж слышался сплошным водопадом, в эта гора мяса, потерявшего остатки рассудка верно шла к ней, намериваясь прикончить её, даже если это станет последним, что он сделает в своей жизни. Чтож, возможно в реальном мире она и мухи не обидет, однако сейчас, наступила пора сновидений. Соответственна, она будет делать всё, что только в голову ей придёт. Положив корзинку, героиня встала в стойку, решив отправить несносного титана под землю одним простым ударом. Он был близко. Уже очень близко. Еще пара громких шагов, и эта туша наконец -то нападёт! Вот, чуть чуть и... 

Что-то сверкнуло наверху. Там. В небесах. Закрытых густыми грозовыми облаками, загадочный обьект, показался только на мили секунду. 

Затем, он сразил озверевшего врага. Одно приземление прямо ему на макушку, оборвало жизнь именитого героя королевства. Почти у самых её ног, уперевшись лицом в землю, лежал свежий труп человека-жука. В голове его, тонкое, нити подобное лезвие, пронзивши прямо в темечко. Быстрая смерть. Практически безболезненная. Металлическая игла шла прямиком до закрытой полу цилиндром рукоятки, с отчетливым узором спиралей, как четких, так и поверхностных. Рапира окончила страдания воина. Владельцем же сего оружия, стал чудного вида юноша. Подросток, лет шестнадцати-пятнадцати. Не какой то там обычный человеческих мальчик, а должно быть очередное творение Муни. Как еще обьяснить металлическую, испещяренную застывшими сколами кожу, каменные, колчатые волосы, и глаза, сияющие водянистым, кислотно зелёным цветом. Одеждой незнакомцу служил накативший, бледно бурый туман. Что-то наподобие целого шторма, шьющего ему вечно меняющиеся одеяния. Но одни и те же типы были всегда видны. Старая рубаха, с висящими рукавами, оборками, заканчивающие чуть ниже колен обтягивающими шортами, и туфли, издающие цокания, когда тот сходил с мертвого создания. Ей не доводилось видеть лицо нейтральнее этого.  

"Спасибо за помощь. Хотя, ты просто добил лежачего, если так подумать, но я ценю акты внимания от красавчиков." - улыбнулась Мари, оглядывая паренька снизу вверх. Давненько у неё не появлялось возможности поговорить хоть с кем то, отдаленно напоминающим человека. Обычного гуманоида. Без гиперболизированных черт, или же помеси животного. Да, этот парнишка имеет некоторые... Отличия, как например очень заметный взгляд, пытающийся пробурить её насквозь, и конечно же материалы, из коего было сделано его тело, но это так. Второстепенные проблемы. "Ты не здешний, правильно понимаю? Конечно, сама то только от силы пол часа здесь хожу, но ты определенно чем то отличаешься." 

"Можно сказать и так." - равнодушно ответил железный мальчик, медленными шагами подходя к павшему воину. Рука с трещинами легла ему на лоб, зеленый, слизистый и протекающий его аналогом серого вещества. Парень секундно закрыл очи, бормоча что-то в полу силы, вскоре выпрямив спину обратно. Глазные яблоки вернулись к прежнему, истошному занятию.  

"Тогда зачем помог? А то, как то не походишь на альтруиста. Или, я просто приглянулась тебе?" - подмигнула юнцу пианистка. По сути, вопрос правда несколько беспокоил молодую студентку. Изредка бывали случаи, когда посреди тяжелой, ну или не очень, схватки, ей приходил кто-то на помощь. Такие инциденты возможно спокойно пересчитать по пальцам, и каждый из них, имел под собой ниточки, управляющие появившимися персонажами. Один очень заметный юноша, всегда находящийся под рукой, давал добро, в случаях трудной ситуации. Младший братик заранее продумывал повороты сюжета, и их увлекательных игр в частности. Но сейчас то, его исчезновение не было игрой. То было ничто иное, как суровая катастрофа, лишившая девицу спокойно наслаждаться сновидениями, пустившая её по труднопроходимой, богровой дорожке. И если этот загадочный мечник не является посланником утерянного родственника, то тогда, каковы же причины внезапной встречи? 

"Мне отдали приказ. Я повиновался. Всё просто." - говорил в половину силы обладатель рапиры. Дождь тяжёлыми каплями забил по листьям, по их одёжками и горе мяса, чья душа еще до начала разговора отправилась в преисподнюю. Женская душа, в свою очередь, забилась с удвоенной силой, стоило словам самодовольного юнца дойти до её ушей. Приказ. Ему приказали ей помочь. Только один человек мог это сделать. Неужто... 

"Тебя послал Муни? Где он? Братик связывался с тобой? Отведи меня к нему. Прямо сейчас. Мне нужно его увидеть." - строгим, горько солоноватым тоном, бейсболистка повысила тон, сделав шаг вперед. Ситуация знатно накалилась. Маленькая надежда взыграла в груди спортсменки, при мысли что страдания, имеют шанс закончится раньше, чем предполагалось. Братец волнуется, боится и должно быть напуган, так что разумеется, у неё есть все причины, чтобы вести себя раздраженно. Однако, как оно всегда бывает, планы ломаются прямо в критически важные моменты. Мужчина с зелёной кровью осмотрел свободную руку, подбрасывая в воздух отдалённо что-то напоминающий предмет. 

"Я думаю, это твоё" - коротко прокомментировал найденную пропажу мечник, лениво кинув безделушку в её направлении. Мари проигнорировала слова парня, слишком сосредоточенная на своём требовании. Хотя, используя боковое зрение, и заметив форму самой вещицы, та секундно удивилась, поняв что то оказалось резинкой. Той самой резинкой для волос, ныне испарившейся в пучинах бесконечного хранилища корзинки. Она была готова поклясться, что помнила, как засунула приблуду самостоятельно туда. 

"Откуда ты это взял?" - настороженно спросила героиня. 

"Нашёл лежащим на земле. Не делай это привычкой, пожалуйста. Надеюсь, мне не придется повторять." - словно он не держал секунду назад артефакт, созданный лично самим богом, парень спокойно засунул оружие обратно за пояс, каким то образом удерживая тяжелый, очевидно более твердый предмет, на куске одёжки из пара. Говоря о самом наряде странника, то женщина заметила, как капли дождя, эти практически льющиеся ведром снаряды, впитывались темными облаками его одежды, иммитируя эффект настоящей ткани. 

"Ты уже начинаешь меня раздражать. Так что если сделаешь как я говорю и отведешь меня к нему, то тогда нам больше не придется обмениваться даже полу словом. А теперь, отвечай. Где мой брат?" - твердо потребовала обьяснений героиня, сжимая биту на плече крепче. Вены выступили от тыльной стороны ладони, и дальше до локтя, напитываясь силой для скорого удара. Может дамочка предпочитает добиваться всего несколько витьеватыми способами, в полной степени пробуя на вкус свободу воли, но сейчас не то время, чтобы расслабляться по пусту.  

"Нет. Мне нету проку, разглашать тебе её тайну." - Одним словом, парень поставил точку в своём пакте. Сумасбродец решил посмотреть в лицо той, кто несколько мгновений назад отправила в полёт микроскопическую, колапсирующаю звезду, буквально вызвав тот самый кратер, в котором они сейчас стоят. Увидев поражённое выражение лица барышни, железный дровосек расслабился, но всё с тем же покер фейсом, говорил слова, колющие слишком близко к сердцу. "Тебе не стоит за него волноваться. Он в безопасности... Пока что." 

"Что ты имеешь ввиду?'- чуть ли не прошипела через зубы девица, смеряя парня осторожными, крайне аккуратным взглядом. Ситуация активно набирала обороты. За пару минут разговора, обмена словами и возможно, слегка расслабленно вышедших фраз, то, что могло предложить девице новые возможности, переросло в назревающий конфликт. Он знает где находится потерянный родственник, даже упомянул одну очень негативно выступающую особу у неё на уме, но при этом, ясно показывает недовольство предложенным сотрудничеством, при этом оставаясь на стороже. Хватка эфеса клинка - явное тому подтверждение. Парень с самого начала готовился к этому бою. Мари чувствовала это нутром. Стойка может казаться раслабленной, глазам позволено сколько угодно сохранять зрительный контакт, однако замеченные детали ни коим образом не отменяют очевидной готовности к столкновению. Казнь жука была только началом. Показателем силы, ловкости и проворности. На данный момент, ей известно целое ничего о способностях странного собеседника. Если этот мужлан может позволить себе свалиться с небес на голову исполина размером в несколько этажей, при этом неясно коим образом оказавшись в такой высоте, то один только Муни знает, каковы же границы сего великого врага.  

"Твой желанный в надёжных руках. Ему ничего не угрожает. О нём заботятся, развлекают, и занимают какими только способами. Как он того по настоящему заслуживает." - несколько монотонным голосом протянул человек с каменными волосами, шагая нерасторопными шагами от одного плеча павшего солдата, к другому. Пальцы разглаживали уцелевшие куски хитина, и бесцеремонно измазываясь в гуще трупных жидкостей. Его это, судя по всему, совершенно не волновало. "Это меньшее, что мы можем сделать для него... и гораздо большее добро, чем можешь предоставить ему ты.' 

"Ах вот оно как? Тоесть ты, и фиг пойми еще кто с тобой работали, решили забрать ребенка у опекунши и жить долго да счастливо? В реальности это зовётся похищением, если ты не знал. И в чём ваша проблема? Кто вы такие, чтобы судить, как кто обязан о нём заботится? Он мой младший брат, это только моя обязанность, присматривать за ним!" - на эмоциональной грани выкрикнула Мари, удержавшись от атаки. Разговор о должно быть перепуганном юнце сильно давил ей на нервы. Она физически ощущала, как нервозность с беспокойством копошаться у неё под кожей, проедая свой заранее сработанный путь к мозгу. Чувство отвратительное, почти что доводящее до образование назойливого комка посреди стенок глотки, но оно оказалось быстро подавлено. Нужно дождаться момента. Найти уязвимое место, сразить высокомерного подонка и взять его живым. Только так и никак иначе.  

Странник улыбнулся. Стена уверенности треснула. 

"Очень глупое утверждение, в моей картине мира." - пожал плечами мечник, заметно опустив плечи в расслабленной позе. Обе руки упали словно пустые рукава рубашки, свисающие с вешалки. Еще одна трещина дала о себе знать. "Я считаю, что оно парадоксально. Ибо ты сама говорила. У тебя нету брата." 

Стена пала до последнего кирпичика. 

Chapter Text

Взмах дробящим оружием пронесся в миллиметре от увернувшегося, заносчивого недомерка. Ринувшись затылком назад, кончик биты слегка чиркнул по носу, оставив зеленую линию. А затем снова, у него на боку. В очередной раз, по ноге. Следующий чирк оказался прямиком в постоянных волосах, сбив два мини горных колья. Новое сражение, с новым оппонентом. И каким то невообразимым образом, ни единого прямого попадания. Нахал прыгал, сгибался, метался и уклонялся, словно это было для него стандартной практикой. Она автомат, с заранее заложенными патернами атаки, а он ученик, тренирующий ловкость. Двигался только торс с ногами, в то время как руки, тонкие и с грубовато выглядящими кистями, лениво покоились кое где и кое как. В карманах, на поясе, у рукоятки. Конечности разве что мотались, настолько ему было плевать на её слабые попытки прикончить того, кто решил позволить языку так беспечно вести себя. 

"Если не хочешь, чтобы я сделала с тобой тоже самое, что и с этим увальнем, то сейчас же говори - где он?! " - повышала тон Мари, стараясь ускорятся с каждым последующим ударом.  Он устанет. Она точно знает, что именно это его основная слабость. Уж кому как не ей, бойцу с тем же стилем ведения боя, знать о сим недостатке. 

Правда вот, знание сие, не отменяло изначальное положение, в котором студенте пришлось начать бой. 

Загадочный мечник - полон сил, лишь недавно поднявший руки и готовый метаться из стороны в сторону хоть часами, в то время как сама героиня, уже теряла контроль на дыханием, ощущая постепенно нарастающие нытье в мышцах. Чаши весов, неумолимо падают в противоположном от её направлении.  

Запястья медленно но верно ноют, от столь активных взмахов бейсбольной биты. Ступни активно болят и посылают горящие импульсы, всякий раз, когда колкая ветка или кусок взорванной брони вкалывается в стопу. Волосы становятся мокрее, гуще подобнее с проходящими секундами под проливным дождём. Что уж говорить, у студентки по сей день имеются некоторые проблемы с маневрированием на скользких поверхностях, примером которой стала земля под ногами. Это не может продолжаться слишком долго. Такой бой нужно заканчивать как можно быстрее, ибо затягивая его, она только увеличивает шанс активно надвигающегося поражения. 

На очередной уворот, счет которым зашел за двухзначный быстрее, чем ожидалось, барышня поймала идиота врасплох, быстро поменяв оружие. Бита ну чуть ли не улетела в корзину, заменившись резиновой рукой хваталкой. Клейкая конечность быстро метнулась вперед,  схватив парня за торс, и одним рывком, притянув к себе. Странно, но враг даже бровью не моргнул, когда его тело быстро переместилось с одной точки на другую, оторвавшись от твердой поверхности. Ну чтож, он точно запляшет, стоит ей вытащить следующий козырь с плавником и очками. Оказавшись совсем рядом, девушка отпустила вспомогательный инструмент, только за мгновение, вытащив кусачего банкрота, натравив старого поддельника на нового врага. Полностью насладившийся недавним удовлетворением требований контракта, животное с рукояткой клацало зубами, агрессивно вьедаясь в железного недомерка. 

Или же, так оно казалось по первой, ибо услышав клацанье клыков об металл, без заметного рвущегося звука, или же малейшего стона агонии, та остановилась, при этом всё равно наседая. Хотя бы какой то результат был достигнут. Лгун начал защищаться, обнажив меч. Такая маленькая, тонкая и гибкая игла, но судя по всему, сделанная из металла куда прочнее, чем жалкие доспехи паладина. Прямо сейчас, главное оружие супостата, застряло под углом между зубов директора закрытой компании. Парень продолжал улыбаться, прикладывая минимальную унцию усилий.  

"Да что с ним не так?! Появляется из ниоткуда, убивает моего же противника, бросается угрозами а теперь и вовсе отказывается выполнят что я ему говорю! Ну я устрою ему танец с саблями." - девушка проворачивала в голове одну и ту же мысль, под разной формулировкой. Пассивное поведение загадочного мечника быстро выкрутило уровень раздражения барышни с холодного нуля до горящей сотни за считанные мгновения. Если говорить серьёзно, то 'смотрящая на всё с холодной головой' Мари, скорее всего бы окрасилась новым цветом в щеках от столь выразительного показа уязвимости. Но этой версии путешественницы, было плевать с высокой колокольни о последствиях. Если речь идёт о Муни, любые релевантные идеи катострофически быстро теряли сей статус. 

Где то в середине повторения общей тактики, нападения внезапным изменениям направления атаки, девочка заметила странную деталь, которую можно было обусловить разве что единым словом. Акула. Он двигался самостоятельно, не слушаясь движений руки воительницы, потея, пока зубы который раз закусывали клинком. Что само по себе странно. Старикан показывал себя крайне редко в таком натяжном, запутанном положении. Большую часть боя он мог либо провести с унылой мордой, раздосадованный что его, престарелого президента многомиллиардной компании вот уже который раз обделяют заслуженным отдыхом, в угоду сражения с какими то слабаками, либо намеренно пытающийся отвлечь девицу от их затруднительных обстоятельств вопросами о следующем платеже. Но вот чтобы он так яро закрывал любые возможные места для контр атаки кому то, кто явно не представлял такой явной угрозы... Это уже вызывает вопросы. "Джоусам, ты чего удумал, живо поубавь пылу. Я сама с ним справлюсь." 

"Куколка, ты кланк конечно кланк извини кланк меня, но кланк тебе кланк лучше кланк помолчать и дать кланк закончить кланк  профессионалу!" - Кричал между каждым удачно выполненным ударом он, специально тараня своими челюстями двигающийся в другом направлении меч. Металл встречался с костью искрами, отчего нападающей оставалось разве что следовать рукой с ногами за рывками помешанного водоплавающего, тщетно стараясь понять, какая муха укусила этого обычно надменного маразматика. "Проклятые кланк макрицы, да когда же кланк ты сдашься кланк , каракатица!? У меня кланк челюсть болит кланк блокировать тебя!" 

"О чем ты говоришь? Он ведь просто быстрый, и это мы на него наседаем!" - пыталась кричать сквозь хаотичны поток разнообразных звуков девица, прерываемая рвущими рёв дождя соприкосновениями металла с зубами. Её руки постепенно выбивались из общего танца, не сумев поспевать за растущей скоростью создания, чья голова сама по себе была больше остального тела. Джоусам скалился после каждого удара, проливая яростный огонь презрения глазами. В зрачках животного с чертами человека горел целый пожар эмоций, вариьирующийся от всплесков гордости за удачное движение, и страха, когда противник двигался в противоположном направлении. Тем не менее, барышне оставалось только прикладывать все имеющиеся усилия в управлении скоростным сухопутно-морским товарищем, поражаясь тому, что сей прожёванный жизнью банкрот, когда то поставивший самого Нептуна на лопатки, ныне выглядит как загнанный в угол воришка, представший перед, казалось бы, обычным идиотом.  

"Дура!" - рявкнул самец акулы, в который раз нападая на супостата из под угла. Направившись молодому юноше в плечо, он сию минутно поменял траекторию, закрутившись спиралью и широко расставив зубы, рванулся к брюху гладко вылизанного, если его конечно так можно называть с учётом непостоянной причёски, врага. С рапирой у противоположного плеча, супостат банально перевернул иглу вверх тормашками, перекрутив в ладони ребристую рукоять, заблокировав ему проход легким движением. Снова, судьба приложенных усилий оказалась жалкой. "Какого кланк, во имя Посейдона, кланк черта я кланк могу заметить его кланк атаки, а ты кланк нет?! Соберись куколка кланк, а то такими темпами, кланк этот морской щенок кланк нас с тобой изрешетит кланк , точно меченос добычу!" 

"Помолчи, старикан! Если хочешь чтобы я поспевала, будь лебезен так не ерзать!" - кричала через какофонию анарихичных звуков путешественница, хватаясь за рукоять по сильнее, намеренно двигая идиота в другом направлении, помогая ему быть более непредсказуемым для всевидящего ока противника. К сожалению двух воинов, даже эти добавленные тактики, ни коим образом не приблизили их к столь желанной победе. Вот что им правда удалось добиться, так это большей дозы спеси, в самоуверенных речах подростка. 

"Как и было задумано, ты будешь выкладываться дальше своего предела, пока есть выдуманные причины. Как благородно." - шептал скрипучим голосом мужчина, блокируя прутом атаку за атакой. Наточенные, ребристые челюсти плавучего создания сотрясались друг об дружке, пока музыкантша старалась найти подходящий угол для  нападения, но всякий раз, когда казалось что на сей миг, ей удастся хотя бы чуть чуть ранить заносчивого незнакомца, оно оказывалось бессмыссенным. Он блокироал снова, снова, снова, снова и снова, но по какой то причине, отказывался контр атаковать. Моменты были, и этому исключительно её вина, что в минуты эмоциональной уязвимости, она позволяет себе опустить тщательно построенные стены.  

"Закрой пасть, треклятый выскочка..." - цедила сквозь зубы бойкая особа, чуть ли не врезаясь живым оружием в железный прут нахала. Эту ситуацию молодая дама будет припоминать еще ой как долго, ворча между часами учёбы про одного надоедливого мерзавца. Редко когда персонажи в её голове, могли вызывать у девицы настолько противоположные позитивным эмоции. Однако, каким то неведомым стечением обстоятельств, сегодня оказался как раз таки судьбоносный день встречи с самым презираемым ею врагом. Его постановка, его движения, его манера речи, его внешний вид, его ядовитая улыбка. Всё выше перечисленное действовала пианистке на нервы, опаляя и обращая тех черными, будто готовые порваться от огня веревки. 

"Я бы посоветовал тебе приостановится. Не думаю, что ты сможешь продолжать в том же темпе." - заурядно говорил тот человек, делая круговое движение рапирой ей под ноги. Такое возмутительное проявление жалости кипятило кровь девице, тем самым усиливая хватку.  

"Ты даже понятия не имеешь, на что я способна." - скрежетала зубами музыкантша, встряхивая странно вялого помощника рукой. Это не то время чтобы расслабляться, и героиня уж точно хочет, чтобы весь весь этот цирк шапито закончился по быстрее. "Джоусам, харош валяться. Напрягись и атакуй его по моей команде!" 

"Куколка... Не хочу тебя расстраивать, но возможно тебе стоит послушать этого янки..." - просипел нестандартно для себя банкир, разозлив девицу только сильнее. Они совсем близко, а он смеет ретироваться? И что черт побери с его голосом? Как будто бы говорит через три слоя ваты! 

"Я заплатила за сделку, так что прекращай ныть и возвращайся в атаку, старый -" - попыталась огрызнуться девица, однако, быстро брошенный взгляд, незамедлительно испарил всякую ярость из её духа. Она не могла сердится, когда один из немногих боевых товарищей, проживших с нею практически с самого прихода Муни, в этот момент, активно харкал чем то отвратительно зеленым. Чем то шипящим и пузырящимся, при контакте с грунтом. "Что за..." 

"Буэргх... Никогда не думал что скажу это но..." - Мистер Джоусам медленно поднял голову из своего заниженного положения, из последних сил глянув на свою хозяйку. Его очки Соскользнули с носа, обнажив голубые, глубокие словно дневной океан, глаза. - "Это моя остановка..."  

Пребывая в состоянии неподдельного шока, девушка какое то время молчала, ощущая как в ушах постепенно нарастает белый, ядовитый словно вся мерзкая гуща, рвущаяся из пасти товарища, шум. Факты которые невозможно было оспорить постепенно доходили до молодой дамы, и наполнение оных, начинало порождать другое, в равной степени роковое чувство. Страх. За свою жизнь, за жизнь почти что обмякшего боевого партнера, и будущее, способное в скором времени стать легко упущенным. С глазами блюдцами, путешественница посмотрела вперед, через тяжелые жалюзи обмокших волос, глядя как клейкое, эластичное приспособление пузырилось, испуская пар от критической химической реакции, растекаясь в нечто наподобие кремового пудинга, оставленного на недели, посреди жаркого июля. Один инструмент пал, второй вскоре пойдет следом. Прекрасно зная ответ, самостоятельно поняв причину, ею всё равно желалось увидеть самостоятельно то, что вызвало столь разительные перемены в постановке сражения. И этим нечто, было ничто иное, как сдерживаемая вперед кончиком рапира, с маленькими, выступающими капельками ярко зеленого экстракта. Сделав несколько взмахов орудием, человек без имени вернулся в прежнюю стойку, но ныне окропив пол парой шипящих линий. Всё с той же проклятой улыбкой. Как же значительно перевернулись столы. 

"Всё будет хорошо. Побудь пока там, я что нибудь придумаю." - стараясь сохранять свою известную твердость слов, барышня так или иначе выдавала отчетливую ноту слабости в голосе, очевидно на эмоциях. По другому и быть не могло, однако её нынешние чувства не должны вставать на пути цели. Взять этого подонка живьём. Она может гневаться сколько душе угодно, рвать да метать, проклинать его жалкий вид и поведение в течении ещё сотни точно таких же снов, но пока от него есть польза, с имеющимися то знаниями, Мари обязана контролировать себя. Вести как порядочная женщина, несмотря ни на что. С таковым мотивом, путешественница убрала друга обратно, набираться сил. Ей нужно любой ценой заставить супостата сдаться, и тогда, у неё получится спасти двух дорогих друзей. Дотянувшись свободной рукой до материала, ощущаемого как некая металлическая воронка, с виду юркая девочка, вытащила из неоткуда тяжелую, конусо-образную пушку. Специально скинув с руки корзинку, при этом сжав зубы, когда переноска с тяжелым стуком упала об землю, студентка уцепилась обеими руками грубо, сразу же нажав на кнопку. Железный циллиндр ночника активно закрутился, а лампа, легко прожигающая всякий твердый материал, светила ярче чем перед экстэрминацией того жалкого муравья. Знаки разнообразных животных бегали по плоским поверхностям, прыгая, охотясь,  путешествия что есть силы, пока студентка стоял напряженная, накапливая мощь луча. "Тебе лучше отдать мне антидот и отвести к Муни, если не хочешь чтобы я расплавила твою жалкую задницу." 

"Можешь попытаться." - пожал плечами он, абсолютно не заботясь о угрозе путешественницы, стоя как обычно. Спина прямая, ноги вместе, левая рука за спиной, а правая впереди, с направленной иглой в сторону противника. Недвижимый, и неподдающийся провокациям. Механизм световой пушки крутился всё сильнее и сильнее, тени диковинных созданий уже перестали просто резвится, а заместо этого кружились в эпохальном месиве движений, под черными тучами и темнотой наступившей грозы. Молнии сверкали вдалеке, освещая секундно всю поляну, а так же далёкие края. Но никто из присутствующих не желал сдвинуться с места. "Только всё закончится ровно так же, как и до этогого..." 

Луч света, ярче чем ранее ударившая молния, осветил территорию на мили вокруг. Всего на несколько секунд, окружающие её декорации стали чистейше белого оттенка, с примесью заметных пятен. Павшие солдаты, уже покрывшиеся чем то схожим на меньших муравьев трупы  насекомых, стены продолжавшего стоять городка и пара охнувших в дали очертаний жителей. В течении пары мгновений, Мари могла видеть исключительно настольгически белый цвет, ране доносимый исключительно радостное напоминание, а теперь же, словно бы издевающийся над нею. И это еще не говоря о странной дроже, поступившей сразу после выстрела. Еще никогда до этого, снаряд не мог достигнуть такой внушительной широты. Что же это значит?  

Спящая красавица совсем скоро получила столь желанный ответ. Когда дымка опустилась, прежние унылые цвета вернулись обратно на круги своя а дождь заново полил рекой, более не сдуваемый яростными потоками ветра. Он - стоял без малейшей царапины. Ни пылинки, ни соринки. Ничего. Вокруг него сплошное разрушение, а сам незнакомец выглядел заскучавшим. Будто бы для него это уже рутинная задача. Конец колющего оружия, в свою очередь, светился раскалённым красным, ясно давая понять, каким же сумасшедшим способом он пережил должно быть сильнейшую из её атак. Перед ним V образная воронка, уходящая ему далеко далеко за спину. Туда, где до недавнего момента возвышался лес травы, но теперь, осталась выжженое пепелище. Выставив оружие вперед, он без малейшей доли усилий разбил луч на куски, который легко бы стёр город до состояния космической пыли. С улыбкой, лишь немного украшающей его лицо. "...Твоим поражением." 

И на этих словах, странник легко прошел вперед, ходя по воздуху, убирая меч себе за пояс. Обезоруженный, легкой походкой, прямо к ней.  

Другого выбора у неё попросту не осталось. Всякий атаки он блокирует, независимо от скорости, силы, внезапности, манёвра или же размеров затронутой территории. Имеется только один вариант того, как справится с этой угрозой. Теперь то его можно так заслуженно называть, независимо от её хотелок. Сейчас, со всеми имеющимися силами, он ей явно не по зубам. Мари может дальше пытаться обходить очевидное кругами, попытаться взять его числом, уведя в город, или же попытаться сыграть на его эмоциях, однако из всего описанного, это будет тотально глупо. Сила бога - вот единственный ответ. И благо, с здешним богом, она в отношениях куда лучших, чем просто дружеских.  

Одна крайне важная вещица, оказалась у девице в руке с поразительной скоростью. Маленький, текстильный, мягкий кружок, легко натягиваемый на руку, или же скопление волос. Превосходная текстура, созданная лично карандашом создания, чьи силы никогда не переставали удивлять черноволосую красавицу. Практически пик его мастерства, хотя и способный разве что в малой степени передать ту безграничную мощь разрушительных способностей, принадлежащих мальчику с огненными волосами. Этот малюсенький обьект - был и является одним из важнейших подарков на памяти барышни, наравне с ногами, а так же прочими вещами. Держа сокровище в левой руке и отбросив пушку в сторону, героиня без лишне потраченного времени затянула резинку потуже, желая только одного. Обеспечить себе легкую победу, которая вызовет у него выражение настоящего поражения, прежде чем всё его существование будет стёрто с лица цепи миров. Волосы целиком и полностью исчезли из поля зрения, раскрыв слегка грязный лоб. Натяжение было максимальным, предвещая скорую кончину заносчивого идиота, понятие не имеющего, какую судьбу на себя наложил. Вены проступали, сила накатывала волнами, отголосок того самого света виднелся в уголках её глаз, а свистящий звук, вместе с появлением ощущения тяжёлого, вытянутого предмета явно дали понять, что скоро его минуты будут сочтены. Ухмыльнувшись подходящему на верную смерть мечнику, бейсболистка встала в позу, сжав двумя ладонями ручку биты, да покрепче. Совсем чуть чуть. Еще пару шагов, и она разнесёт этого заносчивого самозванца, посмелевшего оскорбить само имя младшего братца, просто выговаривая его. Одним. Треклятым. Ударом. 

"Тогда, увидимся в аду, жалкий -эх?" 

Бум! 

Внезапно, положение воинственной героини изменилось, сместившись на демитрально противоположное. Каким то неведомым образом, сейчас, всё казалось несколько больше, чем секунду тому назад. Странно. К тому же, почему она так неожиданно ощущает поглощяющую влажность в правом колене? И почему этот ухмыляющийся придурок встал как истукан, заложив рука на руку? А так же... Что это у неё на лице? 

Глядя прямиком на отражение, видимое в грязевой луже, девушка, опираясь одной рукой на биту а другой в пучину, отказывалась верить своим глазам. Это невозможно. Глупость, быть другого не может! Однако, как бы сильно студентка не хотела противиться увиденному, против очевидных фактов еще никто и никогда не выходил победителем. Зеленые полосы выступали по лицу, пульсируя некой потусторонней энергией. Загадочная жидкость текла ныне в её венах, мучительно долго отравляя тело той, чьё тело показывало собой пик физических возможностей. Та, кто была благословлена высшими силами, теперь корчится в агонии на коленях, как пресмыкающаяся свинья, отхаркивая свою собственную кровь, вместе с излишками яда. Конечности еле удерживают Мари от падения лицом вниз, жар окутывал гневающимся покрывалом миллиметр за миллиметром естевства воительницы, а слабость в голове, делала контроль над рассудком задачей невозможных усилий. И кто еще жалкий, после этого? 

"Ч-что ты... Сделал со мной?" - слабо прохрипела дочь Судзуки, на грани того чтобы закричать от боли. Исключительно высокие способности к устойчивости наносимому урону стали её спасителем. Или скорее, будет правильнее сказать, пастырем, молитвенной надеждой спасая душу помирающего грешника. Ощущение сродни возгоранию проходило по кровеносной системе девицы, что было очень близким к реальности. 

"Маленький трюк. Честно говоря, не думал что ты будешь настолько слепа к очевидным знакам опасности."- мычал парень с камням вместо волос указывая на шевелюру падшей героини. "Оно приземлилось прямо туда, а ты даже глазом не пошевельнула. Тоже мне, спасительница.' 

Дрожащей рученкой, слабыми, быстро исхудавшими пальцами, она коснулась конского хвоста, тут же ощутив некую желеобразную субстанцию, окутывающую ей фаланги. Продолжая использовать треснувшую биту как средство последней опоры, слабая особа поднесла три непостоянных отростка к глазам. На кончиках, светилась тёмно зелёная гуща.  

"Резинка... Его подарок... Ты отравил..." - запиналась Мари, хватая ртом воздух. С явным приростом сил, за считанные секунды, токсичная дрянь захватывала контроль над её недавно прекрасным телом, теперь лишив даму возможности банально коммуницировать с своим потенциальным убийцей. Глотка смыкалась, воздуха становилось недостаточно для медленно умирающего организма, чтобы вот так просто функционировать, и темные мысли просачивались между извилин золотой студентки. Даже понимая, что со смертью в этом мире, максимум что случится в реальном, это неприятное утро, ей всё равно не хотелось умирать столь ужасным путём. 

"Именно так. Поздравляю с раскрытием тайны. К сожалению, это единственный приказ, который мне отдали. Как бы сильно я не пытался противится ей, убеждая что убийством тебя, мы получим больше времени. " - в насмехающемся тоне, хотя с отсутствием улыбки, мужчина прохлопал в ладоши, самостоятельно опустившись на одно колено перед женщиной. Скрежет металла об кожу оповестил барышню о том, что встретит её, стоит поднять глаза от собственного, упитанного страхом лица. Острая игла, висящая у неё прямо перед глазом. Ему нужно всего лишь двинуть рукой чуточку прямо, и она закричит в агонии от проколотого ока. Но всё что он сделал, это остался всё в той же позе. Несдвигаемый. "А я этого бы очень хотел. Просто взять и убить тебя. Но ты бы вернулась обратно. И я бы с радостью сделал это снова, если бы... Не её чертовы приказы." 

"Да о ком ты... Черт подери, талдычишь?" - выплёвывала слова через силу скрючившаяся, в половине фута от воды пианистка. Словом за словом, состояния ухудшалось в геометрической прогрессии. Еще немного, и она скорее всего потеряет способность говорить как человек, сославшись на единственный способ взаимодействия, посредством непереводимого, гротескного стенания. И благо, первые мысли, выпирающие из шторма вопросов о том, когда же закончится это боль, имели хотя бы малейшую связь с ситуацией. "Что за Она? На кой... Чёрт вам всё это д-делать? Если у вас есть какие то... Проблемы со мной... То хотя бы его оставьте в покое..." 

"Не волнуйся на этот счёт. Мы просто пытаемся сделать правильное... То, на что у тебя никогда не хватало смелости, Марианна" - обьявил то, что считал непоколебимым фактом он, выпрямившись во весь роста. Когда его форма исчезла из виду девицы, когда шаги становились несколько затупленными тише, чем мгновения назад, она из последних сил попыталась погнаться за ним хотя бы на карачках, однако единственное что у неё получилось, это плюхнуться в другую сторону, по направлению к городу, на чьих стенах собралась вся стража. Напоследок, парень молчаливо повернул к ней голову, смеряя взглядом полным презрения. "Ты увидишь меня вновь. Надеюсь, что то будут наши финальные встречи." 

На сей ноте, девушка потеряла сознание, не сумев лицезреть события новых страниц истории королевства 

Chapter Text

Рыхлая, несколько ломаная и сыпчатая материя упиралась в тыл девушки. Ощущение схожее с тем, которое ей пришлось пережить до потери сознания, за исключение сухости. Её то тогда не было. Мыча, сжимая глаза, отказываясь позволять ясному уму возвращаться на территорию мира живых, девушка боролась с быстро надвигающимся приходом неминуемого. Но остальные участники группы чувств, помимо уже имеющегося, шли наперекор желаниям заспанной брюнетки. В нос вбивался дивный аромат специй. Шафран, сушёный кориандер, еще растущая петрушка и цветочные завывания, вперемешку с чем то зловонно мерзким. Работу местного управленца можно что разве что сравнить с проделками ребёнка, попытавшегося смешать 'чудо зелье' в ванной, засыпав раковину кроличьими экскрементами, сорняками из домашнего сада, пакетиками дешёвых вкусовых добавок и налив на горку получившегося элексира тонну сладкой посыпки. Во рту оставался по сию минуту привкус того мерзотнейшего яда, хотя велик шанс, что это просто напросто её высохшая кровь и желудочная кислота. Тогда обьясняется кислинка, металлический привкус в том числе.  

Но среди двух основных вкусов, имел место быть третий незванный гость. Солёная горечь, приукрашенная склизкой субстанцией чего то комковатого, липкого. С маленькими кусочками. В определенных местах твёрдого, в определенных местах мягкого. Короче говоря, та еще гадость. Но по крайней мере, теперь её тело не находится на грани спонтанного взрыва от усталости, яда и голода. Уши работали только вполовину своей изначальной силы, то бишь по сути говоря, если учесть всеобщую тишину в том месте, где она по странному стечению обстоятельств появилась, почти ничего. Единственными разительно отличительными от тишины звуками, стали чирикания, дождь, приглушённо бьющий по крыше, обозначая что девица находится в закрытом помещении, и чьи то тяжелые, неровные шаги. Персонаж ходил рядом с ней, переламываясь с ноги на ногу, волнуясь и не находящий себе спокойного места, очевидно ожидавший её возвращения. Чтож, это она может ему обеспечить. Кто бы он не был, теперь девушка чувствует себя немного лучше, а соответственно, если этот незнакомец всё таки окажется ей жертвой, справится с ним, у неё получится.  

Мотивируясь несколько шаткой логикой, полной избыточной самоуверенности, барышня в конце концов открыла глаза, приготовившись к всем возможным исходам... 

Но только не к виду огромного, полного красных гексагонов глаза, смотрящего ей прямиком в душу. 

Завопив что есть мочи, героиня сразу же использовала те немногие вернувшиеся силы, отползая обратно, ударясь головой об несколько низкий потолок, сразу же сжимая зубы от резкой боли. Однако сие потрясение не остановило действия путешественницы, ибо после лицезрения гротескного лица создания, она намеривалась выжить всеми возможными способами. Часто говорят, никогда не суди книгу по обложке. Но разве можно обвинять музыкантшу в такой реакции, когда речь идёт о творении, которое от слова совсем не похоже на стиль рисования Муни. Ведь быть того не может, чтобы её очаровательный, чистый младший братик сотворил... ТАКОЕ! 

Сгорбленная фигура, сохраняла с его новым гостем зрительный контакт. Покрытый меховы плащом, горбун выдавал в себе некоего торговца, или же спорного рода учёного. Множество карманов, застёжек, заплаток, заначек, схронов, тайничков и узелков с маленькими фиалами, разного цвета, но преимущественно темных. Под всей массой безделушек, начиная тем, что напоминало собой лапки тараканов, используемых в качестве ножевок, если судить по преданной им форме, и заканчивая склянками живых трав, виднелся простенький, но безусловно рабочий дуплет, затянутый ремешками. Мешковатые льняные штаны, грузные рабочий сапоги, забитые из спорного вида материалов. Наконец... Руки. Смотреть на них конкретно, студентке было особенно неуютно. То ли помятая рубаха, то ли какая то мембрана, но в любом случае, только глядя в сторону странного материала, дрожь пробирала затёкшую спину девицы. А эти ладони и вовсе выглядели как насмехательство над гуманоидной анатомией, скорее походя на клешни из одноимённых игровых автоматов, с десятью отростками на каждой конечности.  

"Шшш! Успокойся! Тише ты!" - говорило существо по человечьи, удивляя женщину таким необычным фактом, попутно выставляя руки, или то что подходило под описание, над головой, в безоружной позе. "Я не причиню тебя вреда. Клянусь матерью." 

Ох, ей уже приходилось встречаться с такими индивидами. Должно быть, один из затерявшихся второстепенных рисунков Муни, сделанных на хэллоуин. Иначе она не могла обьяснить намеренно пугающий вид нечто, спасшее её от проказы. Однако и этот сценарный троп был через чур сильно использован молодым творцом. Старшей сестре пришлось однажды напрямую рассказать мальчугану о фрустрации с частым применением такого типа персонажей. Притворяются хорошими, а затем становятся либо главными злодеями, либо персонажами предателями. Сейчас, остаётся только подыгрывать и не сдавать позицию. 

"Моя бита. Где она?" - строго потребовала принцесса, оглядываясь по сторонам. Прежде чем успеть заметить знакомое оружие в дальнем углу комнаты, чудовище уже самостоятельно подбежало туда, вернувшись к гостье, протягивая деревяшку рукоятью вперёд. Она сразу выдернула вещь у диковинного монстра из рук, быстрыми взглядами осматривая на имение повреждений. И судя по тому огромному количеству трещин, залитых каким то желтым воском, их было не мало. Ему прямо таки нужно было использовать именно что жёлтый  цвет. "Что ты сделал с ней?" 

"Только привёл в порядок. Больше ничего." - быстро затараторил искажённым голосом чудо чудное, явно дрожа в волнении. Он явно пытается выглядеть мило и безобидно, но серьёзно. Это должно быть одна из худших, если не худшая, попытка притворства. Или же это она с позоранку слишком рассерженная и быстрая на агрессию. В любом случае, не важно. Главное что инструмент выглядит более менее рабочим. Теперь, пора допросить этого... Индивида.  

"Кто ты такой? Как я здесь оказалась? Где мои остальные вещи? Куда ушёл этот... Человек? Что здесь происходит и..." - ученица колледжа на момент замолчала, продолжая тыкать в сторону второго человека в комнате, заметив что по телу, пробежала некоторая дрожь. Глянув вниз, она обнаружила то, что почти что заставило краску вернуться на бледное лицо. Только безуспешно, вместо этого привнеся ярость, при виде какой то мешковатой робы, заместо драгоценного платья. "Почему я в каком то балахоне?!" 

"Можно я отвечу на вопросы по порядку и без оружия перед лицом?!" - взвизгнул своим потусторонним, искажённым голосом житель сего места, указывая двумя мерзкими палочками вместо рук, на представленную к его хрустально подобной голове биту. Вещь только немного дрожала в хватке раненой воительницы, по вине оставшейся даже после возвращения к миру спящих слабости. Немного подумав, взвесив плюсы с минусами, путешественница сжала рукоять только крепче, почти тыкнув ему в глаз навершием, ясно давая понять свою железобетонную позицию.  

"Ясно. Хорошо, спорить не буду виднее. Тогда, думаю... Нужно теперь представится, верно?" - уточнил мелтешащий на одной дощечке странный персонаж, давая девушке причину для сомнений и приподнятой брови. Да, это можно списать в сторону страха перед возможной смертью, но что-то здесь не укладывалось. Существуют дополнительные, пока что неизвестные причины. Ей просто нужно дождаться момента, дабы раскрыть секреты создания. В это же время, определивший молчание гостьи как знак подтверждения, тот аккуратно повернулся на сто восемьдесят градусов, начав над чем то работать. Стуки баночек об баночки, маленькие вспышки и звуки явной фрустрации доносились за профилем грузно выглядящего обладателя помещения, пока девушка только и могла, что рассматривать то разнообразие заплаток, нанесенных на его плаще. Через несколько ударов кулаком по столу, а так же появляющихся тут и там языки пламени, кудесник закончил мастерить странного вида прибор. Полу сферу, с диковинными наростами, на деревянной подставке. Вставив деталь в стенку перед ним, еще чутка используя знания, доступные только ему, её спаситель потянул за рычаг, расположенный как раз рядом с приспособлением. Контакт замкнулся, приведя к долгожданному освещению квадратными лампочкам у потолка того, что оказалось главной частью некой мудрёной кареты, пересобранной в дом на колёсах. Желтый свет открыл глазам возможность увидеть вдовое больше деталей, перевернувших представление девочки о некоторых вещах. Как общего убранства, к примеру. Многочисленные чертежи стали обоями древесных стен, глазам становилось трудно пересчитать количество забавных баночек с формальдегидом, а стопки фолиантов разбросались башенками то тут то там. Что уж говорить о рабочем столе, заваленным подобием на дорогие химические установки и кровать, на которой она себя нашла. Или, будет правильнее сказать, огромный, прямоугольный цветочный горшок, полный грунта. Страннее уже не придумаешь. 

"М-меня зовут Террон." - раздался неустойчивый голос обладателя всех тех поразительных достижений, разбросанных в четырёх стенах. Смотря в сторону представившегося коротышки с нового света, шутка намеренная, девочка заметила, как переменились пара-тройка элементов в его облике. Он всё еще был отвратительным, спору нет, и она не станет сдерживать себе в словах от доброты или же благородного воспитания, ибо это просто факт, однако теперь, когда темная дымка теней перестала служить керосином, подброшенным в огонь, странник выглядел по крайней мере... Мягко. Да, это будет лучшим способом его описать. 'Я странствующий торговец. А, ну и еще алхимик самоучка. Содержу свою маленькую лавку днём, а по ночам учусь. " 

"Ясно..." - растянула слова девушка, продолжая чувствовать себя дискомфортно в столь загадочной, и неестественной именно что для неё обстановке. Имя ей говорило ровным счётом ничего, а внешний вид, так и продолжал наводить отвращение. "Тогда повторюсь, почему я не в своей одежде?" 

"Ну... Т-твоё платье было грязным от первой и до последней нитки, и я посчитал, что негоже болеющей лежать в мокрых тряпках." - болтал он, сразу поднимая руки за голову, стоило ему снова увидеть сужающиеся, разьярённые глаза гостьи, подозревающие в его мотивах неладное. "Это было только для твоего же блага, честное слово! Ты была в горячке, посреди побоища и чуть ли не умерла. Я хотел спасти тебе жизнь, вот и всё!" 

"Спаситель мне тут нашёлся. Спасибо большое, но никаких других похвал от меня не услышишь. Зачем ты это сделал? Хочешь чтобы я выполнила в качестве уплаты долга, какую то работу у тебя на побегушках?" - потребовала обьяснений женщина, удерживаясь от желания опустить биту. Выскочка всё равно может чего то учудить, стоит ей расслабится хотя бы на минуту. А оно того точно не стоит.  

"Что? Нет конечно. Я не мог позволить себе пройти мимо умирающего создания, не предприняв даже попытки помочь!" - звучал всё тот же низкий голос с заиканиями, ныне совершенно уходящий за грань его личности. Не подходящий ни на йоту. Такие сахарные слова, и такая внушительная внешность, это конечно смесь сочетаемая разве что в больной фантазии... ха. Ирония.  

"Мило. Пока что поверю тебе на слово. " - скептически оценила речь парня она, начав вставать с насеста непонятного её разуму существа. Перевесив ноги с конца кровати, наконец то почувствовав спиной свежий воздух, а не грубую, около влажную почву, та попыталась выпрямится во весь рост. Жаль что у организма потерпевшей, были совсем иные планы. Стоило только чуточку изменить нахождение в пространстве, как мир вокруг закружился завертелся, чуть ни свалив её с ног. Только метнувшаяся навстречу рука собеседника помогла героине не приземлится лицом в доски. Хотя, она бы предпочла тысячу раз именно это, нежели, ощущать на коже хватку десятков маленьких, холодных отростков, сжимающих плоть на исхудавших руках. Благо что взыгравшая гордость и понимание важности сохранения прямого лица, отказало путешественнице в устраивании очередного визга. "Спасибо, но я и сама могу стоять нормально. Убери руки." 

"Я т-так не думаю. Ты всё еще истощена. Может я и помог прекратить действие яда раньше своего задуманного срока, но эффект всё еще продолжается. Пожалуйста, присядь." - попросил он, отчего уши девицы заметили болтающиеся волны в тоне парня. Тут получаются только два возможных варианта. Либо этот парень просто прекрасный актёр, умеющий с заметным  мастерством кривлять из себя нежного монстра, либо он взаправду имеет сказанное ввиду. Первый вариант, ощущается как нечто более вероятное.  

"Мне всё равно нужно идти. У меня нету времени знакомится, болтать и прочее. Спасибо конечно за помощь, но на этом думаю всё. Куда ты положил мои вещи?" - сухо отвечала мольбе создания,  головой меньше неё, она, выдернув кисть к потрясению сильной хватки малявки. Сделав несколько осторожных, покачивающихся движений вперёд, барышня еле успела вытянуть руку в сторону, оперевшись всем весом об одну из многочисленных книжных полок. Тяжелое дыхание слышалось в эшелоне, пока девушка старалась собрать себя в руки, при этом всеми силами отказываясь верить, что всё это взаправду происходит. Слабость, ставшая кровью бейсболистки, уже слишком давно стала чуждой её нынешней форме. Идеальной и совершенной. Годы трудных тренировок и продолжительных  приключений сказались на облике студентки во сне, подарив той просто запредельный уровень силы, коему еще никогда не было равных. Единственным, кто стоял на пьедестале первого места по мощи, оставался братик, да вот и он пропал. Теперь, поиски родственника отобрали у неё одну из немногих радостей унылой жизни. Силу. Всё из-за этого заносчивого нахала. Рыцаря иглы, и безбожного подонка, которому еще предстоит ответить за содеянное. Он не имеет права так её унижать, и сталкивать с того заслуженного места, в положение... Слабой, немощной, бесполезной девчонки. Она нормально ходить теперь может разве что с переменным успехом! Непростительно. 

"Они.... Они на втором этаже. Вверх по л-лестнице." - бормотал мужчина, указывая тремя отличающимися друг от дружки фалангами в сторону лестничного прохода. Того самого, к которому девица удачно повернулась. Сам проём шел под углом не то чтобы долго, максимум ступеней шестнадцать, а того гляди еще меньше, но одного только вида этого отвратительного сооружения перед глазами девицы, стало ей достаточно причиной выпустить раздражённое мычание. С ними у неё сложилась довольно таки каверкозная история, как в реальности, так и во снах драгоценных. Подсознание видимо в любой, неважно какого характера ситуации, найдет способ высмеять её слабости.  

"Я была бы очень благодарная, если бы ты принес их. Сможешь оказать мне такую услугу?" - через силу, с першащим горлом, девушка выговорила просьбу собеседнику, постаравшись слишком сильно не хмурить выражение перед ним. В подобных проверках харизмы, красивое личико, без знаков старения или же видимых признаков отрицательного благому состоянию, уж слишком важно. Кто знает, может при должном усилии, ей удастся переубедить твердоголового незнакомца. В конце концов, на кону поставлены слишком большие цели, чтобы вот так вот просто позволить себе расслабляться посреди бела дня. 

'При одном условии..." - подметил серьёзнее чем до сего момента Террон, проходя мимо девицы и вставая на первые дощечки. Теперь, благодаря незначительному подьёму, они находились на одном уровне роста, тем самым раскрывая девице в какой то степени удивительную правду. У этого глаза была волосатая кожа, и даже линия одной, большой, выделяющаяся густотой брови, ныне вычерчивающая искривленную посередине линию. А она думала, что у неё не найдется причин пугаться еще сильнее. 'Ты вернешься обратно в койку и з-закончишь выздоровление. У тебя точно какие то серьёзные цели, но.. Погляди на себя! Как ты в таком состоянии планируешь чего до достигнуть?" 

Вы понятия не имеете, насколько сильно ей хотелось сбить малявку с пути, забрать собственность и уйти как можно подальше. Его уверенность, высокомерие и приказной тон реально играли на нервах пианистки. Но больше всего, даму бесила правота парня. С таким состоянием, максимум что у неё получится, это проползти пару часов, прежде чем сон подойдет к концу. А без Муни у неё под рукой, вернется в царство сновидений студентка, в таком же состоянии, в котором она и ушла. Побитая, истощённая, что самое главное, с полу работающими ногами. Конечно, всё еще был вариант взять корзинку с битой в зубы, и на руках бежать через внушительную, ни разу не исследованную территорию. Который сразу же оказывался в мусорном ведре, потому что серьёзно? О чем она думает? Может она и предпочитает размахивать деревянной палкой направо и налево, но это не должно окончательно превращать её в варвара. Пропустив через мысленную мясорубку последние размышления, танцовщица пришла к трудному выводу, покачав головой. 

"Хорошо хорошо. Просто иди уже." - на грани рявканья говорила она, кое как оторвав затёкшие плечо от черного дерева. Выбрав из всей вереницы того, как лучше действовать в эту секунду, дама предпочла игнорировать торопливые шажки парня, повернувшись спиной, и сразу заметив полный профиль горшка, осторожно приземлилась лицом в... Что-то походящее на травянистый мешок. Или мягкую, брюсельськую капусту. Здешнее окружение в целом наводило только гору вопросов, нежели малейшие, удобоворимые ответы. Чтож, Муни всегда был странным ребенком. 

Проведя минуты в тишине, разрываемой разве что грозой за пределами кареты, путешественница в конце концов дождалась возвращения спасителя, вернувшегося к ней с 'небес', держа в руке важную вещицу. И боги милостивые, возможно, ему не стоило этого делать. 

Корзинка, реликт прошлого, наводящий девушке своеобразное чувство занимательной ностальгии, всякий раз когда она засиживалась в Спокойном Пространстве, лежал в руинах. Разрушенная копия былой красоты. Филигранные переплетения высушенного материала распутались, открывая неумолимо широкие дыры, в многие из которых наверное можно и целую кисть просунуть. Красно белая тряпочка выцвела, покрывшие заметной долей промокших, ядрёных, явно пахнущих чем то гнилостным пятен. Она взаправду не верила, что это был тот самый подарок, переданный ей из рук в руки лично маленьким Муни. Ведь в этом не было смысла. В последний раз, когда сей предмет оказался в поле зрения девицы, рядом с ногой железного мерзавца, переноска была в идеальном состоянии. Что могло послужить причиной перемен? Дождь, льющийся океаном с небес? Иль клинок, сделавший аккуратные, близкие к летальным порезы? 

"Дай мне его. Быстро." - отдала приказ воительно, резко вытянув вперед руки. Странник почти что положил замудрённое сокровище ей на ладони, да вот поторопился, отчего предмет пару раз перевернулся в воздухе, оказавшись удачно пойманным тем, кто чуть не прикончил её случайным образом. Достойная причина для последующей паники брюнетки. "Осторожно, остолоп! Это моё чертово сердце!" 

"С-сердце? Ты имеешь ввиду... Там внутри?" - желая узнать больше подробностей о нюансах того, что держали его клешне образные тыкалки, мужчина провалил проверку на скорость реакции, ибо вскоре, обнаружил руки пустыми, а гостью, осматривающую поклажу с несколько маниакальным волнением.  

"Нет, я сказала то, что сказала. " - коротко обьяснила барышня, рассматривая деталь после детали. В ближнем рассмотрении, оно и впрямь выглядело хуже. С годами пользования, тренировок в том числе, музыкантша привыкла к тем ощущениям, которые чуть ли не взрывались, когда пальцы касались зачарованного материала корзины. Но сейчас, проводя по выделяющие повреждённым элементам, она стискивала зубы в молчаливом проклятии, осознавая масштабы нанесенного урона. Подняв глаза с объектаю, женщина заметила вопрошающий фактов взгляд, в том числе и поворот головы от алхимика, очевидно просящий малейшей информации о том, что она всем этим пытается сказать. "Слушай, я живу с этой фигней уже два года, но мне самой не до конца понятно, как оно работает. Если правильно понимаю, моя душа связана напрямую с этой корзиной, и если уничтожить её, умру и я. Это то немногое что знаю наверняка. Уж извини." 

"Мать моя... Я многого ожидал, но чтобы такое..." - бормотал Террон, проводя рукой по глазу в вертикальной манере, не веря услышанному от новой знакомой. Ухватившись рукой за гексагоновую структуру головы\глаза, он оперся второй об стол, стараясь сдержать себя от падения, в виду шока. 

"Что ты имеешь ввиду?" - задалась вопросом пациентка здешнего знахаря, приподняв бровь. Разительная перемена в поведение сконфузила пострадавшую, однако сия эмоция быстро оказалась забытой, стоило говорящему до этого отмахнуться.  

"Н-не обращай внимания. Мне нужно пойти наверх, кое что принести для твоего организма. Оставайся здесь." - быстро протараторил Террон, и даже не желая ожидать ответа, ускакал наверх, перепрыгивая через две ступеньки. Забавно. Столь угрожающее теластроение, а реакция с маневризмами, как у смущённого ребенка.  

Последний факт сделал нынешние проблемы барышни ни на йоту меньше, ибо подозрение о злом умысле полурослика оставалось всё в том же участке тела девицы, ноя, пульсируя и напоминая о своём присутствие. В её надтреснувшем сердце.  

Промычав себе под нос протяжный звук неодобрение происходящего, или скорее просто задушенное губами рычание, с того как же запутанно разворачивалась сия глава истории, женщина уселась на земле удобнее, позой лотуса сложив ноги. Старая привычка вызвала только боль в затёкших, изнурённых сочленениях тела путешественницы, что побудило отказаться от использования сего варианта. Колени к груди хотя и не являлись любимой позой бейсболистки, но хотя бы минимально наносили тонюсенький слой бальзама на раны, вскрываемые при лицезрении ужаса, коим стал важный подарок особенного малыша. Воспоминания о его иконическом способе проводить большую часть совместно ленивого времени, те ночи без головокружительных приключений, станут предпоследним якорем, удерживающим студентку от бесконтрольного плавания в океане горя. 

Несмотря на явные следы урона, корзинка сохранила свои два изначальных свойства. Быть вместилищем жизненной энергии, и хранилищем для всех тех предметов, поднятых их под ног в течении долгих злоключений. Первое ощутила она уже давно, а вот второе, только после открытия чересчур сильно скрипящей крышки. Её встретила бескрайняя тьма, заместо ожидаемого пессемистичной мыслью краёв маленького плетёного украшения, полного разбитых напоминаний о счастливых временах. По крайней мере, уже хотя сколько ко то положительное начало. Размяв пальцы, и пробормотав короткую молитву под нос, на всякий случай, ибо кто знает, чего после её сна могли сделать, девушка сунула кисть во тьму. Ощущения были... Мягко говоря дискомфортными. Если выбирать, между ворошением ладони в мешке, полным перегнивших потрохов, то сейчашние эмоции с чувствами, будут на порядок хуже. Вязкая жижа обволакивала руку хозяйки, кусочки чего то твердого то и время проплывали в этой гуще, чья консистенция напоминала жидкую кашу. Определённо не то, чем ей хотелось бы заниматься. Зато, есть хотя бы минимальные плюсы. Путешествовать по гуще в поисках памятных сокровищ было совершенно безболезненно. На минуту, пианистка ожидала того жгучего яда, послужившего первоначалом превращения из полу богини снов в теперешнюю простушку. Да вот только её темные предвестия оказались куда светлее, чем на первый взгляд. Может быть, остальные тоже окажутся неверными? 

Пару раз запустив руку внутрь до локтя, впоследствии обнаруживая отсутствие всяких следов, и перевернув корзину вверх дном, под теоритизированием о возможном проливание жидкостей, к счастью не состоявшиеся, женщина наткнулась на первый из четырех важных предметов. Эту текстуру она узнает везде. Клейкая, мягкая, в какой то степени плюшевая. Прекрасный инструмент для преодоления тяжких препятствий. Всякий обрыв, или же явный отрыв в расстоянии между ею и противником легко преодалевался, стоило метнуть сей блестящий ярко фиолетовым прибор. Какова же была досада странницы, когда из глубин неясной пустоты, показалась трижды искревлённая, повязанная узлами, обгоревшая и деформированная рука, чья недавно ощутимая резонавость сошла на ноль. Хрустально сыплящиеся под касанием пузыри на исскуственной конечности, не оставляли себе шанса на целостность, обсыпаясь маленькими кристаликами. Жалкое зрелище. Та чудесная сила с гибкость больше не имела места быть, передав эстафету существования бездушной, аморфной оболочке. А ведь столько разных препятствий преодолела она с Муни, числами трудно перечислять, ибо один оказывался краше предыдущего. Однако во всех, имеалась общая деталь. Братик всегда восхищался тому, как же сильно девушка прижимала его к груди, когда дело доходило до побега на высоты. 

Хмурясь, девица отложила аккуратно кучку разжиженного и застывшего материала. Скомканная масса осела в почве, не подавая признаков жизни. Окончательное подтверждение бесповоротного уничтожения подарка. Растирая руки от повышающегося уровня нервов, дама вновь засунула обе кисти, намереваясь отыскать хотя бы какое то благое воспоминание. Ладно хваталка, к черту с ней. Еще с момента падения на колени было ясно, что прибамбас спасти не получится. Остальные то должны были уцелеть, верно? 

Как всегда, надежды оказывались делом дурака.  

Грубый, заострённый металл прошелся по идеальной коже студентки содрав миллиметр плоти. Только маленький порез, комар и тот кусает сильнее, но этого хватило сполна, чтобы девица схватила громадину за края, со всей возвращённой дури вернув железяку из карманного измерения. Груда ржавчины перевесила барышню, и следующее что осознала она, так это то, как её положение в пространстве сместилось на пару градусов ниже. Ныне, взорвавшаяся лампочка сохраняла зрительный контакт с героиней, практически вонзаясь расплавившимся стержнем ей в глаз. Медленно отодвинув голову с торсом, музыкантша оглядела пострадавшее чудо детского ума, поражаясь такому ужасному количества нанесённого урона. Пластины с героями сказок сплавились в непонятную галиматью, неотличимые друг от друга. Трудно понять, где начинались копыта у изображённых зверей, а в каких местах начинались ковры самолёты. Распустившись гротескным бутоном, центр сего цветения представлял собой детонировавшую лампу, с осколками, приклейными к охлаждённой дождями лаве. По настоящему вызывающая вопросы картина для глаз. Как оно вообще могло сломаться? Хорошо бита, она много раз сражалась при помощи её с тем идиотом. Ладно рука-крюк, ею притягивалась к противнику. Но ведь сильнейшая артиллерия, стреляющая лучом чистейшей энергии, способная прорубить почти что угодно, не могла сломаться, только потому что. У всего имеются свои причины, и ни одна из появляющихся в мозговом штурме сестрицы, не показывала себя рабочей.  

Так или иначе, ломать голову над такой деталью времени у барышни оказалось критически мало. Спросите почему? А потому что мозг падшей ученицы колледжа, под силой осознания масштаба возникшей катастрофы, пришел к тупику. Концу. Мертвой точки, где на стене кровавыми буквами легко читалась надпись: "Это твоя вина". Что она, считала, неоправергаемой правдой. Одно из сильнейших оружий в плане грубой, разрушительной мощи теперь можно использовать только как представитель современного, аваргантного исскусства только изза её ошибки. Вещица бесичленное количество раз спасшая жизни многих товарищей, и особенно маленького парнишки солнца, ныне станет удобрением местным деревьям, только из-за неё. Главное орудие, бита покрывшаяся трещинами потеряла большую часть некогда великого потенциала, только из-за неё. Храм души, сосуд жизненной эссенции, костюм для мира снов получил чуть ли не фатальное подтверждение, только из-за неё.  

И Джоусам погиб, только из-за неё.  

Проигравшая поняла это в ту же миллисекунду, когда подушечки пальцев ощутили шершавую чешую. Такая неровная и болезненно колкая. Словно гладить кошачий язык, увеличенный в размерах десятки раз, или же чучело животного, одетое нарядом из наждачной бумаги. Чувство далёкое от приятного, но и в этом тоже есть свой плюс. Этот маленький дискомфорт становился хорошим решением для некоторых проблем. Унять зуд в руке, просто обтеревшись кожей, или же защитить от приближающегося снаряда. Своеобразные, партнёрские отношения. Она чешет его, они чешет её взамен. Ни больше ни меньше. Разумеется как всегда и бывает, почёсывания могли часто переходить из приятных, в дискомфортные. Другого ожидать от двух личностей с демитрально противоположными характерами было бы крайне глупо. Сразу же вспоминался один инцидент, когда младшему братику приходилось буквально разнимать этих двоих, после словесных перепалок и нескольких укусов. Тогда, казалось что им обоим идеально подошли задания, не требующие совместной работы. Оба считали, что контракт, подписанный её филигранным движением руки оказался простой ошибкой. Тратой времени. 

Сейчас, девушка готова отдать любые сокровища сотен пережитых миров, лишь бы услышать очередную подколку от грубой акулы вновь. 

Сам факт глубокого горя по придуманному, не существующего в реальном, физическом мире пребывающих в сознании людей, доводил кисель, некогда называющийся мозгом, до точки испарения. Всё это становилось слишком не посильным в понимании. Завтра она отправляется в город в котором никогда не жила, с мужчиной которого никогда в живую не видела, вспомнить о жизни, которой у неё никогда не было. И плюс к этому, она фактически упала в самую низкую точку всей своей проклятой жизни, лишившись ближайшего человека, верного товарища и всего много годового прогресса. Каким образом ей восстановит сотни дней усердных тренировок в течении пары недель, являлось абсолютной загадкой. По правде говоря, у неё были все причины чтобы взять и заплакать на этом месте, потратить часы на нервный срыв, в надежде что после этого затуманенный сожалением мозг соизволит заработать, предоставив девице свежий план по спасению брата... 

Но ни одной слезинки не скатилось по щеке девушки. Ибо все слёзы уже были давным давно потрачены. Еще недавно они служили элементом, закрывающий обзор на зияющие отверстие в груди девицы. Однако, с их полным, бесповоротным истощением, осталась только дыра. Черная, глубокая, без видемого конца. 

"Так, я принес всё что нужно для дополнительного лече... ния. Вы в порядке? Выглядите через чур... Отстранённо." - появился тот самый голосок, где то сбоку от девушки. Она не реагировала, без эмоций сохраняя контакт двух оболочек без пульса. Твердую словно камень, с холодной, подобно льду. Со стороны о ней должно быть думают как об умолишённой, или же сумасшедшей. Чудная девица, вошедшая в состояние ментального транса, с одной рукой по локоть в горке полу разорванных сплетений, а другой на рту закрывая очевидный признак эмоционального упадка. Ну и к черту их. Сейчас, ей нужно немного свежего воздуха. Хоть что-то способное развеять накативший вес осознания, исчисляющийся горами. Посему, заранее положив на свежий грунт корзинку, девушка резко поднялась с места, еле стоящими ногами топая к выходу. К выделяющейся среди всех остальных обьектов в помещении дверце, с маленьким окошком в центр и позолоченной, двадцатигранной ручкой у одного из краёв. Здешний владелец заведения немедленно ринулся остановить пациентку, вороша многочисленными склянками в одеяниях, протягивая тонкие пальцы к пострадавшей. Как только волосатые отрезки сомкнулись на запястья чернобелой героини, она без заметного труда подтянула к себе надоеду, а затем приложив малый процент силы, толкнула его плечом, отправив к одному из многочисленных шкафов. Позади рвущейся к свободе путешественицы слышались отяжеленные стоны, вперемешку с звяканьем падающих, разбивающихся флаконов. Она пропускала сии звуки мимо ровных ушей, хватаясь за дверную ручку и дергая ту под углом, в попытках отпереть проклятую преграду. Заперта. Плевать. Какая до деревяшка не имеет права вставать у неё на пути, и если придется сломать, то так тому и быть. 

ТРЕСК!!! 

С громким ударом плеча об преимущественно гладкую поверхность, пианистка легко выбила закрывающие проход недоразумение, практически на четырёх лапах выпрыгивая вперёд. Запах свежей росы и травы ударил в нос юной женщине, а огромные капли дождя забарабанили по её фигуре, оставляя свежие следы темных тонов в длине платья, кожи и волос. Наконец-то, шанс на спокойствие. Маленькие минуты затухаемого проливным дождём покоя, подальше от напоминаний об ошибках. О неудачах и тому, чего можно было предотвратить, захоти она поступать согласно собственным правилам, а не нашептывающей сладкие гадости самоуверенности. Нужно всего лишь немножко забыться. Подумать о чём нибудь другом. Далёком от существующих проблем. Абстрагироваться от них, как всякий родитель, закрывающий глаза на ужасные поступки глупого, юного чада. Ведь это так просто! 

Особенно просто ей это показалось, когда девушка в конце концов перестала бежать, раскрыв глаза и увидев перед собой руины. 

Chapter Text

Вокруг путешественницы, на мили вперёд, простилалась эпопея страданий, написанная горем, слезами, разрушенными домами и взмокшими останками. У всех вместо голов, сплошные дыры. Их зеленые, обернутые листвой тела потеряли былой цвет, потускнев, прибавив в темных тонах. Расположение трупов показывало скорость каждого успешного убийство. Будто бы, превращение некогда возвышающегося города, произошло за мгновение. Сразу же после потери её сознания. Вон там, у обломков здания, чем то напоминающий собой средневековый паб, валялись в группках жители. У чего то, похожего на основание мельницы, обезглавленные фигуры в балахонах лежали рядом с большими ведрами воды, застаные врасплох при помывке одежды. Миленькая церквушка, судя по всему одна из многочисленных в сим районе, разрубленная по середине, с толпой рассевшихся внутри прихожан. Даже высокие, выглядящие практически неразрушаемыми стены, лежали булыжниками то там то тут, в сотнях футов от предполагаемого местоположения. Здесь не осталось ни одной живой души. Забиты, как скот. 

Потому что она оказалась слаба. Потому что она потеряла над собой контроль. 

"Нет. Нет нет нет нет нет." - шептала себе под нос персона, в хаотичным порядке приступив к поиску малейших признаков уцелевшей жизни. Ибо, быть такого не может, чтобы абсолютно каждый, от малого до старого, погибли в изничтожении сего города, верно? Ведь тогда это значит... 

Стоп. Нельзя. Запрещено об этом думать. Эта теория находится под запретом. Это звучит глупо! Нужно просто продолжать искать. Тут обязаны быть малейшие представители уцелевшего народца. Хоть кто-то должен был уцелеть.  

Торопясь к очередной постройке, свалившейся в кучу строительных материалов хибаре, студентка беспокойно ухватилась за низ крыши. Той немногой частью строения, что сохранила за собой полу целый вид. Присев и взяв руками основание части здания, девица потянула вверх, закусывая язык. Вес такой громадины давал знать, отдаваясь недюжей болью в позвоночнике, руках, плечах и ногах. По идее, она должна была потерять способность ходить, еще в минуты выпадения из загадочного места Террона, но судя по всему, шок, обдувший музыкантшу, так же принес за собой выброс адреналина, затупляющий боль, вместе с крупицами прежней силы. Если конечно, такая логика является рабочей в мире сновидений. Так или иначе, ей потребовалась только минуты пыхтящих физических усилий, чтобы поднять неизвестное количество фунтов от земли, придя к печальному результату.  

Там, под деревом, соломой, красочными предметами и деталями интерьера, нашлась погребённая семья. Сын, дочь, мать и отец, если судить по их нарядом. Прямо за столом, посреди трапезы. 

Героиня бесцеремонно отпустила потолок хижины, позволив тому сломаться окончательно. Интерес к дому пропал так же быстро, как и появился мгновения назад. Осталось еще примерно девятьсот девяносто девять строений. Хотя бы в одном, о большем она не просила, в одном из них должно найтись хоть что-то. 

"Мэм? Что вы делаете? П-пожалуйста, вернитесь в лабораторию! Вам нужен отдых!" - спросил волнующийся, искажённый голос позади неё. Слишком погружённая в процесс поиска уцелевших, девушка по первой не осознала, кто это её спрашивает. Только после поворота туловища, она увидела вставшего неподалёку от неё фигурку. Алхимика, раскрывающий в попыхах зонт, с через чур большим количеством выдвижных элементов. Как только инструмент показал себя по всей красе, спустя секунды неловких движений отростками Террона, он попытался встать рядом с ней, предлагая короткий момент защиты от погоды, ставшей от милосердно успокаивающей, к беспощадно прожёвывающей. Инстинктивно, используя движение, сделанное годами до сего момента, она оттолкнула предложенную ею руку, оскалившись на незнакомца короче неё. 

"Не трогай меня! Уходи!" крикнула девица, кинув в него взглядом столь же острым, что и заточенные кинжалы. От вида такого взора, продавец пошатнулся назад, придерживая укрывающие приспособление двумя руками. Хоть лицо парня скрывалось гротескной, фальшивой физиономией, это не спасало его от легкого прочтения ею. Дамочке хватило легкого взгляда на отошедшего назад юношу, чтобы осознать как запутанно и непонимающе себя сейчас скорее всего чувствует он. Остановило ли девушку сей факт от продолжения следованию изначальной цели? Разумеется нет. Новообретённая информация стала разве что дополнительной помаркой в её мыслях, ибо теперь, заместо волнения за потенциально выживших жителей горда, у неё в голове проносилось секундное беспокойство за его раненные чувства. Новую мысль девочка поспешила выкинуть как можно скорее. Нельзя позволять отвлекаться на пущую мелочь. "Иди обратно в свою повозку, или что там у тебя, и не мешай! Я вернусь как только найду кого нибудь. Кого угодно. Хотя бы одну душу." 

"Вы... Правда верите что кого то здесь отыщите?" - говорил странствующий учёный, опуская руку по шву. В голосе незнакомца она осознала странную, очень противную ноту. Знакомую, ввиду старых обстоятельств, благо коими не ограниченная в этих землях. Парень говорил с состраданием. Как будто бы ему было жалко за её теплящуюся надежду, так смутно пытающуюся найти хотя бы крошку топлива доказательств. Это настроение подняло со дна особенно неприятные желания, которым стоило бы оказаться погребенными под завалами времени навечно. 

"Да! А как иначе!?" - вопрошала путешественница, не до конца ясно, задавала ли себе вопрос бейсболистка, или же случайному собеседнику. В любом случае, ответа остался немым, ведь как такого студентка не просила. На то он и риторический. Вставая с мокрой земли, после короткой передышки, героиня за пару шагов оказалась у странной, керамической кареты, без запряжённых в неё лошадей. Просунув тонкие пальцы между трещин, спортсменка с звучащими стонами разорвала средство передвижения на две части, упавшие по сторонам. Здесь тоже оказалось пусто. Только куча разорванных корешков, листьев и трав. "Быть того не может, чтобы они померли, от малого до великого. Ну это же бред! Зачем кому то убивать целое население деревушки, включая молодняк? Это каким нужно быть монстром для такого зверства?! Здесь должен хоть кто-то уцелеть. Не знаю, может в подвале той церквушки спрятались, или где то между травой затаились...' 

"Леди...' - осторожно подошел обратно к ней молодой путешественник, пытаясь звучать как мягче, как это впринципе возможно, в условиях ливня и тотальной безнадёжности. Она презирала то, каким образом его голосовые связки искажали голосок алхимика, заставляя звуки выходить с намеренным извинениям. Последнее чего ей хочется в данной ситуации, это слышать роковые, глупые слова идиота, понятия не имеющего о чем он говорит. "Здесь никого нету. Мне очень, очень жаль это говорить но..' 

"А ты откуда знаешь, щенок!?"- взорвалась оскорблением воинственная фигура, после очередного отброшенного в сторону обьекта. Перевёрнутая тележка из некоего мутного, бесформенного материала с треском разбилась об каменную стену, раскидав щепки по сторонам. Она отказывалась принимать поражение, просто сдаваться, когда работа только только началась. Ведь было проверено от силы дюжина домов. Даже не десятая всех зданий уничтоженного городишки. Кто он такой, чтобы приходить к критическим выводам, ни разу не коснувшись хотя бы кирпичика? У пианистки не было таких слов, чтобы описать, как же сильно у неё закипала кровь от жалко выглядящего слюнтяя. Перейдя к нему, дамочка схватила исскуссника за воротник, притянув к себе и чуть ле не цедила через зубы ядовитые обвинения. "Это невозможно, чтобы он убил их всех. Такое не под силу устроить только одному человеку! Так что прекращай ныть и возьми да начинай тоже разгребать завалы, шкет!" 

Ответ оказался совершенно иным, нежели тот, коего изначально ожидала студентка. То, что по идее должно было стать несколько успокаивающим согласием, подкреплённое всплеском альтруизма, черты запрятанной в каждом из нас, по итогу предстало перед в ней в холодном, расчётливом, скорбном свету.  

"Я уже делал это, миледи." - Рассёк дождь голос парня, сию секунду вставивший палки в колеса молодой путешественницы. Будучи готовой ответить страннику острыми словами, дамочка была попыталась рявкнуть на него, заткнуть коротышку еще до момента выхода слов из его закрытого, замученного маской рта. Но предложение, покинувшие чертоги уст варящего, оставило девицу с глубокой дырой в животе. Хватка расслабилась на ткани, опустив того с тех цыпочек, которыми он поддерживал себя неосознанно. Холодный ветерок грядущего познания прошёл смертным маршем по спине музыкантши, чертя первую линию в некрологе города.  

"Что?" - просила его ответить девушка, не для того чтобы убедится, что ей не послышались те роковые слова, а исключительно ради новых деталей. Большего количество подробностей. Они все мертвы? Но как? Каким образом? Видел ли он сам процесс и конкретную, коричнево-каменно волосую фигуру, учудившего сие зверство? Чем дольше вопросы оставались без ответов, тем шире яма в желудке, закрытым каркасом оболочки, росла по экспоненте.  

"Изначально планировал наведаться сюда с новыми товарами. Привез из другого города качественные травы и снадобья на продажу местной лечебнице. Они были хорошими людьми. Был не против продать им за пол цены. Долго хотел заехать. Но планы изменились, на подходе к городу." - мрачно заявил молодой представитель здешнего народца, отходя от вставшей столбом героини. Его голова повернулась в сторону маленького скопления телец. Крошечных, даже можно сказать. Наклонившись к ним, рассказывающий свою историю принялся использовать время с умом, подбирая и аккуратно опуская малюсенькие фигурки в ровную линию. Сердце бейсболистки пропустило единичный стук. После этого, оно продолжило биться с прежним, неровным темпом. "Когда я находился в пол пути, сначала полил дождь. Затем гроза. А потом... Раздался взрыв. Огромный, облаком выше всяких растений. Прямо здесь. У противоположных ворот поселения. Несколько листьев посдувало ударной волной, и мне еле еле удалось управится с поводьями, чтобы не разбиться в кучу хлама. После того как выровнял карету, даже находясь в мили от точки назначения, я мог видеть блистающие в далеке линии. Десятки одновременно появляющихся полосок, пробивающие стены, крыши, толпы, небеса, назови что угодно, оно шло именно к этому. Раз за разом, удар за ударом, этот странный обьект разрушал всё что попадалось ему на пути, не заботясь о том, что будет следующем. А когда я наконец-то вьехал внутрь, всё затихло. Ни криков, ни падающих домов. Только вот это." 

Очевидец описал рукой окружающую среду. Убогую копию города, некогда процветающего благодарностью миру за самостоятельную возможность пережить еще денёк. То, что когда то могло похвастаться развитой инфраструктурой, базарами, центрами религиозного проповедования и жизнью, ныне испускало ароматы безнадежности дальнейшей стагнации переулков. Жизнь покинули эти стены, и теперь только призраки найдут здесь какой то комфорт. Шанс сам по себе маловероятен.  

"Я часы провел под дождём, в надежде что найду хоть кого-то знакомого. Росточка, завядающую или обычного самаритянина. Но эта штука не пощадила никого. Кроме вас. Незнакомку, чей вид мне неизвестен." - выдохнул в состоянии крайнего потрясения мужчина. Его личные удивления и чувства совершенно скрыли от него самого факт, что в сию минуту, девица слушала от силы в пол уха. Большая часть мозговых процессов сейчас крутились вокруг крайне поспешных попыток не приходить к тотально разрушительным выводам, стараясь успокоить растущий нервный срыв. Ведь если то к чему приходит её мнение, окажется правдой, тогда... Что ей делать дальше? Она отказалась продолжать разрушительную мысль, буквально приложив последние силы для сдерживания катастрофического потока ужасающих идей, держась из последнего издыхания, чтобы не рвануться к оставшейся внутри корзине. " Вы... Лежали у главных ворот. Вся побитая, изнечтоженная, с таким количеством выступивших вен, что казалось, уже стали давным давно трупом. Но вам удалось выжить! Как? Что здесь произошло? Кто предал мечу целое поселение, защищающие границы всей страны, в одиночку? Умоляю, дайте мне свои ответы, и я обещаю что вы не пожалеете об этом. Вы скорее всего последняя надежда этого королевства!" 

В любом другом случае, студентка согласилась бы с сим предложением на раз два. Легко и просто, без лишних, трудо затратных мышлений. По большей части, так они и делали с Муни в большинстве историй. Появлялась трудность, требующая их непревзойденных качеств, иначе целые тысячи жизней окажутся под угрозой. Миссии заканчивались эпичным финалом, с громкими пирами и множеством праздничных обьятий от радующегося победе младшего братика.  

Однако в те золотые деньки, имелась одна ключевая вещь, ныне запрещающая девице хотя бы подумать о принятии такой святой ответственности. 

Ныне, она слаба. И если тогда, часы тому назад, её потугов хватило максимум на пару царапин.. 

То на всей текущей миссии, можно спокойно поставить красный крест.  

Соответствуя статусу, воинственная дама убежала в обратном направлении от продавца, несясь со всех ног. 

От нахлынувшего страха, силы, двигающие её вперед, побуждающие бежать не за жизнь а на смерть, подарили печальной героине запас сил, чтобы как раз успеть забежать внутрь повозки. Она даже не пыталась закрыть дверь, оглядеться по сторонам, рассмотреть наружный внешний вид того места, в коем до недавнего момента восстанавливалась. Эти детали потеряли своё первоначальное значение, стоило Террону произнести последнюю фразу. Туннельное зрение делало основной точкой фокуса конкретный, взмокший, выглядевший как побитый рыжий кот, обьект. В корзине находится её спасение. В одном из последних подарков столь безумно обожаемого брата найдётся шанс, с которым всё встанет на свои места.  

"Давай, давай, давай, давай! Пожалуйста!!!" - умоляла высшие силы, запертого в нескольких измерениях от не мальчонку дева, падая на колени перед кроватью и запуская обе руки глубок в корзину. Мимо разложившейся на склизкую субстанцию руку. Подальше от искрящегося аппарата забытых воспоминаний и, конечно же, позабыв о волнении, через останки павшего товарища. Глубже. Еще глубже. Туда, куда обычно её конечности никогда не доставали. "Он обязан быть там. По другому быть не может! Ради всего святого, прошу, просто покажись уже." 

Через шебуршания, стоны, вздохи, кряхтения и мольбы... 

Она смогла докоснуться только до бескрайней пустоты бездны. 

Он исчез. 

"Нет. Нет, только не это. Умоляю, что угодно но только не это." - шептала испуганная до глубины души музыкантша, позабыв об аккуратности в обращении с крайне хрупким предметом, вытягивая руки, хватаясь за края, и умолишённо тряся корзину что есть мочи, под хаотично издающиеся звуки выпадающего, разлагающегося мусора. "Это кошмар. Это большой сплошной кошмар. Я должна проснуться. Всё будет хорошо. Тогда то всё будет хорошо, верно? Ведь так!?" 

Вопросы выпускались со скорость пуль, незамедлительно заряжая очередной патрон в дуло, готовясь к стрельбе в воздух. Ни один из боеприпасов не достигнет цели, только максимум задев пару пролетающих мимо птиц. Она тратила время впустую, создавала ложные надежды и  подпитывая иллюзии сплошными выдумками. Ведь такого никогда раньше не случалось. В теории невозможно! Могущественный обьект, связанный прямо с материей сновидений всегда обязан прибывать рядом с ней. Владелицей артефакта, а не существовать где-то за пределами зрения оной.  

"М-мэм?! Вы так и не ответили на мой вопрос!" -  кричал ей в догонку мужичок, головой ниже, вскоре оказавшись обратно в своих чертогах. Повернувшись к незнакомцу туловищем, девица могла только гадать, как же инородно она должно быть выглядит прямо сейчас. Высокая, худая фигура в сером балахоне, с висящими по обоим сторонам лица локонами лоснящихся, переплетённых волос, дрожащая, бормочущая в бреду посреди замусоренной комнаты, с трупом, жестянкой и бесформенной биомассой на полу. Но она плевала с высокой колокольни на всякие гипотетические мнение окружающих лиц, включая своего спасителя. Сейчас, важны были только ответы. И уж кто-то, а он обязан знать хотя бы малейшие крупицы золотых знаний. "Что тут во имя Прародительницы происхо-АААХ!?" 

"Где оно?' - вопрошала умолишённая барышня, схватив паренька за плечи и хорошенько встряхнув. Маска переросток закачалась вперед назад, пародируя известный сувенир. Человечек еле успел ухватиться за края убора, не позволив той упасть, но по итогу, поплатился явным головокружением, лишающие оного возможности примерно ответить на хаос, льющийся дегтем острых звучаний с уст паникёрши. 'Отвечай!" 

"Где что!?" - кое как нашел силы выдавить Террон, трясясь и побрякивая фиалами, видимо сильно уверенный в печальном исходе сего взаимодействия. Звук цокающих флаконов прибавлял разрушительной мощи и без того зловредному количеству лишних звуков, что пробуждало в музыкантше настойчивое желание как можно поскорее выкинуть идиота на улицу, лишь бы уши её покой познали. 

"Мой нож! Мелкий, выдвижной, канцелярский нож! Куда ты его дел?!" - допытывала истеричная персона продавца, поднимая в очередной раз от земли, в безуспешной попытке вытянуть из недоумка малейшую каплю живительного сока знаний. Это было так же успешно, как и скручивать финик в поисках малейшей влаги.  

В качестве ответа, юнец показал разве что собственный клинок. Короткий, не большее её полу сжатой ладони. Эфес малахитовый, испещеренный узорами травянистых лугов и красочных листьев деревьев, а металл, сверкал серебром в коротких лучиках света, выглядывающих между занавесками кареты. 

"Э-это всё что у меня есть. Я не знаю зачем, но если тебе нужно, то можешь забрать!" - молил о крошечной милости скиталец, вытягивая вперед произведение исскуства, нежели полноценное приспособление самообороны. В любом случае, имелся шанс что и эта безделушка окажется ей полезна. Ведь главное, что этим она сможет потерять требуемое количество крови, для потери сознания. 

Выпустив пацана их хватки, та быстро повернулась к нему спиной. Позади раздался громкий звук удара туши об древесину, совершенно позабытый юным посмешищем. Правая рука сжимает кинжал, левая рука поднимает подол балахона. Лезвие орудия показывало девице отражение держащей, описывая в деталях те выбивающие из постоянства моменты. Ну ничего. Скоро это закончится. Нужно просто перезайти в игру, и вернуться к последнему сохранению. Там то, можно спокойно исправить любые ошибки. 

В торопях, дрожа от нетерпения, девушка полоснула острым краем по обнажённому бедру. 

Но железо не оставило ни единой царапинки. 

Молча, вытаращив глаза, с растущим чувством опустошения, девица посмотрела сначала на инструмент, затем на бедро. 

На инструмент. На бедро 

Снова на инструмент. Снова на бедро. 

А затем... 

Яростно провела слегка затупившемся краем по второму бедру. Снова, снова и снова, ожидая хотя бы единичную капельку крови, но в качестве оплаты за потраченные усилия, получила жалкие скрежетания при контакте с кожей. Звук, издаваемый от соприкосновения обьектов, гипотетически обязанных быть противоположными в своём состоянии, мягкий и твердым, походил на отвратительную серенаду вилки, грубо идущую об жестяную, грубую тарелку.  

Путешественница постепенно теряла последние остатки чистого рассудка, творя по истине сумасшедшие для наблюдателя вещи. Она взмахивала ножом, резала им, кромсала и вонзала в почти что каждую часть физической оболочки, подаренный лично стечениями обстоятельств вселенной. Вены на руках должны были оказаться вскрытыми вертикально, однако остались целыми и невредимыми. Шея девушки могла по идее обратиться сплошным открытым фонтанам гротесктной красоты, но потерпела целый ноль изменений. Сейчас, старшая сестра уже давным давно истекла бы кровью, если бы не разбившийся на мелкие осколки меч, ставший бесполезным хламом под ногами шокированной героини, чьи кишки потеряли роль посмертного украшения.  

Дрожащими руками, спящая красавица потеряла рукоять, дав той мирно упасть к своим составным частям. С неустойчивой ходкой, она повернулась к Террону, белая как призрак, с голосом холодным и молебным, просящем о помощи.   

"Почему это не работает?" - задала вопрос женщина, касаясь собственного лица, надеясь что может быть, хотя бы ногтями у неё получится проколоть эту чертову кожу. Но сон насмехался над нею, ведь даже чесотка, не могла сорвать тончайший слой этого сосуда.  

"Я-я не знаю..." -  тонко шептал испуганный таким невообразимо деструктивным поведением парниша, делая короткий шаг назад. Движение легко регистрировалось зоркими глазами путешественницы, посылая приказ к насыщенному паникой мозгу. Нельзя позволить ему сбежать, уйти или сменить тему. "З-зачем вы этот делаете?" 

" А есть что нибудь по острее?" - игнорировала вопрос запутавшаяся в чертогах разума она, приближаясь к маленькому, по сравнению с ней, человечку. По сравнению с ней, даже учитывая любые имеющиеся на его рабочем наряде побрякушки, включая различные снадобья и части тел жуков, которые выглядяли легко способными пройти насквозь трудной материи, у него не было шанса на спасение от неё.  Как и нужно. "Не знаю, скальпель, клык, зазубренная кость, копье, без разницы. Подойдёт что уго-:" 

"Нет! Нету у меня ничего острее этого!" - вырвался наружу его искривлённый, должно быть фильтрами маски, голос, сию секундно вынудивший дамочку вернуться к прежнему положению. Еще на фут назад. Тяжело дыша, издавая при этом крайне истощенные звуки, варьирующиеся от вздохов умирающего койота, и пыхтения замученного бегом кота. Здесь же, не нужно было гением, чтобы понять, каким конкретно образом он дошел до сего состояния. "Этот меч стоил мне целое состояние! Я заказал его лично из дворца Матери Кедр, у их лучшего кузнеца! И тут появляешься ты, начинаешь носиться, поднимать целые здания одной рукой, крушить мою лавку и ломать мои сокровища! Да что с тобой не так?! Я то думал, что ты единственная уцелевшая из павшей крепости, но у меня закрадываются подозрения, что ты не более чем лунатик, забредшая сразу после последней жертвы! Что тут во имя всего святого происходит?!" 

Чудом, имея все шансы на провалившуюся попытку привести девоньку в чувство, этому короткому незнакомцу повезло. По окончанию преисполненной фрустрацией речи, барышня встала как вкопанная, опустив голову вниз, смотря на внутренние стороны ладоней. Аккуратные пальчики, тоненькие, филигранные и элегантные, одевались в накидки из толстого слоя рабочей кожи, морщин и ярко выделенных извилин, напоминающие карты туннелей угольной шахты. На некоторых пальцах всё еще присутствовали следы ранних ракопок. Подняв с них очи, путешественница огляделась вокруг, замечая впервые, за столь долгое время, проведенное в питающемся страхом ужасе, какой бардак она наворотила. Это точно потребует детального обьяснения. Вопрос лишь в том, что конкретно ей можно, стоит, и нужно рассказать Террону, дабы он не опознал её как умолишённую маньячку. 

Проведя от силы пару секунд в ясном сознании, без малейшей степени точного понимания того как именно она выглядит, покусывая ноготь на большом пальце и ища очами потенциальные вещи, которыми сумеет отвлечь мужчину на время раздумий, странница решила, первым делом, проверить воды. Понять, каково состояния его принятия новых фактов. 

"Так, ладно, я... Я натворила ошибок. Понимаю, ты в смятении." 

"Не то слово" 

"И скорее всего готов выкинуть меня на мороз, если я не дам тебе хотя бы какие то ответы. " 

"Шансы высоки." 

"Но пожалуйста, просто помоги мне решить эту проблему с телом, и я  отвечу на любые вопросы. Ну с телом, если ты понимаешь о чём я говорю. Что угодно подойдет, лишь бы оно могло вскрыть вены-" 

"Низачто! К-каким психом нужно быть, чтобы так безэмоционально просить у людей поддержки в самоубийстве!" - громко выразил полноценный отказ Террон, чутка надавив ей на нервы. Что впринципе, за последние пол часа, стало для них двоих печально стандартной практикой.  

"Я не пытаюсь убить себя. Мне просто нужно потерять сознание от кровопотери, чтобы произошло то, что должно произойти. Ни больше ни меньше." - взмахнула кистями дамочка, узя глаза, когда даже бутафорская пародия на сферу большого инсектоида вытаращились на неё,  замечая в ней очевидные признаки абсолютного безумия. Ответ не заставил долго себя ждать. 

"Это звучит как глупейшая нелепица, которую мне когда либо довелось слышать. Просто- зачем вам это?" - твердо вознамерился понять мужчина, хватая волоски на головном уборе и грубо натягивая их, в попытке осознать какой бред выговаривает эта женщина. 

"Я уже тебе всё сказала. Мне нужно это." - выдохнула с звучащим раздражением девица, проводя фалангами по мягкой щеке. Пока что, ожидания прямо показывают свою очевидную завышенность.  

"Но это не отвечает на мои вопросы! Что это тебе даст, какой смысл а этом идиотизме, кто ты такая, чтобы вот так спокойно заявлять о смерти, как будто бы для тебя это для тебя стандартная практика?! Ты либо отвечаешь мне прямо сейчас, или я..." - торговец остановился не договорив, оставив девушку короткое время гадать о намерениях разьярённого гения. Скоро, ответ появился сам собой, когда  алхимик тяжело вздохнул, и встретившись лицу к лицу с конфуженной дамой, заявил непредсказукмое. "Или я не скажу, что забрала фигура со шпагой." 

Сердце барышни моментально упало в пятки, подобно гранате разорвавшись через несколько секунд, заместо шрапнели, пустив целую разрушительную волну холода. Ей было известно только об одной, суровой, отвратительной фигуре. 

"Ты его знаешь?" - кое как совладав с дергающимися голосовыми связками студентка, осторожно проверяя, говорит ли он о той же личности, что сейчас терроризировала её бедный, подверженный отравлению мозг.  

"Нет. Но когда я увидел тебя издалека, лежащую в нескольких сотнях футов, только мигом рядом с тобой появилась та странная личность, в каком то чудном, переливающимся коричневом плаще. Он забрал у тебя кое что.  И я скажу что именно, как только ты выложишь то, что я потребовал..." 

Чтож, вот и попытались в тонкие намёки и уговоры. Судя по всему, мало того что яд значительно снизил её физические показатели, так он еще и одновременно с этим разрушил несколько клеток мозга, впридачу. С последним глубоким вдохом, спящая красавица рассказала ему правду. От начала, до конца. 

Chapter Text

Частичную.  Разумеется исключительно только такого рода истину могла ему поведать юная путешественница. Одно дело, выпустить на волю историю её многолетних связей с богоподобным существом, подарившем ей возможность путешествовать между бесчисленным количеством миров, а так же силы, которым позавидуют персонажи многочисленных религий всех нарисованных миров, а другое дело, раскрыть факт гипотетического вымысла каждого происходящего мгновения. 

Соответственно, она отдала половину всей сути трудно понимаемой картины. 

"То есть..." - растянул слово изобретатель, усевшись в рабочее кресло за столом. Повернувшись к ней, персонаж сложил руки вместе на коленях, наклонившись и сгорбившись, в очевидной позе человека, переваривающего стыдливо громадное количество сведений. Он даже не смотрел прямо на неё, вместо этого, уперев один, или несколько разных, взгляд в непонятную точку в досках. Героиня не винила спасителя в такой реакции, потому как примерного сего результата изначально ожидала, раздумывая о том, чтобы было, узнав творение Муни об изначальном статусе реальности. Вот и появилась возможность утолить жадное любопытство. "... Ты заявляешь, что являешься сестрой защитницей божества, с которым вот уже несколько лет путешествовала между мирами, выступая в роли спасителей целых наций, а возможно и миров." 

"Верно." - говорила коротко девица, потирая ноющую от вернувшейся боли руку. Те нагрузки серьёзно сказались на её мышцах. 

"И ты пытаешься найти своего брата, похищенного непонятно кем, непонятно куда, непонятно по какой причине." - сказал парень вновь, потирая тремя ветвистыми пальцами боковую сторону стекольно-подобного шлема. Его отростки массировали удивительно мягкую поверхность маски, выбивая девушку из колеи потрясением, которое коротко временно побудило её забыть о том, в каком же положении она сейчас находится. "Используя его инструменты, в надежде что в одном из тысяч доступных, как ты выразилась, 'измерений', найдутся хотя бы какие то следы твоего дорогого родственника." 

"Именно так." - подтвердила дама, нервно расчёсывая тыльную сторну кисти. Или по крайней мере попыталась расчесать своими острыми, но изящными ногтями. В это же время, недопонимающая  процесса осознания воительница всерьёз задавалась вопросом, правда ли трудно принять что-то такое очевидное, после всего что она учинила у него перед глазами? 

"А для того, чтобы восстанавливаться от слишком серьёзных ран, или просто значительного изнурения, тебе нужно вскрыть себе вены, и потерять тебе сознание. " - от начала до конца шокированно проговорил учёный, окончательно развалившись в кресле. Судя по тому, как же сильно сейчас этот незнакомец походил на неё, после нескольких бессонных ночей зубрёжки перед важными экзаменами, он взаправду переносит такие потрясения с немалой долей трудностей. Она сделала всё , что было в её силах чтобы сократить, преуменьшить, облегчить большинство факторов, но судя по всему, столь укорочённая версия суровой реальности имела значительных энергетический эффект на слышащих. "Я всё правильно понял, или что-то упустил?" 

"Нет, всё правильно. От корки до корки.' - оповестила доктора рассказчица, изменив позицию сидения на слегка мокром грунте\кровати. То, с каким завидным спокойствием собеседник впитал в себя новые знания, взрывало каждое предположение бейсболистки. Однако, в тоже время и расстекало по её венам заметное чувство горькой вины, за передачу должно быть ужасно тяжелого бремени знаний. Ученица сама не знала точно почему, но мысли, идущие в тему с потаёнными знаниями всегда приносили с собой дискомфортное чувство сложности к душе студентки. Именно поэтому, девушка поспешила сказать ему искренние слова сожаления. "Слушай, мне очень неловко вот так грубо об этом говорить, но как бы безумно не звучало всё, что я сказала, эти слова - правда в чистейшем ви-" 

"Ох, нет нет нет. Я верю тебе, можешь не переживать. Правда, верю каждому слогу." - совершенно внезапно сказал парень, подняв голову и помахав руками из стороны в сторону, жестами отказываясь от любых знаков сожаления со стороны юной леди. Он, к тому же,  неожиданно оживился, после этих слов, вскочив, и за несколько широких шагов оказавшись перед книжным шкафом, роясь в стопках обтянутых кожей фолиантов.  

Это довольно таки странно, это точно. 

"Ты... Точно уверен? Я ведь минуту назад вроде бы облила тебя ведром инфы, которая напрямую может противоречить большинству убеждений твоего мира, или что-то в этом роде..." - стыдливо принимала серьёзность проблемы она, заинтересованная тем, по какой же такой причине этот человечек так странно себя ведет? 

"Ох, не обращайте внимание на это. Уверяю вас, вам не о чем беспокоится. Ибо, с какой это стати я должен противится словам настоящей, подлинной защитницы самого Великого Прародителя?" - поинтересовался торговец, звуча с настолько очевидной улыбкой за стеклышками маски, что девица искренне удивлялась, что вообще она сказала настолько сверхъестественного, чтобы перевернуть всё представление этого человека о ней с ног на голову.  

"Простите, что?" - тихонько и пораженно спросила она, подняв правую бровь в знаке полнейшего конфуза. Прародитель? Это он про Муни? И она его защитница? Что тут вообще происходит? "Я думаю... Вы меня с кем то перепутали." 

"Это даже не обсуждается, мэм. Поверьте, это огромная честь в кои то веки встретится с вами. И я искренне прошу прощения за мои ошибки и непозволительные изречения." - поспешил ответит мужчина, коротко повернувшись к ней, быстро поклонившись вниз и вернувшись к изучение книжки за книжкой. Томики загадочных наук летели в разные стороны, без лишних манер падая и раскрываясь прямо у неё под ногами, тем самым показывая внутренности источников святых учений. Формулы, рисунки гравюр, исторические справки, портреты загадочных личностей с то ли вычурными татуировками, то ли своеобразными кожаными мутациями. Ведь, это неслыханно, чтобы человек имел кожу текстуры дерева.  

Девушка еще какое то время искоса поглядывала на странника, бормочущего в приступе, то что могло напоминать собой, религиозного помешательства. И она уже было готовилась спросить у него в десятый раз за последние минуты, какого черта здесь происходит, пока торговец в один момент не вдохнул, подняв выделяющуюся среди всех остальных книжонку. Черная кожа, золотые края, ветвистые узоры, вроде как лавровых листов, и единственный глаз, сверкающий алмазом по середине обложки. 

По шкуре женщины прошлась армия мурашек. Студентка намеренно проигнорировала их, сосредоточившись на истории, рассказываемой подошедшим к ней безумным кладовщиком.  

Раскрыв середину древнего тома, он выставил вещицу вперед, чуть выше своего лица, показывая занимательное изображение. Что-то наподобие иконы, или же таблички с пророчеством. За исключением того, что цвета, использованные здесь, кололи девице глаза выделенной на сто яркостью, а формы, ни коим образом не были похожи на стандартную манеру рисования одного конкретного художника, преимущественно используя резкие взмахи и острые формы.  Почему взрослая дама сравнила рисунки этого тысячи летнего документа, с работами своего обожаемого брата? 

Ответ окажется крайне очевидным. 

Его подпись красовалась прямиком у левой нижней стороны левой к ней страницы. Две буквы 'i', одна из которых перевернуты вниз ногами.  

"Это пророчество было сделано одной важной, но позабытой,  персоной, вот уже сотни поколений тому назад. Третьей Старшиной Хвойной. Той, кто воздвигла Сад Гигантов с нуля. " -   изрекал тайные сведения, передаваемые из уст в уста, от отца к сыну от матери к дочери. Одновременно, торговец аккуратно стучал зазубренным пальце по середине картинки.  Той, что изображала бело снежного мальчика, с горящими волосами, убаюкивающего умирающего старика, и указывая армии черных рыцарей вести атаку прямиком на неопределимую орду одинакового похожих монстров, с дубинами на перевес. "Наступит день, когда наш великий Великий Прародитель вернется обратно в земли, сотворённые его кистью, и поведет войной весь честной народ против оккупантов. В ту злопамятную дату,  само Древо будет сожжено до тла, короли лишаться корон, а рассвет, наступит только с последней оторванной душой супостатов. Эта книга хранилась в королевском дворе с момента его постройки, и ни один местный житель не знает ничего о достопочтенном Взрастителе. А ваше описание слишком сходится с тем что тут написано, чтобы быть простой выдумкой сумасшедшей. Это значит, что я был прав! Вы наше спасение, последняя надежда на окончательную победу в этой войне! Ваша святая миссия - отыскать бога и помочь ему свергнуть зло!" 

... 

Это... 

Довольно таки большое количество материала для анализа. 

Муни провозгласил себя богом, при создании этого нарисованного мира? 

Потратил время на придумывания целых пророчеств для них? 

Собирается устраивать целые войны? 

Здесь присутствовало столько неверных аспектов, что она даже не имела понятия, откуда начать. 

"Подожди." - остановила девочка, хлопнув в ладоши. Понадобилось еще какое то время, минута от силы, чтобы дождаться, когда измененное аппаратом в шлеме дыхание в кои то веки устаканилось, став размеренным, спокойным хотя и глубоким, ввиду очевидного волнения. Будет очень неприятно рушить его уютный пузырь ложных надежд, но это банальная обязанность девушки, на данный момент. "Я думаю, у нас возникло некоторое недопонимание." 

"Что за вздор, о недопонимании не может идти и речи!" - громко выдохнул Террон, вдавив клешни в края пожелтевшей бумаги. Вид его оправданной фрустрации заставил девушку поволноваться о правильности сего поступка, но что-то в ней самой не позволяло вот так казуально уйти, оставив парня гнить в темнице нелепых сведений, когда правда болталась прямо на языке. "Ваш брат может создавать миры, выглядит точь в точь как идол и-" 

"Нет нет нет нет, стоп, остановись, прекрати говорить и дай мне закончить." - замахала ладонями паралитичка в реальности, грубо переведя внимание разговора сугубо на себя. "Мой брат - НЕ ваш бог. Он не творил никаких вселенных, не выращивал никогда деревьев, не строил города, не посылал пророчества в головы других людей и уж точно не хотел устраивать какие бы то ни было войны. Он просто... Муни. Вот и всё. " 

"... Не понимаю о чем вы говорите." - бормотал путешественник знающий, с заметным писком в зашифрованном голосе. Неудивительно. Наверняка ему будет трудно признать свою неправоту и ложно появившиеся надежды, но этому нужно произойти, рано или поздно. "Это бессмыслица какая то. Вот ведь доказательства! С первой по последнюю страницу. И ваши силы, тоже тому подтверждения!" 

"Я годы провела бок о бок с этим маленьким гремлином, так что я лучше знаю, кто такой мой младший брат." - немного сухо ответила путешественница, оскорбленная заявлениями какого то незнакомца. Кому как не ей, родственнице, опекунше, старшей сестре, обладательницей маленького чуда, знать о его подлинном естестве. "Имею ввиду, этот мальчик слишком нежный, милый и тихий, чтобы творить что-то таких масштабов. Он ведь только недавно научился играть в мяч со мной, а вы говорите что уже как несколько столетий, является вашим богом? Это очень маловероятно, извините за прямолинейность. Мне кажется, быстрее у меня волосы выпадут, чем этот коротышка начнёт устраивать войны. Я просто пытаюсь быть честной, вот и всё" 

Мужчина прикрыл рукой. Именно что прикрыл, сделав невозможным для любопытной девицы разглядеть изменение тех нескольких вмятин шкуры, из которых у него шел глас. Потом, этот парнишка начал задумчиво глядеть вниз, постукивая обутой ногой. Его стук оставался неизменным, постоянным, быстрым и интенсивным. Так звучал такт, которому он научил себя, судя по всему, следовать в минуты трудных дум, дабы не срываться с изначальной линии мысли. Как девочка это поняла? А благодаря нескольким известным ей личностям, занимающимся точно тем же самым, стоит им столкнуться с сложными задачами разума. На её памяти, не многие из тех персон долго держали фасад хорошего человека.  

Так или иначе, девица вежливо молчала, позволяя собеседнику свободно, без лишних энерго затрат рассуждать о полученных знаниях, новом мнении, и тем идеям, что категорически противоречили тем годам без устанного поклонения. Признаваясь самой себе, студентка находила сию ситуацию до боли дискомфортной. Странной, по большей степени. Под ногами всё еще валялись куски мусора, совсем недавно бывшие ей дороги, в черепной коробке повис штиль, предвещающий скорое появление безжалостного шторма, а парень делает уж больно продолжительную мыслительную паузу, заместо выполнения своей части договора. Да, она типа уничтожила парой предложений его миравозрение на построение мира, и похоже что слишком сильно давит с желанием получить долгожданные ответы, но кто может её винить? Ей еще нужно брата спасать! 

Вот, когда она уже была готова вмешаться с напоминанием о не то чтобы бесконечном запасе её времени, в нём что-то изменилось. студентке оказалось трудно указать в конкретную точку, где один Террон становится совершенно другим. Возможно дело в выпрямившейся спине, или отвратительно выглядящих руках, ныне спокойно расположившихся у него крест на крест. 

А может быть в голосе, которому ну ни капельки не удавалось скрывать словесные подмигивания.  

"Да, вы правы. Что-то я слишком забежал вперёд, миледи. Извините меня за такую дискомфортную настойчивость. Забежал совершенно не туда." - говорил мужчина с настолько очевидной усмешкой за стеклянным барьером, что даже ребенок поймет загвоздку интонации торговца. 

"Что ты имеешь ввиду?" - поинтересовалась пианистка, наклонив голову слегка в бок. То как фальшиво звучала речь мальца, это было что-то с чем то. Чего он себе там напридумывал? 

"Ох, вы понимате, о чем я говорю." - отмахнулся своими ребристыми фалангами странник, покачав головой. Это забавный, но чудаковатый торговец говорил с ней так, будто бы она ни разу не пыталась задушить его или же заставить делать что-либо против воли. Странно. " Вы конечно же не защитница нашего Великого Прародителя, и уж точно не были спущены из белых полян небытия, дабы спасти наш народ. Мне видимо просто газ от настойки мандрагоры в нос попал, навыдумывал всякое... Ваш секрет под моей защитой" 

Тут, до неё наконец то дошло. И о Муни, лучше бы она вообще не догадывалась.  

"Подожди подожди, ты что, думаешь я тебя таким образом проверяю на верность богу- Всё, хватит, достаточно.' - выговорила обессилившая от абсурдности ситуации героиня, хлопнув по бедру, прорычав и попытавшись встать. С переменным успехом, ибо сдавшие позиции ноги, всё еще переживающие остаточный эффект яда, с помесью тех титанических усилий в развалках, отказывались выполнять всю свою изначальную функцию. Благо, стоящая рядом бейсбольная бита послужила отличной замене трости, на которую он, собственно, и оперлась, крехтя от нахлынувшей боли. Ей надоело ждать, пока весь бред подойдет к концу, так что, чем быстрее они закончат, тем быстрее она сможет понять, как же поступать и остались хотя бы малейшие шансы на спасение из всей этой катастрофы. "Хочешь верить во что-то подобное, ок, валяй, мне без разницы. Твоё право. Но поскольку я выполнила свою часть уговора, будь любезен сделать тоже самое. А теперь говори: Что он украл у меня?" 

"Ох. Точно. Извините про это. Совсем позабыл, с нынешними то потрясениями. " - подпрыгнул от тона загадочный спаситель, постаравшись привести себе прежний, рабочий внешний вид. Для этого, мистер отряхнулся, поправил рукав, оголяя причудливо выглядящую плоть, коричневую и с некими символами, и затянул ремни потуже, звеня стеклянными баночками. Отложив книгу в сторону, низенький мужчина издал сдержанный вдох, готовясь изложить девице правду, без малейших преукрас. Электрические разряды заиграли у дамы в кончиках пальцев, волнение с беспокойством подпитывали её уставший разум удвоенными силами, хотя и переполняя сей разрушительной энергией. Где то на уровне подсознания, ответ постепенно выходил из густых зарослей неведения, показывая свой лик. Но тот кусочек пазла находился слишком далеко, а единственная подзорная труба, скорее должна быть передана ей. Вопрос лишь в том, удовлетворит ли скорый ответ девицу, или же оно только сильнее убьёт в ней желание пытаться пройти напролом через ужасно возникшие обстоятельства.  

Так или иначе, не заметив внутреннего конфликта, варящегося удивительными масштабами в стенах черепной коробки красавицы, Террон в кои то веки заговорил, выдав ей правду. 

И здесь, точка была поставлена.  

"Обнаружив вас издалека, и начав бежать к вам, я успел только на пару мгновений разглядеть ту появившуюся фигуру. Стоячего мужчину, где то ростом с вас, если не выше, наклонившийся над вашим телом." - Террон заявил, звуча как можно самоуверенее в собственных заявлениях. У девицы было мало причин верить ему на слово. Он не предоставил ей никаких точных доказательств, помимо пустых изречений, но пока что, всё шло более менее доверено. Ею нашлось ровно ноль выражений, оказавшихся ложными, а то, с каким завидным ажиотажем он наделил девицу таким высоким титулом, в какой то степени, подтёрло линию скептицизма у женщины, хоть и не до конца. Тем не менее, какая то часть бейсболистка напряглась пред надвигающимися знаниями, автоматически подготавливая тело, разум и сознание к тихо мчащемуся поезду правды, собирающемуся сбить вставшую на рельсах безумную. Длинноволосая брюнетка продолжала стоять столбом, надеясь, что не пожалеет о сим решении. "Мне не удалось достаточно приглядеться к движениям той персоны, он двигался слишком близко для моего глаза, но могу с честью сказать, что в ту же секунду, когда он увидел меня издалека, этот сир держал в руке нечто... Напоминающие книгу. Разве что, какую то странную. Никакой обложки, переплёта, классически склееных страниц. Только дивного вида пружина держала ту копну бумаги воедино. Мне та вещица показалась до ужаса непрактичной, но судя по всему, тому молодому человеку она пришлась очень по душе, раз уж он забрал её прямиком из вашей корзины. Надеюсь, там не было ничего сверх важного для вас?" 

Если бы ей хотелось ему ответить, то скорее всего, девушка бы выдала ему ответ на вопрос в форме истошного проклятия за его неторопливость. Ибо, успей этот идиот добежать до неё на пару секунд раньше, то тогда у неё бы был крошечный шанс уйти из этого проклятого мира, набраться сил и вернуться к прежнему делу, целиком и полностью уверенная в безусловном успехе, благодаря важнейшему мементо маленького Муни.  

Но покуда всякие желания испарились, в обнимку с понурой силой воли, всё что могла сделать путешественница, это с покерфейсом упасть на керамическую кровать, хлопнуть руками по лицу и издать громкий, заглушенный стон. Похоже, о надеждах можно оканчатально забыть. 

"Аааааааааргх..." - рычала в ладоши девица, чувствуя как вес гор опускается вновь ей на плечи. Это уже какой то абсурд. Идиотизм, будет правильнее сказать. Столько стараний, столько усилий и попыток хотя бы немножко настроится на лучший исход, а по итогу, вселенная в который раз кидает ей в лицо комком грязи. Это стало слишком частой традицией, на данный момент. Дошло до того, что женщина по сути не испытала таких же сильных эмоций, что пол часа назад. Её нервы просто напросто и без того поджарились недавними событиями, жестоко затупившими способность оной к более менее адекватной реакции на явные трагедии.  

"Миледи? Вы в порядке? Звуки издаете очень болезненные, должен признать." - волнуясь проговорил парень, неловко подходя к ней, с ощутимым тоном в голосе, подразумевающим намеренное извинение. Искренние или нет, она не собиралась вот так просто слушать о его сожалении, пока он распинается о том, чего в жизни понять не сможет, даже если она обьяснит. По крайней мере, ничто не мешает ей попытаться, может хоть немного это улучшит её ситуацию. "Может, лекарства перестали действовать? Ждите здесь, я скоро верну-" 

"Нет. Забудь об этом." - разрезала словесный понос маленького торговца уцелевшая, проводя грубыми, измазанными в грязи с улицы руками по лицу. Следы остались только на пару мгновений, прежде чем та поспешила убрать их воротником грубого одеяния. Губы девы, в это же время, еле подрагивали, неуклонно двигаясь вверх. "Я всего то нахожусь в состоянии безнадеги от понимания того, что продула случайному незнакомцу с железной иголкой, не сумела защитить целый город невинных жителей, потеряла все свои силы, верного товарища, любимого брата, а теперь еще и застряла хрен пойми где, пока не найду того камнеголового засранца. Ой, но вот ведь проблема, теперь я отличная закуска для местных муравьёв, а не былая икона сражений, а значит, быстрее рак на горе свиснет, нежели я хотя бы на йоту приближусь к поставленной тем подонком планке. Отлично! просто, блять, замечательно!" 

"П-подождите... Вы сказали камнеголового?" - внезапно вклинился в её громкое обьявление о своей тотальной беспомощности Террон, выглядя слегка на взводе. Упоминание той проклятой фигуры в плаще, похоже, сильно всполошило молодого помощника. Только вот, она не была в состоянии осознать перемену речи запутавшегося путника, слишком сильно погруженная в личные проклинания мира.  

"Ох, даже не упоминай этого козла. Поганый мелкий кусок хрен пойми чего. Без понятия, что я с ним сделаю, но я абсолютно уверена, что заставлю его пожалеть о содеянном. Мерзавец! Да кто он такой чтобы вот так вот заявлять о моём брате и рушить всё, чего я достигала годами! Ууунгх!" - чуть ли не кричала от злости пианистка, сильно сильно желающая наложить руки на виновника всего того произошедшего, отчаянно выбивая себе в голове те бесчисленные сценарии бесконечно приятной расплаты. "Волосы пики поотрываю к чертям, твою рапиру тебе затолкаю по самую рукоятку, и в яде своём же вовсе утоплю, жалкий-" 

"Вы говорите о Петре?" - твердым тоном вызвал тишину среди четырех стен кареты. Девица повернулась к ровно стоящему собеседнику, наблюдая за нежданным выявлением стойкого негативного отношения, к упоминаемой личности. Это она определила исключительно по позе мальца, что уж тут говорить о железном голосе. Кем бы не являлся для этого юноши тот поганец, у него имелось особенно ошпаривающее мнение на его счёт. Музыкантша могла догадаться почему. 

"... Мы говорим об одном и том же?" - изменила манеру речи студентка, на короткий момент придержав горящее пламя ненависти. Всё ради новых возможностей и шансов. К тому же, одного только предполагаемого  имени убийцы сотен невинных, хватило чтобы заинтересовать молодую героиню. Каким то образом, пяти букв хватило сполна, чтобы пустить дискомфортное ощущение вниз по позвоночнику воительницы. Как дежавю, только омерзительное. Если судить по некоторым новым движениям, сделанными мужчиной после изменения позы, таких как нервная чесотка хитинистых отростков и сжимание оных в дрожащие кулаки, похоже что он взаправду имел тоже самое, что и она. "Железная кожа с трещинами, зеленые глаза изумруды, какая то вычурная шпага, лицо будто бы целую коробку табака прожевал, волосы колючие. Так выглядел идиот, разрушивший мои планы. Твой такой же? " 

" Да. Описания сходятся. Прародитель милостивый, неужто он взаправду существует?" - спросил у никого конкретного Террон, проведя зазубренными частями пальцев по закрытому лицу, полосуя легкие, еле заметные линии на поверхности стекла. Мужчина был слишком поглощен раздумьями о таком поражающем открытии, чтобы беспокоится о том, насколько же отвратительным выдавался сей звук. Она сразу же прикрыла руками уши, спасаясь от мерзкого вопля бездушного обьекта, терпеливо выжидая дальнейшего обьяснения коротышки. Оно скоро появилось, разве что замудрённое и не в полной мере понятное, благодаря тем старательным заиканиям, вызванными настигшим страхом. После встречи с ним, девица может понять ужас, ошпаривающий вены мальчонке. Даже если не в полной степени, то хотя бы в какой то. "У нас в г-городах, уже как несколько месяцев ходят разные слухи. Заурядное, стандартная вещь, ничего сверх уникального. Многие д-думают что это просто выдумки пьяниц и доходяг. Рассказы про какого то странного гуманоида, расхаживающего от города к городу и устраивающего жестокие бесчинства. Н-не жук, но и не флорен. Некто отличающийся от простого люда двух народов. Такая позиция оставалась свежей, и обще принятой, пока... " 

"Так? Пока что?" - любопытно спросила музыкантша, наклонившись вперед, оставаясь буквально на кончике грубой, импровизированной постели, стараясь проглядеть хоть какие то черты человека, использующего теперь ближайшую книжную кучу, в качестве малейшей опоры. Ему это сейчас очень нужно. 

"Пока эти слухи не стали появляться чаще. Чаще, чаще и чаще. Всегда от стражников пограничных крепостей, блокпостов или групп, отправляющихся за территорию королевства. И они р-рассказывали о быстрой фигуре... Облачённой в дым и прокалывающее себе путь через л-любую орду врагов, неся за собой приход вражеских отрядов. Группы несчастных, травмированных, бравых солдат ведали заседающим в кабаках проходимцах о монстре, чья кровь шипела цветом мятной настойки. Один счастливчик рассказал моему знакомому о своей встрече с э-этим демоном. Он перебил весь его отряд, а его оставил в живых. Сказал, чтобы тот передал послание всему миру, и к-какой то женщине."  - дрожа отвечал торговец, в последний раз столкнувшись поясницей об кусок дерева, рабочий стол. Инструменты и свеча в железной клетке задрожали от впитавшейся энергии удара, почти опрокинувшись, но оставшись на прежних местах. Рассказчик боязно посмотрел в её выжидающие глаза, громко взглотнув, да так, что его шлем сделал из простого глотка возникшего комка в горле целый беспорядочный звук. Однако, её собственный, слышался гораздо оглушительнее. "Он попросил передать, что грядет час свободы. Час перемен. Час нового порядка. Без королевы. И Пётр лично спасёт всех нас от пут... Неужто, эта байка реальная? Он просто взял, и уничтожил важнейший город крепость? В одиночку? Это просто т-так трудно укладывается у меня в голове...." 

Девушка молчала. Не могла найти нужных слов, способных передать ту глобальную массивность эмоций, курсирующих по её нутру, уподобляясь потокам штормового ветра. Потерянный блокнот, судьба всего этого странного народца, совершенно не вписывающиеся в стандартный стиль написанная младшего брата ветки повествования, и,  как вишенка на торе конфуза, ужасное положение, в коем нашла себя старшая сестра. Голова была на грани взрыва от убийственного количества проблем, а всё, что получалось делать у апатичной героини, это глупо пялится в одну точку, надеясь, что говорящий скажет хотя бы что-то, вызывающее в ней реакцию. 

"Вы ведь дрались с ним, верно? Тот яд, который я выцедил из вас, не даст тому соврать. Может быть, вам удалось запомнить о его поведении? Чертах? Уязвимостях?" -  в надежде на лучшее вопрошал Террон, оттолкнувшись от верстака и с сомкнувшимися руками, подходя к той, кто хранила одни из наидрагоценнейших знаний во всём королевстве. Казалось, пройди еще секунда, и этот человечек упадет перед ней на колени, выпрашивая у неё крупицы знаний, способных спасти бесчисленное количество жизней. Мало того, что он воспринимал её как одно из высших созданий, так еще к тому же, его высокое мнение о ней достигло небес, стоило факту случившейся битвы полноценно осесть в умных мозгах. Чтож, она точно знает о нём несколько вещей. Парочку деталей, которые было больно признавать, но отрицать, еще больнее. "Так ведь? Ну х-хоть что нибудь. Пожалуйста." 

Музыкантша ответила погодя, автоматически убирая уставшую мину с лица, заменяя её на менее вымотанное, но по крайней мере, несущей в себе хотя бы крошки искреннего сожаления. Того типа сожаления, которого можно было испытывать за судьбы персонажей в дешевом ТВ шоу, заранее зная концовку.  

"У меня... не то чтобы много, чего рассказать о нём." - призналась со стыдом героиня, потирая затёкшую шею. Кусочки грунта прилипли к её мокрой шее, вскоре вернувшиеся обратно в большой горшок. " Наша встреча состоялась уже после попытки армии каких то муравьев захватить город. Он буквально появился из неоткуда, добил генерала тамошних войск, Магноциск Кракен вроде бы, не важно, и начал кидаться оскорблениями в мою сторону. Мы сражались примерно минут пять от силы, но по нему попало ни одного моего удара! Это говнюк уклонялся, уклонялся, уклонялся, и только делал что продолжал подливать масла в огонь своими словечками. Дошло до того, что я использовала весь свой арсенал, а на нём ни царапинки. И каким то образом, ему удалось просто взять и.. И... Стереть в порошок труды моих многолетних стараний. Я не знаю, что мне здесь еще говорить о нём. Этот Пётр - монстр во плоти, которого нужно отыскать как можно скорее. Если у него блокнот брата, то страшно представить, что он может сделать с ним. И возможно со всеми остальными мирами впринципе." 

В комнате поникла гробовая тишина. Утихающий стук дождя и топанья пальцев по рукавам плаща Террона были единсвтенными источниками звука, помимо ровного дыхания двух персон. Героиня массировала виски, положив расколотую, склееную воедино снова биту у себя на ногах. Вес тотальности безнадёжного будущего, скоро способного стать настоящим, если ничего не предпринять, стал одной из частей души молодой пианистки. Вопросы накладывались слоями, искажая предыдущие, в то время как разрезанная мелкими кусочками естество студентки, желало вернуть всё на круги своя, к прежним, спокойным временам. 

Молчание нарушил странник, сойдя с уже приевшейся точки, и перейдя к столешнице. Там, он принялся перебирать флаконы с некоторыми жидкостями, осматривая их, анализируя содержимое, пробуя на вкус, методом опускания когтя в стеклянную форму и засовывания под кожух маски. Сцена вызвала у девушки потрясения, сей переменной в поведении, однако что еще больше удивило её, так это то, с каким же завидным рвением это мелкий человечек стянул с себя шлем, всего немного чтобы опрокинуть стекляшку вверх дном, заранее повернувшись к женщине спиной. Тонкий вздох покинул скрытый рот  юноши, когда тот положил вещицу обратно на дерево, согнувшись напополам. Скоро, он заговорил, голосом всё тем же ломанным, покрывающийся трескучестью головного убора, но ныне звучащей с определённым стержнем.  

"В СаммерЕдж, столице королевства, у меня есть несколько знакомых, которые мне задолжали услуги. Это персоны высших чинов, и обладают связами с генералами. Так что, обратившись к ним, мне скорее всего удасться отыскать этого Петра." - тяжело, грузно и протяжно оставлял следы в стене безнадёжности Террон, повернувшись к молодой героине. Сказанная возможность подбросила брёвен в огонь затухающий. Нужно будет еще очень много топлива, чтобы пламя разгорелось сполна. Благо, судя по всему, у алхимика проблем с этим нету. "Это может быть нашим шансом. Отыщем Петра, и возможно отыщем ваш блокнот. Тогда, опасность будет минована." 

"Звучит заманчиво, слову нет, но ты вообще слышал, что я говорила пару секунд назад?" - в каком то смысле огрызнулась на собеседника она, стукнув концом биты по полу, вытягивая парня из транса ложных мечтаний. "Этот выпендрёжник не пропустил ни единой моей атаки, а я дралась с созданиями, которые двигались быстрее молний. Этот осёл взял, выставил рапиру и не двинув бровью рассёк выстрел из моей пушки, которая при полном заряде может снести еще хоть двадцать городов. И я тогда была на пике своих сил. А теперь посмотри на меня! Вот что это такое? Выгляжу как прачка какая то, и силы соответствующие. Ты предлагаешь в таком состоянии идти биться с ним?" 

"Никто не говорил ничего о сражении, мэм." - опроверг предположения коротышка, с тем же темпом не дав ей упрекнуть его в использовании слова 'мэм', ведь она еще не настолько старая. "Мы можем попытаться проникнуть туда, где он находится, отыскать фолиант чудесный, да сбежать восвояси! Вам не придется использовать ни капельки своих сил, и мироздание будет спасено! Я знаю, это звучит очень дурно, слишком расплывчато, но трудно представить другой вариант развития событий. Прошу вас, дайте мне шанс." 

"Тебе то какая от этого выгода? Ты можешь легко выкинуть меня из салуна, уехать в далёкое далеко и никогда больше не думать об этом месте. Чувствуется, алхимики серьёзно ценятся везде." - возжелала уточнить скептически настроенная музыкантша. В её то случае, причины были ясны с самого начала. Это определённо единственный шанс брюнетки на спасение дорогого человека, друга и лучшего во вселенной братика. К тому же, по причине внезапной увлечённости маленького негодяя данными орденами, загадками и детективами, после того рассказа про Шерлока, о котором она ему поведала, у неё появился маломальский опыт в скрытности. Здесь же - чистый лист. "Как это ты обьяснишь, Ганди?" 

"Мне и не нужно ничего особенно обьяснять. Ведь всё и так понятно." - пожал плечами загадочный учёный, говоря с таким очевидным тоном, что казалось, будто бы он никогда не предлагал план по самоубийственной миссии, масштабов целой мультивселенной в её голове. "В этом мире есть люди, которые дороги мне. Они находятся в этом королевстве, и если союзник вражеского государства заполучит себе в использование инструменты самого Великого Прародителя, весь наш вид будет изничтожен до последнего флорена! Как житель Сада Гигантов, это мой долг сделать всё что смогу, дабы помочь защитнице бога. Если я поднял вас с земли, и принёс сюда, то значит, довезу вас до самого края мироздания. Больших причин мне и не нужно." 

"Аргх. Ну почему тебе нужно быть таким прямолинейным. Поработал бы ты над своим комплексом спасателя, парень." - ворчала в ладонь девица, отворачиваясь в сторону, наеясь что он не услышал этой довольно таки жалкой попытки в скрытие пронёсшихся мыслей. Этот таинственный малый издал непонимающее 'хмм?',  реагируя на появления слова, которого никогда раньше не слыхивал, за те короткие моменты фиктивной жизни, с событиями выдуманными. Постучав себя по лбу серединой указательного пальца и одновременно кусая ноготь большого, прошедшая половину пути к диплому дама сильно задумалась над сим выбором. Продумала шансы на успешное выполнение сего квеста, чем это может гипотетически закончится, каковы альтернативные варианты, и одно из ведущих, готова ли она доверится этому странному стекло головому в сохранении её жизни? Дернув глазом, метнув взгляд в его сторону, сотворительница миров осмотрела парня с ног до головы. Плечи расставлены широко, голова смотрит прямо, спина вытянута, кулаки сжаты, а глаза, две точки, судя по ощущением, терпелив но решительно выжидают финального решения. Ей не нужна была прямая конфронтация взгляда с взглядом, чтобы понять энергетику, идущую от этого пяти и шести футового гения. Им управляло желание. Сильное, беспощадное, рвущиеся наружу, через этот ложный профиль, марафет, поставленный специально в целях сдержания истинных эмоций. Студентка обязательно похвалит младшего братика за его хорошо проделанную работу, раз ему удалось за пару лет достигнуть такого уровня поведения в его персонажах. Эта деталь, стала ключевым переходом в решении всей проблемы. Этот персонаж спас её. По настоящему спас её, а не из-за какого то заранее подготовленного сценария приключения. Если уж творение самого Муни не позволило молодой девице умереть ужасной кончиной во сне, что в худших теориях могло и вовсе покончить с чудесными сновидениями, значит хотя бы какой то шанс на успех имеется. И он, хотел бы, чтобы она продолжала бороться до конца, даже когда ситуация кажется совершенно проигрышной.  

Всё ради него. Всегда ради него. С самого начала, и до самого конца. 

Так было, так есть и так будет.  

Во веки веков.  

"Ок. Хорошо, будь по твоему. Я согласна на условия, но только при несколь-" - начала было пояснять основные правила их согласованного партнёрства девица, однако радостный топот ногой немного сбил поступь слов, когда парень издал громкий выдох, по некой причине двинувшись к двери, 

"Ура! Прародитель милостивый, спасибо вам большое, уверяю вас, вы об этом не пожалеете, ваша милость." - с явной легкостью в голосе заявил парень, звуча скрипящие через его переводчик. Мужчина не спешил давать девушке шанс на полноценный ответ, открыв проход, выпрыгнув наружу и кинув ей одновременно из внутреннего кармана плаща блеклый флакон. Девица еле успела поймать стекляшку, пару раз перекинув её из одной мокрой руки в другую, прежде чем хлопнула ладошами по виалу, ощутив твердую материю между полосами кожи. Посмотрев сначала на них, затем на него а потом точно так же по кругу, девушка подняла вопросительно бровь, не понимая, зачем он кинул в неё каким то причудливым лекарством. Террон был только рад донести идею. "В качестве знака нашего нового сотрудничества, окажите честь, помогите мне с святым обрядом! Всё таки, уж кому как не вам знать о важности правильного обращения с почившими." 

Девица нашла в себе только один удобоваримый ответ. 

"Э?" 

Chapter Text

"А ты точно уверен, что это я должна поднимать их оттуда?' 

"Разумеется, миледи! Уверяю, их души найдут упокоение еще лучше, если тела окажутся освящены касанием защитницы нашего создателя, то бишь вами." 

"Сколько раз мне повторять, я не - Ай, забудь. И сколько всего домов в этом городе было?" 

"Восемьсот шестнадцать, ваша милость." 

"Вау. И сколько из них жилых?" 

"Триста восемь." 

"Ха. Как то маловато, если подумать." 

"Этот город был основной точкой сопротивления наступающим войскам вражеского королевства. Буквальная крепость, о которой ходили легенды ровно в той же степени, что и о здешних воинах. Когда новости о падении главного центра обороны дойдут до честного народа, разразится паника. К сожалению, единственное что мы можем сейчас сделать, это удостоверится, что почившим будут отданы характерные погребения, чтобы этим не занимались отосланные сюда отряды. Должно быть, ближайший к нам город уже послал на разведку группы." 

"Да, думаю тут сказать больше нечего. Сколько примерно должно занять у нас всё это дело? Нам ведь нельзя терять ни минуты, вдруг Пётр поменяет своё положение или что-то в этом роде. Плюс, разве я не должна сейчас, типа, уже во второй раз терять сознание от всех этих усилий? Блин, эти стены такие тяжелые..." 

"Ох, не волнуйтесь миледи. Ваш соперник кажется персоной скрытной, и появляющейся изредка, так что сомневаюсь что после нахождения столь легендарного артефакта он сразу захочет выдвинуться на следующую миссию. Что же по поводу вашего тела, то оставьте боязни. Отданный вам тоник ускоряет процесс заживления организма, предоставляя суточный заряд энергии! Благо, ваша анатомия схожа с флоренами, иначе я бы не знал, что мне еще предпринять. Извините, мадам." 

'Звучит очень надёжно. Между прочим, у меня есть имя." 

"О! Извините меня за грубость. К сожалению, мне не удалось найти точных записей про наименование спутницы Прародителя, поэтому и старался использовать более... Уважительные наименования. Так, как же мне вас величать?" 

"Зови меня Марианна. Пока что остановимся на этом варианте." 

Таким образом, у них проходила большая честь мелких разговоров, в перерывах между работой, или же во время оной. Поднятия тяжестей, перенос почивших, раскладывание каркасов в несколько сплошных рядов. Именно в этом порядке, раз за разом, на протяжении продолжительных часов. По идее, всякий разумный человек, столкнувшийся с видом явной трагедии, развернувшейся на считанные мили, окружающие его на каждом шагу, предпочёл бы холодную, уважительную тишину. Ныне, сие место бушующей жизни стало одной из бесконечного числа автобусных остановок старухи смерти, разьезжающей по округе, в поисках неприкаянных душ. Ну, таков был изначальный выбор героини, если быть честным. Так ей казалось, что она сможет показать себя с лучшей, тчащей почивших, стороны. Но как оказалось, у Террона не возникало проблем в продолжительных, расслабленных разговоров, сопровождающихся кряхтением при поднятие очередного завала, спасибо его снадобьям, и видного дискомфорта при появлении очередного изуродованного тела. Ему совершенно всё равно, поднимали ли они вдвоём разрушенный сиротский приют, доставала ил она из под руин больницы тела отличающиеся от друг друга по размерам, или же приходилось им сносить пинками целые церкви, чтобы достать оставшихся на колокольне бедолаг. Этот мужчина, не показывал ни единственной унции беспокойства, занимаясь этим делом с той же обыденностью, что и гробовщик, вытёсывающий очередное место покойного сна. Чтоже, пианистка уж точно не из тех, кто может судить о восприятии смерти, особенно когда дело касается целого выдуманного народца у неё в голове. Может быть, у них в культуре так закрепилась, или же это просто Террон сам по себе чудаковатый. Так или иначе, его болтовня преподнесла девице целую двойную выгоду. Он передал ей значимые кусочки информации, и одновременно отвлёк её от тяжелых мыслей, ждущих случайного, оставленного беззащитным промежутка в сознании девушки, чтобы пустить тьму по мозгам. Видимо, пользы этому торговцу не занимать. 

Одной из такких крупиц знаний, стало обьяснение того, что конкретно лежало у неё в руках, прямо сейчас. Обезглавленная тушка, ростом до четырёх футов и семи дюймов, максимальным весом в двадцать фунтов, размякла в хватке Мари, повиснув своими искривлёнными конечностями. Поверх низа и верха, тело украшалось в своеобразного вида льняные штаны, с чутка порезанной рубахой. Под ними, у почившего существа была крайне необычная структуры кожи. Деревянная. То есть, совершенно деревяная. Никаких мясных прожилок, никаких сочлинений, крови или же чего то близко, отсылающее к человеческой анатомии. Узоры на шкуре извивались в спирали, крючья, линии, волны и тогдалее, отчётливо напоминая ничто иное, как кору случайного древа. Время по времени, тут да там у без полого существа виднелись выделяющиеся из бугристой, коричневой одинаковости листочки, увядшие и засохшие. На концах отростков, пары рук с парой ног, заметно торчали несколько странные кисти и стопы. У первых почти не было особенного отличия от их людского оригинала. Если, конечно, исключать явные промежутки в ветвях, там где из корней прорастал комплект из пяти пальцев. А так, остальное то всё нормально. А вот нижних конечностей, имелись уже гораздо заметные отличия. Заострённые концы кореньев, грязные, несколько легкие в оттенке, по сравнению с остальными частями тела, и шесть разных пальцев. Пять впереди, идущие острым углом, и один больше остальных сзади.  

Имя сему виду - Флорины. 

"Так ты говоришь..." - растянула скептическое утверждение девушка, рассматривая обмякший каркас. Маленькое тельце лежало там, без движения, ни шевеля ни мускулом, если у них вообще было что-то называемое мускулами. Честно, Мари всё еще не могла поверить, что она дошла до чего то такого, как перенос целого сборища мертвецов. Ей определённо нужно попросить у Муни попридержать коней и больше не создавать ничего столь графического. После того как она его спасёт, лучше остановится на планке 'Спаси принцессу из замка, защищаемого стражами вафлями'. Всяко лучше чем это. "...Вы питаетесь только светом и водой. Это всё, что вам нужно для проживания?" 

"Ох, ваша милость, разумеется нет." - выдохнул парень, немного поотдаль от женщины. Там, в дюжине футов от еще идущей бейсболистки, он стоял на колене рядом с шеренгой разложенных ровно тел.  Эта колонна - с черно белой корой, судя по всему березовой. Открывая флаконы, он размахивал ими вперед, стараясь затронуть каждую высушенную ветром оболочку неким зельем. При попадании элексира по телам умерших, образовывалась химическая реакция, а если быть точнее, затронутые участки кожи приобретали розоватый оттенок. Заканчивая с одной бутылкой, он клал её в карман, доставал новую, перемещаясь к следующей дюжине. "Эти два элемента могут максимум оттянуть день увядания, но уж точно не являются единственными. Наш народ очень хорошо развит в скотоводстве и растительных хозяйствах именно поэтому! Возможно мы и можем прожить на одной воде да сухом солнце, но какой же в этом смысл? А я скажу вам честно, госпожа Марианна, ровно никакого.  Мясо придает нам больше сил, чтобы наши воины становились сильнее, овощи развивают наше сознанание, дабы мы продолжали двигаться как нация, а фрукты делают нас счастливыми, чтобы унылые деньки не сломили наши души." 

'Мда. Что-то мне это напоминает." - бубнила под нос дама, пропустив мимо ушей его намеренное, уважительное обращение к ней. В таких случаях, лучше стараться не замечать очевидного. Ведь она всё равно ничего не может с этим сделать. Подойдя в конце концов к другой колонне, положив бедную жертву безумца между двумя такими же, музыкантша потянулась спиной, услышав несколько удовлетворительных, глухих щелчков, прежде чем опереться на биту и осмотреть местность. 

Прямо сейчас, на продолжительные сотни футов вокруг, растянулись диковинные группки лежачего, некогда живущего здесь народца. Березовые, с фиолетовыми пятнами по телам.  Дубовые, расписанные синими красками из банок, которые достал Террон. Кореньевые, маленькие и безобразные, в растянутых позах. Цветочные, самая многочисленная, и тонкая по анатомии, разложенные маленькими группками по шесть-восемь представителей. Четыре разных народа, с разными пред подготовками, но обьединённые званием жителей сей страны. Их колоссальное число, ныне полностью представленное перед глазами девушки, искренне ужасало её. Они все умерли из-за неё, были убиты одним единственным человеком.  

Эта вернувшаяся мысль, протиснувшуюся как раз в момент окончательного выполнения поставленной задачи, серьёзно надавила барышне по мозгам. Пошатнувшись, она быстро уселась на ближайшую развалившуюся крышу, вздрогнувшей рукой используя оружие, как клюку.  

'Оу, видимо эффект лекарства начинает выветриваться. Отдохните, ваше величество. Вы сделали очень многое за эти часы. Уверен, одного вашего присутствия хватит для ритуала." -мягко сказал паренёк, вскоре отвернувшись обратно к месту проведения обряда. Его маленький профиль, хотя и не столь могучий по сравнению с ней, по какой то загадочный для Марианне причине, начал казаться куда более могучим, чем могло признаться пару мгновений назад. Возможно, всё дело в том странном круге, который он очертил вокруг каждого скопления бездыханных тел, ведущими к единственному, несколько более навороченному сигилу, ныне ставший областью нахождения молодого алхимика. То были только теории юной ученицы, ведь сейчас, её больше волновало желание остаться на ногах, или по крайней мере с не упасть в грязь лицом от нагрянувшего изнемождения. 

Холодный камень, всё еще мокрый к сожалению, послужил терпимой заменой мягкому сидению, везде и всюду появляющийся во времена приключений с любимым братиком. Чтоже, она могла найти пока что утешения и в чём то столь простом, ведь в ядре своём, оно тоже являлось продуктом творения Муни. Полностью сев пятой точкой, наклонившись вперед, и используя биту в качестве хорошей опоры, дама молчаливо смотрела за происходящем впереди, контролируя отяжелевшие глазницы от последующего падения. То, чему предстоит произойти, определённо имеет в себе важную информацию о способностях её нового попутчика. Да, она согласилась на его условия и согнулась под весом его скрипучего, но умоляющего голоска, однако это ни капельки не значило, что вот так вот просто позволит себе влиться в новые связи расслабившись. Ультимативно, этот незнакомец так и оставался незнакомцем, какие бы истории не рассказывал. 

Посему, анализ происходящего пошёл своим чередом. 

И позвольте сказать, увидела она много чего интересного. 

Парнишка, размерами хрупкий, кроткий и низкий, в теории не способный обидеть даже какого нибудь слабейшего из пережитых ею противников, на самом то деле, имел в себе занятный потенциал. В сумасшедшем танце загадочного, распетого неизвестным языком, ритуала, юный мужчина отплясывал так, будто бы завтра никогда не настанет. Его руки метались из стороны в сторону, голова, черт возьми голова!, наворачивала круги по часовой стрелке без малейшего намерения на остановку, а ноги, своими сильными ударами в мокрый грунт, казалось что пытались создать дополнительный кратер. Что самое главное, эти безумные движения имели под собой конкретную цель, и ею похоже, являлась активация начерченных кругов. Один за одним, эти печати в коричневой грязи вздрагивали, чувствуя ритм ударов монаха по земле, отвечая сумасбродным моновениям продавца настоящими чудесами. Гравитация в них словно отменялась, пуская оболочки в свободный полёт, чертя пределы на границах пропастей. Каменья. Их памятные предметы, материалы для проведения ритуалов или же обычные каменья, так удачно расположившиеся рядом, тоже летали по просторам лишённого гравитацией пространства, мало того что освобождённые от оков душ, так еще и от кандалов законов физики. 

Удары становились сильнее, шептания Террона только громче, трупы практически достигали высоты здешних деревьев, а путешественница уже не на шутку задавалась вопросом, не принимается ли такие решения в этих краях сатанинскими проделками, нежели господними? Точного ответа ей познать не суждено, ибо стоило задуматься о подобном, как мальчишка выбился из сил, уткнув руки в колени. 

Пока скопления мертвых тел, неподвижно свисали с выросших за мгновения корней, принявших формы сухого дерева, переплетённые, с ветвями и стволом. Новая жизнь, расцвела из угасшей. 

Мурашки прошли по спине Марианны. Она не знала почему и предпочла проигнорировать случившиеся. Должно быть, просто холодный ветер. 

"Фуах... Фуах... Давненько мне не приходилось делать что-то на такую большую толпу. Уже как девятнадцать лет..." - тяжело кашлял парень, ввиду маски делая свою речь практически невозможной для должного понимания. Отдышавшись, и слегка выпрямив спину, человек рассмотрел воочию результат проделанной работы. В течении продолжительных минут, мужчина молчаливо глядел, как распускающиеся бутоны появляются в ветвях, обозначая начало очередного цикла существованию. Девушка чувствовала, то ли подсознательно, то ли физически, процесс скрежета шестерней под маской  нового товарища. Долгие, тяжелые мысли шли через тот механизм, пробиваясь исключительно благодаря грубым, жестоким думам, чьему сюрреализму не доставало нежности. В конце концов, очертив круг у себя в области живота, алхимик вышел из очерченного знака, на болтающихся ногах подойдя к ней, дабы снова упасть коленом. "Ваше благоразумие, спасибо вам за оказанную помощь. Вы даже не представляете, как многое это значит для жителей мертвого города. Только благодаря присутствию защитницы Прародителя, эти заблудшие души отправятся к колодцу вечной жизни. Спасибо.' 

"Чтож, это неловко...." - подумала смущённо пианистка, сконфуженная и застаная врасплох странными почестями, оказанными ей. Она понимала почему именно он так легко к ней относился, благодаря за то, что по сути не заняло у неё слишком больших усилий, но ему правда нужно так сильно вываливать это? Но ответить всё же из приличия стоит, а посему сей вопрос был немножко видоизменён. "Да ладно тебе, я не сделала ничего сверхестественного. Большую часть работы ведь ты проделал со всеми этими... Танцами." 

"Хахаха, что вы, уважаемая. Я просто выполнял свои обязанности как жителя королевства, ничего больше, в то время как для вас, израненной и истощённой, те усилия должно быть много стоили. Поверьте, стыда моему нету конца, за то как мало я могу отплатить посланнице божьей за потраченное, золотое время." - попытался изменить поток её мыслей мальчишка, судя по всему улыбающийся за стенками шлема. Встав и повернувшись боком к цветущим , потусторонне выглядящем деревьям, юноша вздохнул, уставившись на одну конкретную, безголовую оболочку. Маленький, бело черный каркас в платьице. Рядом с ней, в паре дюймов от вытянутой ручки, витала плюшевая игрушка зеленого рыцаря. "Мы, флорианы всех видов и размеров, верим в одно. Круговорот вечной жизни. Для нас, нету ничего лучше, чем после кончины вернуться к тому, где всё и началось. В корни великой Древа, чтобы через её плоды, мы могли родится заново. Новой формой, иным лицом или же другим типом живого существа - не имеет значения. Покуда наши поступки приносят пользу и радость стране, каждый проходящий цикл равноценен великому вкладу в будущее растущего мира. Только совершив обряд, покинувшие свои оболочки души смогут войти обратно в вены любимой нашей Древа, приняв следующую уготованную им роль. Однако, иногда жителям бывает трудно найти правильный путь к корням, отчего те слоняются в земле зимами, прежде чем исказится, став ничем иным, как жуками. И только священники наших молебней, или знающие обряды, наподобие мне, помогают умершим увидеть биение корней. Ваше же касание, уверен, было сравни силе тысяч богослужителей. Не будьте столь скромны. Каждое моё слово изливается истинной правдой и всё благодаря вам." 

Марианна, потеряв счёт тому как сильно он заставлял мозг девицы разбухать от информации, без дальнейших попыток сопротивляться убеждениям торговца, молчаливо кивнула, встав с холодного булыжника. Даже с имеющимся преимуществом в виде роста, женщина загадочным образом чувствовала возросшую равность между ним и ей. Жизнь билась в груди этого персонажа, и она по сути, понемногу принимала его за нечто большее, чем просто инструмент разворачивающейся истории. Сия мысль, навела за собой необычное чувство апатии на её душу, только чтобы быстро исчезнуть отвлёкшим дамочку Терроном. Голос оного снова вернулся к слегка приподнятому тону, контрастирующий с развернувшемся позади него результатом натурального колдовства.  

'Так или иначе, я надеюсь что с следующих минут вы правда примите мои благодарности. Извините мои подготовки и всё мероприятие, должно быть я утомил вас всем этим бардаком. В скором времени, зелье должно окончательно растворится в вашей крови, так что прошу вас обратно в повозку. Я уже успел накрыть горшок несколькими пледами, чтобы вам было удобнее, так что не стесняйтесь занять её, пока я довезу вас до столицы." -  говорил мягкой речью молодой человек, вставая в паре шагов от девицы. В его поведение присутствовала, судя по всему, обязанность покорнейшего услаждение второй по важности персоне после бога, а соответственно, ей искренне не хватало сил понять, по какой другой причине этот паренек встал как истукан, изрекая медовые речи, сразу же после брутального натягивания туш на ветвья колдунских корней. Вся сия ситуация, гротескность увиденного в частности, резала серое вещество девицы, ставя перед нею сомнительные вопросы. Ключевым из них считалось то, почему же её милый младший братик уходил в такие глубокие терни и детали, после тех сотен простеньких церквей, написанных от балды ради заполнения заднего фона начальных миров. И именно что на сей вопрос, барышня находила перед собой разве что унылые задувания серого ветра, уносящего очередные грозовые облака. Чтож, попытка не пытка. 

"Как скажешь..." - бурчала бейсболистка, вставая на клюку и показательно двигаясь вперед, закусывая каждый заходящий через шаг ной. Боль похоже возвращалась взаправду. Благо что то чудодейственное снадобье, в ключе с предыдущими попытками паренька облегчить страдания потерянной девушки, привнесли свои разумные плоды, сделав изначально изнурительные страдания, хотя бы чуточку терпимыми. Двигаясь как подстреленная кошка, эта музыкантша достигла желаемого, к концу пути, проведённом в единичном, повторяющемся желании быстрее добраться до перины, заместо столь необходимых предположений. И вот, увидав правда застеленный горшок переросток, та окончательно потеряла связь с окружающей реальностью. Эта полная грунта керамическая форма как будто бы подзывала её к себе, маня заманчивыми перспективами об успокаивающем, лишающем мыслей и забот сне. Всякому известно, от мала до велика, что хороший сон может с завидной легкостью принести наслаждение благородного неведения. И мотивируя свои оставшиеся унции энергии в теле, дамочка практически упала лицом в мягкую, пуховую подушку, слыша ушами, теми что покрывались толстым слоем мысленной пред сонной статики, только три звука. Стук биты об доски, закрытие двери на замок и шелест одеяла, упавшего на взмокшие плечи. Оясуми. 

Chapter Text

Сон внутри сна. В этом мире, такой феномен, хотя правильнее будет сказать возможность, нежели что-то случающиеся регулярно, получило себе популярность до дрожи в коленках пугающими последствиями. Не важно какой ты национальности, миравозрения или же к какой культуре принадлежишь. Везде, во все времена всяк знал, что заснув внутри первоночального сна, ты не проснёшься уже никогда. 

Раз уж так 

То к этому моменту, Марианна была бы хладным трупом по меньшей мере раз тысячу.  

Сны в Спокойном пространстве, а так же в любом другом месте, пока её физическая оболочка разваливалась с руками по всему матрасу в кампусе, всегда имели свойство ощущаться... Космически. Да, это слово здесь подойдет. 

Лежа на пледе, обнимая самого покорного в мире мальчика, она часто ощущала изменение окружающего пространства. Ей не нужно было открывать глаза или же намеренно расслабляться, дабы в точно мере понять, что сон уже начался. Волна расслабления становилась для этого идеальным индикатором. Воздух вокруг становился холоднее, покрывая всё касающиеся его морозным инеем, но обходя стороной двух маленьких, по сравнению с необьятным пространством, звездочёк. И одна из этих звёзд, согревала другую. Тепло, исходящие прямиком от крошечного Муни служило своего рода покрывалом поверх парочки родственников, витающих в бесконечности бытия.  Это ощущение делало обычно бледные щечки сестрицы розовыми, а в животе появлялось хлопающие, пушистое чувство, не успокаивающиеся до той поры, пока она не примет позицию максимальной близости вокруг малюсенького кулька детской невинности. 

Многие произнесут, что подобное то сном нельзя назвать, Так, мелкий отдых или же короткий храп. 

В контр аргументе, Марианна бы, если бы могла, предоставила всякому сказавшему то небывало чудесное мгновение, происходящее вокруг неё каждую следующую наносекунду после закрытия тяжелых век.  

Звезды рассветали на глазах, сияя в миллиардах миль от неё. Целые галактики сияли так ярко, что их узоры проходили через чувствительные, плотно закрытые веки. Кометы пролетали одни за другой, планеты собирались из космической пыли, расцветая новой жизнью и обретая собственную историю. Всё выше описанное, случалось с каждым таким 'сном'. Целая удивительная вечность, полная внеземного, фантастического опыта, не передающегося словами, где именно они двое, две половинки единого целого, становились каждый раз отправной точкой для новой вселенной. 

Это было удивительно. 

Это было прекрасно. 

Это было страшно. 

Это было захватывающе. 

А что же теперь? Какими строятся сны у юной путешественницы, стоило ей, горделивой воительнице провалить свою единственную, такую легкую задачу? Что во имя всего святого она заслуживает уви- 

Ничего. 

Ничего ничего. 

То самое ничто, по сравнению с которым, глубочайшая точка океана просто перенаселена благоухающей жизнью. 

Чернота, которую если осветить самыми ярками звездами целых галактик, собранных воедино, вы максимум сможете увидеть ничего, кроме вытянутой вперед руки. 

Там не было пола, потолка, визуальных знаков, какого бы то ни было бриза или же малейших звуков. Только гудение, схожее с тем, которое возникает после сильного удара частью тела об острый угол. Своеобразное сопровождение, идущее не из какой то конкретной точки, а от единственного обьекта, во всём этом ничто. 

От неё. Последней единицей твердой материи. Чего то, что по настоящему существовало здесь. Того, что прибывало в постоянной боли, без кого то до ужаса важного, способного извлечь все возможные невзгоды, стоит ему только воссиять среди этой бездны.  

То, было стандартным состоянием для неё во сне внутри сна. Классическое, если сии кошмары можно привязать к сией категории, учитывая происходящие события. Тот случай с странным океаном и ванной - редчайшее событие, коему она в эту минуту сильно завидовало. Всё куда лучше, чем летать по этому месту, медленно теряя рассудок, неспособная сконцентрироваться даже на простейших мыслях, и исключительно из-за этой поганой, угрожающей разорваться черепушку в две частички, боли.  

Самое поганое здесь было то, что она никак не контролировала сей сон. Он мог длится от силы пару минут, до трудно переносимых, вгоняющих в состояние непереносимой паники, часов, заставляющих даже с этим впечатляющим нарисованным миром сомневаться, а стоит ли лезть в кровать, реальную, из реального дерева, если имеется шанс снова оказаться заточённой здесь, посреди точки с нулевым контролем. И как всегда оно бывало, шанс набраться сил через поражающее ужасами подсознание событие, целиком да полностью разбивало все страхи юной спасательницы, наделяя силой, в попытке претерпеть и получить второе дыхание, дабы как можно скорее отыскать похищенного любимого.  

Раз за разом. 

Ночь за ночью. 

Кошмар после сна. 

Сон после кошмара. 

Цикл, казавшийся до отвращения простым настолько, что по прошествию долгих недель, она научилась рваться сквозь страдания, практически медитируя. Это напоминало ей те старые практики шаолиньских монахов, о который та слышала в детстве, то ли по ТВ, то ли через какого то знакомого. Безустанные испытанья болью приводили к логическим результатам, становясь не более чем вторым состоянием их бытия, через которую они однажды дойдут до Нирваны.  

В чем то, цель девицы и безымянных последователей являлась одинаковой. Найти потерянное чудо, о коем две стороны так сильно мечтали. 

Отличие лишь в том, что у одной из сторон, эта цель являлась совершенно невозможной. 

Сим образом, с давлением в черепной коробке, через презираемое ею отсутствие малейших движений, Марианна продолжала испытывать себя, стараясь ради главного бонуса сих пыток. По идее, она должна спать вот уже несколько долгих, отвратительно затянувшихся часов. Не самый долгий опыт с невидимым сонным параличом , даже не близко, однако какие то нервы, те что оказались упущенные из первостепенно выбранных волнами сжигающего давления, начинали по тихоньку пульсировать в её системе.  

Как оказалось, это стало первым звоночком к грядущим переменам. Что-то на подобии чувства интуиции.  

Гул остановился. Боль испарилась. Теперь, здесь не было слышно ничего, кроме её же дыхания и сердцебиение. Пианистка оказалась в комнате сенсорной депривации, размерами с обтягивающий полиэтиленовый мешок. Того вида, что используют при упаковке трупов с места преступлений. Или маленький, детский гроб.  

Когда понимание изменений в положении всё таки достигло сверх чувствительного, обогрённого раскалённым послевкусием свежей пытки, серой материи, было уже слишком поздно.  

Они уже были здесь. 

Или он был уже здесь. 

Нет. Всё равно неправильно.  

Оно. Только так, лишив человечности определённое создание, возникшие из целого ничего, Марианна могла принять происходящее.  

Спустя почти что месяц одиночества, пережитого зждесь, преисполненного в коротких мольбах о появление хоть кого-то, кто заберёт её страдания, или хотя бы составит компанию в этой миниатюрной версии комнаты покаяний, мнение дамы быстро перевернулось с ног на голову. 

Оно было везде, и в одной точке одновременно. Этого было много, но в тоже время, только единственная конкретная сущность. Оно смотрела на неё, бейсболистка точно уверялась в сим факте. Невозможно остаться незаметным, с её то повышенным восприятием пространства.  

Эта штука не перемещалась, она не делала движения как таковых, просто.. У самой пострадавшей, создавалось ощущение, что это всё, происходило уже далеко не в первый раз. А если быть точнее, много раз, при разных обстоятельствах и в совершенно других местах. И каждая сия встреча, показала себя исключительно сейчас.  

Бездействие обеих участников странного, близкого к паранормальному, инцидента, не осталось таковым надолго. В его случае, конечно же. Для молодой барышни оставшиеся опции были далёкими от утешительного. Одна возможность. Существовать и позволить грядущему случится.  

А что должно вскоре произойти. 

Скоро, оно должно схватить его. 

Мари ощущала, как воздух меняется вокруг неё. Как это окружение, пустынное и безжизненное, обретает новых гостей, изгибаясь под весом протягивающихся в её сторону тысяч на тысячах рук. Они хватали, терзали, тянулись, болтались, вздрагивали и сокращались, стараясь надорвать эту тягучую мембрану, разорвать на клочки и добраться до жертвы в кратчайшие сроки.  

Чтобы уничтожить. 

Чтобы убить. 

Чтобы осквернить. 

Чтобы выкинуть в помойку все её старания, возложенные в фундамент её существования с самого рождения. 

И вот, когда нематериальный пузырь в конце концов лопнул, когда эти отвратительные конечности оказались так близко, так ужасно близко к её чертам... 

Она проснулась. 

На холодных, впитавших луну досках, посреди главной комнаты перевозки. Вся помятая, невыспавшаяся, с запутавшимися волосами и всё еще в той грязной, впитавшей ароматы мертвецов робе.  

Отличное начало нового дня, не так ли? 

"Ооооох, моя голова... Доброе утро, ага, как же. Хотя скорее, добрый вечер, хотя кому не плевать..." - простонала Марианна, кое как вставая с чуть ли не инеевого пола. Древесный материал скрипел под её утонченными пальцами, хотя возможно, она просто перепутала весь этот скрипучий звук с творящемся во всём помещение движением. Ей понадобилось еще какое то время чтобы полностью проснутся, протереть глаза и встать на обе отлёжанные ноги, однако в результате, девушка заметила некоторую странность.  

'почему всё тут так плавно качается?" - задала вопрос в никуда путешественница, замечая то, с каким же ритмом двигаются побрякушки по плоским поверхностям. Банки с снадобьями ударяются легонько друг об дружке, развешенные травы шелестят как маленькие ловцы снов, ящики с неизвестным содержимым издают стук, скользя от стены к стене, и имеющиеся инструменты звенят, стоит им соприкоснуться лязгая. Налево и направо помещение моталось медленно, унося за собой всё что не было прибито к полу, на подобие мебели. "Я как будто бы на корабле... Совсем не похоже, чтобы мы ехали в повозке. Так, подождите ка минутку, а который сейчас час? Где тут часы... А, вот. Нашла."  

Часы оказались очень даже близко. Буквально под потолком, в рабочем уголке Террона. Старенькие, побитые и, скорее всего, не раз модернизированные, если те многочисленные кусочки клейкого полотна и вбитых гвоздей там, где по идее им не следовало быть, могут тому послужить доказательством. Подойдя к освященному месту, предназначенному для создания многих ранее не существоваших зелий, дамочка только при близком рассмотрении поняла что понятия не имеет, что же изображено в этом механизме. Почему здесь конкретно четыре стрелки, сделанные в формы солнца, полумесяца, снежинки и листочка? Почему здесь так много маленьких делений? Каким образом машина не сломалась от столь звучного, и быстрого вращения крошечной, солнечной стрелки? И что это за странные знаки в каждой ямочке? Нечто, далеким образом напоминающие то ли переплетения вен, то ли изобразительное искусство.  

Марианна быстро избавилась от необходимости ломать голову над вопросами, на которые определённо могли ответить разве что профессиональные исследователи. У неё для такого имелась одна маленькая, но очень интересная причуда. Прищурившись, моргнув и слегка поломав мозги, чудо случилось и за секунду, переплетённые иероглифы приобрели читаемый вид, став полноценными цифрами, а кончики безобразных, грубоватых стрелок, в упрощённые палочки.  

"Вау. Похоже, этот дар у меня всё же остался. Чтобы я без тебя делала, младший братец." - грусновато ворковала путешественница, искренне удивляясь что сия способность пережила крещение кислотным ядом. Муни, будучи умненьким мальчиком, а так же крайне добрым молодым человеком, не желал сестрице чрезмерных трудностей в исследовании новых, иногда возвышающихся от остальных проработкой, миров. Да, это звучит чудно, особенно на фоне тех эпических сражений, которые ей часто приходилось переживать с дополнительным, милым грузом на спине, однако когда дело касалось дотошных моментов, творец всего ссущего посчитал такую муторную работу, как исследование и заучивание каждого нового языка уж больно слишком долгим. А зачем же им оставаться в мелких городах, подолгу изучая местный вокабуляр, когда впереди ждут куда события по интереснее? Именно что незачем, должно быть ответил себе немой мальчуган, и дунув нарисованной пылью, зачаровал разум женщины, дав возможность быстро, без лишних хлопот, понимать языки и нумерации очередных земель.  

Удобно. За такой подарок, Марианна рассказала юному художнику еще одну дополнительную сказку перед сном, в тот судьбоносный день.  

"Скучаю... Нннгх, хватит с этой меланхолией. Только зря время теряю. Что там у нас? Вторая после малейшей это похоже секунды, следующая минуты, а если самая большая это часы то..." -  рассуждала громко вслух, без волнения за окружающие уши, стараясь собрать четыре кусочка пазла воедино. Нахмурившись, усталая героиня в конце концов получила нужный ответ, распахнув очи и слегка наклонив голову вбок. "Ага. Вот оно как. Три часа, двадцать семь минут, сорок три- то есть сорок четыре секунды и без понятия сколько мили секунд. И это похоже ночь, если света совсем нету. Понятно... Дальше то что?' 

Ответа не последовало. 

"Чтож, это было ожидаемо, как никак я тут одна, но попытка не пытка. Нужно, думаю, попытаться найти Террона. Спрошу куда он мои вещи запихал, а то их нету и следа.' - обозначила приоритеты Марианна, схватив руки сзади в замок, более менее разминаясь. К удивлению девочки, изначально ожидавшей закричать в болезненном приступе расползающейся по организму волне неприятных ощущений, пианистка почувствовала простой отёк мышц. Усталое ощущение, которое судя по всему и привело её к необходимости потянуться. Мыщцы одеревенели, а хорошая растяжка сумела вытянуть из рта барышни легкий зевок, с вздохом освобождения от надоедливого давления в конечностях. Та боль, ядерная, практически крошащая её нервы своим непоколебимым обьёмом, пропала без вести, став не более чем отголоском оной в организме студентки, проведшей в ловушке собственного я вот уже несколько часов. Это, конечно же, не отменяло того факта что она всё еще чувствовала себя отвратительно слабой, и по её предположению, если она попытается побежать на кого то, то сразу же упадёт ничком, но всякие плюсы это всё равно плюсы.  

"Ууух, всё тело болит. Меня как будто бы катком переехало. У этого чудика может есть какие нибудь болеутоляющие... Травы? Без понятия, чего такого мог понапридумывать Муни в этом плане." - бормотала девица, хватаясь секундно за плечо, мотая им из стороны в сторону. Да, эту одёжку правда нужно сменить, пока не поздно, если она уж точно не собирается ложится обратно, а этого точно не произойдет еще ой как долго. С последним вздохом, студентка направились к двери. 

И остановилась, когда сама повозка остановилась тоже. Каждый лязгающий предмет, каждая стукающая бутылочка и качающиеся заготовки. Всё это остановилось во мгновение, запустив орду мурашек у неё по спине. Что-то точно не так. Зачем им останавливаться? Судя по звукам, они точно еще не приехали до города. Отсутствие бесконечного щебета голосов и вечно открытого, слышимого на всю столицу базара, основные отличительные черты, по словам молодого человека, пока что отсутствовали. Но тогда что произошло? 

Тут, она услышала разговор. Нет, по другому. Марианна услыхала громкий, ненавистный вскрик некоего мужчины, приглушенный стенами защищённой повозки. Кто-то обращается к экипажу средства передвижения, используя приказной тон в некоем загадочном языке. Цифры ей удалось перевести, а вот для полноценной речи понадобится куда больше времени. Речь персоны звучала вычурно скрипучей и ломаной. Два древесных бруска, цокающиеся и скребущиеся друг об друга в попытках издать похожие на слова звуки. Осторожно двинувшись к ближайшему окну, путешественница с стучащим быстро сердцем отодвинула чуть в край темно зеленые занавески, окунув глаза в почти что непроглядную тьму. Ей предположения оказались верны. За стенами помещения и впрямь наступила глубокая ночь, освещаемая тусклым свечением луны, и то притуплённая успокоившимися тучами. Среди этой трудной обстановки, женщина могла различить разве что дюжину столпившихся далеко вниз людей, кричащих что-то в сторону дилижанса. Они что, сейчас возвышались на холме? Поэтому эти человечки оказались так далеко внизу? Подумав снова, путешественница на время убрала сию мысль в кладовку, сосредоточив нынешний запас внимания на разворачивающихся событиях.  

Появился еще один голос. В этот раз, Террона. Его искорёженное наречие выдало парня с потрохами. Он и сидел за браздами, отвечая стоящим неподалёку людям с почтительными выражениями. От знакомого мужчины исходило ровным счётом ноль агрессии, скорее добровольческие тона. Он приветствовал этих незнакомцев, как обычно старые друзья приветствуют друг друга. А эти же люди совершенно не разделяли его позитива, ибо в следующую же секунду, без малейшей доли предупреждения, один из них издал громкий рык, возможно оскорбление, слово выделялось злой энергетикой, а затем... Кинул в них чем то большим?  

Стоп, это что веревка там выглядывает спереди? 

А почему комната внезапно начала наклоняться вбок? 

"Ох черт ох черт ох черт!!!" - взвизгнула девица, впервые за долгое время ощутив полноценную невесомость. Она понятия не имела, на каком же таком обрыве стояла их повозка, раз уж при падении сама начала буквально парить, но этим вопросом та вовсе на задавалась. Нынещняя задача проще некуда. Выжить. И хотя Марианна так и оставалась второй по могуществу после буквального бога этих вселенных, это ни капельки не забирало у неё страха, перед возможными ранениями. Тем более, которых она никак не могла избежать. 

Вещи взлетели одна за другим, крик застыл в стенках глотки, а повозка продолжала кренится, кренится и кренится... Пока с грохотом не столкнулась об твердый грунт. Тогда то, пару раз повернувшись бочкой, барышня с приглушёнными вскриками столкнулась с мебелью, моментально лишившись воздуха. Дальнейшие касания окружающих, каким то образом оставшихся на плоских поверхностях, предметов интерьера ощущалось далеко неприятно. Острые углы впивались ей в спину, железные обьекты разбивались от туловище, конечности и голова задевали летающие безделушки, лишая даже малейшей возможности вовремя к чему то ухватится. Переживая целую катастрофу, дамочке еще не слишком долго пришлось терпеть издевательства судьбы злодейки, ведь карета в скором времени, в последний раз перекатившись, приземлилась набок. Мусор повалился в соответствующем направлении, приведя к буквальному погребению измотавшейся воительницы. 

Таким образом, Марианна оказалось под парой слоёв инструментов, книг, барахла и ингредиентов, раздавленная всем этим весом, лицом вниз. В голове творилась сплошная чертовщина, перебитые падением мышцы еле слушались молодую путешественницу, малейшая поблажка, давшая ей шанс выползти из под завала, глаза показывали только мутные очертания видные сквозь застеклённые окна, а уши исследовательницы улавливали разве что отдалённы фразы. Настоящий комплект черного везения.  

"Сюда иди, тварь ты такая.' - рычал снаружи голос, ныне понятный зажаренным свежими ощущениями мозгам. Хотя бы какой то плюс. Говорил эти слова один из той толпы, ныне тащивший за собой размякшего в руках мужчину. Террон оказался заложником укутанных в черные плащи людей, на золотые пряжках подсолнухах. Конкретный незнакомцев, одетых в кожаные дуплеты, обвешанные мелкими, листо подобными ножами и выбравшими себе шарфы с капюшонами, в качестве попытки скрыть свои морды. Но вот коричневая, древесная форма и светящиеся люминесцентнным глаза, сразу выдавали в них представителей той же расы, к которой относился юный алхимик. "Где всё добро?' 

"Ох, уважаемые, я не то чтобы до конца понимаю, о чем вы го-" - продавец использовал каждую унцию своей вежливости, однако судя по всему, сильно расстроенным гостям это не то чтобы понравилось. Ботинок, разбивший несколько флаконов у него на груди, ясно давал понять серьёзную настроенность загадочных персон на получение желаемого ими 'добра', чем бы оно ни было. Стоная, учёный хватался за раненную часть туловища, бормоча себе под нос то, чего дама не могла должным делом разобрать. Оторвав верхушку шлема от мокрой земли, мужчина посмотрел обратно на агрессивных персонажей. "У меня н-ничего нету. Я просто торговец, вот и всё! Мой товар весь выкупили в пограничном городе. Прародителем клянусь, мне нечего дать ва-" 

Еще один удар выбил весь дух из юного проповедника, отправив того прямиком наспину, с тяжелыми вздохами и мычанием, когда тот же самый бандит всем весом надавил ему на грудь. Преисполненный болью, человек без лица попытался спихнуть конечность супостата с раненого места, однако быстро получи в ответ еще большее давление. 

'Пиздишь. Прямо чую через этот аквариум как навозом от тебя воняет за километром, полудурок. Ближайший пограничный город - это разрушенная Оборона Матери, а она была недавно уничтожена, тупой выблядок. Чё, думаешь, вести так медленно распространяются? Мечтать не вредно, сынок. Так что у тебя точно там хабара выше крыши. Мне стоит проучить тебя, что становится с теми, кто врёт старшим. ЭЙ ВЫ, ДУРАЧЬЁ!" - раздался роковитый глас главаря, когда тот повернулся к троим, собравшимся в стороне головорезам. 'Живо метнулись к повозке, и проверьте, чего у него там есть ценного. Лекарства, монеты, инструменты какие нибудь, всё что выглядит дорого выносите наружу. А когда я с ним закончу, мы устроим хорошее жаркое~" 

Те громилы были очень даже рады сему раскладу событий, раздавшийся гогот не даст соврать. Под хохотания и улюлюкания, большая часть группы собралась вокруг главаря, отличающегося красными сопогами, в то время как разбойники назначенные идиотом, широко улыбаясь, аж было видно через шарфы, потопали к распластавшейся карете. Прямиком к ней. 

"Блядство! Нужно как то выбираться. Ну почему всё сегодня идёт через одно место?" - материлась шепотом путешественница, мелкими рывками вытягивая застрявшие ноги из кучи навалившегося бардака. Преодолев это ужасное чувство дежавю, навеянное событиями реальности, преследующие её день за днём, та освободила конечности, в потёмках осмотревшись. "Наконец-то. Нужно что-то делать, быстро! Где моя бита и платье? Черт, хоть глаза выколи, нифига не вижу... Нашла!" 

'Как думаешь, чего мы там найдём? Может мы наткнулись на какого нибудь банкира и сможем в кои то веки-" 

"Молчать! Ты слышишь это?" - оборвал речь товарища преступник, подняв ладонь вверх. Сзади еще слышались насмехательства над новой жертвой их главаря, но вот со стороны нового источника дохода, были слышны какие то грохоты. Что-то там падало, перекатывалось, стучало и ударялось. Еще и приглушённое мычание, похожее на речь, вынудило двух сообщников остановится на месте. Переглянувшись, наёмники кивнули друг другу, подготовившись к возможной конфронтации. Клинки на готове, а третий участник их маленького отряда, с арбалетом в руке, осторожно направил в сторону деиижанса орудие, желая выстрелить в абсолютно любой момент. Группа сделала один шаг. Второй шаг. Клинки в полной готовности перерезать глотку любому, кто выпрыгнет на них в столь интенсивный момент и... 

Компания не успела должны образом осознать, как у арбалетчика взорвалась голова, раскидав по земле зеленые ошмётки плоти. Качнувшись из стороны в сторону, секунду назад живой флориан упал спиной назад, истекая жидкостью молоденького, летнего растения. Оба товарища замолчали в унисон, а тот что был внутри, вовсе попытался что-то выкрикнуть соратнику, однако заместо ясных слов, наружу вылился клубок сгустившейся крови, маленькой волной покинув его уста. На стене дилижанса слегка дымились две практически ровные дыры, а в груди второй жертвы, виднелся результат второго, успешного попадания. Чувствуя жестокую волну страха, окутавшую его с головой, молодой боец побежал изо всех сил к толпе, сверкая пятками. Он боялся оглядываться назад, полностью уверенный в том, что какая бы то ни была сущность, только что прорвавшая перегородку кареты с громким скрипом ломающегося дерева, не должна стать единственным увиденным им зрелищем перед смертью. Парень очень пожалел о сием решении, ибо последней картиной, представшей перед глазами, стал грунтовые узоры, пока его череп ломался как арбуз, от сильной, вдавливающейся руки врага, настигшей в финальный момент. 

И вот, она стояла там. Над трупом бандита, смахивая с кисти пахнущую сосновым полоскателем для рта жидкость. Закинувшая на твердое плечо биту, в чьём древке и конце виднелись позолоченные, ломанные линии от спасительного сращивания. В лунно ярком одеянии, цвета свежего снега. С развеивающимися волосами, чей ониксовый блеск вовлекал страх в сердца узревших. Марианна, с минимальным запасом сил, но всё с прежней, угрожающей аурой. Готовая к сражению. 

Chapter Text

"Чего встали как клячи безмозглые? Живо в атаку, пока я вас сам не прирезал! А я пока должен договорить с нашим новым другом. Убедитесь что она сдохла!" - крикнул своим баритонистым тоном глава сей мелкой шайки преступников, указывая пальцем на уверенно стоящую в сторонке девушку. Несмотря на громкость слов, жестокость указаний и общие поведение кретина, Марианне не составило труда понять, каким же в самом деле персонажем являлся сей человек. 

 Он напуган от макушки до кончиков пальцев, а его грубая речь, это не более чем попытка купить себе пару драгоценных минут на выживание, если конечно она правильно увидела дрожь в его хватке и дополнительное встряхивание задержанного в заложники. По идее, лучшим вариантом для них стало бы угроза убить Террона, тем самым манипулируя её человечностью с эмпатией, однако, похоже что они были не более чем группкой зеленых простофиль, решившихся на сий поступок из желания быстрой наживи, при виде дорогого дилижанса без охраны. Или же, героиня попросту слишком сильно вдумывается в суть происходящего, когда на самом деле, Муни попросту пропустил часть создания второстепенных персонажей, то ли из-за его очаровательной, около собачьей лени, или же для меньшей траты времени. В любом случае, значение причин действий этих уважаемых людей, существовало прямо сейчас на третьем, если конечно не четвёртом плане вещей. Во главе всего, возвышалась её новая, столь любимая ею порой задача.  

Разбить им бошки. 

Мотивация стала отличным заряжающим компонентом в теле героини, и вот, спустя мили секунду, она рванула вперёд, оставляя за собой две маленькие дыры в земле, мчась во весь опор к новым противникам. Реакция, последовавшая в дальнейшем, облила уши дамочке золотым мёдом.  Эти звучания, можно сказать, работали куда лучше по восстановлению её пошатнувшейся самооценки, чем всякая данная доктором мазь. Вдохи, оханья, крики злости. Сплошная симфония боя, где конкретно она выступала звездой парада праведного насилия. Великолепно.  

Первый попавшийся об конец её биты подонок с задыхающимися звуками пал лицом вниз, пытаясь ухватится за вмявшийся, деформирующий жизненно важные органы, бок. Скоро, он умер, обмякнув безвольной куклой. Импакт удара, хруст костей, замечательно разошлись дрожью по телу дамочки. Травма травмой, а опыт остаётся всё равно.  

Следующий сумасбродный идиот махал во все стороны двумя парными клинками, рыча, крича и ведя себя как абсолютный психопат. В его движениях была толика интересных манёвров, некоторые из которых почти что застали её врасплох, но всё же, по большей части, довольно такие просты. Плавные, высчитанные, и при том заурядные. Он точно так же быстро испустил дух, после того как воительница, совершив колесо назад, кинула оружие ему прямо в голову, услышав приятный всплеск и крушение твердого материала.  

Пришедший после него исполин, по меньшей мере на голову выше обычно низких представителей их вида, ворвался в бой с падением молота прямо рядом с ней, разрубив землю тяжелым куском сплошного металла. Вовремя откатившись, у девушки нашлось время для быстрой контр атаки, которая, к её удивлению, окончилась с меньшим успехом, чем она ожидала. Как только основная поверхность оружия столкнулась с его слегка усиленным обмундированием, не более чем пара листов бугристого железа, парень закряхтел, но остался стоять как скала. У студентки еле получилось пригнуться, пока она пребывала в состоянии мелкого шока от случившегося, живого представителя собственной слабости, когда скала взмахнула над головой наконечником молота. Похоже, её показатели во всём взаправду стали ниже, ибо НЕ пробить броню заведомо низкого качества, при правильном ударе как раз таки в особенно уязвимое место, получилось ну очень постыдным. Хорошо хоть быстрая реакция у неё не исчезла, ведь после пары серий потных ударов, за которые Марианна чуть не получила хорошую, бесплатную пластику лица, дамочка успела вовремя увернуться, получив значительное преимущество. Главный инструмент насилия громилы снова застрял в грунте, а значит, более ему не принадлежал. Пнув его хорошенько по лицу, она с скребущимися друг об дружку зубами подняла с земли махину, присвоив на время оружие, как собственное. Парень попытался вернуть инструмент себе, но одного взмаха железкой хватило, чтобы увидеть его держащимся за обрубки вместо ног. Будучи милосердной по натуре своей, музыкантша оборвала страдания незаслужившего милости человека. Его туловища практически взорвалось в разные стороны, как банка с газировкой, когда на него обрушился молот порядка.  

Вздрагивание растягивающихся обратно из натянутого положения тетив спасло женщину от участи ощутить целых четыре стрелы у себя в разных частях тела. Прыгнув высоко, описав пируэт под светом полной луны, взрослая барышня сумела прохитрить три из первоначальных обьекта, к сожалению ощутив как последний надрезает её прекрасную кожу.  

Подождите... 

Надрезает кожу? 

Марианна приземлилась с громким ударом на одно колено, уперев конец биты вниз. Её заволоченные волосами глаза смотрят столпившейся четверке арбалетчиков прямиком в душу, нивелируя всякое желание сражаться. Скорее всего, те думали что она направила сей взгляд конкретно на них, в намерении обозначить такую безбожно совершённую ими ошибку, как нанесение маленького пореза самой посланнице божьей. Однако, что на самом деле происходило, так это выпадение девицы из существующей реальности, с погружением в гремучие чертоги запутанных мыслей. Им удалось ранить её. Им, обычным НПС, без грамма души или жизни,  удалось по настоящему нанести ей физический урон. Она кровоточит. Да, это всего лишь маленькая ранка, ничто по сравнению с желаемым результатом, но даже так, возможностей открылось до безумия много! Если её можно ранить, то можно и убить. 

А значит, можно перезапустить мир, предотвратив катастрофу. 

У неё, девушки проведшей большую часть часов в сознании за твердой виной за ошибку, появился шанс сделать просто немыслимый прыжок в расследовании! Помня манеру сражения того мечника, зная наперёд о пагубном эффекте его рапиры, ей не составит труда заранее подготовится перед сражением, чтобы повалить поганца на колени и выбить из него силой местоположение любимого младшего брата. Город останется целым, жители продолжат жить как жили раньше, Джоусам продолжит всё так же надоедать ей о контракте и Муни наконец таки снова её обнимет! Все в выигрыше! Городские будут счастливы, я буду счастлива, Террон будет счастли- 

Его глаз. Один, сверкающий, внеземного узора глаз, виднелся через трещину шлема, без слов моля о помощи голубым свечением.  Око мудреца в страхе смотрела прямо на неё, потаёонно надеясь, что та продолжит выплясывать финты и пируэты, показывая мастерство фантастических навыков. То, что она изначально планировала сделать, до того как наконечник болта не разрезал белую, будто свеже сделанный листок, кожу. При виде накатывающейся капли у него в железах, и в очередной раз опускающегося кулака обернутого в кожу мерзавца, сердце барышни пропустило удар, а определённая мысль затянулась узлом.  

Неужто она правда бросит этого парня бандитам на растерзание, позволив этим недоумкам так просто её застрелить? 

Но если так подумать, то ведь это будет правильно! Ничего из этого никогда не случится. Никто не будет ранен а бандиты никогда его не станут грабить, ибо и повода ехать по сей дороге не окажется. Всё ведь вернется на круги своя, стоит Марианне стать ходячим мячиком с иголками.  

А так ли это? Каков шанс что этот метод пройдет как нож через масло? Если тот каменный ублюдок сумел почти что убить её , сведя к минимуму физические способности, изничтожил все инструменты, пришедшие прямиком из других миров, то кто знает о скрытых, побочных эффектах? Вдруг, та зловонная жидкость оборвала связь с самим Спокойным пространством, и стоит ей принять стрелу лицом, как вместо белого умиротворения, сам боженька будет открывать подвал в ад? 

Это уже просто абсурд! Он не может быть ТАКИМ сильным! Огромные криптиды, демоны из глубин преисподней, полу боги и боссы прошлых миров тоже были могучи, тоже наносили не малый урон, однако четко известно, что никому и никогда не удастся обрезать путы Муни. Ведь зачем ему создавать кого то равного себе? 

Значит, остаётся только заключить, что тот незнакомец, станет первым, достигшем сего пугающего, заставляющего задаваться вопросами о границах способностей, уровня 

В голове у Марианны, творилась целая гражданская война двух демитрально противоположных мнений. Ангелочек и чертёнок бились, кусались и легались, желая остаться во главе потока дум, только чтобы вскоре обьявить единогласного победителя раньше времени. Дай бы ей хотя бы минутку доступного на рассуждения времени, и возможно исход мог оказаться другим.  

Тяжелый болт, рассекающий воздух с характерным свистом, чуть не угодил даме промеж глаз. Вовремя поднятое древко биты, по диагонали, остановило снаряд, отразив его прежде чем оно отправило её неизвестно куда. Стрелявший с пробегающим по спине ужасом наблюдал, как высокая героиня поднимает конкретно в его сторону блестящие глаза, прежде чем спуститься в движения, ставшими ему, а так же остальным, концом.  

Пыль полетела в стороны, стопы студентки резко оторвались от земли, унося её гепардом к близ стоящей жертве. Еще несколько болтов попытались остановить обезумевшую в их представлении даму, та была слишком быстра для их прицела. Первый арбалетчик быстро оказался раздроблен одним ударом, вошедшим ему между шеей и плечом, смяв мягкую для тупого оружия плоть, чем то напоминая ей о том, как парочка одноклассников ударяла раньше по пустым банкам от газировки. 

Поймав его падающий представитель устранителя жертв на дальних дистанциях, она запустила болт следующему в сердце, и решив плюнуть на концепт перезарядки, в беге бросила тяжелой штуковиной. Конструкция быстро вырубила третьего бедолагу, не позволив ему вовремя среагировать, а четвертый, финальный снайпер, шокировано вытаращился, когда длинноволосая брюнетка, прильнула к земле, и одним хорошим ударом пятки отправила мерзавца в полёт.  

Вернувшись к прямому, стоячему положению, женщина оценила результаты тяжелого труда, вовремя заметив поворотный момент. Руководящий парадом полоумных, занёс над головой кинжал, трясущимися руками готовый покончить с жизнью жертв. Он не замечал  что происходит вокруг, слишком погружённый в торжественность момента человека, решившего забрать с собой на тот свет причину его многочисленных потерь. Это стало идеальной возможностью для воительницы к решению проблемы. 

Глава взревел от боли, повалившись на бок, когда последний доступный болт пронзил сторону его дуплета. 

Победа за ней. Пороха еще не занимать.  

Освободившись из под веса разбойника, маленький алхимик с тяжелым дыханием привстал, видно что заметно избитый. Его фиалы валялись по земле, то разбитые то вылитые, одёжка помята, в нескольких местах грязная, а ромбовая трещина проливала маленький свет, на истинно лицо чудо торговца. Она мало что могла заметить, в частности потом что персонаж быстро повернулся к ноющему, пытающему отползти противнику, однако та банальная яркость глаз уже вызывала несколько странные чувства в нём. 

Он кого то ей точно напоминал. 

"Спасибо вам большое, ваша милость" - говорил ныне с меньшим искажением в голосе парень. Теперь, там была только уставшая монотонность. Скорее всего, те тяжелые удары повредили ему определённые структуры в механизме шлема. Со стороны конечно они казались слабыми, но для неё и апперкот это слабенький джеб. "Если бы не вы, то я был бы не жилец" 

"Расслабься. Ты сработал молодцом. Держался отлично... " - отмахнулась довольная от похвалы Марианна, уперев биту в землю, опираясь всем весом на неодушевлённый обьект. Да, сражалась она замечательно, особенно для свеже восстановившиеся после массивного отравления, однако с запасом кислорода и выносливости предстоит серьёзно поработать. Завалила маленькую банду, а уже выдохлась из сил. Плакали её великие деньки. 

'Вам виднее." - сказал юноша, всё еще стоя с повернутой к ней стеной. Странно. Ни криков, ни сильной благодарности, ни очередных слов о её богоподобности. Не то чтобы она слишком сильно ожидала чего то из подобного, но просто, нынешняя реакция, разительно отличалась от тех, что часто использовали персонажи Муни.  Вытащив что-то из кармана куртки, низенький доктор зашагал в сторону разинувшего рот, но не способного должным образом говорить, разбойника, удивив девицу перепадом поведения. "А теперь, извините меня на минуту. Мне нужно кое что закончить. " 

"С-стой! Не подходи! Аргх-да чтоб тебя, отвали!" - рыкнул на медленно передвигающегося лекаря бандит, стараясь что есть мочи в его кровоточащем, истощённом теле сдвинуться назад, как можно дальше от надвигающейся угрозы в виде коротенького парня. Как оказалось, совершенно без толку, ведь тому понадобилось меньше короткой минуты, чтобы с умеренным шагом оказаться прямо перед метающемся по земле человеком. Твердой хваткой, кисть с множеством механизированным отростков сомкнулась у него на плаще, подняв туловище от земли. Даже через капюшон и тень головного убора, дамочка легко могла разглядеть искренне потрясённый взгляд головореза, боящегося за собственную жизнь. Его конечности мигом схватились за механизированное запястье доктора, однако ни одна из предпринятых попыток оттолкнуть или хотя бы сопротивляться жестокому року, оказалась бесполезной. С мямлящим голоском, лишившейся малейших крупиц самоуверенности начальник, предпринял последний возможный способ к спасению. Торговля. "Слушай, я правда не хотел чтобы всё этим закончилось! Матерью великой клянусь! Я-я отдам тебе деньги, только отпусти, я никому ничего не ска-" 

Лезвие встало у него поперёк горла, прервав на полу-слове, трансформировав первоначальное предложение на бессвязные бульканья и чавканья зелёной массы, стекающей из уголков его рта и шеи. Охваченный пред смертным ужасом, он в последний раз поборолся за угасающую жизнь, толкаясь, хватаясь за надломленный шлем путешественника, пытаясь оттянуть от раны холодный металл. В течении полу минуты, прежде чем густая субстанция лишила его кислорода, поставив точу в истории этого индивида. Один из тысяч флорианов умер. От рук чудно выглядящего странника.  

Какова же была реакция Марианны на весь сюрреалистичный показ гротескной, беспощадной жестокости со стороны обычно нервно и тихо звучащего собеседника? Довольно таки переменчивой, если сказать в паре слов. В годах путешествий ей уже приходилось встречать некоторые отвратительно выглядящие сцены, граничащие по реализму с теми роликами, о которых говорили несколько странные однокурсники. Она пыталась иногда спрашивать у Муни, правда ли было так сильно нужно вставлять, как пример, целые катакомбы с высушенными мертвецами, или же жестокая расправа гиганта над армией их врагов, но при всякой попытке, он отмахивался, быстро переключая внимание сестрицы на круто нарисованного им динозавра. И у этого прохвоста это всегда получалось. Так что, она не была столь удивлена проявлению прямолинейной жестокости, сколько тому, от кого конкретно оно исходило. От Террона, из всех людей. Похоже, некоторые из её предположений оказались верны. Он точно не был таким уж невинным, каким казался при первом взгляде. 

"Знаешь, если ты правда хотел чтобы он помучался, то мог просто перерезать ему горло. Они так захлёбываются дольше." - сказала девица, оттряхивая платье от пыли и парочки прилипших кусочков телесной массы. Слова сказанные ею несли в себе тотально нелюдивый и садистский подтекст, однако она не то чтобы сильно обратила на них внимание. Ничего из этого не происходит взаправду, так зачем лишний раз переживать об этом? 

Мальчишка промолчал от силы пару мгновений, прежде чем с тяжелым вздохом вынуть острие из покойного, позволив хладному трупу ударить землю. Кусок ткани появился в его щелкающих пальцах, смывая остатки акта ненавести с лезвия.  

"Я не хотел его страданий... Мне всего лишь было нужно, чтобы он ответил за то, что сотворил с нами..." - с крупицами прискорбия сообщил личное мнение Террон, наклонив кусок металла из стороны в сторону, разглядывая отражение по поверхности маленького, запасного ножа. Стоя в стороне, женщина ожидала продолжение изречений со-командника, подмечая еще одну перемену настроения. По крайней мере, этот персонаж мог чувствовать настоящие эмоции после лишения жизни того, кого считал настоящим. "Он и его дружки напали на нас... На мою карету... На вас! Саму представительницу божью! Такое суровое преступление не может остаться без должного покаяния. Я просто сделал то что должен был, не важно, каковы были мои настоящие желания..." 

Марианна решила промолчать, оставляя человеку шанс на формирование собственных взглядов в жизни. Скорее всего, большая часть сказанного им это жалкая ложь, но хотя бы пару деталей ей получалось вытянуть из его обычно закрытого образа поведения. Так или иначе, после того как он сам встал в полный рост, пошатываясь от долговременного избиения, юнец убрал доказательства преступления в карман, обратившись именно что к ней. "А теперь, если вы будете не против, что я полностью пойму, можете мне помочь обыскать тела на наличие полезного? Их сумки с монетами, драгоценности, любая мелочь что покажется ценной. Она то им думаю более не пригодится, а так, смогу по крайней мере возместить весь ущерб." 

"Мародерствовать меня просишь?" - сложив руки у себя на груди, Марианна с поднятыми бровями посмотрел на него, неожиданно заинтригованная сим предложением, крайне удивлённая самим фактом выхода слов из человека, еще пару часов назад свято оберегающий почивших жителей печально разгромленного города. Хотя, одно дело законопослушные граждане, и совсем другое, когда это связано с грязными бандитами, верно? Как результат, она спокойно пожала плечами, соглашаясь. "Хей, как скажешь. Я возьму тех что ближе к повозке, а ты разберись тогда с этими, ок?' 

"Ваше желание - закон" - звучно улыбнулся он, снова слегка раздражая его восхвалениями её. В сей раз пропустив высокого мнения о ней слова, музыкантша закинула биту на плечо, быстрым шагом вернувшись в перевернутую повозку. Быстро взяв свободной кистью корзинку, чье нынешнее состояние хотя бы чуточку успокаивало горемыку студентку, судя по всему учёный хорошенько постарался над восстановлением оной во время её коматозного состояния, девушка вернулась обратно в ночь, став обыскивать свежие тела покойников, раздевая их и проверяя карман за карманом. 

Дело, сказать по правде, не из приятных, но в тоже время не самое мерзкое, через что ей пришлось пройти. Говоря по правде, это даже было куда лучше, чем пара случаев поступков её одногруппников из кампуса. Подростки и молодые взрослые бывают очень мерзкими. Здесь по крайней мере, у неё всё находилось под абсолютным контролем. Бездушные оболочки лежали без движений, испуская тухлый запах мокрых осенних куч листьев, пролежавших где то неделю в сточном канале, а её тонкие пальцы проверяли узелки, мешочки, карманы и под карманники на присутствие чего угодно, напоминающие полезные предметы. То что казалось особенно дорогим, по типу перстней, ожерельев, оберегов, или же блестящих безделушек, откладывалось в маленький узелок, подготовленный ею заранее еще в помещении упавшего дилижанса, из ближайшего куска полотенца, в то время как всякая мелочь, выделяющаяся забавной текстурой или же уникальным дизайном, будь то интересный мусор и поразительная штуковина, отправлялось ей в корзинку. Почему бы ей собственно и не пособирать сувениров? Так, после долгожданной встречи с Муни, она найдет тысячу и одну тему для разговоров, о коих Марианна так сильно скучала. 

Что касается конкретной валюты сего народца, то здесь возникала маленькая проблемка. Крохотная. По крайней мере, конкретно для неё. Ему то будет пофиг, он всё равно свои деньги получит, тем или иным способом. Стоило дамочке взять пальчиками одну из красиво выглядящих, целиком и полностью прозрачных кружков, изрисованных черными линиями и переливающимися цветами свеже разлитого бензина, по текстуре напоминая собой пластик, как монета растеклась у неё в кисти, став черной, смоляной жидкостью, быстро покрывшей ладонь решительной женщины, войдя и исчезнув в порах. Одна из тех многочисленных причуд, ставших постоянными после исчезновения младшего братика. 

"Черт, как же я ненавижу это чувство. Аж в дрожь бросает." - сварливо комментировала студентка, вытирая кристально чистую часть себя об платье. Та загадочного происхождения субстанция магическим образом испарилась в коже путешественницы, став не более чем воспоминанием о прошедшем моменте. По идее, пережив этот момент вот уже более тысячи раз, она должна привыкнуть к ощущению, которые обычно испытывают сухие губки, как только их бросили на влажную посуду, однако сказать это куда легче, чем на самом деле сделать. Просто, это было слишком инородно и противоестественно для молодой пианистки. Да, ей приходилось видеть чудеса за гранью человеческого понимания, что ближе сравнивалось с проявлением безграничной фантазией голодного до приключений ребёнка, но когда дело шло к этому мерзкому опыту, у неё всегда поднимался комок грязи к горлу. 

Раньше было проще, ровно как и с другими многочисленными вещами в её двоякой жизни. Крошка творец, хиленький малыш, слишком сонный чтобы передвигаться самостоятельно большую часть времени, заведовал торговой частью их странствий. Они не нуждались в поиске монет или же драгоценностей, чтобы купить тамошние тоники. Юноша просто напросто рисовал пару купюр, монеток, вишенок или устриц и ВУАЛЯ! Дело сделано. Деньги переданы продавцу, а товар сложен прямиком в бескрайние просторы пустоты корзинки. Стандартная процедура. Если уж быть полностью честной, то это у неё были некоторые проблемы с этим методом. Ведь конкретно ей приходилось время от времени останавливать торопыгу от скупки всего базара или магазина. Это выходило с трудом, ведь, каким монстром нужно быть чтобы так жестоко отказывать его щенячим глазам?! Как бы она часто не старалась противостоять его сладкому зубу, всё заканчивалось время от времени ими двумя, распластавшимися по всему пледу с горками еды, сладкой и солёной, острой и пряной, мясом и овощами. Один из плюсов прибывания во сне, к тому моменту, явлолось отсутствия тотального насыщения или шанса на образование кариеса. Так что, иногда они и вовсе проводили всю ночь, угощая друг дружку интересующими их закусками. Золотые времена. 

К четвертому трупу, кусок тряпки , завязанный четырьмя концами маленьким мешочком, вырос до довольно таки внушительных размеров. Инкрустированные ножи, звякающие заколки в форме подсолнухов, странные ожерелья с плачущими лицами, маленькие иконки и тонна пуговиц. С таким то богатым ассортиментом украшений, у неё начинало закрадываться предположение что обычными бандитами их будет называтьт через чур грубо. Либо они обедневшие богачи, ни разу не хватавшие в руки оружия, а от того и проиграли, либо некий другой вариант, к коему Марианна пока что не пришла. 'Они правда появились из неоткуда, или же с самого начала сторожили здесь нас? И что тот парень имел ввиду когда говорил что никому ничего не расскажет? Нужно будет уточнить у Террона... Если он конечно будет не против этого." 

Её поток шептаний прервался скрежущим звуком позади. Треск древесины, шелест высокой травы и звуки чего то тяжёлого, передвигающегося с места на места. Первым же движением, сделанным ею в момент малейшей регистрации потенциальной угрозы позади, стало постановка оружия на изготовку. Мешочек собранного добра упал на землю с глухим стуком, а обе руки сжали рукоять бейсбольной биты, занеся её через плечо. Ноги на ширине торса, дыхание замерло, а глаза упираются во... Что-то. Что-то встающие с земли, вынуждающие доски эшелона и закреплённого багажа трещать от внешнего давления. Чего то большого, ступающего вытянутыми, длинными конечностями, с маленькими заострениями на концах, по земле. Чего то внушающего, возвышающего над нею больше, чем тот же само провозглошённый рыцарь вражеского королевства. Скрытая под тенями растений, получающая помощь застеливших пеленой небеса облаков, создание поразительных размеров двигалось из стороны в сторону, неся карету и задний багаж на себе. Первое - на части основного туловища, а второе - уже на внушительных размеров округлённом брюшке. Хитин творения Муни был темно коричневым, подстать самому дилижансу, и по длине его тела росли острые, зазубренные пики, чем то напоминающие шипы роз. Шесть конечностей, вытянутые лапки, поделённые на три сегмента удерживали завидную массу от падения, изгибаясь и переступаясь. Голова чудовища, вытянутая дальше крыши главной части кареты, медленно но верно раскрывала глаза, передвигая мандибулы с места на места, как уснувший человек, зевая после долгого сна, вскоре обращая внимания конкретно на неё.  

Это был чертов исполинский палочник.  

И он был тем, кто нёс всё это время на себе весь экипаж. 

"Ох, как же я рад что с тобой всё хорошо!" - прозвучал счастливый крик загадочного торговца, когда бурая вспышка пронеслась мимо неё. Террон, без малейшего показа страха или какого бы то ни было сомнений, подбежал к любопытно глядящему насекомому, легонько касаясь краёв его широкого лица. При касании выделяющихся цветом участков, создание издавало высоко частотный писк, или скорее смесь рыка с стрекотанием. Не из злых побуждений, а скорее от страха. Животинка была ранена чем то большим и тупым. 'Милостивая моя Матерь, будь уверен, они поплатились сполна..." 

Парень утешал раненное творение господа своего с той же нежностью, что подобает отцу, узревшему страдания собственного дитя. Его пальцы, многочисленные и удлиняющиеся, делали аккуратные поступательные движения у оснований частей тела ездового животного. Усики поглаживались, волосинки расчёсывались а глаза специально оставлялись широко раскрытыми, дабы окунувшиеся в реку боли важное ему живое существо могло полностью разглядеть степени взволнованности педантичного хозяина.  

Марианна определённо была здесь лишней. Мало того что еще минуту назад она была готова натурально убить это нечто, одного хорошего взмаха по раненной голове могло быть более чем достаточно, так еще и продолжает стоять тут, выступая третьим колесом в очевидном выявлении заботы двух демитрально противоположных по степени развития продуктов мастерства брата. Однако, превыше чувства вежливости стояло вгрызшиеся в новые знания любопытство, так яросто отгрызающие кусочки от ранее невиданного.  

'То есть... Эта штука всё это время несла на себе вот это вот чудовище?" - осторожно, слово за словом проговаривала брюнетка, обращаясь к массивным навалам деревянных коробок, стен, этажей и различных построек, как к 'чудовищу'. Ибо да, со стороны этот буквальный дом мог походить на отдельный дышущий организм, или же паразитирующую грязь, высасывающую кровь из еле живого насекомого. Но ей похоже стоило выразится слегка по другому когда дело касалось столь тонкой темы, ведь Террон звучно охнул, прикрыв уши, или скорее противоположные стороны головы, палочника, сверкнув в её сторону острым взглядом. Боже, оголённый нерв.  

"Марианна, прошу прощения за ваши слова, и да будет мне Прародитель судьёй, но как вы можете позволять себе так говорить о нём?" - укоризненно сказал торговец, гладя ездовое приспособление по макушке, отчего его затуманенные глаза слегка поблёскивали, создавая ощущение накатывающихся слёз. Основной упор на последние выражения, ибо спортсменка точно знала. У него нет ни капли реальных эмоций. "Он никакое не животное, ваша милость. Он мой верный товарищ. Я лично взрастил его из маленькой веточки, сделав из когда то хрупенького малыша в самого великого перевозчика во всей стране. Одна из немногих компаний, которая у меня имеется в такие одинокие ночи." 

"Яяяяяясно.' - протянула музыкантша, несколько не понимая красоты чего то так сильно старающегося показаться угрожающим и опасным. Через её отвращение, путешественница достала из головы вопрос, который чуть ли не пропал в потоке запыхавшихся мыслей. "Подожди, а почему эта букашка не похож на человека? Я думала, их раса вся способна на речь и мысли." 

"Что вы имеете ввиду?" - выразился вопросительно Террон, какое то время даже не обращая внимание не сконфуженную позу дамочки, прежде чем практически загореться информацией, издав продолжительное 'Ооооо' "Я понял. Вам попался редкий вид, не так ли." 

"Редкий вид? Как Шайни покемон?" - наклонила голову Марианна, стараясь представить себе два равноценно стоящих у неё в голове персонажа, как своеобразную редкую часть вида. Её предположение оказалось близко к реальности. 

"Мне бы еще знать что это такое, уважаемая спасительница." - вежливо ответил продавец, продолжая заботится и проявлять ласку к верному, старому другу. "Видите ли, то что довелось узреть вам, является настоящей ценностью. Один на миллион!... Что не так уж и особенно, учитывая то с какой скоростью их вид плодится, но опустим эти детали. Так или иначе, жуки, обладающие способностью к осознанию себя и конкретной личностью , называются в нашем народе Инуадами. Белые вороны всех насекомых. Можно сказать что они новое звено в их полках. Когда рождается Инуад, их судьба заранее предрешена в высших кругах самой империи. Им суждено вести вражеские войска в качестве генералов, и  умереть пытаясь достичь невозможного - сломить нашу оборону. Они показывают некоторые следы самостоятельного мышления, но зачастую, они просто улучшенные версии первоначального вида, с гуманоидным строением тела и большей верой в улей. 90 процентов всех остальных жуков, такие как мой товарищ. Бездумные звери, которыми управляют и приказывают. В них нету ни капельки ясного разума. Только покорность и инстинкты. Прекрасные питомцы, должен признать." 

"А как ты вовсе смог получить... Вот такого образца?" - уточнила момент студентка, в какой то смысле сьевшая больше чем то на что она надеялась. Знания наполнили высохшие ячейки сознания, став крайне приятным освежением после такой долгой, и утомительной драки. Плюс, разгрузка от понимания своей близкой, непоправимой ошибки, благо не ставшей реальностью. Может, этот парень сможет еще что нибудь рассказать по этому поводу? 

Как оказалось, нет. На этот конкретный счёт, ему сказать было больше нечего. Террон только хмыкнул себе под нос, без крупицы злого умысла, прежде чем со словами: "Однажды, вы сами это узнаете." - закончить разговор. 

И разговор правда закончился. Вопросов в голове у неё более не возникало, мужчина не говорил ничего заинтересовавшего усталую после первой полноценной драки, со времён того позорного сражения, девицу, а создание мирно издавало сомнительные звуки расслабления, пока вокруг стоял явный показ смерти.  

Что тогда дальше? Ночь на дворе, в далеке еще не видны огни того города, а из-за того места, где они оказались, понадобится еще какое то время, прежде чем взобраться к первоначальной дороге. Лучше заняться этим как можно раньше, прежде чем странного рода мысли не начали полосовать её мозги.  

"Слушай, можешь тогда попросить твоего друга сесть вниз? Нам еще нужно к восходу добраться до города, а в твоём месте теперь полная разруха и-" 

"Почему вы спасли меня?" - разрезал холодным вопросом теплый воздух Террон, повернувшись целиком и полностью к ранее говорящей героине. В единственно видном глазу, дама видела непонимание. Чистое сметение. Словно он, до всего этого момента, старался по настоящему отвлечь себя от всякой мысли о произошедшем. О том, что конкретно значило его выживание. Ей определённо стоило перестать считать его обычным второстепенным персонажем этой грязно написанной фентези истории. В конце концов, не один из предыдущих никогда бы не запомнил важного факта самого существования путешественницы в этом мире. "Вы могли бы всё исправить, позволь вы им просто... Закончить начатое." 

"Да. Я могла это сделать. Я могла просто дать им вышибить мне мозги болтом или же заколоть меня. Но это неважно." - прошипела женщина, с конфликтующими мыслями. Она не могла полностью определится, говорил ли в ней страх, или же злость за то, что её так легко прочитали. 

"Это может быть важнее всего, что было до этого!" - слегка повысил изречение Террон. В том единственном глазе, выглядывающем через заострённую, углублённую трещину красного аквариума, виднелось вопиющее непонимание. Словно, тот испытал настоящее предательство, от друга, которому поручил всю свою жизнь. Чтож, хотя бы наполовину сие заявление являлось верным. "Вы ведь сами говорили, ваше блестательство. Умерев, вы сможете вернутся назад и всё исправить. Разве не этого вы желали в момент, когда лезвие разбилось об вас?" 

"Да, черт возьми, я хочу вернуться обратно. Ты даже вообразить себе не можешь, как же сильно мне этого хочется." - оборвала его вопрошающую речь твёрдым словом барышня, расправив плечи. То, как себе позволял говорить этот малец, с ней из всех людей, её бесило всё сильнее и сильнее. Возможно ей было противно раз за разом выслушивать те восхваляющие песнопения о важности самой себя в этом мире, однако то, с какой упёртостью пацан сомневался в решениях своей защитницы, знатно играло по нервам спортсменки. Она что, по его мнению, ни секунды не задумывалась над этим вопросом? Не ломала себе голову долгое время,  делая выбор с коротким моментом на обдумывание, между сто процентным шансом, и шансом один к миллиону? Тоже мне, хвалёный слуга божий.  

"Но было только два варианта. Либо спасти тебя от этих мудаков, либо дать им зарезать меня. Чтобы ты знал, эта оссобенность не всегда работала. В один момент я могу восстановится и вернутся к прежнему сражению, на котором и померла, а в другой, приходилось целую неделю повторять одно и тоже дело заранее, пока не дойду до нужного момента. Я не могу контролировать всю эту чушь. Муни был тем кто дал мне эти силы, и единственный, кто знает как я могу вернуть всё обратно на свои места, это он. Шансы были слишком опасны, чтобы смотреть, что получится из всей этой чепухи. Вот тебе еще один забавный факт, умник, я вообще не имею ни малейшего понятия, что со мной будет, если умру от чужих рук. Мне еще ни разу не приходилось переживать через это, после исчезновения братца. Эффект вовсе может быть совершенно другим! Вся ваша маленькая пародия на Игру Престолов может схлопнутся в одночасье. Или же, я потеряю возможность путешествовать по этому миру. Кто знает, может мне придется делать полноценный гроб, стоит кому то укокошить меня. Теперь то ты понимаешь это, гений? Всё еще хочешь, чтобы меня убили?' 

Когда последние слова сошли с уст молодой героини, они оба оказались в разных положениях. Мальчик наклонился назад, пораженный нависающий над ним девой. Его обе руки широко расставленны, напряжены, словно готовы самозащите. Глаз широко раскрыт, сияя в затемнении. Женщина, скорее всего выше чем всякий обычный представитель флорианов, будь то берёзовые или дубовые, сжимала рукоять биты, только слегка приподнимая конец деревянного орудия, готового в любой момент оказаться вбитым во что-то твердое. Очи поглощали собой пространства вокруг отсутствующего кусочка шлема, оставляя перед юнцом только вид неё самой. Впервые, с момента своего падения вниз по лестнице могущества, Марианна чувствовала в себе всполыхнувшие огоньки старого поведения.  

Только вот, было ли правильно так относится к кому то столь невинному, и альтруистичному, как этот коротенький спаситель? 

Полностью погрузится в самоличные моральные диллемы дама не сумала. Времени было в обрез, покуда итог сего взамодействия решился вздрагивающим поклоном облачённого в несколько слоёв одежды продавца.  

'Прошу простить мою грубость, ваша святость. Это было бестактно и отвратительно, сомневаться в той боли, через которую довелось пройти ангелу хранителю нашего Прародителя. Мне стоило быть внимательнее, не позволять себе поддавваться столь темным мыслям. Этого впредь больше не повторится." - уверял, говоря скорее в грунт, нежели конкретно ей, смиренный алхимик. У студентки совсем не хватало сил, чтобы в полной степени осознавать то, насколько же сильно на него должно быть повлияли её слова. А она ведь просто сказала самые основные вещи, без чего либо экстра ординарного. Так или иначе, коктейль из произошедших событий начал постепенно давать о себе знать, оставляя сильный эффект как на её теле, так и сознании.  

"Слушай, давай просто не будем больше поднимать тему того города. Хорошо? Оба копируют с произошедшим самостоятельно, и всё равно нам трудно это переживать. Уж лучше избегать чего то настолько сложного, пока мозги не в том месте.' - пробормала первую попавшуюся белиберду Марианна, стараясь уйти от темы как можно скорее. Вес случившегося диалога добирался до уголков мозга, ответственный за обрабатывание информации, и сейчас, последнего чего хотелось путешественнице, так это глубокого погружения в суть звучавших угроз. 

"Ваше желание для меня закон." - прискорбным гласом сказал факт учёный, медленно выпрямив спину. Ей не удалось понять эмоций, скрытых под маской нейтралитета. Истощение после затянувшегося сражения оставляло след на её способности к быстрому чтению людей. Не то чтобы это сильно её волновало. Этот пацан может думать о ней, замышлять и планировать что душе угодно, пока у неё имеется хоть малейшая вероятность на достижение столь желаемого результата. Остальное - волнения третьестепенного масштаба. "Тогда, я думаю, стоит готовится к дальнейшему отправлению. Вернутся на основную дорогу моему товарищу не составит большого труда. А вот восстановить прежний вид кареты, задача по сложнее..." 

"Да, ей там досталось будь здоров." - бурчала в ответ героиня, прыгая на первую же попавшуюся возможность сместить тему разговора. Всяко лучше, чем продолжать наращивать неловкость. Говоря по правде, тамошний интерьер и впрямь заставлял желать лучшего. Половина банок разбиты, те книги что не порвались стали помяты или косыми, а про тот огромный цветочый горшок и вовсе лучше молчать. Сплошная разруха. Ей наверняка стоит предложить свою помощь. Хотя бы так сможет разбавить сложившиеся осложнения. "Слушай, думаю, если мы оба сейчас приступим, то где то через час-" 

Там, куда девица надумала повернуть голову, в поисках своего подопечного, Террона уже как минуту не существовало. Он словно под землю провалился, оставив разве что несколько следов от сапог. Куда же они вели? Этот вопрос так же интересовал юную особу, отчего поиски ответа привели её глаза к месту, откуда слышались дребезжащие звуки падающих, тяжёлых обьектов.  

Прямиком у главной повозки, той что расположилась на брюшке создания, закреплённая канатами и цепями, кудесник старался вытащить грузного вида коробку. У него это отняло какое то время, но по итогу, штука с глухим стуком ударила по земле. Как оказалось, это было не чем иным как клеткой. Старенькой, побитым содержалищем для скрытого внутри животного. Оно какое то время дребезжало, толкалось  и даже шипело, но по итогу успокоилась. Когда же хозяин загадочной зверушки открыл решётку, расположенную сбоку хранилища подопытного, то оттуда, на коротеньких, многочисленных лапках, выползо то, что дама могла смелым языком назвать обтянутым варёной шкурой овалом на шести удлинениях. Блоха, раздувшаяся до размеров таксы. Мохнатая, большая, двигающая маленькими лапками и частями тела на лице, разглядывая ночное небо. Творение Муни видимо долго провело в заточении, без шанса на достойное времяпровождение в природе. Так же, алхимик над ним неплохо поработал. Как еще обьяснить то, что всё его брюшко бувально отсутствовало, а на его месте красовалась медная полу сферу, из коей в скором времени, показалось шесть дополнительных конечностей, чем то напоминающих ложные кисти рук её медика. После пары команд и писка, существо исчезло в потёмках диллежанса, издавая оттуда явные звуки передвижения мебели, вещей и всего прочего.  

"Чтож, моему малому другу понадобится где то пол часа, чтобы всё собрать по мешкам. А пока, я думаю, мы можем продолжать путь. У меня есть свободное место , прямиком у головы палочника. Хотите составить мне компанию?" 

Марианна подумала какое то время над приятным предложением юноши. Подумала довольно таки усердно, принимая во внимание всё развернувшиеся и их конфликт. Здесь пожалуй, ответ мог быть только один. 

"Извини, но я пожалуй откажусь. Мне нужно побыть немного одной... Расфасовать мысли по порядку. Ты не против, если я позаимствую твою крышу, на какое то время?" - спросила студентка, кидая ему маленький кулёк со всем тем добром, что она смогла отыскать в останках падших ублюдков, удивив не на шутку владельца уже не одной и не двух вещей, взорвавших её мозги. Ей правда стоит провести хотя бы пару минут в дали от творящегося хаоса. За такой короткий промежуток произошло столько всего, отчего точно было бы приятно провести ну несколько мгновений в тишине, без постоянного напоминания о той или иной сумасшедшей детали сего мира.  

'Ну, если такова ваша просьба, то милости прошу. Лестница находится с другой стороны дилежанса. Только будьте пожалуйста осторожны, ваша святость. Ветра там наверху имеют свойство быть особенно сильными." - предупредил напоследок перед её уходом Террон, к её же приятному случаю более готовый к компромиссу. Не прошло и пару секунд, как ножки барышни ступали по железным перилам, прямиком наверх, заранее взяв с собой велико важную корзинку. 

К единственному месту, где она может хотя бы чуть чуть подумать о чем то, помимо бесчисленных трагедий.  

К 'Нему'. 

Chapter Text

Холодный ночной ветер развеивал ткани платья с учащённой скоростью, одновременно сдувая в левую сторону от карабкающейся вверх девицы её длинные локоны. Волосы цвета глубокого, сумрачного океана ходили волнами среди пространства, кружась, завиваясь, распутываясь и сверкая в хаотичном потоке движений. Девушке очень повезло, что они шли позади неё, иначе, с копнами массы перед лицом, та бы нашла задачу по передвижению проблематичнее. Она приняла во внимание предупреждающие слова паренька, на всякий случай повесив строение из высушенных листьев себе на шею. Корзинка стукалась об спину музыкантши, пока та бухтела и недовольно бормотала, заглушаемая теми агрессивными волнами воздуха. 

"Черт, а ведь он правду говорил. Главное только удержаться. Не хочу проверять, если всё еще могу пережить падение с такой высоты или нет." - с капелькой яда говорила сама с собой женщина, постепенно переставляя одну конечность за другой, тратя как можно больше времени на должное переход. В таком опасном деле, главная задача являлось быть предельно аккуратным. Хорошо что у нашей героини, этого качество в достатке. 

Сделав передышку на пол пути, дамочка тяжело выдохнула. Не от сильной усталости, хотя её запасы явно оставляли желать лучшего, ввиду того гротескного насилия, произведенного на оставленных позади бандитах, а ввиду другой,  важной, но преследующей по пятам детали. Тихонько, студентка опустила глаза вниз, быстро вернув их в прежнюю позицию, напрямую к ржавой в паре мест лестнице, стараясь тратить как можно меньше времени на осознание того, как же блять высоко она находилась от твердой поверхности. Лапы этой штуки должно быть достигали высоты шести этажных домов, если ей не врёт собственный глазомер. Они двигались постепенно, переваливаясь, покачиваясь, но к ужасу путешественницы, с удивительной скоростью. Террон знал, как нужно мотивировать такую огромную зверюгу, а иначе она не могла обьяснить то, как же резко эта громадина практически рвалась к их месту назначения. Или же, спокойно прогуливалась вперёд. Это уже дело перспективы. Марианну скорее сейчас заботило желание удержать ладони на железках, и не стать кусочками фарша, разбросанных по грунту. 

Это довольно таки странно, что у неё, великой и непобедимой, всё таки имелась маленькая уязвимость, в виде сего страха перед высотой. Да, всякий разумный человек будет бояться разбиться в лепёшку, перейдя из состояния живого в состояние неживого, но ведь у этой особы имелись свои первопричины. Те, что отличались от обычных смертных. Будучи какое то время до этого непобедимой богиней войны, такое падение, могло сравнится разве что с маленьким ушибом на колене. Однако, в ясном состоянии разума, даже тогда, она бы навряд ли согласилась на такой рискованный прыжок. Да, Марианна проделывала нечто близкое к нынешнему без малейших возникновений, но тому мотиватором становилась разумная доза адреналина, находящего себе путь в кровеносных потоках героини. В остальном же, неважно, будь рядом всесильный повелитель материи и пространства, который лениво мог нарисовать спасательный матрас далеко внизу, или же она бы не почувствовала боли при падении, выйдя из тумана пыли целёхонькой. Ни один из приведённых выше вариантов не мог успокоить беснующиеся нервы композиторши. Этот страх... Шёл прямиком из того места, в которое ей никогда не хотелось возвращаться. Локации, имеющую одинаковый смрад с тем ничто, которое приходилось переживать во снах.  

От думы сей, девушка встрепенулась, покачав головой в отказе позволять темным мыслям покорять её изголодавшийся по хотя бы малейшему кусочку позитива мозг. Возможно, когда она останется полностью одна, без сверкающих за горизонтом проблем и ответственности, она сможет позволить себе минуту рефлексии, как бы странно её тело не ощущалось в моменты глубокого погружения в такие темы. А сейчас же, нужно хотя бы добраться туда. К Нему. 

Балка за балкой, рука за рукой, нога за ногой, пианистка преодалевала трудности погодных условий, стиснув зубы и идя наперекор жестокому изнеможению поломанного тела. Мышцы ныли, холодный ветер слегка резал кожу резкими дуновениями, но работа оказалась куда проще, чем она изначально думала. Нужная концентрация и полное сосредоточение на отвлекающей задаче могут творить настоящие чудеса.  

С громким стоном, героиня упала вперед лицом на деревянную крышу много уровневой повозки, радуясь что испытание выносливостью в конце концов закончилось успешно, без лишних потерь. Задача была наконец то выполнена. Через кряхтение и пыхтения, длинноволосая особа поднялась на одно колено, сдувая пряди в сторону, отодвигая телесные жалюзи. Её глазам предстала завораживающая картина. Поразительная, сказать правильнее... Но целиком пропущенная мимо одним значительным напоминанием, которое завоевало всё внимание одинокой странницы. Воительница не обращала внимание на остановившийся ветер, который на сей высоте преобразовывался в приятный штиль, приятно гладящий твёрдую кожу. Ей было далеко не до того, чтобы заметить целый горящий приятными огоньками комплекс башен, строений, зданий и всевозможных ухабов, расположившийся далеко далеко в милях от их нынешнего пребывания. Любое чудо сего мира меркло... 

По сравнению с подтверждением продолжающейся жизни её братика.  

Луна сегодня была такой же блеклой, как с момента исчезновения дорогого братца. 

"Привет, Муни." - поприветствовала девочка парящее космическое тело, лишённое сознания, мысли, свободы воли, и скорее всего, настоящей физической оболочки. Но это были мелкие детали. Простые условности, перед лицом неоспоримого факта, полученного годы тому назад, в одну из принятых ею решений. Совершить одинокую, короткую прогулку по одному из миров мальчика. Тогда, та ночь правда стала очень занимательной. То стало моментом подтверждения всесуществования маленького бога. Знак, что она никогда не одна. Что у неё всегда есть маленький кто-то, стоящий прямо на её стороне. Сейчас же? Только тишина приветствовала скромную девицу. Одинокая и траурная тишина. "Надеюсь, у тебя там всё хорошо. Прошло уже так много времени, с последней луны, которую мне довелось узреть... Ты не против, если я немного поговорю с тобой? Знаю, там где находятся твои заточения, более нету возможности ответить, но... Хотя бы какой - нибудь знак?" 

Ответ остался мертвым. 

"Ааах... Чтож, этого стоило ожидать. По крайне мере, хорошо что ты там невредим... Наверное." - нервно потёрла плечо дама, смотря слегка в сторону. Это всё становилось очень неловко. По сути, она прекрасно знала, что шансы на полноценную связь с ним дошли до целого нуля. Они были таковыми с первой же секунды её путешествий, если уходить в крайности. Ни один и не два часа потратились в пустую, за бесконечными попытками добраться до сияющего небесного обьекта, при помощи тогда еще целой лампы. Дамочка потеряла счёт тем ночам, что она проводила в мирах с вечным существованием луны, в попытках докричаться до младшего братика. Но всё без толку. Максимум, полученный ею, оказался заранее известный факт. 

Муни жив и ждёт свою сестрёнку. По другому не может быть. 

Ведь иначе, каждая луна в сотнях миров погасла бы в одночасье. 

Спутники тех маленьких вселенных, будь то совершенно заселенные, как в одной из картинок ныне утерянного блокнота, или же дискомфортно покинутые всеми формами жизни как сейчас, выполняли у юнца функцию натуральных камер. Мини порталов, в которые парниша всегда мог заглянуть, приспичь ему проверить жизни с трудностями маленьких человечков. Или же, экстренно войти на территорию новой локации без долгого процесса сотворения мира в Спокойном пространстве. Эта деталь будоражила воображение когда то не имевшей опыта в странствиях девицы. Его могущество не знало границ, он был всегда и везде, и при этом, мог сидеть часами, просто рисуя мультяшного дракона, как обычный ребенок. Ну разве это не поразительная двусторонность. 

Очередная волна меланхолии накатила музыкантшу, подкосив ей ноги. Отдавшись воле ослабевшего тела, она села, чувствуя нижней частью холодный материала, подтянув ноги к груди, и обхватив их руками. В такой позе, юнец часто проводил большую часть свободного времени, преимущественно когда хотел поспать. Копируя действия младшего братика, его опекунша чувствовала в малейшей степени усилившуюся связь. Ниточка, растянутые на световые года, стала чуточку толще.  

"Сегодня случилось столько всего, милый братец. Даже не знаю, с чего и начать." - рассеяно покачала головой воительница, стукая кончиками пальцев об закрытую тканью плоть. Голова побаливала от количество потенциальных тем. С секунды похищения успело произойти много всякого, начиная от свержения пары королей, и заканчивая несколькими маленькими войнами, закончившимися за пару часов её трудной работы. Однако ни одно из тех событий, близко не подходило по масштабам трагичности с сегодняшними, запоминающимися кусками дня. Подумать только, а она ведь припёрлась сюда, чтобы поднять себе настроение! Расслабится, наговорить позитивных вещей, замотивировать на продолжение движения вперёд, прямо как во все предыдущие полуночные монологи.  

Но сейчас, это казалось сплошной бессмыслицей. Как можно игнорировать нечто... Настолько катастрофическое? Уходить в неведомственные рассказы теперь уж точно осталось за кадром возможностей.  

"Хотя, знаешь, нет. У меня есть о чём поговорить с тобой." - заговорила ни с того ни с сего твердым гласом девушка, поднявшись обратно прямо. Приложив пальцы к вискам, сделав несколько круговых движений, та очертила кистью окруживший её пейзаж, состроив непонимающую мину к огромному слепому оку. "Что это всё значит?" 

Луна молчала. 

"Целая религия, построенная вокруг тебя. Конфликт между двумя демитрально противоположными государствами, исчисляющийся потерями в целые города. Настоящие смерти! То есть, не просто какие то там испарения в воздухе, как ты обычно рисовал, или же потеря сознания. Я сжигала муравьев до лопающегося хитина и держала нашего друга, харкающего кровью, Муни. Какого черта?! Тебе двенадцать лет, ты не должен впринципе знать о таких вещах!" - вопрошала Марианна, разводя руки в приступе тотального шока от навалившегося веса событий.  

А светило продолжало парить без ответа. 

"Просто, я правда не могу найти в себе сил хотя бы представить, зачем тебе было создавать что-то подобное. Все эти конфликты, насилие, темы, так еще и усложненные ситуации с наших обычных похождений. Это ведь совсем не похоже на тебя. Ты Муни! Тебе нравится когда смешно одетый пират захватывает торговый корабль милых пингвинов, а я его побеждаю в эпичной дуэли на катамаранах, а не эта странная пародия на тёмное фэнтези. Боже правый, парящие трупы живых растений, каким нужно быть 'одарённым', чтобы такое придумать." - выдохнула музыкантша, вперевалку сделав несколько шагов из стороны в сторону, убирая прядь волос за ухо. 

Спутник стоял всё так же, как и секунду назад. Неподвижно в милях тёмного небосвода.  

"Хорошо хорошо, погорячилась, сказала на эмоциях. Извини. Я ведь волнуюсь за тебя, понимаешь? Ведь, если бы ты... не исчез, я бы никогда не узнала про эту сторону тебя. Сколько времени должно же пройти, чтобы ты в один день набрался смелости показать мне эту страну. Если, когда бы то ни было захотел." - с неуверенностью теоретизировала и предполагала женщина, понимая как же странно всё это звучит на бумаге. Как она хотела чтобы он подошёл к раскрытию сего секрета? Отвёл девицу прямиком в столицу Сада Гигантов и позволил здешним сектантам поклоняться им обоим? Худшего плана в жизни не придумать. Ответ сей направленности и самой Марианне показывал, что её поведение становится несколько нестабильным с точки зрения логики, но ту сейчас это мало заботило. Точно не в минуту единственной возможности разгрузить багаж эмоций за день. 

А творение божественное глядело на девицу в ответ, сверкая в космосе, как большая ёлочная игрушка перед лицом младенца. 

"...Джоусам умер сегодня. Прямо, по настоящему умер. Он не дышит. Его пульс остановился и больше не начнется. Это... Страшно. И ведь до этого то он уже имел опыт с отравлением. Вспомни тот раз, когда он впал в кому от той сьеденной медузы. Тебе не понадобилось его тогда вытаскивать, ведь он сам взял да проснулся, жалуясь о неправильно поданном блюде в ресторане. Старикан проклятый. " - хмыкнула себе под нос женщина, растирая правое плечо с настигшей волной воспоминаний. Именно сюда ворчащий бизнесмен впервые вонзил свои клыки, по сюжетному указанию родственника. Тогда девушка, совсем новая во всём игровом деле, была поражена появлением столь грозно выглядящей акулы. Их взаимоотношения, ввиду завышенного эго мужика и её отличающихся представлений о справедливости сделались только натянутее со временем, а подписание того контракта, вовсе поставило точку во всяком шансе на появление новой связи. Они деловые партнёры. Ну, были ими, еще совсем недавно. Если бы престарелый идиот помер год тому назад, то возможно, дамочка быстро оклемалась, сосредоточившись на выполнении задачи, нежели занимаясь бесполезным трауром. Всё что вокруг неё не реально... но вот её эмоции наоборот. Были очень даже реальными. "Думаю, займусь его погребением завтра. Ничего слишком серьёзного. Просто вырою маленькую ямку, чтобы спрятать тело. Здешний народ отправляет почивших в круг жизни, или как там Террон назвал тот процесс, так что, не хочу чтобы он становился частью этого мира... Я была бы рада, если ты воскресил его, после твоего возвращения. Без него, становится как то слишком тихо." 

Луна висела далеко далеко не мигаючи глядя вниз, став бесполезным помощником по приготовлению к похоронам.  

"Как он мог умереть... Это ведь бред сивый кобылы. Здесь даже не дело в том, что у того мудака был какой то супер навороченный яд, или что удары его истомили. Нет. Проблема совершенно другая. В том что ты сделал его с какого то перепуга смертным!" - указала девушка наверх, пальцем практически тыча в центр удалённого космического тела. Хотя она и повысила голос, речь, испускаемая ею, скорее предназначалась для молебного вопрошания об ответах, а не форма словесного наказания. "Джоусам , лампа, та присоска, чертова бита, уцелевшая только благодаря удаче. Их всех обьядиняет одно. Они мои инструменты. И уж не тебе ли знать, какими черт подери невозможно божественными ты их сделал. Твою то налево, они могли выдержать удары оружием весящим тонну, душ из кислоты, холода, морозы, отсутствия нормальной уборки. Это ведь были элементы обычной пародии на видеоигру, которую ты придумал. Зачем было её усложнять и... Делать более реалистичной, не предупредив об этом меня?" 

Провинившейся заключённый оставался немым, скорее всего оставаясь в неведении о обрушившемся на него бранном слове. 

"Так еще и этот хрен с горы... Пётр. Что за имя такое, Пётр? Он что, царь государь всея жуков? Барон фон дуфуc? Его величество король страны нудистов и сигаретного дыма? У меня аж кровь кипит от мысли об этом.. Подонке, извини за выражения. Типа, я всё могу понять. Любой твой прокол до этого хотя бы немного, но можно обьяснить. Повысить трудность путешествий, добавить больше элементов драмы на будущие истории, или начало твоего подросткового бунтарства. Какие то причины могу придумать, хотя тебе нужно будет мне потом ответить за это всё. Но ты уж меня прости дуру, ради чего было создавать его таким сильным?! Это был один из тех финальных боссов, что ты решил выкинуть на заднюю сторону листа, потому что был слишком мери сью, и по итогу он решил отомстить тебе, захватив тебя и забрав все силы? Это единственное что мне удалось придумать, ведь  другому я не могу обьяснить самой себе что проиграла ему с позором. Так еще и потеряла всё что я когда либо достигла из-за какого то расфуфыренного попугая с рапирой. Аргх!" 

Луна отреагировала на злой удар кончиком биты, вытащенной только недавно, об крышу дилижанса с тем же эмоциональным рвением, что и секунду назад. Нулевым. 

"Фуааах... Посмотри на меня. Устраиваю целый тантрум, как ребёнок, из-за своих же ошибок, пока тебя наверное там пытают. Тоже мне, старшая сестра. Ага, конечно. Прямо таки замечательная. Отвернулась на секунду, и тебя тут же схватила какая то старуха в чёрном." - выдохнула девица, отпустив биту. От силы прямого удара, оружия стояло прямо, уподобляясь мечу, воткнутому в камень. С того места где сидела Марианна, спутник нарисованной планеты становился подходящим элементом, идеально входящий в ложбинку рукоятки деревянной дубинки. "Я не знаю, зачем эта... Кто-то, всё это делает. Твоё похищение, посыл Кукол, использования Пётра для совершения военных преступлений. Но я остановлю всё это. Обещаю. скоро всё это закончится. А когда мы вернём тебя обратно в Спокойное пространство... То я не отпущу тебя никуда из моего поля зрения. Это уж точно." 

Бездумный камень в вышине лишённый дара речи, оставил девицу без должного ответа, постепенно круша её надежды о счастливом, магическом воссоединении. Оно склонялось всё дальше и дальше к горизонту, уже начав тускнеть, предвещая скорое расставание.  

"Извини за мой приступ и крики. Правда, мне до боли жаль что я так на тебе сорвалась. Блять, что я творю. Скидываю все свои ошибки на плечи обычного ребёнка. Отличная работа, Марианна. В л-любом случае... Дождись меня, Муни. Если они прикажут тебе как либо поступать, чтобы поскорее связаться со мной или же отпустить тебя, то делай всё что они скажут. Я всё равно не дам им уйти безнаказанными. У тебя есть моё слово. Ты только продержись еще хотя бы пару ночей. Осталось от силы несколько листочков в твоём блокноте и мы п-пойдём куда ты только  захочешь! Мороженное на горе снежных шаров, или Апельсиновый оазис, неважно. Сделаю всё что ты пожелаешь, милый.  Только дождись... Я люблю тебя, младший братец." 

С последним словом, луна осветилась лучами выходящего из за краёв солнца, отравляющего воздух и обрывающего их желанную связь окончательно. Еще одна ночь насмарку, проведённая далеко не за тем, к чему она готовилась. Вытянув из материала биту, подняв корзинку во вторую руку, крещённая горем женщина подошла к краю крыши, глядя далеко вперед. К тому месту, где наконец то найдутся первые зацепки. Долгожданная иголка среди стога сена. 

"Ваше величество." - прозвучал далеко снизу знакомый, искажённый голос странствующего торговца. "Добро пожаловать в Проэлархи. Столицу самого мироздания." 

Chapter Text

Утреннее солнце всходило издалека, поливая высокие, по крайней мере высотой до целых пятидесяти футов высотой, стены древнего происхождения, давая всякому узреть в полной степени уровень их старинности. На удивление молодой барышни, сей раз спрятавшейся под навесом главного сидения сего животного, воздвигающиеся ввысь громады состояли из обычного кирпича, а структура не представляла собой ничего экстремально сверхестевственного. Она такие стены видела в детских книжках, энциклопедиях для дошкольников, где в цветастых деталях описывались разнообразные сооружения минувших времён. Подвесной мост, опускающий его механизм, железные ворота, стражники в диковинной, обкрашенной в тёмно зеленый цвет, броне, с оружием на готове. Прямо один в один, за исключением расцветки.

Пока сам торговец улаживал пропуск внутрь перед здешней охраной, обсуждая что-то в далеке, дамочка сохраняла спокойный образ, уверенно и серьёзно смотря вперёд на идеального состояния двери. Широченные, гигантские и имеющие при себе занимательные гравюры, заклеймившая каждая из которых по одному куску структуры. Нижний рассказывал историю появлении некой важной персоны, принёсшей за собой мир и процветание убогим беднякам. Как же может быть еще, когда большую часть гравюры занимала собой фигура красивой женщины, с волосами собранными в пучок, протягивая светящиеся жизнью руки целой армии обезображенных бедностью крестьян. Вторая, та что по середине, вела к продолжению сей истории. Женщина теперь стояла прямиком по середине исторического повестования любяще наблюдая за радостными жителями сей страны, пожинающие плоды освоенного сельского хозяйства, пламени, кузнечного дела и превращения из маленьких коммун в обширные города. Третье, финальное сообщение о важнейших переменах в истории, ведало дела недавних событий, если так можно называть то что тянулось скорее всего уже не одно десятилетие в каноне созданного братишкой мира. Он, между прочем, присутствовал. Прямо там, в левом крайнем углу, показывая пальцы на орды, если не целые цивилизации голодных до крови жуков, рвущихся через испещерённые насилиям пейзажи полей, желая пожрать решительно выглядящих рыцарей, готовых обрушить гнев их великого бога прямо на супостатов. Та девушка, важнейшая фигура во всей истории Флорианов, смотрела на развивающиеся сражения с молитвой, подняв высоко руки, явно показывая как сильно обливается её сердце кровью, от вида погибающих людей.

"Миледи? У вас всё хорошо? Нам дали добро пройти внутрь, можем отправляться." - коснулся аккуратно плеча вошедшей в транс молодой барышни парень, вырвав спасительницу из близкого к катотоническому состоянию. Вздрогнув, дама пару раз обменялась взглядами с двумя парами глаз, теми что были не живыми, и теми что смотрели в её сторону из под каменных век.

'Извини. Должно быть о чём то задумалась, не могу вспомнить о чём. Ночь была длинной, ни разу глаза не сомкнула." - придумала причину своевременно Марианна, извиняючи улыбаясь юному торговцу. Пару мгновений, эти двое сохраняли зрительный контакт, практически не мигая, но по итогам, мальчуган стал первым, кто предпринял движения отличающиеся от молчаливых гляделок.

"Прошу меня простить, ваша святость. Я должен был заставить моего верного товарища двигаться быстрее обычных мотаний. Поверьте, как только мы дойдём до моих друзей, они будут только рады предоставить вам самый мягкий горшок... или, в вашем случае, перину во всём королевстве." - кивнул путешественнице алхимик, беря отрезками поводья, хлестая ими легонько. Отданный приказ сразу же всполошил до недавнего момента улёгшегося по земле палочника, сию секундно взведя его на всю высоту. Только на треть ему удалось достигнуть по высоте сей гаргантюанский проход, смиренно встав на месте, ожидая расрытия того, что должно быть весит по меньшей мере несколько тысяч тонн.

'Спасибо, вот мне бы только еще найти способ сном наслаждаться, и было бы совсем замечательно." - выказывала недовольствие в мыслях спортсменка, не показывая ни толички этого на самом деле. Она правда благодарила медика за оказанные его услуги, а такая та и вовсе поставила этого чудного паренька в позицию нескольких ступенек выше по шкале симпатии, но основная проблема заключалась конкретно в общем состоянии студентки. Усталая, только недавно восстановившаяся после настоящей трагедии, переживающая целый личностный кризис, а теперь еще и то мерзкое чувство, занявшее место в глубине желудка длинноволосой бейсболистки.

Дежавю этому имя. Каким то неведомым образом, Марианна знала эту женщину. Эту икону, личность, всевышнее существо, своими силами известная настолько далеко, что даже она испытывала своеобразную форму трепета перед этой персоной. А ведь пианистка буквально не имела ни малейшей доли понимания, кто это такая! Единственное что бывшая школьница знала наверняка, так это то что она уже где то видела её, и даже разговаривала. Лично. Когда такое было, в каком из миров, год или два назад. Неясно. Только сей маленький факт, создававший водоворот без того продырявленном сознании спорстменки. Она лишь пол часа назад поймала мотивацию для продолжения движения вперёд, что за ужас...

"Открыть ворота!!!" - взревел чей то голос далеко внизу , режа в паштет желающие вырости тревоги. Низкий и басистый, он достиг ушей бригады рабочих, далёких от очей всесильной богини. Звуки хлопающих хлыстов, скорее всего просто резко натягивающихся канатов, раздались в одночасье, вызывая скрип у железных плит, в команде с древесными палетами. По приказу рыцарей, проход на территорию медленно, неспеша, через усилия должно быть сотен тяжеловесов, отворялись во внутрь. Маленькие ряды бравых солдат уже стояли поту сторону, если глаз Марианны ей не врал, ожидая прихода самоназванного торговца.

Это первый раз, когда девочка попадает в просторы всамовделешного средневекового города. До сей пары, Муни особо не горел желанием браться за фантастические сценарии чего то классического и известного обычному люду. Ему хотелось фантазировать, придумывать ранее невиданные просторы, воображать их двоих в таких глупых, по хорошему, ролях, что классическое фэнтези становилось скучным. Космические пираты, пиратские войны в чертогах Нептуна, пираты детективы, пираты расхитители гробниц, (братик почему то очень сильно любил пиратов) и пираты в городе пиратов. Путешествия хотя и уходили от обычных, известных многим детям его возраста сюжетов, но имели свой уникальный шарм, так полюбившейся ею. А оказаться в среде так близко напоминающую реальность, безвозвратно сбросило героиню с привыкшихся рельс. Спорстменка подчеркивала очевидный факт должно быть раз тысячу, но по другому у неё не получалось донести до самой себя, как же из ряда вон выходящего окружало её. Теперь то, она собирается увидеть воочию место, в которое братишка втайне от самой сестрицы вложил так много усилий. Это может окончится катострофой. Это может привнести хотя бы маленькую долю успокоения в разволновавшуюся душу женщины. А может и вовсе не сделать ровным счётом ничего. Всё что нужно сделать, чтобы узнать результат, это открыть глаза.

С глубоким вдохом, под акомпонимент глубоких шагов исполинского насекомого, почувствовав кожей упавший тёплый свет, она поступила именно так.

Жизнь. Вот что здесь царило во главе. И не какая то буквальная жизнь, хотя её тут тоже было в значимом достатке, а скорее, метафорическая. Цвета яркие, практически светящиеся, строения диковинные, словно вышедшие из книжки с картинками, нарисованной дошкольником, а здешний народ вовсе отличался тем, как же его много. На дворе только ранее утро, эквивалент шести часам утра в чертогах реального мира, а народец уже собирался в аллеях, улочках, проходах и магазинчиках, живя частью здешнего социума.

Пройдя через главные ворота, мимо стражников на ездовых насекомых, куда меньше экземпляра движущегося вперёд много футовыми шагами, дуэт из лекаря и бойца оказался на большой улицы. Дорога устилалась галькой, похожим чем то на обычный кирпич, проходя далеко далеко по искосо выстроенной линии. Над ними же, чуть ниже стен, защищавших жителей от опасностей внешнего мира, тянулись ряды улиц, многоэтажного построя. Только вот, то были не стандартные хрущёвки, или не дай бог человейники, от одного вида коих девушку тянуло блевать.

Со стороны они казались целым отдельном словом, созданным для обозначения сплошноо бардака. Затянутое травой и мелкими, домашними клопами этажи, быстро сменялись твердым булыжником, с глядящими на неё детишками одуванчиками на балкончиках, хихикающих над ранее невиданной представительницей вида приматов. Хибары стояли друг на дружке, складываясь в покачивающиеся маленькие возвышенности. Целые ряды таверн или же маленьких лавок украшались вывесками как стандартного типа, таблички деревянные на цепочкках, так и изощёренно выдуманные, по типу больших крышек из под газировки, подзывающих народ освежить горло только недавно собранной утренней росой. Сооружения вертелись, кружились, принимались разные формы, меняясь одна за другой по мере прохождения улиц под восхищённые вздохи прохожего рабочего класса.

В один момент Марианна смотрела далеко вниз, на картину милой престарелой парочки, она подметила сей факт по малому количеству листвы на их коровитых головах, открывающих спозоранку маленькую харчевную в перекошенном цилиндре, а через мгновение, когда абсурдно длинные конечности палочники переместили их дальше вперёд, ей открылась сценка парочки разноцветных девиц, в каком то подобии народного одеяния, распевающих местные частушки, и кружающие хороводы прямиком под ногами опасно выглядящего ездового чудовища, заботясь целым ничем, пока их чернобелая или же коричневая кора скрипела при плясе, с видимыми улыбками в лицах.

Контраст между ранее увиденной разрухой и всем тем, что перенасытило её глаза до состояния быстрого мигания всего секунду тому назад, оказался сильнее теоретического максимума. Она думала что увидет от силы парочку заметных изминений, в духе другого дизайнерского стиля зданий, ну или же народ более цивилизованный, но чтобы настолько... У барышни совсем слетела крыша, если быть совсем грубыми в изьяснениях.

"Замечательное ощущение, скажите?" - с мерзко слышимой гордостью, или скорее тоном всезнайки, прошептал Террон, звучно вздохнув, осматривая так любимый им город с своего сидения. Он сидел до боли расслабленно, впервые с их встречи не боясь чего бы то ни было. Здесь ему не грозила встреча с жестокими существами, грабителями или же личностями, имеющими при себе альтернативные благим мотивы. Проэлархи - его дом, и как положено всякому дому, живущий в нём человек всегда мог позабыть обо всех незвгодах. 'Жемчужина Сада Гигантов, так обычно зовут её приезжие. Многие с рождения привыкают к нему как к чему то само собой разумеющемуся, но как торговцу, побывавшему в каждом концу королевства, могу точно заявить одно... Вы нигде не найдете ничего прекраснее этого места. Хотя, думаю вам, как путешественнице между мирами, это чудо света покажется жалкой вспышкой по сравнению-"

"Я еще никогда не видела ничего подобного" - проговорила прямолинейно она, уперев интенсивный взгляд прямиком на статую в конце долгой, главной улицы. Статуя оказалась буквально выращенной из цельного дерева, ибо каким то сумасшедшим образом, растение приняло форму той самой женщины, вырезанной в легендах этого народа. Уверенно выставленной вперёд грудью, оно стояло боком, леваю нога вперёд, правая назад. Подбородок поднят высоко, а аккуратно извитая из веток рука сжимала настоящий клинок, показывая ими на врата, проржавевший, но всё еще имеющий собственное значение тех позабытых поколений. У её ног, под слоями скопившейся подношений, как маленьких так и больших, виднелась блестящая табличка.

"Нашей великой Матери, Провидице Возвращения, Великой и Милостивой. Да будет твоя воля вечна, твои усилия не напрасны, а день явления Прародителя гласным. "

Когда Марианна прерывала речь торговца, то она имела ввиду каждый произнесённый её устами слог. Те большие приключения, бескрайние океаны, грандиозные сражения с эффектами и сюжетами которые отлично бы подошли для какого то фильма Голливуда даже близко не стояли с тем, что девочка узрела за последние несколько часов сновидений. Всё было таким реальным, таким разносторонним и противоестественным, что спроси у неё о том, что конкретно чувствовала студентка при виде очередной уходящей за угол компании жителей столицы, то она бы незамедлительно ответила гордостью. Гордостью за труды младшего братик. До открытия ворот она взаправду переживал, что по ту сторону баррикад её ожидают вещи ещё сильнее ломающие представление оной о драгоценном брате, но теперь же, впитав огромное количество знакомых деталей и приёмов, дама может с под успокоившейся душой заявить, что это место взаправду было сотворено его маленькими, умелыми пальчиками. Она не то чтобы даже видела это в деталях, а скорее... Чувствовала. От всего этого места разило за мили жизнью. Безумной, гиперболизированной, в малой степени наивной по плану эмоций, но настолько сильной, что она создавала целую палитру новых чувств.

Ей точно нужно будет попросить Муни пойти с ней сюда снова. Ей невтерпеж узнать, как же всё это было додумано его умными, любопытными мозгами.

Тем более, когда с каждым последующим шагом покачивающегося жука, здешние пейзажи становились только краше и завиднее. Одна из главных улиц сего капитолия несомненно показывала лучшие из виденных ею красот, показывая больше разнообразных строений, заводя интерес барышни на новых уровень, уподобляясь движению ключя в маленьком моторчике музыкальной шкатулки. Пройдя вокруг легендарной достопримечательности, их верный перевозчик продолжил шагать своим медленным, аккуратным ходом, не забывая время от времени издавать диковинные звуки и наступать мимо идущих граждан сего славного города.

Одновременно с этим, уже давным давно убрав капюшон кареты вместе с мальчиком в шлеме, девушка глядела на еще большие культурные красоты Проэлархи, чуть ли не с глазами блюдцами высматривая новые детали. Должно быть, те начальные километры районов были чем то на подобии обычных, крестьянских территорий. Тех дистриктов, построенных здешними рабочими специально для жителей менее знатного происхождения. Пока тамошние создания тащили к себе что только не попало, используя в качестве домов разнообразнейшие финтифлюшки, обычно используемые её людьми, эти персонажи имели при себе знатный достаток. Иначе, Марианна не могла себе толком обьяснить, как еще обозначить поубавившиеся количество обычных проходимцев, заменившиеся на занятых тяжким трудом продавцов с киосками, магазинчиками куда серьёзного направления и прочими коммерческими заведениями.

"А это, уважаемая, наш главный рынок! К нам сьезжаются жильцы со всех концов света, лишь бы попытать удачу, да провести хотя бы денёк с товарами на плечах. Когда то и сам здесь начинал свои похождения, прежде чем меня приняли на обучение в гильдию. Эх, золотые времена~" - с особенной ноткой заметной настольгии, попутчик выпустил расслабляющий вздох, положив правую часть маски на плечо, всё еще управляя товарищем через поводья. Если судить по тотальному исчислению снующих под лапами палочника фигур в зелёном, а иногда и желтом, Террон действительно говорил сущую правду. Они столпились то тут то там как настоящие своры моли по куску свежей ткани, разве что намереваясь всучить какому то случайному жильцу очередной бесполезный товар. Голоса сотен людей, бегущих от ларька к ларьку, могли с легкостью свести неподготовленного человека с ума. Ведь, вы только представьте себе, если бы вас внезапно атаковали тысячью криками на неизвестном языке? Это разумеется оставило бы сильный след на чьём угодно слухе. Благо, опыт из колледжа, с тамошними вечеринками, сильно закалил обычно нежные барабанные перепонки пианистки.

"Они так постоянно что ли кричат?" - поинтересовалась с интересом леди, слегка повысив голос, чтобы её можно было услышать, через все звуки, исходящие от скоплений незнакомцев.

"Конечно же нет. Здесь, в Проэлархи, мы уважаем комфорт наших братьев и сестёр. Поэтому, после того как солнце уходит за горизонт, только торговцам с разрешениям напрямую от гильдии, разрешено продавать товары. Их остаётся не то чтобы очень много, преимущественно только повара, получающие прибыль от стражников ночных патрулей, и работников мануфактур. Если вся история с Петром пройдёт как можно лучше, возможно я смогу устроить вам ночную экскурсию!"

С кем с кем , но вот на подобного рода похождения, Марианне хотелось сходить разве что с обожаемым братцем, нежели с другим, посторонним мальчуганом. И не из-за какой то сторонней причины, по типу отсутствия нормальной связи между нею с алхимиком, или же некие отрицательные черты юноши, казавшиеся исключительно ей неприемлимыми. Как раз таки наоборот. Паренёк казался серьёзным таким патриотом своей страны, гордясь месту происхождения, а так же готовый в любой момент просвятить случайно идущего странника очередной историей о культурной красоте замечательного капитолия.

Но вот только факт оставался фактом. Муни создал сие место, воссоздал каждый кусочек, каждую пылинку своими тонюсенькими пальчиками, расчерчивая квадратные метры поверхностей, в надежде передать ту красоту, что таилась под слоями лунного камня и магмы. Он то должен будет ей рассказать о том, почему она видит то, что она видит.

И речь сейчас не идёт о каких то поверхностных вещах, касающихся дизайна или цветовой палитр местности. Младший брат много раз показывал ей миры с такой вырвиглазной структурой вещей, что даже нынешний артхаус, новый стиль искусства или приходы от ЛСД покажутся работой дилетанта. Поэтому ей приходилось иногда просить его переделывать, на что хороший братик всегда соглашался, спасибо ему за это.

Нет, с этими характеристиками, юнец как всегда превосходила самого себя многократно, показывая той изгибы и растянутые фигуры зданий с созданиями за гранью её скучной, блеклой фантазии.

Здесь её скорее волновала структура общества. Разделение жителей городов на классы? Появление всамделяшних гильдий, с бюрократической системой, которая высматривается и штрафуется за нарушение законов здешними представителями порядка? И всё сделано по желанию мелкого, волшебного двенадцатилетнего карапузап, который порой мог с трудом понять концепт обычных денег? Порой, Марианна уходила всё дальше к теории существовании всего этого в её голове, нежели магического внезапного мира, перемещающего какую то скучную студентку по ночам. Так по крайней мере, легче обьяснить творящуюся повседневную рутину окружающих красот, смешивающихся в забавный кокйтель с детскими ситуаициями безграничной фантазии.

И всё же, эти теории так же быстро растворялись в мировом молоке существования, когда очередная часть города показывала себя с другой стороны, являя миру, а если быть точнее, очам одной упрямой музыкантши с корзинкой, каковым дурачком порой являлся её младший братец.

Сейчас, аккуратно преодалев горы маленьких бегущих продавцов, и идучно увернувшись от предложенных им кульков лепестков, с мелкими пробниками товаров, бог один знает что там может скрываться, дуэт дошёл до последнего района Проэлархи. Практическ третий круг всей столицы, предназначенный то ли для крайне богатых личностей, или же очень занятых работников важных обязанностей. Жителей по дорогам из камня ходило чуть чуть и немножко, практически каждый в уникальном, выделяющимся от остальных, наряде. Одни обвешены тонной погремушек, другие скрипят ржавыми механизмами, похожими на те подделки сидящего рядом с ней торговца, а другие скорее напоминали греческих чиновников, расхаживающих в балахонах и с свитой под рукой.

А дома... Было трудно в какой то конкретной степени описать их достаточно хорошо, чтобы вы поняли всю волшебность воздвинувшихся вокруг неё стен зданий. Материал менялся быстрее чем эмоции у переживающего подростковый период школьника, формы строений варьировались от стандартных прямоугольников с балконами, до изгибистых башень и натуральных сапогов, используемых местной ассоциацией портье, в качестве главного штаба. И что самое важное, выходящие время от времени жители то и дело добавляли какого то рода штрихи к своим постройкам! Колдуны, с магией близкой к той что презентовал юноша рядом с ней тогда, в разрушенной крепости, обвивали лианами большие, закрытые стеклом оранжереи, украшая тех распускающимися цветами. Целая группка мужичков с молоткамит забивали еще досок в стены их шатающегося особняка на взросшем кактусе. На одной из улочек вовсе стоял 7\11! И люди ходили в нём, покупали продукты в целофановых пакетах так, будто бы и никогда не жили в фантастичном мире средневековья.

И боже ты мой, от этого района прямо таки веяло желаниями, свободами младшего брата. Этой, порой сумасбродной, тяги к артистичной свободе. Рисованию того, что первым придёт в голову, без лишней мысли о том, что же конкретно появляется там, в чертогах уникального разума. И при этом, сохраняя абсурдную красоту сего диковинного порядка, используя уже заранее ставшие оным высокое качество рисунка. Совмещения чего то серьёзного, как всам деляшная сторона столицы целого государства, представленная в качестве целой беспорядочной мешанины артистических способностей, вместе с его талантом к абсурдным ситуациям и фонам - давала Марианне отличную возможность вспомнить то, как же ей повезло в наличии столь умелого человека, в её порой скучной жизни. Плюс причина для удвоенных усилий в поисках, как же без этого.

Только заговорили о дьяволе, как он тут как тут. Не успела пианистка толком прыгнуть в пучину меланхоличных раздумий, а причина для заметного поднятия настроения появилась сама собой, прямо в паралелльном зрение девушки. Еще чуть чуть, и скорее всего, её шея бы треснула от такого резкого поворота в сторону. Это должно было быть одним из уникальнейших работ Муни. Особенно в своей простоте. Прямо там, посреди массивного пустыря, усеянного мелкими растущими сорняками, колодцами с водой и ручейками, покоилась старая, ржавая, печатающая машинка. Клавиши механизма давным давно перестали казаться рабочими, покрывшись тридцатым слоем темно оранжевого налёта, и ныне переоборудованными под маленькие навестные домишки, из которых то и дело выходили флорианы в балахонах, раздавая малюсенькие, расписанные листочки. Творилась суета, бардак и сумматоха, ну прямо таки настоящий показатель активно работающего бюрократического аппарата. А огромный желтый лист, непоколебимо стояющий под ветрами крыш, ярко и чётко обозначал то, какое же назначение имелось у здания.

"Торговая Гильдия г. Проэлархи"

Вот оно. Место с информацией. Именно здесь они наконец то смогут найти тех, кто расскажут им хоть что-то о местонахождение злосчастного подонка, породившего столько страданий бедным людям всего государства. И важнейшие - работающего на похитителей лучшего друга. Скоро всё закончится. Они снова будут вместе, и теперь ничего их не разлучит. Мысль о таком желанном наслаждении, как окончательная безопастность братца от всех и всяких угроз, позывала приказы телу сестрицы, покрывая перламутровую кожу героинии гусиными бугорками, предзнаменуя скорую радость от выданных рассказов. Люди в тех стенах могут хотя бы чуточку намекнуть, указать разве что гипотетическую точку на карте, но девице этого будет с головой достаточно, чтобы в кои то веки улыбнуться по искреннему.

Осталось только дождаться , пока жук в кои то веки опустится...

Только вот, он по какой то загадочной причине, продолжал идти вперёд.

Всё дальше.

И дальше.

И дальше....

"Террон. Мы разве уже не проехали гильдию?" - сию минутно поинтересовалась Марианна, поворачиваясь обратно к спокойно управляющему повозкой созданию, явно показывая сидящему понятливый лик чистого волнения. Торговец, в свою очередь, сидел как ни в чём не бывало, время от времени вздыхая и глядя по сторонам, а порой махая идущим мимо знакомым. Как будто бы они не пошли мимо одной из важнейших точек всего королевства! Скорее всего, на тон девицы влияло накапливающаяся в геометрической прогрессии паника, намеревающая словить контроль над разумом бейстболистки в ту же секунду, как она решит ослабить хватку, но тем не менее, причины для конкретного переживния, у той появились однозначно. "Террон, ответь мне сейчас же."

"Ч-что вы имеете ввиду? Нам еще десять минут ехать. Расслабтесь, уверен, они с радостью нам всё расскажут!" - с загадочной улыбкой в голосе заговорил человек растение, чем сильно застал девицу врасплох.

"Эти 'Они', не смогут ничего нам рассказать, если мы не вернемся обратно к гильдии. Слушай, я понимаю, ты вернулся обратно в родной город, хочется чуточку расслабится. Но у меня нету на это времени! Поэтому пожалуйста, поверни это чудовище уже, в конце то концов-" - намеренно давила голосом мадам, делая заметный упор в отдельных словах. Общая теория его нынешнегшо поведения казалось ей логичной, и в какой то степении знакомой, ввиду тех чусвст нетерпения, испытываемых после рассказа Хиро о былых деньках в Фаравее, однако так сильно уходить к поискам старых мест, вместо концентрации на сделке, ей казалось сущим разгильдяйством. Еще чуть чуть, и обвивающие ветви переживания за брата перехватят руль управления над головой девицы, став причиной пары сказанных грубфых слов...

Но благо, конфуз, обозначенный конкретными словами парня, спас студентку от стыда.

"Причём тут гильдия, ваше высочество?" - слегка наклонил в сторону голову он, после чего свободной рукой, кинул какой то кулёк проходящей у них под ногами семье. Глава рода поклонился махающему торговцу, жена кивнула, а дети радостно захлопали в ладоши, покрикивая слова незнакомого диалекта. "Я ведь ничего не говорил об этом."

"Ты сказал что знаешь людей, которые обязаны тебе чем то. Что они могут знать о местонахождении того железного идиота. Ты ведь торговец, и эта гильдия кажется больно важной в этих местах. Где же еще если не там?" - Рука мари сильнее сжала оборот вязанной корзинки, ощущая хрустящий материала под подушечками кожи. Чем сильнее она давила на скорейшее возвращение к скрывшемуся за стенами остальных домов зданию, тем сильнее страх о потенциальном провале, обмане, или вовсе предательстве, бурлили внутри её вен, циркулируя по всей перепутанной системе. Подозрения, часы назад явяляющиеся стандартным процессом безопастности, вернулись с глубин, напоминая о том, что каким бы волшебным мог быть этот мир, каким то катастрофическим образом, в нём найдутся пути для человеческого проклятия.

"Охохохо. Я приношу свои извинения. Скорее всего, мне стоило немного уточнить." - почесал смущённо затылок он, скребя острыми пальцами по коженому капюшону странного шлема. По какой то причине, их зверь начала постепенно останавливаться, становясь медленнее с каждым последующим шагом. Тряск побрекушек и инструментов в помещения позади них становился меньше, знаменуя остановку живого транспорта. И даже с этой логичной причиной для поворота головы, лицо дамы осталось замороженном в одной позиции, слишком требовательное к его словам. Требующая без слов, эмоций или же движений, уравновешанного ответа. "В гильдии по большей части работают только казначеи и начинающие листовщики. Да, там у меня тоже есть парочка хороших друзей, по настоящему замечательных работников, но... Они не смогут нам ничем помочь."

"Тогда куда ты меня везёжь?' - почти что шептала девица, заранее готовясь к худшему. Террон не видел этого, слишком наивно улыбающийся под стеклянным куполом шлема, но дама уже давным давно засунула свободную руку внутрь черного пространства своего переносного сердца. Тонкими, нежными пальцами, она ухватилась за рукояткиу биты, палицы что легко сможет противостоять любой угрозе. Доверие медленно улетучивалась с молчаливыми секундами этого короткого диалога, и видит Господь, у неё навряд ли хватит терпения для чего то такого.

Каким же оказался ответ?

Стал ли паренёк звать стражу со всего города, чтобы кинуть черновласку за решётку, на растерзание жукам? Стали ли явью те ужастные, страшные, пугающие теории Марианны на счёт того единственного человека, спасший её жизнь в критический момент.

Всё же, ей стоило больше верить кому то столь невинному, как этот яркий подсолнух.

"К нашей великой Королеве, разумеется." - сказал Террон, похлопав макушку хитина палочника сапогом, сразу же приказав ему опускаться. Сию же секундо, ощутив легкие постукивания через твердые поверхности жизненно необходимый брони, гигант, когда то давным давно представший перед своим хозяином мелкой личинкой, принялся аккуратно спускать повозку вниз, сгибая кончики своих конечностей, используя связки по назначению. Произошло это медленно, постепенно. С таким бережным учётом к смещению частей тела, что можно было сразу понять, как же хорошо его натренировал владелец.

Благодаря продолжительности процесса схода с скакуна, у Марианны появиалась отличная возможность в конце концов понять, о какой такой королеве шла речь. Хотя и не с первой. Всё таки, прямо перед ними ведь не стояло никакого замка, особенного поместья или же трудно устроенного здания, всем видом показывающего важность централной точки целой столицы мироздания. С такими то широко выстроенными высокими стенами, разукрашенными мемориалами, оранжереями и с общей структурой, всякий бы предположил нахождение чего то грандиозного в середине важнейшего из существующих городов.

И какого же было удивление путешественницы, когда вместо широкой кирпичной дорожки, высоченных ворот, острых шпилей башен и настоящего замка, студентка увидела перед собой картину чего то куда более заметного, нежели грандиозное сооружение, занявшие десятки, если не сотни зим.

Тут, в финальной области Проэлархи, окружённого ровом из воды, где то парой десятков тяжело вооружённых стражников, с одним единственным помостом, лежал маленький кусочек земли. Примерно футов двадцать в радиусе. Простой такой островок, с травинками цвета зелёнейшего из листов. По середине живой территории, стоял дорого украшенный стол. Вырезанный прямиком из чего то, отдалённо напоминающие скорее металл, нежели древесину. Хотя и цвет смолянного дуба мог легко переубедить наблюдающего. Вокруг мебели, стояло примерно восемь стульев, с одним во главе. Тот что руководил остальными. оказался слегка приукрашенным мелкими цветами, обвевающими ножки с ручками удивительного куска работы истинного столяра. Позади же общей коллекции покинутых мастерских заказов, возвышалось не дурных размеров дерево. Клён. Величественный. Красивый. С половиной листьев цвета унывающей осени.

Здесь точно было что-то не так. И если не в смысле теоретической ловушки, то хотя бы, в области самого устройства выделенного, обезопасенного клочка живой природы.

Бренча флаконами, тщательно поправляя одежду и один раз забежав непосредственно в домик на спине жука, Террон убедился что выглядит более чем прилично, с гордо вытянутой спиной зашагав к маленькому мостику. Всё еще находясь в состоянии скептицизма, дамочка приподняла бровь, не до конца уверенная в реалистичности происходящего. Но некое подсознательное чувство, назовите это чуйкой, кому какое дело, подсказывало ей расслабить плечи, пока на то есть возможность. Вокруг целая толпа дворян, идущих по своим делам. Этот странный островок никого толком не удивляет, так что, скорее всего, они все ужа давным давно привыкли к чему то обыденному. А эти стражники? Они буквально кланятся перед мальчиком, словно он персона нон грата!

Навряд ли всё настолько плохо, как говорит её паникующие сознание.

Находясь в промежуточном состоянии между волнением и желанием показаться лучше, чем то чем она являлась на данный момент, пианистка взволнованно отпустила рукоятку биты в корзину, сразу же проведя рукой по спутавшемся волосам, скомканному платью, грязным от нескольких часов в грязи рукам и общей поверхности всего тела. Да, она наверняка выглядела далеко от кого то, кого можно бы назвать 'достойной леди'. А ведь это, если правда тем окажется, её первая встреча с полноценной королевой! Чиновники, президенты, диктаторы и генералы не в счёт. Нужно обязательно предоставить лучшие мнение о себе.

Сделав серию тяжелых вдохов и выдохов, Марианна, вибрируя легонько от эмоций заходящих за гранью обычных мыслей, зашагала прямиком за Терроном. К моменту когда она была готова перейти с кирпича на брусок, мальчик торговец уже прошёл половину пути, повернувшись к ней.

Тут, два копья преградили ей пути. Хотя, то скорее были обычные булавки, с заострёнными, ребристыми концами, используемые никеми иными, как двумя высоким солдатами, в броне из металлических листьев. По росту они сходились с нею, и казались ровно такими же гигантами, как и сама бейсболистка. Под забралами, виденелись только прямолинейные, твердые, в какой то степени бездушные. Натренированные проффесиональные защитники королевского рода, готовые положить жизнь ради спокойствия царского рода. И похоже, они были готовы пойти наперекор даже самой спасительнице бога, дабы позаботится о носящей корону персоне.

"Вход разрешён только членам совета. Развернитесь и уходите" - низким баритоном пробасили два тяжеловеса, смеряя её маленькими, белыми точками заместо глаз. Эти сияющие огоньки разрывали темноту, возникшую под шлемом, давая дамочке понять серьёзность обусловленного предупреждения. И у неё по сути не было какого то конкретного способа их переубедить. Что она может сделать? Поднять ближайший дом одной рукой и бросить в них? Забить до смерти? Марианна не варавар, между прочим, а порядочная девушка, и какие бы жестокие поступки она не совершала во имя спасения важнейшего родственника, как та резня на дороге к примеру, с обычными, ни в чём неповинными жителями ей сражаться было не зачем. Может Террон сможет уладить ситуацию?

Как оказалось, этим он и собирался заняться, еще до вымолвленных слов, зашагав к девице с уверенно заложенными руками позади. Чтож, похоже у него впрямь имелось что сказать.

"Дайте ей пройти пожалуйста. Она со мной. Она одна несёт за собой информацию, которую немедленно нужно передать участникам собрания." - в загадочной манере прямолинейно высказался паренёк, чуть ли не приказным тоном. Слова, вышедшие из трубов парнишки, хотя и были сказаны коротышкой на почти что две головы ниже их двоих, однако всё равно возымели свои соответствующие последствия. Амбалы с десятилетиями военного опыта переглянулись коротко между друг другом, не полностью уверенные в правильности данного движения. Но после повторного взора на молчаливо стоящего лекаря, а затем на пожимающую плечами героиню, они кивнули, без слов вернувшись в предыдущие позиции, ударив концами копей об кирпич.

"Спасибо большое." - Поблагодарила девушка своим обычно сахарным гласом двух хороших работников, коротко поклонившись и похлопав одного по плечу. Проходя вперёд, ступая на деревянные дощечки, она оглянулась назад, заметив ожидаемую, хотя и милую реакцию. Один из стражников, тот самый по чьим доспехам она мягко провела рукой, чуть ли не распух от прилива гордыни, бесстыдно выпятив грудь, практически показывая превосходство над своим боевым саратником. В качестве ответа, второй угрюмо что-то пробурчал, прежде чем ударить кулаком в плечо аккуратно гогочущего хвастливого персонажа, только сильнее заставив его смеяться. Боже, миры могут меняться, а некоторые вещи всегда остаются одними и теми же. По крайней мере, теперь она точно уверена что половина её чарма хотя бы чуточку осталась.

"Ваше милость, идёмте. Совет будет раз услышать вашу историю. Нам не стоит об этом медлить." - на этот раз куда спокойнее изьяснил себя Террон, стягивающий с своего слегка мешковатого тела слои за слоями обмундирования, всё еще оставляя основную часть, в виде дуплета, маски, лёгкого плаща и характерно кликающих после каждого щелчка рук. После того как скопища склянок, ножей, флаконов и финтифлюшек собрались у него на руках, девица поняла, насколько же жилистым получался ступающий впереди парень. Конечно, большинство жителей этой страны еле доходили ей до плечей, а некоторые и вовсе смотрели ей в солнечное сплетение, однако сама фигура паренька немного настораживала женщину. Если сейчас, с пухловатыми одеяниями времен царских начал реального мира, он казался деревянным человечком, сделанным из пары переплетённых палочек, то какая же структура находится под этой странной одеждой?

Тем не менее, странные вопросы у неё еще получится задать самой себе в свободное время. Сейчас, есть дела куда важнее, чем забивание головы бесполезными волнениями. Пройдя до самого конца моста, странный торговец остановился прямо перед входом на территорию островка, встав как статуя. Девица чуть не споткнулась об него, но вовремя затормозила. Уставившись через плечо, она заметила как Террон нервно попровляет пояс, оборки, ремешки и общий внешний вид одной рукой, готовясь к важной встрече персон крайне высокого социального статуса. И вот, в момент когда казалось бы можно начинать, он повернулся к ней, коротко поклонившись с кистью на груди.

"Прошу извинить меня, госпожа, но прошу, подождите здесь хотя бы пару минут. Мне очень жаль о таком вас просить, но если члены совета увидят вас с первых же секунд заседания, могут возникнуть некоторые... Осложнения." - нервно обговорился странник, дергая край жилета от смущения.

"Звучит логично. Увидь участники парламента настоящего живого инопланетянина, то пули бы летали только так." - подумала мимолётом Марианна, но всё равно извиняюче улыбнулась пареньку. "Не переживай, я пробуду здесь столько, сколько потребуется."

"Искренне благодарю вас, ваше превосходительство. Как только всё будет чисто, я вас позову." - еще раз осыпал громкими почестями путешественницу молодой человек, только чтобы в следующий момент шагнуть через край между травой и деревом...

Моментально исчезнув без малейшего следа.

Chapter Text

Ни звука.

Ни движения.

Ни малейшего признака перемещения по волосатой траве.

Алхимик испарился, оставив девушку на едине с собственными мыслями, заинтересованно поглядывающими на неё стражниками, и мимо идущими чиновниками, отрывающимися от переговоров с своими работниками, чтобы показать коротким движением в её сторону.

Ок, это становится страннее, чем она предпологала. Не часть про внезапное исчезновение, Муни часто шутил над ней таким образом, а скорее внезапный интерес окружающих к её белоснежной персоне.

"Да ладно, они как будто бы никогда человека не видовали." - подумала старшая сестрица, ставя корзинку на деревяшки и опираясь обеими локтями на ближайшую к ней часть моста. "Хотя, ок, это скорее всего и причина их любопытства. Может мне стоит пройтись, отвлечься немного, прежде чем ступать внутрь?

Кого она обманывает. Скорее всего не пройдёт и пяти минут, прежде чем её вызовут.

Своими похождениями Марианна только ухудшит себе ситуацию. Она так долго искала ответы, и вот они, буквально в паре шагов от неё! Ну разве так трудно подождать пару минут из вежливости?

Да.

Очень трудно.

Пиздец блять как нахуй трудно.

Это оказалось настолько трудно, что пианистка буквально вдавливала ногти себе в ладони, закусывая внутреннюю часть щеки одновременно. Нервы горели, волнение нарастало, а те вопросы, которые она отложила на потом, медленно но верно бурили норы в серой материи её головы, посылая далёкие от приятных мыслей в основной командный штаб.

"Да что же вас там так заняло? Цены обсуждаете? Новые налоги? Террон, черт тебя дери, тут стоит наверное ценнейшие письмо, размером с человека, чего же вы так время тянете?" - бормотала под нос недовольная результатами своего ожидания музыкантша, подтоптывая ногой. Ситуация постепенно накалялась, и как некстати, внимание она привлекала всё больше и больше. Жители сего славного города, который постепенно начинал активно бесить даму таким абсурдно огромным количеством народа, постепенно скапливались в довольно таки массивные скопища. На неё даже ходили смотреть тупо выглядящие дети ростки, с этими большии глазами и раздражающе неряшливым видом. Желание ворваться на островок становилось всё сильнее да сильнее.

"Держи себя в руках, Марианна. Это были какие то тридцать минут, ты терпела и больше. Вспомни период ожидания терапии у доктора, когда ты только переехала в колледж. Аж два часа подряд в коляске сидела. Без книги и без ничего. Но каким то образом выдержала. В конце то концов, мне напоминать, что матушка говорила? 'Хорошая леди всегда умеет держать себя в руках, несмотря ни на что.' " - поднимала их архива жизненно необходимых знаний она. И ведь было трудно поспорить с таким аргументом. Этот урок от родительской фигуры правда помог ей не один десяток раз.

Правда, Мать так же говорила: 'Хорошая леди никогда не позволит людям вытирать об неё ноги." Частая фраза, выговариваемая шепотом той кудряво волосой женщиной, после особенно трудных рабочих дней, в моменты стакана ударяющегося об стол.

Наверное, упоминание предпочитаний родительской фигуры в обьеме выпитого спиртного было не самой лучшей идеей, но тем не менее, две демитрально противоположные позиции на данный момент уж больно сильно затрудняли ей способность к здоровому мышлению. Эти хаотичные волны энергии ударялись друг об друга, бились, сражались, переливались, но никогда не смешивались, создавая настоящую анархию под перламутровой кожей путешественницы, доводя ту до состояния буквального кипения.

У каждого человека имеются свои разумные границы дозволенного, будь то в контексте отношения к себе, или же разнообразно совершенных моральных барьеров. Здесь же, дамочки хватило не более чем на тридцать три минуты чистого, неразбавленного, концентрированно молчаливого терпения, прежде чем топнув легонько ногой, шагнуть вперёд с решительной миной. Без малейшего признака стыда за то, что она решилась сделать, девица, разминая переносицу от того стресса, который ей пришлось разбирать в течении половины часу, она стукнула каблуком по чему то твердому, отличающемуся от казавшейся мягкой травы. Но заместо комментирования разочарования, та выражала недовольство иными вещами, смотря прямиком в подушечки пальцев.

"Так, послушайте, я не хочу казаться грубой, но вы тут сидите и языками мотаете так долго, что я скорее всего успела бы сама найти этого проклятого шпажника. Будьте так любезны, просто назовите место и я свалю на все четыре-"

Марианна не смогла закончить предложение.

Не потому что ей сразу стало стыдно за нарушений правил, или же потому что та поняла, как же своеобразна она звучала.

Нет.

Причина молчания - истинное потрясение увиденным.

Она, стражи, Террон, четыре члена совета, находились не на каком то маленьком, плюгавом островке, посреди богом забытого города.

А у подножья того, что должно быть являлось величайшим древом, когда либо выращенным за всю историю человечества.

Ствол этого дерева шёл далеко, дальше самих небес, распуская крону на расстояние, казавшиеся дюжинами оранжевых километров листвы. Мало того что крона сего могущественного создания могла скорее всего послужить материалом для домов маленькой страны, так по нему еще и кто-то жил! Да, вы правильно прочли. По нему. Множество разных строений, маленький каменных сооружений, с идущим от них зелёным дымом, появлялиьсь то тут то там, изминяясь в структуре и архитектуре. Где то камень. Где то разукрашенный, вытёсанный мрамор. В пару мест и вовсе вырванны в древе, украшенные разве что парой оттёсанных мест. Но вот факт наличия сторонней жизни, здесь отрицать было глупо.

Особенно, когда Марианна стояла непосредственно на труде долгих лет усилий плиточников, ступая грязными ногами по кристально чистому полу. Хрусталь, зависший в воздухе, парил платформой над кореньями дуба, в высоте целого небоскрёба, сверкая и меняя узоры после каждого малейшего ступления дамы. Помимо стола, стульев и всей доступной территории, с которой можно было легко упасть, от противопложного конца платформы, к могучему древу тянулась процессия из зависшх ступеней, остонавливающиъхся непосредственно у закрытого шелковой вуалью троном. Сидение было пустым, хотя и казалось кем то занятым. Но она точно могло чувствовать отсутствие жизненной энергии с важнейшей точки во всём здании. Кристалы прозрачного минерала пели звучно, идя большим каменистым кругом, сопровождая удивлённую путешественницу шаг за шагом, пока её глаза глядели прямиком на единственных присутствующих в зале персон.

Конечно же, за столом, который к любопытству женщины остался ровно таким, каким являлся в Проэлархи, сидел Террон. Шокированный, держащийся одной когтистой рукой за кресло, уже начавший подниматся и хаотично идти в её сторону.

"В-ваша милость, прошу, я уже почти подошёл к теме разговорра, подождите еще пару минут, умоляю-" - шёпотом просил девушку загадочный торговец, глядя вокруг так, будто бы в любой момент их могут скинуть с платформы за один факт сего разговора. Чтож, по крайней мере хотя бы одно знакомое лицо. Уже какой то плюс.

Что же до остальных?

Все как на подбор.

Бабуля, примерно в своих вянущих годах, с болотно желтой кожей, сидела на самом дальнем стуле, кашляя себе в руку. Её одеяния представляли собой белый мешковатый балахон, красными полосами на плечах, от кончиков пальцев к торсу. Тюрбан, закрывавший её трескавшуюся гниющую голову, так же был красным, и судя по всему, получился таковым благодаря потраченному количеству высохших кленовых листов. Лицо бабули, морщилось в конфузе, скрепя умирающими плетениями растения, а слепые глаза, потускневшие орехи, смотрели беспорядочно по сторонам, отчаянно стараясь понять причину появление странного голоса.

"Что тут происходит? Кто посмел нарушить ход Совета Пяти? Агрхуах-хуах-хуах" - выкашливала комья чего то коричневого и зловонного эта престарелая женщина, в шоке вытирая с трескающихся губ остатки загадочной жидкости. Она говорила задержанно и самодовольно, что уж больно очень не подходило её нынешней натуре.

"Похоже у нас появились гости, Мадам Олеандер." - говорил мужчина среддних лет, сидя по правую руку от бабули. Человека он напоминал куда меньше, чем дама говорящая пару секунд назад. Ежели бедную особу можно было хотя бы чуточку определить как нормального представителя её вида, разве что очень болеющего, то вот это создание, уже напоминало собой нечто переходящие грань между гуманоидом и растением. "Если бы только стражем платили больше..."

Персонаж оказывался крайне высоким. Примерно её роста, ежели не больше. Из одежды, какие то странные тряпки и балдаханы. украшающие его по больше степени нагое, деревянное тело, сделанное из переплетённых ветвей берёзы. Лицо полнилось пышной гривой неухоженых веточек, вьющихся в длинну пародию бороды у него на голове и подбородком. что конкретно отличало его от стнандартного челвоека, так это комплект из четырех длинных ног, коими он обступал сзади харкающую кровь старушку, обвиняюще смотря в сторону вошедшей незнакомки. Руки, которыми он поправлял головной убор скорее всего много значащей ему персоны, тряслись с парой дорогих колец, контрастируя на фоне с отсутствующей обувью, грязным внешним видом и практически не существующей одеждой.

"Глав казначей, будьте любезны, сопроводите нашего Гранд Целителя обратно в её покои. У ней снова начался жар. Не знаю, ванную ей дайте, сделайте что нибудь уже с ней, бога ради!" - рявкнул еще один заседающий рядом участник собрания. Грохот, слышимый в произношение того, кто еще чуть чуть и сломает под самим собой стул, оказался куда легче разлечимым, чем казалось на первый взгляд. "Честное слово, понабирают идиотов в охрану, ничему их не научат в оруженосцах, вот и пропускают кого попало. Тоже мне, великое государство."

То был раздутый пузырь, заместо разумной персоны, преодалевшей не одни десятки испытании на пути к становлению членом совета. Его морда бухла и тряслась от каждого движения, явно показывая всю степень этого опасного ожирения. Хотя, будет правильнее сказать, заражения. Навряд ли у ходячего дерева могут быть жиры или же складки. Мясной структуры ведь нет. Кожа не дышит, вены не проводят кислород по крови, запуская процессы наполнения организма веществами. Однако, дворянин всё равно выглядел весьма упитано, чему способствовали грибковые наросты, преимущественно растущие у него по животу, лицу и на предплечьях. Споры разлетались после каждого его запыхания, а гневные взгляды того, кто по идеи обязан обладать достойным уровнем терпения, усложняли задачу по сохранению пространства вокруг него чистым. Ведь после взгляда, всегда следовали резкие повороты головой, превращающие, казавшимися чистыми одеяния шелков и наплаток, в грязную дрянь отходов.

"Никто не покинет зал, пока мы не получим ответов от этого... Существа." - появился пятый, финальный голос сидящего жителя высшего класса страны. Вместе с этим, одновременно раздались сразу два звука. Удар по столу тяжелым, обмотанным в железо кулаком, и скрип сиденья, с стуком падающий на толстый хрусталь. Серия быстрых шагов дошла до нежных, идеально слышащих ушей девицы, и прежде чем та успела вовремя повернуться к загадочно говрящему персонажу, он уже смотрел ей прямо в лицо, прожигая ту насквозь презрением.

Сей рыцарь, судя по всему очень гордился своим высоким чином. Медали усеивали его побитые, в паре мест ржавые доспехи, так же найдя убежище на деревянных усах, закручивающихся отвратительно абсурдной спиралью. Лысая головешка скорее всего сияла бы светом тысячи солнц, если бы листва великого древа не закрывала проход бушующему летнему солнцу. Элементы брони скрипели движением за движением, а эта морщинистая морда отказывалась двигаться хотя бы на пару дюймов назад, рявкая приказы, будто бы она его мелкий подчинённый. А если речь шла о его тело сложении, то одним словом, которым стоило бы описать сего джентельмена - это стена. Прямой, деревянный, и даже судя по всему обтёсанный, в отличии от своих привязанных к реальности товарищей.

Пять участников Совета.

Пять падших героев королевства, лишившихся своего былого света вдохновения и стремления.

"Эта и есть та, о коем вы упоминали, Гранд Клерик?" - хмуро обращался к щелкающими механизмами по шлему Террону, повернувшись на пару секунд от поднявшей брови девушки. Ей только что влили целую тонну информации в голову, а они даже не сказали свои имена, оставив ту висеть в пространстве не знания. Грубо.

"Да, Сир Хронктур. Пожалуйста, дайте мне закончить мой доклад прежде чем-" - бормотал своим механическим гласом мальчуган, прерванный гавающим приказом от полководца.

"В этом нету нужды. Вы сделали свою часть. Сядьте обратно. Не позорьте себя. Мало того что вы исчезли на несколько лет, покинув пост главного священника Проэлархи, так еще и смеете вести себя столь ребячески. Если уж решили оказать услугу отчизне, то делайте это молча." - отдал распоряжение тот, сразу же вернувшись глазами к стоящей без слов даме.

Его лицо выражало эмоции крайне знакомые студентке. Измотанность, злость, раздражение и повышенное состояние заёбанности. Если брать во внимание его чин, чтож, это ожидаемо. "А теперь, прошу не тратить моё время попосту. Я прилетел сюда со всех ног прямиком с фронта, бросил своих людей без главнокомандующего, полэтому я был бы крайне благодарен хотя бы за какую то частицу полезной информации, женщина"

Ну вот тебе и здрасте. От этого индивидуума прямо таки веяло сплошной показухой, надменным тоном достигшего высоких наименований гражданина, считающего что всякий к кому он обратился, обязан сию секундно кланяться ему в пятки. Многовато желает, но у неё индивидуального выбора из нескольких позиций не нашлось, так что, придётся играть по чужой указке. Благо опыт имеется.

С камнем на сердце, девица взяла маленькую горстку правого и левого правого и левого длинного подола одеяния, тонко поклонившись флориану высшего из чиов. При поклоне туловища с головою, её корзинка качнулась на локте, показывая генералу рукоять сиющей золотом биты, фирменного инструмента решения проблем, издавая шелестящие звуки засушенного плетения.

"Как пожалаете, Сир Хронктур" - кротким изречением, маленькой улыбкой и прямой осанкой, женщина показывала ему свою покорность, уже действуя своим обоянием. Было сразу видно, что солдат со стаджем расслабил плечи, прекратив взирать на неё как на врага народа, попросту убаюканный мягкими нотами гласа студентки. К сожалению, эффект оказался менее действенным, чем казалось на первый взгляд, ведь если бы она правда очаровала его с первого раза, то он бы уже выдавал ей всю информацию. Похоже на очередную побочку от её ранений. Замечательно.

Но даже с видимым доказательством успешного обояния, это не убедило парня рядом с ней в полном контроле над ситуацией. Он так и продолжал стоять как вкопанная статуя, смотря то на неё, то на известного воина. Его закрытые стеклом глаза скорее всего выражали загадочную степень непонимания, однако у девушки не было времени на лишние разговоры. Одним быстрым, словно пущенная в ночи стрела, подмигиванием. она отослала того к столу, разрешив алхимику устало плюхнуться обратно в сидение.

"Но мне нужны точные пожелания. У меня полно важной информации, и я уверена что вам не хочется сидеть лишний час, выслушивая бесполезную ерунду." - уточнила уравновешенно Марианна, желая получит непосредственно то, о чём и говорила. Ни больше ни меньше. В их нынешнем разговоре и так полно тяжелых нот, не стоило бы даже пытаться манипулировать семи персонажами при первой же встрече.

"Я требую от вас точного описания того, что конкретно произошло в пограничном городе, кто виноват в его разрушении, сколько жителей страны погибло при атаке, и самое главное, кто вы такая?" - размеренно уверял в требованиях рыцарь, продолжая смотреть той прямиком в глаза. Не двигаясь. Не ломая зрительного контакта или же прерывая его хотя бы на мили секунду. Под тщательным взором тренированного воина, она чувствовала себя похожой на результат продуманного эксперимента. Пациент, в коем изучали последствия смертельной болезни, ожидая скорых симптомов. "Гранд Клерик уверял через письмо, что вы у нас персона высочайшей важности. Чужеземец с силами, которые могут помочь нам выиграть эту войну и покончить с творящимся бредом. Поэтому, приступайте. Я ожидаю правду, и только правду."

Чтож.

Это займёт какое то время.

Ну, уже во второй раз, и ей не трудно. Посмотрим что из этого выйдет.

Chapter Text

А вышло из этого ой как много.

Возможно даже слишком.

Их реакция могла бы вызвать у кого угодно шок, и если бы не её титановые нервы, ставшие таковыми в угоду сдерживанию ненавести от тупорогих профессоров, то она могла бы поддаться их громким, возмущённым обвинениям.

Но опыт куда сильнее противостоял крикам о богохульстве, а посему, несмотря на все громкие требования выпроводить её за границы королевства и закопать там живьём, она продолжила делать то, о чём её попросили. Говорить исключительную правду, какой бы абсурдной та не казалась.

По итогу, Марианну это привело прямиком сюда. В длинный, готично обустроенный каменный корридор, с молчаливым Терроном рядом. И прямо сейчас, они шли практически рука в оброку, без единого сказанного слова. Не из-за какой то тяжело висящей на душе ошибки, сделанной лично ею, а скорее от той фрустрации, которая обуяла мальчугана в минуту вынесенного приговора.

"Поверить не могу. Уму непостежимо. Чтобы вас, богиню, так унизили!" - с громким стуком сопогов, юноша маршировал между стенами замка, пропитанный светом сияющего древа, видимого с левой стены. Его реакция пылала искренним презрением к старым товарщиам, ныне опустившихся до ранга простых рабочих коллег. Железные кулаки царапалисьь друг об друга, а голос мелкого мужчины вырывался через шлем скрежетом.

"Хей, это не так уж и серьёзно. По крайней мере, у нас есть хоть какие то зацепки. Эти вельможи могут говорить всё что захотят, нам то какое дело?" - пожимала плечами путешественница, искренне выговаривая своё мнение. Конечно же, в этих словах прослеживалась заметная доля горечи. Выданные данные о Петре ничем им собственно не помогли, разве что став общим дополнением к пониманию тому, какую роль играл сей незнакомец в нынешнем конфликте на самом деле. Но по крайней мере, её не вывели из городу с следующей же секундой, когда она рассказала им всё от корки до корки. Теперь то, после долгого выслушивания бубнежа и прохождения теста, доказывающего что она возможно та самая защитница их выдуманного бога, ей выдали задание по устранению одного из главно командующих жучиной армией! Высок шанс, что конкретно у него то они и найдут нужную информацию. Звучит как отличное достижение, но вот только ворчливый алхимик, не считал исход за что-то стоющее.

"Еще какое дело! Вы ведь спасительница нашего великого создателя! В ваших руках сила остановить целую войну, продолжающуюся уже не одно поколение честных жителей страны, а вас используют как еще одну пешку в этой безумно игре! Так и еще требуют чего то от персоны с другого плана реальности! Будто бы вы им чем то обязаны! Стыд и срам." - бормотал взьерошенный произошедшим алхимик, явно ломая голову над тем, как бы изменить их сложившуюся ситуацию.

Ежели вы спросите непосредственно Марианну, то вы узнаете, что её впринципе всё даже устраивало. Тест ни коим образом не оскорбил молодую пианистку, а даже скорее наоборот, дал девице повод для улыбки, показав что младший брат сделал сих персонажей не полнейшими идиотами, верящими каждому её слову. Свеобразная проверка оказалась проще, чем та предпологала. После выслушивания пары легенд о её 'заслугах', та вовсе боялась что ту попросят поднять всё древо одной рукой, переплыть материю, или же стереть с лица земли время лазерным лучом, но благо, выданный вариант получился спокойнее.

Бита, верная подружка, сумевшая пережить схватку с тем остро волосым идиотом, принадлежала ей и только ей. Позитивные персонажи, записанные таковыми Муни, могли спокойно поднимать старую добрую дубинку, в то время как все вражеские НПС не могли даже на дюйм сдвинуть кусок лакированной древесины. И всё же, она и только она обладала способностью вернуть обратно любимое приспособление одним простым движением, легко вытянув белоснежный инструмент из корзины. Что девушка собственно показала смотрящим, после того как генерал завышенный нос сбросил оружие вниз, к самым корням растущего дуба. Пару секунд, пианистка вовсе ожидала хотя бы от одного из них упасть в обморок, или схватить сердечный приступ. Они выглядели поражёнными, близкими к состоянию быстрейшей из возможных смертей. Чтож, она точно не могла их обвинять или же смеяться за такую реакцию. Если бы Будда лично явился прямо перед атеистом, то скорее всего, действия оказались похожими.

Тем не менее, независимо от того как сильно она перевернула их мировозрение с головы на ногу, буквально одним взмахом спортивной дубинки перемолов взгляды четырёх человек, на сценарном уровне, они всё равно оставались персонажами с изначально заложенными диалогами, а потому, ожидать от них чего то большего было ну совсем глупо.

Странно конечно что Террон продолжал паясничать с этими разговорами о её божественности и важности в великой картине всего сущего. Хотя, он и впрямь занимал важную, лидирующую позицию в существующей здесь религии, поэтому особого удивления здесь по идее быть не должно.

Она сможет узнать что к чему. Очень скоро.

"Мы пришли, ваша святость." - монотонно изьявил путешественник, распахивая тяжелые двери оказанных ею покоев. Огромная комната, не меньше чем огромный отельный номер, был предоставлен на роспаряжение черновласой красавице. Под ногами твердый булыжник, высеченый узорами и фигурами, над головой кандилябр из огромной, заполненной какой то свечящейся жидкость лампочки. а впереди выход на открытый балконный дворик, с парящей лужакой, и великолепным видом на сияющие древо. Слева - - приоткрытая дверь, с явно видной ванной в обширном тазу. Мысль о средневековых растениях принимающих ванну почти что убедила её прыснуть от смеха. Справа, самая удивительная часть всего помещения, настоящая перина. Ну как, скорее, просто огромное скопище подушек разного пошива и размера. Странник похоже предупредил здешних слуг о её предпочтениях. Огромное ему на том спасибо. Марианна прямо таки собиралась поблагодарить мальчугана за такой важный подарок, может та и не в состоянии видеть здоровые сны, но по крайней мере расслабит окоченевшие мышцы, однако в минуту перемещения на сто восемьдесят, её глазам предстала картина кланявшегося торговца, быстро удаляющегося за дверь. "Прошу, отдохните перед вашим завтрашним заданием. Вам будет выдан оруженосец и снаряжение перед отьездом. Удачи в вашем путешествии."

"Подожди подожди, о чём идёт речь?" - сразу же задалась весомым вопросом девица, первым же делом зашагав в его направлении. Однако вытянутая механическая рука сразу же остановила уставшую путешественницу, показав нежелание парня видеть её приближающейся. Что само по себе странно. Парнишка в течении как минимум суток восхволял новую знакомую, стараясь повысить самооценку героини до уровня той, кем он ту называл, а сейчас ни с того ни с сего решил уйти? Конечно, она уже привыкла ходить в одиночку, но точное доказательство верности юнца, которое та отказывалась видеть ввиду паранойи раньше, ясно дало понять, что этому индивидууму правда можно доверять. Что в его словах имеется вес, знания и сила. Возможно он даже пригодится ей в дальнейшем путешествии. Так с чего же такое внезапное решение? "Я совсем не понимаю..."

"Ваше святейшество, у меня есть на то весомые причины." - скорбно произнёс молодой человек. Поразительно, но слова выдуманного персонажа ударили Марианну по струнам сердца. Она сама толком не знала почему. Предположение шли от энергетики, излучающейся от всей формы маленького, по сравнению с героиней, флориана, до какой то магии, однако истинная причина была ясна с самого начала. Чувство дежавю.

Без лишних слов или же попыток в долгие разговоры, юнец вытащил из под рубашки амулет, на миг показав серо коричневую кожу странной текстуры. Побрякушка переливалась в руке парня, становясь блестящим источником отражений, в свете лучезарного дерева крепости. Символ, закреплённый на бичевке, оказался ничем иным как знакомым сестрице глазом. Бесконечно любопытным, добрым и живым, несмотря на серебрянный материала. То было око Мунии, инкрустированое большим ониксовым камнем.

"Как вы уже наверное догадались, я не то чтобы обычный торговец, алхимик или учёный." - грустно пожал плечами Террон, сжав края угловатого глаза. Его механические пальцы, со всей имеющейся силой и жестоким антуражом, нежно водили по железу кончиками отростков, ни разу не оставляя даже малейших следов повреждений. "Я Гранд Клирик столицы Сада Гигантов, один из пяти участников Совета и ответственный за духовное просвящение нашего народа. Мне пришлось покинуть свой пост многие, многие зимы назад, когда война только началась. Людям про всей территории требовалась хотя бы какая то помощь. И раз уж у меня не было способностей, требовательных от мастера монет, глав образования и генералов, единственное что получалось, это вселять надежду несчастным. Что я собственно и делал. В течении двух ста пяти долгих зим, я изучал новые навыки, ездил от города к городу, помогая прокажённым или раненым, и старался превозмочь свои лимиты, ради блага простого, худого люда. Пока вы не явились, госпожа Марианна. Одно ваше присутствие здесь является залогом нашей победы. И чем больше вы достигнете, тем меньше невинных отдадут свои жизни за отчизну. К сожалению, больше я ничем не смогу вам ничем помочь. За время моего отсутствия произошло огромное количество конфликтов и большая половина жителей вовсе позабыла о существовании вашего брата. Мои обязанности вернулись в полной силе. А потому, всё что я могу пожелать вам... Это удачи. "

Она не дала конкретного ответа удаляющемуся по коридору юнцу. Слова, целые стопки оных, остались без вдумчивого озвучивания. Их прощание получилось одно стороннем, и преимущесвтенно жалким. Этот мир странно работал. Стоило ей хотя бы чуть чуть привыкнуть к тому или иному персонажу, как его тут же утягивали у неё из рук, возвращая обратно на дорогу сценарного направления. На языке вертелись тысячи изречений, которых той ну уж очень хотелось сказать. Извинится за излишнюю грубость, поблагодарить за оказанную поддержку и обещать что вот уже совсем скоро, война окончится. Но сумбурная структура их последнего диалога, а так же тяжелейший камень, описываемый как чувство возвращения обратно в холодную воду обычного существования, приказали ей остановится. У неё всегда будет возможность поговорить с ним снова. После того, как она найдёт Муни.

Первым делом, всегда идёт Муни.

"Соберись. Нет времени унывать по пустякам. Лучше возвращаться к работе." - бормотала под нос живая статуя, протирая глаза грязными руками. Очередная частичка её была замарана. Напоминание о её нынешнем внешнем виде, вкупе с сильным признаком подавления эмоций, стало хорошим двигателем для отвлечения. Девице точно стоило бы принять хорошую, тёплую ванную. К тому же, это поможет снять надоедливые мысли, задумки обо всём том бреде, который продолжает варится у неё на уме который час.

Но сначала, нужно сделать то, что ей нужно было выполнить еще с первого момента, когда она очнулась в повозке.

Ступни девицы вывели её прямиком на балкон. Хотя, будет правильнее назвать это отдельным садиком, поскольку вместо камня, плитки и поручней, даме предстала картина шелестящей лужайки. с маленьким прудиком, парочкой декоротивных кустов с увядшей малиной, и прекрасным боковым видом на древо, в том числе место её недавнего слушания. Пятеро легендарных героев продолжали сидеть за вытёсанным столом, обсуждая, хотя будет правильнее сказать осуждая, деяния Террона, ныне скорбно смотрящего в сторону глядящей в сотнях футов от него женщины. Благодаря новому углу обзора, Марианна кое как разглядела очертания чей то высокой, манящей фигуры, с волосами золотого света.

Не важно. Прямо сейчас, ничего из этого не важно.

Холодная спина повернулась ко всем тем, кто пускал в её сторону косые взгляды. Она еще успеет позабавить свой изголодавшийся по новым знаниям мозг, а пока что, пора выполнить правильное дело.

Плетённая корзинка мягко опустилась к земле. Высушенные ветви заскрипели при столь желанном контакте с грунтом. На одном колене, смотря в пучину неизвестности с лицом, имя которому дешевый нейтралитет, Марианна запустила внутрь обе руки, доставая по одной те важные, столь необходимые вещи.

Размякшая субстанция липучей руки. Алхимик очень ей помог, предоставив нужную по литражу банку, от жары, что стояла по ту сторону острова, вся консистенция бывшего инструмента стала практически жидкой, превратившись во что-то отдалённо напоминающие мёд.

Твердые остатки еле работающей лампы. Искры тарахтели от расплавленных форм коней, рыцарей и героев диковинных сказок. А о самом нагревательном элементе и вовсе можно было забыть. Лампочка буквально взорвалась, под воздействием треклятого токсина. Хотя, после мелкого осмотра и пары нажатий, холодное ощущение расползлось по всей руке девицы. Ледяной луч всё еще работает. Возможно, он не сгниёт до их возвращения.

И наконец, Джоусам. Увесистый свёрток, полностью обёрнутый в маленькое одеяло, так же отданное верным религиозным посланником её брата. Наверное, второе по важности действие, сделанное Терроном, после спасения путешественницы, разумеется. Героиня честно не могла сказать, какая бы у неё была реакция, увидь она его без этих живых глаз.

Теперь же, всё готово.

Подняв размякший комок плоти, с пластиковой вялой ручкой окружившую всю тушку старого товарища, она положила погребальное тело непосредственно в центр взорвавшейся пушки. Быстрым движением, она вылила всю оставшуюся субстанцию прямиком на верхушку овального трупа, позволив веществу обволакивать не только сегодняшне утраченного друга, но и общую конструкцию оружия. Не желая пачкать землю больше положенного, Марианна быстрым нажатием крайней левой кнопки на маленькой панеле, повернув рычажок, отдала последний заряд драгоценного устройства, во имя правильной презервации. Сию же секунду, химическая реакция дала о себе знать, вырастив на месте двух обьектов, один единый и целый. Замороженное в фиолетовом льду тело застыло по середине целой статуи, развернувшись как минимум на целых три фута радиусом, и восьмью высотой. Сила выстрела осталась значительной, под хладными дюймами непробиваемого материала. Всплески разжиженной руки выросли в разных направлениях, ныне походя на ветви мертвого дерева.

И оно сверкало, выбиваясь среди златисто оранжевых лучей бесконечной осени своей бело фиолетовой палитрой.

"...Ты у меня как птенчик запоёшь, когда мы с Муни сюда вернёмся. Точно будешь мне должен вернуть все сокровища, старый хрыч." - шептала студентка, проводя рукой по грубой поверхности льда. Вода не растекалась между её пальцев, оставаясь в прежнем, твердом состоянии материи. Сентементальная натура сказанных слов, изначально задуманных звучать с долей сарказма и поднимающего настроения юмора, прошла насквозь фасада шутки, достигнув не только возвышающихся стен замка, но и ёкающего сердечка барышни. Этот ворчливый плавниковый старикашка постояно ломал ей мозги своим нытьём, без конца и края выводил музыкантшу из себя, просто обожал делать свеобразные комментарии, когда у той появлялась хотя бы минутку свободного времени для ленивого расслабления на пледе с младшим братом. Чёрт, он ведь скорее всего даже не был реальным! Просто продукт её больного, одинокого воображения, стараюшегося пережить трудные годы получения диплома.

И несмотря на очевидные причины, по которым та должна наплевать на его смерть, обозвав бесполезным НПС, та не могла себе позволить такую жестокую циничность.

Она вернёт их обоих. Обязательно это сделает.

Несмотря ни на что, любой ценой.

Драматичные похороны, продлившиеся не более чем пять минут, три из которых оказались потрачены на подготовку, одна на сам ритуал и последняя на молчание, подошли к закономерному концу. Её скорее всенго должна была обуять вина за решение устроить маленький саркофаг своего знакомому, в спальне для гостей самой королевы. Но если быть совсем честной, тот ей было мягко сказать плевать. Это всего лишь очередной не выпущенный рисунок младшего брата. Скорее всего даже доработанный разве что на половину. Навряд ли здешние обитатели обратят внимание.

А вот что они точно заметят, так это гнилостный, смердящий запах грунта, идущий от неё... Ну, всей, так сказать. Убрав в сторону одежду, всё равно было ленгко заметить, как же ультимативно вымученно выглядело путешественница, и речь идёт не только о выражении лица, близкой к престарелой персоне. Слякоть, следы от ушибов, явные остатки чьей то крови, точно не её, уже плюс. В общем и целом, увидь Марианну кто нибудь, с битой в руках, смотрящюю в их сторону, стоя по середине темной комнаты, то визги бы слышали по всему королевству.

"Пойдём ка проверим ванную." - говорила ни с кем конкретным девица, всё таки покидая спящего пепробудным сном товарища. Покрытые вязким илом стопы оставляли отчётливые следы по всему полу, напоминая о скорой необходимости убрать весь нанесённый ущерб. Чтож, значит больше работы. Больше работы - меньше времени на глупости. А это само по себе позитивное развитие событий. Пока студентка понимает о существовании заранее проработанных планов, следует им от одного шага к другому, всё закончится понятным хеппи эндом.

Само помещение, оказалось устроено чуть интереснее, чем ей казалось на первый взгляд. То. что казалось обычной из обтёсанного камня, с деревянной ванной по середине, оказалось мило устроенным углом для слежки за своим здоровьем. В частности. девушку удивили те обширные, извивающиеся трубы над головой, переплетающиеся в сплошные спагетти из бронзы, некоторые из коих тряслись от давления, одновременно заканчивающиеся на контакте с душевой насадкой, установленной как раз восьми футах от земли. Полноценная система водопровода. Вот удобность.

"Такими темпами, Муни устроит им здесь ранюю промышленную революции. Хотя, похоже что они уже в середине одной такой" - думала вслух юная леди, закрывая щеколду на двери. Хлюпающей походкой, девица остановилась перед большим тазом, коснувшись рукой поверхности запаренной воды. Теплая. Очень близкая к кипятку, но не столь опасная, чтобы причинить ей какой либо урон. Прямо как она обожает. Да, тот раз в жерле вулакан тоже был приятен, однако, только обычная тёплая ванна способна расслабить и душу, и тело.

С этими мыслями в голове, барышня быстро оставила корзинку у стены, той что противоположна входу, так же не забыв заранее вытащить биту, поставив ту у края ванны. Ничему нельзя доверять, и если ситуация с ночной периедрягой на дороге чему её научила, так это тому что теперь, постоянно нужно быть начеку.

Держа новый мотив и урок жизни, Марианна сняла слои одежды один за другим, аккуратно складывая их у двери. Даже если те сочились противными субстанциями сего мира, они обязаны следовать лучшим правилам поведения и этикета.

И вот, она стояла одна. В центре незнакомого, чужого помещения, позабытого самим богом мира.

Нагая.

Уязвимая.

И бесполая.

Странно, но по загадочным обстоятельствам, студентка всегда просыпалась в Спокойном Пространстве без своих родных дамских частичек. Там был просто... Пусто. Ничего. Чистый, гладкий лист. Только твердый мрамор под пальцами барышни, расхаживающийся между её фалангами, и принимающий конкретно ту форму, которую заставят сделать конечности при должном давлении.

И хотя по первой, когда она заметила отсутствие какой либо нужды спустя часы нахождения во сне, и решив провериться в ближайший туалет. выбежав оттуда с ужаснувшимся лицом, сейчас, спустя годы такого пребывания, она всё таки видит в этом свои плюсы. Никаких отвлекающих факторов, раздражающих ощущений или же бесполезных второстепенных решений, сделанных на основе того или иного зуда. Только расчётливые телодвижения, с чёткой, понятной мотивацией. Настоящий идеал.

Смахнув еще несколько комьев с стопы, муызканша в конце концов вошла в испускающую пар воду, мгновенно вздрогнув от этого приятного наслаждения, окутавшего её ногу. Мигом, вслед за одной конечностью, последовало остальное тело. Не успели предыдущие волны успокоится, перестав бить края таза, как вся женщина распласталась поясницей по дну купели, расставив ноги с руки в разные стороны.

"Боже ты родной, наконец-то" - выдохнула протяжённо Марианна, закидывая голову назад, и распуская тонкие нити оникса по всему полу. Чёрный камень шёл тоньше шёлка, опускаясь на разлившиеся лужи теплой эссенции, мгновенно отчищаясь от всякой проказы, благодаря чудодейстенному течению воды. Гладкая структура "волос" только ускоряла процесс, позволяя студентке лежать так хоть час, элегентано обтирая одну руку за другой, смывая в сторону грязь, и сливая ту вниз, к дырам в полу, набирая больше воды с душевого рычага.

В тишине.

В ослепительном свете солнца, идущего через витражное окно.

В одиночестве.

И как известно, там где присутствуют три значимых фактора, всегда присутствует неумолимый итог.

Оным стал процесс очередного размышления. Она старалась бороться, натирать кожу сильнее, закрутить вентиль до самого кипятка, но ни одна из выше указанных стимуляций не спасла даму от силы дум.

Ведь, когда она только и делала что думала в мире проснувшихся, будь она хоть среди царства мёртвых, станет трудно отучится от приевшейся привычки.

Порой, этот процесс мог завести ту дальше обычно серьёзных, или же до боли нужных тем. Конкретно отдалённой мысли, не то чтобы сильно связанной с её волнениями. Простая мелось сего мира, заставившая дамочку лишний раз пораскинуть мозгами, прежде чем начать ломать извилины над более важными вещами меж пространственнноого масштаба. Они всегда так и работали. Сначала капля, затем струйка, потом ручеёк, за ним идёт волна, а в конце, целый потоп мыслей, каждый хуже предыдущих, утопляющий её одним весом.

Королева. Кто она такая здесь? Нет, не так поставлен вопрос. Речь идёт о состоянии, нежели титуле. Кому какое дело до именовании персоны, ежели те уже достигли высочайшего ранга во всём королевстве, названным в честь оного. Здесь скорее суть состоит наверное в том, как себя вела упомянутая персона.

Молчаливо. Безмолвно. Без единого сказанного слова, правительница государства, коему по словам самого Гранд Клирика, более десятков тысяч лет, сидела на своём инкрустированном, как будто бы вьевшимся в древо, троне, свысока позиции наблюдая за творящимся цирком. Лучшие граждане отчизны, заслужившие невероятных похвал, кричат словно стая оголтелых птах, увидав в курятнике забежавшую лисицу, приказывая стражам убить её при первых же минутах оглашённого богохульства. От неё точно должна была последовать какая то реакция. Что-то ясное, четкое и понятное ушам присутствующих флорианов. Эта женщина ведь их лидер, в конце то концов.

Однако, заместо чёткого урегулирования конфликта, Террон утихомирил разьярённую толпу, приведя к своеобразному, но благо действенному договору. Информация, взамен на головы нескольких главнокомандующих. Честная сделка, хотя и кровавая. Марианне пришлось потратить пару мгновений для принятия факта того, что Муни взаправду прописал эту линию диалога персонажу, хотя большинство его предыдущих историй максимум по жестокости позволяли битвы на мечах с кровью, но уж точно не политические заигрывания с силамии за гранью понимания этого вида. Плюс еще тема к разговору, в эту безумную гору вопросов.

Тем не менее, сам факт отсутствия лидерского поведения со стороны обозначенного ведущего лидера нации поставил женщину в ступор. Она конечно сама по себе не ведущая персона, никогда ей собственно не была, да и сейчас в дни колледжа предпочитает отдавать бразды правления тем многим персонам с недостатком внимания, зачастую укатываясь куда нибудь в сторонку. Однако, хоть какое то вмешательство требовалось. Но его не случилось. Только безметяжное отсутствия движений провожало барышню, когда она и алхимик покидали зал собрания.

Она даже не проводила их взглядом, устремляя взгляд куда то вперёд, на белое, светящиеся ничто.

Ни кого не напоминает.

"Ааааргх..." - промычала Марианна, хлопая по лицу мокрой рукой. Капли, уже давным давно ставшие чуть ли не девственно чистыми, разлетелись в разные стороны, чуть ли не каскадом падая по всему полу позади её головы. Вода горячая, создавала в комнате пар сравнимый с тем же, что часто появлялся в каких нибудь хоррор фильмах. По идее, героине уже давным давно должно было стать трудно дышать, однако, несмотря на до страшного высокую температуры, путешественница продолжала раздражённо бурчать себе под нос, вовсе позабыв о ходе времени. "Ну почему я чёрт возьми продолжаю думать обо всём этом бреду. Это так раздражает. Они - не настоящие. Просто выдумка братца. Нарисованные человечки которые выдумали себе историю и теперь убивают друг друга по какой то тупой причине, не знаю, раса или предпочтения в еде. Чёрт, да что я вообще забыла в этой ванной!? Муни там поди с голоду мрёт, а я в воде плещусь! Честное слово, как будто бы снова-"

Лампочка зажглась.

Поток специально созданных для компрометирования разума мыслей, привёл её к нужной догадке. Польза порой и от этого имеется.

Схватившись за деревянные бортики, дамочка резко встала в полный рост, закинув голову вверх подбородком. Ничего. Значит не на потолке.

Перекинув ногу, сначала первую а затем вторую, женщина сразу же принялась за обыск. Тщательный. И под этим подразумевалась переворачивание всего что здесь имелось. Шкафчики, столешницы, стулья, стопки бесчисленных полотенец, плитка под ногами кололась только так, даже бедный таз не пережил нападение разьярённой, целеустремлённой искательницы.

И вот, в минуту когда она была готова сдаться...

*Тудум-Тудум*

*Тудум-Тудум*

Попался.

В одном из открытый, заполненных до самой верхушки чёрной, жидкой субстанцией, плавал он. Кусочек бумажки. Темнее чем жижа, в которой тот плескался. Такой густой, насыщенный цвет, что еще чуть чуть, и та перепутает покрас с оттенком дыры в пространстве и времени. Оно пульсировало, издавая тяжелые вибрации не то чтобы по полу или стенам, а конкретно в ней. То было её сердцебиение. Звук, спящий в глубине, между замёрзших органов, уже долгое время. И он постепенно нарастал, с каждым сделанным шагом. Плеск за плеском, фут за футом, маленький клочок пергамента оставался без движения, только сильнее вызывая у тела героини характерный, сверхестественный эффект. Новые бумажки всегда ощущались иначе от старых. Те можно было спокойно взять за руку, не боясь ощутить страдания сродни жидкому озоту, влитому непосредственно в вены.

Однако новые с сто процентной вероятностью обещали передать коснувшемуся их человеку такие незабываемые ощущения, что одна мысль о них пускала дрожь по спине. Но значит ли это, что её нынешняя реакция, просто продукт травмы? Ответная реакция на испытанную в прошлом боль?

Нет.

Абсолютно нет.

Эта вещь... Вне всего что когда либо создавал Муни.

И оно игралось с ней, пробуждая такой неподдельный ужас, гнев и скорбь, что та могла с полной уверенностью заявить о чужеродной природе.

Ибо даже младший брат, со всей его натурой, не может быть настолько к ней жесток, чтобы породить на свет нечто столь отвратительное.

Однако, даже с такими вескими причинами для уничтожения проклятого куска клетчатки, тяга к правде, тем маленьким кусочкам знаний, тайнам что могли раскрыться перед ней как Красное Море перед Моисеем, оказывались сильнее всяких инстинктов.

Плеснувшись коленом об пол, та протянула руку вперёд, всё таки добавив вещицу себе в коллекцию.

Тогда то, она и увидела... Нет, услышала ЭТО.

"Мари? Я могу войти? Просто хочу поговорить, ничего больше."

"..."

"Хорошо... Приму это как знак согласие."

"...'

"Боже ты мой, тут так темно. Милая, да ты ведь бледной как призрак станешь такими темпами. Давай ка - аргх, опять бутылка - раздвинем зановески чуть чуть и окошко откроем, что скажешь?"

"..."

"Вот так то. Хорошее солнце то что тебе как раз нужно. Доктор Мержер как раз говорил, что свежий воздух поможет наладить кровообращение. Ну, или какая то похожая фраза. Трудно вспомнить, я тогда был еле проснувшимся, эхе..."

"..."

"...'

"..."

"Ооооок, что же, как поживаешь? Лена сказала что ты всё продолжаешь день за днём практиковаться. Может, покажешь какие нибудь заученные песенки?"

"..."

"Композиции. Да, извини, они называются композициями. Вылетает порой из головы."

'..."

"О-отлично! То есть, спасибо. Рад что ты всё чаще чем то себя занимаешь. Прогресс на лицо. Молодец!"

"..."

"Так, ладно, давай я лучше перестану ходить вокруг да около. и перейду сразу к делу. Бог видит, ты меня скорее всего недолюбливаешь-"

"..."

"... Я сделаю вид что этого не слышил. В общем, чтобы по скорее убраться из твоих волос... у меня есть один вопрос."

"..."

"Зачем ты это выкинула в урну?'

'...'

"Нет, я не копался в твоём мусоре. Просто выкидывал пакет в бак, и баночка выпала из него. Слушай я..."

"..."

"Не спорю, ты сильно изменилась с момента приезда. И это замечательно, но-"

'..."

"Да, развитие имеется, однако пойми пожалуйста-"

"...!"

"Мари, умоляю тебя, послушай что ты говоришь! Они нужны тебе! Ты всё еще не..."

"...?"

"Нет. Нет нет нет нет, что ты, конечно ты _ _ _ _ _ _ _ _ , я просто-"

"..."

"Милая, это только для твоего же блага. Мы с Леной хотим тебе самого наилучшего. Прошу, хотя бы два раза в день, как он сказал, это ведь не так трудно-"

'..."

"Да ладно, я бы никогда такого не сделал. Ты уже просто выдумываешь"

"...!"

"Т-так, стой стой стой, успокойся, не надо так горячится. Не хочешь как хочешь! Вот, видишь? Всё! Сгинули! Больше их не будет. Договорились."

"..."

"Отлично. По рукам. Я... Я пожалуй пойду. Если что нибудь нужно, просто нажми кнопку..."

"..."

"...."

"..."

"Он бы не хотел - АРГХ! Всё в-всё, я ухожу! Ухожу я! Ох, чёрт... Ааргх..."

"..."

Громкий вдох огласил возвращение женщины в мир живых. Артефакт, ранее имевший высокую концентрацию поражающей мозг боли, безмятежно лежал в сторонке, на сухом полу. Серая кожа приобрела обратно свой прежний, белый словно мел вид. Поза свернувшегося фетуса развернулась сама собой, когда на уровне инстинктов, она поняла о надвигающемся отторжении изнутри. Встав на карачки, хватая воздух ртом, дамочка изрыгнула несколько комьев мокрых, давным давно позабытых листков, чьи фрагменты быстро ушли из поля зрения, сгинув в дренажных трубах умывальной комнаты. Тело тряслось, зрачки увеличились до максимума, чуть ли не идя за границы радушки, а по странному ощущению, сама комната лишилась своей ранее сильной температуры. И предметы так же вернулись на сперва поставленные места.

Как будто бы ничего из того, что произошло за последние полчаса, не должно было произойти в первую очередь.

"Что это блять за хуйня?" - в грубой манере обматерилась Марианна, медленно поднимаясь на шатающиеся ноги. Ругань никогда еще не была настолько уместной в речи послушной, поэтому сильный упор на слова горячего смысла, ни коим образом не регестрировалась в голове студентки. Забрав кусочек пергамента с пола, намеренно обступая стороной те остатки чёрных масс, девица поспешила кинуть эту треклятую штуковину в темный уголок корзинки, сразу же обернув торс и головы большими полотенцами, хаотично рассхаживая из стороны в сторону, с явными признаками информационной паники. Термин придуманный исключительно ею. "Нет, серьёзно, это что еще было такое? Меня почему то сразу вырубило после того как я коснулась бумажки, а затем... Чёрт, это была галлюцинация? Нет, не может быть такого. У меня они были уже, как раз на лестнице в колледже. Не похоже. Какое то, пиздец, закрытое воспоминание? Так и еще с дядей Карло? Что за... Да что это вообще значит?!"

Марианна была буквально на грани потери рассудка. Ничего из увиденного не имело смысла. Всё, буквально каждая малейшая деталь сего мира имела только выдуманный, или же отдалённо фантастичный характер. Ведь это выдумка, альтернативная реальность, какая то вторая жизнь, называйте как угодно. Но никогда ей не доводилось видеть кусочки того, что действительно говорило о реальной жизни, будь то имена, места, предметы, или же как в данном случае - воспоминания.

И это, пожалуй, оказалось куда в разы пугающе, нежели любая физическая боль.

'Так, ок. Ок ок ок. Дыши. Ты можешь это сделать, просто дыши. Это, наверное, даже хорошо! Мы ведь разговаривали с Хиро о провалах в памяти, так что, некоторые из них похоже возвращаются! Ха ха , со мной точно всё нормально и я определённо не схожу с ума..." - бормотала музыкантша, проводя руками по плечам, постепенно сводя на нет эти беспокоющие, странные эмоции. Или же, пытаясь, поскольку как бы сильно та не старалась, они всё равно вернутся. Это неизбежно. "Ааааргх, так, нужно просто по быстрее найти блокнот и вернуться в Спокойное пространство. Там мы уже призовём её, расскажем обо всей этой ситуации, если эта дура всё таки явится, и вуаля! Проблема решена!... Я покойник от своих же рук, клянусь всеми - "

Стук в дверь прозвонил сквозь белый шум самобичевания и паники, пронзив раскалённым ножом эту твердую субстанцию эмоционального рака, сродни холодному маслу. Голова девицы первым делом ринулась к деревянной перегородке, расширив глаза до размера чайных блюдец. Кто-то соберался войти внутрь, тщательно стуча по деревяшке железным кольцом. Разум героини сразу же сделал несколько теорий, одна хуже другой, однако для стандартного процесса ухудшения ситуации через создание выдуманных сценариев времени не нашлось. По ту сторону могли легко находится вооружённые религиозные фанатики, стража услышавшая переполох в ванной комнате, или жен обычные слуги. В любом из вариантов, она обязана была ответить.

С битой на перевес. Для безопасности. Может это какой нибудь извращенец.

Средневековье всё же, такое по идее должно быть распространено.

Посему, схватив ручку дубины да по сильнее, барышня осторожными шагами пошла навстречу с неизвестным. Стуки становились сильнее, шёпот продолжал нарастать за преградой между нею и суппостатами. Хватка на оружие возросла значительно, став чем то похожей на тиски. Несколько человек. Тоненькие, взволнованные тона. Эмоции?

Заинтересованность. Особой угрозы от них не ихсодило, однако ради осторожности, Марианна всё равно придержала биту за гранью препядствия, готовясь в любой момент ударить, случись что не ладное.

И как оказалось, её шестое чувство оказалось право. По большей части, исключая очевидные детали. Там, на пороге, стояли три маленькие девчушки. Не больше учениц старшей школы, если бы такая существовала в сём мире. Молодые, полные сил и в рассвете своего женского потенциала милые коротышки, чьи мерцающие зеленые изумруды вместо глаз, прямо таки светились желанием угодить. Их смуглая кожа, показывающаяся из под рукавов роб, а точнее кора, переливалась впадинками, показывая грубую, но в тоже время элегантную натуру. Формы лиц девиц были один как один. За исключением головных уборов. А точнее, символов на них. Их тюрбаны, чем то похожие на капюшон мед сестры шестнадцатого века, звякали разным количеством колокольчиком. Три у левой, нервно подрагивающей, двадцать семь у правой, напуганно смотрящей прямо ей в глаза, и сорок два у центрально, озаряющей её невзгоды яркой улыбкой.

Они держали в руках комплекты одежды.

"Здравствуйте, уважаемая!" - огласила, судя по всему, их маленький лидер, делая шаг вперёд. Марианна сделала в ответ шаг назад, сохраняя личное пространство без нежеланных гостей. Боже ты мой, они были совсем крошечными. Буквально малюсенькие, еле доходящие ей до начало гради! В этом мире что, детский труд в порядке вещей?

И это была правда обязательно, отправлять непсоредственно детей?

"Н-нам сообщили что вы наш сегодняшний гость! Вау, вы наверное приехали из какой то отдалённой страны! В-вы нам расскажите за обедом, о ваших приключениях?" - поинтересовалась левая, вздрагивая после того как она перенесла свои глаза непосредственно на неё.

"Надеюсь вам понравилась ванна... Я сама её подготавливала..." - мямлила самая маленькая, и по итогу тихая из крошек. С тем, как она отводила лицо в сторону, чуть ли не прячась от высокой дамы, казалось что та ожидала любую форму агрессивной конфронтации, за простой факт существования.

"Девочки, ну где же ваши манеры?! Миледи толькот вышла из душа, а вы сразу со своими хотелками. Стыд и срам. ХМФ" - изьявилась старшая из них, самая выразительная в телодвижениях, и безусловно взрослом поведении. Плюсом к общему образу вынужденного подростка воспитателя так же добавлялось аккуратно разглаженная одёжка, разительно отличающаяся от скомканных тряпок, носимых остальными девочками. Тем не менее, дураку понятные трудности ребёнка, по типу фальшивой маски стабильности, не спасли тинейджера от воспалившегося раздражения в груди героини.

От них прямо таки глаза воротились.

В любом случае, её личное мнение о трех совершенно не знакомых флорианов на данный момент имело целое ничего, в контексте важности, а по сей причине, Марианна предпочла сразу перейти к делу.

"Я... Могу вам чем то помочь?" - с слегка приподнятой бровью, а так же вопрошающим выражением лица. Ситуация становилась несколько абсурдной, а от этого ей уж больно хотелос заняться чем нибудь далёким от общения с такими коротышками. Даже если взаимодействие с ними отвлекало путешественницу от экзестенциального кризиса.

Ходячие пуговки, услыхав суховатый голос черноволосой хранительницы бога, ойкнули воедино, встав по стройке смирно. Выглядило мило, хотя и страшно. Она не собиралась на них кричать или же руку, поднимать, ради всего святого. Может особенное отторжение мелкие вызывали у неё, однако некоторые линии та отказывалась переходить.

"Нас послал лично Генерал! Сказал сообщить что через четыре тика часов будет созвано кушанье! Весь замок будет присутствовать, праздновать ваше прибытие! Гранд Клирик приказал чтобы мы вам помогли одеться по случаю этого важного мероприятиия! Прошу, примите эти платья в знак уважения королевского дома Сада Гигантов!" - сразу же после громко сказанных слов, крошечная помощница аж довела уши пианистки, той самой что порой помогала своим однокурсникам в подготовке к экзаменам, слушая днями подряд ужасно звучащие струны, прежде чем презентовать указанной гостье довольно таки...

Красочное платье.

Ладно, давайте будем предельно честны. Марианна старалась быть терпимой, крайне послушной и понятной дамой, способной сдерживать своих внутренних сквернословных демоново. Это было практически в её ДНК!

Однако это платье было слишком идиотским, чтобы она взаправду когда либо такое одела. Столько кружев она ещё никогда не видела. А она сама вышивала в свободное время!

Текстура представляла собой наслоение такого абсурдного количество разных материалов дороговизны заходящей за рамки нормального, что еще немного, и весь замок можно будет купить за один платок с этого наряда. А форма то, ой ой. Прямо таки пародия на Красную Королеву! Части плеча росли чуть ли ей не до ушей, в рукавах можно было закутаться трижды, карсет мог анорексика сломать на пополам. Здесь даже имелся... Каркас, шириной больше её роста.

Это просто посмешище,

Она ни за что не наденет что-то подобное.

Ибо как матушка любила говорить - "Ни одна истинная леди не позволит людям выставлять себя посмешищем. Лучшее, что истинная леди может сделать, это показать свою силу. Действием и словами."

Что она собственно собирается устроить.

У самой коротенькой из очаровательных служанок, в руках лежала её одежда. То длинное одеяние, еще каких то тридцать минут назад переполняющиеся грязью, остатками от крови и следами прошедшего сражения, ныне сверкала переливающимися миганиями снежинок в первый день января, отдавая молочными нотками достанного из улья мёда. Как раз то что ей нужно.

Забыв обратить внимание на писк, произнесённый непосресдственно со стороны напуганной служанки, когда она забрала личные вещи, Марианна нежно поклонилась всем троим кудесницам, стараясь вести себя как можно более почитаемо. Сразу после сделанного решения, она заметила готовящуюся к озвучиванию недовольства старшей из троих, но будучи слишком целеустремлённой в своём желании поднапортачить здешнему, грубому правителю, путешественница легонько бипнула нос замолчавшей девочки, обратившись напрямую с важными, тонкими словами.

"Передайте его величеству Генералу, что я явлюсь ровно к обозначенному времени. Что же до этих подарков, то передайте мои глубочайшие благодарности. Уверена, здешнему скоту такие тряпки точно подойдут. " - и на этом, хлопнула дверью.

Подождала одну минуту.

Три.

Пять.

Десять.

Дверь в покои окончательно захрустела.

А из ванной открылась, презентуя чистую, одетую, готовую к новым свершениями Марианну, с идеальным внешним видом.

Кроме хмурого, недовольного лица.

'Так чтоже... Чего дальше будем делать следующие четыре часа?" - задала вопрос никому конкретному, понимая что возможно, двести сорок минут окажутся одними из самых трудных, в истории её сновидений.