Work Text:
Соревнования обещали стать необычными.
Те, кто следил за спортивными новостями, это прекрасно понимали, а вот до Отабека дошло только в Хельсинки. Толпу у Хилтона было заметно издалека. Собравшиеся фанаты махали табличками, и Отабек был уверен, что на многих из них ободки с кошачьими ушками.
— Подъехать к боковому входу? — спросил водитель такси. Тренер вопросительно посмотрел на Отабека, но тот покачал головой:
— Они здесь не ради меня.
По правде сказать, ему было всё равно. Он катался не ради славы и знал, что с его-то характером большого количества поклонников не привлечёшь. Хотя фанаты, само собой, у него были. Почти на всех соревнованиях к нему подходили, он раздавал автографы и радовался, что его не ждёт такая толпа, как Юру.
По большому счёту ему не нравилось, как ведут себя Юрины «Ангелы», но что с ними поделаешь? В конце концов, он и сам был его фанатом. Уже многие годы, дольше, чем все они, хотя хвастаться этим Отабек не собирался.
Когда такси остановилось у входа, толпа подалась вперёд, а потом, разглядев, кто в машине, отхлынула. Они ждали не его.
На этом Чемпионате мира впервые на лёд в качестве соперников должна была выйти так называемая Первая пара фигурного катания, и даже популярности Юры с Джей-Джеем вместе взятых не хватит, чтобы отвлечь внимание публики.
Всё это Отабеку было совершенно неинтересно. Он считал бессмысленными мелодрамы, которые в преддверии спортивных соревнований так любили сочинять журналисты. Для Отабека имело значение только то, что происходило на льду, а личная жизнь других фигуристов его не касалась.
Пока он шёл ко входу, его несколько раз окликнули по имени и он кивнул в ответ. Но не остановился, пусть и хотелось замереть и подышать воздухом нового города. Раньше в Финляндии ему бывать не приходилось, и из окна такси Хельсинки выглядел довольно мило.
Может, после соревнований у него получится выкроить пару дней и побродить по городу. Взять на прокат мотоцикл. Позвать кого-нибудь с собой за компанию.
— Пойду нас зарегистрирую, — сказал тренер, пока их чемоданы заносили в фойе. Отабек кивнул.
Все считали его уравновешенным человеком, и, по сравнению с другими спортсменами, перед соревнованиями Отабек действительно не особо нервничал. Возможно, будь иначе, его катание было бы более эмоциональным, но себя не переделаешь.
И всё же сейчас его охватило беспокойство. Ничего ужасного, даже тренер бы не заметил, просто лёгкое волнение. Однако приятнее от этого не становилось.
И к предстоящим соревнованиям отношения это почти не имело.
В Барселоне, во время банкета в честь завершения Гран-при у них с Юрой получилось пересечься и переброситься парой слов, но с тех пор лично они не встречались — для зарождающейся дружбы им оставались только соцсети и звонки в скайпе.
Отабек с нетерпением ждал новой встречи. Он до сих пор не мог поверить, что у них вообще получилось сдружиться. Казалось, что Барселона ему приснилась. Даже приходилось убеждать себя, что всё было на самом деле, что он действительно оказался рядом и знаменитый своей ершистостью Юра Плисецкий принял его помощь.
Им бы снова уехать куда-нибудь прочь, поговорить, и Отабек постарается не утонуть в блеске Юриных глаз. Его же пристального взгляда Юра, казалось, не замечал. И слава богу. Юра улыбался и болтал без остановки, словно друзей у него раньше никогда не было.
Глубоко задумавшись, Отабек не заметил в фойе окружённого поклонниками Джей-Джея и очнулся, только когда тот его позвал.
— Вот мы и встретились снова. — Джей-Джей расплылся в улыбке, в которой было мало доброжелательности. Отабек не считал его плохим человеком, и всё же иногда его было слишком много. Джей-Джей подошёл, и Отабек пожал протянутую руку. Отказаться было бы невежливо, но вся ситуация его немного озадачивала.
— Наше сражение не закончено! — провозгласил Джей-Джей. — И пусть победит сильнейший! — Он посмотрел Отабеку в глаза, казалось бы, весело и дружелюбно, однако было в его взгляде и что-то ещё. — В этот раз тебе не победить, — тише добавил он. Отабек не понял, о чём он: ведь на прошлых соревнованиях сам он оказался лишь четвёртым, а Джей-Джей завоевал бронзу.
Теперь Отабек изменил программу, сделал её технически сложнее, но ему казалось, что Джей-Джей имел в виду совсем другое. Он не сомневался, что амбиций Джей-Джею не занимать — как и ему самому.
Отабек уже был готов сбежать под вежливым предлогом, когда его внимание привлекли вопли с улицы — к отелю подъехал ещё один спортсмен. Сердце Отабека совершило кульбит, когда в фойе раздражённо влетел Юра собственной персоной — насупившийся, в солнечных очках. За ним шли его тренеры.
Так Юра выглядел почти всегда, и было сложно поверить, как светло он умел улыбаться.
— Чё вы тут? — Юра снял очки и подошёл к ним. Отабек стряхнул руку вцепившегося в него Джей-Джея.
— Понятия не имею, — ответил Отабек, однако Джей-Джей, казалось, его не услышал.
— Я снова столкнулся со своим величайшим соперником. Победа будет за мной! — Повисла драматическая пауза. — Джей-Джей-стайл!
Он принял фирменную позу, фанаты захлопали и принялись его фотографировать.
Отабек вздохнул. Когда уже закончится этот тягостный разговор?
— Чего?! — Юра взвился прямо как кот, которому только что наступили на хвост. — Это Отабек-то твой величайший соперник?!
— Юра, удачи завтра, — ответил Джей-Джей с улыбкой, которая, похоже, разозлила Юру ещё сильнее.
— Эй! Ты…
— Юр, — прервал его Отабек. Подошедший тренер передал ему ключ от номера. — Я наверх.
— А, ладно. Хорошо. — Юра не предложил пойти вместе. Он всё так же яростно буравил Джей-Джея взглядом. Отабек развернулся, и в этот момент крики на улице привлекли всеобщее внимание.
— А, наконец-то явились Витя с Кацудоном. — Юра схватил Отабека за руку и потащил к лифтам. — Валим отсюда.
Отабек возражать не стал, и в начавшейся суете им удалось сбежать.
— Тебя уже заселили? — спросил Отабек, посмотрев на ключ и нажимая кнопку этажа.
— Не, Яков с этим разберётся, — ответил Юра, всё ещё хмурясь. — Я пока у тебя перекантуюсь.
Отабеку хотелось бы, чтобы в его голосе было больше радости. Он надеялся, что их встреча пройдёт иначе.
На что вообще он надеялся? Может, их так легко возникшая дружба в Барселоне ему привиделась?..
— Что за бред! — буркнул Юра. — Обойти его в Барселоне было проще простого, так что это меня ему надо победить! — Он сжал кулаки. — Как же он меня бесит! — Юра посмотрел на Отабека из-под чёлки. — Не обращай на него внимания.
— Я и не собирался, — ответил Отабек. Он рассчитывал, что теперь они сменят тему и заговорят о другом, но ошибся. Юра был в исключительно плохом настроении, и пока они не оказались на нужном этаже, он не переставая ворчал про Джей-Джея.
Они вышли из лифта, Отабек отпер дверь и пропустил Юру вперёд. Номер оказался уютным. Отабек подошёл к окну и посмотрел на залив. Из иллюминатора он видел множество островов вокруг и был совершенно очарован. Захотелось изучить город поближе.
Юра рухнул на кровать, свесив ноги в тяжёлых ботинках, и уставился в потолок.
Отабек снял пальто, повесил в шкаф и с тревогой посмотрел на Юру.
Юра перехватил его взгляд.
— Что? — резко спросил он. Щёки у него покраснели, но было сложно сказать, злится он или нет.
— Что случилось? — спросил Отабек.
Юра тяжело вздохнул и сел, заправив волосы за ухо. Он как-то говорил, что хочет подстричься, но так и не решил как. Отабек предложил ему побриться налысо, и Юра рассмеялся, представив, какой будет реакция фанатов. Отабек был рад, что Юра не воспринял его предложение всерьёз. Впрочем, и с короткой стрижкой Юра всё равно был бы прекрасен.
Однако сейчас Юра явно не был готов смеяться шуткам. Отабек всегда чувствовал себя счастливчиком, когда удавалось его развеселить.
— Да навалилось всякое, — пробормотал Юра. Его телефон пискнул, и Юра посмотрел на экран. — Яков получил ключи. Мне пора. Надо забрать, пока он не разорался, что я сбежал. — Он поднялся, избегая смотреть на Отабека. — Перед соревнованиями вообще надо выкинуть из головы всякую фигню. Нельзя отвлекаться. Спасибо, что пустил к себе, — протараторил Юра и исчез за дверью.
— Пожалуйста, — проговорил Отабек в закрытую дверь. Потом оглядел пустой номер. — Я соскучился.
***
На трибунах даже во время тренировок не было свободных мест, но Отабек сосредоточился на движениях и дыхании. Он решил ни о чём больше не думать, остальное было неважно. Джей-Джей всё пытался с ним заговорить, подстегнуть дух соперничества, и пресса с радостью ему в этом помогала. Отабек держался с журналистами неизменно вежливо, но в большинстве случаев просто не знал, что сказать. Конечно, он собирается победить, конечно, он очень счастлив, когда добивается успеха, конечно, он всегда рад за того, кто у него выигрывает. Что ещё они хотели от него услышать?
Тренер всегда просил Отабека отвечать более развёрнуто, а вот Юрины тренеры, наоборот, попытались его остановить, когда он, вперившись взглядом в Джей-Джея, заявил, что намерен победить.
Накануне короткой программы Отабек отправил Юре сообщение и пригласил прогуляться в надежде сбежать от сгущающегося напряжения. Юра не ответил, а когда много часов спустя Отабек получил «Прости, сегодня не получится», было уже поздно.
Он отправился проветриться в одиночестве и попытался убедить себя, что прогулка ему понравилась.
Короткая программа превратилась чёрт знает во что.
В этот раз потенциальных фаворитов было полно, но оба представителя России наделали ошибок. Отабек следил за Юриным выступлением, слегка нахмурившись: Юра слишком осторожничал, и Отабек не понимал почему.
В итоге Отабек на пару очков отстал от Джей-Джея и оказался на втором месте, а Юра шёл сразу за ним. Джей-Джей ликовал и чуть ли не за руку притащил Отабека на совместное интервью. Того сложно было разозлить, разве что если речь шла о настоящей подлости, но теперь Отабек понемногу начинал разделять Юрину неприязнь к Джей-Джею.
Но больше всего Отабека беспокоил сам Юра. Виктор тренировался всего несколько недель, и не удивительно, что ему сложно давалось возвращение, что, в свою очередь, плохо влияло и на Юри. Но об этом пусть они беспокоятся сами.
Нечего за других переживать. Отабек знал, что надо думать прежде всего о себе, но всё равно при первой же возможности сбежал и отправился на поиски Юры.
В номере его не было. В бассейне отеля тоже. После того, как Юра снова проигнорировал его сообщение, Отабек нажал вызов.
На звонок Юра ответил.
— Ты где? — спросил Отабек.
— Тут рядом.
— А конкретнее?
— За отелем.
— Прячешься от фанатов? Мне захватить мотоцикл?
Он услышал, как Юра хихикнул. Ну хоть что-то. Потом до Отабека донёсся уличный шум и щёлкнула камера.
— Проверь сообщения, — сказал Юра. Отабек смахнул экран и улыбнулся при виде фотографии рыжего кота, который обтирал Юре руку.
— Всё понятно. А как насчёт человеческой компании? — спросил Отабек, пытаясь убедить себя, что ответ ему совсем не важен.
— Ага, — мягче ответил Юра. — Не помешает.
Когда Отабек добрался до Юры, кота уже не было. Юра ждал его, сидя на корточках, оперевшись спиной на стену здания, и рассматривал вечернее небо над головой.
— Как ты всё-таки любишь гулять по тёмным переулкам, — сказал Отабек. — Как бродячий кот.
— А где байк? — спросил Юра немного разочарованно.
— Времени не было найти прокат, — ответил Отабек.
— Понятно.
Юра выпрямился, потянулся и слегка поморщился. Окинул Отабека взглядом.
— Так, не двигайся, — сказал он и шагнул к Отабеку вплотную. Они внезапно оказались так близко, что Отабек чуть не уткнулся носом Юре в волосы. Сердце зачастило.
— Ага. — «Что я должен сейчас сделать? Что Юра хочет?»
Юра смотрел не на Отабека, а разглядывал что-то у него на шее.
Потом положил руку себе на макушку и провёл над головой, пока не упёрся Отабеку в нос. Затем поднял голову и нахмурился.
— Похоже, как было, так и осталось.
Отабек смотрел на него, гадая, чувствует ли Юра исходящее от него тепло. Ему самому стало слишком жарко, пусть на улице и было прохладно: всё-таки Хельсинки — северный город. Казалось бы, что может быть сложного — поднять руки и прикоснуться? Чёрт возьми, нет, надо просто вздохнуть поглубже. Юра уже успел смыть грим, который нанёс перед выступлением, но Отабек разглядел на скулах остатки блеска, а на веках — следы теней.
Губы же…
Юра широко распахнул глаза и внезапно сделал шаг назад.
— Прости, я веду себя как фрик.
— Всё в порядке. — «Не уходи».
— Со времён Гран-при я вырос хорошо если на полсантиметра, — сказал Юра. — Со всеми случается. В смысле, мне всегда говорили: «не полагайся на своё тело» и «возможно, в будущем соревноваться на том же уровне ты не сможешь». Я всё это знаю. Единственное золото. А если это всё, на что я способен?
Отабек набрал воздуху в грудь, собираясь возразить, но тут Юра посмотрел на него в упор.
— А я не хочу оставаться так вечно! Я хочу… — Он неловко пожал плечами. — Я хочу побыстрее вырасти. Я устал от того, что все видят во мне вундеркинда. — Юра стиснул зубы. — А я... Я устал им быть.
— Возможно, со временем ты станешь ещё сильнее, — сказал Отабек. — Я только в семнадцать смог выступать в полную силу.
— Возможно, — сказал Юра. — А возможно и нет. Единственное, что мне остаётся, — тренироваться. Просто я не знаю, чем всё кончится, и это меня убивает. Типа, я понимаю, что какое-то время мои результаты будут не очень, но не уверен, что смогу снова показать что-то сто́ящее.
— Любому спортсмену достаточно один раз неудачно упасть, и прощай, спортивная карьера, — заметил Отабек.
— Да, знаю. Кстати, так странно снова видеть на соревнованиях Виктора, а заодно и Кацудона. Не, они нормальные. Просто сложно сосредоточиться.
— Могу себе представить.
— Да и у них результаты не очень! Хотя, думаю, не мне об этом говорить. Я же тебя даже ещё не поздравил? — Он немного напряжённо улыбнулся. — Поздравляю!
— В этом нет ничего странного. Они же впервые соревнуются вместе, с тех пор как Виктор стал… э-э-э... тренером Юри.
— Давай уж называть вещи своими именами, любо-о-овничком его он стал, — протянул Юра и скорчил рожу. — Смотреть на них не могу, — сказал он, хотя выражение лица стало не таким жёстким.
— А по-моему, так это даже мило, — признался Отабек. — Хотя это не мне приходится их всё время терпеть.
— Ты бы справился, — сказал Юра, и его улыбка стала более нежной. Казалось, он успокоился. Отабек наконец-таки увидел того Юру, которого помнил по Барселоне. Тот снова потянулся, на мгновение приподнявшись на носочки.
— Ну да ладно. На произвольной программе я выступлю лучше. И ты тоже должен постараться!
— Я?
— Ты позволил Джей-Джею тебя обойти! Как ты мог?!
— Я про него особо не думал, — признался Отабек. — Почему он тебя так беспокоит?
— Потому что он придурок, — сказал Юра и, помолчав, продолжил. — Он пытается забрать всё твоё внимание, — признался он. — Типа, не знаю. В прошлый раз его было несложно обойти, поэтому я надеялся, что он захочет у меня отыграться. Но обычно соперничество и прочая фигня тебе по барабану. А тут он пытается заставить тебя с ним соревноваться. Это меня ужасно бесит! Думаю, он и тебя бесит, но ты слишком воспитанный, чтобы сказать об этом вслух.
— Так вот из-за чего ты переживаешь?
— Ага. Всё, что ты делаешь, ты делаешь ради себя, понимаешь? А он пытается этому помешать.
— Не думаю, что он мешает специально. Но я действительно его не понимаю. — Отабек поёжился. Была весна, но солнце уже зашло и на улице похолодало. Пора было возвращаться. — Знаешь, я не могу сделать так, чтобы он остался без медали, в одиночку, — сказал Отабек.
— Тебе всего лишь нужно его обойти…
— Мне на него плевать. — Отабек шагнул вперёд. — Честно говоря, меня от него уже тошнит. Но ты ошибаешься, у меня всегда был соперник. И я гонюсь за его тенью уже многие годы. Когда мы впервые встретились, я знал, что он намного сильнее меня, и наврное, я никогда не смогу его догнать. Я всегда задавался вопросом, смогу ли я вообще когда-нибудь его победить.
Отабек задумчиво склонил голову.
— Нет, — резко сказал Юра и замолчал. — Вернее, не знаю. Думаю, я был бы счастлив, если б ты меня всё-таки когда-нибудь победил. Это было бы так чудно́, — тихо произнёс он и обхватил себя за плечи, тоже поёжившись от прохлады. — Всё равно старичьё когда-нибудь выйдет на пенсию. — Он улыбнулся той самой искренней счастливой улыбкой, которую Отабек так любил и ценил. — И пока ещё катаются, нам надо их всех победить.
— Договорились.
— Пойдём обратно. Все кошки уже попрятались от холода.
***
— Давай! — крикнул Отабек. Юра кивнул в ответ и слабо улыбнулся. А потом шагнул на лёд и начал выступление, которое позволило ему снова претендовать на золото. Отабек с удивлением почувствовал, как губы растянула нехарактерная для него широкая, от уха до уха, улыбка. Но он подумал, что сейчас не время: слишком много вокруг было камер.
На время выступления Отабек всегда старался избавиться от всего лишнего, однако на этот раз не вышло: Юра будто бы так и остался парить надо льдом. И Отабек, катая свою программу, не стремился его затмить, а словно бы отвечал, вёл с Юрой разговор. Может быть, когда-нибудь он перестанет за ним гнаться, перестанет считать примером для подражания, но явно не сегодня.
В конце концов, Отабек по-прежнему был у него в тени — как и всегда.
Из-за Юриного выступления в произвольной Отабек в конце концов и заработал золото, хотя по результатам обоих выступлений они были с Юрой почти вровень. Джей-Джей пристально наблюдал, когда они были на льду, сперва за Юрой, потом за Отабеком, и выглядел до странного притихшим, хотя и улыбался потом на камеру, демонстрируя свою бронзу.
Стоять рядом с Юрой на пьедестале было невообразимо хорошо, но ещё лучше было видеть его улыбку.
— Ты должен добраться до финала Гран-при, — тихо сказал Юра, когда они подняли медали вверх. — Когда Виктор и Юри придут в норму, мы просто обязаны стать лучше них.
— Мгм. Виктор разве не в твоей команде?
Юра глянул на него, когда они отъехали прочь от софитов к ожидавшим их репортёрам.
— В моей команде ты, — быстро сказал он и тут же заскользил прочь, даже не оглянувшись.
Следующие несколько часов Отабек провёл, разговаривая по телефону: буквально все родственники посчитали своим долгом поздравить его лично. Так происходило каждый раз, и вот сейчас, переодеваясь, чтобы пойти на афтепати, он привычно прижимал трубку к уху плечом. И только на банкете он всё же отключил телефон, потому что не хотел показаться невежливым.
Отабек последовательно обошёл всех, с кем должен был поговорить, но не переставал искать глазами Юру. А когда наконец обнаружил, тот не выглядел ни счастливым, ни даже разозлённым — просто грустным.
Да ну нафиг.
Отабек свернул разговор и быстро пробрался к Юре.
— Юр…
— Пошли, — сказал тот, выдвинув челюсть вперёд.
Естественным желанием Отабека было задержаться и выполнить свои обязанности, как и всегда, однако он всё же поставил бокал шампанского на ближайший столик и пошёл с Юрой.
Юра велел ему немного подождать у дверей и ушёл, а когда вернулся, в руках у него была сумка. И вместе они вышли на холодный ночной воздух.
— Я всё решил, — заявил Юра.
— Ты же не собираешься сбежать? — встревоженно спросил Отабек.
— Что? Нет, конечно. Смотри-ка, такси. Идём.
Они снова оказались на катке. Охрана не очень-то хотела хотела их пускать, но Юра напомнил им, кто он такой, а кто Отабек, и после пары автографов им разрешили выйти на лёд.
— Ты ж понимаешь, всё сольют в Сеть, — сказал Отабек.
— Ага, — грустно улыбнулся Юра. — Прости. Я, наверное, уже просто привык.
— Да неважно. Мы уже тут.
Почти все огни были выключены, только высоко над ними тускло горело несколько ламп дежурного освещения; на трибунах было тихо и пусто. Отабек подождал, пока Юра снимет туфли, пиджак и галстук и наденет коньки, которые притащил в сумке. После секундного колебания он стащил с хвоста резинку, и волосы рассыпались по плечам.
— Я без музыки, — сказал он. Вздохнул. — Может, и к лучшему. Смотри.
Он быстро размялся и заскользил по льду. Отабек стоял, облокотившись на бортик, и наблюдал.
Юрин прокат был совсем не сложным и казался смутно знакомым, хотя без мелодии Отабек не мог понять, что это. Не Юрино — это точно. Хотя Отабеку приходило в голову, что Юра может взять что-то из его выступлений. И движения были неидеальны, да это и понятно: он ведь должен был тренировать эту программу совместно со своими.
Под конец Юра вскинул руки, и Отабек вежливо зааплодировал. Когда Юра к нему подъехал, лицо у него было раскрасневшееся, а глаза сияли.
— Ну, как?..
— Неплохо, — ответил Отабек и тут же понял, Юра ждал от него совершенно иной реакции.
— Вот как.
— Что это?
— В смысле — что это? Не узнал? — Юра воззрился на него. — Как ты мог не узнать? — Он сократил оставшееся между ними расстояние и схватил Отабека за ворот куртки. — Это же «Эрос», ты, дурачина! «Эрос»!
— То, что катал Кацуки? — Теперь, когда Юра сказал, было действительно похоже.
— Ну да… — Юра ослабил хватку. — У Юри вон сработало…
А.
Аха.
Ах ты же блин! Юра стоял, опустив голову, спрятав лицо за длинной чёлкой. Он тут же поднял голову, когда Отабек попытался отвести волосы в сторону.
— Эй, Юр. Спасибо. Можно было бы и без этой программы, но так даже проще.
— Проще? В смысле? — с подозрением спросил Юра.
— Предложить тебе встречаться, — сказал Отабек. — Ну то есть те два раза в год, когда мы вообще видимся.
Так и не отпустив куртку Отабека, Юра потянул за ворот и оказался ещё ближе. На коньках они были почти одного роста. Щёки у Юры раскраснелись, и Отабека заворожила его улыбка, скорее коварная, чем милая.
— Пожалуй, не буду сразу соглашаться, раз уж ты не оценил мой прокат, — сказал Юра.
— Я же очень простой человек. Боюсь, что мне всё надо говорить прямо. — Отабек чувствовал на лице тёплое Юрино дыхание. Сам же он, казалось, напрочь позабыл, как дышать.
— Знаю. Поэтому ты мне и нравишься. Ну, это одна из множества причин. — Улыбка Юры померкла, и он очень серьёзно, очень нежно поцеловал Отабека: мягко коснулся губ, по щеке мазнули волосы. — Так достаточно прямо?
Отабек сглотнул и кивнул.
— Мхм. Но лучше ещё прояснить.
Он перегнулся через бортик, провёл по Юриным волосам, обнял и поцеловал. Юра приоткрыл рот и крепко к нему прижался.
Отабек не мог сдержать улыбку.
— Завтра…
— Не получится, — сказал Юра, и уголки губ у него опустились. — Я не планировал красть тебя с афтепати, но мы завтра уезжаем. Это так нечестно! — Он потеребил бегунок на куртке Отабека. — В следующий раз мы увидимся, наверное, только через пару месяцев. — Он решительно посмотрел на Отабека. — Хочу остаться сегодня с тобой!
— Ну, как-то это слишком скоро… — «О господи».
— Мне всё равно, куда мы пойдём. Я просто хочу, ну, знаешь, провести с тобой время.
— А. Понятно. Просто вместе. — У Отабека камень с души упал. — Ну да. Почему нет?
Юра хитро улыбнулся.
— Ты о чём это подумал?
— Да ни о чём.
Спорить Юра не стал, но вид у него стал самодовольный.
— Дай-ка я сниму коньки, и пойдём погуляем по городу.
Много часов спустя Юра слегка пихнул его в бок.
— Хватит на меня пялиться. Ты так рассвет пропустишь.
— Рассветов вон сколько, а ты — один-единственный, — сказал Отабек и улыбнулся, когда щёки у Юры вспыхнули.
— Да чтоб тебя! — буркнул он и ещё раз ткнул Отабека в бок, уже посильнее, а потом спрятал лицо в ладонях. — Кто вообще такие вещи говорит?
— Мне перестать? — спросил Отабек.
Юра обиженно надулся, а потом привалился к его боку. Отабек обнял его за плечи, потому что теперь было можно, хотя всё равно казалось, что всё сон.
— Даже не думай, — пробурчал Юра, и на водной глади залива сверкнули первые лучи нового дня.
